РЕШЕНИЕ
04.03.2026 г. Екатеринбург
Судья Свердловского областного суда Дорохина О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу Коротаева А.М. на постановление судьи Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 20.01.2026 № 5-65/2026 (5-468/2025), вынесенное в отношении Коротаева Антона Михайловича по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, установил:
обжалуемым постановлением судьи Коротаеву А.М. за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год.
В жалобе Коротаев А.М. просит постановление отменить, производство по делу – прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.
Проверив материалы дела и доводы жалобы, заслушав Коротаева А.М. и его защитника Ширыкалова А.А., прихожу к следующим выводам.
Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений (ст.24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).
В соответствии со ст. 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в числе иных обстоятельств по делу об административном правонарушении выяснению подлежат: лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые названным Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, а также виновность лица в совершении административного правонарушения.
Установление виновности предполагает доказывание вины лица в совершении противоправного действия (бездействия), то есть объективной стороны деяния.
Часть 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает административную ответственность за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего.
Обязательными признаками объективной стороны предусмотренных ч.ч. 1 и2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях составов административных правонарушений, совершенных водителями транспортных средств, являются, нарушение водителем транспортного средства Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, наступление неблагоприятных последствий в виде причинения вреда здоровью иного лица (легкого или средней тяжести) и прямая (непосредственная) причинно-следственная связь между данным нарушением и наступившим вредом.
Таким образом, при рассмотрении дела должна устанавливаться прямая (непосредственная) причинно-следственная связь между нарушением Правил дорожного движения и наступившим вредом.
Пунктом 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее - Правила дорожного движения), определено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
В соответствии пунктом 10.1 Правил дорожного движения, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
В силу п. 14.1 Правил дорожного движения водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода.
Как следует из протокола об административном правонарушении, 06.09.2025 в 21:00 по адресу: г. Екатеринбург, ул. Машинистов, 6А, Коротаев А.М., управляя транспортным средством «Рено Логан» с государственным регистрационным знаком <№>, двигаясь по ул. Машинистов со стороны ул. Готвальда в направлении ул. Гражданская, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, не принял меры к снижению скорости, вплоть до полной остановки транспортного средства, допустил выезд на нерегулируемый пешеходный переход, где совершил наезд на пешехода ( / / )3, ведущего на поводке собаку, пересекавших проезжую часть справа налево по ходу движения транспортного средства по нерегулируемому пешеходному переходу, чем нарушил требования пп. 10.1, 14.1 Правил дорожного движения.
В результате дорожно-транспортного происшествия собаке причинены повреждения, пешеход ( / / )3 получил телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга, причинившее легкий вред здоровью, по признаку длительности расстройства здоровья продолжительностью до трех недель.
Указанные обстоятельства послужили основанием для привлечения судьей районного суда Коротаева А.М. к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
При этом судья районного суда исходил из доказанности факта совершения административного правонарушения, наличия причинно-следственной связи между нарушением Правил дорожного движения Коротаевым А.М. и возникновением у пешехода ( / / )3 легкого вреда здоровью. Выясняя обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, оценивая имеющиеся в материалах дела доказательства, судья районного суда установил, что травмы, имеющиеся у ( / / )3, возникли в результате дорожно-транспортного происшествия.
Вместе с тем, анализ установленных по делу обстоятельств не позволяет прийти к выводу о том, что имеющихся в материалах дела доказательств достаточно для того, чтобы признать, что допущенное Коротаевым А.М. нарушение пп. 10.1, 14.1 Правил дорожного движения состоит в причинно-следственной связи с возникшими у ( / / )3 телесными повреждениями.
Так, в своих объяснениях от 06.09.2025, данных в ГИБДД непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, ( / / )3, будучи предупрежденным об административной ответственности по ст. 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за дачу заведомо ложных показаний, указал, что 06.09.2025 в 21:00 возвращался из парка с прогулки с собакой. Подойдя к пешеходному переходу, увидел, что машина «Рено Логан», государственный регистрационный знак <№>, останавливается. Он продолжил движение через пешеходный переход. На середине перехода на его собаку автомобиль совершил наезд. Освещение присутствовало. Собака находилась рядом на коротком поводке. При визуальном осмотре собаки был обнаружен ушиб грудной клетки, также на животном был порван комбинезон. Люди в дорожно-транспортном происшествии не пострадали (л.д. 22).
Коротаев А.М. в своих письменных объяснениях от 06.09.2025 показал, что, подъезжая к пешеходному переходу, снизил скорость. Убедившись в отсутствии пешеходов, продолжил движение через пешеходный переход, внезапно обнаружил отскочившую от бампера собаку, после чего остановил транспортное средство и включил аварийную сигнализацию. При визуальном осмотре повреждений у собаки не было, имелся порванный комбинезон. Автомобиль повреждений не получил, люди в дорожно-транспортного происшествии не пострадали, от проезда в медицинское учреждение отказались (л.д. 25).
При первичном судебно-медицинском исследовании экспертом исследована заверенная копия осмотра врача травматолога из ГАУЗ СО ЦГКБ № 2 от 07.09.2025, где при осмотре ( / / )3 при самообращении 07.09.2025 к врачу предъявил жалобы на головные боли, тошноту, головокружение и боль в левом бедре. При осмотре врачом установлено: общее состояние удовлетворительное, со стороны внутренних органов и систем вез видимой патологии. Потери сознания не было. Рвоты не было. Зрачки п=л. Горизонтальный нистагм. Носогубные складки не сглажены, язык по срединной линии, не отклонен. В позе Ромберга устойчив, пальце-носовая проба +. На рентгенограммах: костно-травматической патологии не выявлено. Область левой н/к без особенностей. На Rg костной патологии не выявлено. Пациент направлен в ГТБ № 36, транспортируется самостоятельно (л.д.48).
Из копии справки № 003112 из ГАУЗ СО «ГБ № 36» «Травматологическая» следует, что ( / / )3 обращался в приемное отделение ГАУЗ СО «ГБ № 36» «Травматологическая» 07.09.2025. Диагноз ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Ушиб мягких тканей головы. Ушиб мягких тканей бедра. Выполнена КТ головного мозга: без травматических повреждений. Осмотр нейрохирурга (л.д. 44).
Кроме того, экспертом при первичном судебно-медицинском исследовании изучена справка, выданная главным врачом ГАУЗ СО «ГКБ № 14»: … ( / / )5 на медицинское обслуживание прикреплен с 29.08.2018 по настоящее время. За медицинской помощью, связанной с травмами, не обращался.
Согласно первичному заключению судебно-медицинского эксперта № 5981 от 30.10.2025 экспертом видимых повреждений кожного покрова в виде ран, ссадин, внутрикожных кровоизлияний, кровоподтеков, травматического отека мягких тканей в области головы и левой нижней конечности не выявлено. На основании судебно-медицинской экспертизы ( / / )3 эксперт пришел к выводам, что выставленные при обращении за медицинской помощью в ГАУЗ СО ЦГКБ № 2 и ГАУЗ СО «ГБ № 36» «Травматологическая» диагнозы:
- «ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга» не подтверждено описанием неврологической симптоматики в динамике, характерной для сотрясения головного мозга, и судебно-медицинской оценке не подлежит. Диагноз «Сотрясение головного мозга» может быть оценен только после динамического наблюдения неврологом в течение 2-3 недель (неоднократного подробного описания неврологического статуса), полного обследования (включая рентгенографию черепа, ШОП, ЭХО ЭС, РЭГ, осмотр окулиста) с учетом данных о состоянии здоровья до травмы (за предыдущие годы):
- «Ушиб мягких тканей головы. Ушиб мягких тканей бедра» судебно-медицинской оценке не подлежит, так как в представленных медицинских документах нет описания повреждений (ран, ссадин, кровоподтеков и т.п.) в области головы и левого бедра, расцененных врачами, как ушиб (л.д. 32-33).
В связи с позицией потерпевшего, не согласного с заключением судебно-медицинского эксперта № 5981 от 30.10.2025, должностным лицом ГИБДД определением от 31.10.2025 назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза.
Согласно дополнительному заключению эксперта № 6092 от 17.11.2025 из представленных медицинских документов при обращении за медицинской помощью 07.09.2025 и при дальнейшем лечении в амбулаторных условиях в ГАУЗ СО ЦГКБ № 3 г. Екатеринбурга в период с 07.09.2025 по 03.10.2025 у ( / / )6 была обнаружена закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга, что подтверждается данными осмотра и описанием объективной неврологической симптоматики в динамике, которая могла образоваться в результате удара (ударов) тупым твердым предметом (предметами) или при ударе (ударах) о таковой (таковые), возможно также при дорожно-транспортном происшествии, при травмирующем воздействии выступающими частями движущегося транспортного средства, не имела признаков опасности для жизни, повлекла кратковременное расстройство здоровья – временное расстройство здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно), по этому квалифицирующему признаку в соответствии сп.5.3.1 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации № 172н от 08.04.2025 (вступил в силу с 01.09.2025), расценивается как легкий вред здоровью (в представленных медицинских документах объективных клинических данных за длительное расстройство здоровья – временное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня), не имеется).
Отсутствие подробного описания состояния мягких тканей в области головы не позволяет в настоящее время установить точную дату причинения травмы, как и исключить возможность ее образования, в период времени, отмеченный в обстоятельствах дела – 06.09.2025.
Кроме того, при обращении за медицинской помощью 07.09.2025 и при дальнейшем обследовании ( / / )3 был установлен диагноз: «Ушиб мягких тканей головы. Ушиб мягких тканей бедра», который судебно-медицинской оценке не подлежит, так как в представленных медицинских документах нет описания повреждений мягких тканей (ран, ссадин, кровоподтеков и т.п.) в области головы и левого бедра, расцененных врачами, как «ушиб» (л.д. 35-38).
Между тем, выводы эксперта о характере образования у потерпевшего закрытой черепно-мозговой травмы: сотрясения головного мозга, которое согласно заключению № 6092 от 17.11.2025 могло появиться в результате удара (ударов) тупым твердым предметом (предметами) или при ударе (ударах) о таковой (таковые), возможно также при дорожно-транспортном происшествии, при травмирующем воздействии выступающими частями движущегося транспортного средства, не согласуются с видеозаписью дорожно-транспортного происшествия.
Так, из содержания видеозаписи дорожно-транспортного происшествия с видеорегистратора, установленного в автомобиле Коротаева А.М., не следует, что ( / / )3 в результате дорожно-транспортного происшествия упал, ударился головой либо иным образом получил закрытую черепно-мозговую травму: сотрясение головного мозга, которое могло образоваться в результате удара (ударов) тупым твердым предметом (предметами) или при ударе (ударах) о таковой (таковые), при травмирующем воздействии выступающими частями движущегося транспортного средства.
Напротив, из видеозаписи дорожно-транспортного происшествия с очевидностью усматривается, что соприкосновение капота автомобиля с пешеходом ( / / )3 происходит на уровне бедра, в результате чего он, стоя на ногах, опирается правой ладонью на капот, удерживает равновесие, затем, удерживая на поводке собаку, уходит с проезжей части на обочину, после чего к нему подходит водитель Коротаев А.М.
Таким образом, исследование видеозаписи дорожно-транспортного происшествия позволяет прийти к однозначному выводу, что в момент дорожно-транспортного происшествия, а также сразу после него ни падения, ни удара головой, что могло бы повлечь причинение потерпевшему закрытой черепно-мозговой травмы: сотрясение головного мозга, в результате дорожно-транспортного происшествия не было.
Данные выводы согласуются и с иными имеющимися в материалах дела доказательствами: первоначальными объяснениями ( / / )7 от 06.09.2025, данными в ГИБДД сразу после дорожно-транспортного происшествия, в которых он указал, что автомобиль совершил наезд на его собаку, люди в дорожно-транспортном происшествии не пострадали (л.д.22); данными медицинского осмотра потерпевшего на следующий день после дорожно-транспортного происшествия (07.09.2025), в которых зафиксировано, что общее состояние пациента удовлетворительное, со стороны внутренних органов и систем без видимой патологии. Потери сознания не было. Рвоты не было. Зрачки п=л. Горизонтальный нистагм. Носогубные складки не сглажены, язык по срединной линии, не отклонен. В позе Ромберга устойчив, пальце-носовая проба +. На рентгенограммах: костно-травматической патологии не выявлено. Область левой н/к без особенностей. На Rg костной патологии не выявлено (л.д. 48); заключениями судебно-медицинских экспертов № 5981 от 30.10.2025, № 6092 от 17.11.2025, согласно которым видимых повреждений кожного покрова в виде ран, ссадин, внутрикожных кровоизлияний, кровоподтеков, травматического отека мягких тканей в области головы и левой нижней конечности у ( / / )3 не выявлено (л.д. 32-33, 35-38).
При таких обстоятельствах, учитывая, что доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между нарушением Коротаевым А.М. пп. 10.1, 14.1 Правил дорожного движения и наступившими последствиям в виде причинения легкого вреда здоровью пешехода ( / / )8 по делу не имеется, т.е. отсутствует необходимый элемент объективной стороны правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а потому вина Коротаева А.М., нарушившего Правила дорожного движения, в возникновении вышеназванных последствий, не может считаться установленной.
Согласно ч.ч. 1, 4 ст. 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.
Оценка приведенным доказательствам, в том числе видеозаписи дорожно-транспортного происшествия, а также доводам Коротаева А.М., который в ходе производства по делу об административном правонарушении последовательно утверждал, что травм головы ( / / )3 в результате дорожно-транспортного происшествия не получил, судьей районного суда при рассмотрении настоящего дела не дана.
Таким образом, вывод судьи первой инстанции о наличии в действиях Коротаева А.М. объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является необоснованным.
В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отсутствие состава административного правонарушения является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.
В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится одно из следующих решений: об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.
На основании изложенного постановление судьи Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 20.01.2026 в отношении Коротаева А.М. подлежит отмене с прекращением производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
Руководствуясь ст. 30.6, п. 3 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья решил:
постановление судьи Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 20.01.2026 № 5-65/2026 (5-468/2025), вынесенное в отношении Коротаева Антона Михайловича по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отменить.
Производство по делу об административном правонарушении прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.
Судья Свердловского областного суда О.А. Дорохина