РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13 августа 2026 года г. Тюмень
Ленинский районный суд г. Тюмени в составе:
председательствующего судьи Саитовой Д.А., при секретаре Шамониной Д.Н., с участием помощника прокурора Ленинского АО г. Тюмени Доденковой Е.О., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5625/2026 по исковому заявлению Лебедевой Софьи Васильевны к Акционерному обществу «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, установил:
Лебедева С.В. обратилась в суд с исковым заявлением к Акционерному обществу «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что на основании заключенного с Акционерным обществом «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» трудового договора № 13/25 от 24.06.2025, истец была принята на должность ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений. С момента начала исполнения трудовых обязанностей никаких нареканий к работе со стороны ответчика не было, дисциплинарных взысканий на истца не налагалось. 22.08.2025 истцом в адрес руководителя в должности заместителя директора департамента СЭД Журавского А.В. через мессенджер Телеграм направлено уведомление о невозможности личного присутствия в офисе 25.08.2025 с запросом о предоставлении ссылок на запланированные видеоконференции. Согласно п. 2 раздела «Общие положения» трудового договора, истец осуществлял трудовую функцию вне места расположения работодателя (дистанционно). В ответ на указанное уведомление Журавским А.В. направлены сообщения, содержащие угрозу квалификации отсутствия в офисе как прогула, что противоречит ст. 192 ТК РФ. Поскольку трудовой договор предусматривает дистанционный режим работы, отсутствие в офисе не может расцениваться как прогул (отсутствие на рабочем месте без уважительной причины), так как рабочее место истца определено вне офиса работодателя. Кроме того, в переписке ответчик попытался в одностороннем порядке изменить условия трудового договора (введение обязательного присутствия в офисе) с угрозой увольнения в случае отказа от подписания дополнительного соглашения, что нарушает ст. 72 ТК РФ, согласно которой изменение условий трудового договора допускается только по соглашению сторон. Угроза увольнения за отказ от подписания дополнительного соглашения является неправомерным давлением и квалифицируется как попытка понуждения к увольнению (ст. 3 ТК РФ). Также в переписке содержалась угроза увольнения по п. 2 ч. 1 ст. 71 ТК РФ – не прохождение испытательного срока без предоставления мотивированного обоснования. Согласно ст. 71 ТК РФ ответчик обязан до увольнения ознакомить работника с доказательствами, подтверждающими его несоответствие занимаемой должности. Требование подписать дополнительное соглашение под угрозой увольнения не связано с оценкой профессиональных качеств и нарушает процедуру, установленную ст.71 ТК РФ. Кроме того, истцом было указано, что сотрудник, занимающий аналогичную должность, выполняет трудовые функции в дистанционном режиме из другого города, при этом такой подход создает неравные условия для работников с идентичными трудовыми функциями, что является дискриминацией и нарушает ст. 3 ТК РФ (равенство прав и возможностей работников). После диалога в мессенджере Телеграм 22.08.2025 г. в 23:45 по московскому времени со стороны Журавского А.В. истцу были заблокированы доступы ко всем рабочим ресурсам (CRM, Google Таблицы и т.д.), что сделало невозможным выполнение трудовых обязанностей до момента официального увольнения. Данные действия нарушают ст. 22 ТК РФ, согласно которой ответчик обязан обеспечить работнику условия, необходимые для исполнения трудовых функций. Таким образом, действия ответчика, направленные на блокировку доступа к рабочим ресурсам и создание невозможных условий для выполнения трудовых обязанностей, а также оказание давления на истца, создали ситуацию, при которой подача заявления об увольнении по собственному желанию от 24.08.2025 была вынужденной и не отражала свободной воли истца. Приказ № 17/25У от 25.08.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) был направлен Почтой России и получен истцом 04.09.2025. Дополнительно следует отметить, что при размещении вакансии ответчиком в публичном доступе была указана заработная плата от 140 000 рублей, тогда как фактический размер оплаты труда не превышает 70 000 рублей, что прямо нарушает требования ст. 22 и ст. 57 Трудового кодекса РФ, обязывающие работодателя достоверно информировать соискателя об условиях оплаты труда до заключения трудового договора и фиксировать в нем точный размер оклада. Данные действия ответчика противоречат ст. 7 Закона РФ «О занятости населения», запрещающей распространение недостоверной информации о вакансиях, а также ст. 5 Федерального закона «О рекламе», так как завышенный размер зарплаты носит обманный характер. Указание минимальной планки заработной платы, вводящее в заблуждение, направлено на привлечение кандидатов, и свидетельствует о недобросовестной практике ответчика, нарушающей принципы прозрачности и справедливости, закрепленные трудовым законодательством. 25.08.2025 истцом был направлен письменный запрос в адрес Государственной инспекции труда. Согласно ответу Центральной межрегиональной территориальной государственной инспекции труда, давление со стороны работодателя с целью получения от работника заявления об увольнении исключает свободу его волеизъявления. Инспекция подтвердила факт нарушения трудового законодательства, выдав в адрес ответчика предостережение о недопустимости нарушения требований норм действующего трудового законодательства Российской Федерации.
На основании изложенного истец просит признать незаконным и отменить приказ № 17/25У от 25.08.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении); восстановить на работе истца в должности ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений в АО «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» с сохранением дистанционного режима работы, предусмотренного трудовым договором № 13/25 от 24.06.2025, взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в качестве компенсации за время вынужденного прогула с 25.08.2025 по дату фактического восстановления на работе; взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 50 000 руб. в качестве компенсации морального вреда; взыскать с ответчика судебные расходы, включая государственную пошлину и иные понесенные истцом затраты, пропорционально удовлетворённой части исковых требований.
Истцом уточнены требования в части взыскания с ответчика денежной компенсации за время вынужденного прогула на основании ст. 394 Трудового кодекса РФ (л.д. 38-40). Расчет произведен на основании справки о доходах по форме КНД 1175018 за 2025 год. Расчетный период для определения среднего заработка: июль - август 2025 года. Сумма выплат, учитываемых для расчета среднего заработка: июль 2025 года 48 842,11 руб.; август 2025 года 136 923,51 руб.; итого 185 765, 62 руб.; количество рабочих дней в расчётном периоде (июль-август 2025) 44 рабочих дня. Средний дневной заработок: 185 765,62 руб. / 44 раб. дн. = 4 221,95 руб.
Расчет компенсации за вынужденный прогул:
1) за период с 25.08.2025 по 03.10.2025 (на дату подачи иска): количество рабочих дней: 37 рабочих дней (расчет по производственному календарю). Сумма компенсации: 4 221,95 руб.* 30 раб. дн. = 126 658,5 руб.;
2) за период с 06.10.2025 по дату фактического восстановления на работе: компенсация подлежит начислению исходя из среднего дневного заработка в размере 4 221,95 руб. за каждый рабочий день вынужденного прогула, приходящийся на указанный период.
Заочным решением Ленинского районного суда г. Тюмени от 03.12.2025 постановлено:
«Исковые требования Лебедевой Софьи Васильевны - удовлетворить частично.
Признать незаконным и отменить приказ №17/25У о прекращении (расторжении) трудового договора с работником Лебедевой Софьей Васильевной (увольнении) от 25 августа 2025 года.
Восстановить Лебедеву Софью Васильевну в должности ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений в АО «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» с 26 августа 2025 года.
Взыскать с Акционерного общества «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» (ИНН 7718806110) в пользу Лебедевой Софьи Васильевны (15.01.1996 года рождения, паспорт серия 45 25 номер 053236) средний заработок за время вынужденного прогула в размере 278048,07 руб., компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.
В остальной части требований – отказать.
Взыскать с Акционерного общества «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» (ИНН 7718806110) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Тюмень в размере 15341,44 руб.
Решение в части восстановления на работе Лебедевой Софьи Васильевны подлежит немедленному исполнению».
Определением Ленинского районного суда г. Тюмени от 24.04.2026 заочное решение от 03.12.2025 было отменено, рассмотрение дела по существу возобновлено.
После отмены заочного решения истец уточнила (увеличила) размер исковых требований, окончательно просит суд:
- признать незаконным и отменить приказ № 17/25У от 25.08.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении); восстановить на работе истца в должности ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений в АО «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» с сохранением дистанционного режима работы, предусмотренного трудовым договором № 13/25 от 24.06.2025;
- взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в качестве компенсации за время вынужденного прогула с 25.08.2025 по дату фактического восстановления на работе; представлен расчет с 25.08.2025 по 25.05.2026 включительно (на дату судебного заседания) в размере 772616,85 руб. (183 рабочих дня);
- взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 50000 руб. в качестве компенсации морального вреда.
В судебном заседании 29.07.2026 истец Лебедева С.В. настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме с учетом уточнения расчета исковых требований, после объявления перерыва в судебное заседание 13.08.2026 не явилась.
Представитель истца Васильева Н.М. в судебных заседаниях 13.07.2026 и 29.07.2026 на исковых требованиях настаивала в полном объеме, просила иск удовлетворить по изложенным в нем основаниям, после объявления перерыва в судебное заседание 13.08.2026 не явилась.
Представитель ответчика АО «ГК «НБС» Петров Д.М. в судебных заседаниях 13.07.2026 и 29.07.2026 возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме по изложенным в письменном отзыве основаниям, после объявления перерыва в судебное заседание 13.08.2026 не явился. В суд поступили возражения, в соответствии с которыми просят в иске отказать в полном объеме, поскольку увольнение истца было по собственному желанию, никакого принуждения, нарушений трудовых прав со стороны работодателя не было, истец не имела намерения продолжать работать у ответчика.
Третьи лица Журавский А.В., Громова (Будакова) Т.А., представитель третьего лица Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Тюменской и Курганской областях в судебное заседание не явились, извещены.
От третьего лица Громовой (Будаковой) Т.А. в суд поступили письменные объяснения по обстоятельствам дела, в соответствии с которыми она указывает, что непосредственным руководителем Лебедевой С.В. являлась Громова Т.А., руководитель отдела по внедрению корпоративных решений, а Журавский А.В. непосредственным руководителем истца не являлся, указаний об ее увольнении не давал, к подаче заявления об увольнении по собственному желанию не склонял.
Участвующий в деле помощник прокурора Ленинского АО г. Тюмени Доденкова Е.О. полагала исковые требования подлежащими удовлетворению.
Информация о времени и месте рассмотрения дела также заблаговременно размещена на официальном сайте Ленинского районного суда г. Тюмени leninsky.tum.sudrf.ru (раздел «Судебное делопроизводство»).
Исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению.
Судом установлено и следует из материалов дела, что 24.06.2025 года между Акционерным обществом «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» (работодатель) и Лебедевой Софьей Васильевной (работник) был заключен трудовой договор № 13/25, в соответствии с которым работник принят на должность ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений, работник осуществляет трудовую функцию вне места расположения работодателя (дистанционно). Трудовые обязанности устанавливаются должностной инструкцией и настоящим трудовым договором. Работник приступает к работе с 10 часов 00 минут. Трудовой договор заключается на неопределенный срок, устанавливается испытательный срок 3 месяца. Дата начала работы – 24 июня 2025 года. Работа является для работника основной (раздел I трудового договора) (л.д. 10-12).
В соответствии с п.13 (раздел IV) трудового договора работнику устанавливается заработная плата:
а) должностной оклад в размере 64 000 руб.;
б) компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера (при наличии);
в) стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты (при наличии).
Как указано в трудовом договоре работнику устанавливается пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, продолжительность ежедневной работы (смены) 8 часов, время начала работы – 10 часов 00 минут; время окончания работы – 19 часов 00 минут, время перерыва на работе для отдыха и питания составляет один час, определяется на усмотрение работодателя в пределах между 13-00 и 15-00 часами дня (раздел V трудового договора) (л.д. 10-12).
Трудовой договор подписан сторонами24 июня 2025 года.
Стороной ответчика представлена копия заявления Лебедевой С.В. от 22.08.2025, следующего содержания: «Прошу уволить меня по собственному желанию с 25.08.2025».
Представлена копия приказа №17/25У о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 25 августа 2025 года, в котором указано: прекратить действие трудового договора от 24 июня 2025 года № 13/25, уволить 25 августа 2025 года Лебедеву Софью Васильевну, отдел корпоративных решений, ведущий специалист по внедрению корпоративных решений, по инициативе работника пункт 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ, основание – заявление работника от 24.08.2025 года (л.д. 13).
Факт трудовых отношений и их прекращения также подтвержден представленными сведениями о трудовой деятельности из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации (л.д. 28-31), сведениями о трудовой деятельности, предоставленных работнику работодателем по Форме СТД-Р (л.д. 32).
Обращаясь в суд, истец указала, что 22.08.2025 г. истцом в адрес руководителя в должности заместителя директора департамента СЭД Журавского Андрея Вячеславовича через мессенджер Телеграм направлено уведомление о невозможности личного присутствия в офисе 25.08.2025 года с запросом о предоставлении ссылок на запланированные видеоконференции.
В ответ на указанное уведомление Журавским А.В. направлены сообщения, содержащие угрозу квалификации отсутствия в офисе как прогула. Кроме того, в переписке ответчик попытался в одностороннем порядке изменить условия трудового договора (введение обязательного присутствия в офисе) с угрозой увольнения в случае отказа от подписания дополнительного соглашения. Также в переписке содержалась угроза увольнения по п. 2 ч. 1 ст. 71 ТК РФ – не прохождение испытательного срока без предоставления мотивированного обоснования.
Указанное подтверждается предоставленной в материалы дела перепиской в мессенджере Телеграм (л.д. 14-17).
Как указывает истец в исковом заявлении и в судебном заседании, после данного диалога в мессенджере Телеграм 22.08.2025 г. в 23:45 по московскому времени со стороны Журавского А.В. истцу были заблокированы доступы ко всем рабочим ресурсам (CRM, Google Таблицы и т.д.), что сделало невозможным выполнение трудовых обязанностей до момента официального увольнения.
Данные обстоятельства подтверждаются представленными истцом выкопировками с рабочих программ (л.д. 18-24).
Доводы Лебедевой С.В. в указанной части ответчиком не оспорены, каких-либо опровержений представленным доказательствам, иных документов, возражений ответчиком суду не представлено.
Истец указывает, что приказ № 17/25У от 25.08.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) был направлен Почтой России и получен истцом 04.09.2025.
Истец Лебедева С.В. по данным фактам нарушения своих трудовых прав обращалась в Центральную межрегиональную территориальную инспекцию труда Федеральной службы по труду и занятости, получен ответ № 77/7-33764-25-ОБ/10-37762-ОБ/1442 от 24.09.2025 года, в котором указано, что в рамках проведения профилактических мероприятий, а также в рамках своих полномочий инспекцией в адрес АО «ГК «НБС» объявлено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований норм действующего трудового законодательства РФ. Лебедевой С.В. рекомендовано обратиться в суд (л.д. 25-27).
В соответствии со справкой от 25.08.2025 года о доходах и суммах налога физического лица за 2025 год, форма по КНД 1175018 (л.д. 33), указаны следующие сведения о доходах Лебедевой С.В.:
за июль 2025 года сумма дохода (код дохода 2000) - 48 842,11 руб.;
за август 2025 года сумма дохода (код дохода 2000) – 83 809,52 руб.;
за август 2025 года - сумма дохода (код дохода 2002) – 39 660 руб.;
за август 2025 года - сумма дохода (код дохода 2013) – 13 453,99 руб. (л.д. 33).
Из последовательных пояснений Лебедевой С.В. в иске, а также в судебном заседании 29.07.2026 следует, что заявление об увольнении по собственному желанию было ею написано под принуждением со стороны работодателя, поскольку истец, как слабая сторона в указанном споре, опасалась за увольнение по причине прогула, по причине не прохождения испытательного срока, не имела желания изменять условия трудового договора в части удаленного (дистанционного) режима работы, не хотела «портить сведения в трудовой книжке увольнением за прогул».
Из материалов дела усматривается, что истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком с 24.06.2025 года, работа была постоянной, о наличии намерения уволиться не заявляла, альтернативный источник дохода у нее отсутствовал, равно как и предложение от иного работодателя о трудоустройстве. В судебном заседании пояснила, что на другую работу до сих пор не трудоустроилась, поскольку имела и имеет намерение работать у ответчика.
Также из материалов дела не следует, что истцу разъяснялись работодателем последствия написания заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию.
Доводы представителя ответчика о том, что истец не находилась в прямом подчинении Журавского А.В., в связи с чем могла не читать переписку с ним, могла не относиться к переписке серьезно, имела возможность обратиться к своему непосредственному работодателю, что Журавский А.В. руководил совсем другим отделом СЭД, что это два разных отдела, не связанных друг с другом, суд находит несостоятельными. В судебном заседании обозревалась видеозапись, в соответствии с которой демонстрировалась одна из рабочих встреч в удаленном формате (совещание), из содержания которой можно сделать вывод о том, что непосредственные задания сотрудникам отдела исходили именно от Журавского А.В. Ответчиком данные факты не опровергнуты.
Кроме того, истцом в материалы дела представлена копия должностной инструкции от 01.10.2022 на руководителя отдела по внедрению корпоративных решений (Будаковой Т.А.), в соответствии с п. 1.4. которой указано, что руководитель отдела по внедрению корпоративных решений подчиняется непосредственно заместителю директора департамента СЭД (Журавский А.В.). Тогда как ответчиком в материалы дела представлена другая копия этой же инструкции, где в п.1.4 указано, что руководитель отдела по внедрению корпоративных решений подчиняется непосредственно Президенту АО «ГК «НБС». Указанное противоречие ответчиком не устранено.
С учетом приведенных обстоятельств, суд пришел к выводу об отсутствия доказательств наличия добровольного волеизъявления истца на прекращение трудовых отношений и как следствие о незаконности увольнения по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации и восстановлении истца на работе с 26 августа 2025 года в должности ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений в АО «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» с сохранением дистанционного режима работы, предусмотренного трудовым договором № 13/25 от 24.06.2025.
Учитывая, что суд пришел к выводу о незаконности увольнения Лебедевой С.В., приказ № 17/25У от 25.08.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), подлежит признанию незаконным.
Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
Истец указывает, что приказ № 17/25У от 25.08.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) был направлен Почтой России и получен истцом 04.09.2025 года. С иском в суд истец обратилась 03.10.2025 года, направив его по почте (конверт л.д. 34).
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.
Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу об отсутствии допустимых и достоверных доказательств наличия добровольного волеизъявления истца на прекращение трудовых отношений и как следствие о незаконности увольнения по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку исходя из установленных судом обстоятельств наличие спора по режиму работы, конфликта по поводу не желания истца изменять дистанционный режим работы, выходить на работу в офис в г. Москве, послужило предпосылкой к ее увольнению, при том, что до этого истец с 24.06.2025 года работала у ответчика, ее трудовая деятельность носила постоянный характер, иного источника дохода, кроме работы, истец не имеет, на другую работу не трудоустроилась, ответчик не разъяснял работнику возможность отозвать свое заявление.
С учетом изложенного, суд пришел к выводам об отсутствии добровольности подачи истцом заявления об увольнении по собственному желанию, в связи с чем работник подлежит восстановлению на работе в должности ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений в АО «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» с 26 августа 2025 года –то есть со следующего за увольнением дня.
В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
В силу статьи 139 Трудового кодекса РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных указанным Кодексом, устанавливается единый порядок её исчисления. Для расчёта средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат.
Порядок исчисления средней заработной платы установлен "Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 N 540.
С ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с 26 августа 2025 года (дата восстановления на работе) по 13.08.2026 года (дата вынесения решения по делу).
Расчет среднего дневного заработка произведен истцом неверно.
Так, в соответствии со справкой от 25.08.2025 года о доходах и суммах налога физического лица за 2025 год, форма по КНД 1175018 (л.д. 33), указаны следующие сведения о доходах Лебедевой С.В.:
за июль 2025 года сумма дохода (код дохода 2000) - 48 842,11 руб.;
за август 2025 года сумма дохода (код дохода 2000) – 83 809,52 руб.;
за август 2025 года - сумма дохода (код дохода 2002) – 39 660 руб.;
за август 2025 года - сумма дохода (код дохода 2013) – 13 453,99 руб. (л.д. 33).
Как указано в Приказе ФНС России от 10.09.2015 N ММВ-7-11/387@ (ред. от 01.09.2025) "Об утверждении кодов видов доходов и вычетов" (Зарегистрировано в Минюсте России 13.11.2015 N 39705), код дохода 2000 – вознаграждение, получаемое налогоплательщиком за выполнение трудовых или иных обязанностей; денежное содержание, денежное довольствие, не подпадающее под действие пункта 29 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации и иные налогооблагаемые выплаты военнослужащим и приравненным к ним категориям физических лиц (кроме выплат по договорам гражданско-правового характера); код дохода 2002 – это суммы премий, выплачиваемых за производственные результаты и иные подобные показатели, предусмотренные нормами законодательства Российской Федерации, трудовыми договорами (контрактами) и (или) коллективными договорами (выплачиваемые не за счет средств прибыли организации, не за счет средств специального назначения или целевых поступлений); код дохода 2013 - сумма компенсации за неиспользованный отпуск.
При расчете истцом учтена компенсационная выплата в связи с увольнением за неиспользованный отпуск, - за август 2025 года - сумма дохода (код дохода 2013) – 13 453,99 руб., при этом данная сумма не может быть учтена для расчета среднего дневного заработка.
С 24.06.2025 года до даты увольнения 25.08.2025 года истцом отработано фактически 45 рабочих дней.
То есть истцом получена заработная плата в размере 48 842,11 + 83 809,52 руб. + 39 660 руб. =172 311,63 руб.
172 311,63 / 45 = 3829,15 руб.
Вынужденный прогул за период с 26.08.2025 по 13.08.2026 составил 239 рабочих дней.
3829,15 руб. * 239 дней = 915166,85 руб.
Таким образом, средний заработок за время вынужденного прогула за период с 26.08.2025 по 13.08.2026 составит 915166,85 руб. (с удержанием при выплате налога на доходы физического лица (НДФЛ)).
Иного расчета ответчиком не представлено.
В части взыскания компенсации морального вреда суд исходит из следующего.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", действующего в настоящее время, разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи, с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Суд должен в решении привести достаточные мотивы определения суммы компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю. В противном случае отсутствие мотивов свидетельствует о том, что суд не рассмотрел надлежащим образом требования заявителя и не руководствовался принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.
В силу части 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (абзацы первый, второй, четвертый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
На основании изложенного, а также всестороннего исследования собранных по делу доказательств и установленных фактических обстоятельств, принимая во внимание вышеизложенные норма права и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, установив факт нарушения ответчиком трудовых прав истца, связанных с незаконным увольнением, отсутствие доказательств тяжелых последствий для истца связанных с нарушением трудовых прав, приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в связи с незаконными действиями (бездействиями) ответчика, с учетом совокупности установленных обстоятельств, полагает снизить размер компенсации до 20000 руб.
В удовлетворении требований Лебедевой С.В., указанных в просительной части искового заявления о взыскании с ответчика в пользу истца судебных расходов, включая расходы на государственную пошлину и иные понесенные истцом затраты, следует отказать, поскольку истцом при подаче иска в суд государственная пошлина не оплачена, материалы дела не содержат сведений о несении истцом каких-либо еще затрат и издержек, уточнений данных требований в указанной части от истца в суд не поступало.
Кроме того, истец на основании ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобождена от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий.
В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 23303 руб. в бюджет муниципального образования городской округ г. Тюмень, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска.
В силу ст. 211 Гражданского процессуального кодекса РФ решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Руководствуясь ст.ст. 3, 12, 56, 67, 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Лебедевой Софьи Васильевны - удовлетворить частично.
Признать незаконным и отменить приказ №17/25У о прекращении (расторжении) трудового договора с работником Лебедевой Софьей Васильевной (увольнении) от 25 августа 2025 года.
Восстановить Лебедеву Софью Васильевну в должности ведущего специалиста по внедрению корпоративных решений в АО «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» с 26 августа 2025 года.
Взыскать с Акционерного общества «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» (ИНН 7718806110) в пользу Лебедевой Софьи Васильевны (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия №) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 26.08.2025 по 13.08.2026 составит 915166,85 руб. (с удержанием при выплате налога на доходы физического лица (НДФЛ)), компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.
В остальной части требований - отказать.
Взыскать с Акционерного общества «Группа компаний «Новые Бизнес Системы» (ИНН 7718806110) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Тюмень в размере 23303 руб.
Решение в части восстановления на работе Лебедевой Софьи Васильевны подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд через Ленинский районный суд г. Тюмени.
Мотивированное решение составлено 27.08.2026 года.
Председательствующий судья Д.А. Саитова