РЕШЕНИЕ
(мотивированная часть)
именем Российской Федерации
25 мая 2026 года город Хабаровск
Центральный районный суд г. Хабаровска в составе:
председательствующего судьи Кима Д.А., при секретаре Головатенко А.А., с участием истца ФИО1, представителей ФИО8, ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО10 о признании незаконными действий (бездействия), условий трудового договора, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, указав в обоснование, что 19.08.2025 между ним и ответчиком ИП ФИО9 был заключен трудовой договор. 04.01.2026 ФИО1 обратился к работодателю ФИО9 с требованием расторгнуть трудовой договор по инициативе работника соответственно с 18.01.2026 в соответствии с частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации. Работодатель попросил истца заявление об увольнении никуда не отдавать, а только направить фотографию заявления, что он и сделал, а оригинал заявления об увольнении он оставил на своем рабочем месте. По истечении двух недель работодатель отказался его увольнять и потребовал его быть на рабочем месте 21 января, а далее подготовить учебные материалы для проведения занятий на следующий месяц. 21.01.2026 произошла встреча сторон где ответчик отказался расценивать истца в качестве работника, прекратившего трудовые отношения и настаивал на продолжении выполнения трудовой функции – проведения ревизии рабочих кабинетов и подготовку рабочих материалов (планов, претензий) на следующий месяц февраль 2026 года. Пытаясь прийти к соглашению, стороны 21.01.2026 договорились о том, что работник ФИО1 повторно подаст заявление об увольнении от текущей даты, что и было сделано. Также стороны договорились о том, что работник проведет 26-го и 27-го января ревизию рабочих кабинетов и подготовку рабочих материалов (планов и презентаций) на февраль 2026 года, а до того момента, с 21-го по 25-е января 2026 года работник будет отправлен в неоплачиваемый отпуск по личным обстоятельствам, о чем подано соответствующее заявление. Однако, позднее в предоставлении отпуска в тот же день было отказано, составлены акты отсутствия и требования объяснений, врученные в последствии 24.01.2026. 24.01.2026 стороны встретились повторно в присутствии представителя работника ФИО8, чтобы зафиксировать прекращение трудовых отношений по соглашению сторон, в итоге было заключено соглашение о расторжении трудового договора от 24.01.2026 и издан приказ об увольнении. Далее 29.01.2026 по заявлению ФИО1 были выданы расчетные листы за весь период работы. В связи с чем считает незаконными действия работодателя в части задержки увольнения, и как следствие права требования компенсации морального вреда в этой части в размере 10 000 рублей. Также указывает, что фактически значительная часть выполняемой работы к преподаванию робототехники не относилась – истец выполнял задачи по проектированию в команде с другими преподавателями, а также занимался преподаванием экспериментальной физики, кроме этого участвовал в разработке обучающих материалов, которые использовались не только в рамках его личной трудовой функции (преподавательской деятельности), но и в целом в работе детского клуба. Также истец по просьбе работодателя осуществлял учет и закупку материалов для занятий, что не входило в его трудовые обязанности, в связи с чем заявляет требование о взыскании компенсации морального вреда в этой части в размере 25 000 рублей. Кроме того, указывает на то, что его общая продолжительность рабочего времени устанавливалась в размере 8-ми часов в среду, четверг и пятницу в размере 10 часов в субботу и воскресенье, где перерывы не были установлены точным образом, а работник, во всяком случае, находился на рабочем месте. Пользуясь правовой неопределенностью работника, работодатель установил продолжительность занятости в размере 44 часов в неделю, что превышает нормальную продолжительность рабочего времени в размере 40 часов согласно статье 91 Трудового кодекса Российской Федерации и подпадает по д понятие сверхурочной работы. В связи с чем считает пункт 5.1 трудового договора от 19.08.2025 незаконным, а доплата за сверхурочную работу должна составлять 159 600 рублей.
На основании изложенного истец просил:
- признать незаконным задержку увольнения истца ФИО1 ответчиком ИП ФИО1119-го и 20-го января 2026 года и взыскать 10 000 рублей в качестве компенсации морального вреда;
- признать незаконным возложение работы, не обусловленной трудовым договором на истца ФИО1 ответчиком ИП ФИО12 и взыскать 25 000 рублей компенсацию морального вреда за возложение работы, не обусловленной трудовым договором;
- признать незаконным пункт 5.1 трудового договора от 19.08.2025 между истцом и ответчиком и взыскать в пользу истца ФИО1 с ответчика ИП ФИО13 заработную плату за выполнение сверхурочной работы в размере 159 600 рублей.
Определение суда от 18.05.2026 прекращено производство по делу в части оспаривания пункта 5.1 трудового договора от 19.0.8.2025 в связи с отказом от исковых требований в этой части.
В судебном заседании 18.05.2026 судом приняты уточненные исковые требования истца, согласно которым истец просил:
признать незаконным действия ИП ФИО14 в части препятствования увольнению и несвоевременного увольнения истца и взыскать в связи с этим компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей;
признать незаконным действия ИП ФИО15 в части возложения работы, не обусловленной трудовым договором на истца и взыскать компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей;
взыскать заработную плату за выполнение сверхурочной работы в размере 159 600 рублей.
25.05.2026 судом приняты уточненные исковые требования в части взыскания заработной платы за выполнение сверхурочной работы, согласно которым истец просил взыскать 28 500 рублей, вместо 159 600 рублей.
В судебном заседании истец ФИО1, а также его представитель ФИО8 в судебном заседании свои уточненные исковые требования поддержали, просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Ответчика ИП ФИО16 по доверенности ФИО5 в судебном заседании представитель исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении по основаниям, изложенным в письменном отзыве, согласно которому соглашение от 24.01.2026 работодатель ИП ФИО17 и ФИО1 достигли соглашения о прекращении трудового договора 24.01.2026 по соглашению сторон на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Был издан соответствующий приказ, истцу были выданы документы, связанные с работой. При этом истец при выборе даты и основания увольнения до подписания окончательного соглашения несколько раз менял свою позицию, писал различные заявления, отзывал их, в связи с чем, данное соглашение урегулировало окончательную позицию истца. Из переписки истца следует, что истец подает заявление об увольнении только 06.01.2026, в связи с чем последним рабочим днем является 20.01.2026 с учетом 14 дней отработки. При этом 21.01.2026 работник написал новое заявление об увольнении его по собственному желанию 21.01.2026, а также заявление на предоставление отпуска с 21.01.2026 по 25.01.2026. 23.01.2026 работник пишет новое заявление, в котором просит уволить его с 11.02.2026, одновременно указывая, что иные договоренности об увольнении считаются недействительными, тем самым отзывая все ранее поданные заявления. 24.01.2026 работник пишет заявление об увольнении по соглашению сторон и заявление о выдаче копии расчетных листков и 24.01.2026 подписывает соглашение о прекращении трудовых отношений с 24.01.2026, приказ о прекращении трудовых отношений с 24.01.2026, получает расчетные листки, запрошенные документы, расчет и уходит со своим представителем. В связи с чем работодателю не понятно по какому основанию данное соглашение об увольнении по соглашению сторон с 24.01.2026 истец считает незаконным, чем нарушены его права. Кроме того, согласно трудового договора от 19.08.2025 пункту 1.1 трудовая функция работника состоит в проведении развивающих и иных мероприятий в детском клубе «Роботрек», подготовка презентационных материалов, методических и иных материалов к занятиям и передача их работодателю. Согласно п. 2.2.4. работник обязан вести планирование своей ежедневной работы в ЦРМ Мой класс; разработать и предложить 5 вариантов для улучшения процессов в клуб, предложить пути их улучшения, 2 процесса из предложенных внедрить, довести до коллег записать 2 и более видеоурока для тренеров и др. Истец не принимался на работу исключительно для преподавания робототехники, его трудовая функция заключалась в проведении разных развивающих и иных мероприятий, занятий в детском клубе «Роботрек», без конкретного направления, а также в разработке презентационных материалов, методических к своим же занятиям. Одновременно работник пользовался и методическими материалами, разработками преподавателей, работающих до него. Список необходимых материалов для своего урока, если их не хватало в наличии, работники подают заранее, для возможности планирования и закупа заблаговременно, в основном через Озон и иные пункты доставки. Когда работник это делает заранее, доставка осуществляется в офис непосредственно, если работнике не успел сделать заранее заказ, зачастую он просит сам сделать заказ на свой ближайший пункт выдачи Озона, чтобы забрать по пути, либо забирает директор. В обязанности работника этого никто не вменял, забирали заказа по договоренности. При этом работник к сверхурочной работе не привлекался.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснила суду, что работает администратором у ИП ФИО18 Ей приходилось работать в том же офисе где работал истец ФИО1 У на работе ИП ФИО19 между работниками при родителях принято называть работников, непосредственно работающих с детьми преподавателями, а между собой их называют тренерами, при этом это фактически одна и также должность, которая не отличается между собой. ФИО1 при родителях также называли преподавателем, а между собой в коллективе это должность называли тренер. Также пояснила, что материальные ценности в целом доставляются централизовано, либо директором, либо курьером, которые принимаются администратором и после распределяются по необходимости. Наличие потребности в материалах передавалась администратору, а администратор директору, либо напрямую директору.
В судебное заседание ответчик ИП ФИО20 не явился, о месте и времени его проведения извещался судом надлежащим образом, причины его неявки суду не известны, его неявка не препятствует рассмотрению дела по существу, в связи с чем дело рассмотрено в его отсутствие в порядке частей 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Выслушав истца ФИО1, представителей ФИО8, ФИО5, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.
19.08.2025 года между ИП ФИО21 и ФИО1 заключен трудовой договор согласно которому последний принят на должность педагогом дополнительного образования.
Согласно приказу №66 от 19.08.2025 ИП ФИО22 ФИО23 с 19.08.2025 принят на работу педагогом дополнительного образования, о чем имеется соответствующая отметка об ознакомлении с приказом.
Согласно пункту 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием для прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).
В соответствии с абзацем 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
ФИО1 обратился к ИП ФИО24 с заявлением от 04.01.2026 об его увольнении по собственному желанию.
Как следует из переписки и не оспаривалось сторонами, указанное заявление от 04.01.2026 поступило ИП ФИО25 от ФИО1 06.01.2026, в связи с чем двухнедельный срок начинает течь с 07.01.2026, а крайний день работы истца должен быть 21.01.2026.
21.01.2026 от ФИО1 ИП ФИО26 принято заявление о предоставлении ему оплачиваемого отпуска с 21 по 25 января 2026 года.
В этот же день истцу направлен ответ ИП ФИО29. об отказе в предоставлении отпуска за свой счет в связи с нарушением производственного процесса.
ИП ФИО28 составлены акты об отсутствии на рабочем месте педагога дополнительного образования ФИО1 22.01.2026 с 18-30 до 20-00 часов, 23.01.2026 с 16-30 до 20-00 часов, 24.01.2026 с 10-00 до 11-00 часов.
24.01.2026 ФИО1 вручены требования о предоставлении письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте 22, 23 и 24 января 2026 года, в копии которого истец указал об отказе в даче объяснений, а также по факту отсутствия на рабочем компьютере рабочих планов, отсутствии презентаций для проведения занятий и заполненных дат проведения занятий.
24.01.2026 между сторонами ИП ФИО27 (работодатель) и педагогом дополнительного образования ФИО1 (работник) заключено соглашение о расторжении трудового договора с 24.01.2026.
В этот же день был издан приказ о прекращении (расторжении трудового договора с работником (увольнении) б/н согласно которому педагог дополнительного образования ФИО1 уволен по соглашению сторон на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Таким образом, 21.01.2026 года истец ФИО1 уволен не был, что является нарушением требований трудового законодательства.
Одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений является обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан Работодатель обязан:
соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров;
предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором;
обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей;
Кроме того, работодатель имеет право: заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами;
требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя.
Исходя из толкования норм статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что работодатель не имеет право привлекать работника к исполнению работы, не обусловленной условиями трудового договора, должностной инструкции, либо иным локальным актом, содержащий в себе обязанности работника.
Из представленных в материалы дела доказательств и не оспоренных ответчиком следует, что истец ФИО1 привлекался к закупке необходимого оборудования и материалов, необходимых для исполнения им трудовых обязанностей, что исключено в силу закона, с учетом того что такой обязанности, либо договоренности с работодателем письменно не достигалось, в связи с чем суд также находит нарушение со стороны работодателя.
Довод ответчика о том, что такие случаи допускались в случае несвоевременной подачи заявки истом не дают оправдывают действия работодателя, в части возложения самостоятельной закупки оборудования и материалов.
Иных случаев привлечения истца к работе, не обусловленной его обязанностями, в судебном заседании стороной истца доказано не было и судом не установлено, с учетом того.
Согласно абзацу 1 статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации под сверхурочной работой понимается, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.
Истец, полагая, что в субботу и воскресенье ему не было предоставлено время для отдыха, посчитал, что у него имеется переработка по одному часу (с учетом выходных дней в двукратном размере) в эти дни, за что просил взыскать с работодателя заработную плату за сверхурочное время за период с 19.08.2025 по 18.01.2026.
Согласно пункту 4.1 условий трудового договора от 19.08.2025 режим рабочего времени устанавливается согласно графика занятий и затрачиваемого времени на выполнение задач и требований, содержащихся в локальных нормативных актах, инструкциях, регламентах и т.д. исходя из сорокачасовой рабочей недели. При этом стороны пришли к соглашению и установили режим рабочего времени: понедельник и вторник; среда, четверг, пятница с 12 до 21 часов с перерывом на обед с 15 до 16 часов; суббота и воскресенье с 9 до 19 часов с 30-ти минутными перерывами между каждым занятием.
Пунктом 5.2 условий положения по трудовому распорядку педагога дополнительного образования клуба «Роботрек» на учебный год 2025-2026 годы., утвержденное ИП ФИО30 01.09.2025, с которым ознакомился истец ФИО1 03.09.2025 установлен режим рабочего времени: понедельник, вторник выходные дни; в среде, четверг и пятницу занятия проводятся в период с 12 до 21 часов (согласно расписания) с перерывом на обед продолжительностью 1 час с 15 до 16 часов, либо с перерывами на обед по пол часа (30 минут) между каждым занятием; в субботу и воскресенье занятия проводятся в период с 9 до 19 часов (согласно расписания) с перерывами на обед продолжительностью по пол часа (30 минут) между каждым занятием.
Как следует, представленным табелям учета рабочего времени истца за спорный период, привлечение к сверхурочной работе не допускалось.
Таким образом в судебном заседании установлено, что время для отдыха и приема пищи в субботу и воскресенье было предоставлено истцу в достаточном объеме, переработок (привлечение к сверхурочной работе) допущено не было, в связи с чем требование истца в этой части не подлежит удовлетворению.
Как следует, из статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В судебном заседании установлены нарушения трудовых прав работника в связи с чем требование о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.
Разрешая вопрос об определении размера компенсации суд исходит из следующих выводов.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как указано в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.
Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
С учетом совокупности представленных по делу доказательств, доводов истца, с учетом возраста истца, признания действий работодателя незаконным, периода нарушения его прав, степени вины работодателя, его действий, суд считает возможным удовлетворить требования о взыскании компенсации морального вреда частично, взыскав с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, признавая её обоснованной и соразмерной степени причиненных моральных страданий истцу, отказав истцу в удовлетворении остальной части.
С ответчика также подлежит взысканию госпошлина в доход бюджета городского округа «Город Хабаровск» государственная пошлина в размере 3 000 рублей, поскольку истец освобожден от её уплаты.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования удовлетворить частично.
Признать незаконными действия индивидуального предпринимателя ФИО31 (ИНН №) в части возложения работы, не обусловленной трудовым договором, а также задержки увольнения в отношении ФИО1 (паспорт серии №).
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО32 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО33 в бюджет городского округа «Город Хабаровск» государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г. Хабаровска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 08.06.2026.
Председательствующий (подпись)
Копия верна: судья Д.А. Ким