ПОСТАНОВЛЕНИЕ
о возвращении уголовного дела прокурору г. Екатеринбург 13 апреля 2026 года
Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего Четкина А.В., с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Железнодорожного района г. Екатеринбурга Губиной А.А., обвиняемой Син И.Г., ее защитника – адвоката Погорелкина П.В., при секретаре судебного заседания Барашеве П.К., рассмотрев в закрытом судебном заседании в порядке предварительного слушания материалы уголовного дела в отношении:
СИН ИРИНЫ ГЕОРГИЕВНЫ, <...>, не судимой, в отношении которой избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 322.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, установил:
органами предварительного следствия Син И.Г. обвиняется в организации незаконного въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан и их незаконного пребывания на территории Российской Федерации, группой лиц по предварительному сговору.
На предварительном слушание судом на обсуждение поставлен вопрос о необходимости возвращения уголовного дела прокурору, на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства, что исключает возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, в связи с не конкретизацией предъявленного обвинения.
Государственный обвинитель возражал против возвращения уголовного дела прокурору, указав на то, что обвинительное заключение составлено с соблюдением положений статьи 220 УПК РФ, предъявленное подсудимой обвинение конкретизировано и позволяет преступить к рассмотрению уголовное дело по существу.
Защитник и подсудимая указали на необходимость возвращения уголовного дела прокурору.
В соответствии со ст. 73, п. 4 ч. 2 ст. 171, п. 3 ч. 1 ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию и должны быть отражены в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, мотив, цели, а также способ, последствия, характер и размер вреда, причиненного преступлением, и иные обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.
Однако органом предварительного следствия данные требования нарушены.
Так, в предъявленном Син И.Г. обвинении не конкретизировано место совершения преступления. При описании инкриминируемого деяния отсутствуют указания о совершении каких-либо действий, составляющих объективную сторону инкриминируемого состава преступления на территории Железнодорожного административного района г. Екатеринбурга.
Вместе с тем, в силу положений части 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации, части 3 статьи 8 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено действующим уголовно-процессуальным законом.
В соответствии с частью 1 статьи 32 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления. Не указание в обвинении и составленном на его основе обвинительном заключении точного места совершения преступления лишают суд возможности правильно определить территориальную подсудность уголовного дела, что является нарушением вышеприведенного права обвиняемого.
Также, исходя из обвинения, в период до 13.09.2018 у Син И.Г. и ЛХ возник преступный умысел, направленный на организацию незаконной миграции, т.е. на организацию незаконного въезда и незаконного пребывания на территории Российской Федерации граждан КНР, с целью извлечения материальной выгоды, с использованием подконтрольных им юридических лиц ООО «Восток ХХI», «Сатурн-Е», «Студия», в связи с чем соучастники разработали преступный план и распредели между собой роли. В период с 13.09.2018 по 12.09.2025 Син И.Г. совместно с ЛХ совершили организацию незаконного въезда и пребывания в России не менее 23 граждан КНР в составе группы лиц по предварительному сговору.Далее перечислены обязанности, возложенные на соучастников в силу распределения ролей, в том числе, на Син И.Г. изготавливать фиктивные гарантийные письма и ходатайства о выдаче приглашений на въезд в Российскую Федерацию иностранных граждан, указывая заведомо ложные сведения о месте работы, цели въезда и гарантийных обязательствах приглашающей стороны по их приему, необходимые для получения в уполномоченных органах приглашений иностранным гражданам; обращаться с указанными фиктивными документами от имени организаций в уполномоченные органы для получения приглашений на въезд в Российскую Федерацию, получать таковые и передавать те соучастнику; получать от иных лиц, в том числе, граждан КНР, необходимые документы; подготавливать от имени подконтрольных ей организаций, пакеты документов, необходимых для получения в уполномоченных органах разрешений на привлечение и использование иностранных работников, обращаться с указанными фиктивными документами от имени организаций в уполномоченные органы для получения разрешений на привлечение и использование иностранных работников; подготавливать фиктивные заявления о выдаче разрешений на работу на каждого привлекаемого гражданина КНР, указывая заведомо ложные сведения о месте работы и профессии, необходимые для получения в уполномоченных органах разрешений на работу; заключать фиктивные трудовые договоры с гражданами КНР; получать в уполномоченных органах необходимые документы и передавать таковые иностранным гражданам и др.
При этом в предъявленном обвинении не конкретизировано место нахождения подконтрольных Син И.Г. юридических лиц (ООО «Восток ХХI», Сатурн-Е», «Студия»), их юридический адрес и фактическое место нахождение, не описаны точное время, место, когда, где, каким способом какие именно фиктивные документы изготавливались обвиняемой в отношении каждого иностранного гражданина, организация незаконной миграции которого вменяется, когда и каким способом эти документы переданы вкомпетентные органы, когда выданы необходимые документы, а также время, место и способ их передачи конкретному иностранному гражданину, не конкретизированы действия каждого из соучастников.
При изложении обстоятельств организации незаконной миграции применительно к конкретному иностранному гражданинупри описании вмененного деяния следственные органы ограничились лишь указанием анкетных данных каждого из 23 граждан КНР, датой его въезда в Российскую Федерацию, каким видом транспорта это сделано, через какой пропускной пункт, с указанием ссылки на данные приглашения от имени одного из вышеперечисленных компаний, периоде действия виз, получении разрешения на работу. При этом отсутствуют данные о точных адресах прибытия каждого иностранного гражданина на территорию Российской Федерации. Так, применительно к ВВ, ВЧ, СГ, ЦЛ, ЧЮ, ЧЧ, ЧШ лишь ссылка на то, что те прибыли воздушным транспортом через МАП «Шереметьево» г. Москва, ВК, ВШ, ГХ, ЛЧ, ЮИ – МАП «Кольцово», ВС, СС–МАП «Емельяново» г. Красноярск, ЛЛ, ЧЦ – МАП «Пулково-1», ЛК – пункт пропуска «Иркутск», ЮЦ – МАП «Новый» г.Хабаровск, ЛБ,ЛЮ, МЧ, СШ автомобильным транспортом через пункт пропуска «Пограничный авто (Приморский»), точные адреса данных мест не указаны.
Также не приведены сведения о фактических местах пребывания на территории России указанных иностранных граждан, их роде деятельности, несмотря на то, что, исходя из формулировки предъявленного обвинения,Син И.Г. вменяется не только организация незаконного въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан, но и их незаконного пребывания на территории Российской Федерации.Исходя из положений ст.2 Федерального закона Российской Федерации «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» № 115-ФЗ от 05.07.2002, ст. 2 Федерального закона Российской Федерации «О миграционном учете иностранных граждан или лиц без гражданства в Российской Федерации» № 109 ФЗ от 08.07.2006 под местом пребывания иностранного гражданина или лица без гражданства в Российской Федерации понимается жилое помещение, не являющееся местом жительства, или иное помещение, в котором иностранный гражданин или лицо без гражданства фактически проживает (регулярно использует для сна и отдыха), либо организация, по адресу которой иностранный гражданин или лицо без гражданства подлежит постановке на учет по месту пребывания в случае, предусмотренном ч.2 ст.21 Федерального закона № 109 от 08.07.2006. Однако в предъявленном обвинении не указаны конкретные места (адреса помещений), где СинИ.Г., по версии следователя, было обеспечено незаконное пребывание каждого из 23 иностранных граждан.
Помимо этого, имеются противоречия в указании времени совершения преступления, в частности,Син И.Г. вменяется, что у нее и ЛХ период до 13.09.2018 возник умысел, направленный на организацию незаконной миграции, то есть организацию незаконного въезда на территорию Российской Федерации и незаконного пребывания на территории Российской Федерации граждан КНР,реализуя который, в период с 13.09.2018 по 12.09.2025 последние совершили организацию незаконного въезда и пребывания в Российской Федерации не менее 23 граждан КНР (ЦЗ). Вместе с тем, при изложении обстоятельств пребывания данной иностранной гражданки в Россию указано, что та въехала в РФ в период с 10.02.2013 до 10.05.2013, была приглашена в РФ от имени ООО «Сатурн-Е» на основании приглашения № 2V8039583 от 05.12.2012, период действия виз с 10.02.2013 по 05.11.2025. То есть, исходя из обвинения, въезд данной иностранной гражданки в Россию произошел до начала вмененного соучастникам периода преступной деятельности.
Таким образом, изложенное в обвинительном заключение описание действий Син И.Г. и соучастника преступления, которые органами следствия расценены как преступные, является неконкретным, не содержит всех обстоятельств, подлежащих установлению и доказыванию в рамках настоящего уголовного дела, лишает обвиняемую возможности защищаться от предъявленного обвинения.
Приведенные нарушения создают неопределенность в обвинении, грубо нарушают гарантированное Конституцией Российской Федерации право обвиняемой на судебную защиту, в связи с чем имеющееся в материалах дела обвинительное заключение препятствует постановлению приговора или вынесению иного решения, отвечающего принципу законности и справедливости, то есть составлено с нарушениями требований уголовно-процессуального закона.
При этом, вопреки заявлениям прокурора указанные основания не могут быть устранены судом самостоятельно, поскольку при рассмотрении дела, в соответствии с положениями ч.1 ст.252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства, суд не вправе выйти за пределы сформулированного в обвинительном заключении обвинения.
Кроме того, определение существа обвинения и указание в нем всех фактических данных, подлежащих обязательному доказыванию на стадии досудебного производства, относится к исключительной компетенции следственных органов.
В соответствии с ч.3 ст.15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, поэтому доводы прокурора о возможности устранения указанных недостатков в ходе судебного разбирательства являются несостоятельными.
Согласно п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 №18-П, исходя из статей 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, обвинительное заключение, как итоговый документ следствия, выносимый по его окончании, составляется, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанного документа, из чего вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то обвинительное заключение не может считаться составленным в соответствии с требованиями данного Кодекса.
Таким образом, допущенные следователем нарушения требований уголовно-процессуального законодательства являются существенными, не устранимыми в судебном заседании, препятствуют рассмотрению дела по существу и исключают возможность постановления судом законного и обоснованного приговора или иного судебного решения на основе данного обвинительного заключения, фактически не позволяют суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия, в связи с чем, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий к рассмотрению его судом.
Меру пресечения в отношении обвиняемой Син И.Г. в виде запрета определенных действий надлежит оставить прежней, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для ее избрания, не изменились и не отпали.
На основании изложенного, руководствуясь п.2 ч.1 ст. 236, п.1 ч.1 ст. 237, ст.ст. 252, 255, 256 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, постановил:
возвратить уголовное дело в отношении Син Ирины Григорьевны, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст.. 322.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, прокурору Железнодорожного района г. Екатеринбурга для устранения препятствий к его рассмотрению судом.
Меру пресечения в отношении обвиняемой Син И.Г. оставить прежней – в виде запрета определенных действий.
Настоящее постановление может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в течение 15 суток со дня его вынесения.
В случае подачи апелляционной жалобы обвиняемая вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции.
Постановление вынесено в совещательной комнате с использованием компьютерной техники.
Судья А.В. Четкин