РЕШЕНИЕ
17 сентября 2026 года город Екатеринбург
Судья Свердловского областного суда Григорьев И.О., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника Болилого П.А. на постановление судьи Октябрьского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 12 сентября 2026 года № 5-257/2026, вынесенное в отношении Пушкарева Максима Александровича по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, установил:
обжалуемым постановлением судьи районного суда Пушкареву М.А. за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено административное наказание в виде административного ареста на срок 15 суток.
В жалобе защитник Болилый П.А. просит отменить постановление судьи и прекратить производство по делу об административном правонарушении.
Проверив материалы дела и доводы жалобы, допросив свидетеля ( / / )7 нахожу постановление судьи законным и обоснованным.
Административная ответственность по части 1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нормы, цитируемые в настоящем решении, приведены в редакции, действующей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для привлечения Пушкарева М.А.) предусмотрена за неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, военнослужащего либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно за воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей, и влечет наложение административного штрафа в размере от 2000 до 4000 рублей, либо административный арест на срок до 15 суток, либо обязательные работы на срок от 40 до 120 часов.
Законным признается такое распоряжение (требование), которое основано на правовых нормах в связи с исполнением должностным лицом своих служебных обязанностей.
В силу пунктов 2, 4, 5, 7, 17 части 1 статьи 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» на полицию возлагаются следующие обязанности:
- прибывать незамедлительно на место совершения преступления, административного правонарушения, место происшествия, пресекать противоправные деяния, устранять угрозы безопасности граждан и общественной безопасности, документировать обстоятельства совершения преступления, административного правонарушения, обстоятельства происшествия, обеспечивать сохранность следов преступления, административного правонарушения, происшествия;
- выявлять причины преступлений и административных правонарушений и условия, способствующие их совершению, принимать в пределах своих полномочий меры по их устранению; выявлять лиц, имеющих намерение совершить преступление, и проводить с ними индивидуальную профилактическую работу; участвовать в профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних; участвовать в пропаганде правовых знаний по направлениям деятельности полиции;
- обеспечивать безопасность граждан и общественный порядок на улицах, площадях, стадионах, в скверах, парках, на транспортных магистралях, вокзалах, в аэропортах, морских и речных портах и других общественных местах;
- принимать при чрезвычайных ситуациях неотложные меры по спасению граждан, охране имущества, оставшегося без присмотра, содействовать в этих условиях бесперебойной работе спасательных служб; обеспечивать общественный порядок при проведении карантинных мероприятий во время эпидемий и эпизоотий;
- участвовать в мероприятиях по противодействию терроризму и в обеспечении правового режима контртеррористической операции, а также в обеспечении защиты потенциальных объектов террористических посягательств и мест массового пребывания граждан.
Согласно пунктам 1, 40 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляются, в частности, следующие права:
- требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий, а равно действий, препятствующих законной деятельности государственных и муниципальных органов, депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти, депутатов представительных органов муниципальных образований, членов избирательных комиссий, комиссий референдума, а также деятельности общественных объединений;
- пресекать функционирование беспилотных аппаратов в целях защиты жизни, здоровья и имущества граждан, сотрудников органов внутренних дел, в том числе в месте проведения публичного (массового) мероприятия и прилегающей к нему территории, проведения неотложных следственных действий и оперативно-разыскных мероприятий, в том числе посредством подавления или преобразования сигналов дистанционного управления беспилотными аппаратами, воздействия на их пульты управления, а также повреждения или уничтожения беспилотных аппаратов. Порядок принятия решения о пресечении функционирования беспилотных аппаратов в указанных целях, а также перечень должностных лиц полиции, уполномоченных на принятие такого решения, определяется руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.
В соответствии с частями 3 и 4 статьи 30 этого закона законные требования сотрудника полиции обязательны для выполнения гражданами и должностными лицами. Воспрепятствование выполнению сотрудником полиции служебных обязанностей, оскорбление сотрудника полиции, оказание ему сопротивления, насилие или угроза применения насилия по отношению к сотруднику полиции в связи с выполнением им служебных обязанностей либо невыполнение законных требований сотрудника полиции влечет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.
Как усматривается из материалов дела, 11 сентября 2026 года в период времени с 9 часов 50 минут до 10 часов 00 минут Пушкарев М.А., находясь вблизи дома № 2 по улице Экспо бульвар (на пересечении улицы Выставочная - Экспо бульвар) в городе Екатеринбурге Свердловской области, не выполнил законное требование сотрудника полиции, находящегося при исполнении служебных обязанностей, прибывшего для сопровождения транспортных средств Министерства обороны Российской Федерации, следовавших к месту занятия огневых позиций, с целью возможного отражения нападения беспилотных воздушных судов, по пропуску указанных транспортных средств через пункт пропуска, расположенный рядом с международным выставочным центром «Екатеринбург-Экспо», предъявленное сотрудником полиции неоднократно на основании пунктов 2, 4, 5, 7, 17 части 1 статьи 12, пункта 1 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», при этом Пушкарев М.А. на неоднократные требования сотрудника полиции ответил категорическим отказом в пропуске транспортных средств Министерства обороны Российской Федерации, воспрепятствовав исполнению сотрудником полиции служебных обязанностей, выражался нецензурной бранью, на замечания не реагировал.
По факту данного нарушения инспектором ГИАЗ ОП № 6 УМВД России по городу Екатеринбургу 11 сентября 2026 года в отношении Пушкарева М.А. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отвечающий требованиям статьи 28.2 названного Кодекса (л.д. 2).
Факт совершения Пушкаревым М.А. административного правонарушения подтвержден совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств, а именно: рапортом сотрудника полиции (л.д. 5-6); письменными объяснениями Пушкарева М.А. (л.д. 7, 71-72); должностной инструкцией (л.д. 11-25); протоколами об административном доставлении и административном задержании (л.д. 27, 28); объяснениями Пушкарева М.А. и показаниями свидетеля ( / / )13 суде первой инстанции (л.д. 77); показаниями свидетеля ( / / )12 допрошенного при рассмотрении настоящей жалобы.
Оценив все доказательства в совокупности в соответствии со статьями 26.2, 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья пришел к правильному выводу о виновности Пушкарева М.А. в совершении административного правонарушения, правильно квалифицировав его действия по части 1 статьи 19.3 названного Кодекса.
Доводы жалобы защитника Болилого П.А. об отсутствии доказательств вины Пушкарева М.А. в совершении административного правонарушения, правомерности его поведения, и, как следствие, об отсутствии состава административного правонарушения, отклоняются.
Из материалов дела следует, что Пушкарев М.А. является охранником в обществе с ограниченной ответственностью частной охранной организации «Гром НТ», которое на основании заключенного договора от 25 августа 2026 года оказывало в период подготовки и проведения Международного фестиваля молодежи в 2026 году в городе Екатеринбурге на объектах, указанных в заявке, охранные услуги (л.д. 45-70).
Согласно сообщениям Единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций 11 сентября 2026 года в период с 9 часов 5 минут до 14 часов 00 минут на территории Свердловской области действовал режим беспилотной опасности (л.д. 96-99).
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне» Вооруженные Силы Российской Федерации - государственная военная организация, составляющая основу обороны Российской Федерации. Вооруженные Силы Российской Федерации предназначены для отражения агрессии, направленной против Российской Федерации, для вооруженной защиты целостности и неприкосновенности территории Российской Федерации, а также для выполнения задач в соответствии с федеральными конституционными законами, федеральными законами и международными договорами Российской Федерации.
Частью 1 статьи 31 Закона Российской Федерации от 1 апреля 1993 года № 4730-1 «О Государственной границе Российской Федерации» предусмотрено, что Вооруженные Силы Российской Федерации защищают Государственную границу в воздушном пространстве, в том числе пресекают полеты и принимают меры к посадке на территории Российской Федерации воздушных судов, незаконно пересекших Государственную границу или нарушивших порядок использования воздушного пространства Российской Федерации.
В силу пунктов 1 и 5 статьи 32 Воздушного кодекса Российской Федерации воздушное судно - летательный аппарат, поддерживаемый в атмосфере за счет взаимодействия с воздухом, отличного от взаимодействия с воздухом, отраженным от поверхности земли или воды; беспилотное воздушное судно - воздушное судно, управляемое, контролируемое в полете пилотом, находящимся вне борта такого воздушного судна (внешний пилот).
Из взаимосвязанных приведенных положений нормативных правовых актов следует, что Вооруженные Силы Российской Федерации обязаны отражать агрессию, направленную против Российской Федерации, в том числе путем пресечения полетов беспилотных воздушных судов. В свою очередь, полиции предоставлено право как пресекать функционирование беспилотных аппаратов в целях защиты жизни, здоровья и имущества граждан, в том числе в месте проведения публичного (массового) мероприятия и прилегающей к нему территории, так и требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий.
Допрошенный в судебном заседании заместитель начальника полиции ГУ МВД России по Свердловской области ( / / )10 показал, что 11 сентября 2026 года в 9 часов 50 минут к нему поступила информация о том, что на перекрестке улицы Выставочная - Экспо бульвар сотрудник частной охранной организации блокирует проезд специализированных транспортных средств Министерства обороны Российской Федерации, следовавших к месту занятия огневых позиций с целью возможного отражения беспилотных судов, поскольку на территории Свердловской области введен режим беспилотной опасности. Прибыв на место, им был установлен Пушкарев М.А., который заблокировал проезд транспортным средствам Министерства обороны Российской Федерации. Находясь при исполнении служебных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, ( / / )11 неоднократно предъявлял Пушкареву М.А. требование пропустить мобильные огневые группы, ссылаясь на введенный режим беспилотной опасности и требования закона, на что Пушкарев М.А. отвечал категорическим отказом, указывая на отсутствие у транспортных средств Министерства обороны Российской Федерации аккредитации для нахождения на территории Международного фестиваля молодежи в 2026 году в городе Екатеринбурге, выражался нецензурной бранью, на замечания не реагировал. Противоправные действия Пушкарева М.А. были пресечены, он доставлен в отдел полиции, а проезд транспорта Министерства обороны Российской Федерации незамедлительно организован.
Аналогичные сведения изложены в рапорте сотрудника полиции, которые согласуются с его показаниями, данными в судебном заседании.
Показания свидетеля ( / / )14 об обстоятельствах выявления административного правонарушения логичны, последовательны, непротиворечивы по существенным обстоятельствам дела. Показания свидетеля согласуются с письменными материалами дела и подтверждают, что Пушкаревым М.А. были совершены действия, составляющие объективную сторону вмененного ему состава административного правонарушения. Оснований для оговора Пушкарева М.А. со стороны свидетеля ( / / )15 не установлено. Законные действия сотрудника полиции после выявления правонарушения не могут рассматриваться как его личная заинтересованность в исходе рассмотрения дела. Каких-либо оснований не доверять его показаниям и составленному рапорту у судьи не имеется. Об административной ответственности по статье 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях свидетель предупрежден.
В своих письменных объяснениях и при рассмотрении дела в суде Пушкарев М.А. подтвердил, что требование сотрудника полиции пропустить колонну военных автомобилей он не выполнил, однако нецензурной бранью не выражался (л.д. 7, 71-72, 77).
Выводы о том, что требование сотрудника полиции о прекращении противоправных действий и обеспечении беспрепятственного проезда транспортных средств Министерства обороны Российской Федерации к месту занятия боевых позиций с целью отражения возможной агрессии, направленной против Российской Федерации, путем пресечения полетов беспилотных воздушных судов, которое, вопреки доводам жалобы защитника, было основано на положениях пунктов 2, 4, 5, 7, 17 части 1 статьи 12, пункта 1 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», в силу приведенных выше норм являлось законным и обоснованным, носило для Пушкарева М.А. безусловный и обязательный характер, и потому подлежало немедленному выполнению, чего им сделано не было.
Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированным в определении от 23 апреля 2020 года № 860-О, предусмотренное пунктом 1 части 1 статьи 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» право полиции требовать от гражданина прекращения противоправных действий обусловлено необходимостью исполнения возложенных на каждого сотрудника полиции независимо от замещаемой должности, места нахождения и времени суток обязанности принимать меры по пресечению административного правонарушения в случае его выявления (пункт 2 части 2 статьи 27). Осуществление такой обязанности не может быть обусловлено необходимостью предварительного установления вины гражданина в совершении пресекаемого противоправного деяния, поскольку иное исключало бы возможность эффективного обеспечения соблюдения установленного правопорядка. При этом во всяком случае действия (бездействие) сотрудника полиции, нарушающие права и законные интересы гражданина, могут быть обжалованы в вышестоящий орган или вышестоящему должностному лицу, в органы прокуратуры Российской Федерации либо в суд (статья 53).
Вопреки доводам жалобы защитника совокупность доказательств, представленных в материалы дела, являлась достаточной для вывода о виновности Пушкарева М.А. в совершении административного правонарушения. При этом утверждения защитника о недоказанности факта использования Пушкаревым М.А. нецензурной брани опровергаются как письменными материалами дела - протоколом об административном правонарушении, рапортом сотрудника полиции, так и показаниями свидетеля.
Суждения автора жалобы о том, что транспортные средства Министерства обороны Российской Федерации уже находились на территории охраняемого объекта, следовательно, имели объективную возможность продолжить движение, а Пушкарев М.А. никаких действий по воспрепятствованию их движению не совершал, отклоняются. Из материалов дела следует, что Пушкарев М.А., находящийся на пропускном пункте, отказался пропускать эти транспортные средства, поэтому их фактическое местоположение в момент возникновения конфликтной ситуации никакого правового значения не имеет.
Также несостоятельными являются доводы жалобы о том, что исполнение сотрудником полиции должностных обязанностей не зависело от устных запретов частного охранника, а распоряжения на проезд военной колонны ( / / )9 не отдавал. Собранными доказательствами объективно подтверждено, что сотрудник полиции ( / / )8 прибыл на место происшествия именно по причине блокирования Пушкаревым М.А. проезда транспортных средств Министерства обороны Российской Федерации, в связи с чем ему и были предъявлены требования о прекращении противоправных действий.
Доводы жалобы об исполнении Пушкаревым М.А. своих должностных обязанностей в соответствии с локальными документами, которым судья районного суда не дал должной оценки, также отклоняются. Представленные защитником локальные акты организации, регламентирующие доступ транспортных средств на территорию фестиваля, юридического значения не имеют, поскольку не могут вступать в противоречие с положениями действующего федерального законодательства, которыми регламентируются правомочия как органов внутренних дел (полиции), так и Вооруженных Сил Российской Федерации.
Соответственно, в данном случае реализованное сотрудником полиции требование, адресованное Пушкареву М.А., корреспондировало с обязанностью гражданина его исполнить, поэтому невыполнение этого требования обоснованно повлекло ответственность, предусмотренную законодательством (статья 30 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции»).
Таким образом, действия Пушкарева М.А. правильно квалифицированы по части 1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Никаких неустранимых сомнений, которые должны толковаться в пользу Пушкарева М.А., в материалах дела не имеется. Принцип презумпции невиновности, установленный статьей 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не нарушен.
Жалоба не содержит правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого постановления, поскольку направлена на переоценку установленных по делу обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, которые уже были исследованы при рассмотрении дела об административном правонарушении и получили надлежащую правовую оценку, соответствующую требованиям статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием норм действующего законодательства не свидетельствует о том, что по делу допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренных законом процессуальных требований.
В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения.
Постановление о привлечении Пушкарева М.А. к административной ответственности соответствует требованиям статьи 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 названного Кодекса для данной категории дел. В постановлении судьи отражено событие правонарушения, квалификация деяния, приведены обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, доказательства, исследованные в судебном заседании.
Порядок привлечения Пушкарева М.А. к административной ответственности не нарушен.
Административное наказание в виде административного ареста назначено Пушкареву М.А. в соответствии с требованиями статей 3.1, 3.9, 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учетом личности виновного, а также характера совершенного административного правонарушения, посягающего на порядок управления, в пределах санкции части 1 статьи 19.3 этого Кодекса, является справедливым и соразмерным содеянному.
В определении от 29 сентября 2022 года № 2563-О Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что вид и размер административного наказания определяются судьей, органом, должностным лицом после выяснения всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Такое регулирование не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан.
Административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.
Оснований для признания назначенного Пушкареву М.А. наказания, вопреки доводам жалобы, чрезмерно суровым не имеется, поскольку оно согласуется с его предупредительными целями (статья 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного. Выбранный судьей вид и размер назначенного Пушкареву М.А. наказания позволит с максимальным эффектом достигнуть целей административного наказания.
С учетом обстоятельств данного конкретного дела и характера совершенного деяния назначение Пушкареву М.А. более мягкого наказания не сможет эффективно обеспечить достижение целей административной ответственности - общей и частной превенции.
Каких-либо данных о наличии предусмотренных частью 2 статьи 3.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельств, препятствующих назначению Пушкареву М.А. административного ареста, не имеется.
Следует также отметить, что соблюдение процессуальных требований о всестороннем, полном и объективном выяснении обстоятельств дела не означает, что результат судебного разбирательства должен непременно соответствовать целям и интересам лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.
Дело об административном правонарушении в отношении Пушкарева М.А. рассмотрено с соблюдением гарантированных процессуальных прав, по установленным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях правилам, право Пушкарева М.А. на справедливое судебное разбирательство не нарушено.
Нарушений прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации и статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в статьях 1.5, 1.6 названного Кодекса, при рассмотрении дела не допущено.
Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных статьей 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не установлено.
Существенных нарушений процессуальных требований при производстве по делу не допущено, оснований для отмены или изменения постановления судьи не имеется.
Руководствуясь статьей 30.6, пунктом 1 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья решил:
постановление судьи Октябрьского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 12 сентября 2026 года № 5-257/2026, вынесенное в отношении Пушкарева Максима Александровича по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а жалобу защитника Болилого П.А. - без удовлетворения.
Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.
Судья Свердловского областного суда И.О. Григорьев