ПРИГОВОР
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 июня 2026 г. г. Курган
Курганский областной суд в составе председательствующего Кирьянова Д.В., с участием государственного обвинителя прокурора отдела прокуратуры Курганской области Серкова В.А., потерпевших М, Г, подсудимого Махмутова Д.С., защитника адвоката Максимовой Т.Н., при секретаре Шулеповой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
МАХМУТОВА Данила Сергеевича, <...>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105 и ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Махмутов Д.С. совершил покушение на убийство М при следующих обстоятельствах.
<...> в период с <...> мин. около <адрес> в <адрес> Махмутов Данил на почве личной неприязни к М, возникшей в связи с применением им ранее в этот же день в ходе произошедшего конфликта насилия к МР, дяде Махмутова Данила, умышленно с целью лишения М жизни нанес ему имевшимся при себе ножом четыре удара в туловище.
Этими действиями Махмутов Данил причинил М повлекшую тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, проникающую колото-резаную рану на границе грудной клетки и брюшной полости с повреждением селезенки, а также расценивающиеся как влекущие легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства три не проникающие колото-резаные раны поясничной области.
Однако по не зависящим от Махмутова Данила обстоятельствам смерть М не наступила ввиду своевременного оказания ему медицинской помощи.
В судебном разбирательстве дела подсудимый Махмутов виновным себя в совершении данного преступления не признал и от дачи показаний отказался.
К выводу о виновности подсудимого в совершении указанного преступления суд пришел на основании совокупности следующих доказательств.
В ходе предварительного расследования по делу при допросе в качестве подозреваемого Махмутов Данил показал, что <...> он, находясь в <адрес>, узнав о произошедшем у его дяди МР конфликте со знакомыми ему М и К, приехал на своем автомобиле <...> вместе с А, МР и Ш к МР, проживающему в <адрес>. В доме дяди они встретились с МС, после чего супруга МР МР рассказала им о случившемся, пояснив, что М и К зашли в дом и его ударили. Тогда они (Махмутов Данил, А, МР и Ш) приехали к одному из домов по <адрес> в <адрес> (далее - <адрес>), около которого стояли М и К, для того, чтобы с ними поговорить. Там же находилась Г, сестра К. Когда они подъехали к этому дому, куда также приехал МС на автомобиле <...>», М с ножом в руке подошел к его (Махмутова Данила) автомобилю и стал открывать дверь. Он вышел из своего автомобиля, увидев при этом также вышедшего из автомобиля <...> МС, который держал в руках биту. М начал размахивать перед ним (Махмутовым Данилом) ножом, однако в какой-то момент отвлекся, и он ударил М рукой в живот, после чего к ним подошел А, который тоже стал наносить М удары. В это время к ним подбежал К с битой в руках и попытался ударить его (Махмутова Данила), но он увернулся. Затем эту биту взяла Г, которая ударила ею А. Он (Махмутов Данил) начал забирать у Г биту, схватив ее за куртку, которая порвалась, после чего сказал А, а также стоявшим около автомобиля МР и Ш, что необходимо уезжать. В этот момент МС подошел к лежавшему на земле М и, как впоследствии сам сказал, ударил его ножом, после чего они уехали (т. 4 л.д. 113-119).
При проверке показаний на месте Махмутов Данил пояснил, что после того как подъехал к дому, к его автомобилю подошел М, держа в руке нож. В это время МС, выйдя из другого автомобиля с битой в руке, направился к К. Он (Махмутов Данил) тоже вышел из своего автомобиля и ударил М рукой в живот. Спустя некоторое время к лежавшему на земле М подошел МС, который наклонился и нанес ему несколько ударов. Позднее МС сказал ему (Махмутову Данилу), что ударил М ножом (т. 4 л.д. 120-125).
Допрошенный в качестве обвиняемого <...>, Махмутов Данил показал, что договоренности с МС на лишение М и К жизни и умысла на их убийство у него не имелось. При этом он нанес удар М рукой, обороняясь, так как М напал на него с ножом (т. 4 л.д. 130-133).
В ходе допроса <...> Махмутов Данил пояснил, что <...> около <...>. он, МР, А и Ш приехали к МР, проживающему вместе с супругой и детьми в своем доме, куда затем также пришел МС. При этом на лице МР они увидели телесные повреждения, которые со слов его супруги ему причинили М и К. Тогда он (Махмутов Данил) решил поговорить с К и вместе с А, МВ и Ш приехал в д. <адрес>, где К ранее проживал, однако его там не оказалось, в связи с чем они поехали обратно. Через некоторое время ему (Махмутову Данилу) по телефону позвонил МС, который сказал, что договорился с М о встрече, на которую едет с И на его автомобиле <...>. По дороге они встретились и вместе на двух автомобилях приехали к <адрес> в <адрес>, где на улице стояли М, К и Г. Когда он (Махмутов Данил) остановил свой автомобиль, к его водительской двери подошел М с ножом в руке и стал ее открывать. Тогда он тоже взял нож, который лежал в его автомобиле, и вышел. В это же время МС, выйдя из автомобиля <...> с битой в руках, подошел к К, после чего между ними началась драка. Так как М стал размахивать перед ним (Махмутовым Данилом) ножом, он, опасаясь за свою жизнь, тоже «замахнулся» на М ножом. Причинил ли он в результате этого М ранения, не знает, однако тот нагнулся, после чего А ударил М рукой по лицу. Затем к ним подбежала Г и нанесла А удар битой по спине. Отойдя к своему автомобилю, он увидел на одежде стоявшего там МР кровь и помог ему сесть в автомобиль, куда потом также сели он сам, МС, А и Ш после чего они уехали. Признает, что в ходе драки нанес М несколько ударов ножом в туловище (т. 12 л.д. 45-48).
Эти показания Махмутов Данил подтвердил при допросе <...>, пояснив, что действовал в состоянии необходимой обороны, опасаясь за свою жизнь и здоровье, поскольку М мог его убить (т. 12 л.д. 78-80).
Допрошенный <...>, Махмутов Данил показал, что в действительности вечером <...> ножа у него при себе не имелось, и колото-резаных ран он М не причинял, а они были причинены ему МС, который нанес лежавшему на земле М несколько ударов ножом (т. 12 л.д. 136-138).
В судебном заседании Махмутов Данил подтвердил свои показания, данные им при допросе в качестве подозреваемого и их проверке на месте, а также в ходе допросов в качестве обвиняемого <...> и <...>, и частично подтвердил показания, зафиксированные в протоколах его допроса от <...> и <...> При этом пояснил, что <...> его допрос фактически не производился, а он лишь прочитал и подписал в отсутствие защитника полностью изготовленный следователем протокол его допроса, с содержанием которого согласился, поскольку был убежден следователем в прекращении в этом случае уголовного дела в отношении него в связи с признанием его действий совершенными в состоянии необходимой обороны.
Потерпевший М в судебном заседании показал, что <...> во второй половине дня он и К приехали к ранее знакомому им МР, проживающему в <адрес> (далее - <адрес>), где у них произошел конфликт, в ходе которого он (М) ударил МР рукой по лицу, после чего вместе с К уехал.
Вечером того же дня он, К, МТ и Г находились в <адрес> в <адрес>, где проживал К. Около <...> час. Г по телефону позвонил МС, с которым они также знакомы. Г передала ему (М) свой телефон, и в ходе разговора МС ему сказал, что желает встретиться и поговорить с ним и К, как он понял, о произошедшем у них конфликте с МР. Он сообщил МС о том, где они находятся, после чего тот сказал, что скоро приедет. Спустя некоторое время он, К и Г вышли на улицу за ворота и стали ожидать около дома. При этом он взял с собой нож, который воткнул в забор у дома, когда ожидал приезда МС. Затем к дому подъехали автомобили <...>» и <...>, откуда вышли МС с битой в руках, Махмутов Данил и несколько незнакомых ему мужчин, которые подошли к нему и К, сразу после чего один из мужчин нанес ему (М) удар по лицу. Потом он почувствовал, что кто-то ударил его несколько раз ножом в туловище, а также МС нанес ему удар битой по голове. В результате этого он упал на землю, после чего ему были нанесены еще удары ногами и битой по различным частям тела. Когда Махмутовы и указанные мужчины, сев в автомобили, уехали, он поднялся и подошел к лежавшему рядом на земле К, на груди которого была кровь, в связи с чем он понял, что К тоже были причинены телесные повреждения. Затем два проходивших мимо в это время жителя села положили К в салон стоявшего около дома автомобиля Г, которая привезла его и К в больницу, где ему стали оказывать медицинскую помощь. Кто именно нанес ему удары ножом, он не видел.
В ходе предварительного расследования по делу при допросе <...> М пояснил, что после того, как Махмутовы и незнакомые ему мужчины вышли из автомобилей, трое или четверо из них направились к нему. Произошедшее в дальнейшем он помнит плохо, так как его «вырубили», однако помнит, что МС наносил ему удары битой, а также в какой-то момент кто-то ударил его несколько раз ножом (т. 2 л.д. 33-40).
При допросе <...> М показал, что <...> около <...> мин. МС позвонил по телефону Г и сказал, что подъезжает, после чего к дому, у которого в это время находились он (М), К и Г, подъехали автомобили <...> под управлением Махмутова Данила и <...>». Он (М) направился к автомобилю <...>, откуда вышли Махмутов Данил с ножом в руке и еще трое мужчин, которые стали подходить к нему, а из автомобиля «<...>» вышел МС, направившись к К. Он (М) начал отходить назад к дому, однако Махмутов Данил «налетел» на него и нанес ему несколько ударов ножом, в результате чего он упал на землю. Затем ему стали наносить удары ногами, а также к нему подошел МС, который несколько раз ударил его битой по различным частям тела. Когда Махмутовы и указанные мужчины уехали, Г на своем автомобиле привезла его и К в больницу (т. 2 л.д. 41-43).
В ходе проверки показаний на месте М пояснил, что после того как автомобили <...>» остановились около дома, из автомобиля <...> вышли МС и Данил, а также еще двое мужчин, которые направились к нему. При этом МС держал в руке биту, а Махмутов Данил - нож. Он (М) стал отходить назад, предлагая Махмутовым и данным мужчинам поговорить, однако Махмутов Данил подбежал к нему и нанес несколько ударов ножом ему в туловище. В результате этого он упал, после чего МС стал наносить ему удары битой, а один из мужчин - ногами. Кроме того, он видел, что указанные мужчины также наносили удары находившемуся рядом К (т. 2 л.д. 44-46).
Эти показания потерпевший М в суде подтвердил частично, указав, что не подтверждает их в той части, в которой они не соответствуют его показаниям, данным в судебном заседании. Также показал, что в ходе его допроса <...> он не пояснял о наличии у Махмутова Данила ножа и нанесении именно подсудимым ему ударов ножом, подписав составленный следователем протокол его допроса, с которым он не знакомился, а при проверке его показаний на месте такие пояснения он дал по указанию следователя.
Потерпевшая Г в судебном заседании показала, что вечером <...> она находилась в гостях у своего брата К в <адрес> в <адрес>, где, кроме них, также находились МТ и М. В какой-то момент ей по телефону позвонил ранее знакомый МС, который спросил, где находятся К и М, после чего в ходе разговора с М по ее телефону предложил встретиться и поговорить, сказав, что скоро приедет. До этого днем брат ей сообщил, что у него и М произошел конфликт с МР, из-за чего к нему (К) должны приехать какие-то лица для того, чтобы с ним «разобраться».
В тот же день около <...> час. она, К, М и МТ вышли на улицу, однако МТ затем вернулась в дом, сказав ей (Г), что К и М взяли с собой ножи. Спустя некоторое время к дому, где они ожидали, подъехали автомобили <...>, откуда вышло несколько мужчин, в том числе МС с битой в руках, а также знакомые ей Махмутов Данил, А и МР. При этом Махмутов Данил, держа в руке нож, сразу направился к стоявшему поблизости М, который стал отходить от него. В это время МС подошел к К, и между ними началась драка, в ходе которой К выбил из рук МС биту. Тогда А и МР по указанию МС подбежали к К и стали наносить ему удары, повалив его на землю. В связи с этим она, подобрав биту, попыталась ударить ею А и МР, однако кто-то из них схватил ее за руки, а другой забрал биту. В этот момент она увидела рядом с К наклонившегося к нему МС, в руке которого находился нож. Потом Махмутов Данил, А, МР и еще один приехавший с ними мужчина нанесли ногами, а МС - битой множество ударов М, который в это время также лежал на земле, после чего сели в указанные автомобили и уехали. Затем она подошла к К и увидела на его груди кровь. К ей сказал, что его «затыкал МР». После этого двое проходивших мимо жителей села положили К в салон ее автомобиля, куда также помогли сесть М, и она вместе с МТ увезла их в больницу.
В ходе предварительного расследования по делу Г пояснила о том, что когда два автомобиля, в том числе <...> под управлением Махмутова Данила, подъехали к дому и остановились, М направился к данному автомобилю, откуда Махмутов Данил вышел и пошел навстречу М, держа при этом в руке нож. В это время МС с битой в руках подошел к К, после чего между ними началась драка, в ходе которой К выбил биту из рук МС, в связи с чем тот крикнул: «Пинайте его!». Тогда к К подбежал МР, а потом А, которые вместе стали наносить К удары ногами и повалили его на землю. Она подняла биту и в этот момент увидела, что около К находится МС с ножом в руке. При этом лезвие ножа было направлено в сторону туловища К, который по-прежнему лежал на земле. Она стала размахивать битой перед МС, а также стоявшими рядом МР и А, которому нанесла удар этой битой по спине, после чего МС при помощи А забрал у нее данную биту. Затем МС, МР и А подошли к также лежавшему на земле М, около которого находился Махмутов Данил, и они вместе нанесли тому множество ударов, после чего сели в автомобили и уехали (т. 2 л.д. 63-69).
Эти показания потерпевшая Г в суде подтвердила.
Согласно показаниям свидетеля А <...> во второй половине дня в <адрес> ему по телефону позвонил его друг Махмутов Данил, который предложил вместе съездить в <адрес>, где в одном из поселков проживает его дядя МР, сказав, что у того что-то произошло. Он согласился, после чего они на принадлежащем Мухмутову Данилу автомобиле <...> вместе со знакомыми им МР и Ш приехали в указанный поселок. В доме МР они узнали от его супруги, что накануне в тот же день М и К причинили ему телесные повреждения. При этом на лице МР, который в это время спал, находясь в состоянии опьянения, имелись кровоподтеки. Затем пришел МС, и супруга МР тоже рассказала ему о случившемся. После этого он (А), МР, Ш и Махмутов Данил по предложению последнего на указанном автомобиле приехали к дому, где по их сведениям проживал К, чтобы поговорить с ним и выяснить причину применения им и М насилия к МР, однако К там не обнаружили. Через некоторое время они, встретившись с МС, прибывшим к месту встречи на автомобиле <...> под управлением другого лица, по указанию МС вместе с ним и данным лицом на двух автомобилях прихали в <адрес>, остановившись у одного из домов, где на улице стояли М, К и Г. Сразу после этого М, держа в руке нож, подошел к автомобилю Махмутова Данила, открыл водительскую дверь и сказал им выходить. Махмутов Данил, а потом он (А) вышли из автомобиля и пошли к М, который стал размахивать перед ними ножом, отходя при этом от них назад к забору. МС и МР, тоже выйдя из автомобилей, направились к К. В какой-то момент Махмутов Данил рукой ударил М, которому он (А) после этого кулаком нанес два удара по лицу, в результате чего М упал на землю. Затем Махмутов Данил, наклонившись к М, замахнулся на него ножом, который держал в руке. В этот момент ему (А) был нанесен удар по спине, в связи с чем он обернулся и увидел стоявшую рядом Г с битой в руках. Он схватил Г и стал ее удерживать, после чего МС, подойдя к ним, забрал у Г биту, которой затем нанес удары лежавшему на земле М. Потом он (А), Махмутовы, МР и Ш сели в автомобиль <...> и уехали. По дороге Махмутов Данил сказал, что ударил М ножом, и по указанию МС передал ему нож. В свою очередь, МС сообщил, что нанес удары ножом К.
Свидетель МР в судебном заседании показал, что <...> около <...>. он, Махмутов Данил, А и Ш вместе приехали из <адрес> на автомобиле <...> к проживающему в <адрес> МР, у которого, как Махмутов Данил сказал по дороге, в тот день что-то случилось. Находясь в доме МР, куда через некоторое время пришел МС, они узнали, что знакомые им М и К зашли в дом МР и его ударили. Тогда МС сказал, что необходимо поговорить с М и К о произошедшем, и вечером в ходе телефонного разговора с М договорился с ним о встрече. После этого он (МР), Махмутовы Данил и МС, А и Ш на двух автомобилях, в том числе <...>, приехали в <адрес>, подъехав к одному из домов, около которого на улице стояли М, К и Г. Когда они остановились, М, держа в руке нож, подошел к водительской двери автомобиля <...>, из которого вышли он (МР), Махмутов Данил, А и Ш. В это время МС, выйдя из другого автомобиля с битой в руках, подошел к К и попытался его ударить, однако К увернулся и выбил из рук МС биту, после чего повалил его на землю и стал наносить ему удары. В связи с этим он (МР) подошел к К и, схватив его за куртку, начал оттаскивать от МС, а потом, почувствовав боль в ноге, упал вместе с К, который нанес ему удар в спину. Затем он встал и, увидев на своей одежде кровь, понял, что К ударил его ножом, причинив ранения, в связи с чем пошел обратно к автомобилю. В этот момент он увидел, как МС с ножом в руке стал подходить к К. Он (МР) сел в автомобиль <...>, куда потом сели Махмутовы, А и Ш, и они уехали, вернувшись в дом МР. Там МС сказал, что нанес К удары ножом. Позднее его (МР) привезли в больницу, где он увидел М и узнал, что ему также были причинены ножевые ранения, однако кто и когда именно их причинил, не видел.
В ходе предварительного расследования по делу МР пояснил о том, что в тот момент, когда он после причинения ему К ранений поднялся и направился к автомобилю <...>, МС, держа в руке нож, подошел к лежавшему на земле К и нанес ему удар данным ножом (т. 12 л.д. 25-28).
Эти показания свидетель МР в суде подтвердил.
Допрошенный в судебном заседании МС, уголовное преследование которого прекращено на основании ст. 78.1 УК РФ, показал, что <...> он приехал в гости к своему племяннику МР, где от его супруги узнал о произошедшем у него конфликте с М и К. В доме МР в это время также находился Махмутов Данил. Решив поговорить с М и К о случившемся, он (МС) позвонил М по телефону и договорился с ним о встрече. После этого вечером он на автомобиле «такси» и Махмутов Данил на своем автомобиле приехали в <адрес>, подъехав к дому, адрес которого ему назвал М. Взяв имевшуюся у него биту, он вышел из автомобиля и направился к данному дому, со двора которого вышли М и К. При этом М, держа в руке нож, пошел к автомобилю Махмутова Данила, а К подошел к нему (МС), после чего ударил его ножом в туловище. В ответ он также ножом, который имелся у него при себе, нанес К несколько ударов. Затем он подбежал к М и ударил его битой, а потом этим же ножом, после чего он и Махмутов Данил, который все время сидел в своем автомобиле, уехали.
В ходе предварительного расследования по делу МС показал, что вечером <...> он на автомобиле под управлением знакомого ему И и Махмутов Данил на своем автомобиле <...> с еще тремя мужчинами, с которыми находится в дружеских отношениях, приехали к одному из домов по <адрес> в <адрес>, где на улице стояли М, К и Г. Когда они остановились, М, держа в руке нож, подошел к автомобилю Махмутова Данила и, открыв дверь, сказал ему выходить. В это время он (МС) с битой в руках, выйдя из автомобиля, подбежал к стоявшему ближе к нему К, после чего между ними началась драка, в ходе которой К нанес ему удар ножом. Тогда он, бросив биту и достав из кармана своей одежды нож, ударил им К несколько раз, в результате чего тот упал на землю. Затем он подбежал к М и нанес ему также несколько ударов ножом в живот. После этого он, подобрав биту, а также Махмутов Данил и указанные мужчины, которые выходили из автомобиля, однако какого-либо насилия к К и М не применяли, уехали (т. 4 л.д. 22-29, 33-38).
Эти показания МС в суде подтвердил.
Из показаний свидетеля МТ следует, что днем <...> она находилась в <адрес> в <адрес>, где в то время проживала со своими детьми и К. Около <...> мин. пришли К, М и Г, от которых ей стало известно о том, что М ударил знакомого ей МР в ходе произошедшего между ними конфликта. После этого она, М и К стали употреблять спиртное в указанном доме, где вместе с ними находилась и Г.
Вечером того же дня Г по телефону позвонил МС, который сказал, что скоро приедет для разговора. В связи этим через некоторое время она, М, К и Г вышли на улицу за ворота. При этом М взял с собой нож, а также у К имелся при себе нож, который он всегда носил в кармане одежды, о чем она сказала Г. Поскольку ее дети находились в доме одни, она вернулась к ним, а М, К и Г остались на улице. Примерно через <...> мин. она услышала крики Г, в связи с чем вновь вышла из дома. Выбежав за ворота, она увидела лежавших на земле М и К, а также отходивших от них МС с ножом в руке и еще одного мужчину, которые сели в стоявший рядом автомобиль <...>, где уже сидели несколько человек, после чего данный автомобиль уехал. Она подошла к К, а потом к М, который жаловался на сильную боль. К в это время ничего не говорил, но дышал. Затем двое проходивших мимо мужчин положили К в салон стоявшего около дома автомобиля Г, куда помогли сесть и М, после его она и Г увезли К и М в больницу (т. 2 л.д. 89-94).
Свидетель И показал, что вечером <...> в <адрес> он на принадлежащем ему автомобиле привез МС по его просьбе к указанному им дому, где тот вышел, а он сразу после этого уехал (т. 2 л.д. 155-157).
Согласно рапортам оперативного дежурного <...> <...>. и спустя еще некоторое время в данный отдел полиции от работников медицинского учреждения в <адрес> поступило сообщение о доставлении в это учреждение М с ножевыми ранениями (т. 1 л.д. 84, 86).
По заключениям эксперта у М обнаружены причиненная в результате однократного удара предметом, обладающим колюще-режущими свойствами, и повлекшая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни проникающая колото-резаная рана на границе грудной клетки и брюшной полости с повреждением селезенки, а также причиненные тремя воздействиями таким же предметом и расценивающиеся как влекущие легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства три не проникающие колото-резаные раны поясничной области (т. 3 л.д. 148-149, 152-154).
Эксперт Д в порядке разъяснения этих заключений показал, что установленные у М колото-резаные раны могли быть причинены в результате ударов ножом и в соответствии с п.п. 5.1.1.16 и 5.3.1 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 8 апреля 2025 г. № 172н, расцениваются: проникающая колото-резаная рана на границе грудной клетки и брюшной полости с повреждением селезенки - как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, три не проникающие колото-резаные раны поясничной области - как легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства.
При осмотре изъятых в медицинском учреждении в <адрес> двух кофт, трико и кроссовок М, а также изъятых у Махмутова Данила кроссовок, в которых они находились вечером <...>, обнаружены: на кофтах М - повреждения в виде разрезов и следы крови, на кроссовках и трико М, кроссовках Махмутова Данила - следы крови (т. 1 л.д. 122-136, 171-268; т. 2 л.д. 181-185).
По заключениям эксперта следы крови на одной из кофт, одном кроссовке и трико М, а также на одном кроссовке Махмутова Данила произошли от М (т. 2 л.д. 232-235, 239-242, 246-249; т. 3 л.д. 24-27).
В ходе осмотра с участием МС двора одного из домов в <адрес> им выдан находившийся в надворных постройках нож (т. 1 л.д. 165-170).
Согласно заключению эксперта на клинке данного ножа обнаружены произошедшие от М следы, содержащие кровь, а на его рукояти - образованные в результате смешения биологического материала М и МС следы, содержащие кровь и пот (т. 3 л.д. 72-77).
Суд не находит оснований для признания недопустимыми каких-либо доказательств, в том числе показаний Махмутова Данила, данных им в ходе предварительного расследования по делу при допросе <...>, поскольку не установил нарушений уголовно-процессуального закона при их получении.
При этом суд отвергает пояснения подсудимого о том, что в указанный день его допрос фактически не производился, а он лишь прочитал и подписал в отсутствие защитника полностью изготовленный следователем протокол его допроса, с содержанием которого согласился, поскольку был убежден следователем в прекращении в этом случае уголовного дела в отношении него в связи с признанием его действий совершенными в состоянии необходимой обороны.
Приходя к выводу о надуманности этих пояснений Махмутова, суд принимает во внимание, что согласно материалам уголовного дела при проведении указанного допроса Махмутова ему разъяснялись его процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против себя и пользоваться помощью адвоката. Допрос Махмутова проводился с участием его защитника. Правильность изложения его показаний в протоколе подтверждена подписями всех участников данного следственного действия. Замечаний и дополнений к протоколу после ознакомления с ним Махмутов и защитник не высказали. Сам протокол допроса составлен с соблюдением требований ст.ст. 166, 174 и 190 УПК РФ.
Эти обстоятельства подтвердила допрошенная в судебном заседании следователь З которая также пояснила, что при проведении допроса Махмутова изложенные в протоколе его показания фиксировались с его слов, были им даны добровольно и самостоятельно, и какого-либо воздействия на него, в том числе в форме убеждений, с той целью, чтобы им были даны самоизобличающие показания по уголовному делу, она не оказывала.
Вопреки доводам защитника несоблюдение следователем требований ч. 4 ст. 173 УПК РФ при производстве допроса Махмутова <...> не является основанием для признания его показаний, данных в ходе этого допроса, недопустимым доказательством.
Как следует из протокола этого следственного действия, Махмутов после разъяснения ему в присутствии защитника права отказаться от дачи показаний и предупреждения о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу, в том числе и в случае последующего отказа от них, в начале допроса заявил о желании дать показания, о чем собственноручно указал в протоколе, подтвердив это своей подписью.
При таких обстоятельствах отсутствие в материалах дела отдельного письменного ходатайства Махмутова с просьбой повторно допросить его по обвинению, предъявленному ему <...>, после заявленного им в начале допроса в тот же день отказа от дачи показаний (т. 4 л.д. 141-151, 152-154) не может расцениваться как существенное нарушение требований уголовно-процессуального закона, влекущее признание его показаний, данных им при допросе <...>, недопустимым доказательством.
Несостоятельными являются и доводы защитника о нарушении в ходе предварительного расследования по делу положений ст. 162 УПК РФ и недопустимости в связи с этим полученных по нему ряда доказательств, в том числе указанных показаний Махмутова, поскольку неоднократное принятие по данному уголовному делу руководителем следственного органа, в производстве которого оно находилось, в соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 39 и ч. 6 ст. 162 УПК РФ решения о возвращении его следователю для производства дополнительного следствия с установлением в каждом случае срока предварительного расследования по нему в 1 месяц со дня поступления к следователю не свидетельствует о нарушении требований закона.
Совокупность представленных стороной обвинения доказательств суд находит достаточной для признания Махмутова Данила виновным в совершении покушения на убийство М.
Показания потерпевшего, данные им в ходе предварительного расследования по делу при допросе <...> и их проверке на месте, о нанесении ему вечером <...> около <адрес> в <адрес> подсудимым, вышедшим с ножом в руке из автомобиля, нескольких ударов этим ножом, и самоизобличающие показания Махмутова Данила, полученные на досудебной стадии производства по делу в ходе его допроса <...>, из которых также прямо следует, что в тот вечер у данного дома он взятым в своем автомобиле ножом несколько раз ударил потерпевшего, суд признает достоверными, поскольку они согласуются между собой, дополняя при этом друг друга, и с другими исследованными доказательствами, в том числе с:
- заключениями и показаниями эксперта Д о локализации, характере и механизме образования установленных у М колото-резаных ран;
- показаниями потерпевшей Г о том, что Махмутов Данил, выйдя из автомобиля около указанного дома, держа в руке нож, сразу пошел к стоявшему поблизости М, который начал отходить от него, после чего она стала наблюдать за действиями МС и К, а М вновь потом увидела уже лежавшим на земле;
- показаниями свидетеля А, согласно которым Махмутов Данил, выйдя из своего автомобиля, направился к отходившему от него назад М и ударил его рукой, а когда М упал, замахнулся на него находившимся в руке ножом, и впоследствии в автомобиле, когда они, то есть Махмутовы Данил и МС, он (А), МР и Ш, вместе ехали обратно в <адрес>, сказал о нанесении им ударов М ножом, передав затем этот нож МС;
- протоколами выемки, осмотра места происшествия и предметов, а также заключениями эксперта, из которых следует, что на одном из кроссовок Махмутова Данила и клинке выданного МС ножа обнаружены следы крови М.
При этом суд отвергает утверждения потерпевшего М в судебном заседании о том, что в ходе его допроса следователем <...> он не пояснял о наличии у Махмутова Данила ножа и нанесении именно подсудимым ему ударов ножом, подписав протокол его допроса, с которым он не знакомился, а при проверке его показаний на месте такие пояснения дал по указанию следователя.
Как следует из протоколов допроса М и проверки его показаний на месте, перед началом этих следственных действий, как и ранее до их проведения, ему были разъяснены его процессуальные права и обязанности, а также он был предупрежден об уголовной ответственности по ст.ст. 307 и 308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний. Кроме того, он был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе в случае его последующего отказа от них. По окончании допроса и проверки показаний на месте потерпевший ознакомился с протоколами, не высказав каких-либо замечаний и заявлений. Правильность отражения его показаний в протоколах удостоверена выполненной им самим соответствующей записью в протоколе допроса и его подписями, а также подписью следователя. Сами протоколы составлены в соответствии с положениями ст.ст. 166 и 190 УПК РФ.
Соблюдение требований закона при производстве допроса М и проверки его показаний на месте подтвердила допрошенная в судебном заседании следователь ИЛ, согласно показаниям которой изложенные в протоколах пояснения потерпевшего фиксировались в полном соответствии с их устным содержанием в ходе проведения указанных следственных действий, были даны им добровольно и самостоятельно, и каких-либо заявлений, в том числе <...> о невозможности участия в допросе в связи с неудовлетворительным состоянием здоровья, от М не поступало.
Суд не усматривает в указанных показаниях потерпевшего М, показаниях Махмутова Данила, данных им в ходе предварительного расследования по делу при его допросе <...>, и показаниях потерпевшей Г и свидетеля А по описанию преступных действий подсудимого каких-либо существенных противоречий, а наличие в этих их показаниях некоторых несоответствий в ряде деталей при сообщении сведений о произошедших вечером <...> около <адрес> в <адрес> событий, что обусловлено их быстротечностью на улице в темное время суток, как и уточнение и дополнение М своих показаний на досудебной стадии производства по делу, не дает оснований их отвергать и не умаляет их доказательственного значения.
Вопреки доводам участников со стороны защиты каких-либо обстоятельств, указывающих на заинтересованность потерпевших и свидетеля А в исходе дела не в пользу подсудимого и наличие у них оснований для его оговора, в судебном разбирательстве дела не установлено, а утверждения Махмутова Данила о том, что свидетелем А намеренно даны неправдивые показания против него по предложению следователя, ничем не подтверждены.
Суд не находит оснований подвергать сомнению достоверность и объективность выводов заключений эксперта, составленных по результатам проведения по делу молекулярно-генетических экспертиз, принимая во внимание, что данные экспертизы произведены лицами, обладающими необходимыми для этого специальными знаниями, квалификацией и опытом работы, изложенные в заключениях выводы надлежащим образом мотивированы, а сами экспертные заключения составлены с соблюдением требований ст. 204 УПК РФ с указанием в них, в том числе, представленных для исследований объектов и отобранных в соответствии со ст. 202 УПК РФ биологических образцов М, Махмутовых и иных лиц. Каких-либо обстоятельств, указывающих на необоснованность и ошибочность выводов данных заключений, не установлено.
Принимая во внимание вышеизложенное, суд отвергает доводы участников со стороны защиты о непричастности подсудимого к причинению М колото-резаных ран и признает недостоверными показания Махмутова Данила, данные им в ходе предварительного расследования по делу при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого <...>, <...> и их проверке на месте, а также показания МС о том, что удары ножом потерпевшему с причинением ему указанных ран были нанесены не подсудимым, а МС, поскольку указанные доводы и показания Махмутовых в этой части не соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела и опровергаются совокупностью исследованных доказательств.
Признавая данные показания МС не соответствующими действительности, суд также учитывает, что он заинтересован в исходе дела в пользу подсудимого, поскольку состоит с ним в родственных отношениях, а потому такие показания им даны в целях помочь Махмутову Данилу избежать привлечения к уголовной ответственности за совершенное преступление.
Необоснованными являются и доводы участников со стороны защиты о непричастности подсудимого к причинению М колото-резаных ран в связи с неустановлением по заключению эксперта на рукояти выданного МС ножа, на клинке которого обнаружены следы крови потерпевшего, биологических следов, произошедших от Махмутова Данила, так как убедительных сведений о том, что такие произошедшие от него следы обязательно должны были остаться на указанном ноже и впоследствии быть обнаружены в ходе предварительного следствия по делу, подсудимым и его защитником не представлено.
В судебном заседании установлено, что Махмутов Данил нанес потерпевшему М четыре удара ножом в туловище, то есть в область расположения жизненно важных органов, причинив ему повлекшую тяжкий вред здоровью проникающую колото-резаную рану на границе грудной клетки и брюшной полости с повреждением селезенки и еще три колото-резаные раны поясничной области, тем самым применив к нему насилие, очевидно представляющее реальную опасность для жизни человека.
Принимая во внимание данные обстоятельства, характер действий подсудимого в отношении М, использование им ножа в качестве орудия преступления и избранный способ посягательства, у суда не возникает сомнений в том, что при совершении указанных действий Махмутов Данил преследовал цель лишить М жизни, действуя с прямым умыслом на причинение ему смерти.
Неприменение же подсудимым к М после причинения ему указанных повреждений еще опасного для жизни насилия при наличии такой возможности, так как потерпевший, упав на землю, не оказывал никакого сопротивления, с учетом того, что М в то время, пока Махмутов Данил не скрылся с места происшествия, продолжал лежать на земле, не совершая каких-либо действий, в том числе не пытаясь встать, никаким образом не свидетельствует об отсутствии у подсудимого при нанесении М ударов ножом прямого умысла на причинение ему смерти, поскольку подсудимым заведомо для него были совершены в отношении потерпевшего все необходимые и достаточные для достижения цели лишить его жизни действия.
При этом смерть М не наступила в связи с тем, что спустя незначительное время после причинения ему Махмутовым Данилом колото-резаных ран он был доставлен в медицинское учреждение, где ему была оказана необходимая помощь, то есть не наступила по не зависящим от подсудимого обстоятельствам ввиду своевременного оказания М квалифицированной медицинской помощи.
Каких-либо обстоятельств, дающих основания полагать, что Махмутов Данил покушался на убийство М в состоянии необходимой обороны, при превышении ее пределов или в состоянии аффекта, в судебном заседании не установлено.
Исходя из положений ст. 37 УК РФ, состояние необходимой обороны возникает у лица только при совершении в отношении него общественно опасного посягательства, сопряженного либо не сопряженного с насилием, опасным для его жизни, или с непосредственной угрозой применения такого насилия, а также при наличии реальной угрозы такого посягательства.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 2, 3 и 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», о наличии общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося, могут свидетельствовать, в частности, причинение вреда его здоровью или применение способа посягательства, создающие реальную угрозу для его жизни (например, ранения жизненно важных органов, удушение, поджог). Непосредственная угроза применения такого насилия может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37 УК РФ, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося, а также иных деяний, которые, хотя и не сопряжены с насилием, однако с учетом их содержания могут быть предотвращены или пресечены путем причинения посягающему вреда. Если же общественно опасного посягательства не существовало в действительности и окружающая обстановка не давала лицу оснований полагать, что оно происходит, его действия подлежат квалификации на общих основаниях.
Как установлено в ходе судебного разбирательства дела, подсудимый вместе с МС, А, МР и Ш приехал к <адрес> в <адрес>, где на улице находились М и К, после чего, понимая, что он и приехавшие с ним лица имеют численное превосходство, вооружившись перед тем, как выйти из автомобиля, ножом, сам направился к М, который стал отходить назад, и, подойдя к нему, четыре раза ударил его данным ножом в туловище. При этом потерпевший каких-либо ударов Махмутову Данилу не наносил и не пытался нанести, иных действий, связанных с применением насилия или угрозой его применения, в отношении него не совершал, угроз лишить жизни либо причинить вред здоровью ему не высказывал.
Принимая во внимание данные обстоятельства, а также целенаправленность и последовательность действий подсудимого, его поведение во время и после применения к М указанного насилия, суд приходит к выводу о том, что Махмутов Данил не находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, и его действия, направленные на лишение М жизни, заведомо для него не были обусловлены необходимостью защиты от общественно опасного посягательства, которого с очевидностью для него не существовало, и окружающая обстановка не давала ему никаких оснований полагать, что оно происходит. Утверждения же Махмутова Данила и свидетеля А о наличии у М в руке ножа, которым он по их пояснениям размахивал перед подсудимым, когда отходил от него назад, не свидетельствуют о совершении потерпевшим нападения на Махмутова Данила или иных действий, создающих реальную угрозу для его жизни и здоровья, а напротив, указывают на принятие М мер к предотвращению совершения общественно опасного посягательства в отношении него.
Исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что подсудимый покушался на убийство М на почве личной неприязни, возникшей к нему в связи с применением им ранее в тот же день в ходе произошедшего конфликта насилия к МР, дяде Махмутова Данила, то есть в связи с противоправным поведением потерпевшего, которое явилось поводом для совершения преступления.
Вместе с тем суд считает, что действия Махмутова Данила органом расследования необоснованно квалифицированы как совершенные в отношении двух лиц и в составе группы лиц по предварительному сговору.
Из разъяснений, содержащихся в п.п. 5 и 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», следует, что по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ подлежит квалификации убийство двух и более лиц, совершенное одновременно или в разное время при условии, что ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден. Убийство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения потерпевшего жизни, применяя к нему насилие, при наличии между ними выраженной в любой форме договоренности на его убийство, состоявшейся до начала совершения ими направленных на то действий.
Согласно установленным судом обстоятельствам дела колото-резаные раны М с целью лишения его жизни были причинены только Махмутовым Данилом, и доказательств, подтверждающих применение им насилия или совершение иных противоправных действий с той же целью в отношении еще и другого лица либо оказание содействия в лишении этого лица жизни, стороной обвинения не представлено.
Более того, описание деяния, изложенное в предъявленном Махмутову Данилу обвинении, не содержит указаний на непосредственное участие совместно с ним в покушении на убийство М путем применения к нему насилия с умыслом, направленным на лишение его жизни, иного лица или лиц, а также на непосредственное участие подсудимого в умышленном причинении смерти другому лицу или склонение им кого-либо к этому преступлению.
В связи с этим, учитывая требования ч. 1 ст. 252 УПК РФ, суд исключает из обвинения Махмутова Данила в покушении на убийство квалифицирующие признаки, предусмотренные п.п. «а», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Исходя из изложенного, действия подсудимого Махмутова суд квалифицирует по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ как покушение на убийство, то есть на умышленное причинение смерти другому человеку.
По данному делу Махмутов Данил также обвинялся в том, что <...> в период до <...> час. в неустановленном месте на территории <адрес> получил от М., уголовное преследование которого прекращено на основании ст. 78.1 УК РФ, (далее - М.) предложение совершить убийство К и М, на что согласился.
После этого Махмутов Данил и М., договорившись вооружиться ножами и битой, распределили между собой роли, согласно которым один из них причинит телесные повреждения К, а другой - М с целью исключить возможность взаимодействия К и М и оказания ими активного совместного сопротивления.
В тот же день в период с <...>. около <адрес> в <адрес>, куда Махмутов Данил приехал вместе с М., взяв при этом с ним два ножа и биту, М., действуя совместно и согласованно с Махмутовым Данилом, на почве личной неприязни к К умышленно с целью лишения его жизни нанес ему множество ударов битой, руками и обутым ногами по голове и туловищу, а также не менее двух ударов имевшимся при себе ножом в туловище и левую руку, причинив ему проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки со сквозным повреждением левого желудочка сердца, расценивающееся как влекущее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, резаную рану тыльной поверхности основной фаланги второго пальца левой кисти, расценивающуюся как влекущая легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства, и кровоподтеки лба с ссадиной левой брови, плеч и сустава пятого пальца левой кисти, расценивающиеся как не влекущие вреда здоровью.
В результате этого К от указанного проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки со сквозным повреждением левого желудочка сердца, осложнившегося острой кровопотерей, скончался тем же вечером <...> в салоне автомобиля около медицинского учреждения в <адрес>.
Действия Махмутова Данила органом расследования квалифицированы по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц по предварительному сговору.
В качестве доказательств виновности подсудимого в совершении этого преступления стороной обвинения, кроме вышеизложенных протоколов следственных действий и экспертных заключений, показаний потерпевших М и Г, свидетелей А, МР, МТ и И, показаний Махмутова Данила, данных им в ходе предварительного расследования по делу в ходе его допросов в качестве обвиняемого <...> и <...>, а также показаний МС, представлены:
- рапорты следователя о поступлении <...> из <...> сообщения о нанесении МС около <адрес> в <адрес> ударов ножом М и К, который в результате этого скончался, однако впоследствии в ходе предварительного расследования по делу установлено, что к данному дому МС прибыл вместе с Махмутовым Данилом, А и МР, после чего МС ударил ножом К, а Махмутов Данил также ножом нанес удары М (т. 1 л.д. 74, 75);
- выписка из книги учета сообщений о происшествиях <...>», из которой следует, что <...> в <...> мин. в данный отдел полиции поступило сообщение от неизвестного лица о его следовании в медицинское учреждение в <адрес> с мужчиной, которому причинены ножевые ранения (т. 1 л.д. 79);
- протокол установления смерти человека, согласно которому <...> в <...> мин. дежурным врачом указанного медицинского учреждения констатирована смерть К (т. 1 л.д. 81);
- рапорты оперуполномоченного и оперативного дежурного <...> согласно которым в данный отдел полиции от работников медицинского учреждения в <адрес> поступили сообщения о том, что <...> в это учреждение были доставлены М и К с ножевыми ранениями, и при этом К к моменту его доставления скончался (т. 1 л.д. 83-86);
- протокол осмотра места происшествия, согласно которому при осмотре <...> стоявшего у здания медицинского учреждения в <адрес> автомобиля в его салоне обнаружен труп К с ранением в области груди, а в помещении этого учреждения обнаружена и изъята одежда М со следами бурого вещества (т. 1 л.д. 122-136);
- экспертные заключения, в соответствии с которыми смерть К наступила от проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки со сквозным повреждением левого желудочка сердца, осложнившегося острой кровопотерей.
Данное ранение причинено в результате однократного колюще-режущего воздействия плоским клинковым орудием типа ножа и расценивается как влекущее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Кроме этого ранения, на трупе К установлены причиненная вследствие однократного режущего воздействия орудием с острой кромкой, возможно ножом, резаная рана тыльной поверхности основной фаланги второго пальца левой кисти, расценивающаяся как влекущая легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства, а также причиненные в результате ударов твердым тупым предметом кровоподтеки лба с ссадиной левой брови, плеч и сустава пятого пальца левой кисти, расценивающиеся как не влекущие вреда здоровью.
Указанные повреждения причинены К прижизненно незадолго до наступления смерти (т. 3 л.д. 109-123, 126-132);
- протокол осмотра территории около <адрес> в <адрес>, согласно которому у данного дома обнаружены два ножа, а также следы бурого вещества на земле и заборе (т. 1 л.д. 110-121);
- протокол осмотра места происшествия, согласно которому в <адрес> по <адрес> в <адрес> обнаружен нож, указанный проживающей в этой квартире Б как принадлежащий МС (т. 1 л.д. 150-157);
- протокол осмотра <адрес> по <адрес> в <адрес>, где в кухне обнаружена бита (т. 1 л.д. 158-164);
- протоколы выемок, согласно которым изъяты: одежда с трупа К, у Махмутова Данила - его кроссовки, куртка и трико, у МС - его кофта, куртка и трико, в которых они находились вечером <...> (т. 2 л.д. 181-185, 187-189, 206-208);
- протоколы осмотра предметов, где приведено описание указанной изъятой одежды М, К, Махмутовых Данила и МС, на которой обнаружены следы крови, а также изъятых четырех ножей, биты и двух досок от забора со следами бурого вещества (т. 1 л.д. 171-268; т. 2 л.д. 1-12, 17-22, 213-218);
- заключения эксперта, согласно которым следы крови произошли: на одной из кофт М - от К, на трико МС - от М (т. 2 л.д. 226-229; т. 3 л.д. 65-68);
- заключение эксперта, в соответствии с которым на поверхности биты обнаружены произошедшие от М следы, содержащие кровь, а на ее рукояти - образованные в результате смешения биологического материала М и МС следы, содержащие кровь и пот (т. 3 л.д. 92-98);
- заключение эксперта, из выводов которого следует, что установленное при исследовании трупа К колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки могло быть причинено ножом, изъятым в ходе осмотра двора дома в <адрес>, и не могло быть причинено ни одним из других трех изъятых ножей (т. 3 л.д. 204-208);
- заключения эксперта, согласно которым бита относится к предметам спортивного инвентаря и холодным оружием не является, а два ножа, изъятых при осмотрах двора дома в <адрес> и <адрес> по <адрес> в <адрес>, являются складными туристическими ножами и к холодному оружию не относятся (т. 3 л.д. 212-213, 217-218, 222-223);
- протокол осмотра принадлежащего Махмутову Данилу автомобиля <...> (т. 1 л.д. 138-144);
- справка, в соответствии с которой у МР при его осмотре медицинским работником установлены ножевые ранения (т. 1 л.д. 82);
- протоколы осмотров места происшествия и предметов, а также справка оперуполномоченного <...>, из которых следует, что согласно сведениям, содержащимся в изъятом у Г ее мобильном телефоне, <...> имелись соединения используемого ею абонентского номера с другими номерами (т. 1 л.д. 89-94, 95-100, 102-104).
В судебном заседании, кроме показаний Махмутова Данила, данных им в ходе предварительного расследования по делу в качестве подозреваемого и их проверки на месте, а также в ходе его допросов в качестве обвиняемого <...> и <...>, исследованы также представленные стороной защиты в качестве доказательств заключения экспертов, согласно которым:
- биологические следы на жилете и кофте А произошли: часть следов на жилете - от него самого, а часть - от К, некоторые следы на кофте - от МР, а некоторые - от К (т. 3 л.д. 30-35, 38-43);
- установить вероятность происхождения биологических следов на одном из ножей, обнаруженных в ходе осмотра территории около <адрес> в <адрес>, а также ноже, изъятом в <адрес> по <адрес> в том же селе, от М, К, Махмутовых Данила и МС не представляется возможным (т. 3 л.д. 80-82, 86-88);
- биологические следы на рукояти другого ножа, обнаруженного в ходе осмотра территории около <адрес> в <адрес>, образованы в результате смешения биологического материала К и неизвестного лица (т. 3 л.д. 102-107).
По результатам исследования и анализа всех представленных сторонами доказательств суд пришел к выводу о недоказанности виновности Махмутова Данила в совершении указанного инкриминируемого ему преступного деяния.
В соответствии с ч. 4 ст. 14, ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.
Согласно ч. 3 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном законом, толкуются в пользу обвиняемого.
Принимая во внимание данные требования закона, суд признает не опровергнутыми доводы подсудимого и его защитника о недоказанности участия Махмутова Данила в лишении Катайцева жизни.
В судебном разбирательстве дела стороной обвинения не представлено доказательств, подтверждающих получение Махмутовым Данилом <...> в период до <...> час. от М. предложения совершить убийство К и М, его согласие на данное предложение и достижение затем с М. договоренности вооружиться для этого ножами и битой с распределением между собой ролей, и указывающих на то обстоятельств в судебном заседании не установлено, а прибытие Махмутова Данила к <адрес> в <адрес>, где на улице находились К и М, совместно с М. и нанесение затем подсудимым ударов ножом М одновременно с применением М. опасного для жизни насилия к К такими обстоятельствами не являются.
При этом пояснения Махмутова Данила, из которых следует, что <...> он до приезда к указанному дому на лишение К и М жизни ни с кем не договаривался и о наличии у М. при себе биты и ножа не знал, не только ничем не опровергнуты, но и подтверждаются показаниями находившихся с подсудимым в тот день свидетелей А и МР.
Согласно описанию инкриминируемого Махмутову Данилу преступного деяния, приведенному в предъявленном ему обвинении, он не принимал непосредственного участия в лишении К жизни. Кроме того, не содержится в обвинении подсудимого и указаний на совершение им каких-либо действий, свидетельствующих об оказании содействия в причинении смерти К, а нанесение Махмутовым Данилом ударов ножом М в то же время, когда М. наносил удары К, в том числе ножом, причинив ему повлекшее его смерть ранение, учитывая, что М не препятствовал и не пытался препятствовать этим действиям М., не может расцениваться как оказание подсудимым содействия в лишении К жизни.
На основании изложенного, учитывая требования ч.ч. 3, 4 ст. 14, ч. 4 ст. 302 и ч. 1 ст. 252 УПК РФ, суд приходит к выводу о том, что Махмутов Данил не причастен к инкриминируемому ему преступлению, предусмотренному п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а потому подлежит оправданию по данному предъявленному ему обвинению на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.
По результатам исследования и анализа всех представленных сторонами доказательств судом установлено следующее.
<...> около <адрес> в с. <адрес> нанес К множество ударов битой, руками и обутым ногами по голове, туловищу и рукам, а также два удара имевшимся при себе ножом в туловище и левую руку, причинив ему проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки со сквозным повреждением левого желудочка сердца, расценивающееся как влекущее тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, резаную рану тыльной поверхности основной фаланги второго пальца левой кисти, расценивающуюся как влекущая легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства, и кровоподтеки лба с ссадиной левой брови, плеч и сустава пятого пальца левой кисти, расценивающиеся как не влекущие вреда здоровью.
В результате этих действий М. от указанного проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки со сквозным повреждением левого желудочка сердца, осложнившегося острой кровопотерей, К тем же вечером скончался.
Подсудимый Махмутов к совершению данного преступления не причастен.
Из заключения эксперта следует, что подсудимый Махмутов <...> (т. 3 л.д. 177-179).
Это заключение, а также само по себе поведение подсудимого во время и после совершения преступления, в период предварительного расследования и судебного разбирательства дела, не оставляют у суда сомнений во вменяемости Махмутова и возможности реализации им своих прав в ходе производства по уголовному делу.
При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, а также предусмотренные законом общие цели и принципы назначения наказания.
При этом с учетом фактических обстоятельств совершенного Махмутовым преступного деяния и степени его общественной опасности суд не находит оснований для изменения категории данного преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.
По месту жительства участковым уполномоченным полиции Махмутов характеризуется удовлетворительно, по месту работы - положительно (т. 4 л.д. 162).
В качестве смягчающих наказание Махмутова за совершенное деяние обстоятельств суд в соответствии с п.п. «з», «и» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ признает противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, активное способствование Махмутова раскрытию и расследованию преступления путем дачи признательных показаний в ходе предварительного расследования по делу при допросе в качестве обвиняемого <...> с сообщением сведений, имеющих значение для установления всех обстоятельств дела, а также <...> Махмутова, <...>.
Смягчающие наказание Махмутова обстоятельства суд не находит исключительными и не усматривает других, которые могли бы быть признаны исключительными, то есть существенно снижающими общественную опасность совершенного им преступления или личности самого подсудимого, дающими основания для применения при назначении ему наказания положений ст. 64 УК РФ.
Обстоятельств, отягчающих наказание Махмутова, не установлено.
Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, обстоятельства его совершения, смягчающие наказание Махмутова обстоятельства и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, сведения о его личности, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, с целью восстановления социальной справедливости и его исправления, предупреждения совершения им новых преступлений, суд назначает ему за совершенное деяние наказание в виде лишения свободы на определенный срок.
Вместе с тем, учитывая наличие совокупности смягчающих наказание Махмутова обстоятельств, суд не находит оснований для назначения ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы.
Наказание Махмутову суд назначает с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и с учетом требований ч. 3 ст. 66 УК РФ.
В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание Махмутовым наказания следует назначить в исправительной колонии строгого режима.
Меру пресечения подсудимому в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу в целях обеспечения его исполнения с учетом осуждения Махмутова к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления и данных о его личности суд на основании ч. 2 ст. 97, ч. 1 ст. 110 УПК РФ считает необходимым изменить на заключение под стражу. При этом время содержания Махмутова под стражей в порядке задержания и применения меры пресечения в ходе предварительного расследования по уголовному делу в период со <...> а также время его содержания под стражей со дня постановления приговора до дня вступления его в законную силу согласно ст. 72 УК РФ подлежат зачету подсудимому в срок наказания.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
признать Махмутова Данила Сергеевича невиновным и оправдать его по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.
Признать за Махмутовым Данилом Сергеевичем право на реабилитацию и возмещение в порядке гл. 18 УПК РФ вреда, связанного с уголовным преследованием по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства уголовного дела.
Признать Махмутова Данила Сергеевича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему 6 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
До вступления приговора в законную силу меру пресечения Махмутову Д.С. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу.
Осужденного Махмутова Д.С. взять под стражу в зале суда и поместить в <...>.
Срок отбывания Махмутовым Д.С. наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть Махмутову Д.С. в срок наказания время содержания его под стражей в порядке задержания и применения меры пресечения по уголовному делу со <...> и с <...> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
<...>
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции с подачей жалобы через Курганский областной суд в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным Махмутовым Д.С. - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.
Осужденный Махмутов Д.С. вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.
Желание принять непосредственное участие в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, равно как и отсутствие такового, а также желание иметь защитника либо отказ от участия защитника при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции должны быть выражены осужденным в апелляционной жалобе или отдельном заявлении.
Председательствующий Д.В. Кирьянов