РЕШЕНИЕ
22 апреля 2026 года г. Екатеринбург
Судья Свердловского областного суда Белеванцева О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника Красилова И.С. на постановление судьи Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 20 апреля 2026 года
№ 5-255/2026, вынесенное в отношении Тарпошяна Горыка Гайковича по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, установила:
обжалуемым постановлением судьи Тарпошяну Г.Г. за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено административное наказание в виде административного ареста на срок 12 суток.
В жалобе защитник Красилов И.С. просит постановление судьи отменить, производство по делу прекратить, либо изменить, снизив административное наказание до штрафа. В обоснование указывает, что требования полиции Тарпошяном Г.Г. были исполнены, нарушение было устранено в установленный срок. Также ссылается на истечение срока давности привлечения к административной ответственности.
Проверив материалы дела и доводы жалобы, выслушав защитника Красилова И.С., поддержавшего доводы жалобы, оснований для отмены или изменения постановления судьи не нахожу.
Административная ответственность по ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена за неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, военнослужащего либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей, и влечет наложение административного штрафа в размере от 2 000 до 4 000 рублей, либо административный арест на срок до 15 суток, либо обязательные работы на срок от 40 до 120 часов.
Согласно п.п. 2, 11 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от
7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Федеральный закон № 3-ФЗ) в числе иных на полицию возложены обязанности: пресекать противоправные деяния, устранять угрозы безопасности граждан и общественной безопасности, документировать обстоятельства совершения преступления, административного правонарушения, происшествия, обеспечивать сохранность следов преступления, административного правонарушения, происшествия; пресекать административные правонарушения и осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных законодательством об административных правонарушениях к подведомственности полиции.
В силу п.п. 1, 2, 8 ч. 1 ст. 13 Федерального закона № 3-ФЗ для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставлено право: требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий; проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении; составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях.
Законные требования сотрудника полиции обязательны для выполнения гражданами и должностными лицами. Воспрепятствование выполнению сотрудником полиции служебных обязанностей, оскорбление сотрудника полиции, оказание ему сопротивления, насилие или угроза применения насилия по отношению к сотруднику полиции в связи с выполнением им служебных обязанностей либо невыполнение законных требований сотрудника полиции влечет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации (ч. 3, 4 ст. 30 Федерального закона № 3-ФЗ).
Как усматривается из материалов дела, 20 апреля 2026 года в 9 час. 10 мин. в районе д. 133 по ул. Амундсена в г. Екатеринбург, Тарпошян Г.Г., управляя транспортным средством «Тойота Камри», с государственным регистрационным знаком <№>, не выполнил законное требование сотрудника полиции от
13 августа 2025 года, выраженное в письменной форме, о приведении светопропускания ветровых и передних боковых стекол автомобиля «Тойота Камри», с государственным регистрационным знаком
<№>, в соответствие с требованиями п. 4.3 Приложения 8 к Техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств», утвержденному решением Комиссии Таможенного союза от
9 декабря 2011 года (светопропускание переднего бокового стекла составила 11 %) (далее – Технический регламент).
По данному факту 20 апреля 2026 года, в отношении Тарпошяна Г.Г. сотрудником полиции составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, соответствующий требованиям ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Фактические обстоятельства дела подтверждаются собранными по делу доказательствами: заявлением о привлечении к административной ответственности (л.д. 1); протоколом об административном правонарушении от 20 апреля 2026 года 66 АА № 3173082 (л.д. 2); копией постановления от 13 августа 2025 года
№ 18810066240003076208 о привлечении Тарпошяна Г.Г. к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 3); копией требования о прекращении правонарушения от 13 августа 2025 года (л.д. 4); копией постановления от
20 апреля 2026 года № 18810066250004984271 о привлечении Тарпошяна Г.Г. к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 5); свидетельством о проверке № С-СЕ/22-08-2025/459320914 (л.д. 6); справкой об административных правонарушениях (л.д. 7); карточкой учета транспортного средства (л.д. 8); карточкой операции с ВУ (л.д. 9); копиями водительского удостоверения на имя Тарпошяна Г.Г. и свидетельством о регистрации транспортного средства (л.д. 11) и иными материалами дела, которым дана оценка по правилам ст. 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.
Требования ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении выполнены, на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса.
Правильность выводов судьи о виновности Тарпошяна Г.Г. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, сомнений не вызывает, они основаны на совокупности собранных по делу доказательств.
Действия Тарпошяна Г.Г. квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Пунктом 2.3.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения) установлено, что водитель транспортного средства обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения.
Как следует из п.п. 4.2 и 4.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств (Приложение к Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденным Правилами дорожного движения), запрещается эксплуатация транспортного средства, в случае, если установлены дополнительные предметы или нанесены покрытия, ограничивающие обзорность с места водителя (за исключением зеркал заднего вида, деталей стеклоочистителей, наружных и нанесенных или встроенных в стекла радиоантенн, нагревательных элементов устройств размораживания и осушения ветрового стекла). Светопропускание ветрового стекла и стекол, через которые обеспечивается передняя обзорность для водителя, составляет менее 70 процентов, а для транспортных средств, оснащенных броневой защитой, менее 60 процентов.
Аналогичное требование закреплено в пункте 5.1.2.5 «ГОСТ 32565-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Стекло безопасное для наземного транспорта. Общие технические условия», введенного в действие приказом Росстандарта от 22 ноября 2013 года № 2008-ст.
Как установлено судьей районного суда, постановлением должностного лица от 13 августа 2025 года № 18810066240003076208 Тарпошян Г.Г. привлечен к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за управление транспортным средством при наличии неисправностей или условий, при которых в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения эксплуатация транспортного средства запрещена, так как на автомобиле «Тойота Камри», с государственным регистрационным знаком <№>, под управлением Тарпошяна Г.Г. светопропускание передних ветровых стекол составила 11 %, то есть менее 70 %, что не соответствует требованиям п. 4.3 Технического регламента.
В связи с выявленным несоответствием технического состояния транспортного средства должностным лицом Госавтоинспекции в отношении Тарпошяна Г.Г. 13 августа 2025 года вынесено требование об устранении условий, способствующих совершению административного правонарушения, выразившихся в управлении транспортным средством, светопропускание передних боковых стекол которого не соответствует требованиям п. 4.3 Технического регламента, в срок до 24 августа 2025 года. При этом Тарпошяну Г.Г. разъяснено, что в случае невыполнения данного требования он может быть подвергнут административной ответственности по ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, о чем он расписался в указанном документе (л.д. 4).
Однако Тарпошян Г.Г. указанное законное требование должностного лица Госавтоинспекции не выполнил, продолжив эксплуатацию транспортного средства при наличии условия, при котором она запрещена, так как светопропускание передних боковых стекол при замерах 20 апреля 2026 года составила 0,5 %, то есть менее 70%, что свидетельствует о неисполнении им законного требования сотрудника полиции.
В рассматриваемом случае объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, заключается в неповиновении законному распоряжению или требованию сотрудника полиции при исполнении им обязанностей по обеспечению безопасности и охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей.
В силу установленных по делу обстоятельств, с учетом приведенных выше норм, предъявленное Тарпошяну Г.Г. инспектором ДПС Госавтоинспекции требование является законным, поэтому за его невыполнение Тарпошян Г.Г. обоснованно привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Оснований для переоценки установленных фактических обстоятельств и выводов судьи районного суда не имеется.
Постановление судьи о привлечении Тарпошяна Г.Г. к административной ответственности соответствует требованиям ст. 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 названного Кодекса для данной категории дел.
Доводы жалобы об истечении срока давности привлечения Тарпошяна Г.Г. к ответственности за правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не являющееся длящимся, не могут быть приняты во внимание, поскольку предъявленное Тарпошяну Г.Г. должностным лицом полиции требование заключалось не только в приведении светопропускания стекол автомобиля в соответствие предъявляемым требованиям в срок до 24 августа 2025 года. Тарпошян Г.Г. также был обязан вновь не допускать нарушений требований Технического регламента Таможенного союза от 9 декабря 2011 года № 877 к светопропусканию (л.д.4). Совершение 20 апреля 2026 года Тарпошяном Г.Г. административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 12.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, свидетельствует о невыполнении им законного требования полиции о приведении светопропускания ветровых и передних боковых стекол автомобиля в соответствие с требованиями Технического регламента.
Вопреки доводам автора жалобы административное наказание в виде административного ареста назначено Тарпошяну Г.Г. в соответствии с требованиями ст.ст. 3.1, 3.9, 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учетом личности виновного, а также характера совершенного административного правонарушения, в пределах санкции ч. 1 ст. 19.3 названного Кодекса, является справедливым и соразмерным содеянному.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 15 июля 1999 года № 11-П, конституционными требованиями справедливости и соразмерности предопределяется дифференциация публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении тех или иных мер государственного принуждения. В развитие данной правовой позиции Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от
27 мая 2008 года № 8-П указал, что меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность мер уголовного наказания совершенному преступлению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств.
Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации могут быть распространены и на сферу административной ответственности.
В Постановлении от 14 февраля 2013 года № 4-П Конституционный Суд Российской Федерации также признал, что устанавливаемые в законодательстве об административных правонарушениях правила применения мер административной ответственности должны не только учитывать характер правонарушения, его опасность для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий (в том числе для лица, привлекаемого к ответственности) тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений; иное - в силу конституционного запрета дискриминации и выраженных в Конституции Российской Федерации идей справедливости и гуманизма - было бы несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения.
Приведенные выше правовые позиции в данном деле не нарушены.
Административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами. Поэтому следует согласиться с судьей районного суда, что с учетом характера административного правонарушения, назначение Тарпошяну Г.Г. более мягкого наказания в виде административного штрафа не будет отвечать целям и задачам административного производства, предупреждению новых правонарушений как самим Тарпошяном Г.Г., так и иными лицами.
Наказание, назначенное Тарпошяну Г.Г., согласуется с его предупредительными целями (ст. 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, тяжести содеянного, а также данным о личности Тарпошяна Г.Г.
Из постановления судьи следует, что при назначении Тарпошяну Г.Г. административного наказания судья учел характер совершенного правонарушения, личность виновного, который неоднократно привлекался к административной ответственности за правонарушения в области дорожного движения, его имущественное положение, состояние здоровья, наличие обстоятельств, смягчающих административную ответственность (признание вины, раскаяние в содеянном), а также отсутствие обстоятельств, отягчающих административную ответственность.
Приведенные заявителем в жалобе обстоятельства, в том числе об устранении Тарпошяном Г.Г. до рассмотрения дела покрытия со стекол транспортного средства, не влекут с неизбежностью изменение вида административного наказания, поскольку данные обстоятельства были учтены судьей районного суда при рассмотрении настоящего дела, наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и не в максимальном размере. Выбранные судьей районного суда вид и размер назначенного наказания позволят достигнуть цель административного наказания.
Иные доводы жалобы правового значения не имеют, поскольку направлены на иную оценку установленных судьей районного суда обстоятельств. Несогласие заявителя с оценкой установленных обстоятельств правовым основанием к отмене принятого по делу судебного акта не является.
Постановление о привлечении Тарпошяна Г.Г. к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 названного Кодекса для данной категории дел.
Данных о наличии предусмотренных ч. 2 ст. 3.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельств, препятствующих применению к Тарпошяну Г.Г. административного ареста, в материалах дела не имеется.
С учетом изложенного, оснований для признания назначенного
Тарпошяну Г.Г. наказания несправедливым вследствие его чрезмерной суровости и для смягчения наказания не имеется.
Несогласие с оценкой, данной собранным по делу доказательствам, равно как и несогласие с судебным постановлением, не является основанием к отмене судебного акта, постановленного с соблюдением требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Дело об административном правонарушении в отношении Тарпошяна Г.Г. рассмотрено с соблюдением гарантированных процессуальных прав, по установленным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях правилам, право Тарпошяна Г.Г. на справедливое судебное разбирательство не нарушено.
Нарушений прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации и ст. 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст. ст. 1.5, 1.6 названного Кодекса, при рассмотрении дела не допущено.
Существенных нарушений процессуальных требований при производстве по делу не допущено, оснований для отмены или изменения постановления судьи не имеется.
Руководствуясь ст. 30.6, п. 1 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья решил:
постановление судьи Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от
20 апреля 2026 года № 5-255/2026, вынесенное в отношении Тарпошяна Горыка Гайковича по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а жалобу защитника – без удовлетворения.
Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.
Судья Свердловского областного суда О.А. Белеванцева