УИД 66RS0003-01-2026-002333-84
Дело № 2-3538/2026
Мотивированное решение изготовлено 13.07.2026.
РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации г. Екатеринбург 30 июня 2026 года
Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лесняк Д.В., с участием помощника прокурора Кировского района г. Екатеринбурга Османова Т.Ф.
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Горелкиной А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Драгановой Екатерины Олеговны к Государственному бюджетному учреждению Свердловской области «Центр психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, установил:
Драганова Е.О. обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению Свердловской области «Центр психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (далее – ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс») с требованиями о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.
Исковые требования мотивированы тем, что 06.10.2022 между сторонами заключен трудовой договор, истец допущена к работе в качестве методиста. Условия и место работы истец считала максимально подходящими и комфортными для себя, поэтому выбрала это место работы. Место работы истца находилось по адресу: ***. 15.09.2025 истцом написано заявление об увольнении на основании ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. 15.09.2025 истец была уволена на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с отказом от предложенных вакансий: методиста или воспитателя в другом – инклюзивном дошкольном отделении, педагога дополнительного образования. Уведомление о предстоящем переводе в другое отделение истец получила 01.04.2025. Предложенные вакансии для перевода были с более низким окладом, должности не соответствовали квалификации истца и стажу, перевод в новое структурное подразделение не совпадало с интересами истца и возможностями, истцу пришлось бы добираться до рабочего места дольше и тратить дополнительное время на дорогу. Заведующая отделением дополнительного образования с использование дистанционных образовательных технологий, где истец работала, создавал невыносимые условия работы, а именно отказывала в согласовании временного дистанционного режима работы. Полагает, что увольнение истца являлось незаконным, поскольку отсутствует реальное изменение организационных условий ведения деятельности.
Истцом заявлено ходатайство о восстановлении срока на обращение в суд с иском, который пропущен в виду нахождения истца на больничном, заболеваний ребенка, а также действий представителя, затянувшего подачу иска в суд.
На основании изложенного просит признать приказ о прекращении (расторжении) трудового договора от 15.09.2025 с Драгановой Е.О. по основаниям по п.7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника – незаконным, восстановить Драганову Е.О. на работе в ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс» в должности методиста отделения дополнительного образования с использованием дистанционных образовательных технологий, взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула за период с 16.09.2025 по 16.05.2026 в размере 187531 руб. по день вынесения решения суда, взыскать компенсацию морального вреда в размере 150000 руб.
Уточнив исковые требования, окончательно истец просила признать приказ о прекращении (расторжении) трудового договора от 15.09.2025 с Драгановой Е.О. по основаниям по п.7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника – незаконным, восстановить Драганову Е.О. на работе в ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс» в должности методиста отделения дополнительного образования с использованием дистанционных образовательных технологий с 16.09.2025, взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула за период с 16.09.2025 по 30.06.2026 в размере 276 358 руб. 73 коп. по день вынесения решения суда, взыскать компенсацию морального вреда в размере 150000 руб.
Истец Драганова Е.О., представитель истца Дианова Е.Г. в судебном заседании доводы и требования с учетом уточнения поддержали, настаивали на их удовлетворении в полном объеме.
Представитель ответчика Степановских Е.А. действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала доводы письменного отзыва на исковое заявление, в удовлетворении требований просила отказать. Пояснила, что Драганова Е.О. чаще отсутствовала на рабочем месте по уважительным причина, ее трудовая нагрузка перераспределялась на остальных сотрудников. В связи с высокой интенсивностью методической деятельности в Отделении дополнительного образования именно истцу был предложен перевод в инклюзивное дошкольное отделение. (т.2 л.д.104-114)
Допрошенный в судебном заседании свидетель ***11 пояснил, что с истцом знаком с 2022 года, когда она устроилась в центр, вместе работали. У заведующей отделением сложились неприязненные отношения к Драгановой Е.О. Руководство создавало препятствия при участии в конкурсах истца и свидетеля. Истец как специалист, грамотный, квалифицированный, с высшей категории.
Свидетель ***10 пояснил, что в «Центре психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» он курирует образовательные направления, непосредственный руководитель истца – заведующая. В связи с изменением законодательства, нагрузка была перераспределена и снята с методистов. Истцу было предложено перевестись. Именно Екатерина Олеговна подходило на данную должность, так как она имеет необходимое образование. Других кандидатов не рассматривали, так как подходящих сотрудников не было, другие методисты не подходили по образованию. Истцу также предлагались другие должности, которые соответствовали ее квалификации – педагог дополнительного образования, воспитатель.
Прокурор в своем заключении указал на обоснованность требований Драгановой Е.О. о восстановлении на работе. Полагал необходим требования в данной части удовлетворить.
Заслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статьей 381 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что индивидуальный трудовой спор - это неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.
Из приведенных положений трудового законодательства следует, что работник, считающий, что его трудовые права нарушены, вправе обратиться в суд с иском о защите своих трудовых прав, который подлежит разрешению судом в рамках индивидуального трудового спора.
Как установлено судом, следует из материалов дела и сторонами не оспаривалось, Драганова Е.О. состояла в трудовых отношения с ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс» в период с 06.10.2022 по 15.09.2025.
Драганова Е.О. принята в ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс» на должность методиста на 0,5 ставки, с 01.09.2023 работа осуществлялась на полную ставку. (т.2 л.д.195-196)
В соответствии с условиями трудового договора место работы указано: ***. (т.2 л.д.182-185)
В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что фактическое место работы истца располагалось по адресу: г. Екатеринбург, ул. Цвиллинга, д. 14 в Отделении дополнительного образования.
31.03.2025 работодателем издан приказ № 78-к о внесении изменений в штатное расписание, которым предусмотрено, что с начала следующего учебного года одна ставка методиста переводиться из Отделения дополнительного образования в Инклюзивное дошкольное отделение, в результате количество штатных единиц методиста в Отделении дополнительного образования уменьшается с 2,5 до 1,5, в Инклюзивном дошкольном отделении формируется ранее отсутствующая должность методиста. (т.2 л.д.149)
01.04.2025 Драгановой Е.О. вручено со стороны работодателя уведомление о переводе в другое структурное подразделение в связи с организационными изменениями. В уведомлении указано, что изменяются условия трудового договора о месте работы в части касающейся структурного подразделения. Также указано, что занимаемая Драгановой Е.О. должность методиста, ранее включенная в структурное подразделение Отделение дополнительного образования с использование дистанционных образовательных программ будет включена в структурное подразделение Инклюзивного дошкольного отделения. О согласии на продолжение работы в новом структурном подразделении на должности методиста необходимо сообщить до 18.08.2025. Сообщено о наличии вакантных должностей: педагога Отделения дополнительного образования (<***>.) и воспитателя Инклюзивного дошкольного отделения (<***>.). Разъяснены последствия несогласия от продолжением работы в новом структурном подразделении – увольнение по. п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. (т.1 л.д.83)
15.09.2025 Драгановой Е.О. в адрес работодателя подано заявление об увольнении по п.7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с уведомлением о переводе в другое структурное подразделение от 01.04.2025, так как от перевода в Инклюзивное дошкольное отделение в должности методиста и от предложенных иных вакансий – педагог дополнительного образования Отделения дополнительного образования и воспитателя Инклюзивного дошкольного отделения, отказывается. (т.1 л.д.84)
15.09.2025 работодателем ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс» вынесен приказ № 365-к о прекращении (расторжении) трудового договора с работником Драгановой Е.О. и увольнении ее 15.09.2025 на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. (т.2 л.д.198)
Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец ссылается на незаконность увольнения.
Давая оценку заявленным требованиям истца, суд приходит к следующему.
Трудовые отношения, как следует из положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.
Часть 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Обязательным для включения в трудовой договор является, в том числе условие о месте работы, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - о месте работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения (абзацы первый и второй части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).
В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" даны разъяснения о том, что под структурными подразделениями следует понимать как филиалы, представительства, так и отделы, цеха, участки и т.д., а под другой местностью - местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.
В соответствии со статьей 74 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника (часть первая); о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено данным Кодексом (часть вторая); если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья; при этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности; предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (часть третья); при отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 данного Кодекса (часть четвертая).
В силу статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.
Пункт 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает основание прекращения трудового договора -отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации).
Постановлением Конституционного Суда РФ от 27 апреля 2024 г. N 22-П "По делу о проверке конституционности частей первой - четвертой статьи 74 и пункта 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина фио" признаны взаимосвязанные части первая - четвертая статьи 74 и пункт 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - они не предполагают изменения работодателем в одностороннем порядке определенного сторонами условия трудового договора о рабочем месте работника, расположенном в другой, отличной от места нахождения работодателя, местности, если это сопряжено с изменением данной местности, а также увольнения такого работника в случае его отказа от продолжения работы в иной местности, чем та, где он работал ранее, по основанию, предусмотренному пунктом 7 части первой статьи 77 данного Кодекса. При отказе работника от продолжения работы на ином рабочем месте, расположенном в другой местности, его увольнение - при отсутствии у работодателя возможности предоставить ему другую работу в той же местности (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья, - должно осуществляться по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации, т.е. по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, с предоставлением работнику соответствующих гарантий.
В порядке, предусмотренном статьей 74 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем не могут быть изменены не только трудовая функция работника (должность, специальность, профессия или квалификация, конкретный вид порученной работнику работы), что непосредственно установлено частью первой данной статьи, но и условие трудового договора, определяющее структурное подразделение, в котором работает работник, в том числе и изменения условия трудового договора о месте работы работника, выполняющего свою трудовую функцию в обособленном структурном подразделении, расположенном вне места нахождения работодателя (в другой местности) и в силу части второй статьи 57 данного Кодекса подлежащем обязательному указанию в трудовом договоре. Поручение работнику работы хотя и по той же трудовой функции, которая предусмотрена заключенным с ним трудовым договором, но в ином обособленном структурном подразделении, отличном от указанного в трудовом договоре, следует рассматривать как перевод на другую работу, который допускается только в порядке, установленном действующим законодательством, т.е. с согласия работника. Применение же в качестве основания увольнения таких работников пункта 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации позволяет работодателю минимизировать расходы на осуществление выплат, связанных с расторжением трудового договора, фактически обусловленных реализуемыми им по его же инициативе организационно-технологическими изменениями в сфере своего самостоятельного хозяйствования, и тем самым приводит к выходящему за рамки конституционно допустимых ограничений прав и свобод ущемлению конституционного права каждого на свободное распоряжение своими способностями к труду.
Анализ представленных в материалы дела документов ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс», а именно штатных расписаний, штатных расстановок, справки ответчика об уволенных сотрудниках за период с 01.04.2025 по 15.09.2025 (т.3 л.д.58), а также списка вакансий по состоянию на 01.04.2025 предложенный Драгановой Е.О. показал, что со стороны работодателя не в полном объеме выполнены требования ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно работнику в период с 01.04.2025 по день увольнения 15.09.2025 не были предложены все имеющиеся вакантные должности у работодателя.
Так, в период с 01.04.2025 по 15.09.2025 в ГБУ СО «ЦППМСП «Ресурс» появились следующие вакантные должности: уборщик служебных помещений АХР, социальный педагог ЦПМПК, воспитатель ОППМСС, учитель–дефектолог ЦПМПК, врач-специалист ЦПМПК, младший воспитатель ИДО, бухгалтер, учитель-логопед ОПП МСС, которые согласно списку вакансий от 01.04.2025 не были предложены Драгановой Е.О.
Из приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работодатель, реализуя в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом право принимать необходимые кадровые решения, в том числе об изменении численного состава работников организации, обязан обеспечить в случае принятия таких решений закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.
Установленные по делу обстоятельства относительно наличия вакантных должностей, не предложенных работнику в период с 01.04.2025 по 15.09.2025 свидетельствует о том, что работодателю было известно о наличии данных должностей, на которые истец могла претендовать с учетом ее квалификации и опыта работы, данные вакантные должности появилась с 30.04.2025 по 01.09.2025, но не были предложены Драгановой Е.О.
Такие действия следует расценивать как злоупотребление правом со стороны работодателя, использующего изменение условий трудового договора, перевод сотрудника в другое структурное подразделение, для увольнения конкретных лиц.
Обязанность работодателя предлагать все имеющиеся вакантные должности работникам в случае планирующегося перевода в другое структурное подразделение является гарантией прав работников при увольнении по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, неисполнение работодателем такой обязанности влечет признание судом увольнения незаконным.
Следует отметить, что установленная ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность работодателя является императивной и не поставлена законодателем в зависимость от волеизъявления работника прекратить трудовые отношения.
Таким образом, в ходе рассмотрения дела установлены допущенные работодателем нарушения положений ст. 74, п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем требования истца в части признания приказа о прекращении трудового договора № 365-к от 15.09.2025 Драгановой Е.О. незаконным, восстановлении истца на работе, подлежащими удовлетворению.
Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению в силу ст. 396 Трудового кодекса Российской Федерации.
Разрешая заявленное ответчиком ходатайство о применении пропуска срока на обращение в суд, суд приходит к следующему.
Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части шестой статьи 152 ГПК РФ) (абзац третий пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").
Ответчиком заявлено требование о применении пропуска истцом срока на обращение в суд, разрешая которое суд приходит к следующему.
В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 ТК РФ, статья 24 ГПК РФ).
Таким образом, месячный срок на обращение с иском в суд по спорам об увольнении исчисляется не со дня, когда работнику стало известно об увольнении, а со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности.
Оспариваемый приказ о прекращении трудового договора № 365-к вынесен 15.09.2025.
Как следует из материалов дела, приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с Драгановой Е.О. истцом не получен.
В материалах дела отсутствуют доказательства вручения работодателем истцу копии приказа об увольнении.
При этом, из доводов искового заявления следует, что копия трудовой книжки истцом получена 30.09.2025.
Обращаясь с заявлением о восстановлении срока на обращение в суд истец ссылается на состояние здоровья свое и малолетнего ребенка, представляет суду медицинские документы (т.1 л.д.167-241), а также указывает и в подтверждение чего предоставляет суду доказательства обращению с ее стороны в прокуратуру (т.1 л.д.102-109), в Государственную инспекцию труда в Свердловской области. (т. 1 л.д.97,110-114)
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Согласно разъяснениям, данным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", и являющимися актуальными для всех субъектов трудовых отношений, также указано, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. Обратить внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Суд, давая правовую оценку представленным истцом медицинским документам в их совокупности, и установив, что после прекращения трудовых отношений Драганова Е.О. находилась на листке нетрудоспособности, кроме того, впоследствии неоднократно обращалась за медицинской помощью в лечебные учреждения с целью оказания медицинской помощи себе и своему ребенку, в том числе в целях подготовки к проведению операции, учитывая состояние здоровья истца, ее малолетнего ребёнка, значимость защищаемого для истца права на труд, признает причины пропуска истцом срока обращения в суд уважительными.
Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (абзац четвертый пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям").
Кроме того, как установлено судом, истцом своевременно предпринимались меры по восстановлению нарушенного права, что свидетельствует о ее обращении в государственную инспекцию труда, прокуратуру. Данные обстоятельства, по мнению суда, также являются основанием для восстановления истцу срока обращения в суд, поскольку его пропуск имел место ввиду досудебного обращения истца в органы, компетентные для пресечения нарушения ее трудовых прав. Кроме того, восстанавливая пропущенный срок на обращение в суд за защитой нарушенного права суд, учитывает, что фактически Драганова Е.О. приказ об увольнении не получала.
В силу конституционных положений человек, его права и свободы являются высшей ценностью, непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации).
Неотчуждаемость основных прав и свобод человека, принадлежность их каждому от рождения предполагают необходимость установления гарантий, одной из которых является право каждого на судебную защиту, не подлежащее ограничению (статьи 46 и 56 Конституции Российской Федерации).
Задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду (ст. 2 ГПК РФ).
Разрешая указанное ходатайство с учетом приведенных истцом причин для восстановления процессуального срока, суд с целью обеспечения Драгановой Е.О. доступа к правосудию, срок восстанавливает, признав причины его пропуска уважительными.
Более того, с учетом установленных судом обстоятельств по делу отказ в удовлетворении искового заявления только по мотиву пропуска процессуального срока обращения в суд фактически приведет к отказу истцу в защите нарушенного права, что является недопустимым и противоречит задачам гражданского судопроизводства.
В соответствии с частями 1 - 5 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
Поскольку увольнение истца не является законным, нарушение трудовых прав истца в части незаконного увольнения устранено путем принятия решения о восстановлении на работе, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула с 16.09.2025 (с даты после дня увольнения истца) и до дня вынесения решения суда о восстановлении на работе – 30.06.2026, то есть за 192 рабочих дня.
Средний заработок определен судом на основании ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, Постановления Правительства РФ от 24.04.2025 N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы".
Таким образом, с учетом установленных обстоятельств, представленных в материалы дела справок 2НДФЛ, расчетных листков, всего заработная плата истца за 2024 год составила <***>. Общий доход за период с 01.09.2024 по 31.08.2025 составил <***>.
Среднедневной заработок рассчитывается <***>.
При этом, Драганова Е.О. находилась на листке нетрудоспособности в период с 03.1.02025 по 17.10.2025 – 15 дней.
Таким образом оплате подлежат всего за 177 рабочих дня средний заработок составит: 1 <***>.
При этом, оснований для включения в средний заработок за время вынужденного прогула суммы в размер 25% к окладу, в связи с присвоением высшей квалификационной категории истцу, не имеется, поскольку расчет среднего заработка осуществления, как указано выше на основании ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, Постановления Правительства РФ от 24.04.2025 N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" в его расчёт берется заработная плата за предыдущий период.
Оценивая требования иска в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями либо бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой и апелляционной инстанции.
Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.
Установив факт нарушения трудовых прав истца в связи с незаконным увольнением, чем истцу, безусловно причинен моральный вред, суд в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в ее пользу компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дела, а именно нарушение процедуры увольнения истца, в результате чего с истцом незаконно был расторгнут трудовой договор, степень нравственных переживаний истца, в связи с незаконностью увольнения, наличие на иждивении у истца малолетнего ребенка, требования разумности и справедливости, и считает необходимым удовлетворить требования в сумме 5 000 руб., полагая эту сумму способствующей восстановлению прав истца с соблюдением баланса интересов сторон.
Согласно ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов. В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
С учетом изложенного с ответчика надлежит взыскать сумму государственной пошлины, исчисленной по правилам ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в сумме 9 293 руб. 76 коп.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования Драгановой Екатерины Олеговны к Государственному бюджетному учреждению Свердловской области «Центр психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Признать незаконным приказ Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Центр психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (ОГРН 1036604391042) о прекращении (расторжении) трудовгодогвоора от 15.09.2025 с Драгановой Екатериной Олеговной.
Восстановить Драганову Екатерину Олеговну ***) в должности методиста Отделения дополнительного образования Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Центр психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (ОГРН 1036604391042) с 16 сентября 2025 года.
Решение о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Центр психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (ОГРН 1036604391042) в пользу Драгановой Екатерины Олеговны (***) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 16.09.2025 по 30.06.2026 в размере 276 358 руб. 73 коп. за вычетом НДФЛ, компенсацию морального вреда 5 000 руб.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Центр психолого – педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (ОГРН 1036604391042) в бюджет государственную пошлину 9 293 руб. 76 коп.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Д.В. Лесняк