РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 февраля 2026 года п. Тазовский
Тазовский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего судьи Бекшенева Р.М., при секретаре Гусевой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Евай Нины Увычевны, действующей также в интересах малолетнего ФИО2, Евай Святослава Станиславовича, Мазановой Натальи Станиславовны к ООО «Основа Техно Строй» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Евай Н.У., действующая также в интересах малолетнего ФИО2, Евай С.С., Мазанова Н.С. обратились в суд с иском к ООО «Основа Техно Строй» о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб. в пользу каждого из истцов. Также Евай Н.У. просила взыскать в ее пользу расходы на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб.
Требования были мотивированы тем, что Евай Н.У. и Евай С.Н. ДД.ММ.ГГГГ г.р. состояли в законном браке, о чем имеется свидетельство о браке №, выданное ДД.ММ.ГГГГ. В браке у них родились дети Евай (после регистрации брака – Мазанова) Н.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р. и Евай С.С. ДД.ММ.ГГГГ г.<адрес> того, супруги Евай совместно приняли решение об установлении опеки и приняли в свою семью ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., установив над ним опеку согласно распоряжения <адрес> № 374-р от 27.04.2015. Евай С.Н. состоял в трудовых отношениях с ООО «Основа Техно Строй», 04.06.2025 в результате несчастного случая на производстве, выразившегося в нарушении техники безопасности со стороны работников данной организации, он получил многочисленные травмы в результате обрушения на него строительных блоков (кирпичей), в результате чего скончался. Данный факт подтверждается актом о несчастном случае по форме Н-1 от 02.07.2025. После гибели Евай С.Н. у него осталась семья, о которой он заботился и которую обеспечивал. Гибель Евай Н.С. стала не только душевной утратой, но и тяжелым испытанием для всех родных и близких и пережитым сильным стрессом. Кроме того, у погибшего имелись неисполненные кредитные обязательства, бремя которых легло на Евай Н.У., которая является пенсионером по возрасту. Так как причиной гибели Евай С.Н. стали допущенные нарушения в сфере охраны труда, обязанность по компенсации морального вреда членам семьи погибшего работника возлагается на ответчика как работодателя.
В судебном заседании истец Евай Н.У., действовавшая также в интересах малолетнего ФИО2, ее представитель адвокат Проскурин А.В., истец Мазанова Н.С. поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Суду пояснили, что гибель супруга и отца стала для истцов сильнейшим ударом. На момент гибели Евай Н.С. был полностью здоровым человеком, основным кормильцем в семье. У погибшего были теплые доверительные отношения как с родными детьми, так и с приемным сыном, которого он воспитывал и заботился о нем как о родном, ребенок считал Евай Н.С. своим папой.
Истец Евай С.С. в судебное заседание не явился в связи с прохождением службы в армии, о времени и месте судебного заседания извещен, направил суду письменное заявление, которым просил рассмотреть дело в его отсутствие, на исковых требованиях настаивал.
Представители ответчика ООО «Основа Техно Строй» - Версоцкий А.О., действовавший по доверенности, и адвокат Алешкин А.И. в судебном заседании с исковыми требованиями согласились частично, не оспаривали ответственность работодателя перед членами семьи погибшего работника, но считали заявленные ко взысканию суммы компенсации морального вреда завышенными. Полагали, что с учетом степени понесенных истцами нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевших, в пользу Евай Н.У. следует взыскать 400 000 руб. компенсации морального вреда, в пользу Евай С.С. – 200 000 руб., в пользу Мазановой Н.С. – 100 000 руб. Во взыскании компенсации морального вреда в пользу малолетнего ФИО2 просили отказать, поскольку погибший не состоял с ним в кровном родстве и не усыновлял приемного ребенка. Со взысканием с ответчика понесенных истцом Евай Н.У. расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб. согласились в полном объеме.
Третье лицо Батчаев Д.А.-М. в судебном заседании поддержал позицию представителей ответчика. Пояснил, что в рамках возбужденного в отношении него уголовного дела по факту нарушения требований охраны труда при ведении строительных работ он добровольно выплатил Евай Н.У. компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. из собственных денежных средств.
Прокурор Русский В.Д. в заключении по делу полагал исковые требования подлежащими удовлетворению частично, с учетом степени понесенных истцами нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевших.
Изучив материалы дела, заслушав участников процесса, суд приходит к следующим выводам.
Как следует из дела, Евай Н.У. ДД.ММ.ГГГГ г.р. и Евай С.Н. ДД.ММ.ГГГГ. состояли в зарегистрированном браке, о чем имеется свидетельство о браке №, выданное ДД.ММ.ГГГГ.
В браке у супругов Евай родились дети Евай (после регистрации брака – Мазанова) Н.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р. и Евай С.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р.
Кроме того, на основании распоряжения Администрации Тазовского района от 27.04.2015 №-р была установлена опека Евай Н.У. по договору о приемной семье над малолетним ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р. Между Департаментом образования Администрации Тазовского района и Евай Н.У. был заключен договор о приемной семье от ДД.ММ.ГГГГ №, который дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ был продлен до совершеннолетия ребенка.
Евай С.Н. состоял в трудовых отношениях с ООО «Основа Техно Строй» в должности подсобного рабочего на основании трудового договора № от 16.01.2025.
ДД.ММ.ГГГГ Евай С.Н. погиб при исполнении трудовых обязанностей в результате несчастного случая на производстве.
Приговором Тазовского районного суда ЯНАО от 12.09.2025 кладовщик ООО «Основа Техно Строй» Батчаев Д.А.-М. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ (нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека).
Как следует из приговора суда, 28 марта 2025 года в период времени с 08 час. 00 мин. до 17 час. 00 мин. кладовщик ООО «ОсноваТС» Батчаев Д.А.-М., являясь ответственным лицом за выполнение работ по подготовке площадки складских помещений для приема и размещения груза, расположенной на территории строительной площадки по адресу: Ямало-Ненецкий автономный округ, <адрес>, в географических координатах: <адрес> в.д., ненадлежащим образом исполнил вышеуказанные обязанности, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти подсобного рабочего ООО «ОсноваТС» Евай С.Н., хотя при должной внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть эти последствия, будучи достоверно осведомленным о том, что площадка, предназначенная для размещения поддонов с кирпичом полностью не очищена от снега и льда, что создавало угрозу падения, опрокидывания, разваливания, отдал распоряжение о размещении на вышеуказанной площадке 13 поддонов с керамическим кирпичом.
04 июня 2025 года в период времени с 07 час. 50 мин. до 08 час. 32 мин. кладовщик ООО «ОсноваТС» Батчаев Д.А.-М., осведомленный о ненадлежащем размещении 13 поддонов с керамическим кирпичом на складе, являясь ответственным лицом за выполнение работ по подготовке площадки складских помещений для приема и размещения груза на вышеуказанном складе, ненадлежащим образом исполнил вышеуказанные обязанности, не убедившись в безопасности проведения работ подчиненным персоналом, дал указание подсобному рабочему ООО «ОсноваТС» Евай С.Н. в ходе телефонного разговора о сборе рассыпавшегося с поддона керамического кирпича, на вышеуказанном складе, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти последнего, хотя при должной внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть эти последствия.
В результате преступных действий (бездействия) Батчаева Д.А.-М. 04 июня 2025 года в период времени с 07 час. 50 мин. до 08 час. 32 мин. во время выполнения порученных Евай С.Н. работ по сбору рассыпавшегося керамического кирпича на складе, расположенном на территории строительной площадки по адресу: Ямало-Ненецкий автономный округ, <адрес>, в географических координатах: <адрес>.д., произошло опрокидывание и разваливание 2 поддонов с керамическим кирпичом, вследствие чего Евай С.Н. придавило рассыпавшимися с поддонов кирпичами, в результате чего последний получил телесные повреждения в виде тупой сочетанной травма тела в виде кровоподтека и ссадины лица, множественных ссадин и кровоподтеков верхней правой и нижних конечностей, кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки справа, кровоизлияния в пристеночную плевру справа, переломов 6 и 8 правого ребра по грудиной линии, переломов 6-11 ребер по грудиной и лопаточной с переходом на околопозвоночную линиям, многофрагментарного перелома костей таза с нарушением целостности тазового кольца, с образованием гемоперитонеума (1200 мл жидкой, темно-красной крови со сгустками), ушибов внутренних органов: кровоизлияния в плевральную оболочку и ткань левого лёгкого, паранефральную клетчатку и ворота правой почки, в забрюшинную клетчатку, в мягкие ткани таза, которая осложнилась травматическим шоком, которые причинили тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.
Смерть Евай Н.С. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 15 мин. в <адрес>» от указанной выше тупой сочетанной травмы тела.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Положениями ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы четвертый и четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается в том числе моральный вред.
Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, потерявшим кормильца, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, должен возмещать причинитель вреда, то есть работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
Согласно ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6 разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1 названного постановления).
Моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (абзац второй пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10).
В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, несчастный случай с Евай С.Н. произошел в рабочее время при исполнении им трудовых обязанностей в интересах работодателя по причине необеспечения последним для своих работников безопасных условий труда; вины погибшего работника в несчастном случае (грубой неосторожности) не установлено; смерть Евай С.Н. является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи умершего, утрата которого, безусловно, является тяжелейшим событием в их жизни, в связи с чем суд приходит к выводу о возложении ответственности на ответчика за причиненный вред.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, при которых был причинен вред, характер и степень причиненных каждому истцу страданий, степень вины работодателя, не исполнившего возложенных на него трудовым законодательством обязанностей по обеспечению безопасных условий и охраны труда, требования разумности и справедливости и приходит к выводу, что в пользу супруги погибшего Евай Н.У. следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 400 000 руб., в пользу его родных совершеннолетних детей Мазановой Н.С. и Евай С.С. по 1 200 000 руб. каждому, в пользу приемного ребенка ФИО2 – 400 000 руб.
Определяя размер взыскания в пользу супруги погибшего, суд учитывает, что истец Евай Н.У. проживала более 34 лет с Евай Н.С. одной семьей, вела с ним общее хозяйство, погибший являлся основным добытчиком в семье, т.к. супруга являлась пенсионером по старости, конфликтных отношений в семье не было, отношения в семье были теплые, доброжелательные. При этом, судом учитываются факты выплаты виновным работником Батчаевым Д.А.-М. в добровольном порядке в пользу Евай Н.У. суммы в 100 000 руб. в качестве компенсации морального вреда, а также оказание работодателем погибшего помощи его супруге в организации похорон (доставка вещей умершего из тундры, транспортировка тела из морга и на кладбище).
Факт причинения морального вреда истцам Мазановой Н.С. и Евай С.С. также сомнений не вызывает в силу отнесения их по закону к кругу близких родственников погибшего и установленного в суде характера их взаимоотношений с отцом, которые можно охарактеризовать как теплые и семейные. Вопреки доводам стороны ответчика, суд не усматривает оснований для снижения компенсации морального вреда в пользу Мазановой Н.С. в сравнении с ее братом Евай С.С. только на том основании, что Мазанова С.С. вышла замуж и в отличие от брата проживала отдельно от родителей в <адрес>, поскольку из объяснений истцов в судебном заседании следует, что, несмотря на раздельное проживание Мазанова Н.С. поддерживала с отцом тесное общение, ежедневно созванивалась с ним по телефону, несколько раз в году как Мазанова Н.С. бывала у родителей в гостях, так и родители ездили к ней в <адрес>. Учитывая данные обстоятельства, оснований считать, что гибель отца нанесла Мазановой Н.С. меньшие нравственные страдания, чем ее совершеннолетнему брату Евай С.С., продолжавшему проживать с родителями, суд не находит и определяет взрослым детям погибшего компенсации морального вреда в равном размере.
Также суд не может согласиться с доводами ответчика об отсутствии правовых оснований для присуждения компенсации морального вреда в пользу малолетнего ФИО2, который воспитывался в семье Евай как приемный ребенок по договору о приемной семье от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с Евай Н.У.
В силу пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 1 от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Применительно к определению лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда, причиненного смертью потерпевшего, в отношении супруга, родителей и детей, являющихся в подавляющем большинстве случаев наиболее близкими для гражданина лицами, следует установить, что причинение им морального вреда предполагается и доказыванию не подлежит, а в отношении других членов семьи целесообразно применять закрепленное в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 положение о необходимости учета обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.
Суд, руководствуясь вышеприведенными нормами, при разрешении спора исходит из того, что действующее законодательство не содержит ограничений в отношении круга лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда, поскольку каждый гражданин в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов.
В силу статей 12, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, доказательства предоставляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.
Из пояснений истцов и письменных материалов дела установлено, что ребенок был взят в семью Евай в раннем возрасте, на момент установления над ним опеки ему было 2 года, ко времени гибели Евай Н.С. малолетний ФИО2 проживал с приемными родителями совместно более десяти лет, в приемной семье сформировалась тесная эмоциональная связь, аналогичная связи между родителями и детьми, фактически сложились семейные связи, и приемная семья вела себя во всех отношениях также как родители и дети.
С учетом указанного выше, наличия сложившихся близких отношений между ФИО2 и погибшим Евай Н.С., их длительного совместного проживания, того обстоятельства, что погибший являлся фактическим воспитателем ФИО2, входил в число членов его семьи, безусловно, гибель Евай Н.С. причинила малолетнему ФИО2 нравственные страдания, связанные с потерей близкого и дорогого ему человека, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда.
Доводы ответчика о необходимости учета при определении подлежащих взысканию сумм компенсации морального вреда нарушения техники безопасности, допущенной самим погибшим при исполнении трудовых обязанностей, подлежат отклонению судом, т.к. комиссией по расследованию несчастного случая не установлено в действиях потерпевшего грубой неосторожности, совершения им каких-либо виновных действий, выразившихся в нарушении конкретных нормативных правовых актов, находящихся в причинно-следственной связи с его смертью. В рамках рассмотрения уголовного дела в отношении Батчаева Д.А.-М. наличия такого смягчающего обстоятельства, как грубая неосторожность погибшего работника, суд также не усмотрел.
Ссылки ответчика на затруднительное финансовое положение организации какими-либо объективными доказательствами не подтверждены. Согласно последней опубликованной официальной бухгалтерской отчетности ООО «Основа Техно Строй» (ИНН 8904095025), размещенной в открытом доступе на официальном сайте ФНС России по адресу в сети интернет: https://bo.nalog.gov.ru/organizations-card/12397262, стоимость активов данной организации (2024 год) составляет 438,2 млн. руб., выручка – 172,8 млн. руб., валовая прибыль – 52,9 млн. руб.
В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Истцом Евай Н.У. в подтверждение понесенных судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб. представлены соглашение об оказании юридической помощи, заключенное 20.10.2025 с адвокатом Проскуриным А.В., и квитанция к приходному кассовому ордеру № от 20.01.2026 на указанную сумму.
Адвокат Проскурин А.В. во исполнение своих обязательств по соглашению от 20.10.2025 подготовил исковое заявление и фактически представлял интересы Евай Н.У. в ходе судебного разбирательства.
Представители ответчика ООО «Основа Техно Строй» в возражениях на иск относительно взыскания в пользу Евай Н.У. понесенных ею расходов на оплату юридических услуг не возражали, находя заявленную сумму разумной.
При таких обстоятельствах, понесенные Евай Н.У. расходы на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб. подлежат взысканию с ответчика в полном объеме.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Евай Нины Увычевны, действующей за себя и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, Евай Святослава Станиславовича, Мазановой Натальи Станиславовны к ООО «Основа Техно Строй» удовлетворить частично.
Взыскать с ООО «Основа Техно Строй» (ИНН 8904095025) в пользу Евай Нины Увычевны (паспорт №) компенсацию морального вред в размере 1 400 000 руб.
Взыскать с ООО «Основа Техно Строй» (ИНН 8904095025) в пользу ФИО2 (свидетельство о рождении I№) компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.
Взыскать с ООО «Основа Техно Строй» (ИНН 8904095025) в пользу Евай Святослава Станиславовича (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 руб.
Взыскать с ООО «Основа Техно Строй» (ИНН 8904095025) в пользу Мазановой Натальи Станиславовны (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 руб.
Взыскать с ООО «Основа Техно Строй» (ИНН 8904095025) в пользу Евай Нины Увычевны (паспорт №) в возмещение расходов на оплату услуг представителя 100 000 руб.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня составления в окончательной форме в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа путем подачи апелляционной жалобы через Тазовский районный суд.
Мотивированное решение составлено 06.03.2026.
Судья Р.М. Бекшенев