ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. <АДРЕС> <ДАТА1> Мировой судья судебного участка <НОМЕР> Мысковского городского судебного района <АДРЕС> области <ФИО1>, рассмотрев материалы об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении:
<ФИО2>, <ДАТА>,
УСТАНОВИЛ:
<ФИО2> совершил административное правонарушение - невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие деяния не содержат уголовно-наказуемого деяния, при следующих обстоятельствах.
Так, <ДАТА3> в 19-22 часов гр. <ФИО2> на <АДРЕС> в г. <АДРЕС> нарушил п. 2.3.2 ПДД РФ, а именно управлял автомобилем <НОМЕР> с признаками опьянения (поведение, несоответствующее обстановке), не выполнил законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
Тем самым <ФИО2> совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.
В судебном заседании <ФИО2> вину не признал, представил письменные объяснения и дополнения к ним, которые полностью поддержал в суде, согласно которым <ДАТА3> в отношении него был составлен административный материал о совершении им административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, с которым он не согласен, поскольку инспектором ОГИБДД не был зафиксирован на видеозапись факт управления им транспортным средством, требования инспектора о прохождении освидетельствования и медицинского освидетельствования были заявлены ему не в момент управления транспортным средством или сразу после его остановки, а после того как автомобиль был уже припаркован, а он находился на крыльце перед входом в здание. Кроме того, протокол о направлении на медицинское освидетельствование и протокол о задержании транспортного средства не содержат никаких указаний ни на ведение видеозаписи, ни на участие понятых. Также, копия протокола об административном правонарушении не была фактически вручена <ФИО2>, а материалы дела не содержат каких-либо доказательств о ее направлении по почте или иным способом ему. С протоколом об административном правонарушении <ФИО2> был ознакомлен лишь при ознакомлении с материалами дела в суде, о чем имеется соответствующая отметка. В протоколе об административном правонарушении в графе «сведения о свидетелях, потерпевших, понятых» стоит отметка о привлечении инспектора ОБПС и его подпись, а в графе «свидетелям, понятым разъяснены права, обязанности» стоит подпись самого <ФИО2> и инспектора, что является существенным нарушением процедуры составления протокола. Таким образом, инспектором ГИБДД существенным образом нарушена процедура составления протоколов, в связи с чем они являются недопустимыми доказательствами, что является основанием для исключения их из числа доказательств по настоящему делу. Также требования инспектора о прохождении освидетельствования и медицинского освидетельствования, в связи с тем, что по мнению инспектора, он находился в состоянии опьянения, а именно его поведение не соответствовало обстановке, не являются законными, так как это субъективная оценка инспектора, ничем не подтвержденная. В силу п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ отсутствие объективной стороны правонарушения означает отсутствие состава административного правонарушения и является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении, в связи с чем производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в отношении него следует прекратить.
Также, <ФИО2> в судебном заседании пояснил, что сотрудниками полиции к нему применялись недозволенные меры воздействия, ему угрожали, он боялся за свою безопасность, поэтому отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения, сотрудникам полиции не возражал, никаких ходатайств и замечаний не заявлял, все протоколы подписывал собственноручно.
Защитник <ФИО2> - <ФИО4>, действующий на основании доверенности <НОМЕР> АА 4675261 от <ДАТА4>, выданной сроком на один год, в судебном заседании поддержал доводы <ФИО2> и просил производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в отношении <ФИО2> прекратить.
Допрошенный в судебном заседании инспектор ДПС ОБДПС ГИБДД УМВД России по г. <АДРЕС> <ФИО5> пояснил, что <ДАТА3> он находился на дежурстве, осуществлял патрулирование со своим напарником <ФИО6> В вечернее время был остановлен автомобиль, которым управлял <ФИО2> У водителя имелись признаки опьянения, такие как поведение, несоответствующее обстановке. Водителю было предложено пройти в патрульный автомобиль, где он разъяснил <ФИО2> его процессуальные права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1 КоАП РФ, водителю права были понятны, после чего он был отстранен от управления транспортным средством и ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с применением специального технического средства - алкотестера, однако <ФИО2> от освидетельствования отказался. После этого, ему было предложено проехать в медицинское учреждение и пройти там медицинское освидетельствование на состояние опьянения, однако <ФИО2> отказался пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <ФИО2> собственноручно написал: «Отказываюсь» и проставил свою подпись, а также видеозаписью зафиксировано, как водитель говорит, что отказывается ехать на медицинское освидетельствование. Так как <ФИО2> не выразил свое письменное добровольное согласие на прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. При оформлении административного материала велась видеозапись, в связи с чем понятые не были приглашены для участия при составлении указанного материала. Видеозапись была приложена к административному материалу, о чем в протоколе об административном правонарушении указано, что к протоколу прилагается диск с видеозаписью. В протоколе об отстранении от управления транспортным средством указано, в соответствующей графе, что применялась видеозапись. Также, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, как того требует форма заполнения указанного протокола, а именно следует зачеркнуть ненужное, было зачеркнуто, что направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено в присутствии понятых, не зачеркнутым осталось, что направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено с применением видеозаписи. Протокол о задержании транспортного средства также содержит, в соответствующей графе, указание на то, что к нему прилагается видеозапись. Все протоколы были составлены в присутствии водителя <ФИО2> и вручены ему под роспись, во всех протоколах имеются его собственноручные подписи, никаких ходатайств, в том числе о желании воспользоваться юридической помощью, и замечаний он не заявлял. В отношении <ФИО2> никакого давления со стороны сотрудников полиции не осуществлялось. Таким образом, он считает, что все административные протоколы в отношении водителя <ФИО2> составлены в соответствии с нормами административного законодательства, порядок привлечения к административной ответственности при отстранении от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения не нарушен. <ФИО2> был согласен с тем, что управлял транспортным средством, а также пояснил откуда и куда он двигался. Факт управления <ФИО2> транспортным средством был визуально зафиксирован сотрудниками полиции, обязательное фиксирование управления водителем транспортным средством именно с помощью видеофиксации, законодательством не предусмотрено.
По письменному ходатайству <ФИО2>, в судебные заседания неоднократно вызывались свидетели <ФИО7>, <ФИО8>, которые были надлежащим образом извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела, однако в суд не явились, причину неявки суду не сообщили.
В судебном заседании <ФИО2> пояснил, что заявленные им в ходатайстве свидетели <ФИО7> и <ФИО8> действительно извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела, но прийти в суд и дать пояснения отказались, в связи с чем, считает возможным рассмотреть дело без указанных свидетелей.
Письменными доказательствами по делу являются:
- протокол об административном правонарушении от <ДАТА3> 42 АР № 646921;
- протокол об отстранении от управления транспортным средством от <ДАТА3> 42 АГ <НОМЕР>, согласно которому, <ФИО2> управлял автомобилем, имея признаки опьянения: поведение, несоответствующее обстановке;
- протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 42 АД <НОМЕР> от <ДАТА3> согласно которому, <ФИО2> было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, поскольку он отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, однако <ФИО2> отказался пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения;
- протокол о задержании транспортного средства 42 АЕ <НОМЕР> от <ДАТА3>;
- рапорт полицейского;
- сведения о наличии у <ФИО2> водительского удостоверения;
- видеофиксация правонарушения.
Кроме того, при составлении административного материала в отношении <ФИО2> применялась видеофиксация правонарушения, в связи с чем, участие понятых является необязательным.
К материалам административного дела должностным лицом, составившим протокол, приобщена видеофиксация правонарушения, которая обозревалась в судебном заседании в присутствии <ФИО2> и его защитника, и которая подтверждает факт совершения <ФИО2> административного правонарушения, а также подтверждает все обстоятельства, изложенные в протоколе об административном правонарушении.
Выслушав <ФИО2>, его защитника, должностное лицо, составившее протокол, исследовав письменные материалы дела, видеофиксацию правонарушения, оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд считает что по делу установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в том числе лицо совершившее правонарушение и его виновность, в связи с чем, действия <ФИО2> следует квалифицировать по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, как невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
Судом установлено, что <ДАТА3> <ФИО2> управлял транспортным средством - автомобилем <НОМЕР>. Сотрудниками ГИБДД у <ФИО2> были установлены признаки опьянения: поведение, несоответствующее обстановке.
Поскольку <ФИО2> отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, он был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, был составлен протокол о направлении его на медицинское освидетельствование, однако <ФИО2> от прохождения медицинского освидетельствования отказался, собственноручно написав в соответствующей графе протокола, что он отказывается пройти медицинское освидетельствование и проставил свою подпись, данный факт подтверждается видеозаписью правонарушения, которая велась при составлении административного материала. В связи с чем, в отношении <ФИО2>, был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.
Согласно п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, водитель механического транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.
Работники полиции в силу ст. 13 Закона «О полиции» имеют право направлять и (или) доставлять на медицинское освидетельствование в соответствующие медицинские организации граждан для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, если результат освидетельствования необходим для подтверждения либо опровержения факта совершения преступления или административного правонарушения, для расследования по уголовному делу, для объективного рассмотрения дела об административном правонарушении, а также проводить освидетельствование указанных граждан на состояние опьянения в порядке установленном Правительством РФ.
Невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения влечет административную ответственность, предусмотренную ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.
В соответствии с ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, либо лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 настоящего Кодекса, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.
В силу ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.
Согласно п. 2 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утв. Постановлением Правительства РФ от <ДАТА6> <НОМЕР>, достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.
Пунктом 8 Правил установлено, что направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит: при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.
Судом установлено, что отстранение от управления транспортным средством, направление на медицинское освидетельствование проведены компетентными лицами, с соблюдением норм КоАП РФ.
В соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.
Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.
В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех доказательств дела в их совокупности.
В целях обеспечения вынесения судом правосудного решения процессуальное законодательство регламентирует процедуру получения доказательств и закрепляет гарантии их достоверности. Одной из таких гарантий является требование об участии понятых в соответствующих процессуальных действиях, либо применение видеозаписи.
Поводом к возбуждению дела об административном правонарушении послужило непосредственное обнаружение должностными лицами достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения, что согласуется с требованиями пункта 1 части 1 статьи 28.1 КоАП РФ.
Судом установлено, что порядок направления <ФИО2> (имевшего внешние признаки опьянения и отказавшегося пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения) на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, предусмотренный положениями статьи 27.12 КоАП РФ и пунктов 8 - 11 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от <ДАТА7> <НОМЕР>, соблюден.
Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации (определение от <ДАТА8> <НОМЕР>) проведение медицинского освидетельствования водителя транспортного средства на состояние опьянения предполагает добровольное участие в этом данного лица. Отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица о прохождении такого освидетельствования может выражаться любым способом - как в форме действия, так и в форме бездействия, которые свидетельствуют о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности, предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения. Соответственно, по смыслу ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, под невыполнением водителем законного требования о прохождении медицинского освидетельствования понимаются такие действия (бездействие) указанного лица, которые объективно исключают возможность применения данной обеспечительной меры.
Аналогичная правовая позиция сформулирована в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА9> <НОМЕР> «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».
Как усматривается из видеозаписи (л.д. 5), от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения <ФИО2> отказался, никак не мотивируя свои действия, что правильно расценено сотрудниками ДПС как отказ от прохождения данной процедуры освидетельствования и явилось основанием для направления <ФИО2> на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, пройти которое он отказался, написав собственноручно в протоколе «отказываюсь» и проставив свою подпись, таким образом он не выразил свое письменное добровольное согласие на прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения, что свидетельствует о воспрепятствовании совершению в его отношении данного процессуального действия и образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в связи с чем, в отношении <ФИО2> уполномоченным должностным лицом правомерно был составлен протокол об административном правонарушении.
Процессуальные документы, послужившие основанием для привлечения <ФИО2> к административной ответственности по данному делу, составлены в рамках производства по делу об административном правонарушении и с соблюдением требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Протокол об отстранении <ФИО2> от управления транспортным средством, протокол о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, протокол об административном правонарушении, являются доказательствами, подтверждающими факт управления <ФИО2> транспортным средством с признаками опьянения. При составлении административного материала велась видеозапись, во всех протоколах имеются отметки, в соответствующих графах, о применении видеозаписи. В связи с этим, суд считает возможным использование данных документов в качестве доказательств, оснований не доверять данным доказательствам, нет. У суда отсутствуют основания для признания недопустимыми доказательствами протокола об административном правонарушении, протокола об отстранении от управления транспортным средством, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, протокола о задержании транспортного средства, так как порядок получения этих доказательств, предусмотренный нормами административного законодательства, соблюден.
Суд считает, что порядок привлечения к административной ответственности при отстранении от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения не нарушен. Из имеющихся в материалах дела протоколов следует, что при отстранении <ФИО2> от управления транспортным средством и направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения велась видеозапись, при этом от <ФИО2> каких-либо замечаний по поводу неправильности составления указанных документов, либо на нарушение установленного законом порядка направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения при их составлении, не последовало. Все протоколы, имеющиеся в материалах дела, были составлены в присутствии <ФИО2> и были вручены ему сотрудником ДПС, о чем во всех протоколах, в соответствующих графах, имеются собственноручные подписи <ФИО2> Каких-либо замечаний по поводу наличия или отсутствия признаков опьянения у <ФИО2> им самим не было сделано.
Факт отказа <ФИО2> от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, зафиксирован в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование, а также подтверждается видеозаписью правонарушения.
Основанием привлечения к административной ответственности по ст. 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу ГИБДД, так и медицинскому работнику.
Обстоятельства, послужившие законным основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, должны быть указаны в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и в протоколе об административном правонарушении, как относящиеся к событию административного правонарушения.
Такие обстоятельства были установлены сотрудником ГИБДД, они были указаны в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и в протоколе об административном правонарушении.
Суд признает законными основания для направления <ФИО2> на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также соблюдение установленного порядка направления на медицинское освидетельствование.
Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом в соответствии со ст. 28.2 КоАП РФ, в нем отражены все сведения, необходимые для разрешения дела.
При составлении протокола об административном правонарушении <ФИО2> были разъяснены его процессуальные права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1 КоАП РФ, которые были ему понятны, он был ознакомлен с протоколом, копия протокола ему была вручена, что подтверждается его собственноручными подписями, в соответствующих графах протокола. Свободно распоряжаясь своими процессуальными правами, <ФИО2> никаких ходатайств и замечаний к протоколам не заявлял.
Суд учитывает, что в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <ФИО2> в графе «Пройти медицинское освидетельствование» написал: «Отказываюсь», в то время как ему достаточно было написать: «Согласен» в указанной графе.
Также, <ФИО2> была дана возможность собственноручно написать любые объяснения в протоколе об административном правонарушении, однако, <ФИО2> данным правом не воспользовался, проставил, в соответствующей графе протокола, только свою подпись.
Таким образом, оснований полагать о нарушении гарантированных Конституцией РФ и ст. 25.1 КоАП РФ прав <ФИО2>, в том числе прав на защиту, при производстве по делу не имеется.
Все доказательства по делу оформлены сотрудниками полиции в рамках выполнения ими своих служебных обязанностей, в соответствии с требованиями закона, причиной их составления послужило непосредственное выявление административного правонарушения, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, являются достоверными и допустимыми, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, не доверять им оснований не имеется.
В свою очередь, исполнение сотрудником полиции, являющимся должностным лицом, наделенным государственно-властными полномочиями, своих служебных обязанностей, в которые входит в том числе и выявление административных правонарушений, само по себе не может ставить под сомнение его действия по сбору доказательств и составлению процессуальных документов. Доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении должностными лицами в отношении <ФИО2> служебными полномочиями, о предвзятом к нему отношении, о наличии неприязни по отношению к <ФИО2>, о том, что должностными лицами были допущены нарушения при оформлении в отношении <ФИО2> документов по факту совершения <ДАТА3> административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в том числе, и о фальсификации составленных в отношении <ФИО2> процессуальных документов, а также о заинтересованности должностных лиц в исходе данного дела, в материалах дела об административном правонарушении не имеется, и суду не представлено. Оснований для оговора не установлено, в связи с чем, у суда не имеется оснований сомневаться в достоверности внесенных должностными лицами в протоколы данных.
Суд считает имеющиеся доказательства относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для установления вины <ФИО2> в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.
Вместе с тем, суд критически относится к доводам <ФИО2> и его защитника о том, что нарушен порядок привлечения к административной ответственности при отстранении от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <ФИО2>, что он не находился в состоянии опьянения, что он не управлял транспортным средством, а требования инспектора о прохождении освидетельствования и медицинского освидетельствования были заявлены ему не в момент управления транспортным средством или сразу после его остановки, а после того как автомобиль был уже припаркован, а он находился на крыльце перед входом в здание, что в протоколах не содержится никаких указаний ни на ведение видеозаписи, ни на участие понятых, что видеозаписью не зафиксирован факт управления <ФИО2> транспортным средством, что <ФИО2> не был ознакомлен с протоколом об административном правонарушении и данный протокол ему не был вручен, что подпись <ФИО2> в протоколе проставлена в графе о разъяснении прав и обязанностей свидетелям/понятым, а не в графе о разъяснении прав лицу, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, поскольку данные доводы не нашли своего подтверждения в судебном заседании, они опровергаются собранными и исследованными письменными доказательствами по делу об административном правонарушении, показаниями должностного лица, составившего протокол. Кроме того, указанные доводы <ФИО2> и его защитника, опровергаются видеозаписью составления административного материала, каких-либо сведений о нарушении порядка привлечения <ФИО2> к административной ответственности, либо о нарушении его прав, видеозапись не содержит. Порядок ведения видеосъемки, также, как и порядок приобщения к делу диска с видеозаписью, нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не регламентирован. Таким образом, порядок принятия в отношении <ФИО2> обеспечительных мер нарушен не был. Все меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к <ФИО2> именно как к лицу, управляющему транспортным средством. Судом установлено, что при составлении административного материала велась видеозапись, во всех протоколах имеются отметки, в соответствующих графах, о применении видеозаписи. Все протоколы были составлены в присутствии <ФИО2> и данный факт им не оспаривается, более того подтверждается его собственноручными подписями во всех протоколах, при этом от <ФИО2> каких-либо замечаний и ходатайств не поступало. Вопреки доводам <ФИО2> и его защитника, отсутствие видеофиксации момента управления <ФИО2> автомобилем не свидетельствует о недоказанности факта управления им транспортным средством. КоАП РФ не предусматривает обязанности сотрудников полиции фиксировать на видеозапись движение и остановку транспортных средств. Согласно пункту 28 Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения, утвержденного Приказом Министерства внутренних дел РФ от <ДАТА10> <НОМЕР>, надзор за дорожным движением может осуществляться сотрудниками полиции визуально. Кроме того, доводы <ФИО2> о том, что сотрудниками полиции к нему применялись недозволенные меры воздействия, ему угрожали, он боялся за свою безопасность, в судебном заседании не нашли своего подтверждения и правовой оценке при рассмотрении данного административного дела не подлежат. Законность таких действий сотрудников полиции подлежит проверке в порядке иного судопроизводства. Суд расценивает вышеуказанные доводы <ФИО2> и его защитника, как способ защиты, имеющий цель избежать наказания за совершенное административное правонарушение.
Кроме того, суд считает необходимым разъяснить, что согласно ч. 1 ст. 32.6 КоАП РФ исполнение постановления о лишении права управления транспортным средством соответствующего вида или другими видами техники осуществляется путем изъятия соответственно водительского удостоверения, удостоверения на право управления судами (в том числе маломерными) или удостоверения тракториста-машиниста (тракториста), если водитель, судоводитель или тракторист-машинист (тракторист) лишен права управления всеми видами транспортных средств, судов (в том числе маломерных) и другой техники.
Согласно ст. 32.7 КоАП РФ течение срока лишения специального права начинается со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания в виде лишения соответствующего специального права.
В течение трех рабочих дней со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания в виде лишения соответствующего специального права лицо, лишенное специального права, должно сдать документы, предусмотренные частями 1 - 3 статьи 32.6 настоящего Кодекса, в орган, исполняющий этот вид административного наказания, а в случае утраты указанных документов заявить об этом в указанный орган в тот же срок.
В случае уклонения лица, лишенного специального права, от сдачи соответствующего удостоверения (специального разрешения) или иных документов срок лишения специального права прерывается. Течение срока лишения специального права начинается со дня сдачи лицом либо изъятия у него соответствующего удостоверения (специального разрешения) или иных документов, а равно получения органом, исполняющим этот вид административного наказания, заявления лица об утрате указанных документов.
В качестве смягчающего административную ответственность обстоятельства, суд учитывает наличие малолетнего ребенка.
Обстоятельств, отягчающих административную ответственность, судом не установлено.
При назначении наказания <ФИО2>, суд учитывает в совокупности характер совершенного административного правонарушения в области дорожного движения, данные о его личности, семейное, имущественное положение, отсутствие отягчающих и наличие смягчающих административную ответственность обстоятельств.
Оснований для применения ч. 2.2 ст. 4.1 КоАП РФ суд не усматривает.
На основании изложенного, руководствуясь ч. 1 ст. 12.26, ст.ст. 29.9, 29.10 КоАП РФ, суд
ПОСТАНОВИЛ:
<ФИО2> признать виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и назначить ему административное наказание в виде административного штрафа в размере 45 000 (сорока пяти тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.
Административный штраф должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не позднее 60 дней со дня вступления постановления в законную силу.
Реквизиты для уплаты штрафа:
Наименование получателя платежа: УФК по <АДРЕС> области-Кузбассу (Управление МВД России по г. <АДРЕС> области), Банк получателя: ОКЦ <НОМЕР> СибГУ Банка России//УФК по <АДРЕС> области-Кузбассу г. <АДРЕС>, ИНН <НОМЕР>, КПП <НОМЕР>, ОКТМО: 32731000, БИК: 013207212, р/с: 03100643000000013900, КБК: 188 116 011 230 1000 1140, УИН: 188 104 422 503 1003 2371.
Копия квитанции об уплате штрафа в 3-дневный срок представляется лицом, привлеченным к ответственности, мировому судье, вынесшему постановление.
При неуплате штрафа в срок материалы для уплаты штрафа направляются по месту работы правонарушителя или судебному приставу-исполнителю для принудительного исполнения.
Разъяснить <ФИО2>, что в случае неуплаты административного штрафа в срок установленный законодательством, он может быть привлечен к административной ответственности по ст. 20.25 ч.1 КоАП РФ в виде наложения административного штрафа в двукратном размере суммы неуплаченного административного штрафа, но не менее одной тысячи рублей, либо административного ареста на срок до пятнадцати суток, либо обязательными работами на срок до пятидесяти часов.
Постановление может быть обжаловано в течение 10 дней с момента получения его копии в <АДРЕС> городской суд <АДРЕС> области путем подачи жалобы мировому судье судебного участка <НОМЕР> Мысковского городского судебного района <АДРЕС> области или непосредственно в <АДРЕС> городской суд <АДРЕС> области.
Постановление изготовлено <ДАТА11>
Мировой судья <ФИО1>