РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
25 мая 2026 года г. Челябинск
Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в составе:
председательствующего судьи Юркиной И.Ю., при секретаре судебного заседания Павлюковой Д.Е., с участием прокурора Шафикова Д.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Абдулина Р. Д. к Обществу с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве,
УСТАНОВИЛ:
Абдулин Р.Д. обратился в суд с иском к ООО «ЧТЗ-Уралтрак», в котором просил взыскать компенсацию морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в размере 1000000 рублей.
В обоснование требований указал, что с 01.09.2009 по 03.03.2017 состоял в трудовых отношениях с ООО «ЧТЗ-Уралтрак». В период работы 24.03.2010 при исполнении трудовых обязанностей в результате несчастного случая истец получил производственную травму: <данные изъяты>. 06.04.2010 утвержден Акт № о несчастном случае на производстве. В акте отсутствует указание на наличие в действиях Абдулина Р.Д. грубой неосторожности. В результате полученной производственной травмы истцу причинен вред здоровью, он испытывает физические и нравственные страдания. Также истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10 % бессрочно.
В судебном заседании истец Абдулин Р.Д. доводы иска поддержал, пояснил, что в 2010 году его рабочий день был установлен до 15-00 часов. После окончания работы он снял защитные очки, оставив их в комнате отдыха, направился на выход из цеха. На выходе его остановил старший смены, и дал распоряжение вернуться на рабочее место и помощь коллеге, который не успевал закончить работу. Он не надел защитные очки, так как они остались в комнате отдыха, понадеявшись на то, что поможет коллеге быстро. Когда он кувалдой ударил по отливке, ему в правый глаз отлетел кусок металла. Он был госпитализирован в лечебное учреждение, где ему проведена операция – зашивали роговицу правого глаза, заменили глазную линзу, на лечении находился более трех недель. В последующем он был переведен на лёгкий труд примерно на 2 месяца в должности сторожа с меньшей оплатой труда. В настоящее время правый глаз фактически не функционирует, поскольку на роговице множество швов. Так как в основном он видит только левым глазом, который в постоянном напряжении, зрение на левом глазу также ухудшается. Находится под наблюдением у офтальмолога. До полученной травмы он занимался спортом – каратэ, выступал на соревнованиях, получал награды. В связи с полученной травмой и фактическим отсутствие зрения на правый глаз он прекратил занятия спортом. В настоящее время он пользуется увеличительными линзами для чтения, просмотра телевизора. Также у него периодически возникают головные боли из-за внутриглазного давления. Акт о несчастном случае на производстве не оспаривал, ввиду юридической неграмотности. В период лечения после полученной травмы испытывал боль от многочисленных уколов в правое веко.
Представитель истца Мещеряков А.М. требования поддержал в полном объеме, дополнил, что работодатель обязан был предоставить работнику все необходимые безопасные условия для труда, чего 24.03.2010 сделано не было, так как непосредственный руководитель допустил работу Абдулина Р.Д. без защитных средств. Грубой неосторожности в действиях Абдулина Р.Д. не установлено, в связи с чем, отражение в акте на наличие вины работника юридического значения не имеет. Полагал, что Абдулину Р.Д. был причинен вред здоровью средней тяжести.
Представитель ответчика ООО «ЧТЗ-Уралтрак» - Ротанин Г.П. в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменный отзыв, дополнил, что Абдулин Р.Д. акт о несчастном случае на производстве не оспаривал, при проведении расследования несчастного случая фактически признал свою вину и неосторожность, процент его вины в получении травмы был установлен в размере 50 %, полагал сумму компенсации морального вреда чрезмерно завышенной.
Представитель третьего лица ОСФР по Челябинской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.
Заслушав пояснения участников процесса, заключение старшего помощника прокурора Тракторозаводского района г. Челябинска Шафикова Д.М., полагавшего исковые требования обоснованными, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
Согласно части 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции Российской Федерации. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (статья 212 Трудового кодекса РФ).
Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Частью 2 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2); принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи (абзац 16).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса РФ).
Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда
В силу ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.
На основании пункта 37 Положения «Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24 октября 2002 № 73, содержание акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве должно соответствовать выводам комиссии, проводившей расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований, со ссылкой на нарушенные ими правовые нормы законодательных и иных нормативных правовых актов.
В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что с 04.03.2005 по 03.03.2017 состоял в трудовых отношениях с ООО «ЧТЗ-Уралтрак», трудовой договор расторгнут по инициативе работника.
Из Акта № о несчастном случае на производстве от 06.04.2010 установлено, что 24.03.2010 в 15-20 часов обрубщик Абдулин Р.Д. на утренней оперативке в 07-30 часов получил сменное задание от старшего матера участка по обрубке литья. В течение смены Абдулин Р.Д. выполнял свое задание, рубил литье. Примерно в 15-20 часов он закончил порученную работу, снял очки и оставил их на своем рабочем месте. Осмотревшись, он увидел, что газорезчик ФИО6, работавший на соседнем рабочем месте, не успевает отрезать прибыли (литниковую систему) с отливки (кожуха маховика), а ее нужно отвезти на термический участок до 16 часов. Обрубщик Абдулин Р.Д. решил ему помочь, для чего взял кувалду, чтобы отломать прибыли, и, тем самым, помочь ФИО6 доделать работу до конца смены. Очки он не надел, так как они оставались на его рабочем месте. После первого удара кувалдой по прибыли отливки Абдулин Р.Д. почувствовал сильную боль в правом глазу. Старший мастер участка ФИО7, узнав о травме, известил о случившемся начальника ЦОЛ ФИО8, пострадавший был доставлен в медицинский пункт. В ходе расследования комиссия установила, что обрубщик литья Абдулин Р.Д. работал без средств индивидуальной защиты – защитных очков, чем нарушил инструкцию по охране труда для обрубщиков № 57 п. 3.22.1 «при ручной ломке с применением кувалды: при входе на участок и во время работы должны быть одеты защитные очки».
В результате несчастного случая Абдулину Р.Д. причинена производственная травма: <данные изъяты>. Степень тяжести травмы легкая.
Причинами несчастного случая явились: нарушение обрубщиком литья Абдулиным Р.Д. инструкции по охране труда для обрубщиков № 57 п. 3.22.1; недостаточный контроль со стороны старшего мастера участка ФИО7 за подчиненным ему работником, за соблюдением работником участка требований инструкции по охране труда.
Степень вины пострадавшего Абдулина Р.Д. установлена в размере 50 %. Факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего Абдулина Р.Д. комиссией по расследованию несчастного случая не установлено.
На основании приказа ООО «ЧТЗ - Уралтрак» от 30.05.2014 № Абдулину Р.Д. начислена и выплачена компенсация морального вреда в размере 5500 рублей.
В соответствии со ст. 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, несогласие с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд.
В соответствии с п. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Вместе с тем, акт № о несчастном случае от 06.04.2010 после его получения Абдулиным Р.Д. не оспаривался, как не оспаривалось и установление его вины в несчастном случае в размере 50 %. Давая объяснения в ходе проведения расследования нечастного случая на производстве, а также в судебном заседании, истец не отрицал того факта, что он понадеялся на быстрое выполнение работы, в связи с чем, по собственной неосторожности не надел защитные очки, поскольку они оставались в комнате отдыха, и он посчитал возможным помочь коллеге выполнить работу, не возвращаясь в комнату отдыха за очками. Таким образом, действия Абдулина Р.Д. по нарушению п. 3.22.1 инструкции по охране труда для обрубщика № 57 находятся в причинно-следственной связи с полученными им повреждениями, в связи с чем, своими действиями Абдулин Р.Д. способствовал увеличению причиненного вреда.
Между тем, поскольку в действиях истца не установлено факта грубой неосторожности, а произошедший несчастный случай находится во взаимосвязи с условиями труда, в которых Абдулин Р.Д. работал, то суд, приходит к выводу, что истец вправе претендовать на компенсацию морального вреда.
На основании статей 21, 220 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
В соответствии со ст. ст. 22, 184 Трудового кодекса РФ работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный повреждением здоровья работника, в порядке и на условиях, предусмотренных федеральными законами.
Согласно ч. 8 ст. 220 Трудового кодекса РФ, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
В соответствии ч. 3 ст. 1099 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется не зависимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Статья 1001 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В этой связи в соответствии согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, является обязанностью работодателя.
Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса РФ, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса РФ).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», вступившим в силу с 6 января 2000 г.
При этом, следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена.
Судом установлено и ответчиком не оспаривалось, что несчастный случай с Абдулиным Р.Д. был признан как несчастный случай на производстве.
Согласно выписному эпикризу офтальмологического отделения МУЗ ГКБ <данные изъяты>, Абдулин Р.Д. проходил стационарное лечение в период с 24.03.2010 по 07.04.2010, выставлен диагноз: «<данные изъяты>».
Согласно копии медицинской карты амбулаторного больного Абдулина Р.Д., с 21.04.2010 по настоящее время истцу выставлен диагноз: «<данные изъяты>», находится под наблюдением офтальмолога, с 2014 года высказывал жалобы на снижение зрения после полученной травмы, сухость в правом глазу.
Согласно справке <данные изъяты>, в связи с несчастным случаем на производстве от 24.03.2010, истцу с 01.06.2018 бессрочно установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности (УПТ) в связи с полученной травмой.
Согласно Приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 № 160 «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», зарегистрированному в Минюсте РФ 07.04.2005 № 6478, несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие.
Квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются: характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения; последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности). Наличие одного из квалифицирующих признаков является достаточным для установления категории тяжести несчастного случая на производстве.
К тяжелым несчастным случаям на производстве относятся повреждения, которые непосредственно не угрожают жизни пострадавшего, но являются тяжкими по последствиям, такие как, потеря зрения, слуха, речи; потеря какого-либо органа или полная утрата органом его функции.
Поскольку из пояснений истца следует, что после полученной в 2010 году травмы и оказанного ему лечения, он фактически утратил зрение на правый глаз, ввиду многочисленных рубцов на роговице глаза, которые препятствуют нормальному поступлению света в глаз, и, соответственно, нормальному зрению, суд приходит к выводу о том, что Абдулин Р.Д. при исполнении трудовых обязанностей получил производственную травму по степени вреда здоровью - тяжелая, поскольку фактически полностью утратил функцию зрения на правый глаз, ему установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности, при этом, работодатель ООО «ЧТЗ-Уралтрак» не принял достаточных мер к обеспечению безопасности жизни и здоровья работника.
Оценив предоставленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что поскольку несчастный случай связан с производством, при использовании трудовых обязанностей, в произошедшем с Абдулиным Р.Д. несчастном случае на производстве имеется вина работодателя, и частичная вина истца, в связи с чем, моральный вред подлежит возмещению.
Согласно п. 46 постановления от 15 ноября 2022 года N 33 работник в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Согласно части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Ответчиком суду не представлено доказательств того, что несчастный случай и вред здоровью истца возник вследствие непреодолимой силы или умысла самого Абдулина Р.Д.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии с п. 25 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
В судебном заседании установлено, что истец проходил стационарное лечение в медицинском учреждении в период с 24.03.2010 по 07.04.2010, после чего находился на амбулаторном лечении: роговичные швы удалены 17.06.2010; после полученной травмы истец длительное время был ограничен самостоятельном обслуживании, не мог вести привычный образ жизни, в связи с этим испытывал и испытывает до настоящего времени моральные и нравственные страдания, а после начала трудовой деятельности был временно привлечен к облегченному труду. Из пояснений истца в судебном заседании, не опровергнутых ответчиком, следует, что после полученной травмы истец лишился возможности заниматься спортом (каратэ), был вынужден закончить свою спортивную деятельность, в связи с этим испытывал моральные и нравственные страдания. Также судом установлено, что до настоящего времени истец испытывает трудности в повседневной жизни, ввиду ограничения зрения на правый глаз, что является жизненно важным органом для человека, в связи с чем, функционирование левого глаза ухудшается.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
На основании вышеизложенного суд приходит к убеждению, что с учетом всех юридически значимых обстоятельств, в том числе степени вины ответчика, не обеспечивающего безопасные условия труда работника, частичной вины истца в его действиях, а также доказательства, подтверждающие физические и нравственные страдания истца, суд, с учетом требований разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ответчика ООО «ЧТЗ-Уралтрак» в пользу истца 700000 рублей. В остальной части иска необходимо отказать, в связи с его необоснованностью.
Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.
Истец при обращении в суд с иском был освобожден от уплаты государственной пошлины.
Так как исковые требования были признаны судом обоснованными, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Абдулина Р. Д. к Обществу с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, - удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» в пользу Абдулина Р. Д. компенсацию морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в размере 700000 рублей.
В удовлетворении исковых требований в остальной части - отказать.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» в доход муниципального бюджета государственную пошлину 3000 рублей.
Идентификаторы сторон:
Абдулин Р. Д., ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт гражданина РФ серии № № выдан ДД.ММ.ГГГГ;
Общество с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак»: ОГРН №, ИНН №
Решение суда может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Тракторозаводский районный суд г. Челябинска.
Председательствующий И.Ю. Юркина
Мотивированное решение изготовлено 09 июня 2026 года.