РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 октября 2026 года г. Екатеринбург
Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Войт А.В., при секретаре судебного заседания Пархачёвой П.Е., с участием представителя истца Дмитриева А.С., представителя ответчика Васильева А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Битюковой Антонины Анатольевны к обществу с ограниченной ответственностью Производственная фирма «Техпрома» о признании переводов незаконными, возложении обязанностей, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Битюкова А.А. обратилась в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указала, что 01 октября 2023 года между истцом и ответчиком заключен трудовой договор № 8, по условиям которого истец принята на работу к ответчику в качестве менеджера по продажам. В начале марта 2205 года начальник производства Артамонов сообщил истцу, что программное обеспечение, в котором истец выполняла трудовые обязанности менеджера по продажам, вышло из строя, доступ к программе отсутствует, и предложил временно, пока будет меняться компьютер, выполнять работу по упаковке (комплектации) продукции. Добросовестно полагая, что речь идет о кратковременном производственном поручении, истец приступила к указанной работе. Письменное согласие на перевод не давалось. Соглашение об изменении условий трудового договора не заключалось, с приказами о переводе истца не знакомили. О том, что работодатель оформил постоянные переводы истца на другие должности, истцу стало известно при увольнении: согласно сведениям о трудовой деятельности, полученным из информационных ресурсов СФР 27 июля 2026 года приказом от 03 марта 2025 года № 1 оформлен перевод истца на должность сборщик/монтажник хомутов, а приказом от 01 августа 2025 года № 4 оформлен перевод истца на должность комплектовщик товара. Дополнительные соглашения представлены истцу только 24 июля 2026 года в день увольнения, истцом не подписаны.
Порученная работа выполнялась истцом в помещении, в котором установлено лазерное оборудование, на котором по указанию работодателя истец вынуждена выполнять работу. Однако истец перенесла операцию лазерной коррекции зрения, работа была ей противопоказана. Направление на обязательный медицинский осмотр при переводе на работу с вредным производственным фактором не выдалось, медицинское заключение об отсутствии противопоказаний не оформлялось.
В 2026 году работодатель на рабочем месте истца скрытно установил камеру видеонаблюдения с функцией аудиофиксации. Об указанном истец не уведомлялась, с локальными нормативными актами, регламентирующими видеонаблюдение и обработку персональных данных, истца не знакомили, согласие на обработку персональных данных не истребовалось.
13 июля 2026 года истец подала заявление об увольнении и заявление о выдаче копий документов, связанных с работой. Документы истцу не выданы до настоящего времени.
Истец полагает переводы незаконными, незаконным является и установка камеры на рабочем месте истца. Действиями работодателя причины нравственные страдания, создана угроза здоровью.
Просит признать незаконным перевод с должности менеджер по продажам на должность сборщик/монтажник хомутов (структурное подразделение «Сборка хомутов»), оформленный приказом от 03 марта 2025 года № 1, перевод на должность комплектовщик товара (структурное подразделение «Основное»), оформленный приказом от 01 августа 2025 года № 4, возложить на ответчика обязанность в течение десяти рабочих дней со дня вступления решения суда в законную силу предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения о трудовой деятельности истца об отмене кадровых мероприятий «перевод» от 03 марта 2025 года (приказ от 03 марта 2025 года № 1) и «перевод» от 01 августа 2025 года (приказ от 01 августа 2025 года № 4), уточнить сведения о кадровом мероприятии «увольнение» от 24 июля 2026 года с указанием должности «менеджер по продажам», возложить на ответчика обязанность в течение трех рабочих дней со дня вступления решения суда в законную силу выдать истцу надлежащим образом заверенные копии документов, связанных с работой: приказа о приеме на работу от 01 октября 2023 года № 8, приказа о переводе от 03 марта 2025 года № 1, приказа о переводе от 01 августа 2025 года № 4, приказа о прекращении (расторжении) трудового договора от 13 июля 2026 года № 4, личной карточки работника, расчетных листков за период с октября 2023 по июль 2026 года, записки-расчета при прекращении трудового договора, табелей учета рабочего времени за период с 01 октября 2023 года по 24 июля 2026 года, справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах за период работы, приказов о предоставлении отпусков за период работы, взыскать компенсацию морального вреда 250000 рублей.
Определением суда от 29 сентября 2026 года принят отказ от искового требования о возложении обязанности представить документы, связанные с работой, в связи с добровольным удовлетворением требования после подачи искового заявления.
Битюкова А.А. в судебное заседание не явилась. Воспользовалась правом вести дело через представителя. Представитель истца Дмитриев А.С., действующий на основании доверенности, в судебном заседании на удовлетворении требований настаивал. Пояснил, что компенсация морального вреда заявлена в том числе в связи с установкой видеокамеры на рабочем месте истца. Камера установлена в том же кабинете, где истец переодевалась, принимала пищу, камера с аудиофиксацией, в результате другие работники знали подробности личной жизни истца. О вреде здоровью и связанных с этим нарушениях со стороны работодателя истец не заявляет. В компенсацию морального вреда помимо незаконных переводов включает установку видеокамеры и невыдачу документов, связанных с работой, до рассмотрения спора в судебном порядке.
Относительно ходатайства о пропуске срока представителем истца представлена письменная позиция.
Представитель ответчика Васильев А.С., действующий на основании доверенности, представил возражения /л.д. 61-62/, согласно которым ответчик с требованиями Битюковой А.А. не согласен. Довод о переводе истца в связи с вышедшим из строя программным обеспечением не соответствует действительности, истец занималась оформлением заказов на маркетплейсах через браузер, программы не требовалось. Письменное согласие о переводе 03 марта 2025 года у истца не запрашивалось, однако истец ознакомлена с приказом о переводе. Соответственно о переводе истец узнала 03 марта 2025 года. О переводе на другую должность с 01 августа 2025 года истец достоверно узнала не позднее 26 августа 225 года. Доказательств по противопоказаниям к работе и о том, что работодатель знал о них, истец не предоставляет. Видеокамера не имела скрытый характер, камеры установлены на всей территории, где расположено производство ответчика. Истец выполняла работу комплектовщика товара для поставки на маркетплейсы, для исключения спорных моментов с конечными покупателями о содержимом упаковки, наличие камеры, фиксирующей процесс комплектовки товара над рабочим местом истца, является необходимостью. Относительно документов, связанных с работой, то заявление от 13 июля 2026 года передано ***8 – сотруднику, у которого нет полномочий по приему заявлений у работников, о чем истцу известно. В заявлении не поименованы документы, которые истребуются у ответчика. В день увольнения истец находилась у ответчика, однако пояснений по документам не предоставила. От получения документов, связанных с увольнением, отказалась, приказ об увольнении не подписала, о чем составлен акт. Полагает, что истцом пропущен срок на обращение в суд. Просит в удовлетворении требований отказать.
В судебном заседании представитель ответчика возражения поддержал.
Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, оценив доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, никем не оспаривается, что 01 октября 2023 года между Битюковой А.А. и ООО ПФ «Техпрома» заключен трудовой договор № 8 /л.д. 15-18/, по условиям которого истец Битюкова А.А. принята на работу в ООО ПФ «Техпрома» на должность менеджера по продажам с 01 октября 2023 года по основному месту работы.
Прием на работу оформлен приказом от 01 октября 2023 года № 8 /л.д. 77/.
13 июля 2026 года истцом Битюковой А.А. подано заявление об увольнении по собственному желанию /л.д. 158/.
Приказом ООО ПФ «Техпрома» от 13 июля 2026 года № 4 Битюкова А.А. 24 июля 2026 года уволена с должности комплектовщика товара по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника, трудовой договор расторгнут /л.д. 157/.
В материалы дела ответчиком представлен приказ о переводе Битюковой А.А. с должности менеджера по продажам в структурном подразделении основное на должность сборщика в структурное подразделение сборка хомутов от 03 марта 2025 года № 1 /л.д. 82/, а также приказ о переводе Битюковой А.А. с должности сборщика в структурном подразделение сборка хомутов на должность комплектовщика товара в структурном подразделении основное от 01 августа 2025 года № 4.
Истцом оспаривается законность переводов.
Трудовые отношения в силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.
Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.
Обязательными для включения в трудовой договор являются в том числе условия о месте работы, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - о месте работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения; о трудовой функции (работе по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретном виде поручаемой работнику работы) (абзацы второй, третий части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.
Согласно части 1 статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.
По соглашению сторон, заключаемому в письменной форме, работник может быть временно переведен на другую работу у того же работодателя на срок до одного года, а в случае, когда такой перевод осуществляется для замещения временно отсутствующего работника, за которым в соответствии с законом сохраняется место работы, - до выхода этого работника на работу. Если по окончании срока перевода прежняя работа работнику не предоставлена, а он не потребовал ее предоставления и продолжает работать, то условие соглашения о временном характере перевода утрачивает силу и перевод считается постоянным (часть 1 статьи 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании заключенного в письменной форме трудового договора. Обязательным для включения в трудовой договор является, в частности, условие о трудовой функции работника (работе по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы). Изменение согласованных сторонами трудового договора (работником и работодателем) условий трудового договора, по общему правилу, возможно лишь по обоюдному согласию сторон трудового договора. При этом соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора должно заключаться в письменной форме.
Одним из случаев изменения условий трудового договора является перевод работника на другую работу, то есть постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник, при продолжении работы у того же работодателя. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника. Временным переводом считается в том числе перевод работника на другую работу по письменному соглашению сторон у того же работодателя на срок до одного года. По окончании срока временного перевода работника на другую работу работодатель обязан предоставить ему прежнюю работу. Если срок временного перевода истек, а работник не настаивает на предоставлении прежней работы и продолжает работать, выполняя измененную трудовую функцию, то условие о временном характере перевода утрачивает силу. В этом случае работа по должности (профессии, специальности), на которую работник был временно переведен, считается для него постоянной и работодатель не вправе без согласия работника перевести его на прежнюю работу (должность) или другую работу.
Трудовым договором, заключенным между истцом и ответчиком, установлено, что Битюкова А.А. принята на работу на должность менеджера по продажам.
Объективно из материалов дела следует отсутствие согласия Битюковой А.А. на изменение условий трудового договора в части должности, в которой истец осуществляет трудовую деятельность.
Представленные дополнительные соглашения от 03 марта 2025 года № 1 и от 01 августа 2025 года № 2 /л.д. 75-76/ не подписаны истцом.
Иная форма соглашения об изменении определенных сторонами условий трудового договора, кроме письменного, Трудовым кодексом Российской Федерации не предусмотрена. Факт ознакомления с приказом о переводе от 03 марта 2025 года /л.д. 82/, ознакомления с приказом о предоставлении отпуска в иной должности, чем установлена трудовым договором /л.д. 88/, не могут заменить оформленное в письменной форме согласие на изменение должности.
Таким образом, переводы истца Битюковой А.А. с должности менеджера по продажам на должность сборщика/монтажника хомутов, оформленный приказом от 03 марта 2025 года № 1, с должности сборщика/монтажника хомутов на должность комплектовщика, оформленный приказом о 01 августа 2025 года № 4, являются незаконными.
Ответчиком заявлено о пропуске срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации Работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.
Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).
Действительно, с приказом о переводе от 03 марта 2025 года истец ознакомлена, о чем имеется подпись в приказе /л.д. 82/, вместе с тем в соответствующей графе приказа дата ознакомления с приказом отсутствует.
По переводу 01 августа 2025 года сведения об ознакомлении с приказом отсутствуют, что установлено выше.
Истец указывает, что о переводах узнала при получении сведений о трудовой деятельности /л.д. 25-28/ 27 июля 2026 года.
С учетом установленных обстоятельств отсутствия надлежащим образом оформленного соглашения об изменении условий трудового договора суд соглашается с позицией истца о том, что о переводах она узнала 27 июля 2026 года. Исковое заявление подано истцом 31 июля 2026 года, то есть в установленный срок.
Таким образом, требования истца о признании переводов незаконными подлежат удовлетворению.
В соответствии со статьей 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации Работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника (далее - сведения о трудовой деятельности) и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации.
В сведения о трудовой деятельности включаются информация о работнике, месте его работы, его трудовой функции, переводах работника на другую постоянную работу, об увольнении работника с указанием основания и причины прекращения трудового договора, другая предусмотренная настоящим Кодексом, иным федеральным законом информация.
Поскольку судом установлена незаконность переводов, информация о которых имеется в сведениях о трудовой деятельности, на работодателя должна быть возложена обязанность предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения о трудовой деятельности истца об отмене кадровых мероприятий «перевод» от 03 марта 2025 года (приказ от 03 марта 2025 года № 1) и «перевод» от 01 августа 2025 года (приказ от 01 августа 2025 года № 4), уточнить сведения о кадровом мероприятии «увольнение» от 24 июля 2026 года с указанием должности «менеджер по продажам».
Предложенный истцом срок (10 рабочих дней со дня вступления решения суда в законную силу) является обоснованным, достаточным для исполнения решения суда.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Судом установлены нарушения, допущенные работодателем в части изменения условий трудового договора (переводов).
При этом истцом заявлено о том, что моральный вред подлежит компенсации и в связи с установленной камерой видеонаблюдения.
Согласно статье 86 Трудового кодекса Российской Федерации обработка персональных данных работника может осуществляться исключительно в целях обеспечения соблюдения законов и иных нормативных правовых актов, содействия работникам в трудоустройстве, получении образования и продвижении по службе, обеспечения личной безопасности работников, контроля количества и качества выполняемой работы и обеспечения сохранности имущества; работники и их представители должны быть ознакомлены под роспись с документами работодателя, устанавливающими порядок обработки персональных данных работников, а также с их правами и обязанностями в этой области.
Таким образом, видеонаблюдение на рабочих местах, в производственных помещениях, на территории работодателя, как мера контроля, является правомерным, если оно осуществляется только для конкретных и заранее определенных целей, связанных с исполнением работником его должностных обязанностей, при этом работники поставлены в известность о ведении видеонаблюдения и зонах видимости размещенных камер.
Видеонаблюдение на рабочих местах требует соблюдения ряда правил в целях защиты прав работников и третьих лиц. Оно может применяться только в таких целях, как эффективность производства, контроль и учет рабочего времени работников, рациональное использование рабочего времени, повышение производительности труда.
Локальные нормативные акты работодателя, которые регулируют видеонаблюдение на рабочих местах, определяют лиц, которые допущены к просмотру видеоизображения, суду не представлены. О их существовании ответчик не заявляет. Согласие истца на обработку персональных данным в целях видеонаблюдение также не представлено.
Указанное позволяет согласиться с истцом о том, что установка камеры нарушает ее права.
Тот факт, что камера не является скрытой, о ней истец знала, что следует из переписки с иным работником, не заменяет обязательные условия видеонаблюдения на рабочих местах.
Также в обоснование компенсации морального вреда истец указывает на не выдачу документов, связанных с работой.
В соответствии с частью 1 статьи 62 Трудового кодекса Российской Федерации по письменному заявлению работника работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня подачи этого заявления выдать работнику трудовую книжку (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется) в целях его обязательного социального страхования (обеспечения), копии документов, связанных с работой (копии приказа о приеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется); справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах, о периоде работы у данного работодателя и другое). Копии документов, связанных с работой, должны быть заверены надлежащим образом и предоставляться работнику безвозмездно.
13 июля 2026 года (в день подачи заявления об увольнении) Битюковой А.А. подано заявление о выдаче документов, связанных с работой /л.д. 24/. Действительно, заявление не конкретизировано. Между тем, статья 62 Трудового кодекса Российской Федерации определяет круг таких документов: копии документов, связанных с работой (копии приказа о приеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется); справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах, о периоде работы у данного работодателя и другое). В связи с чем документы, связанные с работой, - это достаточно определенные документы, обязанность по выдаче которых возложена на работодателя.
Между тем, суд учитывает, что заявление вручено работнику ***9, который по должностным обязанностям не имеет полномочий на выдачу документов, состоял в той же должности, что и истец /л.д.183-184/, доказательства вручения заявления иным способом отсутствуют.
Документы, связанные с работой, вручены истцу в период рассмотрения дела, доказательства нарушения прав работника не получением копий документов до судебного разбирательств суду не представлены. Истец никаким образом не поясняет, какие нравственные страдания ей причинены в данном случае.
О вреде здоровью, наличии противопоказаний к выполнению работы (с учетом признания переводов незаконными), о чем указано в иске, истец более не заявляет, в судебном заседании представитель истца снял с рассмотрения ходатайство о назначении экспертизы, указал, что позиция о проведении лазерной коррекции и наличии противопоказаний изложена ошибочно.
Таким образом, для установления размера компенсации морального вреда суд учитывает нарушение трудовых прав, связанное с незаконными переводами и установкой камеры видеонаблюдения.
Поскольку судом установлено нарушение трудового законодательства со стороны ответчика, повлекшее нарушение трудовых прав истца, с учетом требований разумности и справедливости, характера причиненных нравственных страданий, характера нарушения трудовых прав истца, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей. Доказательств несоразмерности заявленного размера компенсации ответчик не предоставляет. Оснований для взыскания компенсации в размере, заявленном истцом (250000 рублей), суд не усматривает, поскольку в материалы дела не представлены доказательства наступления тяжких неблагоприятных последствий, причиненных нарушением трудовых прав в части переводов и установки камеры со стороны ответчика.
В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7000 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Битюковой Антонины Анатольевны (паспорт гражданина Российской Федерации ***) к обществу с ограниченной ответственностью Производственная фирма «Техпрома» (ИНН 6670360546) о признании переводов незаконными, возложении обязанностей, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Признать незаконными перевод Битюковой Антонины Анатольевны (паспорт гражданина Российской Федерации ***) с должности менеджера по продажам на должность сборщика/монтажника хомутов, оформленный приказом от 03 марта 2025 года № 1, перевод Битюковой Антонины Анатольевны (паспорт гражданина Российской Федерации ***) с должности сборщика/монтажника хомутов на должность комплектовщика, оформленный приказом о 01 августа 2025 года № 4.
Возложить на общество с ограниченной ответственностью Производственная фирма «Техпрома» (ИНН 6670360546) обязанность в течение десяти рабочих дней со дня вступления настоящего решения суда в законную силу предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения о трудовой деятельности Битюковой Антонины Анатольевны (паспорт гражданина Российской Федерации ***) об отмене кадровых мероприятий «перевод» от 03 марта 2025 года (приказ от 03 марта 2025 года № 1) и «перевод» от 01 августа 2025 года (приказ от 01 августа 2025 года № 4), уточнить сведения о кадровом мероприятии «увольнение» от 24 июля 2026 года с указанием должности «менеджер по продажам».
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Производственная фирма «Техпрома» (ИНН 6670360546) в пользу Битюковой Антонины Анатольевны (паспорт гражданина Российской Федерации ***) компенсацию морального вреда 50000 рублей.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Производственная фирма «Техпрома» (ИНН 6670360546) в бюджет государственную пошлину в размере 7000 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья А.В. Войт