РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
27 июля 2026 года город Тюмень
Калининский районный суд города Тюмени в составе:
председательствующего судьи Кузминчука Ю.И., при секретаре Мукминовой Э.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1404/2026 по иску Данилова Михаила Евгеньевича к АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тюменской области о признании периода работы в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, включении периода работы в специальный стаж в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, взыскании компенсации морального вреда, установил:
Данилов М.Е. обратился в суд с иском к АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» о признании периода работы в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, включении периода работы в специальный стаж в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Истец просил, с учетом изменения предмета иска, признать период его работы с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, как период работы, выполненный в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, а также включить период его работы с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, в специальный стаж в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Иск мотивирован тем, что с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года Данилов М.Е. осуществлял свою трудовую деятельность в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезист. Трудовая деятельность была связана с полевыми работами за пределами города Тюмени, на территории ХМАО, ЯНАО и в иных регионах Крайнего Севера, либо приравненных к ним территориям. АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» не включило в трудовой стаж данный период, как работу в условиях Крайнего Севера либо приравненных к ним территориям, мотивируя это тем, что ответчик находится в городе Тюмени, трудоустройство Данилова М.Е. также происходило на территории города Тюмени, а разъездной характер работ не учитывался. В настоящее время у Данилова М.Е. у нового работодателя отсутствует возможность получать надбавку за работы в условиях Крайнего Севера с учетом прежнего стажа, а также на периоде специального стажа для начисления пенсии, в связи с чем он обратился с иском в суд.
Впоследствии истец повторно предмет иска изменил, в связи с чем помимо ранее заявленных требований он просит взыскать с АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тюменской области компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
В судебном заседании истец Данилов М.Е. и его представитель Хильчук Е.Л. на удовлетворении иска настаивают.
Представитель ответчика АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» Захаров Д.В. в судебном заседании иск не признает.
Представитель третьего лица ООО «Газпром проектирование» Поливьянова А.А. в судебном заседании против удовлетворения иска возражала.
Судебное заседание проводится в отсутствие представителя ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тюменской области, представителя третьего лица Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Тюменской и Курганской областях, представителя третьего лица ПАО «Транснефть», извещенных о времени и месте судебного разбирательства.
Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, и их представителей, изучив имеющиеся в деле доказательства, приходит к следующим выводам.
Из материалов дела следует, что 14 октября 2013 года между ОАО «Гипротрубопровод» (в настоящее время АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов») (работодатель) и Даниловым М.Е. (работник) был заключен трудовой договор № 121, по условиям которого истец принимался на должность геодезиста 2 категории геодезической группы Топографо-геодезического отдела ОСП (город Тюмень) филиала ОАО «Гипротрубопровод» - «Инженерные изыскания». По условиям договора рабочее место работника находится по адресу: город Тюмень ул. Ленина 2 «А». Работнику устанавливался ненормированный рабочий день при 40 часовой рабочей неделе, а также устанавливался разъездной характер работы (том 1 л.д. 13-24, 46-50).
При заключении трудового договора Данилов М.Е. был ознакомлен со своими должностными инструкциями по своей должности (том 1 л.д. 117-127).
Согласно приказу АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» №222/лс от 30 августа 2021 года истец был уволен с работы 30 августа 2021 года на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (том 1 л.д. 5).
По запросу суда АО «Гипротрубопровод» были представлены табеля учета рабочего времени с января 2019 года по август 2021 года ввиду истечения срока их хранения (5 лет) (том 1 л.д. 85-116).
Суду были представлены расчетные листки, в которых указывалось о применении районного коэффициента при расчете заработной платы в 15 % (том 1 л.д.28-43).
Истец считает, что период его работы с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, должен быть признан как период работы, выполненный в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, с включением указанного периода работы в специальный стаж в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.
Обратившись с иском, истец ссылался на то, что работодатель АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» весь период его работы неверно исчислял трудовой стаж, влияющий на определение размера процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также на определение права на пенсию.
Ответчик АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов», полагая исковые требования необоснованными, ссылался на то, что постоянное место работы истца находилось в г. Тюмени, т.е. за пределами территории Крайнего Севера и приравненных в нему местностей; работа истца носила разъездной характер и не была привязана к конкретной местности, что исключает закрепление за работником стационарных рабочих мест в понимании статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации, где работнику следовало находиться для выполнения разовых служебных поручений, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Иных дополнительных условий относительно рабочего места истца трудовой договор и должностная инструкция не содержит.
Согласно ст. 316 Трудового кодекса Российской Федерации, размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации.
В силу ст. 317 Трудового кодекса Российской Федерации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты устанавливаются в порядке, определяемом статьей 316 данного Кодекса для установления размера районного коэффициента и порядка его применения.
Процентные надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются на основании Указов Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 года «Об упорядочении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях приравненных к районам Крайнего Севера» и от 26 сентября 1967 года №1908-7 «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» и постановлением Совета Министров РСФСР от 22 октября 1990 года № 458 «Об упорядочении компенсации гражданам, проживающим в районах Крайнего Севера». Порядок применения компенсации за работу и проживание в районах крайнего Севера и местностях приравненных к ним определяется «Инструкцией о порядке предоставления социальных гарантий и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами» утвержденной Приказом Министерства труда РСФСР от 22 ноября 19990 года №2.
Согласно абз. 5 п. 4 Инструкции при направлении работника временно на период проведения полевых работ в районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности с предприятий, расположенных в других районах страны, льготы и компенсации не предоставляются.
В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 60 лет и женщинам по достижении возраста 55 лет (с учетом положений, предусмотренных приложениями 5 и 6 к данному закону), если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 данного закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.
В соответствии с Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516 (далее Правила), в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено данными Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации (пункт 4).
Понятие полного рабочего дня в целях досрочного пенсионного обеспечения изложено в пункте 5 разъяснения Минтруда России от 22 мая 1996 года № 5. Под полным рабочим днем понимается выполнение работ в условиях труда, предусмотренных списками, не менее 80 % рабочего времени, с включением в него вспомогательных, подготовительных и других работ, указанных в этом пункте. При этом 80 % рабочего времени определяется исходя из нормальной или сокращенной продолжительности рабочего времени, где за 100 % учитывается продолжительность ежедневной работы (смены), установленной в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом, и зафиксированная в правилах внутреннего трудового распорядка или в других локальных нормативных актах организации.
Согласно пункту 5 Правил от 11 июля 2002 года № 516 периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено данными Правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.
Периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась в режиме неполной рабочей недели, но полного рабочего дня в связи с сокращением объемов производства (за исключением работ, дающих право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктами 13 и 19 - 21 пункта 1 статьи 27 Федерального закона), а также периоды работ, определяемых Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Пенсионным фондом Российской Федерации или предусмотренных списками, которые по условиям организации труда не могут выполняться постоянно, исчисляются по фактически отработанному времени (пункт 6 Правил от 11 июля 2002 года № 516).
В периоды работы вахтовым методом, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, включается время выполнения работ на объекте, время междусменного отдыха в вахтовом поселке, время в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места выполнения работы и обратно, а также время междувахтового отдыха в данный календарный отрезок времени. При этом общая продолжительность рабочего времени (нормальная или сокращенная) за учетный период (за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем за один год) не должна превышать нормального числа рабочих часов, установленного Трудовым кодексом Российской Федерации.
Периоды работы вахтовым методом в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях при досрочном назначении трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктами 2 и 6 пункта 1 статьи 28 Федерального закона (с 01 января 2015 года – в соответствии с подпунктами 2 и 6 части 1 статьи 31 Федерального закона «О страховых пенсиях») исчисляются в календарном порядке с включением в них рабочего времени непосредственно на объекте, времени междусменного отдыха в вахтовом поселке, а также периода междувахтового отдыха и времени в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места выполнения работы и обратно (пункт 8 Правил от 11 июля 2002 года № 516).
Пунктом 9 Правил от 11 июля 2002 года № 516 предусмотрены периоды, не включаемые в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, к которым отнесены периоды отстранения работника от работы по инициативе администрации, а также периоды простоя (как по вине работодателя, так и по вине работника).
Из указанных положений следует, что расчетной величиной в целях досрочного пенсионного обеспечения, в том числе в связи с работой в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, является один день работы (рабочий день), при этом юридическое значение имеет именно факт выполнения работы, дающей право на досрочное пенсионное обеспечение (в особых условиях труда, предусмотренных соответствующими Списками работ, профессий, должностей, показателей, в определенных климатических условиях и др.), в течение определенного периода (не менее одного дня).
При этом пенсионное законодательство, предусматривающее предоставление льгот в виде досрочного назначения страховой пенсии в связи с выполнением работ в особых климатических условиях, не содержит обязательных условий о выполнении таких работ исключительно в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.
В силу статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.
Под рабочим местом понимается место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (часть 6 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).
Между тем, если по условиям труда работник выполняет работы на иных территориях, отличных от места нахождения работодателя (в данном случае в районах Крайнего Севера или приравненных к ним местностях), то соответствующий учет рабочего времени, отработанного в таких условиях должен вести работодатель.
В материалах дела имеются приказы о проведении полевых работ, из которых следует, что бригада работников, включая истца, направлялась в спорный период времени на объекты для производства работ; с работниками на месте производства работ проводился инструктаж по охране труда на рабочем месте; назначались ответственные лица за своевременное, правильное и качественное проведение работ, в том числе работ повышенной опасности, соблюдение режима труда и отдыха работников (т. 1 л.д. 211-218, 219-227, 228-235, 236-243, 244-251, т. 2 л.д. 1-8, 9-16, 17-24, 25-32, 33-40, 41-49, 50-57, 58-65, 66-73, 74-81, 82-89, 90-97, 98-105, 106-113, 114-122, 123-130, 131-138, 139-146, 147-155, 156-163, 164-171, 172-180, 181-188, 189-196, 197-204, 205-212). Из указанных документов следует, что периоды указанных полевых работ были длительными.
Из объяснений истца и представителя истца в судебном заседании установлено, что у истца не имелось рабочего места по месту нахождения ответчика в городе Тюмени, при этом трудовую функцию геодезиста истец в городе Тюмени не выполнял и не мог исполнять, так как все трудовые обязанности в спорный период времени он выполнял в районах Крайнего Севера или приравненных к ним местностях; своего рабочего места у истца в городе Тюмени не имелось. Указанные объяснения ответчиками иными средствами доказывания не опровергнуты.
В судебном заседании свидетель Шиманский Н.Н. подтвердил, что рабочего места в городе Тюмени у истца не имелось, а все свои обязанности геодезиста истец в спорный период времени выполнял именно в районах Крайнего Севера или приравненных к ним местностях, о чем свидетелю известно лично. Доказательств, опровергающих показания указанного свидетеля, ответчиком суду не предоставлено. Обстоятельств, позволяющих суду усомниться в достоверности показаний указанного свидетеля, судом не установлено.
В судебном заседании представитель ответчика АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» не смог пояснить, какие именно трудовые обязанности исполнял истец непосредственно в городе Тюмени и имелось ли у истца в городе Тюмени рабочее место.
Судом из материалов дела установлено, что направление истца на объекты капитального строительства, реконструкции и ремонта в целях выполнения полевых изыскательских работ было обусловлено возложенными на него трудовыми функциями, что ответчиком АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» не оспаривалось, а, напротив, признавалось в письменных объяснениях на иск.
Таким образом, из материалов дела, включая приказы о проведении полевых работ и представленные в дело табели учета рабочего времени, судом установлено, что истец в период времени с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года осуществлял свои трудовые обязанности геодезиста 2 категории, разряд 8 в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, так как достоверных, допустимых и относимых доказательств обратного ответчиками суду не предоставлено.
Указанный выше вывод в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами также подтверждается представленным истцом расчетом фактического выполнения работ в «северных» регионах за период с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года, из которого следует, что в указанный период в «северных» регионах истцом отработано 07 лет 10 месяцев 17 дней (т. 2 л.д. 223). Указанный документ ответчиками не опровергнут иными средствами доказывания.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об удовлетворении иска о признании периода работы Данилова М.Е. с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, как периода работы, выполненного в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, а также к выводу об удовлетворении иска в части включения периода работы истца с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, в специальный стаж в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.
В ходе рассмотрения дела ответчиком АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» заявлено о пропуске срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
В силу ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 данного Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
Между тем, поскольку спор между сторонами по делу вытекает из пенсионных отношений, срок обращения в суд, установленный трудовым законодательством (ст. 392 ТК РФ), на указанные правоотношения не распространяется.
Таким образом, суд признает несостоятельными доводы о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением спора.
Истец также просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
Согласно статье 3 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ целями индивидуального (персонифицированного) учета являются создание условий для назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица; обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении; упрощение порядка и ускорение процедуры назначения страховых и накопительной пенсий.
В силу статьи 1 указанного закона указанные сведения содержатся на индивидуальном лицевом счете застрахованного лица - электронном документе, хранящемся в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, имеющем информацию о периодах работы и (или) другой деятельности, о заработке (доходе) и начисленных и уплаченных страховых взносах, направляемых на финансирование страховой пенсии, о пенсионных правах застрахованного лица и об установлении страховой пенсии, о профессиональном стаже застрахованного лица, под которым понимается суммарная продолжительность периодов его трудовой деятельности на рабочих местах, условия труда на которых по результатам специальной оценки условий труда признаны вредными и (или) опасными, в течение которых в его пользу страхователем уплачивались пенсионные взносы, и которые дают право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с положениями Федерального закона «О страховых пенсиях».
Сведения для индивидуального (персонифицированного) учета представляются страхователями, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, документы, подтверждающие право застрахованного лица на досрочное назначение страховой пенсии по старости, другие сведения, необходимые для правильного назначения страховой пенсии и накопительной пенсии, сведения об уплачиваемых страховых взносах представляются страхователями (работодателями) на основании данных бухгалтерского учета, а сведения о страховом стаже - на основании приказов и других документов по учету кадров (статьи 8, 11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ).
Статьей 17 указанного закона предусмотрена ответственность страхователей за непредставление в установленный срок либо представление неполных и (или) недостоверных сведений, предусмотренных пунктом 2.1 статьи 6 названного закона.
Ответственность работодателей (страхователей) за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования предусмотрена и статьей 28 Федерального закона «О страховых пенсиях».
В соответствии с действовавшими в спорный период Инструкциями о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о застрахованных лицах индивидуальные сведения, сведения о трудовой деятельности представляются в пенсионный орган по месту регистрации страхователя на основании приказов, других документов по учету кадров и иных документов, подтверждающих условия трудовой деятельности застрахованного (зарегистрированного) лица.
По смыслу приведенных нормативных положений индивидуальный (персонифицированный) учет используется в целях назначения страховой и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и его страховых взносов. Страхователь (работодатель) представляет в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, после получения которых вносит на индивидуальный лицевой счет застрахованного лица. При этом страхователи (работодатели) несут ответственность за достоверность сведений, представляемых ими для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.
Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Ввиду того, что иск в части признания периода работы Данилова М.Е. с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, как периода работы, выполненного в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, удовлетворен, при этом ответчиком АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» необоснованно и незаконно указанный период работы не учтен в качестве периода работы, выполненной в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям, что повлекло для истца негативные последствия в виде предоставления указанным ответчиком, как работодателем, недостоверных сведений о периодах работы истца в пенсионный орган, в виде неполучения истцом социальных льгот, включая право на досрочное пенсионное обеспечение, и, как следствие, наличие у истца по этому поводу нравственных страданий в результате нарушения ответчиком АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» трудовых прав истца, суд считает, что истец вправе требовать взыскания с ответчика АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» компенсации морального вреда.
Принимая во внимание характер и степень нарушения права истца бездействием ответчика АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» по учету спорного периода работы, как периода работы, выполненного в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям; значительный период нарушения трудовых прав истца указанным ответчиком; форму вины указанного ответчика в нарушении трудового права истца на учет периода работы, выполненного в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям; возраст истца; характер и степень нравственных страданий истца; отсутствие доказательств причинения истцу каких-либо физических страданий, а также доказательств причинения истцу значительных, неизгладимых нравственных страданий; длительное бездействие ответчика АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» по урегулированию спора в добровольном порядке, суд, учитывая принципы разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 20 000 руб. от ранее заявленной такой компенсации в размере 300 000 руб.
Уменьшая истребуемую истцом компенсацию морального вреда с 300 000 руб. до 20 000 руб., суд также принимает во внимание то, что истец в ходе рассмотрения дела не доказал надлежащими доказательствами то обстоятельство, что какими-либо действиями (бездействием) ответчика АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» был причинен вред его здоровью, а также не доказал тот факт, что он вынужден был испытывать значительные нравственные переживания, стресс, ограничения, в связи с чем обращаться за оказанием медицинской помощи, нести иные неблагоприятные последствия вследствие допущенного указанным ответчиком нарушения трудовых прав.
Оснований для взыскания с ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тюменской области компенсации морального вреда у суда не имеется в силу указаний в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 N 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», при этом судом не установлено наличия вины указанного ответчика в нарушении прав истца, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска в части взыскания с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тюменской области компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., а потому иск, в целом, подлежит частичному удовлетворению.
На основании вышеизложенного, руководствуясь Трудовым кодексом РФ, ст.ст. 12, 56, 67, 68, 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд решил:
Иск Данилова Михаила Евгеньевича (№) к АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» (ИНН: 7710022410) и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тюменской области (ИНН: 7202105344) о признании периода работы в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, включении периода работы в специальный стаж в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Признать период работы Данилова Михаила Евгеньевича с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, как период работы, выполненный в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностям.
Включить период работы Данилова Михаила Евгеньевича с 14 октября 2013 года по 30 августа 2021 года в АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в должности геодезиста 2 категории, разряд 8, в специальный стаж в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.
Взыскать с АО «Институт по проектированию магистральных трубопроводов» в пользу Данилова Михаила Евгеньевича компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.
Отказать в удовлетворении остальной части иска Данилова Михаила Евгеньевича.
Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд через Калининский районный суд города Тюмени.
Председательствующий судья Ю.И. Кузминчук
Мотивированное решение составлено 26.08.2026.