РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 марта 2026 года г.Улан-Удэ
Советский районный суд г.Улан-Удэ в составе председательствующего судьи Антоновой Е.Ю., при секретаре Партилхаевой Е.А., с участием прокурора Михалевой Т.С. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО в лице законного представителя Клеткина М.А. к ГБУЗ «Городская поликлиника№ 1» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба,
УСТАНОВИЛ:
Обращаясь в суд в интересах ФИО1, его законный представитель Клеткина М.А. просила взыскать с ГБУЗ «Городская поликлиника ... ...» в счет возмещения расходов на приобретение молочной смеси и лекарственных препаратов денежные средства в размере 34580 руб., а также компенсацию морального вреда в сумме 500000 руб.
Заявленные требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ родился ФИО1, выписан ДД.ММ.ГГГГ Ребенок находился на искусственном вскармливании, после выписки рекомендованы смеси: « . При вскармливании ребенка названными смесями у него наблюдалось обильное срыгивание, рвота. Ребенок фактически постоянно был голодным, плакал, вел себя беспокойно. При посещении участкового педиатра ГБУЗ «Городская поликлиника ...» указанные жалобы в медицинской карточке не отражались, рекомендации по жалобам не давались. Ребенку прописывали витамин «д» (аквадетрим), который ребенку не подходил, от препарата испытывал перевозбуждение. При вскармливании названными смесями у ребенка возникли высыпания. К дерматологу обратились самостоятельно, ребенку поставлен диагноз аллергический контактный дерматит, дерматит, вызванный съеденной пищей. Замещающим педиатра врачом ДД.ММ.ГГГГ впервые назначена смесь Антирефлюксная, которая также не помогла. После многочисленных обращений к педиатру ДД.ММ.ГГГГ выписаны рецепты на бесплатное получение смесей, выдана смесь « , ДД.ММ.ГГГГ выдано , ДД.ММ.ГГГГ выдано ». После кормления смесью « у ребенка прекратилась рвота, кожные высыпания стали проходить. При обращении к участковому педиатру в выдаче смеси отказано. Поскольку ребенок срыгивал и был голодным, имелся признак недостаточности питания, в связи с чем отказы в предоставлении рецептов на бесплатное получение смеси необоснованны. Поскольку молочные смеси приобретали самостоятельно, как и лекарственные средства, расходы должны быть взысканы с ответчика как убытки. После длительного нахождения ребенка в роддоме к нему должен быть особый уход, полное обследование, взятие анализов, надлежащее ведение медицинской карты. Бездействие врача привело к постоянному дерматиту у ребенка. Моральные и физические страдания ребенка обусловлены тем, что ФИО1 не спал, постоянно испытывал рвоту, оставался голодным, родителям приходилось кормить ребенка чаще, чем через 3 часа. Кроме того, ФИО9 выдано направление на массаж, лфк, после 4 процедур, выяснилось, что массаж запрещен при дерматите. По результатам проверки страховой компанией, прокуратурой Республики Бурятия выявлены нарушения при оказании медицинской помощи, выразившееся в несоблюдении сроков осмотра проведения лабораторных и инструментальных обследований, ненадлежащее заполнение амбулаторной карты.
Определениями суда в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены – АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» Бурятский филиал, врач - педиатр ГБУЗ «Городская поликлиника ...» ФИО9, медицинская сестра ГБУЗ «Городская поликлиника ...» ФИО10, Министерство здравоохранения Республики Бурятия, Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Бурятия.
В судебном заседании законный представитель ФИО1 - Клеткина М.А. исковые требования поддержала, по изложенным в нем доводам с учетом дополнения к иску.
В судебном заседании законный представитель ФИО1 – ФИО4 исковое заявление, дополнение к иску поддержал.
Представитель ответчика ФИО5 возражала против удовлетворения искового заявления, представила письменные возражения на иск. Указывала, что рецепты на бесплатное получение смеси ФИО1 выданы ошибочно, поскольку оснований для предоставления бесплатного питания по Закону Республики Бурятия не имелось. Данное обстоятельство установлено по результатам проведенной проверки. Ребенок набирал вес, недостаточности питания не наблюдалось. Оснований для компенсации морального вреда не имеется, поскольку вред ребенку не причинен.
В судебное заседание третьи лица ФИО10 и ФИО9 не явились, просили о рассмотрении дела без их участия, о судебном заседании извещались.
Третьи лица АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» Бурятский филиал, Министерство здравоохранения Республики Бурятия, Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Бурятия представителей в судебное заседание не направили, будучи извещенными о судебном заседании.
Дело рассмотрено судом в отсутствие не явившихся участников судебного разбирательства по правилам ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд пришел к следующему.
В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Согласно ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно п. 1 ст. 2 названного Федерального закона здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Под охраной здоровья понимается система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).
В соответствии с ч. 3 ст. 52 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» обеспечение полноценным питанием беременных женщин, кормящих матерей, а также детей в возрасте до трех лет, в том числе через специальные пункты питания и организации торговли, осуществляется по заключению врачей в соответствии с законодательством субъектов Российской Федерации.
Порядок обеспечения полноценным питанием беременных женщин, кормящих матерей, а также детей в возрасте до трех лет по заключению врачей через специальные пункты питания и организации торговли на территории Республики Бурятия определен Законом Республики Бурятия от 19.09.2006 №N 1840-III «О порядке обеспечения полноценным питанием беременных женщин, кормящих матерей, а также детей в возрасте до трех лет по заключению врачей в Республике Бурятия».
Согласно ч. 1 ст. 3 Закона Республики Бурятия от 19.09.2006 № 1840-III «О порядке обеспечения полноценным питанием беременных женщин, кормящих матерей, а также детей в возрасте до трех лет по заключению врачей в Республике Бурятия» обеспечение питанием в соответствии с настоящим Законом осуществляется на основании письменных заявлений беременных женщин, кормящих матерей и законных представителей детей в возрасте до трех лет по заключению врача, выданному при наличии следующих медицинских показаний: для детей первого года жизни: а) перинатальный контакт по ВИЧ; б) врожденные заболевания обмена веществ: фенилкетонурия, галактоземия, муковисцидоз; в) приобретенная (постнатальная) дистрофия типа гипотрофии I, II, III степеней; г) заболевания матери, требующие лечения препаратами, вредными для ребенка: антиметаболиты, цитостатики, радиоактивные вещества; д) заболевание матери активной формой туберкулеза легких с бактериовыделением; е) недостаток грудного молока у матери, вскармливающей двух и более детей первого года жизни; ж) анемия всех степеней тяжести; з) недостаточность питания - дефицит витамина Д; и) болезни пищевода, желудка и 12-перстной кишки (гастроэзофагеальный рефлюкс, функциональные расстройства желудка).
В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Исходя из смысла приведенной статьи, требование о взыскании ущерба может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов гражданско-правовой ответственности: факта причинения вреда и его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом.
Судом установлено, что несовершеннолетний ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., прикреплен к ГБУЗ «Городская поликлиника ...» с ДД.ММ.ГГГГ, первичный патронаж ребенка осуществлен ДД.ММ.ГГГГ
При выписке из ГАУЗ «Городской перинатальный центр ... ребенку рекомендовано при недостаточности грудного молока смеси: « .
Согласно данным амбулаторной карты ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ врачом педиатром выдан рецепт на бесплатное получение смеси « » в количестве - 3 штуки, ДД.ММ.ГГГГ выдан рецепт на бесплатное получение смеси « » в количестве - , ДД.ММ.ГГГГ выдан рецепт на получение смеси « в количестве .
Из анализа медицинской документации ФИО1 следует, что оснований, предусмотренных Законом Республики Бурятия от ДД.ММ.ГГГГ ...-III «О порядке обеспечения полноценным питанием беременных женщин, кормящих матерей, а также детей в возрасте до трех лет по заключению врачей в ...», для предоставления бесплатного питания ребенку ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ у врача педиатра не имелось.
По данному факту ..., Министерством здравоохранения Республики Бурятия проводились проверки по обращениям Клеткина М.А., по результатам проверок установлено, что медицинских показаний для обеспечения ребенка ФИО1 бесплатным питанием не имеется.
Исходя из того, что оснований по предоставлению бесплатного питания в соответствии с Законом Республики Бурятия от ДД.ММ.ГГГГ ...-III «О порядке обеспечения полноценным питанием беременных женщин, кормящих матерей, а также детей в возрасте до трех лет по заключению врачей в ...» у ответчика не имелось, следовательно, ГБУЗ «Городская поликлиника ...» не является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб истца по произведенным расходам на покупку питания.
Доводы Клеткина М.А. о том, что ребенок был голодный, срыгивал, ввиду чего испытывал недостаточность питания несостоятельны, ввиду отсутствия соответствующего врачебного заключения, носят предположительный характер, опровергается медицинской документацией, из которой следует, что ФИО1 набирал вес при контрольных измерениях.
Требования о взыскании с ответчика в качестве убытков расходов на приобретение лекарственных препаратов также не могут быть удовлетворены судом, поскольку лекарственные препараты, указанные в чеках представленных истцом, ребенку ФИО1 не назначались педиатром, причинно-следственная связь между бездействиями/действиями педиатра ФИО9, медицинской сестры ФИО10 и возникновением у ФИО1 аллергического контактного дерматина не установлена.
При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика убытков в заявленной сумме не имеется.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
В силу п. 5 ст. 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются: предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).
Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).
Согласно ч. 2 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г.№ 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Как следует из материалов дела, Клеткина М.А., являясь законным представителем ФИО1 неоднократно в 2025 г. обращалась в органы прокуратуры и иные контролирующие органы по вопросу оказания медицинской помощи ребенку ФИО1, которую она считает некачественной.
Обращение ФИО6 ТО ФОМС Республики Бурятия направлено в Бурятский филиал АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед».
АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» на основании обращения Клеткина М.А. проведены экспертные мероприятия в соответствии с Порядком проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по ОМС застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения, утвержденному Министерством здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ ... н.
По результатам проведенной экспертизы от 24.09.2025 № 032021/4-21выявлено невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица.
По данным амбулаторной карты – .
В этой связи оплата услуг ответчика за счет страховых средств в выставленной ответчиком сумме 648,01 руб. не принята к полному возмещению по выставленному счету, оплата снижена на 10%, то есть на сумму 64,8 руб.
Ответчиком данное заключение в установленном порядке не оспорено.
В судебном заседании представитель ответчика факт выявленных страховой организацией нарушений не оспаривал.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием именно ответчик ГБУЗ «Городская поликлиника№ 1» обязан доказать отсутствие своей вины в нарушении порядка проведения наблюдения ребенка, в ненадлежащем введении медицинской документации, что нарушило право истца на достоверную информацию о состоянии здоровья, и развитии.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу об оказании медицинской помощи истцу ГБУЗ «Городская поликлиника№ 1» ненадлежащего качества, в связи с чем имеются основания для взыскания компенсации морального вреда с ответчика в пользу истца.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, а именно: характер выявленных нарушений по оказанию медицинской помощи ФИО1, выразившийся в невыполнении ответчиком требований МЗ РФ ...н по профилактическим осмотрам несовершеннолетних в плане соблюдения сроков осмотра врачами-специалистами, лабораторных и инструментальных обследований; характер выявленных недостатков оформления медицинской документации, которые хотя и не привели к негативным для здоровья истца последствиям, однако нарушили право истца на качественное оказание услуг и информацию о здоровье; индивидуальные особенности истца, возраст потерпевшего, период нарушения прав ФИО1, отсутствие тяжких последствий, с учетом требований разумности и справедливости суд считает необходимым определить ко взысканию в пользу истца с ГБУЗ «Городская поликлиника...» в счет компенсации морального вреда 10000 рублей, полагая, что именно данная сумма отвечает критериям разумности и справедливости.
При этом исходя из установленных по делу обстоятельств, отсутствия причиненного вреда здоровью ФИО1, суд не находит оснований для взыскания компенсации в большем размере, считает заявленную ко взысканию сумму компенсации морального вреда чрезмерной.
Доводы Клеткина М.А. о том, что педиатром назначен массаж ребенку при имеющихся противопоказаниях – дерматит, несостоятельны.
Как следует из амбулаторной карты массаж ребенку ФИО1 назначен ДД.ММ.ГГГГ . .
В этой связи суд не может принять во внимание назначение массажа в качестве основания для взыскания компенсации морального вреда, поскольку действия врача по выдаче направления на массаж противоправный характер не имели.
Доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда ввиду установленных по делу обстоятельств подлежат отклонению.
На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска.
Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление ФИО в лице законного представителя Клеткина М.А. к ГБУЗ «Городская поликлиника№ 1» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба - удовлетворить частично.
Взыскать с ГБУЗ «Городская поликлиника№ 1» (ИНН ...) в пользу несовершеннолетнего ФИО в лице законного представителя Клеткина М.А. (ИНН ...) компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.
В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Советский районный суд г.Улан-Удэ.
Мотивированное решение изготовлено 1 апреля 2026 г.
Судья п/п Е.Ю. Антонова
Копия верна
Судья Е.Ю. Антонова
Секретарь: Е.А. Партилхаева
Подлинник решения Советского районного суда гор. Улан-Удэ находится в гражданскомделе № 2-436/2026