РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27.08.2026 г. Екатеринбург
Верх-Исетский районный суд <адрес> Свердловской области в составе председательствующего судьи Семерневой К.А., при секретаре <ФИО>6, с участием истца, представителей сторон, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <ФИО>3 к индивидуальному предпринимателю <ФИО>1 о защите трудовых прав установил:
<ФИО>3 обратилась в суд с иском к ИП <ФИО>1, в котором, с учетом неоднократных уточнений в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просила взыскать с ответчика задолженность по отпускным выплатам за период с 08.09.20225 по 06.10.2025 в размере 10 699,32 руб., задолженность по заработной плате за сентябрь 2025 года в размере 36 366,86 руб., задолженность по заработной плате за октябрь 2025 года в размере 16 956,52 руб., изменить дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ и выплатить средний заработок за указанный период в размере 379 007,24 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 101 358,10 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
В обоснование иска указано, что истец был принят на работу к ИП <ФИО>7 ДД.ММ.ГГГГ на должность бухгалтера по заработной плате. Ежемесячно истец получала от 110 000 до 130 000 руб. в счет оплаты труда. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился в ежегодном оплачиваемом отпуске, вместе с тем по заданию работодателя в период отпуска выполняла трудовую функцию. Также указывает, что работодатель вынудил истца подать заявление на увольнение, так как не выходил на связь, игнорировал сообщения относительно оплаты трудовой функции, которая выполнялась истцом в период отпуска, в связи с чем истец был вынужден написать заявление на увольнение в связи с выходом на пенсию. Вместе с тем окончательный расчет ответчиком был произведен только ДД.ММ.ГГГГ, хотя оформил ответчик увольнение еще ДД.ММ.ГГГГ. в связи с тем, что истцу заработная плата за преиод нахождения отпуска е была начислена и выплачена, в телефонном разговоре ответчик истцу угрожал и оскорблял.
Ссылаясь на указанные обстоятельства истец и обратился в суд с настоящим иском.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части требования о возложении на ответчика обязанности оформить надлежащим образом отзыв из отпуска прекращено в связи с отказом от данного требования.
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена <ФИО>11
Явившийся в судебное заседание истец и его представитель доводы и требования иска поддержал с учетом уточнений, просил удовлетворить, также поддержал ранее заявленное ходатайство о восстановлении срока на обращение в суд за защитой права.
Представитель ответчика, явившийся в судебное заседание, против доводов и требований иска возражал, поддержал доводы письменных возражений, представил контррасчет, просил в иске отказать, поддерживал ходатайство о пропуске истцом срока для обращения в суд с заявленными требованиями по вопросу увольнения.
Явившийся в судебное заседание истец и его представитель доводы и требования иска с учетом уточнений поддержали, просили удовлетворить.
Ответчик, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом и своевременно, в судебное заседание не явился, направил своего представителя, который поддержал позицию, изложенную в представленных суду письменных возражениях.
Третье лицо <ФИО>11, извещенное о времени и месте судебного заседания надлежащим образом и своевременно, в судебное заседание не явилось, представило письменные объяснения в материалы дела.
Сторонам процесса в ходе судебного разбирательства, с учетом положений ч.1 ст. 153.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом разъяснялись процессуальные права в том числе, на мирное урегулирование спора путем заключения мирового сожаления, сторона ответчика настаивала на рассмотрении спора по существу.
Заслушав пояснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
Конституцией Российской Федерации закреплено право каждого на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации).
Конституция Российской Федерации гарантирует также равенство прав и свобод человека и гражданина и устанавливает, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием (ст. 18, ч. 2 ст. 19 Конституции Российской Федерации).
На основании абз. 7 ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.
Ч.1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 2 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации).
Ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (часть 1).
Согласно ст. 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективными договорами или правилами внутреннего распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.
По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда.
При этом системы оплаты труда и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иными нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права.
Система оплаты труда включает помимо фиксированного размера оплаты труда (оклада, тарифной ставки), доплаты и надбавки компенсационного и стимулирующего характера, к числу которых относится премия, являющаяся мерой поощрения работников за добросовестный и эффективный труд, применение которой относится к компетенции работодателя.
Ч. 1 ст. 8 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями. Нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного статьей 372 названного кодекса порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению.
В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения (ч. 4 ст. 8 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, условия локальных актов работодателя, должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Условия локальных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с действующим законодательством, не подлежат применению.
Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.
В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя, выдать другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.
Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.
Как следует из разъяснений, изложенных в п. 22 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации" При рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее:
а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника;
б) трудовой договор может быть расторгнут по инициативе работника и до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении по соглашению между работником и работодателем.
Если заявление работника обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательное учреждение, выход на пенсию либо наличие иных уважительных причин, в силу которых работник не может продолжать работу, например направление мужа (жены) на работу за границу, к новому месту службы), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора, работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника. При этом необходимо иметь в виду, что названные нарушения могут быть установлены, в частности, органами, осуществляющими государственный надзор и контроль за соблюдением трудового законодательства, профессиональными союзами, комиссиями по трудовым спорам, судом;
в) исходя из содержания части четвертой статьи 80 и части четвертой статьи 127 ТК РФ работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (а при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (например, в силу части четвертой статьи 64 ТК РФ запрещается отказывать в заключении трудового договора работникам, приглашенным в письменной форме на работу в порядке перевода от другого работодателя, в течение одного месяца со дня увольнения с прежнего места работы). Если по истечении срока предупреждения трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, действие трудового договора считается продолженным (часть шестая статьи 80 ТК РФ).
Судом установлено и сторонами не оспорено, что между ИП <ФИО>1 (работодатель) и <ФИО>3 (работник) ДД.ММ.ГГГГ был заключен трудовой договор №, истец принят на должность бухгалтера по заработной плате.
Место работы: ИП <ФИО>1, г. Екатеринбург, <адрес>, работа является для работника основной, договор заключен на неопределенный срок. Работнику устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда. Условия премирования определяются Положением «Об оплате труда и премировании работников ИП <ФИО>1», с которым работник ознакомлен под подпись (п.п.1.1,1.6,1.7,2.1 договора)
За выполнение трудовых обязанностей работнику выплачивается заработная плата 2 раза в месяц: выплата первой части заработной платы производится 25 числа каждого месяца, вторая часть заработной платы выплачивается 10 числа месяца, следующего за расчетным.
Обстоятельства относительно отсутствия у истца дисциплинарных взысканий ввиду неисполнения или ненадлежащего исполнения работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей в период осуществления им фактически трудовой деятельности ответчиком на рассмотрение суду не приводились.
Также из материалов дела следует, сторонами не оспаривалось, что в отношении истца ответчиком был вынесен приказ о предоставлении на период с 08.09.2025 по 05.10.2025 истцу ежегодного оплачиваемого отпуска. Также истец не осуществлял трудовую деятельность в период нахождения в отпуске без сохранения заработной платы в следующие дни: за 2024 год: 21-23.10.2024, 23-25.12.2024; за 2025 год: 27-28.01.2025,18.03.2025, 28.04.2025, 12-13.05.2025, 06.10.2025. Указанные обстоятельства подтверждаются расчетными листками за 2025 год, заявлениями <ФИО>3 и изданными на их основании приказами
06.10.2025 трудовые правоотношения между сторонами прекращены на основании заявления истца об увольнении по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, о чем ответчиком издан приказ.
При этом истцом указано, ответчиком в ходе рассмотрения спора не оспаривалось, что перед оформлением отпуска в сентябре 2025 года, между истцом и ответчиком была достигнута договоренность, в соответствии с которой истец уезжал за пределы территории Российской Федерации (в США) на срок, превышающий период отпуска, при этом, после окончания отпуска, истец был намерен продолжить выполнение трудовой функции посредством дистанционной работы, для чего ИП <ФИО>1 <ФИО>3 был предоставлен рабочий компьютер (ноутбук), с необходимым программным обеспечением и доступом в систему Битрикс и иным необходимым программам.
Ответчиком был издан приказ о предоставлении истцу ежегодного оплачиваемого отпуска на период с 08.09.2025 по 05.10.2025, вместе с тем в указанный период по заданию и в интересах ответчике истцом осуществлялась трудовая функция.
Согласно записке расчету от 28.08.2025 за 28 календарных дней ежегодного оплачиваемого отпуска истцу насчитано к выплате 98 087,24 руб. в счет оплаты отпуска. Данная сумма истцу выплачена, что им не оспаривалось.
Ответчиком указывается, что в период с 08.09.2025 по 12.01.2026 истец на работу в офис по адресу места работы, указанному в трудовой договоре не выходил, в связи с чем трудовую функцию не осуществлял.
Истцом в подтверждение заявленных им доводов представлены скриншоты переписки в мессенджере Вотсапп с Томабсовым и абонентским номером №, <ФИО>2. (технические специалисты), <ФИО>5 Александ. (ответчик лично), Елена Валер. Парт. (коллега истца, работник ответчика), за период нахождения истца в ежегодном оплачиваемом отпуске по вопросам, непосредственно связанным с профессиональной деятельностью ответчика, в том числе по вопросам обеспечения доступа к рабочим программам Астрал, Битрикс, в связи с наличием технических неполадок, начислениям заработной платы, взносов, заполнению таблиц, отправки ответов на требования обществ.
При этом как следует из переписки истца непосредственно с ответчиком, ДД.ММ.ГГГГ последним в адрес <ФИО>3 направлено сообщение «<ФИО>4. как отпуск? Сможете с понедельника по работе подключиться. Битрикс у вас работает наш?» на что истцом указано «да конечно, в понедельник в 8.00 по Екб буду на связи на этом телефоне. Битрикс работает на телефоне», ИП <ФИО>8 ответила «хорошо. С Леной в Битриксе спишемся по задачам». Согласно представленной переписки, между истцом и ответчиком переписка по рабочим вопросам, в том числе по вопросу обеспечения ответчиком истцу доступа к программе через компьютер в офисе, происходила и в последующие дни.
Представленные истцом скриншоты какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами ответчиком в порядке ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не опорочены.
При установленных обстоятельствах к доводам стороны ответчика о том, что в период нахождения в ежегодном оплачиваемом отпуске истцом трудовая функция в интересах ИП <ФИО>1 не выполнялась, суд относится критически, в связи с недоказанностью таких доводов отклоняет.
Сторонами представлены расчетные листки за период сентябрь-октябрь 2025 года.
При этом истцом за октябрь 2025 года представлено 2 варианта расчетных листков, выданных ему работодателем. Ответчик каких-либо пояснений по данному факту суду не сообщил.
Из представленных расчетных листков следует, что оплата труда за период нахождения истца в ежегодном оплачиваемом отпуске истцу не начислялась, соответствующие выплаты не производились.
За сентябрь 2025 года истцу начислена оплата по окладу за 5 рабочих дней и 22 дня районного коэффициента в общей сумме 20 909,09 руб., выплачено по банковскому ведомости 25.09.2025 -6 000 руб., в качестве долга предприятия на конец заявлена сумма 12 191,09 руб.
За октябрь 2025 года истцу начислен районный коэффициент за 4 дня, компенсация отпуска на общую сумму 18 750,42 руб., выплачено 21 245,98 руб. по банковской ведомости от 06.10.2205, в качестве долга предприятия на конец заявлена сумма 7 258,53 руб.
Также ответчиком ИП <ФИО>1 истцу 01.09.2025 был осуществлен перевод денежных средств в размере 50 000 руб., что следует из квитанции о переводе, выписки по счету №, открытому в АО «Альфа-банк» на имя <ФИО>3 Истцом данная сумма расценена как премия, которая была выплачена ответчиком ранее (так как зарплата за август была выплачена 10.09.2025), в связи с выходом истца в отпуск, за подготовку отчетности ранее срока наступления ее сдачи, ответчиком факт перечисления денежных средств не оспаривался, указывалось, что данная сумма подлежит учету в счет отпускных.
Также истцом указывалось, что факты выдачи наличных денежных средств в счет премии имели место и ранее, а именно за июнь в качестве премии истцу была выплачена сумма в размере 34 450 руб., за июль 30 000 руб.
По запросу суда о предоставлении документов первичной бухгалтерской отчетности за период январь-октябрь 2025 года, ответчиком представлены платежные ведомости и расходные кассовые ордера за период июнь-август 2025 года, в соответствии с которыми через кассу в июне истцу выплачена сумма в размере 70 000 руб., в июле указано к выдаче 29 руб., сведений о получении суммы не имеется (отсутствует подпись истца в соответствующей строке), в августе указано к выдаче 28 руб., сведений о получении суммы не имеется (отсутствует подпись истца в соответствующей строке). На вопросы суда о том, чем выплата данной суммы в июне 2025 года в размере 70 000 руб. была обусловлена путем выдачи денежных средств через кассу предпринимателя и в связи с чем не нашла своего отражения в расчетном листке, и чем обусловлены начисления за июль и август в суммах 29 и 28 руб., сторона ответчика какие-либо пояснения дать не смогла.
Истцом заявлено требование о взыскании суммы не начисленной и невыплаченной заработной платы за период с 08.09.2025 по 06.10.2025 и представлен расчет, согласно которому задолженность ответчика по заработной плате 17 рабочих дней сентября и 3 дня октября, выпадающих на период отпуска, и, вместе с тем, осуществления истцом фактической трудовой деятельности, составляет 36 361,40 руб. (вместе с тем требование заявлено о взыскании суммы 36 366,86 руб.) и 16 956,52 руб. соответственно. Расчет истцом произведен исходя из среднего заработка.
Ответчиком представлен контррасчет, согласно которому сумма к выплате за 22 рабочих дня сентября составляет 61 848,91 руб., за 3 рабочих дня октября составляет 10 440 руб. контррасчет ответчиком произведен из суммы оклада и районного коэффициента, установленных трудовым договором в редакции дополнительного соглашения от 31.01.2025.
Суд не находит оснований согласиться с представленным ответчиком контррасчетом требованиям истца, произведенным исключительно из сумм, установленных трудовым договором, поскольку из сведений представленных суду расчетных листков за период с августа 2024 по август 2025 года, следует, что уровень заработной платы истца был существенно выше. При этом суд обращает внимание, что положенная истцом в основу расчета сумма среднемесячного заработка в размере 130 000 руб. ответчиком какими-либо доказательствами не опорочена, в связи с чем суд принимает представленный истцом расчет, в связи с чем находит подлежащими ко взысканию суммы задолженности по заработной плате за сентябрь 2025 года в размере 36 361,40 руб. за октябрь 2025 года в размере 16 956,52 руб.
Также истцом заявлено требование о взыскании не начисленных и невыплаченных отпускных за сентябрь-октябрь 2025 года.
Согласно расчетного листка з август 2025 года истцу начислено за 21 рабочий день по окладу 80 000 руб. и районному коэффициенту 12 739,51 руб., в счет отпуска за период с 08.09.2025 по 30.09.2025 сумма в размере 92 611,34 руб., за период с 01.10.2025 по 05.10.2025 сумма в размере 20 132,90 руб., премия 4 930,05 руб.; выплачено за первую половину месяца 25.08.2025 -41 925,47 руб., в качестве зарплаты 10.09.225- 35 647,37 руб., отпуска межрасчет 28.08.2025- 105 486,96 руб.
Истец указывает, что при расчете отпускных ответчиком не учтена сумма премии, полученная им за август 2025 года в размере 50 000 руб., перечисленная ответчиком лично 01.09.2025.
Наличие заемных или иных обязательственных правоотношений, за исключением трудовых, между <ФИО>3 и ИП <ФИО>1 сторонами оспаривалось, доказательств тому также не представлено.
С учетом порядка выплаты заработной платы, установленного 2.2. трудового договора, в соответствии с которым окончательный расчет производится до 10 числа месяца следующего за отчетным, суд приходит к выводу о том, что перечисленные в размере 50 000 руб. являются частью заработной платы, причитающейся к выплате за август 2025 года, в связи с чем должны были быть учтены при расчете отпускных, подлежащих к выплате за период отпуска в сентябре-октябре 2025 года.
Истцом заявлено ко взысканию сумма недоначисленных и невыплаченных отпускных в размере 10 699,32 руб. Данная сумма исчислена исходя из сумм выплаченных отпускных за 28 дней в размере 105 486,96 руб., и с учетом неотраженной в качестве заработной платы суммы в размере 50 000 руб., которая подлежала учету при расчете отпускных.
Ответчиком контррасчет данного требования не представлен.
При установленном судом факте осуществления в период отпуска истцом трудовой деятельности по заданию и в интересах работодателя, имеются основания для удовлетворения и данного требования <ФИО>3, при этом суд находит расчет истца произведенным арифметически неверно, в связи с чем суд производит собственный расчет, с учетом положений Постановления Правительства РФ от 24.04.2025 N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (вместе с "Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы"), исходя из следующего.
Согласно записке расчету от 28.08.2025, за подписью бухгалтера <ФИО>11, отпускных за спорный период, сумма выплат, учитываемых при исчислении среднего заработка за период сентябрь 2024-август 2025 составляет 1 369 882,35 руб., количество календарных дней расчетного периода 340,21 (количество дней сторонами не оспаривается).
При изложенных обстоятельствах расчет должен быть такой: ((1369882,35+50000)/(340,21х28))-105486,96=11372,34 руб.
Вместе с тем суд, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, присуждает ко взысканию с ответчика в пользу истца сумму в размере 10 699,32 руб.
Также истцом заявлено требование об изменении даты увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ и производные от него требования о выплате среднего заработка за указанный период в размере 379 007,24 руб., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 101 358,10 руб.
В обоснование заявленного требования истец указывает на нарушение ответчиком процедуры увольнения, заявляет о восстановлении срока для обращения в суд по данному требованию.
Ответчик несоблюдение процедуры увольнения (в части ненаправления в адрес истца сведений о расторжении трудовых правоотношений) фактически не оспаривал. Апеллируя к положениям ч.1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком заявлено о пропуске установленного положениями закона месячного срока для оспаривания увольнения.
Истец, указывая на наличие у нее уважительных причин невозможности обращения в суд в установленный законом срок указывал на состояние его здоровья, в обоснование чего представил медицинскую документацию со сведениями об обращении в медицинские учреждения за оказанием ей медицинской помощи в приближенное к юридически значимому времен, представлена медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, также представлены сведения о последовательном обращении в адрес ответчика по вопросам получения документов, сопутствующих увольнению, заявления с целью досудебного урегулирования спора по вопросу выплат и изменению даты увольнения, билеты по маршруту Нью-Йорк-Астана, Астана-Челябинск в период с 06 по ДД.ММ.ГГГГ, приобретение которых было произведено истцом ДД.ММ.ГГГГ (по времени США).
С настоящим иском <ФИО>3 обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных ч.ч. 1, 2 и 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
В абз. 5 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд содержатся и в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям".
С учетом изложенного, принимая во внимание обстоятельства, при которых истцом был допущен пропуск срока для обращения в суд с настоящим иском по вопросу изменения даты увольнения и малозначительность пропуска такого срока, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленного ответчиком ходатайства об отказе в иске по требованию, связанному с изменением даты увольнения, по мотиву пропуска истцом срока для обращения в суд за защитой трудовых прав, в связи с чем спор по данному требованию подлежит рассмотрению по существу заявленных <ФИО>3 требований.
В обоснование данного требования истцом указано, что в адрес работодателя им были направлены сообщения по вопросу оплаты периода фактического осуществления им трудовой деятельности в период отпуска (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ). Данные сообщения работодателем проигнорированы, оставлены без ответа, в связи с правовой неопределенностью в отношении дальнейшей судьбы истца как работника, нахождением на территории иной страны, и окончанием периода отпуска, истцом было принято решение о написании заявления об увольнении без отработки в связи с выходом на пенсию и одновременно заявления на предоставление отпуска без содержания на последний рабочий день.
Указанные выше заявления в виде сканированных образов были направлены истцом в адрес ответчика ИП <ФИО>1 лично посредством использования корпоративной системы Битрикс.
В последующем межу сторонами велась переписка, согласно которой ответчик после сканов заявления уточняет «привет. Ты не вернешься?», истец отвечает «почему? Конечно вернусь». На что ИП <ФИО>1 направляет сообщения «ну ты на пенсию выходишь? Работать больше не будешь. Я не поняла твое заявление»
Аналогичного содержания представлена переписка из системы Битрикс, которая имела место между <ФИО>9 и истцом, из которой следует что перед направлением заявлений <ФИО>3 в адрес <ФИО>9 были направлены сообщения. Вместе с тем полный текст сообщений не представлен, из скриншота прослеживается лишь часть «…весь период работы. Документы все подпишу как приеду домой».
Судом неоднократно стороне ответчика, как лицу, безусловно имеющему доступ к корпоративной системе Битрикс, что им не оспаривалось (ответчик не прекратил пользование программой до настоящего времени) предлагалось представить полный текст сообщений и переписки, представленной суду лишь частично. Однако сторона ответчика от представления данных доказательств уклонилась, со ссылкой на отсутствие полного текста сообщений, архивированием данных чатов как с уволенным работником (<ФИО>3) и невозможностью их восстановления, что явно не соответствует факту того, что такая переписка была представлена ответчиком, хоть и в части, каких-либо доказательств невозможности представления истребованных судом сведений на рассмотрение суду также не приведено, доказательств тому в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.
Ответчиком указано, что 06.10.2025 им издан приказ об увольнении, произведен окончательный расчет.
Вместе с тем порядок оформления прекращения трудового договора ответчиком не соблюден. При этом суд отклоняет доводы ответчика о невозможности ознакомления истца с изданным 06.10.2025 приказом, поскольку в таком случае ответчик не был лишен возможности направить копию приказа по месту жительства истца, либо иным способом (с учетом общения сторон посредством мессенджеров), равно как и не была направлена в адрес истца ни трудовая книжка, ни уведомление о необходимости обеспечения явки за ней к работодателю, ни сведения о трудовой деятельности по форме СТД-Р. Представленный суду приказ от 06.10.2025 о расторжении трудового договора каких-либо отметок о невозможности ознакомления с ним работника также не содержит. Со стороны работника приказ подписан 12.01.2026, что сторонами не оспаривалось.
Ссылка ответчика на то, что с таким уведомлением истец не был лишен возможности ознакомиться на сайте Госуслуг судом отклоняется как основанная на неверном толковании норм материального права, при которых именно на работодателе лежит обязанность соблюсти процедуру увольнения работника, предусмотренную нормами Трудового кодекса Российской Федерации.
При этом истцом также указано, ответчиком не оспорено, что после 06.10.2025 ответчиком производилась доплата заработной платы в размере 7 258,53 руб. со ссылкой на то, что данная сумма является остатком невыплаченного аванса за сентябрь 2025 года, не была выплачена своевременно по причине технического сбоя в программе 1С. Вместе с тем суд обращает внимание, что доказательств в подтверждение факта о том, что технический сбой действительно имел место быть, ответчиком также не представлено.
При изложенных обстоятельствах и с учетом процессуального поведения ответчика, оцененных судом в совокупности в порядке ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит несостоятельными доводы ответчика в части осведомленности истца о самом факте его увольнения.
Истцом также указано, что в последующем ответчик ограничил доступ компьютера истца к программам, используемым при работе истцом, ответчиком данные обстоятельства при которых истец был лишен возможности продолжить трудовую деятельность, не оспаривались.
При изложенных обстоятельствах (игнорирование работодателем и его представителем сообщений работника, непредставление ответчиком в полном объеме переписки между сторонами по факту поданных истцом заявлений об увольнении, ограничении истцу доступа к корпоративным программам при условии правовой неопределенности о судьбе поданного им заявления), суд находит доказанным факт вынужденности увольнения истца в дату, следующую за датой окончания его ежегодного оплачиваемого отпуска.
Истец, заявляя об ограничении его права на труд, просит изменить дату увольнения с 06.10.2025 на 12.01.2026.
В силу положений ч.4 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным суд по заявлению работника может принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.
Согласно ч. 5 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.
Исходя из разъяснений в абз. 3 п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (ч. ч. 3 и 4 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
Применяя вышеуказанные нормы закона при разрешении спора, суд изменяет дату увольнения истца с 06.10.2025 на 12.01.2026.
Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы (ч. 2).
Разрешая требования о взыскании среднего заработка, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 234, ч. 2 ст. 394, ч.3 ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации, а также положениями ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положением, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 N 540, и приходит к выводу об удовлетворении требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.
Ответчику неоднократно предлагалось представить контррасчет заявленных требований, вместе с тем и таких действий со стороны ответчика предпринято не было со ссылкой на то, что им требования истца не признаются в полном объеме.
Суд, исследовав представленные сторонами доказательства в совокупности в порядке ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положением, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 N 540, разрешая требования в порядке ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу об обоснованности и данного требования истца в связи с чем, взыскивает средний заработок за время вынужденного прогула за период с 06.10.2025 по 12.01.2026 в размере решения суда в размере 379 007,24 руб.
Также истцом заявлено о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в размере 101 358,10 руб. Данная сумма исчислена истцом за период неиспользованного отпуска за период работы с 19.08.2024 по 12.01.2026 с указанием на количество полагающихся дней отпуска как 37,32 дней, 7 дней отпуска использовано, учтены выплаченные суммы при увоьеннии-06.10.2025 в размере 21 245,98 руб., 12.01.2026 в размере 7 258,53 руб.
Согласно приказа о предоставлении <ФИО>3 отпуска на период с 08.09.2025 по 05.10.2025 таковой предоставлен за период работы с 19.08.2024 по 21.08.2025.
Согласно расчетного листка истцу начислена компенсация отпуска (до 2026) на 4,67 дней в сумме 18 750,42 руб.
Вместе с тем суд находит расчет истца произведенным без учета уже выплаченных ему сумм в счет ежегодного оплачиваемого отпуска в период с 08.09.2025 по 05.10.2025 в размере 105 486,96 руб.
Контррасчет ответчиком, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлен.
Представленная ответчиком личная карточка работника сведений о предоставлении истцу иных дней в счет ежегодного оплачиваемого отпуска за весь период работы не содержит.
При изложенных обстоятельствах к доплате истцу в счет компенсации за неиспользованный отпуск полагается сумма из расчета дней с даты увольнения 06.10.2025 по 12.01.2026 ввиду установления судом факта незаконности увольнения и в пределах заявленного истцом требования.
Таким образом судом произведен собственный расчет на основании положений п.п.4,5,9,10 Постановления Правительства РФ от 24.04.2025 N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", в соответствии с которым ко дню прекращения трудовых отношений 12.01.2026 количество дней неиспользованного отпуска составляет 11, 67 дней, вместе с тем при увольнении истца ему была выплачена компенсация за 4,67 дня неиспользованного отпуска, в связи с чем к возмещению с работодателя в пользу истца подлежит компенсация неиспользованного отпуска из расчета как за 7 дней.
Для расчета суммы, полагающейся к выплате, принимается сумма выплат за расчетный период (12 месяцев, предшествующих месяцу отпуска), то есть заработная плата истца за период осуществления им фактической трудовой деятельности с января по декабрь 2025 года.
За период с января по 06.10.2025 такая сумма будет составлять (97058,85+115000+115619,06+131661,44+112400+92000+92000+92000+50000+36 361,40 + 16 956,52 руб.)=951057,27 руб., за период с 07.10.2025 по 12.01.2025 сумма составит 379 007,24 руб. (средний заработок за время вынужденного прогула), всего 1 330 064,51 руб. Количество рабочих дней в 2025 году- 247 дней, вместе с тем подлежат исключению дни без сохранения заработной платы (27-28.01.2025,18.03.2025, 28.04.2025, 12-13.05.2025, 06.10.2025, всего 7 дней). Соответственно средний заработок истца для расчета компенсации за неиспользованный отпуск составляет 5 541,93 руб.: 1330 064,51/240. Вместе с тем истцом данный средний заработок определен как 4 283,06 руб. по формуле, приведенной в расчет компенсации: 1330320,86/310,6.
Таким образом возмещению истцу в счет компенсации за неиспользованный отпуск при прекращении трудовых правоотношений 12.01.2026 полагается к выплате сумма 38 793,51 руб. (5541,93х7), что в пределах заявленных истцом требований о взыскании суммы такой выплаты в размере 101 358,10 руб., в связи с чем суд взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 38 793,51 руб.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).
Учитывая степень вины нарушителя, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий (несвоевременное получение заработной платы в отсутствие на то правовых оснований, необходимость обращения в суд за защитой нарушенного права), принимая во внимание отсутствие правовых норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные нравственным страданиям, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, и исходя из судейской убежденности, суд считает необходимым установить размер компенсации морального вреда, подлежащий возмещению с ответчика в пользу истца в сумме 15 000 руб. При этом суд обращает внимание, что каких-либо доказательств причинения истцу морального вреда, в частности подтверждающих наличие у истца нервного срыва в связи с действиями работодателя, в большем размере на рассмотрение суду не представлено.
Каких – либо допустимых и относимых (статьи 59, 60 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации) доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалы дела не представлено. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.
Иные доводы сторон суд отклоняет как не имеющие правового значения для рассмотрения настоящего спора.
В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, руководствуясь положениями ст. 333.19 Налогового кодекса российской Федерации, суд взыскивает с ответчика в доход бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 546 руб.
Иных требований, равно как требований по иным основаниям, на рассмотрение суда не заявлено.
Учитывая вышеизложенные обстоятельства, руководствуясь ст. ст. 12, 194-198, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования <ФИО>3 к индивидуальному предпринимателю <ФИО>1 о защите трудовых прав удовлетворить частично.
Изменить дату увольнения <ФИО>3 от индивидуального предпринимателя <ФИО>1 (ИНН №) с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ.
Взыскать с индивидуального предпринимателя <ФИО>1 (ИНН №) в пользу <ФИО>3 (СНИЛС №) в счет невыплаченных отпускных 10 699,32 руб., задолженность по заработной плате за сентябрь и октябрь 2025 года в размере 53 323,38 руб., средний заработок за время вынужденного прогула в размере 379 007,24 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 101 358,10 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.
В удовлетворении оставшейся части требований <ФИО>3 отказать.
Взыскать с индивидуального предпринимателя <ФИО>1 (ИНН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 18 888 руб.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через ВерхИсетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.
Судья К.А. Семернева