РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13.05.2026 г. Челябинск
Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в составе:
председательствующего судьи Шелеховой Н.Ю., при секретаре судебного заседания Герасимове А.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Устьянцевой А. Т. к обществу с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» о взыскании компенсации морального вреда, установил:
Устьянцева А.Т. обратилась в суд с иском к ООО «ЧТЗ-Уралтрак» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 руб.
В обоснование требований указано, что истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком. В период работы при исполнении трудовых обязанностей в результате несчастного случая истец получил производственную травму – <данные изъяты>. Истцу установлена утрата трудоспособности 30%, впоследствии установлена 20% до 01.02.2027. В результате неправомерных действий работодателя истцу причинен вред здоровью, физические и нравственные страдания, которые подлежат компенсации.
В судебном заседании истец Устьянцева А.Т. поддержала исковые требования в полном объеме.
Представитель ответчика Ротанин Г.П. в судебном заседании полагал, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, представил письменный отзыв на иск.
Третье лицо Чиняева О.Л. разрешение спора оставила на усмотрение суда.
Прокурор Шафиков Д.М. в судебном заседании полагала исковые требования обоснованными.
Суд, выслушав мнение явившихся лиц, заключение прокурора, исследовав письменные материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам.
В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Таким образом, исходя из приведенного нормативного правового регулирования, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно пунктов 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 15.11.2022) разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (абзац 4 пункта 46 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 5 пункта 46 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022).
Согласно пункту 27 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что Устьянцева А.Т. с 22.04.2024 по 02.09.2025 работала в должности формовщиком по выплавляемым моделям в ООО «ЧТЗ-Уралтрак».
03.09.2024 в период работы в цехе в результате несчастного случая на производстве Устьянцева А.Т. получила производственную травму.
Согласно акта о несчастном случае № от 12.09.2024 Устьянцева А.Т., находясь на рабочем месте 03.09.2024 с 06-35 час., в 07-30 час. получила задание от мастера участка Чиняевой О.Л. на изготовление 30 модельных звеньев деталей на автомате изготовления модельных звеньев и приступила к его выполнению. В 11-50 час. изготовлении 8 позиции техпроцесса модельное звено полностью не извлеклось из полости пресс-формы и Устьянцева А.Т. начала извлекать модельное звено голой рукой, без применения технологической оснастки и остановки автомата кнопкой «стоп». Автомат, выполнявший технологический цикл, начал закрывать стенд с пресс-формой и вследствие этого зажал кисть левой руки между матрицами пресс-формы. Устьянцева А.Т. попыталась самостоятельно вытащить руку, но не смогла и позвала на помощь. Чиняева О.Л., увидев произошедшее с Устьянцевой А.Т., позвала на помощь слесаря-инструментальщика ФИО6 При помощи небольшого лома ФИО6 раскрыл стенд, на котором установлена пресс-форма, и освободил кисть левой руки Устьянцевой А.Т. Пострадавшей вызван фельдшер, впоследствии на машине неотложной медицинской помощи в сопровождении фельдшера доставлена в ГАУЗ ОЗП ГКБ №.
В пункте 9.2 акта указано, что по медицинскому заключению от 05.09.2024 ГАУЗ ГКБ № Устьянцевой А.Т. установлен диагноз: <данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждений данные повреждения относятся к категории травм «легкая».
Согласно пункту 10 акта причиной происшествия явилось: использование пострадавшего не по специальности, выразившееся в нарушении п. 46.1.10 Положения о функции по охране труда руководящих работников и его структурных подразделений; выполнение работы не по специальности в том числе работа, порученная руководством участка, не определенная условиями трудового договора, выразившееся в нарушении п. 1.18.1 инструкции по охране труда для формовщика по выплавляемым деталям №; нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда. в том числе выполнение работы, не имеющего допуска к работам согласно требованиям охраны труда по совмещаемым профессиям, выразившиеся в нарушении п. 1.10 инструкции по охране труда для формовщика по выплавляемым деталям №.
В ходе расследования установлено, что Устьянцевой А.Т. допущены нарушения требований п.п. 1.18.1, 1.10 инструкции по охране труда для формовщика по выплавляемым деталям № – выполняла работу, не определенную условиями трудового договора, по профессии модельщика по выплавляемым моделям, не имея допуск к данной работе согласно требованиям охраны труда по совмещаемым профессиям, не определенную условиями трудового договора.
При этом комиссией факт грубой неосторожности со стороны Устьянцевой А.Т. не установлен.
Из представленных медицинских документов следует, что Устьянцева А.Т. находилась на лечении в травматологии и по месту жительства с 03.09.2024 по 10.12.2024. Установлен диагноз: <данные изъяты> получено лечение, направлена на МСЭ; определено 30% утраты трудоспособности. Из медицинских документов за период с 08.12.2025 по 26.01.2026 следует, что раны зажили, активные и пассивные движения пальцев значительно ограничены, хват кисти отсутствует, пальпация кисти болезненная, патологической подвижности нет; несросшийся перелом 5 пястной кости левой кисти; определено 30% утраты трудоспособности, лечение продолжено, направление на МСЭ.
Согласно справке <данные изъяты> истцу 11.12.2024 до 01.01.2026 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с полученной травмой, с 26.01.2026 до 01.01.2027 установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности.
Для истца разработана программа реабилитации пострадавшего от 09.02.2026, согласно которой установлены незначительные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций, нарушения функций верхних конечностей, нуждаемость в санаторно-курортном лечении. Прогнозируемый результат проведения реабилитационных мероприятий - возможно частичное восстановление нарушенных функций организма, возможно частичное восстановление способности продолжать выполнять профессиональную деятельность.
На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что Устьянцева А.Т. при исполнении трудовых обязанностей получила производственную травму, установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности, впоследствии установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности, несчастный случай связан с производством, при исполнении трудовых обязанностей, в произошедшем с истцом несчастном случае на производстве имеется вина работодателя, в связи с чем, моральный вред подлежит возмещению.
На основании приказа ответчика от 28.02.2025 истцу выплачена компенсация морального вреда в размере 150000 руб. (с удержанием НДФЛ 19500 руб.).
Вместе с тем выплаченная истцу работодателем в добровольном порядке денежная компенсация, с учетом фактически наступивших последствий, а также иных обстоятельств, подлежащих учету при определении размера компенсации морального вреда, не компенсирует в полной мере причиненные истцу физические и нравственные страдания, которые продолжаются и в настоящее время в результате производственной травмы, поэтому не может расцениваться как полная компенсация истцу морального вреда.
Указанная сумма учитывается судом при определении суммы компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика.
В соответствии с частью 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Оценивая в целом обоснованность требований Устьянцевой А.Т. относительно размера компенсации морального вреда, суд, руководствуясь в первую очередь положениями закона, устанавливающими необходимость индивидуальной оценки нравственных и физических страданий, исходит из наличия таких страданий в результате полученной производственной травмы, степени тяжести, в том числе с учетом ее личности и возраста (ДД.ММ.ГГГГ на момент происшествия); последствиями полученной травмы, в том числе утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%, впоследствии установленной до 20% сроком до 01.02.2027, нарушение хватательной способности и подвижности, несросшийся перелом 5 пястной кости левой кисти, что свидетельствует о незначительном улучшении здоровья истца, однако отсутствии возможности полного восстановления здоровья истца, отсутствие установленной группы инвалидности; учитывая характер причиненных истцу нравственных и физических страданий в виде болевых ощущений, страха за свое здоровье в момент получения травмы, испуг, шоковое состояние, бессонница, переживания от ограничения подвижности кисти, боль и дискомфорт при движении кисти, невозможность в полной мере осуществлять трудовую деятельность; последствия полученной травмы – неудобства и ограничения в быту, принятие обезболивающих лекарственных препаратов, изменение привычного образа жизни истца; невозможности ведения прежнего образа жизни, неудобства в повседневной жизни, дискомфорт, чувство изоляции, страха, тревоги, раздражительности и стыда из-за неполноценности в быту, стеснении при посторонних ввиду ограничений подвижности, что ведет к снижению качеству жизни; характера допущенного работодателем нарушения личных неимущественных прав работника, степени вины ответчика, не обеспечивающего безопасные условия труда работника, факт частичной компенсации причинённого вреда, а также того обстоятельства, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд полагает, что размер компенсации морального вреда следует снизить до 350000 руб.
Указанная сумма соответствует требованиям разумности и справедливости, конкретным обстоятельствам наступления вреда здоровью, оснований для взыскания такой компенсации в ином размере суд не усматривает.
В соответствии со статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета надлежит взыскать госпошлину в сумме 3000 руб., от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
Удовлетворить частично исковые требования Устьянцевой А. Т. к обществу с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» о взыскании компенсации морального вреда.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» в пользу Устьянцевой А. Т. компенсацию морального вреда в размере 350000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.
Идентификаторы сторон:
Устьянцева А. Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН № общество с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» ОГРН №, ИНН №
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий:
Мотивированное решение суда изготовлено 19.05.2026