РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 апреля 2026 года г. Челябинск
Советский районный суд г. Челябинска в составе:
председательствующего: Поняевой А.Ю.
при секретаре: Козловой А.П., с участием прокурора: Адаменко К.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Фадеевой НВ к ГАУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины» о признании приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, об увольнении незаконными, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Фадеева Н.В. обратилась в суд с исковым заявлением, с учетом уточнений к ГАУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины» (далее – ГАУЗ «ЧОКЦО и ЯМ») о признании незаконными и отмене приказов о наложении дисциплинарного взыскания от 22.09.2025 г. № 78пн, от 01.10.2025 г. № 82пн, приказа об увольнении от 20.10.2025 г. № 600л, восстановлении на работе в должности заведующего отделением противоопухолевой лекарственной терапии № 1, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с дня увольнения по день восстановления на работе, компенсации морального вреда в сумме 1000 000 руб.
В обоснование заявленных требований истица указала, что она работала у ответчика в должности заведующего отделением противоопухолевой терапии № 1 с 29.08.2014 г. Приказом от 22.09.2025 г. № 78пн о наложении дисциплинарного взыскания была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора, приказом от 01.10.2025 г. привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора. Приказом от 20.10.2025 г. уволена по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
При этом предложения об увольнении по собственному желанию от главного врача поступали с декабря 2024 г., однако она отказывалась. В мае 2025 г. после очередного отказа от предложения уволиться, главный врач сообщил об истечении срока для добровольного увольнения по собственному желанию, начал процедуры привлечения ее к дисциплинарной ответственности. Полагает указанные приказы о наложении дисциплинарных взысканий незаконными, с нарушением сроков вынесения, невозможности установить из их содержания существо нарушений. Также в ее отношении готовился третий приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности. Полагала, что неправомерными действиями ответчика ей причинен моральный вред, который она оценивает в 1000000 руб., ее здоровье ухудшилось, она находилась длительное время на больничных. В связи с неоднократными принуждениями к увольнению вынужденно написала заявление об увольнении о чем указала в тексте самого заявления на увольнение.
Истец и представитель истца, действующий на основании ордера в судебном заседании поддержали заявленные требования по основаниям изложенным в исковом заявлении с учетом уточнений.
Представители ответчика, действующие на основании доверенностей в судебном заседании требования истицы не признали. Полагали действия работодателя при увольнении истца законными и обоснованными, а процедуру увольнения соблюденной.
Суд, выслушав истца, ее представителя, представителей ответчика, заключение прокурора, полагавшего увольнение незаконным, а истца подлежащим восстановлению на работе, исследовав письменные материалы гражданского дела, считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению последующим основаниям.
В соответствии со статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.
В соответствии с ч. 1, 2 ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения незаконным, работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.
В соответствии с ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по делу по своему внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств и их совокупности. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании трудового договора № 244 от 29.08.2014 г. истец работала в должности заведующего отделением врача – онколога в онкологическом отделении противоопухолевой лекарственной терапии (л.д. 32 т.1, 68, 109 т.2).
Приказом от 22.09.2025 г. № 78пн Фадеева Н.В. привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение п.п. 2.1, 2.4, 2.19 должностной инструкции, трудового договора от 29.08.2014 г. по факту обнаружения излишков и недостачи лекарственных препаратов в ходе проведения внеплановой сплошной инвентаризации лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения в отделении противоопухолевой лекарственной терапии № 1. (л.д. 72 т.1, 90 т.2).
Основанием вынесения приказа явились протокол заседания дисциплинарной комиссии № 2 от 22.09.2025 г., приказ о создании комиссии от 16.05.2025 г., служебная записка главной медсестры <данные изъяты> от 14.05.2025 г., служебная записка старшей медсестры <данные изъяты> от 03.06.2025 г., служебная записка <данные изъяты>. от 16.05.2025 г. и 28.08.2025 г., служебная записка <данные изъяты>, от 15.05.20925 г., служебная записка <данные изъяты> от 14.05.2025 г., акт служебного расследования от 22.09.2025 г., акт обнаружения лекарственных препаратов от 13.05.2025 г. и пояснительная записка от 14.05.2025 г.
Согласно п. 2.1 должностной инструкции заведующего отделением противоопухолевой терапии от 01.01.2022 г. к обязанностям истца относится осуществление непосредственного руководства деятельностью подчиненного персонала, участие в консультативной и лечебной работе.
Согласно п. 2.4 к обязанностям истца относится обеспечение контроля за правильностью хранения, учета, и выдачи медикаментов, в том числе наркотических, сильнодействующих препаратов и препаратов, подлежащих количественному учету.
Согласно п. 2.19 к обязанностям истца относится организация деятельности отделения – управление ресурсами отделения (л.д. 25 т.1, 91 т.2).
13.05.2025 г. инвентаризационной комиссией составлен акт обнаружения лекарственных препаратов (л.д. 50).
14.05.2025 г. составлена служебная записка <данные изъяты>. о выявлении излишков и недостачи (л.д. 45 т.2).
14.05.2025 г. поступила служебная записка <данные изъяты> по факту нахождения вскрытого флакона, который не был утилизирован (л..д. 42 т.2).
14.05.2025 г. на имя главного врача поступила служебная записка медсестры <данные изъяты>., согласно которой по результатам внеплановой сплошной инвентаризации лекарственных препаратов обнаружены излишки и недостача лекарственных препаратов (л.д. 45 т.1, л.д. 36 т.2).
15.05.2025 г. на имя главного врача поступила служебная записка <данные изъяты>. об обнаружении недостачи и излишков медицинских препаратов (л.д. 41 т.2).
16.05.2025 г. на имя главного врача поступила служебная записка <данные изъяты>В., в которой обращалось внимание на проведение инвентаризации в отношении обнаружения медикаментов личного пользования (л.д. 53 т.1, 37 т.2).
Приказом от 16.06.2025 г. № 201 создана комиссия для проведения служебного расследования по факту обнаружения излишков и недостачи лекарственных средств (л.д. 31 т.2).
03.06.2025 г. поступила служебная записка <данные изъяты>. об обнаружении лекарственных препаратов с истекшим сроком годности (л.д. 43 т.2).
Согласно служебной записки Фадеевой Н.В. от 28.08.2025 г. препараты не состоящие на балансе организации были утилизированы (л.д. 55 т.1, 39 т.2).
Согласно акта служебного расследования от 22.09.2025 г. Фадеевой Н.В. допущенные нарушения должностной инструкции, комиссия считает целесообразным привлечь ее к дисциплинарной ответственности (л.д. 55 т.2).
Из протокола заседания дисциплинарной комиссии от 22.09.2025 г. следует, что Фадеевой Н.В. ненадлежащим образом исполняются обязанности по руководству деятельностью подчиненного персонала, организация деятельности отделения, надлежащий контроль за правильностью учета и хранения лекарственных препаратов. Комиссия считала целесообразным объявить Фадеевой Н.В. выговор, а медсестрам вынести устное предупреждение (л.д. 71 т.1, 67 т.2).
В силу ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе в виде увольнения по соответствующим основаниям.
Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.
При этом, проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.
В пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" дано разъяснение о том, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной (абзац первый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2).
Учитывая это, а также принимая во внимание то, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (абзацы второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2).
В нарушение приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда по их применению ответчиком в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при принятии в отношении Фадеевой Н.В. решения о наложении на нее дисциплинарного взыскания в виде выговора учитывалась тяжесть вменяемого ей в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также то, что ответчиком учитывалось предшествующее поведение истца, ее отношение к труду, длительность работы в организации ответчика.
Вместе с тем, суд учитывает предшествующее указанным обстоятельствам отношение истца к работе - то обстоятельство, что за все время работы у ответчика истец не привлекалась к дисциплинарной ответственности, претензий к работе не имела.
Согласно ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
При этом днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.
Согласно п. 9 должностной инструкции истец непосредственно подчиняется заместителю главного врача по медицинской части, главному врачу (л.д. 92 т.2).
Фадеева Н.В. находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске в период с 26.05.2025 г. по 29.05.2025 г., с 30.05.2025 г. по 14.06.2025 г., с 14.07.2025 г. по 03.08.2025 г. (л.д. 128 т.2), а в период с 07.06.2025 г. по 25.07.2025 г. на больничном, итого Фадеева Н.В. не работала в период с 26.05.2025 г. по 22.08.2025 г.
Учитывая, что к дисциплинарной ответственности она привлечена приказом от 22.09.2025 г., а о факте обнаружения излишков и недостачи лекарственных препаратов главный врач узнал 16.05.2025 г., на основании чего издал приказ о проведении служебного расследования, срок привлечения к дисциплинарной ответственности истца является пропущенным. Указанное обстоятельство является самостоятельным основанием для признания приказа от 22. 09.2025 г. незаконным.
В связи с чем приказ от 22.09.2025 г. № 78пн о наказании работника является незаконным, подлежит отмене.
Приказом от 01.10.2025 г. № 82 пн Фадеева Н.В. привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение п.2 должностной инструкции, трудового договора от 29.08.2014 г. № 244, дополнительного соглашения от 25.05.2021 г. № 154 за выявленные нарушения (стандартов оказания медицинской помощи, действующих клинических рекомендаций МЗ РФ, инструкций к противоопухолевым лекарственным препаратам) (л.д. 176 т.1).
В основании издания приказа указаны: протокол заседания врачебной комиссии от 27.08.2025 г. и от 01.10.2025 г., приказ о создании комиссии от 09.09.2025 г., акт служебного расследования от 01.10.2025 г., служебная записка Фадеевой Н.В. от 11.09.2025 г., от 17.09.2025 г., 29.09.2025 г., служебная записка на повторное уведомление от 11.09.2025 г., трудовой договор от 29.08.2014 г., с дополнительным соглашением, должностная инструкция от 01.01.2022 г.
Согласно протоколу заседания врачебной комиссии от 27.08.2025 г., выявлены лечебные дефекты, которые признаны существенными, принято решение о проведении служебной проверки (л.д. 226 т.1).
Приказом от 09.09.2025 г. создана комиссия для проведения служебного расследования на основании протокола заседания врачебной комиссии от 27.08.2025 г. (л.д. 221 т.1)
11.09.2025 г. Фадеевой Н.В. составлена служебная записка с просьбой ознакомится с первичной документацией для дачи объяснений (л.д. 245 т.1).
В служебной записке на повторное уведомление о даче объяснений Фадеева Н.В. посчитала нецелесообразным давать пояснения по поставленным в уведомлении вопросам (л.д. 250 т.1).
В служебной записке от 17.09.2025 г. Фадеева Н.В. просила предоставить для ознакомления первичную медицинскую документацию (л.д. 3 т.2).
В служебной записке от 29.09.2025 г. Фадеева Н.В. сообщала о непредоставлении первичных медицинских документов, выражает несогласие с выявленными нарушениями (л.д. 7 т.2).
Согласно акта служебного расследования от 01.10.2025 г. Фадеевой Н.В. в нарушение требований должностной инструкции и трудового договора ненадлежащим образом исполняются служебные обязанности, отсутствует надлежащий контроль за проведением обследования и лечения больных в соответствии со стандартами обеспечения, отсутствует надлежащее обеспечение соответствия выбранных стандартов современным тенденциям и научным достижениям (л.д. 25 т.2).
Согласно протокола заседания врачебной комиссии от 01.10.2025 г., рекомендовано наложить дисциплинарное взыскание на Фадееву Н.В. (л.д. 30 т.2).
Выявленные нарушения - дефекты оказания медицинской помощи зафиксированы в протоколе заседания врачебной комиссии от 27.08.2025 г., под председательством заместителя главного врача по медицинской части Гузь А.О. (л.д. 222 т.1), являющегося непосредственным руководителем истца, однако приказ о наказании работника издан 01.10.2025 г., т.е. с пропуском срока наложения дисциплинарного взыскания.
Кроме того, выявленные дефекты относились к решениям консилиумов в 2024, 2025 г., тогда как согласно ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка.
Таким образом, нарушение срока издания приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности является самостоятельным основанием к признанию его незаконным и отмене.
Кроме того, приказ о наказании работника от 01.10.2025 г. не содержит конкретного указания на допущенные истцом нарушения, в чем выразилось нарушение п. 2 должностной инструкции в части осуществления контроля за проведением обследования и лечения больных.
В связи с чем приказ от 01.10.2025 г. № 82пн о наказании работника является незаконным, подлежит отмене.
Приказом от 20.10.2025 г. № 600л Фадеева Н.В. уволена с должности заведующего отделением – врача - онколога отделения противоопухолевой лекарственной терапии № 1 по инициативе работника по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ с 23.10.2025 г. (л.д. 111 т.2). Основанием увольнения указано личное заявление работника.
09.10.2025 г. Фадеева Н.В. написала на имя главного врача заявление в связи с неоднократными требованиями главного врача <данные изъяты> ее увольнении, оказываемом в связи с этим давлением, неоднократными незаконными привлечениями к дисциплинарной ответственности, считает невозможным продолжить трудовые отношения, в связи с чем просила ее уволить по собственному желанию с 23.10.2025 г. (л.д. 110 т.2).
Частью 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" предусмотрено, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.
По смыслу приведенных правовых норм и их разъяснений, свобода труда предполагает возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя.
Несмотря на то, что трудовое законодательство не содержит определенных правил заключения соглашения о прекращении трудового договора, правовая природа указанного основания прекращения трудового договора обусловлена достижением сторонами трудового договора соглашения о прекращении трудовых отношений на основании взаимного добровольного волеизъявления двух сторон договора, что предполагает необходимость установления того, что такое соглашение заключено сторонами без какого-либо давления или принуждения со стороны работодателя в отношении своего работника.
В подп. "а" п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.
Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.
Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (ч. 1 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований, заявленных истцом и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являлись следующие обстоятельства: являлись ли действия истца при подаче заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными; выяснялись ли работодателем причины подачи истцом заявлений об увольнении по собственному желанию, исходя из содержащейся в этих заявлениях формулировки увольнения; разъяснились ли руководством ответчика последствия написания заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в какие сроки.
В материалы дела стороной ответчика не представлено доказательств тому, выяснялись ли причины увольнения работника по собственному желанию, разъяснялись ли ей последствия написания заявления об увольнении по собственному желанию, в частности о том, что подача заявления об увольнении по собственному желанию может являться лишь предупреждением о предстоящем увольнении и что данное заявление она вправе отозвать в течение двухнедельного срока после его подачи.
Вместе с тем, действия работника при подаче заявления об увольнении по собственному желанию должны являться добровольными и осознанными, учитывая, что работник является более слабой стороной трудовых правоотношений, на работодателе лежит обязанность разъяснить работнику последствия такого увольнения и право отзыва заявления, выяснить причины подачи работником заявления об увольнении по собственному желанию, вопрос о возможном трудоустройстве к другому работодателю, исходя из семейного и материального положения работника.
Получив от работника заявление об увольнении, содержащее указание на принуждение к увольнению и доведение до невозможности продолжать работу, работодатель не предпринял мер к тому, чтобы установить у сотрудника, является ли написание данного заявления ее добровольным решением, не предоставил время для изменения своего решения.
В связи с тем, что из содержания заявления работника прямо следовало отсутствие желания расторгнуть трудовые отношения, работодатель имел право отказать в его удовлетворении, не издавать приказ об увольнении по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, чего не сделал.
При таких обстоятельствах суд считает, что в судебном заседании нашли свое подтверждение доводы истца о вынужденном характере подачи заявления об увольнении по собственному желанию.
Кроме того, доводы истца о вынужденном характере увольнения, наличия фактов предложения со стороны работодателя об увольнении по собственному желанию, по соглашению сторон, установления сроков для принятия работником решения о написании заявления об увольнении по собственному желанию подтверждаются приобщенными к материалам дела аудиозаписью разговоров истца с расшифровкой аудиозаписи от 07.05.2025 г., от 10.09.2025 г.
Учитывая изложенные обстоятельства суд приходит к выводу о незаконности и необоснованности приказа № 600л от 20.10.2025 г. об увольнении Фадеевой Н.В. на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ и его отмене.
Так как увольнение истца признано незаконным, суд приходит к выводу и об удовлетворении требования истца о восстановлении ее в прежней должности с 24.10.2025 г., а также о взыскании денежной компенсации за вынужденный прогул за период с 24.10.2025 г. по день вынесении решения – 29.04.2026 г.
Согласно ст. 139 ТК РФ, для всех случаев определения размера средней заработной платы, предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.
Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.
При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно)".
За период с октября 2024 г. по сентябрь 2025 г. истцом отработано 155 рабочих дней (17+14+20+17+20+20+7+13+5+22) (л.д. 169 т.2, 217 т.3). За указанный период истцу начислена заработная плата в общей сумме 1522758,23 руб. (128908,18+ 115705,76 + 255607,22 + 178720,65 +176124,95+ 171007,45+ 64911,77 + 186257,39 + 47214,39+ 198300,47 руб.)
При этом из расчета были исключены периоды работы в июне и июле 2025 года, и начисленные за это время суммы, поскольку в указанное время истец находилась на больничном, в отпуске. Также из расчета исключены доплаты за молоко, поскольку компенсационная выплата, заменяющая бесплатную выдачу молока, относится к компенсациям, предусмотренным статьей 164 Трудового кодекса Российской Федерации, и не может рассматриваться как составная часть заработной платы, ее не следует учитывать при расчете среднего заработка.
Платные услуги были включены в расчет среднего заработка, поскольку входят в систему оплаты труда у работодателя, их выплата предусмотрена трудовым договором с истцом (п. 13 трудового договора л.д. 70 т.2).
Размер среднедневного заработка истца составит 9824,24 руб. (1522758,23 руб.: 155 дней).
Количество рабочих смен по графику пятидневной рабочей недели в период с 24.10.2025 г. по 29.04.2026 г. составляет 123 дня (6+19+22+15+19+21+21).
Таким образом, в пользу истца должна быть взыскана заработная плата за время вынужденного прогула в размере 1208381,52 руб.
Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000 000 рублей.
Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 63 постановления от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что суд в силу ст. 21 (абз. 14ч. 1) и ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со ст. 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, учитывает значимость для истца нематериальных благ, нарушенных ответчиком в связи с незаконным лишением возможности трудиться, а именно ее права на труд, которое относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека и с реализацией которого связана возможность осуществления работником ряда других социально-трудовых прав, в частности права на справедливую оплату труда, на отдых, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др., что работодатель не исполнил предусмотренную трудовым законодательством обязанность по выплате денежных средств, являющихся для истца основным источником жизнеобеспечения, характер допущенного ответчиком нарушения личных неимущественных прав истца, степень вины работодателя, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, требования разумности и справедливости.
По смыслу действующего правового регулирования компенсация морального вреда по своей природе носит компенсационный характер, а степень соразмерности является оценочной категорией, и только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.
В судебном заседании установлено, что незаконное издание приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнение привело к причинению истцу нравственных страданий. На основании изложенного, учитывая объем, характер, тяжесть причиненных работнику страданий, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает необходимым требования истца удовлетворить частично, в сумме 30000 руб.
В соответствии со ст.103 ГПК РФ, с пп.1 п.1 ст.333.19 НК РФ, исходя из удовлетворенных судом исковых требований суд считает возможным взыскать с ответчика в доход местного бюджета судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 30083,82 руб.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Фадеевой НВ удовлетворить частично.
Признать незаконными и отменить приказы № 78пн от 22.09.2025 г. о наказании работника, № 82пн от 01.10.2025 г. о наказании работника, №600 л от 20.10.2025 г. об увольнении Фадеевой НВ по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Восстановить Фадееву НВ в должности заведующего отделением - врача – онколога в отделение противоопухолевой лекарственной терапии № 1 ГАУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины» с 24.10.2025 г.
Взыскать с ГАУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины» ИНН № в пользу Фадеевой НВ, паспорт РФ № средний заработок за время вынужденного прогула за период с 24.10.2025 г. по 29.04.2026 г. в размере 1208381,52 руб., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований Фадеевой НВ отказать.
Взыскать с ГАУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 30083,82 руб.
Решение суда в части восстановления на работе Фадеевой НВ в должности заведующего отделением - врача – онколога в отделение противоопухолевой лекарственной терапии № 1 ГАУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины» подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г. Челябинска.
Председательствующий А.Ю. Поняева
Мотивированное решение составлено 15.05.2026 г.