РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
28 мая 2026 года г. Железногорск-Илимский
Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующей судьи Кайзер Н.В., при секретаре судебного заседания Беляковой К.И., с участием помощника прокурора Нижнеилимского района Малышева А.С., представителя истца Паздникова Т.Н., представителя ответчика Петрачук Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-219/2026 по исковому заявлению Мясникова А.В. к Публичному акционерному обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Мясников А.В. обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве.
В обоснование заявленных требований указав, что работал в ПАО «Коршуновский ГОК» в должности *** для работы в карьере. 31.03.2017 года около 20 час. 25 мин. в ходе ремонтных работ на территории ПАО «Коршуновский ГОК» в рабочее время ему был причинен вред здоровью в результате падения ковша экскаватора на левую стопу. Согласно акту *** от 07.04.2017 года о несчастном случае на производстве причинами, вызвавшими несчастный случай явилась неудовлетворительная организация производства работ. Лицами, допустившими нарушение своих должностных инструкций признаны механик по ремонту и обслуживанию автобульдозерной техники и горного оборудования автоколонны бульдозерной техники и горного оборудования автотранспортного участка Рудногорского рудника Рукосуев Ю.Ю. и начальник автоколонны бульдозерной техники и горного оборудования автотранспортного участка Рудногорского рудника Козлов С.В. В результате несчастного случая ему были причинены телесные повреждения в виде *** С указанным диагнозом он проходил лечение в Федеральном государственном бюджетном научном учреждении «Иркутский научный центр хирургии и травматологии», что подтверждается выпиской из медицинской карты стационарного больного, медицинскими справками, результатом консультативного приема. В соответствии со справкой о результатах степени утраты профессиональной трудоспособности серии МСЭ-2022 *** от 28.02.2023 года, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Новосибирской области» Минтруда России, бессрочно установлена степень утраты профессиональной трудоспособности у меня, которая составила *** %. В результате несчастного случая ему причинены нравственные и физические страдания, которые выразились в испытанной физической боли как в момент самого несчастного случая, так и в период лечения, а также нравственных страданиях, выразившихся в душевных переживаниях по поводу сложившейся психотравмирующей ситуации, необходимости проходить длительное лечение, утраты профессиональной трудоспособности. Кроме того, ввиду длительного лечения и неспособности полноценно зарабатывать на жизнь от него ушла жена, в результате чего распалась семья, что явилось дополнительным фактором нравственных страданий. С учетом последней редакции уточненных требований просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 700 000 рублей.
Истец Мясников А.В. в судебном заседании не присутствовал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствии с участием представителя по доверенности Паздникова Т.Н.
Участвуя в судебном заседании 06.05.2026 года истец Мясников А.В. заседании исковые требования поддержал с учетом их уточнения, указал, что обстоятельства произошедшего несчастного случая подробно указаны в акте и соответствуют действительности. Дополнил, что во время выполнения им ремонтных работ согласно выданному наряду произошло опрокидывание ковша самоходной техники ему на ногу, в результате чего он почувствовал резкую сильную боль в ноге до потери сознания, саму ногу в тот момент он не видел. Сразу же вызвали медика и скорую медицинскую помощь, доставили в ОГБУЗ «Железногорская РБ». Он находился на стационарном лечении около месяца с диагнозом: *** ему установили металлоконструкцию, затем выписали на амбулаторное лечение в п. Рудногорск, всего лечение продлилось около 4-5 месяцев. В период лечения самостоятельно передвигаться не мог, только с помощью костылей. После того, как ему сняли металлоконструкцию, по результатам МСЭ ему установлено ***% утраты трудоспособности. Кроме того, в связи с полученной травмой ему было проведено оперативное лечение в г. Иркутске, поскольку не срастался ложный сустав. Боли в ноге сохраняются и в настоящее время, на постоянной основе принимает болеутоляющие препараты, вынужден обращаться на прием к врачу-хирургу. В настоящее время передвигается с помощью трости. После произошедшего с ним несчастного случая его жизнь полностью поменялась, так как он испытывает постоянные боли. В связи с данными событиями испытал сильный стресс, и испытывает его до настоящего времени. Кроме того, после того, как он получил травму, от него ушла сожительница, но доказательств тому, что это явилось последствием несчастного случая, у него нет.
Представитель истца Паздников Т.Н., действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от 02.03.2026 года, в судебном заседании заявленные истцом требования поддержал в полном объеме, указав на их законность и обоснованность.
Представитель ответчика Петрачук Д.А., действующая на основании доверенности от 24.02.2026 года, в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, указав, что заявленная ко взысканию сумма компенсации не обоснована и не соответствует требованиям разумности и справедливости. Также просила принять во внимание тяжелое финансовое положение ПАО «Коршуновский ГОК».
Третье лицо Козлов С.В., о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.
Заслушав участников судебного разбирательства, заключение прокурора, полагавшего законными и обоснованными исковые требования Мясникова А.В. о компенсации морального вреда, исследовав имеющиеся в деле доказательства, и оценив их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, учитывая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
Согласно положениям Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).
Абзацем 1 статьи 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац третий статьи 214 Трудового кодекса РФ).
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).
Вопросы расследования несчастных случаев на производстве определены положениями статей 227 - 231 Трудового кодекса РФ.
Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса РФ подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
В соответствии с частью 3 статьи 227 Трудового кодекса РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены в том числе иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности, в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы.
Согласно частям 1 и 2 статьи 229 Трудового кодекса РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии дополнительно включаются лица, указанные в части второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации.
Частью 5 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает в частности обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.
Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 7 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ).
Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".
Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац 2 пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).
Несчастным случаем на производстве в силу абзаца 10 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, данным в пункте 9 постановления Пленума от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя; указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев; соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 5 Федерального закона от 24 июня 1998 г. N 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.
Из вышеуказанных нормативных правовых актов и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу, несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору, как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Судом установлено, что в соответствии с трудовым договором *** от 14.03.2008 года, с учетом дополнительных соглашений к нему, и на основании приказа *** от 14.03.2008 года Мясников А.В. с 17.03.2008 года состоял в трудовых отношениях с ПАО «Коршуновский ГОК», с 19.08.2018 в должности *** Автоколонны бульдозерной техники и горного оборудования Рудногорского рудника.
В соответствии с приказом *** от 02.02.2021 года прекращено действие трудового договора, Мясников А.В. уволен 19.02.2021 года с должности машиниста автогрейдера 8 разряда Автоколонны бульдозерной техники и горного оборудования Рудногорского рудника на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ по инициативе работника.
Также судом установлено, что 31.03.2017 года с *** Мясниковым А.В. при исполнении трудовых обязанностей произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах. 31.03.2017 года во вторую смену с 20-00 часов до 08-00 часов *** Мясников А.В. получил от механика по ремонту и обслуживании автобульдозерной техники и горного оборудования Рукосуева Ю.Ю. наряд на крепеж режущей кромки отвала автогрейдера John Deere G872, аналогичный наряд был выдан машинисту автогрейдера Григорьеву Д.А. Отвал стоял в перевернутом положении па верхней плоскости, опираясь 1/4 частью длины на колесо среднего моста автогрейдера, не закрепленный дополнительными упорами. Данное положение для установки режущих кромок отвала было определено в предыдущую смену механиком но ремонту и обслуживанию автобульдозерной техники и горного оборудования Рукосуевым Ю.Ю. Во время выполнения работ по прикручиванию болтами режущей кромки к отвалу Мясников А.В. находился перед рабочей поверхностью отвала, сидя на корточках. В 20-25 часа при установке четвертого болта произошла потеря устойчивости отвала, в следствии чего отвал упал рабочей поверхностью на пол, придавив левую ногу Мясникова А.В. В результате Мясников А.В. получил ***.
В соответствии с актом *** о несчастном случае на производстве от 07.04.2017 года, составленного по форме Н-1, причиной несчастного случая на производстве явилась неудовлетворительная организация производства работ. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны механик по ремонту и обслуживании автобульдозерной техники и горного оборудования Рукосуев Ю.Ю., начальник автоколонны бульдозерной техники и горного оборудования Козлов С.В. Степень вины потерпевшего актом не установлена.
В результате данного происшествия согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ОГБУЗ «Железногорская районная больница» от 01.04.2017 года, Мясников А.В. поступил в хирургическое отделение и ему установлен диагноз: «Открытый многооскольчатый перелом костей плюсны в с/3 со смещением». Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории - легкая.
Из сведений, содержащихся в эпикризе ВК в медицинской карте амбулаторного больного *** на имя Мясникова А.В. следует, что последний находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ОГБУЗ «Железногорская РБ» в период с 31.03.2017 года по 24.04.2017 года, проведено лечение – установлена металлоконструкция, выписан для продолжения лечения по месту жительства.
Кроме того, согласно сведениям указанной амбулаторной карты установлено, что в период с 25.04.2017 года по 29.11.2017 года Мясников А.В. находился на амбулаторном лечении в связи с повреждением здоровья в результате несчастного случая, что подтверждается записями о приемах в медицинской карте и сведениями о выдаче листков нетрудоспособности.
Согласно медицинской справке ФГБНУ «Иркутский научный центр хирургии и травматологии» от 13.10.2017 года Мясникову А.В. в связи с производственной травмой от 31.03.2017 года установлен диагноз: ***
Согласно медицинской справке ФГБНУ «Иркутский научный центр хирургии и травматологии» от 22.07.2019 года Мясникову А.В. в связи с производственной травмой от 31.03.2017 года установлен диагноз: ***
Из выписки из медицинской карты *** стационарного больного следует, что Мясников А.В. проходил стационарное лечение в ФГБНУ «Иркутский научный центр хирургии и травматологии» в период с 13.11.2019 года по 22.11.2019 года, в связи с производственной травмой получил ***, лечился по месту жительства при помощи скелетного вытяжения, ***, 15.11.2019 года проведена операция: ***
Согласно справке серии МСЭ-*** *** от 28.02.2023 года, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Новосибирской области» Минтруда России (Бюро ***), в связи с несчастным случаем на производстве от 31.03.2017 года Мясникову А.В. установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - ***% с 14.02.2023 года бессрочно, степень утраты профессиональной трудоспособности за пропущенный период с 01.12.2022 года по 13.02.2023 года - ***%.
Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, не обеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в не обеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Тем самым, в такой ситуации имеются безусловные правовые основания для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку установлено наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием работодателя, выразившемся в ненадлежащем обеспечении безопасных условий труда работника при исполнении им трудовых обязанностей, произошедшим несчастным случаем на производстве, повлекшим причинение вреда здоровью истца в легкой степени, вызвавшее за собой утрату профессиональной трудоспособности.
В силу требований статьи 212 Трудового кодекса РФ ответственность за соблюдение требований охраны труда на производстве и соблюдение трудовой дисциплины возложена на работодателя. При этом, в действиях истца комиссией при расследовании несчастного случая вины не установлено.
В связи с чем, суд считает установленным факт причинения вреда здоровью истца в результате несчастного случая, связанного с производством, повлекшего частичную утрату профессиональной трудоспособности и иные связанные с этим неблагоприятные последствия, и приходит к выводу о том, что обязанность компенсировать Мясникову А.В. моральный вред в силу положений статей 22, 237 Трудового кодекса РФ, статей 151, 1101 ГК РФ, положений статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", лежит на работодателе ПАО «Коршуновский ГОК».
При определении суммы компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд применяет критерии, предусмотренные статьями 151, 1101 ГК РФ, оценивая в соответствии со статьей 67 ГПК РФ все представленные по делу доказательства, учитывает конкретные обстоятельства произошедшего несчастного случая, при которых причинен моральный вред, что причинами несчастного случая послужило неудовлетворительная организация производства работ со стороны работодателя, при этом степень вины работника не установлена, а также индивидуальные особенности потерпевшего, его возраст, характер причиненных ему физических и нравственных страданий, связанных с длительным, болезненным лечением, получением легкой степени повреждения здоровья, с нарушением обычного ритма жизни, необходимости социальной адаптации, а также невозможности вести привычный образ жизни. Кроме того, суд учитывает, что истец был длительный период нетрудоспособен, в период лечения мог ходить только с использование костылей, перенес оперативное лечение, испытывает боли в ноги по настоящее время. При этом, истцу в связи с повреждением здоровья в результате несчастного случая установлена утрата профессиональной трудоспособности 20%. Последствия травмы проявляются и в настоящее время, так как Мясников А.В. вынужден и продолжает принимать препараты обезболивающего действия, обращается за медицинской помощью и проходит лечение в связи с полученной производственной травмой. Суд учитывает и степень вины и поведение ответчика, не обеспечившего истца безопасными условиями труда. Кроме того, суд учитывает требования разумности и справедливости, а также баланс интересов сторон спорного правоотношения при взыскании компенсации морального вреда и полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, поскольку считает, что именно такой размер соответствует степени нравственных страданий истца, согласуется с принципами разумности и справедливости, отвечающим целям предназначения компенсации, направленной на полное заглаживание причиненного вреда.
Доводы истца о причинении ему нравственных страданий по причине прекращения брачных отношений с сожительницей в связи с произошедшим с ним несчастным случаем на производстве своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли, доказательств взаимосвязи указанных событий истцом суду не представлено.
Доводы стороны ответчика о необходимости учета тяжелого финансового положения ПАО «Коршуновский ГОК» судом отклоняются, поскольку действующее гражданское законодательство предусматривает возможность уменьшения размера возмещения вреда с учетом имущественного положения причинителя вреда лишь тогда, когда такой вред причинен гражданином (пункт 3 статьи 1083 ГК РФ).
Возможность снижения размера возмещения вреда, взыскиваемого с юридического лица, с учетом его финансового положения действующим законодательством не предусмотрена, и затруднительное финансовое положение юридического лица не освобождает работодателя от возмещения морального вреда.
Поскольку истец подлежит освобождению от уплаты государственной пошлины по данному исковому заявлению в соответствии со статьей 333.36 НК РФ, то в силу статей 98, 103 ГПК РФ с ответчика надлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 3000 рублей по заявленным требованиям неимущественного характера.
На основании изложенного, и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Мясникова А.В. к Публичному акционерному обществу «Коршуновский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Коршуновский горно-обогатительный комбинат», ИНН 3834002314, в пользу Мясникова А.В., *** года рождения, ИНН ***, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.
В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в большем размере отказать.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Коршуновский горно-обогатительный комбинат», ИНН 3834002314, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 11 июня 2026 года.
Судья Н.В. Кайзер