РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
21 августа 2026 года г. Екатеринбург
Ленинский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Мосягиной Е.В., при секретаре ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО Сбербанк о признании кредитного договора недействительной сделкой, возложении обязанности, взыскании неосновательного обогащения и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с иском к ПАО Сбербанк о признании кредитного договора недействительной сделкой, возложении обязанности, взыскании неосновательного обогащения и компенсации морального вреда, на основании ст.ст. 10, 166, 168, 178, 179 ГК РФ просил суд признать недействительным кредитный договор № от <//>, взыскать с ответчика в пользу истца неосновательное обогащение в размере 189 000 рублей, обязать ответчика аннулировать всю информацию о просрочке и задолженности по данному кредитному договору, переданную в бюро кредитных историй, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей и судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 670 рублей. В обоснование иска указаны следующие обстоятельства. В результате мошеннических действий третьего лица, с которым истец общался посредством телефонных разговоров и сообщений в мессенджерах, посредством использования системы Сбербанк Онлайн и мобильного телефона, истец перевел с кредитной карты ПАО Сбербанк 139 000 рублей на дебетовую карту ПАО Сбербанк, затем перевел указанные денежные средства на дебетовую карту АО «ТБанк», снял наличные денежные средства и 137 000 рублей внес на криптокошелек третьих лиц, контролируемый мошенниками. По данному факту истец обратился в правоохранительные органы, возбуждено уголовное дело, истец признан потерпевшим по уголовному делу. По мнению истца, данный кредитный договор является недействительным, поскольку у истца не было волеизъявления на его заключение, кредитный договор был заключен вопреки волеизъявлению истца, в результате противоправных действий третьих лиц, которым банк не смог противостоять из-за недостатков своей системы безопасности и проверки клиентов, в момент заключения кредитного договора и совершения всех вышеуказанных действий истец был введен в заблуждение и подвергся обману со стороны мошенников.
В судебном заседании истец ФИО2 заявленные исковые требования поддержал по доводам и основанию иска и просил их в полном объеме удовлетворить.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности от <//>, исковые требования не признала и просила в их удовлетворении истцу отказать по доводам письменных возражений на иск, поскольку кредитный договор № был заключен между истцом и ответчиком <//> с использованием системы Сбербанк Онлайн и простой электронной подписи заемщика, что соответствует требованиям закона, исполнен банком, доказательств его недействительности по заявленным истцом основаниям в материалы дела не представлено, заявила о пропуске истцом исковой давности для оспаривания кредитного договора, неосновательного обогащения на стороне банка за счет истца не возникло, истец самостоятельно распорядился кредитными денежными средствами, перевел с кредитной карты ПАО Сбербанк на дебетовую карту ПАО Сбербанк, а затем уже перевел на дебетовую карту другого банка, права истца как потребителя банком не нарушены, доказательств причинения истцу морального вреда банком истцом не представлено.
Заслушав истца и представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определение основания и предмета иска является исключительно правом истца.
В соответствии с п. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, суд может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.
В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
При этом необходимо учитывать, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В силу ч. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Положениями ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора, что условия договора определяются по усмотрению сторон.
В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.
Согласно п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Кроме того, в силу п. 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.
В силу п. 1 ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.
Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В соответствии с п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. ст. 836 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.
Кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным (ст. 820 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите» подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита в соответствии с п. 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.
Согласно ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите» договор потребительского кредита заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (ч.1).
Договор потребительского кредита считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (ч. 6 ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите»).
Согласно п. п. 1 и 2 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку или должным образом уполномоченными ими лицами.
Использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными актами или соглашением сторон.
Статья 434 Гражданского кодекса Российской Федерации, находящаяся в системной связи с положениями ст. 438 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкретизирует способы заключения договора в письменной форме: путем составления одного документа, подписанного сторонами; путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору; путем совершения конклюдентных действий, направленных на акцепт оферты.
В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 06.04.2011 года N 63-ФЗ «Об электронной подписи» под электронной подписью понимается информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.
Статья 5 Федерального закона от 06.04.2011 года N 63-ФЗ «Об электронной подписи» предусматривает три вида электронных подписей: простая электронная подпись, усиленная неквалифицированная электронная подпись, усиленная квалифицированная электронная подпись. При этом под простой электронной подписью понимается электронная подпись, которая создается посредством использования кодов, паролей или иных средств и подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.
Согласно ч. 2 ст. 6 Федерального закона от 06.04.2011 года N 63-ФЗ «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или усиленной неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.
Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны также соответствовать требованиям статьи 9 Закона.
В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Пунктом 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
В соответствии с пунктом 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
В соответствии с п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с использованием системы Сбербанк Онлайн и простой электронной подписи заемщика <//> ПАО Сбербанк и ФИО2 заключили кредитный договор №, в соответствии с условиями которого банк выпустил заемщику кредитную карту с лимитом кредитования в размере 30 000 руб. 00 коп. с выплатой 17, 9 % годовых. Ответчик исполнил свои обязательства, выпустив на имя истца кредитную карту, и зачислив кредитные денежные средства на счет истца.
Воля истца ФИО2 на заключение кредитного договора была установлена Банком посредством идентификации клиента при корректном вводе паролей при входе в Систему Сбербанк Онлайн, подтверждена посредством ввода кодов подтверждения при осуществлении каждого конкретной операции истцом в Системе Сбербанк Онлайн. <//> с использованием системы Сбербанк Онлайн и простой электронной подписи заемщика ФИО2 были совершены действия по переводу со счета кредитной карты денежных средств в размере 139 000 руб. 00 коп. на счет дебетовой карты, открытой на имя ФИО2 в ПАО Сбербанк. На следующий день <//> денежные средства в размере 139 000 руб. 00 коп. истец ФИО2 перевел со счета дебетовой карты ПАО Сбербанк на счет дебетовой карты АО «ТБанк» и в тот же день снял наличные денежные средства, которые внес на счет третьего лица.
Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что кредитный договор № от <//> между ПАО Сбербанк и ФИО2 был заключен в предусмотренном действующим законодательством порядке, оферта истца содержала существенные условия договора и выражала его намерение заключить договор о предоставлении кредита, на что банк предложил подтвердить заявку, ознакомиться с условиями и после совершения истцом указанных действий (вводом паролей по смс-уведомлениям и/или push-уведомлениям), перечислил сумму кредита на счет истца, то есть акцептовал оферту.
Кредитный договор соответствует требованиям закона, в частности, положениям ст. 820 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку подписан простой электронной подписью истца, истцом была получена сумма кредита.
Дальнейшее распоряжение истцом полученными кредитными денежными средствами, правового значения в рамках настоящего дела не имеет, о недействительности заключенного кредитного договора не свидетельствует.
Истцом ФИО2 не доказано, в чем конкретно выражались влияние третьих лиц или угроза со стороны ответчика, неизвестных истцу лиц, не представлено доказательств отсутствия воли на заключение кредитного договора.
Суд не находит оснований полагать, что истец ФИО2, заключая кредитный договор, действовал под влиянием заблуждения со стороны ответчика. Из обстоятельств дела следует, что истец ФИО2 совершил ряд последовательных волевых действий, направленных на получение кредита и дальнейшее распоряжение суммой кредита.
Истцом ФИО2, вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено суду также никаких доказательств заключения кредитного договора под влиянием какого-либо обмана со стороны ответчика, равно как и доказательств осведомленности ответчика об обмане истца третьими лицами.
Истец не доказал, что заключение оспариваемого кредитного договора свидетельствует о недобросовестном поведении именно ответчика ПАО Сбербанк и о намерении последнего причинить вред истцу. Более того, предоставив истцу во исполнение заключенного кредитного договора денежные средства, Банк полагался на исполнение сделки ее контрагентом – истцом.
Истец ФИО2 действительно обратился в правоохранительные органы, указав на то, что в период времени с <//> по <//> неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, действуя умышленно из корыстных побуждений, путем обмана, завладело денежными средствами в размере 765 000 рублей, принадлежащими ФИО2, и по его заявлению <//> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в рамках которого он признан потерпевшим. Между тем, данное обстоятельство, с учетом фактических обстоятельств и пояснений ФИО2, данных в ходе рассмотрения настоящего дела, о том, что перевод денежных средств, полученных по оспариваемому кредитному договору от ПАО Сбербанк, был осуществлен им на счет его дебетовой карты в АО «ТБанк», затем истцом были сняты наличные денежные средства и внесены на счет криптовалютной биржи ABCEX, не подтверждают недействительность кредитного договора № от <//>.
При изложенных обстоятельствах оснований для признания недействительным кредитного договора № от <//>, судом не установлено.
Представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.
В соответствии со ст. 196, 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.
В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Оспариваемая сделка была совершена истцом <//>, истец является стороной оспариваемой сделки, соответственно, с <//> истцу было известно о начале ее исполнения, однако с настоящим иском в суд истец обратился только <//>.
При установленных по делу обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что и трехлетний, и годичный срок исковой давности истцом к моменту обращения в суд с настоящим иском пропущен.
На основании изложенного, суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований о признании недействительным кредитного договора № от <//>, также в связи с пропуском срока исковой давности, на основании ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
Поскольку судом установлено, что кредитные денежные средства были получены истцом от ответчика на основании действительного кредитного договора № от <//>, соответственно, указанные денежные средства по смыслу ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, не могут являться неосновательным обогащением ответчика ПАО Сбербанк за счет истца ФИО2
В связи с чем, исковые требования истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 189 000 рублей не основаны на законе и не подлежат удовлетворению.
В силу п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.
На основании п. 5 ч. 1 ст. 6 названного Закона обработка персональных данных допускается также в случае, если обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, в том числе в случае реализации оператором своего права на уступку прав (требований) по такому договору, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем.
В соответствии с ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 30.12.2004 N 218-ФЗ «О кредитных историях» (далее - Закон «О кредитных историях») источники формирования кредитной истории представляют всю имеющуюся информацию, определенную статьей 4 настоящего Федерального закона, в бюро кредитных историй на основании заключенного договора об оказании информационных услуг.
Согласно ст. 4 Закона «О кредитных историях» определяющей содержание кредитной истории субъекта кредитной истории - физического лица, кредитная история включает в себя титульную часть, основную часть, дополнительную (закрытую) часть, и в том числе кредитная история содержит информацию о фамилии, имени, отчестве, дате и месте рождения, паспортных данных, месте регистрации и фактического жительства физического лица (ч. ч. 2 и 3 указанной статьи), то есть информацию, относящуюся к персональным данным физического лица.
В силу ч. ч. 3, 4.1 и 4.2 ст. 8 Закона «О кредитных историях» субъект кредитной истории вправе полностью или частично оспорить информацию, содержащуюся в его кредитной истории, подав в бюро кредитных историй, в котором хранится указанная кредитная история, заявление о внесении изменений и (или) дополнений в эту кредитную историю.
Источник формирования кредитной истории обязан в течение 14 дней со дня получения запроса бюро кредитных историй, а в случае наличия у субъекта кредитной истории обоснованных причин для получения такой информации в более короткий срок - в срок, указанный бюро кредитных историй, представить в письменной форме в бюро кредитных историй информацию, подтверждающую достоверность ранее переданных сведений или правомерность запроса кредитного отчета, оспариваемые субъектом кредитных историй, либо исправить его кредитную историю в оспариваемой части, направив соответствующие достоверные сведения или просьбу об удалении неправомерного запроса в бюро кредитных историй.
В случае, если в течение установленного срока бюро кредитных историй не получило ответ на запрос, указанный в части 4.1 настоящей статьи, от источника формирования кредитной истории в связи с заявлением субъекта кредитной истории о внесении изменений в его кредитную историю, источник формирования кредитной истории несет ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.
Таким образом, необходимым условием для передачи источником формирования кредитной истории информации, определенной статьей 4 Закона, в Бюро кредитных историй (и последующего формирования на ее основе кредитной истории) является факт заключения лицом (впоследствии субъектом кредитной истории) договора займа (кредита) и возникновение у него обязательств по данному договору, а также наличие согласия такого лица на передачу соответствующей информации в Бюро кредитных историй.
В данном случае, как установлено судом, истец ФИО2 заключил с ПАО Сбербанк кредитный договор № от <//> и согласился на предоставление банком в Бюро кредитных историй информации, предусмотренной ст. 4 ФЗ «О кредитных историях», содержащей его персональные данные.
При установленных по делу обстоятельствах, исковые требования истца ФИО2 о возложении на ответчика ПАО Сбербанк обязанности аннулировать всю информацию о просрочке и задолженности по данному кредитному договору, переданную в бюро кредитных историй, удовлетворению не подлежат.
В соответствии со ст. 1099 Гражданского Кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
На основании п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, и др.) либо в случаях предусмотренных законом, - нарушающими имущественные права гражданина. Соответствующие разъяснения даны в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».
Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В пункте 18 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации также разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
Между тем, истцом ФИО2, вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подтвержден ни факт совершения противоправных действий (бездействия) ответчиком в отношении истца, ни факт нарушения каких-либо иных личных неимущественных прав истца, а также не доказана причинно-следственная связь между бездействием либо действиями ответчика и претерпеванием истцом нравственных страданий, представлением суду надлежащих доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости.
Согласно ст. 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Судебной защите подлежит только нарушенное право, между тем, каких-либо нарушений прав истца ФИО2, как потребителя финансовых услуг, ответчиком ПАО Сбербанк, судом по материалам дела также не установлено.
В связи с чем, требование истца ФИО2 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. удовлетворению также не подлежит.
В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание судебных расходов производится только той стороне, в пользу которой состоялось решение суда.
Принимая во внимание, что в удовлетворении иска истцу отказано в полном объеме, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 670 рублей взысканию с ответчика не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 196 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 (паспорт №) к ПАО Сбербанк (ОГРН 1027700132195, ИНН 7707083893) о признании кредитного договора недействительной сделкой, возложении обязанности, взыскании неосновательного обогащения и компенсации морального вреда, - оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме с подачей жалобы через суд, вынесший решение.
Судья (подпись) Мосягина Е.В.
Копия верна судья