РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13 июля 2026 г. г. Сургут
Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:
председательствующего Хуруджи В.Н., при секретаре Петровой А.Д., с участием прокурора Дюга А.С., представителя ответчика Мунгужинова Р.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сургутского городского суда гражданское дело № 2-7546/2026 по иску Сургутского транспортного прокурора в интересах Оларь М.И. к АО «Ютэйр –Вертолетные услуги» о взыскании компенсации морального вреда, установил:
Сургутский транспортный прокурор обратился в суд в интересах Оларь М.И. к АО «Ютэйр –Вертолетные услуги» с требованиями взыскать компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, которые мотивированы тем, что транспортной прокуратурой проведена проверка по обращению Оларь М.И. по вопросу компенсации морального вреда, причиненного в связи с выполнением работ в условиях воздействия вредных производственных факторов.
Требования мотивированы тем, что в ходе проверки установлено, что Оларь М.И. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ занимал должность борт-механика Авиационной эскадрильи № Ми-8 (Сургут) Летного отряда № АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №-тд/67.00, уволен с замещаемой должности в соответствии с приказомДД.ММ.ГГГГ в адрес АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» поступило извещение об установлении Оларь М.И. предварительного диагноза профессионального заболевания.
Управлением Роспотребнадзора по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре ДД.ММ.ГГГГ составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда Оларь М.И.
ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ЛО «Центр профпатологии» установлен заключительный диагноз профессионального заболевания «нейросенсорная тугоухость II степени».
Извещение об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания составлено и направлено в АО «ЮТэйр- Вертолетные услуги» ДД.ММ.ГГГГ, п. 14 указанного извещения определено наличие вредного и опасного производственного фактора, присутствующего при осуществлении профессиональной деятельности работника, в отношении которого устанавливается наличие причинно-следственной связи с заболеванием.
Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ, извещению об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, установлено нарушение условий охраны труда, допущенное в период осуществления трудовой деятельности Оларь М.И. в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги», что повлекло возникновение профессионального заболевания.
В соответствии с п. 23 санитарно-гигиенической характеристики условий работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ сделан вывод о том, что условия труда Оларь М.И. в АО «Ютэйр-Вертолетные услуги» согласно профессиональному маршруту не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов по показателям уровня звука, напряженности условий труда.
Данный факт подтверждается актом № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным начальником ТО в <адрес> и <адрес> Управления Роспотребнадзора по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре.
В результате причиненного профессиональным заболеванием вреда здоровью Оларь М.И. испытывает нравственные и физические страдания, не может комфортно себя чувствовать в обществе и вести полноценный образ жизни. Улучшений в состоянии здоровья у Оларь М.И. не происходит, приобретенное в результате профессиональной деятельности заболевание усугубляется.
Также Оларь М.И. испытывает переживания из-за полученного заболевания, лишен возможности вести обычный образ жизни. Из-за имеющегося заболевания он вынужден периодически проходить лечение, реабилитационные процедуры и медицинские обследования, не может устроиться на новую работу.
В соответствии со статьей 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Исходя из требований статьи 212 Трудового Кодекса Российской Федерации работодатель обеспечивает создание и функционирование системы управления охраной труда, соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; режим труда и отдыха работников, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах.
Статьей 22 ТК РФ установлено, что работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
При этом в соответствии с частью 1 статьи 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания.
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, невозможностью продолжать активную общественную жизнь и другие негативные эмоции).
При этом документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, в соответствии с пунктом 14 постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников», является акт о случае профессионального заболевания.
В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.
Согласно статье 8 части 3 Федерального закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В соответствии с разъяснением в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных - заболеваний» надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием, несчастным случаем на производстве является работодатель или лицо, ответственное за причинение вреда.
Поскольку согласно части 1 статьи 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если он не докажет иное.
В силу статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возвращается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере определяемым по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В силу статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Учитывая то, что Оларь М.И. имеет хроническое заболевание, на момент обращения с настоящим исковым заявлением не получил возмещение в денежной форме от работодателя (лица, ответственного за причинение вреда), чем нарушаются его права в сфере трудовых отношений, а также не имеет юридического образования, данные причины позволяют прокурору защитить права и интересы такого гражданина в судебном порядке.
В обращении в прокуратуру заявитель просит взыскать в его интересах компенсацию морального вреда в связи с получением профессионального заболевания в период работы в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги», определив в обращении сумму компенсации в размере 500000 рублей.
Положениями ч. 5 ст. 29 ГПК РФ предусмотрено, что иски о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья, могут предъявляться истцом в суд по месту его жительства или месту причинения вреда. В соответствии с актом № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания указано наименование места работы Оларь М.И. - «Авиационная эскадрилья № Ми-8 (Сургут) Летного отряда № Летного директората», в соответствии с п. 1.2 Дополнительного соглашения к трудовому договору №-тд/67.00 от ДД.ММ.ГГГГ указано место работы Оларь М.И. - город Сургут. В связи с чем настоящее исковое заявление подсудно Сургутскому городскому суду.
Просят взыскать с АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» в пользу Оларь М.И. возмещение морального вреда, причиненного в связи с выполнением работ в условиях воздействия вредных производственных факторов, в размере 500 000 рублей.
В судебном заседании прокурор на исковых требованиях настаивает по доводам искового заявления; истец Оларь М.И. в суд не явился о времени и месте рассмотрения извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Представитель ответчика с предъявленными требованиями не согласен, считает их незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению, представил возражение.
Ссылаясь на положения ч. 1, 2 ст. 56 ГПК РФ, п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, указывает, что из буквального содержания приведенных норм следует, что ответственность по правилам главы 59 ГК РФ является виновной и индивидуализированной: она возлагается на конкретное лицо соразмерно степени его собственной вины в причинении вреда. Указанный принцип означает недопустимость возложения на одного из нескольких причинителей вреда ответственности за вред, фактически причиненный действиями (бездействием) иных лиц; ссылается на судебную практику.
Полагает, что при разрешении спора о компенсации вреда (в том числе морального), причиненного профессиональным заболеванием, развившимся в период работы истца у нескольких работодателей, юридически значимыми и подлежащими установлению судом являются следующие обстоятельства: полный профессиональный маршрут истца и общий стаж воздействия вредного производственного фактора.
При рассмотрении дела надлежит установить не только период работы истца непосредственно у ответчика, но весь профессиональный маршрут истца в целом - то есть перечень всех работодателей, в период работы у которых истец подвергался воздействию того же вредного производственного фактора, повлекшего профессиональное заболевание, а также общую продолжительность такого воздействия.
Установление факта работы истца у иных работодателей до и после периода трудовых отношений с ответчиком имеет решающее значение, поскольку сам по себе факт диагностирования профессионального заболевания в период работы у конкретного работодателя не свидетельствует о том, что именно действия (бездействие) этого работодателя явились единственной причиной возникновения заболевания.
Соотношение периода (доли) работы истца у ответчика с общим стажем воздействия вредного фактора.
Установлению подлежит процентное и абсолютное соотношение периода работы истца у ответчика в условиях воздействия вредного производственного фактора с общим стажем такого воздействия за весь профессиональный маршрут истца; интенсивность (степень превышения предельно допустимых уровней) вредного воздействия у каждого работодателя.
Помимо продолжительности стажа воздействия вредного фактора, юридическое значение имеет и интенсивность такого воздействия, у каждого из работодателей. Профессиональное заболевание, обусловленное кумулятивным воздействием шума, формируется под влиянием совокупной акустической нагрузки, которая определяется не только временем экспозиции, но и уровнем превышения предельно допустимых значений. Соответственно, установлению подлежит уровень превышения ПДУ вредного фактора, зафиксированный в санитарно-гигиенических характеристиках условий труда, применительно к каждому периоду работы истца у каждого из работодателей.
Игнорирование данного обстоятельства и определение степени вины исключительно по формальному признаку продолжительности стажа способно привести к необоснованному завышению доли ответственности работодателя, обеспечившего кратковременное, но менее интенсивное воздействие, по сравнению с работодателем, обеспечившим длительное и существенно более интенсивное воздействие.
Достоверность и методологическая корректность акта о случае профессионального заболевания, а также санитарно-гигиенической характеристики условий труда, положенной в основу акта о случае профессионального заболевания.
Суду надлежит проверить, какая именно методика оценки акустической нагрузки была применена при составлении санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника в отношении периода его работы у ответчика, и соответствовала ли эта методика нормативным требованиям, действовавшим на момент проведения расчета и составления характеристики, установить степень вины (в процентном соотношении) каждого работодателя в возникновении и развитии профессионального заболевания.
Данное обстоятельство является итоговым и производным от обстоятельств, указанных выше. Степень вины каждого работодателя подлежит установлению пропорционально продолжительности и интенсивности воздействия вредного фактора в период работы истца именно у данного работодателя, а не произвольно либо исходя исключительно из факта составления последним работодателем акта о случае профессионального заболевания.
Характер и степень физических и нравственных страданий истца в соотношении с объективно причиненной ответчиком долей вреда.
Определение размера компенсации морального вреда должно производиться с учетом степени вины конкретного причинителя, вред а (п. 2 ст. 1101 ГК РФ, п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №). Соответственно, характер и степень физических и нравственных страданий истца подлежат оценке судом не в целом абстрактно, а в той мере, в какой они обусловлены именно действиями (бездействием) ответчика, а не совокупным профессиональным заболеванием, вызванным воздействием вредных факторов на протяжении всей трудовой деятельности истца у всех работодателей.
Ввиду того, что большая часть всей профессиональной деятельности Истца в условиях воздействия вредного производственного фактора приходится на иных работодателей, не привлеченных к участию в настоящем деле, всестороннее, полное и объективное рассмотрение дела в силу ст. 148, 150 ГПК РФ невозможно без разрешения судом вопроса о привлечении к участию в деле указанных лиц (либо их правопреемников) в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку принимаемое по делу решение может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон (ст. 43 ГПК РФ).
АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» не может рассматриваться в качестве единственного причинителя вреда. Возложение ответственности за причиненный вред исключительно на работодателя, составившего акт о случае профессионального заболевания, не может быть признано законным и обоснованным.
Как следует из Акта № 4 от 04.06.2026 о случае профессионального заболевания, а также из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника № 14 от 06.11.2024 и ранее составленной санитарно-гигиенической характеристики № 36 от 01.12.2020, Оларь М.И. имеет общий стаж работы 22 года 4 месяца, из которых в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов (шума) он находился 20 лет 1 месяц, общий налет составляет 15 065 часов 31 минута.
Согласно профессиональному маршруту Истца, отраженному в санитарно-гигиенической характеристике условий труда и протоколе расчета эквивалентного уровня шума, трудовая деятельность Истца в условиях воздействия вредного производственного фактора «шум» осуществлялась им у следующих работодателей: ООО «Сибавиасервис» — с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (бортмеханик вертолетаМи-8); ОАО «Газпром», ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» (Югорский филиал) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (бортовой механик авиационного звена №, <адрес>); АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» — с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (бортмеханик Ми-8).
По мнению ответчика судом должно быть учтено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (более 6 лет) Истец осуществлял трудовую деятельность вне гражданской авиации и вне условий воздействия шума (продавец-консультант, секретарь, водитель-экспедитор), что подтверждается сведениями его профессионального маршрута, отраженными в санитарно-гигиенической характеристике условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, в периоды работы у Ответчика в апреле, декабре 2020 года, в январе, феврале, марте 2021 года, январе, марте 2022 года, январе, феврале 2023 года Истец не осуществлял летную деятельность, соответственно, воздействия вредного производственного фактора (шум) в указанные месяцы не имелось.
Указанное обстоятельство дополнительно подтверждает, что вредное воздействие на орган слуха Истца носило прерывистый, а не непрерывный характер, и было сосредоточено в основном в период работы Истца у ООО «Сибавиасервис». Ответчиком представлена аналитическая информация о профессиональном маршруте Оларя М.И.
Работодатель Стаж работы(год) ; Доля в общем стаже (%) Налет (часы/мин)
Доля в общем налете часов (%) Уровень превышения (по СГХТ).
ООО «СИБАВИАСЕРВИС»:
Стаж: 14 лет, 8 месяцев 17 дней; Доля в общем стаже: 73,3 %; Налет: 12 662 часа 36 минут; Доля в общем налете часов 85,34%; Уровень превышения (по СГХТ): до +21,12 дБА.
ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» (Югорский филиал): Стаж работы(год) - 11 мес.; Доля в общем стаже:4,6 %; Налет: 462 ч. 20 мин.; Доля в общем налете часов: 3,07%; Уровень превышения (по СГХТ): До +14,09 дБА.
АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги»: Стаж: 4 года, 5 месяцев, 27 дней; Доля в общем стаже: 22,4 %; Доля в общем налете часов 1940 ч. 35 мин. ; их них с превышением уровня шума - 1226 ч. 30 мин. или 8,14 % об общего налета часов; Уровень превышения (по СГХТ): 12, 88 % и 8,14 % с превышением уровня шума До + 3,93 дБ А.
Из приведенной таблицы(по мнению ответчика) следует, что суммарный период работы Истца у Ответчика в условиях воздействия вредного производственного фактора «шум» составил 4 года 5 месяцев 27 дней, а суммарный налет часов у Ответчика — 1 940 часов 35 минут, что составляет:
по продолжительности стажа воздействия вредного фактора: 4 года 5 месяцев 27 дней из 20 лет 1 месяца общего вредного стажа, то есть около 22,4%; по показателю налета часов (объективному критерию фактической акустической нагрузки): 1 940 часов 35 минут из 15 065 часов 31 минуты общего налета, то есть 12,88%. Кроме того, без превышения уровня шума налет часов составил 714 часов 05 минут. С превышением уровня шума налет часов составил 1226 часов 30 минут или 8,14 % от общего налета часов; в течение 87 % календарного периода работы у Ответчика (47 месяцев из 54). Истец находился в условиях либо полного отсутствия превышения ПДУ (61,1%), либо в условиях минимального воздействия менее 1 дБ А (25,9%), что в гигиене труда признается практически безопасным уровнем. Ответчика максимальное превышение ПДУ составляло не более +3,93 дБ А (причем в течение 87% времени работы превышение либо отсутствовало вовсе, либо было менее 1 дБА). Без превышения уровня шума налет часов составил 714 часов 05 минут; с превышением уровня шума налет часов составил 1226 часов 30 минут или 8,14 % от общего налета часов.
Таким образом(по мнению ответчика), не менее 77,9 % стажа воздействия вредного фактора и 88,41 % фактической полетной (акустической) нагрузки за весь профессиональный маршрут Истца приходится на иных работодателей — ООО «Сибавиасервис» и ОАО «Газпром» / ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» (Югорский филиал), не привлеченных к участию в настоящем деле.
На долю Ответчика приходится только 22,4 % стажа работы, 12,88 % от общего налета часов. При этом, 87 % календарного период проходили условиях отсутствия или минимального превышения уровня шума, 13 % периода работы были с превышением уровня шума не более 3,93 дБА, процент налета часов в условиях превышения уровня шума у Ответчика составил 8,14 % общего налета часов за всю трудовую деятельность Истца.
Обнаружение заболевания не предопределяет причин его возникновения и лиц, ответственных за его возникновение, не содержит императивного указания на то, что работодатель, составивший акт о случае профессионального заболевания, является причинителем вреда здоровью, и именно его действия (бездействие) послужили причиной возникновения заболевания. В отсутствие иных доказательств невозможно возлагать ответственность за профессиональное заболевание работника только на работодателя, составившего акт о случае профессионального заболевания.
С учетом положений ст. 1064 ГК РФ возмещение вреда может быть возложено только на лицо, виновное в причинении вреда. Между тем ни один документ, представленный процессуальным Истцом в обоснование иска, не содержит сведений о том, что АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» является единственной компанией, работая в которой Оларь М.И. подвергся воздействию производственного шума, превышающего гигиенические нормативы, что явилось единственной причиной возникновения и развития у него профессионального заболевания. Напротив, из представленных документов прямо следует обратное — подавляющая часть вредного воздействия имела место у иных работодателей.
С точки зрения доктрины деликтной ответственности (ст. 1064 ГК РФ), невозможно возложить 100% ответственность за профессиональное заболевание на работодателя, обеспечившего менее 1/10 части вредного воздействия. Профессиональное заболевание «хроническая нейросенсорная тугоухость» является результатом накопленного (кумулятивного) воздействия. К моменту трудоустройства в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» в 2019 году Оларь М.И. уже имел стаж работы во вредных условиях труда более 16 лет (с превышениями уровня шума до +20,3 дБА), что практически гарантировало развитие патологии органа слуха вне зависимости от условий труда у Ответчика.
Данный правовой подход последовательно применяется судебной практикой как до, так и после введения в действие Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников» (начало действия документа — ДД.ММ.ГГГГ).
Таким образом, возложение на Ответчика исключительной (стопроцентной) ответственности за профессиональное заболевание Истца противоречит основополагающему принципу виновного и индивидуализированного характера гражданско-правовой ответственности (ст. 1064 ГК РФ).
Учитывая, что более 77 % общего стажа работы во вредных условиях и свыше 87 % фактической акустической нагрузки (налета часов) приходится на периоды работы Истца у иных работодателей, АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» не может рассматриваться в качестве единственного и полноправного причинителя вреда.
Профессиональное заболевание «хроническая нейросенсорная тугоухость» по своей природе является результатом накопленного кумулятивного воздействия, а не разового случая, в связи с чем ответственность за компенсацию морального вреда должна распределяться между всеми работодателями профессионального маршрута Истца пропорционально их фактическому вкладу в развитие патологии. Иной подход привел бы к необоснованному возложению на Ответчика ответственности за действия (бездействие) третьих лиц, что недопустимо в силу закона и подтверждается актуальной судебной практикой Верховного Суда РФ и кассационных судов общей юрисдикции.
Для объективного определения степени вклада каждого работодателя в причинение вреда здоровью Истца необходимо назначение судебной медицинской экспертизы. Поскольку профессиональное заболевание носит кумулятивный характер и развивалось под воздействием вредных производственных факторов на протяжении всей трудовой деятельности, только специализированное экспертное исследование позволит достоверно установить причинно-следственную связь между условиями труда у каждого из работодателей и развитием заболевания, а также определить долю вреда, приходящуюся на период работы у Ответчика и у предыдущих работодателей.
Санитарно-гигиеническая характеристики условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ в части оценки условий груда у Ответчика основана на недостоверных данных об акустической нагрузке.
При составлении санитарно-гигиенической характеристики условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ (утверждена ДД.ММ.ГГГГ) должностными лицами Управления Роспотребнадзора были неверно учтены и квалифицированы вредные условия труда в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» применительно к периоду работы Истца у Ответчика.
В ходе анализа указанной санитарно-гигиенической характеристики условий труда установлено, что в ее основу положен протокол расчета эквивалентного уровня шума от 2020 года, который ранее уже использовался при подготовке предыдущей характеристики от ДД.ММ.ГГГГ, то есть не был актуализирован применительно к последующему периоду работы Истца у Ответчика.
При расчете эквивалентного уровня шума в 2020 году использовалась методика МУК ДД.ММ.ГГГГ-07 «4.3. Методы контроля. Физические факторы. Оценка акустической нагрузки в кабинах экипажей воздушных судов гражданской авиации. Методические указания» (утв. Роспотребнадзором ДД.ММ.ГГГГ), согласно которой показатель акустической эффективности, применяемой авиагарнитуры составлял всего минус 6,2 ДБА. "
Однако с 2021 года действует и является обязательной к применению новая методика - МУК ДД.ММ.ГГГГ-21 «2.5. Гигиена труда на транспорте. Методики оценки акустической нагрузки членов летных экипажей в кабинах воздушных судов гражданской авиации. Методические указания» (утв. Главным государственным санитарным врачом РФ ДД.ММ.ГГГГ), в соответствии с которой показатель акустической эффективности той же авиагарнитуры составляет минус 12,74 дБА.
В рамках составления санитарно-гигиенической характеристики условий труда по извещению от ДД.ММ.ГГГГ и проведения расследования случая профессионального заболевания в 2025-2026 гг. расчет акустической нагрузки на орган слуха работника должен был проводиться Роспотребнадзором исключительно по действующей методике (МУК ДД.ММ.ГГГГ-21), предусматривающей вычитание из измеренного уровня шума показателя акустической эффективности авиагарнитуры в размере 12,74 дБ А, а не 6,2 дБА, использованного в устаревшем протоколе расчета 2020 года.
Ответчиком произведен расчет эквивалентного уровня шума за период работы с 2019 по 2023 г.г. по методике МУК ДД.ММ.ГГГГ-21 «2.5. Гигиена труда на транспорте. Методики оценки акустической нагрузки членов летных экипажей в кабинах воздушных судов гражданской авиации. Методические указания» (утв. Главным государственным санитарным врачом РФ ДД.ММ.ГГГГ).
Согласно данному расчету в отдельные месяцы максимальное превышение акустической нагрузки составляло лишь не более 3,93 дБ А. Трудовая деятельность в большей части периодов осуществлялась без превышения уровня шума или была меньше 1 дБА.Указанные обстоятельства имеют принципиальное значение при оценке степени и продолжительности воздействия шумового фактора именно на этапе работы Истца у Ответчика, а также при установлении причинно-следственной связи между условиями труда у Ответчика и состоянием здоровья Истца, и подлежат проверке путем постановки соответствующего вопроса перед экспертом в рамках судебной экспертизы, поскольку оценка методологической корректности примененной методики расчета требует специальных познаний в области гигиены труда, которыми суд не обладает.
Требование о взыскании морального вреда в размере 500000 руб. не подлежит удовлетворению в связи с крайне низкой интенсивностью вредного воздействия шума у Ответчика и отсутствием превышения ПДУ в течение 87% периода работы.
Ответчиком произведен детальный расчет эквивалентного уровня шума за период работы Оларя М.И. (4 г. 5 мес. 27 дн.) с применением методики МУК ДД.ММ.ГГГГ-21, учитывающей защитные свойства авиационных гарнитур ГСШ-А-18.
Согласно результатам расчета, трудовая деятельность Истца в АО «ЮТэйр- Вертолетные услуги» распределялась по уровню вредности следующим образом:
- Период без превышения ПДУ шума (норма) составил 33 месяца;
- Периоды с превышением менее 1 дБА составил 14 месяцев;
- Периоды с превышением свыше 1 дБА составил 7 месяцев (максимум до 3,93 дБ А).
Структура трудовой деятельности Истца в АО «ЮТэйр - Вертолетные услуги» (стаж 4 г. 5 мес. 27 дн., общее полетное время 1940 ч. 35 мин.) распределяется следующим образом:
Категория акустической нагрузки Кол-во месяцев % от общего стажа у Ответчика Полетное время (часы/мин) % от общего полетного времени Безопасная зона (превышение 0 дБА или ниже ПДУ) 33 месяца 61,1 % 720 ч. 10 мин. 37,1 % Минимальная нагрузка (превышение менее 1 дБА) 14 месяцев 25,9 % 468 ч. 15 мин. 24,1 %, и того: Работа в безопасных или близких к ним условиях 47 месяцев 87% 1188 ч. 25 мин 61,2%, Значимая нагрузка (превышение от 1 до 3,93 дБ А) 7 месяцев, процент от общего стажа 13,0%. Полетное время 752 ч. 10 мин. Процент от общего полетного времени 38,8 %, и того количество месяцев -54 месяца, процент от общего стажа у ответчика 100 %. Полетное время 1940 ч. 35 мин. Процент от общего полетного времени 100 %.. Соответственно, в течение 87 % календарного периода работы у Ответчика (47 месяцев из 54) Истец находился в условиях либо полного отсутствия превышения ПДУ (61,1%), либо в условиях минимального воздействия менее 1 дБА (25,9%), что в гигиене труда признается практически безопасным уровнем.
Кроме того, без превышения уровня шума налет часов составил 714 часов 05 минут. С превышением уровня шума налет часов составил 1226 часов 30 минут или 8,14 % от общего налета часов.
Максимальное превышение у Ответчика (+3,93 дБ А) несравнимо по интенсивности с воздействием у предыдущих работодателей, где ПДУ превышался более чем на 21 дБА (ООО «Сибавиаеервис») и на более чем на 14 дБ А (ООО Авиапредприятие «Газпром авиа» (Югорский филиал).
Таким образом, АО «ЮТэйр- Вертолетные услуги» как последний работодатель обеспечило Истцу условия труда, максимально близкие к допустимым. Заявленное требование о взыскании 500000 руб. является попыткой переложить на последнего работодателя ответственность за вред, причиненный в течение более 15 лет предшествующей работы в условиях экстремально высокого шума у других работодателе.
Заявленная Истцом сумма компенсации морального вреда является несоразмерной, а также не соответствует принципам разумности и справедливости.
С учетом положений п. 2 ст. 1101 ГК РФ, положений п. 25, 26, 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда ; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Как было подробно указано в разделах 2,1, 2.2, 2.3 возражений на исковое заявление, на долю АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» приходится лишь незначительная часть совокупной акустической нагрузки за всю трудовую деятельность ОларяМ.И.
В то же время у предыдущих работодателей интенсивность воздействия достигала экстремальных значений.
Таким образом, основной патогенный эффект, приведший к развитию нейросенсорной тугоухости, был сформирован задолго до трудоустройства к Ответчику, а условия труда в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» были максимально приближены к безопасным.
В соответствии с Приказом Минтранса РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Положения об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха членов экипажей воздушных судов гражданской авиации Российской Федерации» (имеющему юридическую силу в периоды работы Истца), продолжительность полетного времени не может превышать 80 часов за календарный месяц, 240 часов в квартал и 800 часов за год.
У Ответчика (2019-2023 гг.) неукоснительно соблюдало данные требования. Ни в один из месяцев работы Истца у Ответчика лимит в 80 часов не был превышен.
Вместе с тем, у иных работодателей (1992-2019 гг.) имеются многочисленные и грубые нарушения режима полетного времени.
Систематическое нарушение нормы полетного времени у других работодателей являлись решающим фактором избыточного травмирования органов слуха Истца, за что Ответчик не может нести гражданско-правовую ответственность в полном объеме.
В период работы у Ответчика Истец в обязательном порядке обеспечивался авиагарнитурами ГСШ-А-18, входящими в табельное оборудование вертолета Ми-8. С учетом их акустической эффективности (-12,74 дБ по МУК ДД.ММ.ГГГГ-21), Ответчик обеспечил максимально возможный уровень защиты слуха в условиях летной эксплуатации.
Предоставление иных средств индивидуальной защиты органов слуха законодательством не предусмотрено.
Кроме того, в соответствии со ст. 117, 147 ТК РФ, Истцу в полном объеме предоставлялись предусмотренные законом компенсации за работу во вредных условиях труда:
Истцу ежемесячно выплачивалась доплата к заработной плате за работу во вредных условиях труда. Данная выплата направлена на компенсацию неблагоприятного воздействия производственной среды; Истцу ежегодно предоставлялся дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда, что обеспечивало возможность полноценного восстановления функций организма в межполетные периоды.
Таким образом, Ответчик надлежащим образом исполнял обязанности по компенсации вредного фактора производственной среды в рамках трудовых отношений, что должно учитываться судом при оценке совокупного объема удовлетворяемых требований.
Заявленный размер компенсации (500 000 руб.) предполагает наличие исключительных физических и нравственных страданий, однако Истцом не представлено доказательств их глубины.
Так, в материалах дела отсутствует информация о признании Истца негодным к выполнению обязанностей бортмеханика врачебно-летной экспертной комиссией (ВЛЭК). Нет данных о том, что Истец лишен возможности работать по специальности.
Истцом не предоставлено документов (справок МСЭ) об установлении процента утраты профессиональной или общей трудоспособности.
Также, Истцом не доказано, что имеющееся заболевание препятствует ведению полноценного образа жизни. Доводы о невозможности трудоустройства и необходимости постоянного дорогостоящего лечения носят предположительный характер и не подтверждены соответствующими справками из центров занятости или детализированными медицинскими назначениями.
Таким образом, случае если суд придет к выводу о взыскании морального вреда, учитывая незначительный стаж работы, налет часов, наименьшее превышение уровня шума, отсутствие нарушений режима полетного времени у Ответчика и недоказанность Истцом степени тяжести наступивших последствий, Ответчик считает размер требуемой компенсации в 500000 рублей необоснованным и подлежащим снижению до минимальных значений, соответствующих фактической степени вины Ответчика.
В случае, если суд придет к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований, Ответчик настаивает на том, что размер компенсации должен определяться строго пропорционально фактическому вкладу АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» в развитие патологии Истца, исходя из объективных данных акустической нагрузки.
Анализ летной деятельности Истца в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» показывает, что значительная часть полетного времени проходила в условиях, соответствующих гигиеническим нормативам (без превышения уровня шума) благодаря соблюдению допустимого полетного времени и использованию эффективных средств индивидуальной защиты.
Время фактического полета в условиях превышения уровня шума (даже минимального) в период работы у Ответчика составило всего 1226 часов 30 минут.
Соответственно, доля участия Ответчика в создании вредоносного воздействия на орган слуха Истца составляет всего 8,14 % от общего объема профессиональной нагрузки (общего налета часов за весь период трудовой деятельности Истца.)
Таким образом, размер компенсации морального вреда должен составлять не менее 40 700 руб. (8,14 % от 500 000 руб.).
Просят отказать в удовлетворении исковых требований Сургутского транспортного прокурора в интересах Оларя М.И. к АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» о взыскании компенсации морального вреда связи с получением профессионального заболевания в размере 500 000 рублей» в полном объеме.
В судебном заседании представитель истца на доводах изложенных в письменных возражениях настаивает и просит учесть при принятии решения.
Дело рассмотрено в порядке ст.167 ГПК РФ при данной явке, в отсутствие Оларь М.И.
Выслушав прокурора, представителя ответчика, изучив письменные материалы дела, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного фактом повреждения здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда.
Обязанность по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагается на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, не допускать к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда, организовать контроль за состоянием условий труда на рабочих местах.
В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее Постановление от ДД.ММ.ГГГГ N 33), причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Согласно абз. 1 п. 25 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Из изложенного следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Бремя доказывания исполнения возложенной на работодателя обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работника лежит на работодателе.
Суд установил, что Оларь М.И. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ занимал должность борт-механика Авиационной эскадрильи № Ми-8 (Сургут) Летного отряда № АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №-тд/67.00, уволен с замещаемой должности в соответствии с приказомДД.ММ.ГГГГ в адрес АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги» поступило извещение об установлении Оларь М.И. предварительного диагноза профессионального заболевания.
Управлением Роспотребнадзора по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре ДД.ММ.ГГГГ составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда Оларь М.И.
ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ЛО «Центр профпатологии» установлен заключительный диагноз профессионального заболевания «нейросенсорная тугоухость II степени».
Извещение об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания составлено и направлено в АО «ЮТэйр- Вертолетные услуги» ДД.ММ.ГГГГ, п. 14 указанного извещения определено наличие вредного и опасного производственного фактора, присутствующего при осуществлении профессиональной деятельности работника, в отношении которого устанавливается наличие причинно-следственной связи с заболеванием.
Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 06.11.2024, извещению об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания от 16.02.2026, установлено нарушение условий охраны труда, допущенное в период осуществления трудовой деятельности Оларь М.И. в АО «ЮТэйр-Вертолетные услуги», что повлекло возникновение профессионального заболевания.
В соответствии с п. 23 санитарно-гигиенической характеристики условий работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ сделан вывод о том, что условия труда Оларь М.И. в АО «Ютэйр-Вертолетные услуги» согласно профессиональному маршруту не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов по показателям уровня звука, напряженности условий труда.
Данный факт подтверждается актом № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным начальником ТО в <адрес> и <адрес> Управления Роспотребнадзора по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре.
Оценивая доводы сторон, представленные сторонами доказательства в их единстве и не разрывной связи суд полагает, что в ходе рассмотрения спора, установлена совокупность условий, при которых на АО «Ютэйр -Вертолетные услуги» должна быть возложена обязанность по возмещению причиненного морального вреда в связи с наличием у истца профессионального заболевания, и исходит суд из того, что работодатель не обеспечил истцу в полном объеме безопасные условия труда на рабочем месте в период работы именно у данного работодателя.
Суд полагает необоснованным доводы ответчика о необходимости на данной стадии возникшего спора между сторонами давать оценку степени причинения(либо отсутствия таковой) морального вреда действиями других работодателей, в связи с чем с учетом принципа разумности сроков рассмотрения возникшего между сторонами спора, суд отказал в привлечении к участию в деле иных работодателей истца, поскольку представленными сторонами доказательств с учетом доводов и объяснений сторон достаточно для оценки их судом и разрешения спора по существу между истцом и ответчиком относительно установления морального вреда.
Для оценки заявленных исковых требований и возражений ответчика суду достаточно и документов представленных сторонами для определения степени вины в получении профессионального заболевания истцом и определения соразмерности заявленных требований о компенсации морального вреда без проведения судебной экспертизы по степени утраты трудоспособности о которой заявлено стороной истца и в назначении которой отказано судом.
При этом суд, при определении степени вины ответчика, размера компенсации морального вреда подлежащего взысканию учитывает доводы ответчика в части длительности и пропорциональности выполнения работы во вредных условиях труда у данного работодателя(ответчика) так и работодателей у которых истец также работал с момента начала осуществления трудовой деятельности предшествующей работе у ответчика в условиях, отклоняющихся от требований СанПина и стандартов, а именно при постоянном воздействии на организм истца опасных, вредных неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать у него установленное ГБУЗ ЛО «Центр профпатологии» профессиональное заболевание.
Также, при разрешении вопроса о взыскании компенсации морального вреда суд принимает во внимание то обстоятельство, что Оларь М.И. в настоящее время продолжает испытывать нравственные страдания и переживания, поскольку наличие указанных заболеваний и приобретенных последствий не позволяют ему вернуться к прежнему образу жизни и восстановить состояние здоровья, создает определенный жизненный дискомфорт, влияет на его эмоциональное и физиологическое состояние.
При этом, суд учитывает также, что профессиональное заболевание истца не связано с умышленными противоправными действиями ответчика, который, в силу объективных причин, не имел возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочем месте. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, компенсировалось соответствующими доплатами к заработной плате о чем указывает ответчик и что не оспаривает сторона истца.
При разрешении вопроса о степени вины ответчика для определения размера компенсации морального вреда, суд также учитывает, что на момент трудоустройства к ответчику истец проходил обязательные медицинские обследование и плановые, которые не выявили признаков заболеваний которые бы препятствовали трудоустройству истца и работе во вредных условиях у ответчика и тот факт, что само заболевание проявилось во время работы у ответчика в неблагоприятных условиях труда с вредными факторами работы.
Суд также полагает возможным учесть выводы сделанные при формировании Акта о случае профессионального заболевания и в частности, что вины работника комиссия в получении профзаболевания также не установила, а также в качестве рекомендаций указала на необходимость ответчику при установлении признаков клинической формы тугоухости для указанной категории работников, проводить лечебно-профилактические, оздоровительные мероприятия, контрольные исследования и назначения в соответствии с рекомендациями ВЛЭК.
Ответчик суду не представил доказательств того, что в период работы истца, помимо выплати компенсационного характера организовал работу по проведению лечебно-профилактических, оздоровительных мероприятий в отношении истца.
С учетом установленных судом вышеуказанных обстоятельств, времени работы у ответчика во вредных условиях труда, установленных параметров не благоприятных воздействий в период работы у данного работодателя(ответчика) степень нравственных и физических страданий испытываемых в период работы у данного работодателя и испытываемых после установления профессионального заболевания, суд полагает возможным с учетом принципа разумности и справедливости взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 350000 рублей.
Поскольку при подачи настоящего иска истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, то с ответчика в порядке ст.103 ГПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей.
В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст.ст. 88-98, 194-199 ГПК РФ, суд решил:
Исковые требования Сургутского транспортного прокурора в интересах Оларь М.И. к АО «Ютэйр –Вертолетные услуги» о взыскании компенсации морального вреда- удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Ютэйр –Вертолетные услуги» в пользу Оларь М.И. 350000 рублей компенсацию морального вреда; в остальной части исковых требований- отказать.
Взыскать с АО «Ютэйр –Вертолетные услуги» в местный бюджет <адрес> государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Настоящее решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-мансийского автономного округа- Югры через Сургутский городской суд в течении месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий судья В.Н. Хуруджи
Копия верна: В.Н.Хуруджи