РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 сентября 2026 года пгт Кавалерово
Кавалеровский районный суд Приморского края в составе председательствующего судьи Крупянко А.Е., при секретаре Кошелевой С.О., с участием прокурора <адрес> ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Горно-металлургический комплекс «Дальполиметалл», обществу с ограниченной ответственностью «Приморвольфрам», акционерному обществу «Рудник Каральвеем», обществу с ограниченной ответственностью «Хаканджинское» о взыскании компенсации морального вреда,
Установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к АО «ГМК «Дальполиметалл» о взыскании морального вреда.
В обоснование требований истец указал, что он являлся работником АО «ГМК «Дальполиметалл» в должности проходчика 4 разряда, занятого полный рабочий день под землей. Работа истца была связана с длительным воздействием на организм предельно допустимого уровня шума, общей и локальной вибрации, а также пыли. Согласно акту о случае профессионального заболевания, истцу с ДД.ММ.ГГГГ установлены: вибрационная болезнь 1 степени, связанная с воздействием локальной вибрации: полиневропатия верхних конечностей с сенсорными нарушениями. Указанное заболевание является профессиональным и возникло при условии несовершенства технологического оборудования. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. В связи с профессиональными заболеваниями ФИО1 ФКУ ГБ МСЭ «Бюро 14» по <адрес> установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности. На основании медицинских заключений истцу прописаны регулярные курсы принятия препаратов в рамках программы реабилитации. В результате причиненного профессиональными заболеваниями вреда здоровью истца, он испытывает нравственные и физические страдания. С возрастом заболевания, приобретенные в результате профессиональной деятельности, усугубляются, состояние здоровья истца ухудшается, эффективность препаратов снижается, повышается толерантность к лекарствам. Вышеуказанные обстоятельства и их необратимый характер лишили истца физического и психологического благополучия, вызвали душевные потрясения и страдания, в этой связи истец просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., а также судебные расходы за оформление нотариальной доверенности на представителя в сумме 4 000 руб.
В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Приморвольфрам», акционерное общество «Рудник Коральвеем», общество с ограниченной ответственностью «Хаканджинское».
В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в иске, просил удовлетворить их в полном объеме.
Представитель истца ФИО5, представители ответчиков АО «ГМК «Дальполиметалл», АО «Рудник Коральвеем», ООО «Хаканджинское», ООО «Приморвольфрам» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом. Представитель АО «ГМК «Дальполиметалл» посредством телефонной связи ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.
Представитель ответчика АО «ГМК «Дальполиметалл» представил в суд письменное возражение на иск, в которых указал, что обществом предприняты все меры для минимизации вредного воздействия производственных факторов на здоровье работника. Полагал, что с учетом длительности общего стажа работы ФИО1 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание, вред здоровью истца причинен не только при его работе в ПАО «ГМК «Дальполиметалл», но и в периоды исполнения трудовых обязанностей с вредными условиями труда у других работодателей. С учетом требований разумности и справедливости просил суд определить компенсацию морального вреда по профессиональному заболеванию ФИО1 в общем размере 600 000 руб. и разделить ответственность по выплате денежных сумм между всеми соответчиками пропорционально трудовому стажу истца у каждого работодателя; требования ФИО1 к АО «ГМК «Дальполиметалл» удовлетворить в части установления размера компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб.
Выслушав истца, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.
Согласно Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).
В соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ, обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.
В силу абз. 2 и 10 ч. 1 ст. 219 ТК РФ, каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», согласно которому возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда (абз. 2 п. 3 ст. 8).
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).
Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).
Согласно п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 разъяснено, что работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
При определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (п. 47).
Как установлено, ФИО1, осуществлял трудовую деятельность в АО «Горно-металлургический комплекс «Дальполиметалл» в должности проходчика 4 разряда, горнорабочего очистного забоя, крепильщика подземных горных добычных участков в периоды:
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - проходчик 4 разряда, рудник «Советский»;
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - горнорабочий очистного забоя 4 разряда, рудник «Королевский»;
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - крепильщик 4 разряда, рудник «Николаевский»;
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - проходчик 4 разряда, рудник «Южный»;
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - проходчик 4 разряда, рудник «Верхний»;
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - проходчик 4 разряда, рудник «Королевский»;
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - проходчик 4 разряда, рудник «Силинский», участок № Силинский участок рудник «Южный»;
- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - проходчик 4 разряда, участок Силинский рудник «2 Советский», участок Силинский рудник «Южный».
В периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в АО «Рудник Коральвеем», в должности проходчика 4 разряда, с полным рабочим днем под землей; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Хаканджинское», в должности проходчика 4, 5 разрядов, с полным рабочим днем под землей; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Приморвольфрам», в должности подземного проходчика, с полным рабочим днем под землей.
Данные о периодах и местах работы подтверждаются копией трудовой книжки истца.
Согласно карте специальной оценки условий труда №А от ДД.ММ.ГГГГ проходчика 4 разряда производственного подразделения подземного горного добычного участка «Силинский» рудника «2 Советский» АО «ГМК «Дальполиметалл» по уровню совокупного воздействия вредных производственных факторов – относятся к вредным /3.3/, согласно Р ДД.ММ.ГГГГ-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда».
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО1 работал в подземных условиях в АО «ГМК «Дальполиметалл» в качестве проходчика 4 разряда, горнорабочего очистного забоя, крепильщика подземных горных добычных участков 5 лет 1 месяц. Также истец работал 1 год 9 месяцев 12 дней в АО «Рудник Коральвеем» в качестве проходчика 4 разряда; 2 года 11 месяцев 6 дней работал в ООО «Хаканджинское» в должности проходчика 4, 5 разрядов; 1 год 11 месяцев 4 дня работал в ООО «Приморвольфрам» (с ДД.ММ.ГГГГ находится в процедуре банкротства – открыто конкурсное производство) в должности подземного проходчика. Во время работы в АО «ГМК «Дальтполиметалл» подземным проходчиком 4, 5 разрядов участок «Силинский»), подземным крепильщиком (рудник «Николаевский») ФИО1 подвергался неблагоприятным производственным факторам:– по уровню шума (превышение ПДУ на 18-35 дБА); локальной вибрации (превышение ПДУ более 12 дБ (27дБ)); общей вибрации (превышение ПДУ до 23 дБ), неблагоприятному микроклимату; запыленности воздуха АПФД, содержащим от 10 до 70% кремния диоксида; тяжести и напряженности трудового процесса; физическим и функциональным перегрузкам.
Согласно медицинскому заключению <адрес>вого центра профессиональной патологии, у ФИО1 установлено заболевание: вибрационная болезнь 1 степени, связанная с воздействием локальной вибрации: полиневропатия верхних конечностей с сенсорными нарушениями, которое признано профессиональным и связанным с профессиональной деятельностью истца в должности проходчика в АО «ГМК «Дальполиметалл» (медицинское заключение о наличии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №). Также у ФИО1 установлены другие заболевания: Дорсопатия. Хроническая вертеброгенная люмбоишиалгия, выраженный мышечно-тонический синдром. Дорсопатия. Вертеброгенная цервикалгия, нестойкая ремиссия. Двусторонний плечелопаточный периартрит, легкий болевой синдром. Сколиоз грудного отдела позвоночника 1ст.; Двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость минимальной ст.
Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ у проходчика 4 разряда, занятого полный рабочий день на подземных работах, ФИО1 подтверждено наличие профессионального заболевания - вибрационная болезнь 1 степени, связанная с воздействием локальной вибрации: полиневропатия верхних конечностей с сенсорными нарушениями. Согласно данному акту, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях использования при проходке подземных горных выработок горно-шахтного оборудования, которое в силу имеющихся конструктивных недостатков, является источниками общей и локальной вибрации, превышающей ПДУ. Эквивалентные уровни локальной вибрации у проходчика превышают ПДУ по всем осям более чем на 12оБ. Заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм ФИО1 вредных производственных факторов локальной вибрации выше ПДУ по причине конструктивных недостатков машин, механизмов, оборудования, приспособлений и инструментов, а также несовершенства рабочего места проходчика в АО «ГМК «Дальполиметалл». Вина работника в развитии профессионального заболевания не установлена.
Из справки от ДД.ММ.ГГГГ серии МСЭ-2022 № следует, что ФИО1 на основании акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30% с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно справке о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России (№) на основании акта медико-социальной экспертизы № АМСЭ-226-000134317 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % бессрочно.
Указанные акты АО «ГМК «Дальполиметалл» в установленном законом порядке не оспорены, не признаны недействительными.
В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания № ПРРП-225-000003205 от ДД.ММ.ГГГГ, № ПРРП-226-000000719 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием: вибрационная болезнь 1 степени, связанная с воздействием локальной вибрации: полиневропатия верхних конечностей с сенсорными нарушениями, определено применение медикаметозных препаратов, рекомендовано санаторно-курортное лечение.
Исходя из выше изложенного, суд приходит к выводу, что заболевание ФИО1 является профессиональным, и получено, в период работы в АО «ГМК «Дальполиметалл».
В этой связи, учитывая, что профессиональное заболевание получено ФИО1 при выполнении им работы в интересах работодателя АО «ГМК «Дальполиметалл», при наличии со стороны работодателя нарушений требований по охране труда, суд полагает требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с АО «ГМК «Дальполиметалл» обоснованы и подлежат удовлетворению.
Доводы представителя ответчика АО «ГМК «Дальполиметалл» о том, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло в том числе в связи с воздействием неблагоприятных производственных факторов в периоды работы в АО «Рудник Коральвеем», ООО «Хаканджинское», ООО «Приморвольфрам», и необходимости разделить ответственность по выплате денежных сумм между всеми соответчиками пропорционально трудовому стажу истца у каждого работодателя, суд считает не состоятельными в силу следующего.
Согласно записям в трудовой книжке, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал проходчиком 4 разряда, участок Силинский рудник «2 Советский», участок Силинский рудник «Южный» АО «ГМК «Дальполиметалл». Доказательств иного суду не предоставлено.
Как следует из п. 21 санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №, по результатам медицинских осмотров работников от ДД.ММ.ГГГГ, проходивших КГБУЗ «Дальнегорская ЦРБ», у ФИО1 медицинских противопоказаний к работе подземным проходчиком выявлено не было.
Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, причиной возникновения профессионального заболевания у ФИО1 явилась работа с вредными условиями проходчиком 4 разряда в АО «ГМК «Дальполиметалл».
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с АО «ГМК «Дальполиметалл», суд учитывает требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, а именно длительность неблагоприятного воздействия на здоровье истца вредных производственных факторов, индивидуальные особенности истца, в том числе его возраст, степень вины ответчика в ухудшении состояния здоровья истца и качества его жизни, характер, степень и продолжительность физических и нравственных страданий истца, вызванных повреждением здоровья, возникшие в связи с профессиональным заболеванием ограничения в физических нагрузках, способности к трудовой деятельности, невозможность вести полноценный образ жизни, необходимость регулярного поддержания физического здоровья при помощи медикаментозного лечения, нуждаемость в реабилитации, а также процент утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%.
Согласно пояснениям истца в судебном заседании, наличие профессионального заболевания сказалось на качестве жизни истца (нарушен сон, в связи ограничением здоровья невозможно вести прежний образ жизни, трудоустроиться).
Вместе с тем согласно программе реабилитации ФИО1, нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических), сенсорных функций признаны незначительными, при этом пострадавший не нуждается в постороннем бытовом и специальном медицинском уходе, а проведение реабилитационных мероприятий прогнозирует частичное восстановление нарушенных функций организма и способности продолжать выполнять профессиональную деятельность, то есть нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты не установлена.
С учетом приведенных выше обстоятельств, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца о компенсации морального вреда частично в размере 600 000 руб.
Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушенного права в результате причинения вреда здоровью профессиональными заболеваниями и утратой профессиональной трудоспособности в размерах 30% и позволяет сгладить остроту перенесенных потерпевшем в связи с этим физических и нравственных страданий.
Заявленный ФИО1 в исковом заявлении размер компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. суд находит завышенным, обоснование его размера истцом в судебном заседании не представлено.
В удовлетворении требований о компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей следует отказать.
Ссылка представителя ответчика на тяжелое финансовое положение АО «ГМК «Дальполиметалл», как на основание для снижения размера морального вреда, является несостоятельным и не может быть принята судом исходя из того, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной, и размер компенсации морального вреда по профессиональному заболеванию не может быть поставлен в зависимость от имущественного и финансового положения юридического лица-работодателя, причинившего вред здоровью работника.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
При обращении в суд истец понес расходы при оформлении доверенности ФИО6 и ФИО5 на представление и защиту прав и интересов связанных с возмещением вреда жизни и здоровью, полученному в результате профессионального заболевания, в том числе в судах общей юрисдикции, с правом подписания искового заявления и предъявление его в суд, в размере 4 000 руб.
Учитывая, что доверенность была оформлена именно на ведение дела в интересах ФИО1 по факту возмещения вреда здоровью, полученного в результате профессионального заболевания, которое являлось предметом рассмотрения дела, суд полагает расходы по оформлению данной доверенности являются судебными и подлежат взысканию с АО «ГМК «Дальполиметалл».
В силу п. 4 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ, истцы при обращении в суд с иском о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, освобождаются от уплаты государственной пошлины.
Обстоятельства, дающие основания для освобождения ответчика от уплаты государственной пошлины, в судебном заседании не установлены.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, п. 8 ч. 1 ст. 333.20 НК РФ, ст. ст. 50, 61.1 БК РФ, с АО «ГМК «Дальполиметалл» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.
Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ,
Решил:
Иск ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Горно-металлургический комплекс «Дальполиметалл» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серия №) компенсацию морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием в размере 600 000 руб., а также судебные расходы – 4 000 руб., а всего 604 000 руб.
Взыскать с акционерного общества «Горно-металлургический комплекс «Дальполиметалл» (ИНН № государственную пошлину в доход бюджета Кавалеровского муниципального округа Приморского края в сумме 3 000 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кавалеровский районный суд Приморского края.
Судья А.Е. Крупянко