РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
04 марта 2026 года село Чурапча
Чурапчинский районный суд Республики Саха (Якутия), в составе председательствующего судьи Матвеева Г.Г. единолично, при секретаре Платоновой Л.Г., с участием истца Б.А.А., представителя истца по доверенности Ф., представителей ответчика – ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова» по доверенности В., главного врача ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова» С., заместителя прокурора Чурапчинского района РС (Я) П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Б.А.А. к ГБУ РС (Я) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» о восстановлении на работе, оплате труда за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Б.А.А. обратился в суд с иском к ГБУ РС (Я) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» о признании приказа № от 08 декабря 2025 года об увольнении незаконным, восстановлении на работе, оплате труда за время вынужденного прогула за период с 05 декабря 2025 года по день вынесения решения по делу в размере среднего размера заработной платы – 11 083,31 рублей, компенсации морального вреда в размере 100 000,00 рублей и взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 25 000,00 рублей. В обоснование требований указал, что между ним и ГБУ РС (Я) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» 03 сентября 2025 года был заключен срочный трудовой договор №с, в соответствии с которым истец был временно принят на должность <данные изъяты> со сроком действия договора – до выхода основного работника. Проработав три месяца фактически был уволен 05 декабря 2025 года по приказу № от 08 декабря 2025 года, с приказом об увольнении ознакомлен 15 декабря 2025 года и не был с ним согласен, основанием увольнение явилось его собственноручно написанное заявление, однако с увольнением не согласен и в своем заявлении указал «в связи с не пройденным испытательным сроком», поскольку ответчик в лице руководителя оказывал на него психологическое воздействие и моральное давление, в том числе угрозами уволить по статье, с нарушением трудовой дисциплины и действия работодателя были направлены на то, чтобы истец написал заявление об увольнении по собственному желанию. При этом уведомление о расторжении трудового договора до истечения испытательного срока он от работодателя не получал. В связи с принуждением, увольнение полагает незаконным. Неправомерными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который оценивает в 100 000,00 рублей. При этом с учетом уточнения исковых требований, просит суд: признать приказ № от 08 декабря 2025 года об увольнении незаконным; восстановить его на работе в должности экономиста 1 категории; взыскать с ответчика компенсацию среднего заработка за время вынужденного прогула по день восстановления на работе из расчета 20 797,37 рублей; взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000,00 рублей; а также взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000,00 рублей и расходы за ГСМ в размере 8 800,00 рублей.
Истец Б.А.А. и его представитель по доверенности Ф. в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали, просят их удовлетворить, при этом в части взыскания судебных расходов за ГСМ в размере 8 800 рублей отказались, ссылаясь на обращение в будущем с отдельным требованием.
Представитель ответчика – ГБУ РС (Я) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» по доверенности В. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, пояснил, что 05 декабря 2025 года Б.А.А. было подано заявление на имя главного врача С. в котором просил уволить его по собственному желанию с 05 декабря 2025 года. Приказом № от 08 декабря 2025 года с Б.А.А. прекращен (расторгнут) трудовой договор от 03 сентября 2025 года №с по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ на основании личного заявления работника от 05 декабря 2025 года. 08 декабря 2025 года истец не явился в отдел кадров для получения документов и сведений о трудовой деятельности, а также для ознакомления с приказом об увольнении, что подтверждается актом о неявке для оформления увольнения от 08 декабря 2025 года. Приказ об увольнении истец получил лично 15 декабря 2025 года. Со стороны работодателя факта принуждения на увольнение по собственному желанию не имелось, увольнение Беляева А.А. по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ, по собственному желанию, произведено с соблюдением требований действующего трудового законодательства и на основании поданного истцом заявления об увольнении, доказательств отсутствия добровольного волеизъявления и давления со стороны работодателя, равно как и надлежащие доказательства отзыва своего заявления до окончания рабочего дня 08 декабря 2025 года, истцом не представлены, фактически в день написания заявления 05 декабря 2025 года прекратил трудовые отношения и в последствии на работу не выходил, что свидетельствует о последовательности действий истца в намерении прекратить трудовые отношения с ответчиком. При этом, увольнение произведено после выходных дней, что напротив, свидетельствует о том, что у работника имелось время изменить свое решение об увольнении и уведомить об этом работодателя в рабочий день, трудовое законодательство не запрещает расторгать трудовой договор ранее истечения двухнедельного срока, в случае согласования между сторонами иной даты. То обстоятельство, что в своем заявлении об увольнении по собственному желанию Б.А.А. указал, что не справился с испытательным сроком, это было личное дополнение к тексту и форме заявления от самого работника и правового значения оно не имеет. В заявлении Б.А.А. об увольнении его с 05 декабря 2025 года проставлена резолюция работодателя «Согласен», что свидетельствует о достижении между сторонами взаимного соглашения о конкретной дате увольнения. В части доводов истца об испытательном сроке указал, что согласно ст. 70 ТК РФ условие об испытательном сроке должно быть включено в трудовой договор, а в данном случае, такой формулировки в заключенном с Б.А.А. договоре не имеется, следовательно, его приняли на работу без установления испытания и со стороны работодателя отсутствует необходимость предупреждения работника за 3 календарных дня, как это установлено ст. 71 ТК РФ. В связи с тем, что со стороны работодателя отсутствует нарушение прав работника при расторжении трудового договора, прекращение трудовых отношений произведено с соблюдением требований действующего трудового законодательства и на основании поданного истцом заявления об увольнении по собственному желанию, просит в удовлетворении исковых требований Б.А.А. отказать в полном объеме.
Представитель ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова» – главный врач С. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, подтвердил, что 05 декабря 2025 года, действительно с Б.А.А. состоялся разговор, записанный им на сотовый телефон, пояснил, что со стороны руководства учреждения при подаче им заявления на увольнение по собственному желанию на него давления не оказывалось. В настоящее время основной работник не вышел на работу, находится в декретном отпуске.
Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании показала, что работает в должности расчетного бухгалтера ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова», расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата, таким образом и исчислен среднедневной заработок Б.А.А. в размере <данные изъяты> рублей.
Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что работает в должности исполняющего обязанности заместителя главного врача по экономике и финансам ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова», в тот день 05 декабря 2025 года, действительно между ней и Б.А.А. состоялся разговор, записанный им на сотовый телефон, в ходе беседы она предложила ему перевестись на другую работу, при этом, согласно должностной инструкции <данные изъяты>, которую замещал Б.А.А., он не находится в ее прямом подчинении, они сидят в одном кабинете, она курирует его работу, делала ему замечания, имел место конфликт по рабочим вопросам.
Суд, выслушав доводы сторон, заключение заместителя прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, показания свидетелей, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.
Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Б.А.А. с 04 сентября 2025 года состоял в трудовых отношениях с ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова» в должности <данные изъяты> временно до выхода основного работника, о чем заключен договор и внесена запись в трудовую книжку.
Приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от 08 декабря 2025 года, подписанного руководителем ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова» С., действие трудового договора от 03 сентября 2025 года было прекращено по инициативе работника, Б.А.А. уволен с должности <данные изъяты> 05 декабря 2025 года на основании пункта 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника.
Основанием для издания данного приказа явилось личное заявление Б.А.А., датированное 05 декабря 2025 года, следующего содержания: «Прошу уволить меня по собственному желанию, в связи с не пройденным испытательным сроком с <ДАТА>».
С данным приказом о своем увольнении Б.А.А. ознакомлен под роспись 15 декабря 2025 года, имеется отметка о его не согласии с приказом.
05 декабря 2025 года истцом Б.А.А. написано заявление на имя главного врача ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова», в которой истец выражает несогласие относительно претензий о том, что он не справляется со своими трудовыми обязанностями, просит дать письменные разъяснения, и о не согласии с переводом на другую должность. Данное заявление принято в учреждение 05 декабря 2025 года с входящим номером №.
05 декабря 2025 года истец обратился в прокуратуру Чурапчинского района РС(Я) с заявлением о нарушении его трудовых прав, ему предоставлен ответ о необходимости обратиться с иском в суд.
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2023), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.07.2023 указано, что расторжение трудового договора по инициативе работника может быть признано соответствующим требованиям трудового законодательства только в случае установления судом обстоятельств, свидетельствующих о наличии добровольного волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию (пункт 16).
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).
Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.
По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.
Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.
При этом адресованное работнику требование предупредить работодателя о своем увольнении не позднее, по общему правилу, чем за две недели (часть первая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации) обусловлено необходимостью предоставить работодателю возможность своевременно подобрать на освобождающееся место нового работника, а закрепленное частью четвертой той же статьи право работника до истечения срока предупреждения об увольнении отозвать свое заявление (если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора) направлено на защиту трудовых прав работника.
Пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.
Таким образом, одними из юридически значимых обстоятельств при разрешении возникшего спора являются обстоятельства, подтверждающие соблюдение работодателем процедуры увольнения истца Б.А.А. по основанию, предусмотренному ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию).
Истец Б.А.А. в обоснование своих требований о восстановлении на работе ссылается на то, что подача им заявления о расторжении трудового договора не носила добровольного характера. По его утверждению, увольнение было вызвано сложившейся ситуацией с коллегами и руководством учреждения, которые вынуждали его написать заявление об увольнении, озвучивали намерения относительно увольнения по неблагоприятным обстоятельствам в случае не написания им заявления об увольнении по собственному желанию.
B качестве доказательств подтверждения указанных сведений, истцом были предоставлены аудиозаписи разговоров в кабинете у главного врача в присутствии П.А., являвшейся исполняющим обязанности заместителя главного врача по экономике и финансам ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова», находящейся в настоящее время в отпуске по беременности и родам, главного врача С. утром 05 декабря 2025 года, а также с Свидетель №1, допрошенной в качестве свидетеля, в тот же день 05 декабря 2025 года, в их общем кабинете.
Так из аудиозаписей, состоявшихся разговоров от 05 декабря 2025 года и из представленной истцом стенограммы аудиозаписей разговоров следует, что заявление об увольнении было написано Б.А.А. под давлением, поскольку на протяжении дня ему высказывались претензии по поводу исполнения им трудовых обязанностей, предлагалось перевестись в должность сантехника, также имело место высказывание об увольнении по неблагоприятным обстоятельствам, в случае не написания им заявления об увольнении по собственной инициативе, кроме того, после состоявшейся беседы в кабинете руководителя, ему предложено время обдумать свое решение до конца рабочего дня 05 декабря 2025 года.
В соответствии с частью 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Лицо, представляющее аудиозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (статья 77 ГПК РФ).
Таким образом, аудиозаписи отнесены Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации к самостоятельным средствам доказывания, в связи с чем истец в обоснование своих доводов об отсутствии добровольного волеизъявления на увольнение вправе ссылаться на аудиозаписи разговора с руководителем учреждения и работниками отдела по экономике и финансам ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова». При этом истец указал, что записи произведены в день подачи заявления, что не отрицали главный врач С. и свидетель Свидетель №1
Давая оценку установленным по делу обстоятельствам, суд приходит к выводу об отсутствии у истца Б.А.А. намерения на расторжение трудового договора с ответчиком, вынужденности увольнения в связи с оказанным давлением, при этом судом не учитываются возражения стороны ответчика о том, что ни П.А., ни Свидетель №1 не являются непосредственными руководителями истца, поскольку как следует из представленных доказательств требование об увольнении истца выдвигались именно исполняющими обязанности заместителя главного врача по экономике и финансам, с которыми истец непосредственно работал, о состоявшихся разговорах был осведомлен и сам руководитель, что не может свидетельствовать о добровольности написания истцом заявления об увольнении.
Установив вышеизложенные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что изложенные истцом Б.А.А. доводы о нарушении его трудовых прав, о том, что заявление об увольнении по собственному желанию подано им вынужденно под психологическим принуждением со стороны работодателя, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.
Обстоятельства, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, его последовательные действия по обращению к работодателю в тот же день после составления им заявления об увольнении по собственному желанию, само содержание указанного заявления, обращение истца в прокуратуру района, свидетельствуют об отсутствии добровольности его волеизъявления на увольнение по собственному желанию. Кроме того, материалами дела подтверждается то, что увольняя истца по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, работодатель лишил истца возможности, предусмотренной ст. 80 ТК РФ отозвать свое заявление. Последствия написания заявления об увольнении по инициативе работника работодателем истцу не разъяснялись.
Установленные судом обстоятельства отсутствия у истца волеизъявления на прекращение между сторонами трудовых отношений, влекут незаконность увольнения Б.А.А. по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
В силу требований ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Согласно пункту 1 частью 1 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику неполученный им заработок во всех случаях, незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
На основании части 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
Из справки о заработной плате, выданной ответчиком, следует, что средний дневной заработок истца составляет 1 890,67 рублей. Таким образом, в пользу истца Б.А.А. подлежит взысканию средний заработок за период с 05 декабря 2025 года по 04 марта 2026 года за 53 рабочих дня в сумме 102 096 рублей 18 копеек. (из расчета: <данные изъяты> рублей х 53 дня)
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размера его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Принимая во внимание характер нарушений прав работника, их продолжительность, степень вины ответчика, учитывая требования разумности, справедливости и конкретные обстоятельства дела, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца денежной суммы в счет компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.
В соответствии со ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанные с рассмотрением дела.
В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
Как следует из представленного в материалы дела договора оказания юридических услуг № от <ДАТА>, заключенного между Б.А.А. и Ф., последняя приняла на себя обязательства по оказанию юридической помощи Б.А.А. за составление искового заявления и направления его в суд, участие в судебных разбирательствах в течение судебного процесса, собирание доказательств и иных документов. Стоимость услуг представителя согласована сторонами в разделе 1.7 договора.
Судом установлено, что в ходе рассмотрения дела интересы истца на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ на основании доверенности представляла Ф., в том числе участвовала в судебных заседаниях.
По правилам статьи 100 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
При таких обстоятельствах, на основании ст. 100 ГПК РФ с ответчика ГБУ РС (Я) «Чурапчинская районная центральная больница им. П.Н. Сокольникова» в пользу истца Б.А.А. подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя, понесенные при рассмотрении гражданского дела.
Определяя подлежащий взысканию размер судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает, что по общему правилу, условия договора, в том числе и размер оплаты услуг представителя, определяются по усмотрению сторон, поэтому ч. 1 ст. 100 ГПК РФ предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при соблюдении баланса процессуальных прав и обязанностей сторон.
В связи с этим обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).
Проанализировав такие критерии как количество проведенных судебных заседаний, степень участия представителя в рассмотрении дела, объема выполненной им работы, учитывая отсутствие ходатайства ответчика о снижении размера представительских расходов, суд приходит к выводу о том, что требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению в полном объеме, полагая, что сумма в размере 25 000 рублей соответствует требованиям разумности и справедливости, которую надлежит взыскать с ответчика.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального района «Чурапчинский улус» Республики Саха (Якутия) пропорционально удовлетворенной части исковых требований материального и нематериального характера, что составит 11 113 рублей, из расчета: 3 000 рублей (за требование неимущественного характера) + 3 000 рублей (за требование неимущественного характера) + 5 113 рублей (за требование имущественного характера).
На основании ст. 211 ГПК РФ требование Б.А.А. о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.
На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление Б.А.А. к Государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» о восстановлении на работе, оплате труда за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов – удовлетворить частично.
Приказ (распоряжение) руководителя Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» С. от 08 декабря 2025 года № «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» в отношении Б.А.А. признать незаконным и отменить.
Восстановить Б.А.А. на работе в Государственном бюджетном учреждении Республики Саха (Якутия) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» в должности «<данные изъяты>» с 05 декабря 2025 года.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» (ИНН №, КПП №, ОГРН №) в пользу Б.А.А., <ДАТА> года рождения, уроженца <данные изъяты> (паспорт №) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 05 декабря 2025 года по 04 марта 2026 года в размере 102 096 рублей 18 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, всего: 137 096 (Сто тридцать семь тысяч девяноста шесть) рублей 18 копеек.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Чурапчинская центральная районная больница им. П.Н. Сокольникова» (ИНН №, КПП №, ОГРН №) в доход бюджета муниципального района «Чурапчинский улус» Республики Саха (Якутия) государственную пошлину в размере 11 113 рублей.
В остальной части иска – отказать.
Решение суда в части восстановления Б.А.А. на работе подлежит немедленному исполнению.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Саха (Якутия) в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме через Чурапчинский районный суд Республики Саха (Якутия).
Судья Г.Г. Матвеев