РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 июня 2026 года в городе Новом Уренгое Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Шафоростовой О. Ю., при секретаре судебного заседания Дзакураеве К. М., с участием истца Узуна О. И., представителя истца Чугунова Н. В., представителя ответчика Галатенко Е. М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-567/2026 по иску Узун С.А., Узуна О.И. к отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому округу о назначении пенсии по потере кормильца, установил:
Узун С.А (далее по тексту также – Узун С. А.), Узун О.И. (далее по тексту также – Узун О. И.), действуя в интересах несовершеннолетней ФИО3, 2012 года рождения, обратились в суд с иском к отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому округу (далее по тексту также – ответчик ОСФР по ЯНАО) о признании незаконным решения о назначении пенсии по случаю потери кормильца, назначении пенсии, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.
Требования мотивированы тем, что истцы являются опекунами несовершеннолетней ФИО3 С 01.06.2013 ФИО3 является получателем социальной пенсии по потере кормильца в связи со смертью отца. Мать ФИО3 – Батурина И. В. умерла 15.10.2018. О факте смерти Батуриной И. В. опекунам стало известно в октябре 2024 года. 14.10.2024 Узун С. А. обратилась в ОСФР по ЯНАО, который назначил ФИО3 пенсию по потере кормильца как круглой сироте в соответствии с датой обращения с заявлением о назначении пенсии, то есть с 14.10.2024 по 30.09.2024 – установлена страховая пенсия по случаю потере кормильца, как ребенку, потерявшему обоих родителей, а с 01.10.2024 – социальная пенсия по случаю потери кормильца, как ребенку, потерявшему обоих родителей (как наиболее выгодный вариант пенсионного обеспечения). По мнению истцов, данное решение является незаконным, так как в соответствии с п. 1 ст. 22 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» пенсия, предусмотренная данным Законом, независимо от ее вида, назначается с 1 числа месяца, в котором гражданин обратился за ней, за исключением случаев назначения социальной пенсии по случаю потери кормильца в порядке, установленном пунктом 4 и 5 закона, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на пенсию. Следовательно, социальная пенсия по случаю потере кормильца несовершеннолетней ФИО3 после смерти ее матери, наступившей 15.10.2018, должна была быть назначена без истребования заявления о назначении пенсии по случаю потери кормильца с октября 2018 года, а не с 01.10.2024 по заявлению Узун С. А.
В связи с изложенным, с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, просят:
- признать незаконным решение ОСФР по ЯНАО об установлении социальной пенсии по потере кормильца ФИО3 после смерти матери Батуриной И. В., с 01.10.2024,
- обязать ОСФР по ЯНАО назначить ФИО3 социальную пенсию по потере кормильца после смерти матери Батуриной И. В., умершей 15.10.2018, с 15.10.2018, признав уважительными причины пропуска срока обращения за социальной пенсией,
- взыскать с ОСФР по ЯНАО неустойку в размер 165.750 рублей 06 копеек (т. 1 л. д. 5-9, 74-82, т. 2 л. д. 34-35).
В судебном заседании истец Узун О. И., а также его представитель Чугунов Н. В. (действующий на основании ордера от дд.мм.гггг <суммы изъяты> – т. 1 л. д. 74) на удовлетворении иска настаивали по изложенным в нем доводам.
Представитель ответчика Галатенко Е. М. (действующая на основании доверенности от дд.мм.гггг <суммы изъяты>, выданной сроком по дд.мм.гггг – т. 2 л. д. 32) исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, приобщённых к материалам настоящего гражданского дела (т. 1 л. д. 60-65, 182-187, т. 2 л. д. 43-46).
Дело рассмотрено в отсутствие истца Узун С. А. и представителя третьего лица УФССП России по Тюменской области, извещенных о времени и месте судебного разбирательства по делу.
Заслушав участников судебного заседания, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.
Как установлено, родителями несовершеннолетней ФИО3, родившейся дд.мм.гггг, являются Батурин А.В. и Батурина И.В. (л. д. 21).
Батурин А.В. умер 05.11.2012 (л. д. 22).
Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, с 01.06.2013 ФИО3 установлена социальная пенсия по случаю потери кормильца (отца) в соответствии с пунктом 3 статьи 11 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (л. д. 24).
Батурина И.В умерла 15.10.2018 (л. д. 23).
На основании заявления законного представителя ФИО3 – Узун С. А. от 14.10.2024 (т. 1 л. д. 240-242) ОСФР России по ЯНАО принято решение от 01.11.2024 <суммы изъяты> об установлении ФИО10 страховой пенсии по случаю потери кормильца (обоих родителей) в соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 14.10.2023 по 26.08.2035 (т. 1 л. д. 209).
Решением от 22.10.2024 <суммы изъяты> ФИО3 с 01.10.2024 по 26.08.2035 установлена социальная пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 1 статьи 11 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», как ребенку, потерявшему обоих родителей (т. 1 л. д. 212).
Полагая решение ОСФР по ЯНАО о назначении ФИО3 социальной пенсии, как ребенку, потерявшему обоих родителей, с 01.10.2024 незаконным, а также считая, что право на получение социальной пенсии по случаю потери кормильца в связи со смертью матери у ФИО3 возникло 15.10.2018, истцы обратились в суд с указанными требованиями.
Разрешая заявленный спор, суд руководствуется следующим.
Согласно Конституции Российской Федерации в России как социальном государстве, каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1).
Материнство и детство, семья находятся под защитой государства (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).
Основные гарантии прав и законных интересов ребенка, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, в целях создания правовых, социально-экономических условий для реализации прав и законных интересов ребенка установлены Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации».
Названный закон среди приоритетных целей государственной политики в интересах детей называет осуществление прав детей, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, недопущение их дискриминации, упрочение основных гарантий прав и законных интересов детей, а также восстановление их прав в случаях нарушения (часть 1 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»).
Одним из принципов государственной политики в интересах детей является ответственность юридических лиц, должностных лиц, граждан за нарушение прав и законных интересов ребенка, причинение ему вреда (абзац четвертый части 2 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»).
К числу основных направлений обеспечения прав ребенка в Российской Федерации Федеральный закон «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» относит защиту прав детей, находящихся в трудной жизненной ситуации.
К таким детям согласно абзацу третьему статьи 1 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» относятся, в том числе, дети-сироты; дети, оставшиеся без попечения родителей.
Дети, оставшиеся без попечения родителей, исходя из положений пункта 1 статьи 121 Семейного кодекса Российской Федерации это дети, родители которых умерли либо лишены родительских прав.
Пенсионное обеспечение - один из важнейших элементов социального обеспечения.
Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон от 15.12.2001 № 166-ФЗ).
В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 4 Федерального закона от Федеральный закон от 15.12.2001 № 166-ФЗ нетрудоспособные граждане имеют право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.
Согласно подпункту 3 пункта 1, пункту 3 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, дети умершей одинокой матери.
Часть 4 статьи 22 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ (в редакции, действовавшей на дату обращения Узун С. А. с заявлением – 14.10.2024) предусматривала, что социальная пенсия по случаю потери кормильца детям, не достигшим возраста 18 лет (за исключением лиц, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными), назначается без истребования от них заявления о назначении социальной пенсии по случаю потери кормильца на основании сведений о смерти кормильца и о детях умершего кормильца, получаемых из единого федерального информационного регистра, содержащего сведения о населении Российской Федерации (далее - федеральный регистр сведений о населении).
Частью 1 статьи 23 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ (в редакции, действовавшей на дату обращения Узун С. А. с заявлением – 14.10.2024) было установлено, что социальная пенсия по случаю потери кормильца детям умершего кормильца, не достигшим возраста 18 лет (за исключением лиц, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными), назначается со дня смерти кормильца.
Аналогичным образом урегулирован порядок назначения (перерасчета) социальной пенсии по случаю потери кормильца детям, не достигшим возраста 18 лет, в редакции Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ, действующей на момент рассмотрения настоящего гражданского дела. Так, статья 24.1 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» предусматривает, что назначение социальной пенсии по случаю потери кормильца детям, не достигшим возраста 18 лет (за исключением лиц, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными), производится пенсионным органом в беззаявительном порядке, со дня смерти кормильца.
Пункт 2.4. статьи 23 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ (в редакции, действовавшей на дату обращения Узун С. А. с заявлением – 14.10.2024 и в ныне действующей редакции) перерасчет размера пенсии по случаю потери кормильца ребенку, не достигшему возраста 18 лет, ребенку в связи с изменением категории нетрудоспособного члена семьи умершего кормильца, предусмотренный абзацем первым пункта 9 статьи 22 настоящего Федерального закона, производится со дня смерти второго кормильца без истребования заявления о перерасчете размера пенсии на основании данных, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, в том числе сведений о смерти кормильца и о детях умершего кормильца из федерального регистра сведений о населении.
Согласно ч. 3 ст. 24.1 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», гражданам, которые приобретают одновременно право на пенсию, предусмотренную настоящим Федеральным законом, и страховую пенсию, назначаемые без истребования заявления о назначении пенсии, либо на две пенсии, предусмотренные настоящим Федеральным законом, назначаемые без истребования заявления о назначении пенсии, но не имеют права на одновременное получение таких пенсий, в указанном порядке назначается пенсия, размер которой, определенный на основании данных, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, выше.
По информации, предоставленной по запросу суда ОСФР по ЯНАО, назначение социальной пенсии по случаю потери кормильца (матери) для ФИО11 является наиболее выгодным пенсионным обеспечением, нежели назначение страховой пенсии (т. 2 л. д. 20-22).
Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что ФИО3 имеет право на назначение социальной пенсии по случаю потери кормильца, как ребенок, потерявший обоих родителей, с даты смерти матери, то есть с 15.10.2018, независимо от факта отсутствия обращения в ОСФР с заявлением о назначении указанной пенсии.
При этом суд считает необходимым отдельно отметить причины, по которым законные представители несовершеннолетней ФИО3 ранее не обратились в пенсионный орган с заявлением о перерасчете ранее назначенной пенсии.
Как следует из материалов дела, органом принудительного исполнения не проводилась достаточная работа по установлению местонахождения матери несовершеннолетней, не предпринято мер к получению ответов на запросы, направленные в соответствующие органы.
При своевременном выполнении всех мер, установленных законом для надлежащего исполнения решения суда, факт смерти должника Батуриной И. В. мог и должен был быть установлен должностными лицами ФССП значительно раньше.
Законные представители несовершеннолетней ФИО3 в силу отсутствия у них публично-властных полномочий были лишены возможности установить место нахождения должника Батуриной И. В. и факт ее смерти.
Бездействие должностных лиц государственного органа не должно негативно сказываться на правах несовершеннолетнего ребенка, оставшегося без попечения родителей.
Цели социальной политики Российской Федерации, как они определены в Конституции Российской Федерации, предопределяют обязанность государства через соответствующие органы заботиться о благополучии своих граждан, их социальной защищенности и в том случае, когда гражданин в силу возраста, состояния здоровья или по другим независящим от него причинам нуждается в получении помощи и материальной поддержке со стороны государства.
При таких обстоятельствах суд полагает, что ненадлежащее выполнение судебными приставами-исполнителями обязанностей по установлению места нахождения должника, выразившееся в несвоевременном направлении запросов в соответствующие органы, не принятии мер к своевременному прекращению розыскного дела не могут служить основанием нарушения прав несовершеннолетней ФИО3 на назначении пенсии по случаю потери кормильца с момента смерти матери.
По аналогичным основаниям суд отклоняет доводы ответчика, о том, что в федерльных электронных базах отсутствуют сведения о смерти Батуриной И. В., поскольку данное обстоятельство также связано с бездействием органов местного самоуправления/государственной власти, а не самих заявителей.
Таким образом, учитывая недопустимость формального подхода при рассмотрении спора о защите прав несовершеннолетней, оставшейся без попечения родителей, имеющей в силу статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации право на справедливую и компетентную защиту, суд считает необходимым возложить на ОСФР по ЯНАО обязанность по перерасчету и выплате ФИО3 социальной пенсии по случаю потери кормильца, как ребенку, потерявшему обоих родителей, с момента смерти матери – 15.10.2018.
В целях единообразия судебной практики суд также учитывает аналогичную правовую позицию, изложенную в апелляционном определении Тверского областного суда от 21.04.2026 по делу № 33-1722/2026, решении Фрунзенского районного суда города Владимира от 20.04.2026 по делу № 2-520/2026.
При этом ссылка ответчика в обоснование своих доводов на правовую позицию, изложенную в апелляционном определении суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 11.02.2025 по делу № 33-121/2025, не может быть принята, поскольку выводы указанного судебного акта основаны на обстоятельствах, когда социальная пенсия по случаю потери кормильца была назначена до вступления в законную силу редакции закона, предусматривающей беззаявительный порядок назначения такого вида пенсии с даты смерти родителя (до 01.01.2024), как следствие, они не противоречат выводам суда, содержащимся в настоящем решении, где факт обращения с заявлением и дата назначения пенсии имели место после 01.01.2024.
Далее, в соответствии с абз. 6 ст. 12 и ст. 13 ГК РФ признание судом акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным является одним из способов защиты гражданских прав.
Исходя из изложенного, суд считает необходимым признать незаконным решение ОСФР по ЯНАО от 01.11.2024 <суммы изъяты> об установлении ФИО3 страховой пенсии по случаю потери кормильца (обоих родителей) в соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 14.10.2023 по 26.08.2035.
Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения иска в части взыскания с ответчика процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, по следующим основаниям.
Пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Согласно разъяснений, содержащихся в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации).
Применение положений ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в конкретных спорах зависит от того, являются ли спорные имущественные правоотношения гражданско-правовыми, а нарушенное обязательство - денежным, а если не являются, то имеется ли указание законодателя о возможности их применения к спорным отношениям (п. 3 мотивировочной части определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.04.2001 № 99-О).
Таким образом, положения ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают ответственность за нарушение денежного обязательства гражданско-правового характера и определяют последствия неисполнения или просрочки исполнения денежного обязательства, в силу которого на должника возлагается обязанность уплатить деньги, вернуть долг.
Поскольку отношения по выплате ФИО3 пенсионного обеспечения в рамках специального правового регулирования не носят гражданско-правового характера и не относятся к денежным обязательствам по смыслу, придаваемому этим обязательствам нормами ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскание с пенсионного органа процентов за пользование чужими денежными средствами, противоречит нормативным положениям, подлежащим применению к спорным отношениям.
Таким образом, исковые требования Узун С. А., Узуна О. И. подлежат удовлетворению в части.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, решил:
Иск Узун С.А (<суммы изъяты>), Узуна О.И. (<суммы изъяты>) удовлетворить частично.
Признать незаконным решение отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу от 01.11.2024 <суммы изъяты>.
Возложить на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу ИНН 8901002223) обязанность по перерасчету и выплате ФИО3 <суммы изъяты>) социальной пенсии по случаю потери кормильца, как ребенку, потерявшему обоих родителей, со дня смерти второго кормильца (матери) – 15.10.2018.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано сторонами в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд.
Мотивированное решение суда изготовлено 13 июля 2026 года.
Председательствующий: