РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 сентября 2026 года г. Братск
Падунский районный суд города Братска Иркутской области в составе:
председательствующего судьи Пащенко Р.А., при секретаре ФИО10, с участием помощника прокурора Падунского района г. Братска Иркутской области ФИО11, представителя истца ФИО2 - ФИО19, представителя ответчиков ФИО4, ФИО5 – адвоката ФИО18, третьего лица ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО2 в интересах несовершеннолетнего ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, имущественного ущерба,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2, действующий в интересах несовершеннолетнего ФИО3, обратился в суд с исковым заявлением к ФИО4, ФИО5, в котором просит:
-взыскать с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО2, действующего в интересах ФИО3 500 000 рублей в качестве компенсации вреда, причиненного здоровью потерпевшего;
-взыскать с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО2, действующего в интересах ФИО3 500 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.
В обосновании исковых требований указано, что ФИО5 является собственником транспортного средства - автомобиля КИА СОРЕНТО, г.р.з. № (приобретен (дата)).
Указанный автомобиль был передан собственником в управление ФИО4
(дата) ФИО4, управляя автомобилем КИА СОРЕНТО, г.р.з. №, находясь в состоянии опьянения, двигаясь по проезжей части автодороги в районе (адрес), в районе действия дорожною знака «Осторожно Дети», совершил наезд на перебегавшего дорогу малолетнего ФИО3, в результате чего последнему был причинен открытый перелом обеих костей левой голени в средней трети со смещением, относящееся к причинившему тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3.
При совершении наезда на пешехода, ФИО4 допустил нарушение пунктов 2.7, 8.1, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Факт нарушения ФИО4 ПДД РФ установлен решением Падунского районного суда города Братска Иркутской области по гражданскому делу №, а также материалами уголовного дела, которое в настоящее время рассматривается в Падунском районном суде города Братска Иркутской области.
Материалами уголовного дела также установлено, что к моменту совершения дорожно-транспортного происшествия, владельцы автотранспортного средства КИА СОРЕНТО, г.р.з. К656ТТ38, не осуществили обязательное или добровольное страхование транспортного средства в счет возмещения вреда, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших в соответствии с гражданским законодательством.
Таким образом, потерпевшая сторона не получила страховое возмещение в связи с причинением вреда здоровью.
Владельцами транспортного средства КИА СОРЕНТО, г.р.з. №, является его собственник - ФИО5, а также ФИО4, который управлял транспортным средством на законных основаниях с согласия собственника.
После получения травмы малолетний ФИО20 A.M. длительное время проходил лечение, которое не окончено. В настоящее время ребенку требуется повторная высотехнологическая операция с принудительным переломом конечности, при этом стоимость операции превышает 300 000 рублей. За время лечения ребенка приобретались медицинские препараты и ортопедические средства.
Стоимость лечения не была покрыта страховым возмещением вследствие того, что владельцы транспортного средства не застраховали свою ответственность.
С учетом того, что владельцы транспортного средства не выполнили обязательные требования закона об обязательном страховании гражданской ответственности, собственник транспортного средства, зная об этом, передал в управление транспортным средством лицу, совершившему преступление, потерпевшая сторона полагает возможным предъявить требования о возмещении вреда причиненного здоровью к обоим лицам.
Кроме того, пострадавшему причинен и моральный вред, который должен быть компенсирован ответчиками.
Решением Падунского районного суда города Братска Иркутской области по гражданскому делу №, с ФИО4 и ФИО5 взыскан в долевом порядке моральный вред причиненный пострадавшему.
Решением суда определен период, который связан с моральными страданиями пострадавшего и определен моментом получения травмы и оканчивается днем вынесения решения суда, то есть с (дата) по (дата).
Однако, после даты вынесения решения суда, состояние здоровья пострадавшего ухудшилось и ему требуется медицинская операция.
Так, вследствие полученной травмы ребенок длительное время мучается болями в травмированной ноге, при этом боли не проходящие, что требует назначение и прием обезболивающих лекарственных препаратов.
Вследствие полученной травмы, боли, ребенок не может посещать спортивные секции, которые ранее посещал, не может проводить досуг со сверстниками, так как не может бегать, прыгать, длительное время не может ходить, что порождает у ребенка нравственные страдания.
Предстоящая операция вызывает у ребенка тревогу за свою дальнейшую судьбу.
Истец полагает, что с учетом переносимых физических страданий (боли) от полученной травмы, длительностью лечения, эмоциональным стрессом и душевными переживаниями, невозможностью полного восстановления от травмы, ограничениями из-за травмы в полноценной и активной жизнедеятельности, размер компенсации не может быть менее 500 000 рублей.
Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, будучи извещен надлежащим образом. Ранее исковые требования поддержал, просил их удовлетворить. Пояснил, что требования о взыскании ущерба здоровью являются требованием о взыскании ущерба в связи с затратами на лечение.
Представитель истца ФИО19 в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить. Суду пояснил, что после вынесения судом решения по гражданскому делу № о взыскании компенсации морального вреда выяснилось, что ребенок получил более тяжелый перелом. Эти обстоятельства установлены судебной экспертизой по уголовному делу и ранее не были известны, то есть суд их не оценивал при вынесении решения и определении размера компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда должен быть увеличен, так как вследствие более тяжелой травмы несовершеннолетний испытывал гораздо более сильные боли, последствия травмы серьезнее, лечение не закончено. Требования в иске о взыскании ущерба здоровью подразумевают материальный ущерб. Истец понес расходы на лечение, в том числе приобретение лекарств, проезд и проживание в связи с обследованиями, которые подлежат возмещению ответчиками.
Ответчики ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, представили письменные возражения, согласно которым с исковыми требованиями не согласились, просили отказать в их удовлетворении. В действиях несовершеннолетнего имеется грубая неосторожность. Со стороны родителей отсутствовал контроль. Просят уменьшить размер ущерба с учетом этих обстоятельств и имущественного положения ответчиков. ФИО4 не считает себя виновным в ДТП, уголовное дело в отношении него еще не рассмотрено. Исковые требования о возмещении вреда здоровью не признают, поскольку исковые требования о взыскании 500 000 руб. не обоснованы, доказательства размера вреда не представлены. Имеющиеся доказательства не свидетельствуют о понесенных расходах в связи с лечением и рекомендацией врачей. Необходимость в повторной операции ФИО20 A.M. не состоит в прямой причинной связи с полученными в дорожно-транспортном происшествии повреждениями, а обусловлены некачественной медицинской помощью. Исковые требования о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. также не признают, поскольку указанные требования уже были предметом рассмотрения судом. Решением Падунского районного суда г. Братска Иркутской области от (дата) исковые требования о взыскании компенсации причиненного ФИО20 A.M. морального вреда были удовлетворены частично.
В судебном заседании представитель ответчиков ФИО4, ФИО5 – адвокат ФИО18, действующая на основании ордера, поддержала позицию ответчиков, изложенную в их письменных возражениях. Суду пояснила, что представленными доказательствами не подтверждены обоснованность и разумность расходов в связи с проводимым лечением. Компенсация морального вреда не может быть повторно взыскана с ответчиков, поскольку имеется вступившее в законную силу решение суда по аналогичным требованиям. Ухудшение состояния здоровья потерпевшего не доказано.
Третье лицо ФИО6 в судебном заседании исковые требования считала обоснованными и подлежащими удовлетворению.
В силу ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам.
В силу ч. 1 ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.
Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод.
Пунктом 2 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
В соответствии с п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Как разъяснено в п.п. 1, 12 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством/ в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу приведенной правовой нормы ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.
Вместе с тем, в соответствии со ст. 1100 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно позиции, выраженной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
В силу положений п. 1, 4 ст. 4 Федерального закона № 40-ФЗ от 25.04.2002 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи.
В соответствии со ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.
Из материалов дела судом установлено, что ФИО3 родился (дата) в г. Братске Иркутской области, его родителями являются ФИО2, ФИО6
Согласно копии карточки учета ТС, автомобиль Киа Соренто, г.р.з. №, принадлежит ФИО5
Решением Падунского районного суда г. Братска Иркутской области от (дата) по гражданскому делу № исковые требования прокурора Падунского района г. Братска, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО3, к ФИО4, ФИО5 были удовлетворены частично. Суд решил взыскать с ФИО4 в пользу ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, компенсацию морального вреда в размере 320 000 рублей; взыскать с ФИО5 в пользу ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей. В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.
Как следует из решения суда, согласно материалам проверки сообщения о преступлении № КУСП ОП № 3 МУ МВД России «Братское» (дата) около 15 ч. 00 мин. по (адрес) напротив (адрес) произошло ДТП, в результате которого водитель ФИО4, (дата) г.р., управляя автомобилем «Киа-Соренто», г.р.з. №, владельцем которого является ФИО5, (дата) г.р., допустил наезд на ФИО3, перебегавшего проезжую часть в неположенном месте, вследствие чего, последний получил телесные повреждения различной степени тяжести.
На момент ДТП гражданская ответственность ФИО4 застрахована не была, полис ОСАГО прекратил свое действие и вновь не оформлялся, в связи с чем, постановлением по делу об административном правонарушении № ФИО4 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ и подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 800 руб.
Актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от (дата) на основании проведенного химико-токсикологического исследования биологического материала (моча) освидетельствуемого на наличие барбитуратов, в отношении ФИО4 установлено состояние опьянения (фенобарбитал).
Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от (дата), проведенного на основании определения инспектора группы по ИАЗ Госавтоинспекции МУ МВД России «Братское», у ФИО3 имелись телесные повреждения: открытый перелом обеих костей левой голени в средней трети со смещением, которое расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть и могло образоваться от воздействия твердого тупого предмета, в срок давности и при обстоятельствах, указанных в определении, в момент дорожно-транспортного происшествия (дата).
Аналогичное заключение дано судмедэкспертом по результатам СМЭ от (дата), проведенном на основании постановления следователя СО СЧ СУ МВД России «Братское».
Протоколами опроса ФИО4 от (дата), очевидцев ФИО12, ФИО13 от (дата), несовершеннолетнего ФИО3 подтверждаются вышеуказанные обстоятельства ДТП.
Постановлением (адрес) о прекращении производства по делу об административном правонарушении от (дата) производство по делу об административном правонарушении, возбужденному по ч. 1, ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ по факту ДТП, прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения, материалы дела направлены в следственный отдел СЧ СУ МУ МВД России «Братское» для принятия решения.
Согласно выводам экспертного заключения №-СО скорость движения автомобиля КИА СОРЕНТО, г.р.з. №, соответствующая следам торможения в момент ДТП (дата) составляла не менее 42,41 км/ч (ответ на вопрос №); действия водителя автомобиля КИА СОРЕНТО, государственный регистрационный знак № ФИО4 с технической точки зрения не соответствовали требованиям ПДД РФ в момент ДТП (дата), водитель имел техническую возможность выполнить эти требования (нарушение п. 10.1. ПДД РФ, см. исследование по вопросу №); водитель автомобиля КИА СОРЕНТО, государственный регистрационный знак №, ФИО4 имел техническую возможность предотвратить ДТП при скорости движения, установленной расчетным путем при ответе на вопрос №, а также при скорости движения, разрешенной на участке дороги в месте ДТП (ответ на вопрос №).
В производстве Падунского районного суда г. Братска Иркутской области находилось уголовное дело № по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ.
Постановлением судьи от (дата) по уголовному делу № назначена судебно-медицинская экспертиза в ГБУЗ ИОБСМЭ, ввиду возникших сомнений в обоснованности выводов первичных заключений экспертов относительно телесных повреждений и категории их тяжести.
Согласно выводам заключения Министерства здравоохранения Иркутской области ГБУЗ Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы №-с от (дата), следует, что согласно представленным медицинским документам, на момент поступления в ОГБУЗ «Братскую детскую ГБ» (дата) в 16:10 у ФИО3, 2014 г.р., имелось повреждение в виде тупой травмы левой нижней конечности в форме открытого перелома обеих костей левой голени в средней трети диафиза, перелома верхней трети диафиза малоберцовой кости левой голени, с раной на передней поверхности левой голени и ссадинами в области нижней трети левой голени и голеностопного сустава по передней и боковым поверхностям.
Данные повреждения причинены ударным воздействием тупым твердым предметом незадолго до обращения за медицинской помощью в ОГБУЗ «Братскую детскую ГБ» (дата) в 16:10, о чем свидетельствует протокол операции от (дата) в 17:50 - «...в проекции перелома большеберцовой кости в средней трети по передней поверхности рана размером около 0,7 х 0,4 см, обильно кровоточит, края неровные. В области нижней трети голени и голеностопного сустава по передней и боковым поверхностям обширные поверхностные ссадины...» и рентгенограмма от (дата) (нарушена целостность костей голени: большеберцовой кости на уровне средней трети диафиза, малоберцовой кости на уровне верхней трети и средней трети диафиза; контуры концов отломков ровные, четкие, периостальныйрегенерат не выражен).
Вышеуказанные повреждения (открытый перелом обеих костей левой голени в средней трети диафиза, перелом верхней трети диафиза малоберцовой кости левой голени, с раной на передней поверхности левой голени и ссадинами в области нижней трети левой голени и голеностопного сустава по передней и боковым поверхностям) причинены одномоментно в ходе ДТП и оцениваются в совокупности как причинившие ТЯЖКИЙ вред здоровью, при признаку опасности для жизни (как в соответствии п. 6.11.8. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от (дата) №н а также п. 4-а Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от (дата) №, так и в соответствии с п. 5.(дата). Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом МЗ РФ от (дата) №H).
Учитывая характер и локализацию повреждений у ФИО22 комплекс тупой травмы левой нижней конечности мог быть причинен в ходе ДТП (дата), то есть ударным воздействием правым краем переднего бампера движущегося автомобиля при нахождении ФИО23 в вертикальном положении и обращении его передней поверхностью левой голени и передней поверхностью туловища к движущемуся автомобилю.
Согласно литературным данным, временная нетрудоспособность пострадавших с диафизарными переломами голени колеблется в широких пределах: от 3-4 месяцев при изолированных переломах большеберцовой кости без смещения, до 5-7 месяцев при переломах со смещением, иногда достигает 9-10 месяцев. Длительную нетрудоспособность и высокий процент первичного выхода на инвалидность можно объяснить большим количеством осложнений, которые встречаются как при оперативном лечении, так и при классических консервативных способах. Все это в значительной мере обусловлено анатомическими особенностями голени.
В данном случае, у ФИО24 имелось несколько переломов костей сразу, в том числе открытый перелом обеих костей левой голени, что само по себе имеет тенденцию к длительному лечению и реабилитации, так как при таких травмах существует более высокий риск развития осложнений: нагноения раны, неправильного сращения, отсутствия сращения. Поэтому, длительность лечения ФИО21 обусловлена тяжестью и характером полученной им травмы (открытого перелома обеих костей левой голени в средней трети диафиза, перелома верхней трети диафиза малоберцовой кости левой голени).
По результатам проведенной комиссионной судебно-медицинской экспертизы у ФИО3 установлено наличие дополнительного телесного повреждения - перелома верхней трети диафиза малоберцовой кости левой голени, который в совокупности с ранее установленными переломами обеих костей левой голени в средней трети диафиза, повлекло тяжкий вред здоровью. Указанный перелом, а также наличие ран и ссадин - не отражены в обвинительном заключении и в предъявленном органами предварительного расследования обвинении.
Данное обстоятельство явилось основанием для вынесения (дата) судом постановления о возвращении прокурору уголовного дела № в отношении ФИО4, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, на основании п. 1 и п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Определением суда от (дата) по данному гражданскому делу назначена медицинская судебная экспертиза, производство которой было поручено экспертам Братского СМО ГБУЗ ИОБСМЭ.
Из заключения эксперта № следует, что согласно анализу представленных медицинских документов у ФИО14 имелось телесное повреждение: открытый перелом обеих костей левой голени в средней трети со смещением, осложнившаяся невропатией левого большеберцового нерва посттравматического смешанного компрессионно-ишемического генеза, которое могло образоваться как в результате воздействия твердого тупого предмета, так и о таковой, в срок давности и при обстоятельствах, указанных в определении в момент дорожно-транспортного происшествия (дата).
Данное телесное повреждение оценивается как: в соответствии с действующим на момент исполнения судебно-медицинской экспертизы нормативным правовым актом, действующим с (дата), повлекло тяжкий вред здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну трети (свыше 30 %) (основание - пункты 5.(дата) Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждённого Приказом Минздрава России от (дата) №н с изменениями, внесёнными Приказом Минздрава России от (дата) №н «О внесении изменений в Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденный приказом Министерства здравоохранения РФ от (дата) №н), в соответствии с действующим на момент рассматриваемых событий ((дата)) нормативным правовым актом, действующим по (дата), являлось тяжким вредом здоровья, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем па одну треть (свыше 30 %) (основания - пункты 6.11.8 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приложение к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от (дата) №н)).
Невропатия левого большеберцового нерва посттравматического смешанного компрессионно-ишемического генеза, является осложнением указанной травмы, каких-либо других отдаленных (отсроченных) последствий указанной травмы в представленных медицинских документах не указано.
Из медицинских документов на имя ФИО3, истории развития ребенка, решения суда от (дата) по гражданскому делу № следует, что согласно выписному эпикризу от (дата) ФИО3 в период с (дата) по (дата) находился на стационарном лечении в ОГБУЗ «Братская детская городская больница», куда был доставлен бригадой скорой помощи с места ДТП (сбит легковым автомобилем) с диагнозом: открытый перелом обеих костей левой голени средней трети со смещением, ушибленная рана с/з левой голени. Выписан в удовлетворительном состоянии со следующими рекомендациями: посещение травматолога по месту жительства, гипсовая шина 6 недель, контроль R гр 1 раз в 4 недели, поливитамины 3 мес., исключить травмы и физические нагрузки 6 месяцев, домашний режим пять 5 недель, кальцемин по 1 т 1 р в день 1 мес., ходить на костылях.
Как следует из предоперационного эпикриза от (дата), при поступлении ФИО3 в приемный покой ОГБУЗ «Братская детская городская больница» ему проведена экстренная операция под общим обезболиванием – первичная хирургическая обработка раны левой голени с наложением швов, выполнено проведение спицы Киршнера через пяточную кость, установлено скелетное вытяжение левой голени на шине Белера. Груз 6 кг.
В период с (дата) по настоящее время ФИО3 находится на амбулаторном лечении с регулярными посещениями педиатра, хирурга-ортопеда (в интервале от 1 до 3 недель) по месту жительства с отстранением от очного обучения, освобождением от занятий физической культурой на 1 год, Даны рекомендации по соблюдению ортопедического режима, уходу за гипсом, о передвижении на коляске. Назначено медикаментозное лечение по показаниям, ЛФК, рентгенография. Имелись жалобы на боли, плохое срастание. (дата) хирургом рекомендован АЛМАГ 15. (дата), (дата) рекомендованы витамин Д, перевод гипсовой повязки на лонгетную. (дата) – хвойные ванны, озокерит. (дата) неврологом рекомедован массаж, парафин, пиридоксин, церебролизин, нейродимин.
Кассовыми чеками подтверждается, что истцом понесены расходы на общую сумму 17 045, 20 руб., в том числе: приобретены (дата) в ООО «Сибирское здоровье» кальцемин, магне В6 на сумму 1731, 00 руб.; (дата) в ООО «Инвитро-Сибирь» оказаны услуги на сумму 5 700, 00 руб. (дата) в «Основа движения» ИП ФИО15 артез на голеностопный сустав - 6 990, 00 руб.; (дата) в ООО «Фармгарант» кальцемин на сумму 703, 00 руб.; (дата) в ООО «Фармгарант» бетадин, пантенолспрей на сумму 966, 40 руб.; (дата) в ООО «Фармгарант» аквадетрим, левомеколь, бинт на сумму 954, 80 руб.
(дата) ФИО3 был осмотрен в ГБУЗ ИГОДКБ, дано заключение о необходимости оперативного лечения в отделении ИГОДКБ, выдано направление на госпитализацию.
(дата) между ООО «Областной многопрофильный медицинский центр ФИО1 Луки» ((адрес)) (далее – ООО «ФИО1 Луки») и ФИО2 был заключен договор на оказание платных медицинских услуг №.
(дата) ФИО3 осмотрен врачом травматологом – ортопедом ООО «ФИО1 Луки», дано заключение: неправильно слабоконсолидированный перелом диафиза обеих костей левой голени. Ротационная деформация левой голени. Постиммобилизационная контрактура левого коленного и голеностопного суставов. Даны рекомендации. Оплачены услуги на сумму 3 000, 00 руб. В подтверждение приема и проезда на личном автомобиле представлены копия приложения № к договору медицинских услуг № (адрес) от (дата), копии чеков, копия осмотра врача, а также справки по операциям ПАО Сбербанк за период с (дата) по (дата) (оплата на АЗС, оплата приема) на общую сумму 16 661, 00 руб.
(дата) ФИО3 осмотрен врачом травматологом – ортопедом ООО «ФИО1 Луки», дано заключение: неправильно консолидированный перелом диафиза обеих костей левой голени. Ротационная деформация левой голени. Постиммобилизационная контрактура левого голеностопного сустава. Даны рекомендации. Оплачены услуги на сумму 3 000, 00 руб. В подтверждение приема и проезда на личном автомобиле представлены копия приложения № к договору медицинских услуг № (адрес) от (дата), копии чеков, копия осмотра врача, а также справки по операциям АО «ТБАНК» за период с (дата) по (дата) (оплата на АЗС, оплата приема) на общую сумму 15 226, 61 руб.
(дата) ФИО3 осмотрен врачом травматологом – ортопедом ООО «ФИО1 Луки», дано заключение: неправильно консолидированный перелом диафиза обеих костей левой голени. Ротационная деформация левой голени. Удлинение левой голени. Вторичный сколиоз грудно-поясничного отдела позвоночника 1 ст. Продольное плоскостопие 1 ст. Даны рекомендации: оперативное лечение – корригирующая деротационная остеотомия костей левой голени, наложение АВФ левой голени, лечение сколиоза, лечение плоскостопия. Оплачены услуги по приему врача, рентгенографии, распечатке снимка на пленке на общую сумму 5 790, 00 руб., что подтверждается копиями чеков, копией осмотра врача, копиями приложения № к договору на оказание платных медицинских услуг № (адрес) от (дата). В подтверждение проживания и проезда на личном автомобиле представлены справки по операциям АО «ТБАНК» за период с (дата) по (дата) на сумму ?17 949,6?0 руб. (5130 + 12819,60).
(дата) между ФИО6 и ФГБУ «ННИИТО ФИО7 ФИО16» ((адрес)») был заключен договор на оказание платных медицинских услуг № (дата)/98, согласно которому был осуществлен прием заведующим отделением, стоимостью 3 000, 00 руб., что подтверждается актом оказанных платных медицинских услуг, кассовым чеком.
Как указано во врачебном заключении ФГБУ «ННИИТО ФИО7 ФИО16» от (дата) переломы по данным рентгенограммы консолидированы, показаний для повторной операции не выявлено. Рекомендована консервативная коррекция - компенсация укорочения левой нижней конечности коском.
Из кассового чека от (дата), копии справки АО «ТБАНК», копий электронных билетов по маршруту Братск-Новосибирск-Братск следует, что на поезд в (адрес) и обратно, проживание было израсходовано 38345 руб. (33045 – проезд, 5300 – проживание).
Проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд считает установленным, что (дата) ФИО4, управляя автомобилем КИА СОРЕНТО г.р.з. К656ТТ38, находясь в состоянии опьянения, двигаясь по проезжей части автодороги в районе (адрес), в районе действия дорожного знака «Осторожно Дети», совершил наезд на перебегавшего дорогу малолетнего ФИО3
Данные обстоятельства уже были установлены вступившим в законную силу решением Падунского районного суда (адрес) от (дата) по гражданскому делу №. Решением суда исковые требования прокурора (адрес), действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО3, к ФИО4, ФИО5 были удовлетворены частично. Суд решил взыскать с ФИО4 в пользу ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, компенсацию морального вреда в размере 320 000 рублей; взыскать с ФИО5 в пользу ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей. В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.
Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Исходя из этого суд, принимая во внимание обстоятельства, ранее установленные судом, разрешает вопрос лишь об обоснованности заявленных требований о возмещении ущерба и компенсации морального вреда.
Обращаясь в суд с иском, истец приводит доводы о том, что после вынесения судом решения (дата) состояние здоровья ФИО3 ухудшилось, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда.
Сторона ответчика исходит из того, что оснований для взыскания компенсации морального вреда повторно не имеется, так как решение о компенсации уже было вынесено.
Как следует из решения суда по гражданскому делу №, при вынесении решения суд исходил из тяжести полученных ФИО3 телесных повреждений, указанных в медицинских документах на момент рассмотрения дела, а также выводов, изложенных в заключениях экспертов по результатам СМЭ от (дата) № и от (дата) (открытый перелом обеих костей левой голени в средней трети со смещением).
По результатам проведенной комиссионной судебно-медицинской экспертизы №-с от (дата) у ФИО3 установлено наличие дополнительного телесного повреждения - перелома верхней трети диафиза малоберцовой кости левой голени, который в совокупности с ранее установленными переломами обеих костей левой голени в средней трети диафиза, повлекли тяжкий вред здоровью.
Согласно заключению эксперта № в результате ДТП ФИО3 причинен тяжкий вред здоровью.
Оценив указанные выше и исследованные заключения экспертов, суд полагает, что истец имеет требовать дополнительную компенсацию морального вреда, так как установлены новые медицинские обстоятельства, которые не были и не могли быть предметом рассмотрения в судебном процессе по гражданскому делу №, то есть это не считается повторным спором по тому же основанию.
Приобщенные к материалам дела экспертные заключения являются допустимыми доказательствами и подлежат оценке судом в совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ.
Стороны не оспаривали выводы исследованных в суде медицинских экспертиз, не ходатайствовали о назначении по делу дополнительной или повторной экспертизы.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Таким образом, ввиду причинения вреда здоровью несовершеннолетнего ФИО3 источником повышенной опасности в результате ДТП у него возникает бесспорное право на компенсацию морального вреда, независимо от вины причинителя вреда в силу положений ст. 1100 ГК РФ.
При решения вопроса о возложении на ответчиков гражданско-правовой ответственности в данном случае, суд руководствуется разъяснениями, изложенными в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которым владелец источника повышенной опасности, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий несет ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности - транспортным средством, наряду с непосредственным причинителем вреда.
Судом достоверно установлено и не оспаривается стороной ответчика, что законным владельцем транспортного средства, которым управлял ФИО4 в момент ДТП и в результате взаимодействия которого ФИО3 причинен тяжкий вред здоровью, является ФИО5, которая добровольно и по своей инициативе, без оформления доверенности на управление транспортным средством, передала полномочия по владению этим транспортным средством ФИО4 в отсутствие полиса ОСАГО.
Кроме того, как указано в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судам следует иметь в виду, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.
В силу ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п. 2 ст. 1081 настоящего Кодекса.
Согласно ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом. Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными.
Принимая во внимание позицию сторон, суд считает возможным определить долевую ответственность за причиненный моральный вред ФИО3 вследствие полученного в ДТП вреда здоровью, ответчика ФИО4, являющегося непосредственным причинителем вреда здоровью - 80 %, и ФИО5, как владельца источника повышенной опасности, передавшего полномочия по владению и пользованию автомобилем ФИО4 - 20 %.
На ответчиков, как на лиц, совместно причинивших вред, надлежит возложить ответственность, с учетом степени вины каждого из них, исходя из следующего.
Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и не поддается точному денежному подсчету.
Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая положения статей 151, 1101 ГК РФ, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО3, суд учитывает фактические обстоятельства дела, личность пострадавшего и его малолетний возраст, характер причиненных телесных повреждений, квалифицированных как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть; перенесенных им как в момент ДТП так и после него физических и нравственных страданий, выразившихся в: претерпевании ребенком физической боли, прохождении длительного стационарного и амбулаторного лечения, необходимости и нуждаемости в постороннем уходе, невозможности самообслуживания и связанного с этим чувства стыда, длительности постельного режима, изменении привычного активного образа жизни; а также последствия полученных травм, результаты проведенного лечения и состояние здоровья ребенка на момент рассмотрения дела.
Суд принимает во внимание действия законных представителей, которые допустили нахождение малолетнего ребенка на проезжей части; сложившуюся дорожную ситуацию, при которой ребенок переходил дорогу не в установленном месте, обстоятельства, связанные с личностью непосредственного причинителя вреда ФИО4, его материальное положение, нахождение на иждивении несовершеннолетних детей, наличие алиментных обязательств, а также обстоятельства, связанные с личностью владельца источника повышенной опасности ФИО5, а именно: ее возраст, размер дохода в качестве самозанятого, нахождение на иждивении двух внуков, которые обучаются по очной форме обучения и не имеют самостоятельного заработка, что никем не оспаривается, и приходит к выводу об уменьшении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО3
При определении размера компенсации морального вреда необходимо принять во внимание также наличие у водителя технической возможности предотвратить наезд на пешехода, что ранее установлено судом, отсутствие при управлении автомобилем полиса ОСАГО и нахождение в состоянии опьянения, установленного в рамках медицинского освидетельствования.
При таких обстоятельствах, с учетом ранее взысканных сумм, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, с учетом необходимости соблюдения баланса интересов сторон, суд считает возможным взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. (с ФИО4 - 80000 руб. (80 %), с ФИО5 – 20000 руб. (20 %)).
Отклоняя доводы ответчиков об уменьшении размера компенсации морального вреда в пользу ФИО3 на основании п. 2 ст. 1083 ГК РФ, наличия в действиях потерпевшего грубой неосторожности, суд считает необходимым указать на то, что потерпевшим в данном случае является малолетний ребенок, который в силу своего возраста не мог осознавать своих действий, предвидеть их последствия, следовательно, не мог допустить грубую неосторожность.
Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчиков компенсации вреда, причиненного здоровью потерпевшего в размере 500000 руб., которое изначально обосновано невозможностью получения страхового возмещения в связи с причинением вреда здоровью, так как ответчики не застраховали свою ответственность. После получения травмы малолетний ФИО25 длительное время проходил лечение, которое не окончено. За время лечения ребенка приобретались медицинские препараты и ортопедические средства.
В судебном заседании истец, представитель истца поясняли, что таким образом сформулированное к ответчикам требование является требованием о взыскании ущерба в связи с затратами на лечение.
В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).
В соответствии с п. 5 ст. 10 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах, охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и ст. 4 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», застрахованному лицу гарантируется бесплатное оказание медицинской помощи при наступлении страхового случая в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования и базовой программы обязательного медицинского страхования.
В соответствии со ст. 16 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ застрахованные лица имеют право на: бесплатное оказание им медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая: на всей территории Российской Федерации в объеме, установленном базовой программой обязательного медицинского страхования; на территории субъекта Российской Федерации, в котором выдан полис обязательного медицинского страхования, в объеме, установленном территориальной программой обязательного медицинского страхования.
Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.
Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от (дата) №-П «По делу о проверке конституционности статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО17», п. 1 ст. 1085 ГК РФ признан не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования он не дает оснований для отказа в возмещении разумных и обоснованных расходов, понесенных на лечение лицом, которое могло получить лечение повреждения здоровья бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования, но избрало платное лечение, соответствующее клиническим рекомендациям, в случаях, когда иное повлекло (могло повлечь) для его здоровья неблагоприятные последствия.
Сложившееся в правоприменительной практике толкование (имевшее место и в деле заявителя) п. 1 ст. 1085 ГК РФ, исключающее возмещение потерпевшему расходов на лечение, в котором он нуждался вследствие причинения вреда его здоровью и которое ему показано на основании клинических рекомендаций - притом что у него формально имелась возможность получения медицинской помощи в рамках программы ОМС, - фактически ограничивает самостоятельный выбор потерпевшим способа лечения.
Верховный Суд Российской Федерации обращал внимание судов на то, что, если потерпевший, нуждающийся в соответствующих видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов (подпункт "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).
С учетом этого в ряде случаев допускается взыскание в пользу потерпевшего понесенных им расходов на лечение, когда медицинское учреждение, в которое гражданин имел возможность обратиться в рамках программы ОМС, не может оказать соответствующую медицинскую помощь в связи с неприменением в нем необходимых способов (методов) лечения или обследования либо в связи с невозможностью сделать это в необходимые (исходя из состояния пациента) сроки ввиду отсутствия материалов, исчерпания квот или по иным причинам организационно-технического характера, притом что ожидание лечения могло бы в значительной степени осложнить процесс выздоровления пациента (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от (дата) №-В09-106 и от (дата) №-КГПР18-232, Пятого кассационного суда общей юрисдикции от (дата) по делу №, Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от (дата) по делу № и др.).
С учетом этого в каждом конкретном случае пациенту в целях оказания наиболее эффективной медицинской помощи лечебным учреждением с учетом действующих клинических рекомендаций наряду с бесплатными (финансируемыми, в частности, за счет средств ОМС), как правило, могут быть предложены иные методы и способы лечения (восстановления здоровья), что отражает надлежащий баланс между свободой действий оказывающего медицинскую помощь врача и реальными возможностями органов публичной власти по бесплатному оказанию медицинской помощи (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от (дата) №-О).
При этом истец, требующий компенсации понесенных им затрат, опираясь на положения Конституции Российской Федерации и действующего законодательства, имеет разумные ожидания того, что причиненный ему вред - включая расходы на лечение, необходимое в соответствии с клиническими рекомендациями, - будет возмещен в полном объеме лицом, его причинившим. Разрешение же вопроса о возможности (необходимости) возмещения расходов, понесенных потерпевшим на получение медицинской помощи, осуществляется судом общей юрисдикции применительно к каждому случаю индивидуально (определения Конституционного Суда Российской Федерации от (дата) №-О-О и от (дата) №-О).
Вместе с тем, п. 1 ст. 1085 ГК РФ предполагает, что общие критерии разумности и обоснованности расходов, понесенных потерпевшим, применяются к случаям причинения вреда здоровью в весьма специфическом значении, не исчерпывающемся лишь доказыванием их необходимости для восстановления положения, существовавшего до нарушения права. К расходам на лечение, которые не подлежат возмещению, относятся в том числе расходы на те формы медицинской помощи, которые могли быть получены лицом в рамках программы ОМС, т.е. по смыслу статьи 41 (часть 1) Конституции Российской Федерации бесплатно.
Оспариваемое законоположение о праве на возмещение расходов на лечение в тех случаях, когда потерпевший не имеет права на бесплатное получение медицинской помощи, может рассматриваться как преследующее цель исключить возможность злоупотребления со стороны потерпевшего своим правом и получения неосновательного обогащения путем предъявления к причинителю вреда требований о возмещении расходов на лечение, которые он не понес (или понес необоснованно), поскольку уже получил, мог или может получить необходимое лечение в рамках программы ОМС. Кроме того, эта норма направлена на защиту прав ответчика в тех случаях, когда потерпевший умышленно завышает объем подлежащего возмещению вреда, обращаясь к избыточным средствам лечения, а также стремится к экономическому воздействию на причинителя вреда, интересы которого при этом могут не учитываться даже при невиновном причинении вреда здоровью при оказании медицинской услуги (абзац первый статьи 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В то же время оспариваемое законоположение не может рассматриваться как направленное на необоснованные ограничения законных интересов потерпевшего в применении выходящих за пределы программы ОМС методов лечения. Получение медицинской помощи в рамках программы ОМС является типичным, наиболее востребованным, но не обязательным для пациента, а в отдельных случаях и вовсе невозможным. Это характерно для случаев, когда конкретный эффективный метод лечения не входит в программу ОМС, а также когда обращение за бесплатной медицинской помощью сопряжено с длительным ожиданием консультации врача, проведения обследования и прочими объективными сложностями. Стремление потерпевшего восстановить свое здоровье любыми доступными способами, в том числе не покрываемыми за счет средств ОМС, не может само по себе рассматриваться в качестве предосудительного.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).
По заявленным требованиям о возмещении ущерба предметом доказывания является, помимо прочего, обоснованность и разумность понесенных истцом расходов на необходимое лечение, а в рассматриваемой ситуации – лечения, которое по разным обстоятельствам ФИО3 не получил в рамках программы обязательного медицинского страхования или в его интересах дополнительное обследование и лечение были наиболее эффективными.
Из пояснений истца, его представителя, третьего лица ФИО6 следует, что длительное лечение не привело к улучшению состояния здоровья ребенка, который продолжал испытывать боли. Возникли последствия в виде ограничения движения в левом голеностопном суставе, нарушения походки. Диагностированы плохое срастание перелома, деформация и удлинение левой голени. Ранее лечащий врач ортопед рекомендовал обратиться ГБУЗ ИГОДКБ и/или ФГБУ «ННИИТО ФИО7 ФИО16». В ГБУЗ ИГОДКБ сказали, что необходимо провести операцию и выдали направление. В другом медицинском центре сказали, что ребенку операция не требуется, а затем, когда лечение не помогло, что все-таки требуется оперативное вмешательство. Они выбирали наиболее лучший вариант лечения, в связи с чем поехали в ФГБУ «ННИИТО ФИО7 ФИО16» ((адрес)) для обследования. Было получено заключение об отсутствии необходимости операции. В настоящее время они понесли расходы на приобретение лекарств, медицинских изделий, проезд и проживание, о чем представлены в материалы дела документы.
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 37 Федерального закона от (дата) № 323-ФЗ медицинская помощь организуется и оказывается в том числе на основе клинических рекомендаций.
Клинические рекомендации - официальные документы с правилами и планами действий для врачей по диагностике, лечению, профилактике и реабилитации при конкретных заболеваниях. Они призваны защищать больного от лишних или неэффективных процедур, гарантируя единый стандарт лечения.
В силу п. 1 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от (дата) № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на выбор врача, который в силу положений статьи 70 названного федерального закона организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, устанавливает диагноз, рекомендует пациенту лекарственный препарат, медицинское изделие, специализированный продукт лечебного питания.
По мнению суда, длительность лечения, степень тяжести телесных повреждений, относящихся к категории тяжких, наличие болей и жалоб у несовершеннолетнего, нарушение походки и ограничение движений, диагностирование плохого срастания перелома, деформации и удлинения левой голени, что зафиксировано в медицинских документах, то есть отсутствие положительных результатов лечения, получаемого в рамках программы обязательного медицинского страхования спустя длительное время лечения, несомненно вызвали у родителей переживания за здоровье ребенка, сомнения в эффективности лечения, что явилось следствием выбора других врачей и лечебных учреждений, поисков альтернативных мнений и способов лечения, в том числе на платной основе. Их сомнения были обусловлены также отсутствием единого мнения, противоречивостью предложенных способов лечения (прием лекарственных препаратов, согласно сведениям из медицинской карты; необходимость оперативного лечения - повторного перелома, согласно заключению врачей ГБУЗ ИГОДКБ от (дата); магнитотерапия, ЛФК, прием лекарств, согласно заключениям от (дата) и от (дата); оперативное лечение – коррегирующая деротационная остеотомия, согласно заключению врачей ООО «ФИО1 Луки» от (дата)). В конечном счете, после обследования в ФГБУ «ННИИТО ФИО7 ФИО16» было получено заключение от (дата) об отсутствии оснований для оперативного вмешательства, даны рекомендации по лечению. Тем самым, в результате проведения дополнительных обследований и диагностики несовершеннолетний избежал сложной хирургической операции с длительным послеоперационным периодом, возможными тяжелыми последствиями. Кроме того, как установлено экспертами, у несовершеннолетнего ФИО3 имелся дополнительный перелом, полученный на момент ДТП, который ранее врачами, проводившими лечение в рамках программы обязательного медицинского страхования, не был диагностирован.
Исходя из установленных по делу обстоятельств, несовершеннолетний нуждался в получении необходимой медицинской помощи, дополнительных обследованиях и лечении не только в рамках программы обязательного медицинского страхования.
Представитель ответчиков полагала, что ухудшение состояния здоровья ФИО3 связано с несвоевременным и некачественным оказанием медицинской помощи, согласившись тем самым с доводами истца о неэффективности получаемого лечения.
Вместе с тем, суд отмечает, что доводы о некачественном оказании медицинской помощи и об ухудшении состояния здоровья должны быть подтверждены определенными средствами доказывания в силу специфики и необходимости специальных познаний. Таких доказательств суду не было представлено. Стороны не ходатайствовали о назначении по данному делу дополнительной или повторной судебной экспертизы.
Суд считает, что истцом представлены доказательства обоснованности фактически понесенных расходов на сумму 17 045,20 руб., в связи с приобретением лекарственных препаратов, получением услуг, связанных с лечением ФИО3
Вопреки доводам представителя ответчиков лекарственные препараты, медицинские изделия и услуги были приобретены в соответствии с рекомендациями врачей, соответствуют характеру полученных травм и тому лечению, которое осуществлялось. Согласно показаниям для применения лекарственные препараты магне В6, кальцемин, бетадин, пантенолспрей, аквадетрим, левомеколь использовались для поддержки нервной системы, для укрепления костной ткани, ухода в связи с переломом.
Понесенные истцом расходы, связанные с медицинским обследованием несовершеннолетнего ФИО3 в лечебных учреждениях с целью дополнительной диагностики, более подходящих и эффективных способов лечения, проездом в данные лечебные учреждения и проживанием на общую сумму 96972,21 руб., также являются необходимыми, разумными и подлежат возмещению ответчиками.
Представленные истцом доказательства, в том числе выписки и справки банков, подтверждающие оплату топлива на АЗС, проживания, проезд железнодорожным транспортом, суд считает достоверными и допустимыми в силу положений ч. 7 ст. 67, ч. 2 ст. 71 ГПК РФ.
Истец не злоупотребляет своим правом, не завышает объем подлежащего возмещению вреда, в том числе путем обращения к избыточным средствам лечения. Расходы соответствуют общепринятым в аналогичных ситуациях, рыночным ценам.
В общей сложности, в пользу истца с ответчиков следует взыскать материальный ущерб в размере 114017,41 руб. (с ФИО4 – 91213,93 руб. (80 %), с ФИО5 – 22803,48 руб. (20 %)).
В удовлетворении требований о взыскании ущерба в большем размере следует отказать, так как в этой части размер ущерба не подтвержден.
Как указано в ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Частью 1 ст. 103 ГПК РФ предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Между тем, в силу абзаца 2 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежит применению при разрешении исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).
Таким образом, поскольку истец в силу положений ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчиков в доход бюджета надлежит взыскать государственную пошлину пропорционально удовлетворенным требованиям и долям (за одно требование имущественного характера и одно требование неимущественного характера), с ФИО4 в размере 5937 (3537 + 2400) руб., с ФИО5 – 1484 (884 + 600) руб., рассчитанную в соответствии со ст. 333.19 НК РФ.
Проанализировав представленные доказательства в совокупности, с соблюдением норм процессуального права, в соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 в интересах несовершеннолетнего ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого здоровью - удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО4 (ИНН №) в пользу ФИО2 (ИНН №), действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО3, компенсацию морального вреда в размере 80000 руб., материальный ущерб в размере 91213,93 руб.
Взыскать с ФИО5 (ИНН №) в пользу ФИО2 (ИНН №), действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО3, компенсацию морального вреда в размере 20000 руб., материальный ущерб в размере 22803,48 руб.
В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда и материального ущерба в большем размере отказать.
Взыскать с ФИО4 (ИНН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 5937 руб.
Взыскать с ФИО5 (ИНН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 1484 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Падунский районный суд г. Братска Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, начиная с (дата).
Судья Р.А. Пащенко