РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
14 августа 2026 года пгт. Междуреченский
Кондинский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Леоновой Е.А., с участием представителя ответчика БУ «Кондинская районная больница» - Бурова В.А., действующего по доверенности от 13.01.2026 № ЦБЦБ-000003, прокурора – помощника прокурора Кондинского района Ханты-Мансийского автономного округа – Югры Силенко Д.Д., при секретаре судебного заседания Жуковой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Михайловой О.А. к Бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Кондинская районная больница» (третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Департамент здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, Департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры) о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Тангишева О.А. обратилась в суд с иском, с учетом последующих изменений, к БУ «Кондинская районная больница» о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование иска указывает, что ДД.ММ.ГГГГ она обратилась за медицинской помощью в стоматологическое отделение БУ «Кондинская районная больница» с острой болью. Врачу стоматолог-терапевт ... выявила зуб, который вызывал боль, по результатам рентгеновского исследования сообщила, что зуб лечению не подлежит и его необходимо удалить. В дальнейшем врач-стоматолог ... провела осмотр зуба, приняла решение удалить зуб, провела операцию, используя долото, которое 2 раза срывалось, и показала ей два удалённых корня, операция длилась 40 мин, после чего было выполнено повторное рентгеновское исследование, затем врач выписала рецепт на антибиотик и сказала обратиться к хирургу для осмотра, но направление не выдала.
ДД.ММ.ГГГГ ей необходимо было уехать в г. Ханты-Мансийск, где она обратилась к хирургу в ООО «Добрый Доктор», там провели осмотр и три рентгенологических исследования, по результатам врач сообщил, что у неё перфорация гайморовой пазухи, в которой находится корень зуба, единственный способ достать корень из пазухи - сделать компьютерную томографию, чтобы выяснить в каком месте располагается корень и провести операцию по рассечению неба для удаления корня. В оказании бесплатной медицинской помощи в БУ «Окружная клиническая больница» ей отказали ввиду отсутствия направления и медицинской карты. ДД.ММ.ГГГГ она провела в ООО «32 карата» компьютерную томографию, после чего вновь обратилась в ООО «Добрый Доктор», где провели операцию, разрезав десну и достав корень зуба, наложили швы, выписали медикаменты и дали рекомендации.
ДД.ММ.ГГГГ она обратилась за медицинской помощью в стоматологическое отделение БУ «Кондинская районная больница» с жалобами на плохое самочувствие, но стоматолог-хирург ... в лечении отказал.
24 и ДД.ММ.ГГГГ в БУ «Урайская городская больница» ей сняли швы.
Утверждает, что зуб не требовалось удалять, так как боль исходила от другого соседнего зуба.
В результате некачественного оказания медицинской помощи ей были причинены вред здоровью, физические и нравственные страдания, сопровождающиеся последующим длительным дополнительным лечением, плохим самочувствием, необходимостью изменения питания (жидкая диета), дискомфортом при разговоре и выполнении работы.
Стоимость дополнительных медицинских услуг в ООО «32 карата» составила 3 500 руб., в ООО «Добрый Доктор» - 25 560 руб.
ДД.ММ.ГГГГ она подала в БУ «Кондинская районная больница» претензию о возмещении причинённого вреда при оказании медицинской помощи, письмом от ДД.ММ.ГГГГ ответчик в удовлетворении заявленных требований отказал.
В окончательном варианте просит взыскать материальный ущерб в размере 29 060 руб., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.
ДД.ММ.ГГГГ Тангишева О.А. сменила фамилию на Михайлову.
Протокольным определением Кондинского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Депздрав Югры и Депимущество Югры.
В судебное заседание истец Михайлова О.А. не явилась; о месте, дате и времени рассмотрения дела извещена СМС-сообщением ДД.ММ.ГГГГ; в письменных ходатайствах от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ просит рассмотреть дело без ее участия.
Представитель ответчика БУ «Кондинская районная больница» - Буров В.А., действующий по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ № ЦБЦБ-000003, с иском не согласился. В письменных возражениях от ДД.ММ.ГГГГ №-Исх.4515 указывает, что сумма компенсации морального вреда истцом завышена и не обоснована; у истца отсутствовала необходимость обращения в ООО «Добрый Доктор» за оказанием медицинской помощи на платной основе при имеющейся возможности получения такой помощи в рамках обязательного медицинского страхования.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Депимущества Югры участие в судебном заседании не принял; о времени и месте рассмотрения дела ДД.ММ.ГГГГ извещен электронным заказным письмом ДД.ММ.ГГГГ; о перерыве в судебном заседании на ДД.ММ.ГГГГ извещен публично ДД.ММ.ГГГГ путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения дела на официальном интернет-сайте Кондинского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в соответствии со ст.ст. 14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». В письменных возражениях от ДД.ММ.ГГГГ представитель Черняков П.А., действующий по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №-Д-3, отметил, что при разрешении вопроса о привлечении главного распорядителя средств бюджета к ответственности по долгам подведомственного ему учреждения при недостаточности лимитов бюджетных обязательств необходимо наличие неисполненного судебного акта; разрешение спора оставил на усмотрение суда, просит рассмотреть дело в отсутствие департамента.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Депздрава Югры участие в судебном заседании не принял; о времени и месте рассмотрения дела ДД.ММ.ГГГГ извещен электронным заказным письмом ДД.ММ.ГГГГ; о перерыве в судебном заседании на ДД.ММ.ГГГГ извещен ДД.ММ.ГГГГ публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения дела на официальном интернет-сайте Кондинского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в соответствии со ст.ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», а также по электронной почте 10.08.2026.
Прокурор полагал исковое требование о возмещении материального ущерба подлежащим удовлетворению; заявленный истцом размер компенсации морального вреда чрезмерным, данное исковое требование подлежащим удовлетворению частично, в размере не более 10 000 руб.
Изучив исковое заявление, письменные объяснения стороны истца и третьего лица Депимущества Югры, заслушав объяснения представителя ответчика и мнение прокурора, и исследовав письменные материалы дела, суд пришёл к следующим выводам.
Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Пунктом 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно п.п. 1 и 2 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.
Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.
Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу п.п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
На основании чч. 1, 2 ст. 2, ст.ст. 4 и 18 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» используются следующие основные понятия: здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма; охрана здоровья граждан (далее - охрана здоровья) - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи; медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи; приоритет профилактики в сфере охраны здоровья; соблюдение врачебной тайны.
Каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи.
Согласно ч. 1 ст. 21, чч. 1 и 2 ст. 22, чч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» при оказании гражданину медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи он имеет право на выбор медицинской организации в порядке, утвержденном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, и на выбор врача с учетом согласия врача.
Каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.
Информация о состоянии здоровья предоставляется пациенту лично лечащим врачом или другими медицинскими работниками, принимающими непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Суд отмечает, что необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.
Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.
Как предусмотрено ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ Михайлова (до заключения ДД.ММ.ГГГГ брака Тангишева) О.А. обратилась в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в стоматологическое отделение БУ «Кондинская районная больница» для получения медицинской помощи.
Из амбулаторной истории болезни стоматологического больного Михайловой О.А. следует, что на момент приема зубным врачом БУ «<адрес> больница» ... ДД.ММ.ГГГГ коронковая часть зуба 16 разрушена полностью, зуб 16 разрушен ниже уровня десны более 3 мм; слизистая оболочка в области зуба бледно-розового цвета, гладкая, блестящая, умеренно увлажнена слюной, без видимых патологических изменений; перкуссия зуба (сравнительная, горизонтальная, вертикальная) безболезненна, пальпация по переходной складке в проекции верхушек корней зуба безболезненна, ткани корня размягчены; установлен диагноз по МКБ-10 «К04.5 хронический апикальный периодонтит зуба 16»; выполнено лечение аппликационная анестезия, удаление зуба 16, кюретаж, гемостаз, проведено рентгенологическое исследование; пациенту даны рекомендации: местно холод, уменьшение физических нагрузок; определён исход – выздоровление. ДД.ММ.ГГГГ при осмотре стоматологом-хирургом определён локальный статус пациента – в области ранее удалённого 1.6 зуба слизистая оболочка слабогиперемирована, без видимых патологических изменений, послеоперационные швы в количестве 7-10 шт. в удовлетворительном состоянии; лечение не проводилось, назначение не требуется.
Впоследствии Михайлова О.А. обратилась в ООО «Добрый Доктор», с которым заключила договор об оказании платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ №, где ей ДД.ММ.ГГГГ произведена ревизия лунки, корень не найден, произведена медикаментозная обработка, наложена гемостатическая губка, швы; ДД.ММ.ГГГГ проведены снятие швов, остеотомия через ороантральное соустье в области удаленного 16 зуба, удален корень 1.6 зуба, произведена медикаментозная обработка, костный дефект закрыт остеопластическим материалом, рана ушита с коронарным смещением лоскута.
Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ врачом хирургом-стоматологом ООО «Добрый Доктор» оказаны Михайловой О.А. следующие платные медицинские услуги, в том числе, <данные изъяты> которая была оплачена истцом ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ Михайловой О.А. в ООО «32 карата» проведена компьютерная томография стоимостью ... руб.
Согласно проведенной ООО «Капитал МС» внеплановой целевой экспертизы качества оказанной Михайловой О.А. в БУ «<адрес> больница» медицинской помощи выявлены следующие дефекты:
- по экспертному заключению от ДД.ММ.ГГГГ № при оказании медицинской помощи в стоматологическом отделении ДД.ММ.ГГГГ - выполнение непоказанных, неоправданных с клинической точки зрения, не регламентированных порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями мероприятий, приведших к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица либо создавших риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавших риск возникновения нового заболевания (удаление зуба произведено зубным врачом, в должностные обязанности которого такое оперативное вмешательство не входит; в амбулаторной карте не описано наличие острого или обострения хронического заболевания, которые могли бы обосновать необходимость проведения удаления зуба; радиовизиограммы после удаления зуба не интерпретированы, назначение противомикробного препарата пациентке не отражено); наличие признаков искажения сведений, представленных в медицинской документации (имеющееся в амбулаторной карте описание проведённого лечения противоречит информации в акте внутреннего контроля учреждения от ДД.ММ.ГГГГ о предложении пациентке обратиться в БУ «Окружная клиническая больница», от которого она отказалась, когда в бланке оформления отказа отсутствует подпись пациента); отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи;
- по экспертному заключению от ДД.ММ.ГГГГ № при оказании медицинской помощи в стоматологическом отделении ДД.ММ.ГГГГ - отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи (на момент осмотра в полости рта имелись швы в проекции удаленного 1.6 зуба, наличие которых требовало назначения осмотра для контроля состояния и эпителизации раны либо обоснованного отказа в назначении контроля (что должен делать пациент со швами, как обрабатывать, когда снимать)).
Михайлова О.А. ДД.ММ.ГГГГ в адрес БУ «Кондинская районная больница» направлена претензия о возмещении ей материального ущерба в размере 33 040 руб., компенсации морального вреда – 30 000 руб., которая получена ответчиком в тот же день; по сообщению БУ «<адрес> больница» от ДД.ММ.ГГГГ №-Исх-4178 в удовлетворении претензии отказано.
Исходя из основания заявленного иска, с целью выявления патологии (детальное описание состояния зубов, десен и слизистой оболочки рта, включая выявленные патологии, повреждения и аномалии), установления степени и характера повреждений (заболевания), дачи оценки качества оказанных стоматологических услуг Михайловой О.А. в БУ «Кондинская районная больница» ДД.ММ.ГГГГ, с примененными диагностическими методами (визуальный осмотр, рентгенография, КТ или МРТ) и медицинской оценки состояния пациента, наличия дефектов оказанной медицинской помощи, установления наличия или отсутствия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинского персонала и возникшими осложнениями, судом назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза в КУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы».
По заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы КУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ № комиссия экспертов в составе врача хирурга-стоматолога Сидорова Р.Е., врача судебно-медицинского эксперта Семячкова А.К. пришла к выводам, что стоматологическое лечение (диагностика, планирование, последующее наблюдение) в БУ «Кондинская районная больница», оказанное 07.05.2025 пациентке Михайловой О.А., установленным медицинским стандартам и протоколам не соответствовало в следующем отношении: при описании жалоб пациентки указано «разрушение 1.6 зуба», но отсутствуют жалобы на наличие каких-либо болей или воспалительных проявлений (со слов пациентки она обращалась в больницу по поводу болевого синдрома в области 1.6 зуба); при описании локального статуса указано на «разрушение 1.6 зуба ниже уровня десны 3 мм», однако на предоставленной радиовизиограмме 1.6 зуба (дата исследования не указана) разрушенность 1.6 зуба не подтверждается (на радиовизиограмме зуб восстановлен пломбой, не имеет признаков разрушенности); имеющаяся радиовизиограмма в амбулаторной карте не интерпретирована, сама радиовизиограмма неинформативна, так как не визуализированы области периапикальных областей всех корней; выявленное противоречие между описанием и данными радиовизиограммы не позволяют определить достоверность диагноза; в амбулаторной карте удаление зуба описано как простое (со слов пациентки зуб удалили с применением долота); радиовизиограмма после удаления зуба в амбулаторной карте не интерпретирована; назначение противомикробного препарата пациентке не отражено в амбулаторной карте; имеющееся описание проведенного лечения 07.05.2025 противоречит информации в акте внутреннего контроля учреждения от 20.06.2025, в соответствии с которым пациентке после удаления 1.6 зуба предлагали направление в г. Ханты-Мансийск, от которого она отказалась; в амбулаторной карте имеется бланк оформления отказа пациента от видов оказания помощи, в котором не заполнена паспортная часть, отсутствует подпись пациентки, в протоколе описания оказания помощи информация об отказе пациентки отсутствует; достоверность диагноза, а также последующая тактика лечения Михайловой О.А. подвергаются сомнению; главный дефект (недостаток) в оказанной Михайловой О.А. стоматологической помощи 07.05.2025 в БУ «Кондинская районная больница» заключаются в том, что удаление зуба 1.6 не закончено, при удалении повреждена нижняя стенка правой верхнечелюстной пазухи (через повреждение фрагмент корня зуба смещён в полость пазухи); установить причину жалоб Михайловой О.А. и определиться с проведением альтернативных методов лечения не представляется возможным; между действиями 07.05.2025 медицинского персонала БУ «Кондинская районная больница» и повреждением нижней стенки правой верхнечелюстной пазухи Михайловой О.А. (при этом фрагмент корня зуба 1.6 смещён в полость пазухи) имеется прямая причинно-следственная связь; повреждение нижней стенки правой верхнечелюстной пазухи причинено Михайловой О.А. 07.05.2025; лечение закончено (сняты швы) 31.05.2025, следовательно, временное расстройство здоровья Михайловой О.А. от момента причинения и до окончания лечения составило свыше трех недель, поэтому причинённое повреждение квалифицируется как средней тяжести вред здоровью; в представленной медицинской документации нет сведений об отсутствии в БУ «Кондинская районная больница» возможностей для диагностики и лечения Михайловой О.А.; информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство утверждено приказом Минздрава РФ от 12.11.2021 №1051н (приложение № 2), в приказе не предусмотрено письменное изложение полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах видов медицинских вмешательств, включенных в Перечень, о последствиях этих медицинских вмешательств, в том числе о вероятности развития осложнений, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи; такая информация предоставляется в доступной для пациента форме перед оформлением согласия, поэтому установить насколько полно и своевременно предоставлена Михайловой О.А. соответствующая информация не представляется возможным; в представленной медицинской документации нет сведений о том, что повреждение нижней стенки правой верхнечелюстной пазухи обусловлено индивидуальными особенностями организма Михайловой О.А. или невыполнением ею рекомендаций врача.
Оценив представленное заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы КУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 21.05.2026 № 130 в соответствии с требованиями ст. 67, ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», суд полагает возможным принять заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы в качестве достоверного и допустимого доказательства качества оказанной медицинской помощи Михайловой О.А., так как экспертиза была проведена квалифицированными специалистами в соответствующей области медицины государственного учреждения здравоохранения, имеющими необходимый практический стаж работы и квалификацию, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, экспертиза проведена на основании материалов гражданского дела и медицинской документации, в связи с чем оснований усомниться в их компетентности не имеется. Выводы комиссии экспертов представляются ясными и понятными, экспертами даны ответы на поставленные вопросы, имеющие правовое значение по делу. При этом порядок проведения экспертизы, форма и содержание заключения соблюдены.
Оснований не доверять выводам комиссии экспертов не имеется, поскольку они логичны, согласуются с иными имеющимися в материалах дела доказательствами, не носят предположительный характер.
Разрешая требование о возмещении материального ущерба, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суд учитывает, что установленные комиссией экспертов недостатки оказанной Михайловой О.А. медицинской помощи, свидетельствующие о том, что стоматологическое лечение, выполненное ДД.ММ.ГГГГ пациентке в БУ «Кондинская районная больница», установленным медицинским стандартам и протоколам не соответствовало, главный дефект (недостаток) в оказанной Михайловой О.А. стоматологической помощи в БУ «Кондинская районная больница» заключаются в том, что удаление зуба 1.6 не закончено, при удалении повреждена нижняя стенка правой верхнечелюстной пазухи (через повреждение фрагмент корня зуба смещён в полость пазухи), что повлекло необходимость получения последовательной медицинской помощи по выбору пациента в других медицинских организациях ООО «Добрый доктор» и ООО «32 карата», и приходит к выводу, что заявленные расходы на медицинские услуги по диагностике и лечению на общую сумму 25 560 руб. находятся в причинной связи с допущенными ответчиком нарушениями при оказании помощи Михайловой О.А., все понесенные истцом расходы подтверждены надлежащими доказательствами (договором, счетами на оплату, чеками) и поэтому ее требование о взыскании убытков в указанной сумме подлежит удовлетворению.
Необходимость получения заявленных медицинских услуг, оказанных Михайловой О.А. в ООО «Добрый Доктор» и ООО «32 карата» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с целью окончания лечения ответчиком не оспаривается. Доказательств, позволяющих освободить БУ «Кондинская районная больница» от ответственности в виде возмещения материального вреда истцу, в материалах дела не имеется.
Доводы представителя ответчика об отсутствии у истца необходимости обращения в ООО «Добрый Доктор» за оказанием медицинской помощи на платной основе при имеющейся возможности получения такой помощи за счет средств обязательного медицинского страхования суд находит несостоятельными, поскольку гражданин для получения медицинской помощи имеет исключительное право на выбор медицинской организации и на выбор врача с учетом согласия врача. Более того, имеющееся в медицинской карте описание проведенного лечения ДД.ММ.ГГГГ противоречит информации в акте внутреннего контроля БУ «Кондинская районная больница» от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым пациентке после удаления 1.6 зуба предлагали направление в г. Ханты-Мансийск, от которого она отказалась. Доказательства продолжения лечения и направления пациента в другое медицинское учреждение в порядке, утвержденном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, ввиду невозможности окончить лечение в стоматологическом отделении БУ «Кондинская районная больница» стороной ответчика суду не представлены. В представленной медицинской документации нет сведений об отсутствии в БУ «Кондинская районная больница» возможностей для диагностики и лечения Михайловой О.А. Суд обращает внимание, что на медицинскую организацию возлагается ответственность за убытки, причиненные пациенту вследствие недостатков оказанной медицинской помощи, при этом состояние здоровья истца ухудшилось в праздничные дни в ходе поездки в г. Ханты-Мансийск. Действия истца последовательны, какого-либо недобросовестного поведения с её стороны суд не усматривает.
На основании ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Как разъяснено в п.п. 24-28, 30 и 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).
Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений ст.ст. 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и чч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Системный анализ приведённых выше норм закона указывает, что для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на охрану здоровья и медицинскую помощь), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием на ответчика как медицинскую организацию возлагается процессуальная обязанность доказать отсутствие вины в причинении вреда здоровью истца при оказании медицинской помощи, а также дефектов его оказания.
При оказании и получении медицинской помощи гражданин имеет гарантированное право на получение именно качественных медицинских услуг. Поэтому, в случае неполучения качественной медицинской помощи в организации, созданной и имеющей своей целью охрану жизни и здоровья, физические и нравственные страдания гражданина особенно усугубляются. Это, в силу особого статуса медицинских учреждений по охране здоровья граждан, указывает на их повышенную социальную ответственность при возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда, причиненных в результате некачественного оказания медицинской помощи.
Проанализировав представленные сторонами доказательства, экспертное заключение, суд приходит к убеждению, что БУ «Кондинская районная больница» стоматологические услуги по лечению зубов Михайловой О.А. оказаны ненадлежащим образом, с нарушением нормативных требований, дефекты медицинской помощи находятся в причинно-следственной связи с наступившими негативными последствиями, поскольку изначально объективных доказательств необходимости удаления 1.6 зуба, когда сведения о причинах его удаления не соответствуют радиовизиограмме, избрана неверная тактика ведения пациента и необоснованно прекращено лечение, повлекли причинение пациенту вреда здоровью средней тяжести; в результате некачественного оказания истцу медицинской помощи ответчиком было нарушено её личное неимущественное право на охрану здоровья. В свою очередь, БУ «Кондинская районная больница» не представлено доказательств того, что сотрудниками медицинского учреждения были приняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи. В силу ч. 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» моральный вред, причиненный по вине медицинских работников, возмещается за счет медицинского учреждения.
Ответчиком не доказано полное отсутствие своей вины, то есть не представлено достаточных доказательств тому, что выявленные комиссией экспертов недостатки оказания работниками ответчика медицинской помощи Михайловой О.А. объективно не могли способствовать ухудшению состояния ее здоровья и привести к неблагоприятному для нее исходу в виде потери зуба, который в удалении не нуждался, когда достоверность диагноза, разрушенность 1.6 зуба и необходимость его удаления не подтверждены, а также последующая тактика лечения Михайловой О.А. подвергаются сомнению.
Разрешая спор, руководствуясь ст.ст. 150, 151, 1064, 1068, 1095, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 2, 19, 56, 64, 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», разъяснениями Верховного Суда РФ, оценив доказательства по делу по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что БУ «Кондинская районная больница» была оказана Михайловой О.А. некачественная медицинская помощь, после получения которой истец была вынуждена понести материальные затраты, а также претерпевать неудобства при последующем оперативном вмешательстве в виде операции в ротовой полости путем разреза десны, извлечения корня зуба и наложения швов, последующем лечении и наличии правовых оснований для взыскания с данной медицинской организации в пользу истца компенсации морального вреда.
При этом суд исходит из того, что между действиями (бездействием) медицинских работников БУ «Кондинская районная больница» по установлению достоверности диагноза, а также последующей тактики лечения Михайловой О.А., когда выявленные дефекты могли повлиять на верность и своевременность диагностики пациента, выбор надлежащего метода лечения и проведение лечения в полном объёме, и удалением 1.6 зуба, оставлением одного корня зуба, повреждением нижней стенки правой верхнечелюстной пазухи Михайловой О.А. имеется прямая причинно-следственная связь, причиненный истцу вред с учётом возникших последствий квалифицируется как вред здоровью средний тяжести. Во всяком случае, на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Учитывая форму вины причинителя вреда (небрежность работников медицинской организации), объем и характер дефектов при оказании медицинской помощи истцу, причинивших Михайловой О.А. вред здоровью средней тяжести, повлиявших на верность и своевременность диагностики пациента, выборе надлежащего метода лечения, соответственно, способствовавших в задержке лечения и ухудшению её состояния здоровья, специфику оказанной ей медицинской помощи, характер и обстоятельства причиненных этими действиями (бездействием) (нарушение права на информацию, неверные определение диагноза и тактика ведения пациента) физических и нравственных страданий, сопровождающихся болью и последующим длительным дополнительным лечением в течение 24 дней (из-за некачественного удаления зуба ей была проведена операция в виде разреза десны и наложен шов), плохим самочувствием, необходимостью изменения питания (жидкая диета), индивидуальные особенности истца, дискомфортом при общении и выполнении работы, связанной со взаимодействием с коллегами, что очевидно свидетельствует о нравственных страданиях, а также непринятие медицинской организацией всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятных последствий, с учетом принципов конституционной ценности здоровья и достоинства личности (ст.ст.21 и 53 Конституции Российской Федерации) и требований разумности и справедливости, в отсутствие доводов стороны истца о значимости компенсации относительно уровня её доходов, суд считает заявленный истцом размер компенсации морального вреда в 30 000 руб. подлежащим удовлетворению, посчитав указанную сумму разумной и справедливой, обеспечивающей баланс прав и законных интересов обеих сторон.
Данный размер компенсации морального вреда суд находит соответствующим фактическим обстоятельствам настоящего гражданского дела, отвечающим требованиям разумности и справедливости, поскольку компенсация морального вреда определяется соразмерно последствиям нарушения и направлена компенсировать потерпевшей перенесенные ею физические и нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Также определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред потерпевшей, но и не допустить неосновательного его обогащения.
Дело рассмотрено судом в пределах заявленных исковых требований в соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Частью 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Исходя из разъяснений, изложенных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст.ст. 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст.111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).
Поскольку с иском в суд обратилась Михайлова О.А., освобожденная от уплаты государственной пошлины, то в порядке ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиком государственной пошлины признаётся ответчик БУ «Кондинская районная больница» в размере, приходящемся на истца, в сумме 7 000 руб. (4 000 руб. по требованию имущественного характера о возмещении материального ущерба + 3 000 руб. по требованию неимущественного характера о компенсации морального вреда).
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
иск Михайловой О.А. к Бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Кондинская районная больница» (третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Департамент здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, Департамент по управлению государственным имуществом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры) о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.
Взыскать с Бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Кондинская районная больница» (основной государственный регистрационный №) в пользу Михайловой О.А. (идентификационный номер налогоплательщика №) материальный ущерб в размере 29 060 (двадцать девять тысяч шестьдесят) рублей, компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, всего взыскать 59 060 (пятьдесят девять тысяч шестьдесят) рублей.
Взыскать с Бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Кондинская районная больница» (основной государственный регистрационный №) в доход бюджета муниципального образования Кондинский район Ханты-Мансийского автономного округа - Югры государственную пошлину в размере 7 000 (семь тысяч) рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кондинский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.
Мотивированное решение суда составлено 28.08.2026.
.
.
Судья Е.А. Леонова