РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 октября 2026 года г. Екатеринбург
Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Войт А.В., при секретаре судебного заседания Пархачёвой П.Е., с участием истца и представителя истца Межина В.Ю., ответчика Цурган К.А., представителя ответчика Девятых С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Межина Виталия Юрьевича, Кокаревой Юлии Евгеньевны к индивидуальному предпринимателю Цурган Ксении Андреевне об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Межин В.Ю., Кокарева Ю.Е. обратились в суд с вышеуказанным иском. В обоснование указали, что Межин В.Ю. осуществлял трудовую деятельность у ИП Ветровой К.А. в должности логиста с 01 марта 2023 года по 31 января 2024 года. Кокарева Ю.Е. осуществляла трудовую деятельность у ИП Ветровой К.А. в должности менеджера по продажам в период с 01 марта 2023 года по 31 января 2024 года. Работа истцов носила постоянный характер, за истцом закреплена конкретная функция, установлен график работы, установлена заработная плата в размере 100000 рублей. Заработная плата выдавалась наличными денежными средствами. В период с ноября 2023 года по 31 января 2024 года ответчик перестал выплачивать заработную плату, а в феврале 2024 года закрыла деятельность индивидуального предпринимателя. Поскольку истцы с ведома и по поручению ответчика приступили к исполнению трудовых обязанностей в указанных должностях, то между сторонами достигнуто соглашение о личном выполнении истцами определенной, заранее обусловленной трудовой функции по указанной должности, под контролем и управлением работодателя, правоотношения сторон носили возмездный характер и являются трудовыми.
На основании изложенного, с учетом уточнения требований, просят установить факт трудовых отношений между Межиным В.Ю. и ИП Ветровой К.А. с 10 июля 2022 года по 31 января 2024 года в должности логист, обязать ответчика внести сведения о трудовой деятельности в трудовую книжку Межина В.Ю. за указанный период, взыскать в пользу Межина В.Ю. задолженность по заработной плате за период с 01 ноября 2023 года по 31 января 2024 года в размере 300000 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 328933 рубля 31 копейка, компенсацию морального вреда 20000 рублей;
установить факт трудовых отношений между Кокаревой Ю.Е. и ИП Ветровой К.А. с 10 июля 2022 года по 31 января 2024 года в должности менеджер, обязать ответчика внести сведения о трудовой деятельности в трудовую книжку Кокаревой Ю.Е. за указанный период, взыскать в пользу Кокаревой Ю.Е. задолженность по заработной плате за период с 01 ноября 2023 года по 31 января 2024 года в размере 300000 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 328933 рубля 31 копейка, компенсацию морального вреда 20000 рублей.
В судебном заседании истец и представитель истца Кокаревой Ю.Е. на основании доверенности Межин В.Ю. доводы искового заявления поддержал, настаивал на удовлетворении требований. Пояснил, что трудовой договор подписывали, приказ о приеме на работу выносился, трудовую книжку отдал работодателю. ИП Ветрова К.А. оформляла на имя Межина В.Ю. доверенность. Находились в офисе по адресу ***. Относительно срока пояснил, что истцы и ответчик находились в дружеских отношениях длительное время, истцы обращались к ответчику относительно заработной платы, есть переписка, в государственные органы не обращались.
Ответчик Цурган (Ветрова) К.А. представила в материалы дела отзыв на исковое заявление, согласно доводам которого просит в удовлетворении требований отказать на основании следующего. Трудовой договор не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, истцы не подчинялись ответчику и не выполняли ее распоряжений. Денежные средства, находящиеся на счетах ИП Ветровой К.А., принадлежали истцам, являлись выручкой от их собственной деятельности. Ответчик занималась швейным делом, а истцы поставляли компьютерное оборудование и канцелярские товары в школы, что свидетельствует о разных видах деятельности. Подписи, стоящие в договорах и накладных, не совпадают с подписью ИП Ветровой К.А., часть документов подписана лично Межиным В.Ю. с его расшифровкой. Более того, товарная накладная №302 от 26 сентября 2023 года подписана в тот момент, когда ответчик находилась в Москве, а именно в период с 23 сентября 2023 года по 03 октября 2023 года. Объем работы истцов не соответствует их полной занятости, за ноябрь 2023 года документы отсутствуют полностью, за декабрь 2023 года – охватывают 3 рабочих дня, за январь 2023 года – один. Такой объем не соответствует 504 часам полной занятости за три месяца. Истцами пропущен срок на обращение в суд.
В судебном заседании ответчик Цурган К.А., ее представитель Девятых С.А. доводы отзыва поддержали, возражали против удовлетворения исковых требований. Оспаривали факт обращения к ответчику, указали, что вся имеющая переписка имеет характер дружеской, никак не связанной с трудовой деятельностью.
Заслушав истца и представителя истца, ответчика и ее представителя, исследовав материалы дела, оценив доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьями 12 и 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Согласно ч. ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.
Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, под трудовыми отношениями понимаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
При этом в соответствии со ст. ст. 16, 56, 66 - 68 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения по общему правилу возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме, а сам прием на работу дополнительно оформляется изданным на основании заключенного трудового договора приказом (распоряжением) работодателя. Такой приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы, а на работников, не являющихся совместителями и проработавших свыше пяти дней, также ведутся трудовые книжки, куда вносятся аналогичные сведения. Вместе с тем согласно упомянутым выше нормам трудовые отношения между работником и работодателем могут возникать также и на основании фактического допуска работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Таким образом, по смыслу ст.ст. 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением ч. 2 ст. 67 названного Кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.
Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, что также отражено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям».
В соответствии с пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении).
Истцом Кокаревой Ю.Е. заявлено об установлении факта трудовых отношений с ИП Ветровой К.А. за период с 10 июля 2022 года по 31 января 2024 года в качестве менеджера.
Вместе с тем, в материалы дела не представлено ни одного доказательства, подтверждающего какие-либо правоотношения между Кокаревой Ю.Е. и ИП Ветровой К.А. Нет никаких письменных доказательств, переписки, денежных перечислений. Все представленные договоры и накладные не содержат никаких указаний на Кокареву Ю.Е. Заявленная в качестве доказательства переписка с контрагентами суду ни с исковым заявлением, ни в период рассмотрения дела по существу не представлена.
Более того, в заявленный период Кокарева Ю.Е. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя с 21 апреля 2021 года, имела как индивидуальный предприниматель большое количество открытых счетов (более 40 счетов) со значительным оборотом денежных средств. Указанное свидетельствует об отсутствии необходимости трудовых отношений с иным индивидуальным предпринимателем в принципе.
Относительно установления факта трудовых отношений между Межиным В.Ю. и ИП Ветровой К.А. за период с 10 июля 2022 года по 31 января 2024 года.
В материалы дела представлены счета и накладные, в которых Межин В.Ю. ставит подпись за получение товара, услуги, результаты работ от имени ИП Ветровой К.А., а именно счет №S-LEO12/0671679550168 от 23 марта 2023 года, счет-фактура №СУР00054032 от 19 апреля 2023 года, товарная накладная №92134 от 21 апреля 2023 года, счет-фактура №981 от 24 апреля 2023 года, товарная накладная №V030233034 от 27 апреля 2023 года, акт №1066280/0088 от 28 апреля 2023 года, счет-фактура №Б-00246026/4132 от 04 мая 2023 года, счет-фактура №55 от 16 мая 2023 года, товарно-транспортная накладная №1025 от 22 мая 2023 года, счет-фактура №2005 от 22 мая 2023 года, счет-фактура №188 от 22 мая 2023 года, акт №1008092/0422 от 29 мая 2023 года, товарная накладная №247 от 31 мая 2023 года, счет №2306-263846-08441 от 14 июня 2023 года, счет-договор продажа WST №480 от 14 июня 2023 года, счет-фактура №103643 от 28 июня 2023 года, счет-фактура №275 от 16 августа 2023 года, счет-фактура №8266 от 19 сентября 2023 года, товарная накладная №00003 от 09 января 2024 года, счет-фактура №ЕКП0117000107/24 от 17 января 2024 года, счет от 26 января 2024 года /т. 1 л.д. 13-40/.
Каких-либо иных доказательств в материалы дела не представлено. Ссылка стороны истца о заключении трудового договора, вынесении приказа о приеме на работу документально не подтверждается. Необходимо также указать на то, что стороне истца неоднократно судом предоставлялась возможность предоставления доказательств, запрашивались документы, однако требование суда не исполнено.
Ответчиком оспаривается подпись ИП Ветровой К.А. в вышеуказанных документах, однако недостаточным является заявление об указанном, требуется предоставление письменных доказательств, опровергающих факт подписания документов ИП Ветровой К.А., использование специальных познаний. Таких доказательств не представлено, о их наличии не заявлено. Судом разъяснен порядок заявления ходатайства о проведении судебной почерковедческой экспертизы с внесением денежных средств на депозит суда. В судебном заседании представитель ответчика сообщил, что ходатайство заявлено не будет.
При указанных обстоятельствах суд исходит из того, что документы подписаны ИП Ветровой К.А.
Относительно довода ответчика о том, что Ветрова К.А. не осуществляла предпринимательскую деятельность, свое ИП передала истцам, они осуществляли деятельность самостоятельно, а Ветрова К.А. является швеей, ее деятельность никак не связана с той, которой занимались истцы.
Отклоняя данный довод, суд исходит из того, что предпринимательская деятельность в силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.
Согласно полученным из ИФНС России по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга сведениям /том 1 л.д. 135-156/, Ветрова К.А. зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя 27 апреля 2022 года на основании лично поданного заявления. 14 февраля 2024 года Ветровой К.А. подано заявление о прекращении деятельности в качестве индивидуального предпринимателя. Решением регистрирующего органа от 21 февраля 2024 года статус индивидуального предпринимателя у Ветровой К.А. прекращен. 24 декабря 2025 года Ветровой К.А. вновь подано заявление о регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. Решением ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга от 29 декабря 2025 года Ветрова К.А. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя.
Указанное позволяет сделать вывод о том, что Ветрова К.А. в полной мере осознавала последствия своих действий. Регистрируясь в качестве предпринимателя, была готова к осуществлению направленной на извлечение прибыли деятельности, осуществляемой на свой риск. Следовательно, даже если принять за установленный факт пояснения ответчика, именно Ветрова К.А. будет нести всю ответственность в отношениях с Межиным В.Ю.
Оценивая представленные истцом доказательства, которые надлежащими доказательствами не опровергнуты, суд приходит к выводу о наличии между истцом Межиным В.Ю. и ответчиком трудовых отношений, регулируемых нормами трудового законодательства, за период с 23 марта 2023 года по 26 января 2024 года.
Так, истец Межин В.Ю. осуществлял трудовую деятельность в качестве логиста, длительный период времени, постоянно.
Относительно заработной платы, размера и периода задолженности, то в материалы дела не представлены доказательства получения денежных средств от ответчика истцом Межиным В.Ю. Истец указывал, что размер заработной платы составлял 100000 рублей в месяц, денежные средства получал наличными.
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 23 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из сведений, предоставленных Управлением Федеральной службы государственной статистики по Свердловской области и Курганской области /том 1 л.д. 133/, средняя начисленная заработная плата работников организаций по Свердловской области за октябрь 2023 года по профессиональной группе Аналитики систем управления и организации (включая должность логиста) составляет 134151 рубль.
Заявленный размер заработной платы Межина В.Ю. не превышает обычное вознаграждение по данной должности.
Поскольку судом установлен факт трудовых отношений с 23 марта 2023 года по 26 января 2024 года, за указанный период истец Межин В.Ю. имел право на получение вознаграждения за труд. Истцом заявлено о задолженности за период с 11 ноября 2023 по 26 января 2024 года. Доказательства выплаты заработной платы не представлены.
Между тем, по всем требованиям ответчиком заявлено о применении срока давности обращения в суд за разрешение индивидуального трудового спора, разрешая которое суд приходит к следующему.
Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
В абзацах первом, втором пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок.
В абзаце третьем пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (абзац четвертый пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).
В абзаце пятом пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» отмечено, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих постановлениях, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 12 июля 2005 года №312-0, 15 ноября 2007 года №728-0-0, 21 февраля 2008 года №73-0-0, 05 марта 2009 года №295-0-0).
Соответственно, с учетом положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями статей 2 (задачи гражданского судопроизводства), 67 (оценка доказательств), 71 (письменные доказательства) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
В данном случае, учитывая отсутствие оформления трудовых отношений, с применением положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, суд полагает, что к настоящим требованиям подлежит применению трехмесячный срок обращения в суд со дня, когда истцами заявлено, что сторонами фактически прекращены трудовые отношения, то есть с 31 января 2024 года. Обращение в суд последовало 22 июля 2026 года, что следует из штампа суда о приеме искового заявления. То есть истцы пропустили срок на обращение в суд более чем на 2 года.
По требованиям о задолженности по заработной плате, то истцами также заявлено о наличии задолженности по 31 января 2024 года, по данным требованиям срок истек 31 января 2025 года, истцы пропустили срок на обращение в суд более чем на полтора года.
Судом установлено, что истец Межин В.Ю. достоверно понимал порядок обращения в суд с настоящими требованиями. Межин В.Ю. имеет высшее юридическое образование, о чем он сообщил в судебном заседании, то есть обладает специальными познаниями для защиты своих прав, в том числе трудовых. Кокарева Ю.Е., являющаяся супругой Межина В.Ю., длительный период времени занимающаяся предпринимательской деятельностью, в полной мере должна была осознавать важность соблюдения сроков для защиты своих прав, если полагала, что они нарушены.
Длящееся нарушение трудовых прав истцов судом не установлено, поскольку доказательств обращения истцов к ответчику после окончания существующих правоотношений не представлено. Также не представлено доказательств обращения в ГИТ, прокуратуру за защитой нарушенных трудовых прав в течение более двух лет со дня окончания правоотношений между истцами и ответчиком.
В качестве такового доказательства суд не принимает представленный в последнем судебном заседании скриншот сообщений абоненту Ветрова Ксения. Так, в переписке имеется три сообщения: 02 апреля 2024, 04 марта 2025 и 02 мая 2026 года. Последнее сообщение – единственное с упоминанием о заработной плате. Вместе с тем, ответчик не подтверждает переписку. Истец Межин В.Ю. не предоставляет суду носитель, с которого сделан скриншот (после вопроса суда об указанном Межин В.Ю. сообщил, что телефон только что потерял, когда делал распечатку скриншота). Скриншот в одно и то же время с последним сообщением (15:34). Что также в отсутствие носителя и не подтверждении переписки ответчиком (в ее носителе данной переписки нет) не позволяет установить достоверность скриншота.
Суд учитывает, что сторонами подтверждается, следует из представленных в материалы дела фотографий, что между истцами и ответчиком существовали длительные дружеские отношения, переписка вообще могла не относиться к правоотношениям сторон.
Сведений о длительном нарушении состояния здоровья своего либо родственников, препятствующего своевременному обращению истцов к данному ответчику не имеется, доказательств наличия таких обстоятельств не представлено.
При этом суд принимает во внимание, что, не имея ограничений в выборе действий и распоряжении собственными правомочиями, истцы имели безусловную возможность обращения в суд в установленный законом срок, в том числе путем подачи искового заявления как лично, так и через представителя, однако в отсутствие объективных препятствий, своевременно право на судебную защиту надлежащим образом не реализовал, каких-либо действий, направленных на урегулирование возникшей ситуации в досудебном порядке, в том числе путем обращения в контролирующие органы, позволяющие судить об уважительности пропуска работником срока обращения в суд, в связи с наличием у него правомерных ожиданий для добровольного удовлетворения ответчиком заявленных требований, истцами на протяжении длительного времени (более чем два года) не совершалось, на уважительные причины, препятствующие истцам обратиться с иском в суд в течение столь длительного периода времени с того момента, когда они узнали о нарушении своих прав, не указывали, причин, связанных с личностью истцов (болезнь истца, нахождение в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи), истцами суду не представлено.
Истцы не были лишены возможности предоставить доказательства наличия уважительных причин пропуска срока, принятия мер для защиты своих прав, судом вопросы о сроке обращения в суд ставились фактически с начала рассмотрения спора по существу.
Пропуск установленного законом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является самостоятельным основанием для отказа в иске при условии отсутствия уважительных причин, послуживших основанием для пропуска этого срока.
Поскольку судом установлен пропуск срока на обращение в суд по требованиям обоих истцов по факту трудовых отношений и по взысканию заработной платы, также будет пропущен срок по взысканию компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации морального вреда.
Таким образом, и по указанному основанию требования истца Кокаревой Ю.Е. удовлетворению не подлежат в полном объеме. Требования Межина В.Ю. подлежат отклонению в полном объеме в связи с пропуском срока на обращение в суд и отсутствием уважительных причин пропуска срока.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Межина Виталия Юрьевича, Кокаревой Юлии Евгеньевны к индивидуальному предпринимателю Цурган Ксении Андреевне об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья А.В. Войт