РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации село КазанскоеКазанского районаТюменской области
9 октября 2026 года
Казанский районный суд Тюменской области в составе председательствующего судьи Вьюховой Н.В., при секретаре Гапеевой В.А., с участием истцов Омаровой Б.К., Омаровой Ж.К., их представителя Клочкович Л.Н., ответчика Каликенова Э.К., его представителя Рыбаковой И.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Омаровой Ботагоз Калыковны, Омаровой Жанны Калыковны к Каликенову Эрмагамбету Казиевичу о защите чести и достоинства умершего О., о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, установил:
Истцы Омарова Б.К. и Омарова Ж.К. обратились в Казанский районный суд Тюменской области с вышеуказанными исковыми требованиями к Каликенову Е.К., мотивируя свои требования следующим:
ДД.ММ.ГГГГ состоялись похороны отца истцов – О. По национальным обычаям на похоронах мулла проводит обряд, во время которого всем присутствующим задает вопрос о том, имеет ли умерший долги перед кем-либо. Во время проведения указанного обряда на похоронах О. ответчик в присутствии большого количества людей заявил о том, что О. является его должником и на протяжении 13 лет не возвратил долг. При этом на вопрос муллы ответчик не смог представить доказательств наличия долга и указать в чем именно заключается долг. На основании данного заявления ответчика у присутствующих сложилось негативное мнение об умершем отце истцов, который не имел долгов ни перед родственниками, ни перед чужими лицами. Они, как наследники, вправе защищать честь и достоинство своего умершего отца. В силу пункта 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации именно на ответчике обязанность доказывать соответствие действительности распространенных им сведений. По национальным обычаям произнесенные требования во время похорон переносятся с умершего на его детей и затрагивают не только честное имя умершего, но и его близких родственников. Просят признать сведения о наличии долга, который не возвращён на протяжении 13 лет, распространенные Каликеновым Э.Н., в отношении умершего О., недостоверными и порочащими честь, достоинство О., обязать ответчика Каликенова Э.Н. публично опровергнуть ложные сведения путем составления письменного обращения через муллу Казанского района, а также взыскать с ответчика в их пользу (с учетом уточнения в судебном заседании) компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей в равных долях, а также государственную пошлину, уплаченную при подаче иска в суд, в размере 3 000 рублей.
Истец Омарова Б.К. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, подтвердила, дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ умер её отец О., похороны которого состоялись ДД.ММ.ГГГГ. Обрядовая процедура состоялась по адресу: д. <адрес>. На похоронах присутствовало очень много людей. Обряд проводил имам, который, в соответствии с национальными и религиозными традициями, спросил у присутствовавших лиц имеются ли у умершего долги, на что Каликенов Э.К. заявил о том, что Омаров К.Ш. является его должником на протяжении 13 лет. Имам спросил у Каликенова Э.К. в чем заключается долг и предложил представить двух свидетелей и расписку, но Каликенов Э.К. не смог представить доказательств. Ей о долге отца ничего не известно, он об этом никогда не говорил. Они с отцом были в очень близких отношениях, постоянно общались, созванивались, она приезжала в гости, но ни о каком долге перед Каликеновым Э.К. отец ей не рассказывал. Более того, отец никогда ни перед кем не имел долгов, он был очень добропорядочным и честным человеком. Смерть отца – невосполнимая потеря, все родные очень тяжело переживали это горе. Слова Каликенова Э.К. причинили ей дополнительные нравственные страдания и переживания, что причинило ей моральный вред.
Истец Омарова Ж.К. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, обстоятельства, изложенные в исковом заявлении и истцом Омаровой Б.К., подтвердила, дополнительно пояснила, что на обряде присутствовало примерно 250-300 человек. Отец был честный трудолюбивый человек, он ни у кого никогда не брал в долг. Заявление Каликенова Э.К. оскорбило память об отце, причинило родственникам дополнительные переживания. Ни о каком уничтожении урожая на поле Каликенова Э.К. лошадьми отца ей не было известно. Каликенов Э.К. приезжал к ней на работу и пытался понудить её к оплате долга, однако она не стала с ним разговаривать. Каликенов Э.К. оскорбил, унизил честь и достоинство не только отца, но и всей их семьи Омаровых. В связи с действиями Каликенова Э.К. она испытывала переживания, что причинило ей моральный вред.
Представитель истцов Омаровой Б.К. и Омаровой Ж.К. – Клочкович Л.Н. исковые требования поддержала, обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, подтвердила, дополнительно пояснив, что в 2011 году она представляла интересы Омарова К.Ш. в Казанском районном суде Тюменской области при рассмотрении дела об административном правонарушении. 17 октября 2011 года производство по делу было прекращено в связи с отсутствием события правонарушения. Ей известно, что конфликт возник в связи с тем, что Каликенов Э.К. с сыном пытались угнать лошадей О., но им это не удалось – лошадей вернули. При этом лошади даже не дошли до поля Каликенова Э.К. Никаких доказательств того, что Каликенову Э.К. причинен ущерб в связи с потравой его посевов лошадьми О. Более того, лошади О. всегда были под присмотром, и указанного ответчиком количества лошадей – 150 голов, у О. никогда не было. Каликенов Э.К. во время проведения обряда на похоронах О., заявив о наличии долга, не смог пояснить о каком долге идет речь и представить этому доказательства. Позже в СМС он писал брату истцов (сыну О.) о том, что лошади О. повредили посевы на его поле на площади 70 га. Действительно в 2011 году были разбирательства по этому поводу, но потом Каликенов Э.К. не вспоминал об этом на протяжении 15 лет. Хотя Каликенов Э.К. и О. являются родственниками, они встречались на разных мероприятиях, но Каликенов Э.К. никогда не говорил о каком-либо долге. Сейчас, после заявления Каликенова Э.К., дети должны принять на себя долг умершего отца, но никто не знает, в чем заключается долг, в каком размере. О. был достойным человеком, никогда не имел никаких долгов. Дети, услышав заявление Каликенова Э.К., испытывали переживания за честь своего отца, вынуждены оправдываться перед теми людьми, которые пришли проводить их отца в последний путь и слышали заявление ответчика. Также они испытывали переживания по поводу того, что похороны были испорчены. Таким образом, истцам в результате действий ответчиков причинен моральный вред. Просит исковые требования удовлетворить.
Ответчик Каликенов Э.К. исковые требования не признал, пояснил, что О. приходится ему зятем, так как женат на его родной сестре. Он (Каликенов Э.К.) являлся главой крестьянско-фермерского хозяйства. С 2010 года до 2015 года на территории Афонькинского сельского поселения он арендовал земельные доли. В 2010 году поле с посевами было вытоптано лошадьми О. Первый раз под утро он выгнал табун около 150 голов. С утра сообщил об этом О., тот пообещал, что такого больше не повторится, но через день или два лошади опять были на поле. Он опять обратился к О. с сообщением о том, что его кони топчут поле, тот вновь пообещал, что больше такого не будет. Но через день-два посевы были уничтожены. После этого у них с О. состоялся разговор уже на повышенных тонах, в ходе которого О. вновь пообещал не выпускать своих лошадей. Но через некоторое время он вновь обнаружил лошадей. Но с поля лошади уже ушли. Он (Каликенов Э.К.) позвонил своему пастуху и сказал, что нужно загнать лошадей. Он хотел загнать лошадей в загон в <адрес>. Пастух приехал, они попытались загнать лошадей, но не смогли. При этом он видел около лошадей Р., находившегося в состоянии алкогольного опьянения, он был пешком, без лошади. Он обращался к главе сельского поселения с жалобой на потраву, потом приехал сотрудник полиции. Также он обратился к главному агроному района М., с которым они вместе поехали обследовать поле и определять размер ущерба. По результатам обследования был составлен акт, согласно которому ущерб составил 104 тонны ячменя, что составило 260 000 рублей. Об этом он известил О. В этот же вечер к нему приехал имам Жекспай, сказал, что нужно успокоиться, разрешить все внутри семьи по национальным традициям, заверил, что О. ущерб возместит. Поскольку Жекспай был очень уважаемым человеком, он ему поверил, прислушался к его мнению, и никуда обращаться не стал, никакого дела в суде не рассматривалось. О. не оспаривал долг, обещал отдать. Когда Жекспай умер, О. отказался оплачивать долг, но к тому времени трехлетний срок уже прошел. Год назад, они вместе с О. присутствовали на национальном мероприятии у Анафиных, в разговоре он (Каликенов Э.К.) спрашивал у О. про долг, но тот промолчал. Поэтому когда на похоронах у О. спросили должен ли он кому-то, он (Каликенов Э.К.) сказал, что О. должен ему. После это заявления ритуал был продолжен. Он никого не оскорблял, не унижал. Он изучает религию. По религиозным мусульманским учениям человеку, который ушел в мир иной с долгами, тяжело, если его родственники не рассчитаются за него. Это он пытается донести до детей умершего, разъясняет им богословские истины. Но дети О. не идут с ним на контакт.
Представитель ответчика Каликенова Э.К. – адвокат Рыбакова И.С. в судебном заседании исковые требования не признала, доводы ответчика поддержала.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований по следующим основаниям:
Истцы обращаются в суд с иском о защите чести и достоинства своего умершего отца О.
Факт смерти О. подтверждается записью акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 49).
Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 (в редакции от 9 декабря 2025 года) «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по требованию заинтересованных лиц (например, родственников, наследников) защита чести и достоинства гражданина допускается и после его смерти (пункт 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, истцы Омарова Б.К. и Омарова Ж.К., являющиеся дочерями О., вправе обратиться в суд за защитой чести и достоинства своего отца.
В данном случае доказыванию подлежат факт распространения ответчиком сведений, порочащий характер этих сведений и несоответствие этих сведений действительности.
Истцы указывают, что Каликенов Э.К. в присутствии большого количества людей на похоронах их отца О. заявил о наличии у умершего перед ним долга. По национальным традициям наличие у умершего долга негативно характеризует умершего, а оставшиеся после его смерти долги переходят к наследникам, и наследники должны возместить этот долг.
Истцы Омарова Б.К. и Омарова Ж.К. в судебном заседании пояснили, что по их национальным традициям наличие у умершего человека не погашенного долга негативно характеризует человека. Заявление Каликенова Э.К. нанесло вред репутации их отца, который был честным человеком, не имевшим долгов ни перед кем. Это утверждение Каликенова Э.К. может привести к потере доверия со стороны родственников.
Свидетели Т., С., У., С.., Г., Б., Р. подтвердили факт того, что на похоронах О. во время проведения ритуала, на котором мулла задает присутствующим вопросы об умершем лице, Каликенов Э.К. заявил о том, что умерший О. не выплатил ему долг, при этом во время проведения ритуала каких-либо доказательств этому он не представил, после чего ритуал был продолжен.
Ответчик Каликенов Э.К. факт распространения указанных сведений не оспаривал, в судебном заседании пояснил, что во время проведения ритуала на похоронах О. он заявил о том, что у умершего перед ним остался долг.
Таким образом, сам факт распространения ответчиком указанных истцами сведений нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.
Разрешая вопрос о том, являются ли указанные сведения порочащими, суд исходит из следующего:
Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 (в редакции от 9 декабря 2025 года) «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
Наличие у гражданина неоплаченного долга, от уплаты которого он уклоняется, не соответствует требованиям законодательства, безусловно, негативно характеризует лицо, свидетельствует о его неправильном, недобросовестном поведении. Поэтому суд находит, что заявление Каликенова Э.К. умаляет честь и достоинство умершего О., данное обстоятельство усугубляет отношение окружающих к лицу, у которого имеется долг, в силу национальных казахских традиций и религиозного мусульманского учения.
Поэтому суд находит, что указанные сведения являются порочащими честь и достоинство умершего О.
Разрешая вопрос о соответствии действительности распространенных Каликеновым Э.К. сведений, суд исходит из следующего:
Обязанность по доказыванию соответствия действительности распространенных сведений законом возлагается на ответчика.
В судебном заседании Каликенов Э.К. пояснил, что долг О. перед ним составляет 260 000 рублей, он образовался в связи с повреждением в августе 2010 года посевов на его (Каликенова Э.К.) поле площадью 70 га, засеянном ячменем, лошадьми О. в количестве 150 голов.
В подтверждение своих слов ответчик представил суду «акт на потраву от 20.08.2010 г.» (л.д. 88).
В представленном Каликеновым Э.К. суду «акте на потраву от ДД.ММ.ГГГГ.» указано следующее: «Я гл. К.Ф. Э.К. и гл. агроном района М. составили настоящий акт на потраву лошадьми О. в количестве 150 голов на поле, засеянном ячменем возле <адрес>. М., исследовав это поле, вычислил следующие результаты: недобор урожая будет равен 104 т. Ячменя. Далее я, гл. К.Ф.Х. взял стартовые цены на ячмень, они были с места на данный момент 2,20-2,80 руб. Я взял среднюю цену 2,50 руб. и получилась сумма 260 000 руб. и оповестил об этом О.» В акте имеется подпись Каликенова и запись следующего содержания: «С содержанием акта согласен, что происходило 20.08.2010. Подтверждаю: /подпись/ 30.05.2026»
Каликенов Э.К. в судебном заседании пояснил, что ранее составленный М. акт утерян, данный акт он составил сам лично, по памяти в мае 2026 года.
Свидетель М. пояснил, что он на протяжении 25 лет работал главным агрономом района. По указанию своего руководителя Д. он составлял акт потравы посевов на поле около д. Викторовка на территории Афонькинского сельского поселения. Акт составлялся по обращению Каликенова Э.К. Поле площадью около 70 га или чуть меньше было засеяно пшеницей, но в связи с давностью событий, он может ошибаться. Оно все было покрыто тропами. По следам было видно, что поле вытоптано лошадьми, на его взгляд было повреждено около 30 процентов посевов. Эти события происходили примерно в июле или в августе, в каком году он не помнит, но очень давно, может быть около 15 лет назад. С помощью специальной методики им была определена средняя урожайность, затем, исходя из стоимости зерна, установлен примерный размер ущерба. Всё это было отражено в акте, который был составлен в трех экземплярах, два из которых были переданы Каликенову Э.К. Но это не тот акт, который он подписал в 2026 году по просьбе Каликенова Э.К. В этом акте он своей подписью удостоверил только сам факт потравы, который он видел, но не он не помнит иных сведений, в том числе размера ущерба. О том, чьи лошади вытоптали поле, ему не было известно.
Таким образом, с учетом того, что акт составлен самим Каликеновым Э.К. в мае 2026 года, суд находит, что данный акт ни сам по себе, ни в совокупности с показаниями М. не подтверждает факт причинения Каликенову Э.К. ущерба по вине именно О.
Свидетель Т. пояснил, что брат умершего С.. на похоронах, после заявления Каликенова Э.К. о долге, заявил о том, что если Каликенов Э.К. подтвердит документально наличие долга, то родственники готовы оплатить долг, однако Каликенов Э.К. ничего не представил и ритуал был продолжен. По национальным обычаям, если умерший имеет долги, то они переходят на его родственников, которые обязаны рассчитаться с кредитором.
Эти пояснения Т. в судебном заседании подтвердил и С., который также пояснил, что ни о каким долге его брата О. перед Каликеновым Э.К. ему не известно. Они с Каликеновым Э.К. являются родственниками, встречались на совместных мероприятиях, но никогда Каликенов Э.К. не заявлял о наличии у О. перед ним долга.
Свидетель У. пояснил, что он состоит в фактических брачных отношениях с дочерью О. – Омаровой Б.К. Последние месяцы перед смертью О. они очень тесно с ним общались. Это был очень щепетильный человек, он ни перед кем не имел долгов. Ни о каком долге перед Каликеновым Э.К. он никогда не говорил. Если бы у него был долг, то он сказал бы об этом и обязательно выплатил бы этот долг. Раньше они проживали на Севере, но с дочерью О. общался по телефону очень часто. В 2011 году О. рассказывал о том, что Каликенов Э.Ш. пытался загнать его лошадей и предъявлял претензии по поводу потравы посевов. Но потом этот вопрос разрешился, и он больше об этом не говорил. У О. всегда в хозяйстве были лошади, было 15-20 лошадей, но табуна в 150 лошадей никогда не было.
Аналогичные показания дал в судебном заседании свидетель С.
Свидетель Б. в судебном заседании пояснила, что Р. является её мужем. В 2011 году их лошади паслись вместе с лошадьми О. У них было около 17 голов лошадей, а у О. не больше 40. Каликенов Э.К. в 2011 году звонил ей с претензиями по поводу потравы его посевов, но по описанию лошади, которые зашли на поле Каликенова Э.К., не подходили под описание их лошадей или лошадей О., в том числе, по клейму – со слов Каликенова Э.К. лошади, которых он видел на своем поле, имели клеймо, а их лошади никогда не имели клейма. Кроме того, их дикие и никого к себе не подпускают, а те лошади, про которых говорил Каликенов Э.К., людей подпускали. Каликенов Э.К. с сыном пытались загнать их лошадей и Каликенов Э.К. на автомобиле сбил с лошади её мужа Р., который в результате падения получил травмы. Лошади в то время свободно не ходили – днем их пасли по очереди Р. либо О., а на ночь их закрывали в загоне, поэтому они не могли вытоптать посевы на поле Каликенова Э.К.
Свидетель К. в судебном заседании пояснил, что очень давно был разговор о том, что посевы на полях Каликенова повреждены лошадьми, но чьими – он не знает, так как слышал разные разговоры – говорили, что это были лошади О., лошади жителей д. Ельцово, лошади жителей д. Новогеоргиевка. На одном из мероприятий он слышал между О. и Каликеновым Э.К. пререкания по поводу гнилого сена. Никаких разговоров между О. и Каликеновым Э.К. про долг О. перед Каликеновым Э.К. в связи с потравой посевов лошадьми он не слышал. Поле Каликенова находилось от лугов, на которых пасли лошадей, на большом расстоянии – не менее 1,5-2 км.
Свидетель Р. в судебном заседании пояснил, что в 2010-2011 годах они с О. лошадей пасли вместе, одним табуном. В тот период времени у О. было около 32-35 голов лошадей. 150 лошадей у О. никогда не было. В один из дней Каликенов Э.К. с сыном пытались загнать их лошадей. Куда они хотели их загнать, он не знает, но предполагает, что они хотели загнать лошадей на принадлежащее Каликенову Э.К. поле, для того, чтобы потом предъявить претензии по поводу потравы посевов. Коней они погнали в сторону <адрес>, но не догнали, по дороге коней удалось отбить. Во время этой погони Каликенов Э.К. сбил его (Р.) с лошади, при этом Каликенов Э.К. сам испугался, подъехал, спросил нужна ли ему помощь. От помощи он отказался, домой добрался самостоятельно, на следующий день он обращался в больницу. В этот момент он (Р.) был трезв. Принадлежащие ему лошади каких-либо меток, клейма не имели. Каликенов Э.К. к нему лично по поводу потравы посевов не обращался. Ни его лошади, ни лошади О. на поле Каликенова Э.К. не заходили.
Свидетель А. в судебном заседании пояснил, что он по просьбе Каликенова Э.К. осматривал поле около д. Новогеоргиевка, посевы на котором были повреждены лошадьми. При осмотре он видел, что поле было потоптано лошадьми, но на момент, когда он приехал, лошадей на поле не было. Чьи лошади повредили посевы – не знает.
Свидетель Ж. пояснил, что в 2010 году он работал у Каликенова Э.К. пастухом. Каликенов Э.К. сказал, что нужно загнать лошадей в загон. Они совместно с Каликеновым Э.К. и его сыном Нояном пытались загнать лошадей, но не смогли этого сделать – лошади разбежались. Сколько было коней – не помнит.
Свидетель Т. в судебном заседании пояснила, что она является родной сестрой Каликенова Э.К. Примерно в 2010-2011 году ближе к осени она находилась в гостях у своего брата Каликенова Э.К. В это время к Каликеновым пришел Жекспай. Он был уважаемым человеком. Он хотел поговорить с Каликеновым Э.К. по поводу его претензий к О. по причине потравы посевов. Чем закончился этот разговор, она не слышала. Но со слов брата ей известно, что договорились уладить проблему добровольно. Ей известно, что О. долг перед Каликеновым Э.К. так и не погасил. Подробностей о том, какова площадь потравы, какой размер долга – она не знает.
Свидетель В. в судебном заседании пояснил, что в период с 2006 года по 2025 год он работал главой Афонькинского сельского поселения. Лет около 15 назад к нему обращался Каликенов Э.К. по поводу потравы посевов и просил вызвать участкового уполномоченного полиции, говорил, что поле потравили лошади О.. Ему о потраве известно только со слов Каликенова Э.К., чьи именно лошади повредили посевы на поле Каликенова Э.К., он не знает.
Свидетель Э. пояснила, что примерно в конце августа 2011 года она находилась в гостях у Р. Р. пришел домой в нетрезвом состоянии, без одного ботинка. Из разговора она поняла, что Р. с О. специально неоднократно загоняли лошадей на поле Каликенова Э.К. По этой причине у неё с Р. произошла ссора, после которой они долго не общались.
Свидетель Р. показания Э. не подтвердил, пояснив, что они не соответствуют действительности.
Из выписок из похозяйственной книги за 2011 год следует, что в подсобном хозяйстве Ш. значилось 22 лошади, в подсобном хозяйстве О. – 33 лошади (л.д. 109-110).
Представленная стороной истца схема поля и пастбища (л.д. 111) судом в качестве доказательства не принимается, поскольку она не соответствует сведениям, размещенным в общедоступном источнике – на интернет-сайте Роскадастра, в части расположения и расстояний объектов, указанных на схеме.
Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что факт причинения ущерба Каликенову Э.К. в результате повреждения посевов на поле нашел свое подтверждение, при этом достоверно не установлено, когда именно произошла потрава – в 2010 или в 2011 году.
Оценивая доводы стороны ответчика о том, что это произошло в 2011 году, суд исходит из следующего:
Представитель истцов Клочкович Л.Н. в подтверждение своих доводов о том, что события, о которых говорит Каликенов Э.К., произошли в 2011 году, заявляет о том, что в Казанском районном суде 17 октября 2011 года рассматривалось какое-то дело в отношении О. Дело рассматривалось судьей Харитоновым либо судьей Мицкевич. Однако согласно сведения электронной картотеки Казанского районного суда Тюменской области никакого дела в отношении О. за период с 2010 года по 2026 год Казанским районным судом Тюменской области не рассматривалось. Более того, в 2011 году в Казанском районном суде Тюменской области судьи Харитонов и Мицкевич не работали.
Впоследствии сторона истцов ссылалась на то, что после того, как во время погони за лошадьми Каликенов Э.К. сбил Р. с лошади, в результате чего Р. получил травмы, с которыми Р. на следующий день обратился в больницу.
Из представленной ГБУЗ ТО «Областная больница № 14 имени В.Н. Шанаурина» (с. Казанское) информации следует, что в 2010-2011 года Р. обращался за медицинской помощью дважды: 1 мая 2010 года (укус клеща), и 18 октября 2011 года с жалобами на боль в грудной клетке, головную боль (со слов 13 октября 2011 года упал с лошади).
Однако данная информация противоречит как показаниям самого Р., пояснившего, что в больницу он обратился на следующий день (согласно информации из больницы – через 5 дней), так и показаниям иных свидетелей, пояснивших, что все события, связанные с потравой и попыткой Каликенова Э.К. загнать лошадей О. происходили в августе-сентябре. Поскольку факт причинения ущерба связан с потерей урожая, то несомненно, что это обстоятельство имело место быть до момента окончания уборочной кампании. С учетом климатических и погодных условий, уборка урожая в Казанском районе Тюменской области заканчивается в среднем в середине октября, но в любом случае не позднее 15 ноября, это является общеизвестным фактом и не требует дополнительного доказывания.
Таким образом, суд приходит к выводу, что факт причинения ущерба Каликенову Э.К. произошел не позднее 15 ноября 2011 года.
Однако каких-либо достоверных, допустимых и бесспорных доказательств того, что потрава посевов произошла в результате повреждения посевов лошадьми, принадлежавшими О., суду не представлено, как не представлено доказательств того, что в спорный период времени в собственности у О. имелось 150 голов лошадей. Следовательно, доказательств того, что ущерб Каликенову Э.К. причинен по вине О., суду не представлено.
Каких-либо иных доказательств наличия у О. долга перед Каликеновым Э.К., в том числе, связанного с повреждением посевов принадлежащими О. лошадьми в августе 2010 года, суду не представлено, как не представлено доказательств того, что О. признавал наличие у него долга перед Каликеновым Э.К.
Более того, согласно ч. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Частью 2 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.
Таким образом, срок исковой давности по требованиям о возмещении причиненного О. ущерба истек, каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении течения срока исковой давности, судом не установлено.
При этом суд находит, что сообщенные ответчиком при большом скоплении людей сведения не являются субъективным мнением Каликенова Э.К. о действиях и поведении О., поскольку своим высказыванием Каликенов Э.К. заявил о конкретном факте – имеющемся у О. финансовом долге перед ним (Каликеновым Э.К.)
Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ответчиком Каликеновым Э.К. не доказан факт соответствия действительности распространенных им (Каликеновым Э.К.) в отношении О. сведений о наличии долга.
На основании вышеизложенного суд приходит находит, что распространенные Каликеновым Э.К. сведения о наличии у умершего О. долга являются порочащими честь и достоинство умершего О. и несоответствуют действительности.
Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 (в редакции от 9 декабря 2025 года) «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» при удовлетворении иска суд в резолютивной части решения обязан указать способ опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений и при необходимости изложить текст такого опровержения, где должно быть указано, какие именно сведения являются не соответствующими действительности порочащими сведениями, когда и как они были распространены.
Исходя из того, что решение должно отвечать требованиям определенности и исполнимости, суд приходит к выводу о том, что на ответчика Каликенова Э.К. должна быть возложена обязанность в течение 1 месяца со дня вступления решения суда в законную силу сообщить мулле Казанского района Тюменской области в письменном виде сведения о том, что у умершего О. отсутствует какой-либо долг перед ним (Каликеновым Эрмагамбетом Казиевичем).
Разрешая исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд исходит из следующего:
Одним из государственных принципов Российской Федерации, закрепленных в Конституции Российской Федерации, является то, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст.2 Конституции Российской Федерации).
Согласно положениям части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. В случае нарушения каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.
Как следует из искового заявления и пояснений истцов в судебном заседании, истцы испытывали переживания, душевные волнения по поводу репутации своего отца, им было стыдно, досадно, они вынуждены оправдываться перед посторонними лицами, защищая честь и достоинство своего отца, считают, что Каликенов Э.К. опорочил не только честь и достоинство их отца, но и всей их семьи, и просили взыскать с ответчика в их пользу компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей в равных долях.
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевших.
Суд считает, что в данном случае нарушенное право может быть восстановлено выплатой компенсации причиненного морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства, при которых ответчик совершил свои противоправные действия (публично, в присутствии большого количества людей, во время похорон отца истцов), личность ответчика, отсутствия тяжких последствий для истцов.
Оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, с учетом всех вышеизложенных фактов, принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере по 15 000 рублей в пользу каждого из истцов.
Разрешая вопрос о судебных расходах, суд исходит из следующего:
В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Частью 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что государственная пошлина относится к судебным расходам.
Истцом Омаровой Б.К. при подаче иска в суд была оплачена государственная пошлина в размере 3 000 рублей, что подтверждается чеком по операции от 7 мая 2026 года (л.д. 14).
С учетом того, что суд пришел к выводу об удовлетворении основных исковых требований, с ответчика в пользу истца Омаровой Б.К. подлежит взысканию государственная пошлина, уплаченная ею при подаче иска в суд, в размере 3 000 рублей.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 12, 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 194-197, 264-268 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
Исковые требования Омаровой Ботагоз Калыковны, Омаровой Жанны Калыковны к Каликенову Эрмагамбету Казиевичу о защите чести и достоинства умершего О., о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.
Возложить на ответчика Каликенова Эрмагамбета Казиевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт гражданина Российской Федерации ***, выдан УМВД России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) обязанность в течение 1 месяца со дня вступления решения суда в законную силу сообщить мулле <адрес> в письменном виде сведения о том, что у умершего О. отсутствует какой-либо долг перед ним (Каликеновым Эрмагамбетом Казиевичем).
Взыскать с Каликенова Эрмагамбета Казиевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт гражданина Российской Федерации ***, выдан УМВД России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) в пользу Омаровой Ботагоз Калыковны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина Российской Федерации ***, выдан ДД.ММ.ГГГГ УМВД России по <адрес>), компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей 00 копеек и государственную пошлину, уплаченную при подаче иска в суд, в размере 3000 рублей 00 копеек, всего 18 000 рублей 00 копеек (восемнадцать тысяч рублей 00 копеек).
Взыскать с Каликенова Эрмагамбета Казиевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт гражданина Российской Федерации ***, выдан УМВД России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) в пользу Омаровой Жанны Калыковны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, удостоверение личности гражданина Республики Казахстан ***, выдано ДД.ММ.ГГГГ МВД РК, сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ), компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей 00 копеек (пятнадцать тысяч рублей 00 копеек).
В остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Казанский районный суд Тюменской области.
Решение в окончательной форме изготовлено в печатном варианте 19 октября 2026 года.
Председательствующий судья: /подпись/ Н.В. Вьюхова
Подлинник решения подшит в гражданское дело № 2-184/2026 и хранится в Казанском районном суде Тюменской области.
Судья
Казанского районного суда Н.В. Вьюхова