РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
23 января 2026 года город Ханты - Мансийск
Ханты-Мансийский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:
председательствующего судьи Ниловой Е.В., при секретаре Муртазиной А.В., с участием: прокурора Смирнова Д.В., представителя истца Косимхона М. – адвоката Афанасьева М.Ю., представителя ответчика УМВД России по ХМАО-Югре и третьего лица МОМВД России «Ханты-Мансийский» – Шариповой Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-293/2026 (№2-4102/2025) по исковому заявлению Косимхона Мухаммадамини к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, УМВД России по ХМАО-Югре о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, третье лицо Прокуратура ХМАО-Югры, МОМВД России «Ханты-Мансийский», Сулимин Андрей Вадимович, установил:
Истец Косимхон М. обратился в суд с исковым заявлением к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, УМВД России по ХМАО-Югре о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.
Требования мотивированы тем, что 21.06.2023 ОД МО МВД России «Ханты-Мансийский» в отношении Косимхон М. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 322.2 Уголовного кодекса РФ.
18.12.2023 заместителем Ханты-Мансийского межрайонного прокурора по уголовному делу утвержден обвинительный акт и оно в порядке ст. 226 УПК РФ направлено в мировой суд для рассмотрения по существу.
Приговором мирового судьи судебного участка №3 Ханты-Мансийского судебного района ХМАО-Югры от 06.06.2024 Косимхон М. осужден по ст. 322.2 Уголовного кодекса РФ с применением ст. 64 Уголовного кодекса РФ к штрафу в размере 30 000 руб.
Апелляционным постановлением Ханты-Мансийского районного суда от 16.07,2024 данный приговор изменен, из его описательно-мотивировочной части исключена ссылка на доказательства вины осужденного - показания свидетелей Давлеткильдина А.З. и Кондратьева А.В. в части воспроизведения ими пояснений Косимхон М. и Одинаева Р.Б. до и в ходе дознания. В остальной части приговор оставлен без изменения.
Кассационным постановлением Седьмого кассационного суда от 12.12.2024 приговор мирового судьи судебного участка № 3 Ханты- Мансийского судебного района ХМАО-Югры от 06.06.2024 и апелляционное постановление Ханты-Мансийского районного суда от 16.07.2024 в отношении Косимхон М. отменены, уголовное дело возвращено Ханты-Мансийскому межрайонному прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.
По результатам дополнительного расследования 11.08.2025 старшим следователем СО МО МВД России «Ханты-Мансийский» Моисеенко Е.Ф. уголовное дело в отношении Косимхон М. прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за Косимхон М. признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Моральный вред Косимхон М. был причинен в результате: возбуждения в отношении него уголовного дела с указанием того, что в его действиях усматривался состав преступления, которое он не совершал; нахождения Косимхон М. в статусе подозреваемого в том преступлении, которое он не совершал; избрание в отношении него меры пресечения - обязательство об явке, накладывающий ограничения на его жизнедеятельность. В результате данной меры государственного принуждения Косимхон М. в течение 2-х лет не мог спланировать свой отпуск и вывезти свою семью на отдых, поскольку вынужден был являться в орган расследования для участия в следственных действиях, а также посещать многочисленные судебные заседания при рассмотрении уголовного дела судом; незаконное осуждение судом Косимхон М. и назначение уголовного наказания за преступление, которое он не совершал.
В течение 2-х лет Косимхон М. находился в состоянии постоянного нервного напряжения. Он не понимал, почему его хотят привлечь к уголовной ответственности и испытывал сильный стресс. На фоне переживаний у Косимхон М. развилась депрессия, его постоянно сопровождает бессонница. В этой связи он был вынужден обратится в медицинское учреждение для оказания необходимой помощи, чтобы сохранить способность ясно мыслить и не поддаваться тревоге. При проведении предварительного расследования Косимхон М. находился в постоянном напряжении, т.к. боялся очередного вызова на допрос, проведения очных ставок, экспертиз и проведения других следственных действий.
Рассмотрение судом уголовного дела также оказало на Косимхон М. влияние, поскольку многочисленные судебные заседания в рабочее время в будние дни, в связи с чем он постоянно вынужден был отпрашиваться с работы. Данное обстоятельство сформировало негативное отношение к Косимхону М. со стороны его работодателя.
На основании изложенного, с учетом поступивших уточнений исковых требований, истец просит суд взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 1 000 000 руб.
Протокольным определением от 26.11.2025 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования привлечены Прокуратура ХМАО-Югры, МОМВД России «Ханты-Мансийский».
Протокольным определением от 22.01.2026 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования привлечен Сулимин Андрей Вадимович.
В письменных возражениях на исковое заявлением представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации просит суд в удовлетворении исковых требований отказать. Обращает внимание, что страдание является, прежде всего, категорией как физиологической, так и психологической одновременно. Следовательно, к оценке страдания следует подходить с позиции медицины, то есть медицинскими критериями: стойкость и продолжительность физических и нравственных страданий; а также возможное наличие необратимых последствий. Подтверждением физической боли, являются соответствующие медицинские документы, из содержания которых следовала бы степень тяжести вреда. Состояние морального здоровья можно подтвердить медицинскими справками с диагнозами нервного потрясения, срыва и с указанием дат, справками обследований у психолога, заключением эксперта и т.д. Состояние нервного потрясения - болезненное состояние человека, сопровождается неадекватностью действий, поведения человека и требующее принятия мер медицинского характера. В российском законодательстве не предусмотрена презумпция обязательного нанесения морального вреда в результате действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, поэтому наличие вреда и размер компенсации необходимо доказывать на общих началах. Общий срок незаконного уголовного преследования составил 2 года 1 мес. 20 д., состав преступления, в совершении которого подозревался Косимхон М. относится к преступлениям средней тяжести, истец под стражу не заключался, подписка о невыезде и надлежащем поведении не избиралась, имел возможность вести привычный образ жизни, отсутствуют тяжкие и необратимые последствия предъявления истцу необоснованного обвинения. Не указано какие, в чем выразились нравственные страдания, исходя из обстоятельств конкретного уголовного преследования. Наличие лишь факта незаконного уголовного преследования, без подтверждения доказательствами перенесенных нравственных страданий (например, ухудшение состояния здоровья, подтвержденного медицинскими документами, утрата семейных связей, при незаконном лишении свободы, и другие обстоятельства, исходя из конкретного уголовного преследования), не может рассматриваться основанием для компенсации морального вреда в заявленном размере. Истцом не представлено доказательств перенесенных им нравственных страданий, заявленная сумма компенсации морального вреда не обоснована. Просит суд в удовлетворении исковых требований Косимхона Мухаммадамини о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в заявленном размере отказать.
В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика УМВД России по ХМАО-Югре просил в удовлетворении исковых требований отказать. Указал, что доводы истца о том, что в течении 2-х лет он находился в состоянии постоянного нервного напряжения, на фоне переживаний у него развилась депрессия и бессонница, не находят своего подтверждения, так как письменных доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, в материалы дела стороной истца не представлены. Кроме этого, истцом не представлено доказательств, подтверждающих доводы истца о том, что в результате выбранной меры государственного принуждения - обязательство о явке, Косимхон М. был ограничен в его жизнедеятельности. По смыслу ст. 112 УПК РФ, обязательство о явке (в отличие от подписки о невыезде) не содержит в себе никаких ограничений свободы или прав гражданина. Оно рассчитано на законопослушание. Передвигаться обвиняемый (подозреваемый) может и имеет право свободно, но не может менять место жительства без получения на то разрешения от должностного лица (органа), в производстве которого находится уголовное дело. Именно обязательство о явке согласно ч. 2 ст. 112 УПК РФ предписывает обвиняемому (подозреваемому) в случае перемены места жительства незамедлительно сообщать об этом следователю (дознавателю и др.), суду (судье). Также, Косимхон М. указывает, что со стороны работодателя к нему сформировалось негативное отношение. При этом он продолжает работать у него, доказательств сложных взаимоотношений с работодателем также не предоставляет, что может являться следствием надуманного истцом поведения работодателя. Истцом каких-либо медицинских документов, подтверждающих причинение ему морального вреда, суду не предоставлено, основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.
Истец Косимхон М., представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, третье лицо Сулимин А.В. в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили.
Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), определил рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.
Представитель истца Косимхона М. – адвокат Афанасьев М.Ю. в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме по доводам, изложенным в иске.
Представитель ответчика УМВД России по ХМАО-Югре и третьего лица МОМВД России «Ханты-Мансийский» Шарипова Д.А., в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать.
Прокурор Смирнов Д.В. в судебном заседании дал заключение о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, с учетом принципа разумности и справедливости в размере не более 100 000 руб.
Суд, заслушав представителей сторон, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам по следующим основаниям.
Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
На основании п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 этой статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 данного кодекса.
В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1).
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (п. 2).
В судебном заседании установлено, что 21.06.2026 ОД МО МВД России «Ханты-Мансийский» возбуждено уголовно дело № № по признакам состава преступления предусмотренного ст. 322.2 УК РФ в отношении Косимхон Мухаммадамини, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
29.10.2023 ОД МО МВД России «Ханты-Мансийский» возбуждено уголовное дело № № по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 322.2 Уголовного кодекса РФ в отношении Косимхон Мухаммадамини, ДД.ММ.ГГГГ года рождения
09.12.2023 Косимхон Мухаммадамини избрана мера процессуального принуждения – обязательство о явке.
13.12.2023 постановлением о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) уголовное дело № № в отношении Косимхон Мухаммадамини прекращено, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.
25.12.2023 уголовное дела № № в порядке ст. 226 УПК РФ направлено на рассмотрение мировому судье судебного участка № 3 Ханты-Мансийского судебного района.
06.06.2024 приговором мирового судьи судебного участка № 3 Ханты-Мансийского судебного района Косимхон Мухаммадамини признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 322.2 Уголовного кодекса РФ, ему назначено наказание в виде штрафа с применением ст. 64 Уголовного кодекса РФ в размере 30 000 руб.
16.07.2024 апелляционным определением Ханты-Мансийского районного суда приговор мирового судьи судебного участка № 3 Ханты-Мансийского судебного района изменен. Исключено из описательно-мотивировочной части приговора ссылку, как на доказательства вины осужденного, на показания свидетелей Давлеткильдина А.З. и Кондратьева А.В. в части воспроизведения ими пояснений Косимхон М. и Одинаева Р.Б. до и в ходе дознания.
12.12.2024 кассационным постановлением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции приговор мирового судьи судебного участка № 3 Ханты-Мансийского судебного района от 06.06.2024 и апелляционное постановление Ханты-Мансийского районного суда от 16.07.2024 отменены, уголовное дело возвращено Ханты-Мансийскому межрайонному прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 217 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.
11.08.2025 постановлением СО МОМВД России «Ханты-Мансийский» уголовное дело в отношении обвиняемого Косимхон Мухаммадамини прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления. Признано в соответствии со ст. 134 УПК РФ за Косимхон М. право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Указанные обстоятельства установлены в судебном заседании и подтверждаются материалами дела.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В соответствии с положениями ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1). Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1, 2, 5 и 6 ч.1 ст. 24 и п. 1 и 4 - 6 ч.1 ст. 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (ч. 2).
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.
Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
На основании ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, если вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде и надлежащем поведении.
В силу ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).
Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ)
В соответствии с п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.
В соответствии с п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Согласно разъяснений, содержащихся в п. п. 12, 19 постановления Пленума Верхового Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, ст. 1095 и 1100 Гражданского кодекса РФ).
В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (ст. 1069, 1070 ГК РФ), и т.д.
Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу п. 1 ст. 1070 и абз. 3 ст. 1100 Гражданского кодекса РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (ст. 2, ч. 1 ст. 17 и ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, п. 1 ст. 1070, 3 и 5 ст. 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (ст. 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (ч. 3 ст. 27.5 КоАП РФ), и др. (п. 37).
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Оценив представленные доказательства в их совокупности, учитывая, что в отношении истца велось уголовное преследование, которое было прекращено в связи с отсутствием события преступления, суд приходит к выводу о доказанности факта незаконного уголовного преследования Косимхон М. и о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда.
Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности факта незаконного привлечения истца к уголовной ответственности по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 322.2 УК РФ, в связи с чем в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ, поскольку уголовное и уголовно-процессуальное законодательство находятся в исключительном ведении Российской Федерации (статья 71 Конституции РФ). В этой связи исковые требования к УМВД России по ХМАО-Югре о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, удовлетворению не подлежат.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Конституции Российской Федерации, ст. 1070, 1100 Гражданского кодекса РФ, ст. 133 УПК РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований.
При определении размера денежной компенсации морального вреда, причиненного Косимхон М. в связи с незаконным уголовным преследованием, суд учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, то обстоятельство, что в отношении истца мера пресечения на период предварительного следствия не избиралась, объем негативных последствий для истца в связи с незаконным уголовным преследованием, данные о личности истца, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, принимая во внимание охраняемые законодательством права на честь, доброе имя, деловую репутацию, с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в пользу Косимхон М. компенсации морального вреда в размере 15 000 руб.
Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд первой инстанции не находит. Взыскание морального вреда в указанном размере отвечает принципам разумности и справедливости. Суд учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
Руководствуясь статьями 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
Исковые требования Косимхона Мухаммадамини к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, УМВД России по ХМАО-Югре о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Косимхона Мухаммадамини (паспорт РФ серия №) компенсацию морального вреда в результате незаконного уголовного преследования в сумме 15 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований Косимхона Мухаммадамини к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, исковых требований Косимхона Мухаммадамини к УМВД России по ХМАО-Югре о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления прокурора в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры через Ханты-Мансийский районный суд.
Мотивированное решение составлено и принято в окончательной форме 06 февраля 2026 года.
Судья Ханты – Мансийского районного суда Е.В.Нилова