Дело № 22-731/2026

Судья Хаджаев С.Х. № 22-731/2026

УИД 04RS0004-01-2025-001591-08

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 июня 2026 года г.Улан-Удэ

Верховный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Цыденовой Е.В., единолично, при секретаре Ерахаевой В.В., с участием прокурора Кобылкина А.В., осужденного Селиверстова А.И., его защитника – адвоката Насниковой Т.А., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам (основной и дополнительной) адвоката Насниковой Т.А. в интересах осужденного Селиверстова А.И., апелляционному представлению государственного обвинителя Орлова А.Г. на приговор Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 12 февраля 2026 г., которым

Селиверстов А.И., родившийся ... в <...>, не судимый, осужден по:

- п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ (по преступлению от 07.06.2022) к лишению свободы на срок 4 года с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев;

- ч.1 ст.264.1 УК РФ (по преступлению от 23.02.2024) к обязательным работам на срок 300 часов с отбыванием наказания в месте, определяемом органом местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией, с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ, п.«г» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Срок основного и дополнительного наказания постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей Селиверстова А.И. с момента фактического задержания - 29.12.2025 до дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения Селиверстову А.И. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения, после постановлено отменить.

Вещественные доказательства:

- автомобиль марки «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ..., 2006 года выпуска, идентификационный номер (VIN) ..., находящийся на территории ООО «Данак» в г. Гусиноозерске, на основании п. 1 ч.3 ст. 81 УПК РФ – конфискован в собственность государства.

- автомобиль марки «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ..., 2005 года выпуска, номер двигателя ..., идентификационный номер (VIN) ..., находящийся на территории ООО «Данак» в г. Гусиноозерске, на основании п. «д» ч.1 ст.104.1 УК РФ – конфискован в собственность государства.

Сохранен арест, наложенный на указанный автомобиль марки «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ... постановлением Гусиноозерского городского суда РБ от 16.10.2025 до исполнения приговора в части его конфискации.

Разрешены вопросы о судьбе остальных вещественных доказательствах.

Доложив материалы уголовного дела, выслушав прокурора Кобылкина А.В., полагавшего приговор суда подлежащим изменению по доводам апелляционного представления, мнение осужденного Селиверстова А.И., адвоката Насниковой Т.А., поддержавших апелляционные жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда Селиверстов А.И. признан виновным и осужден за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ... в состоянии алкогольного опьянения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью пассажиру данного автомобиля К.

Кроме того, Селиверстов А.И. признан виновным и осужден за управление автомобилем «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ... в состоянии опьянения, будучи 02.03.2022 года подвергнутым административному наказанию по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Преступления совершены при обстоятельствах подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании Селиверстов А.И. вину в предъявленном обвинении по п.«а» ч.2 ст. 264 УК РФ не признал, по ч.1 ст. 264.1 УК РФ признал в полном объёме.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) адвокат Насникова Т.А. в интересах осужденного Селиверстова А.И. считает приговор суда незаконным, необоснованным и вынесенным с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Судом изначально был занят обвинительный уклон, когда все доказательства как представленные стороной обвинения, так и стороной защиты были оценены по данному эпизоду только для установления вины Селиверстова, при том, что фактические данные свидетельствуют о непричастности подзащитного к инкриминируемому деянию.

Представитель потерпевшего КИ, свидетель А. заинтересованы в оговоре Селиверстова А.И. в силу того, что являются близкими родственниками К. при этом они не являлись очевидцами дорожно-транспортного происшествия, К. длительное время находился в состоянии комы, а после выхода из нее не помнил сам момент ДТП и события после.

Так же суд положил в основу обвинительного приговора показания свидетелей, при этом, свидетели ДВ, Б., СА, МЮ, Г. являются сотрудниками полиции и скорой медицинской помощи, которые выезжали на место дорожно-транспортного происшествия и фиксировали уже произошедшее дорожно-транспортное происшествие, при этом каких либо фактов подтверждающих вину именно Селиверстова в указанном ДТП ими добыты не были и суду не представлены.

Более того, судом так же дана односторонняя и необъективная оценка показаниям свидетеля Ч., суду не было представлено данных, что указанные показания Ч. давал на стадии следствия исходя из ложного чувства товарищества.

Судом в приговоре недостоверно изложены показания свидетеля ШН, поскольку о беседе деда Ч. - БИ о событиях ДТП сообщала не свидетель ШН, а представитель потерпевшего КИ, которая как следует из протокола судебного заседания опять же излагала недостоверные сведения.

Как следует из письменных материалов уголовного дела, показаний свидетелей ЖН, которые были первыми лицам, оказавшимися на месте происшествия, именно К. находился в салоне автомобиля, располагался ногами на пассажирском сидении, а телом находился на двери водителя, при этом Селиверстов находился снаружи автомобиля, так как его и свидетеля Ч. выбросило из салона автомобиля в результате удара и дорожно-транспортного происшествия. Указанное обстоятельство при отсутствии проведенной по уголовному делу комплексной автотехнической экспертизы, дает основания полагать, что именно пассажиры в результате столкновения автомобилей будучи не пристегнутыми бывают выброшены из салона.

Необоснованно и без удаления в совещательную комнату было отказано в удовлетворении ходатайств о назначении судебных психолого-психиатрических и комплексной автотехнической экспертиз.

В течение 5 суток копия приговора ни защитнику, ни осужденному вручена не была.

Судом была приобщена справка о погодных условиях истребованная следователем СО ОМВД Росси по Селенгинскому району ДВ от 05.02.2026, при этом следователь никакого отношения к уголовному делу не имела, в связи с чем не имела законных полномочий истребовать в рамках уголовного дела какие-либо сведения.

Ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору заявленное стороной защиты не было рассмотрено, суд не удалялся в совещательную комнату, постановление не выносилось, сторонам не вручалось. Судом лишь в описательно-мотивировочной части приговора указано о решении об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору.

Точная скорость транспортного средства Тойота Камри государственный регистрационный знак ... находившегося якобы под управлением Селиверстова А.И., совместно с пассажиром К. находящимся на переднем пассажирском сиденье, не установлена.

Кроме того, в описательно-мотивировочной части обвинительного заключения, принимая во внимание, что диспозиция ст. 264 УК РФ является бланкетной и применяется во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами, отсутствует указание на то, какие именно нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований. Считает, что скоростной режим водителем автомобиля «Тойота Камри» не был нарушен, более того экспертизой не установлено повлекло ли указанное обстоятельство за собой совершение дорожно-транспортного происшествия, равно как и экспертизой не было установлено расположение водителя и пассажиров в салоне автомобиля, так как судебно-медицинскими экспертизами этот вопрос разрешен не был и как следует из допроса судебно-медицинского эксперта БВ не входит в его компетенцию, а входит в компетенцию комиссионной автотехнической экспертизы.

Просит приговор суда отменить как незаконный, необоснованный и вынесенный с нарушением норм требований уголовно-процессуального законодательства и возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Орлов А.Г. считает, что приговор подлежит изменению в связи с существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального законов.

При разрешении судьбы вещественных доказательств по п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ, суд пришел к выводу о том, что транспортное средство – «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ..., 2006 г.в., принадлежащее Селиверстову А.И. на праве собственности, является средством совершения преступления, в связи с чем, в соответствии с положениями п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ, подлежит конфискации.

Выражает несогласие с данным выводом суда, поскольку по смыслу закона конфискация транспортного средства применяется при применении положений п.п.«г» или «д» ч.1 ст.104.1 УК РФ. В силу п.«д» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискация транспортного средства, принадлежащего обвиняемому применяется при использовании и совершении преступления, предусмотренного ст.ст. 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ.

Принимая решение о конфискации указанного транспортного средства суд не учел, что Селиверстовым А.И. совершено преступление по неосторожности, а также то, что по смыслу главы 15.1 УК РФ для целей применения п. «г» ч. 1 ст. 104 УК РФ автомобиль по данному делу не мог быть признан орудием, оборудованием или иным средством совершения преступления. В связи с чем, оснований для конфискации автомобиля в соответствии с главой 15.1 УК РФ не имелось.

Просит приговор суда изменить:

исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание на конфискацию вещественного доказательства автомобиля «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ..., 2006 г.в.;

возвратить указанное транспортное средство по принадлежности законному владельцу.

В возражении на апелляционные жалобы, апелляционное представление представитель потерпевшего К. – КИ приводит доводы об их несостоятельности.

В возражении на апелляционные жалобы государственный обвинитель Яковлев М.А. просит апелляционные жалобы адвоката Насниковой Т.А. оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о виновности Селиверстова А.И. в совершении инкриминируемых преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре, является верным, подтверждается доказательствами, надлежаще оцененными и обоснованно признанными допустимыми, относимыми и в своей совокупности достаточными для правильного разрешения уголовного дела.

Так, виновность Селиверстова А.И. в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ подтверждена следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего К. в присутствии врача-невролога Ш, в суде о том, что 07.06.2022 находился в старом доме в посёлке Первомайский, где проживает родственник ШМ (дядя, двоюродный брат отца), накануне отмечал день рождения. Употреблял спиртное, в том числе пиво, пил много. Впоследствии к нему приехал «ФИО71» (Селиверстов А.И.), после чего они поехали на автомобиле. Автомобиль был легковой, чёрного цвета; за рулём находился «ФИО71» (Селиверстов А.И.). Сам К. сидел на переднем пассажирском сиденье. В салоне находился ещё один мужчина, он его не знает, тот сидел сзади. Во время поездки К. продолжал употреблять алкоголь. Автомобиль заправляли на АЗС, потерпевший из машины не выходил, передавал банковскую карту либо водителю, либо пассажиру на заднем сиденье. Подробно маршрут и последовательность событий воспроизвести не смог. Обстоятельства движения автомобиля и дорожно-транспортного происшествия он помнит смутно в связи с состоянием алкогольного опьянения. На скорость движения внимания не обращал, дорожную обстановку и погодные условия не запомнил, ремнём безопасности пристёгнут не был. Сам момент столкновения подробно описать не может. За свою жизнь и здоровье, садясь в автомобиль, не опасался; не придавал значения состоянию водителя, т.к. сам находился в состоянии алкогольного опьянения. В результате ДТП получил тяжёлые телесные повреждения. В настоящее время проходит реабилитацию, у него не функционируют правая рука и правая нога;

- оглашенными в порядке п.2 ч.2 ст. 281 УПК РФ показаниями потерпевшего К. о том, что дееспособности его не лишали, окружающую обстановку понимает, во времени и в пространстве ориентирован. В настоящее время писать-читать не может, все документы подписывает мама, может расписаться левой рукой. Чувствует себя удовлетворительно, память восстанавливается понемногу. Вспомнил детство, как в школе учился, всё помнит; в армию не ходил из-за плоскостопия. Как женился, как прошла свадьба, всё помнит, свадьба была 04.08.2019, женился на В.. Также вспомнил обстоятельства ДТП, произошедшего 07.06.2022. в тот день он выпивал у дяди МИ – отца М., который является братом К.; живёт в старом доме по ул. <...> г. Гусиноозёрска. Вечером К. забрал его друг АМ, т.к. К. был сильно пьяный. В тот вечер ему звонила В. и сказала, чтобы он домой не приходил, потому что сильно пьяный. АМ привёз его домой, К. зашёл в подъезд, но домой не заходил, решил сходить в магазин «<...>», который расположен возле его дома по адресу: г. Гусиноозерск, ул. <...>, где он раньше жил с В.. В магазине К. купил много пива по 1,5 литра, сколько бутылок, не помнит. Пиво пил в подъезде своего дома. Потом ему позвонил «ФИО71», имени его не помнит, его всё время все называют «ФИО71», с ним был Ч.. «ФИО71» предложил ехать на озеро Щучье. «ФИО71» был на машине темного цвета «Toyota». «ФИО71» был за рулём машины, К. сидел на переднем пассажирском сиденье, Ч. сидел на заднем пассажирском сиденье. Помнит, на заправке К. заправил машину «ФИО71», поехали дальше, К. продолжил пить пиво в машине, они поехали в сторону озера Щучье, больше ничего не помнит. Дальше лечение, больница, реабилитация. Опознать «ФИО71» сможет по фотографии, вживую. От очной ставки с «ФИО71» отказывается, т.к. не хочет нервничать (т.2 л.д. 27-30);

- показаниями законного представителя потерпевшего КИ в суде о том, что потерпевший К. является сыном. О дорожно-транспортном происшествии она узнала около 01:00 часа 08.06.2022, когда ей позвонил друг сына АМ и сообщил о том, что К. попал в аварию и находится в коме. Она сразу приехала в больницу, там находились родственники Селиверстова - была его мама (С.). К. спросила у неё: «Что случилось?», - она пояснила, что попали в аварию. К. спросила: «Кто был за рулем?», - С. сказала: «Мой». К. спрашивала: на какой машине, С. пояснила, что на машине, которую А.И. приобрёл, но ещё не переписал. Больше она с ней не разговаривала. С К. была 24/7, пока он был в коме, потом его выписали, она была рядом, заново всему учила. Спустя год она пыталась выяснить у него: как получилось так, что он оказался в машине с Селиверстовым? К. всегда отворачивался и махал рукой. Когда сын начал разговаривать она задала ему вопрос: «К., ты был за рулем?»- он ответил: «Нет». Она дала ему детскую машинку и спросила: «Где ты сидел в момент аварии?», - он показал на пассажирское сиденье. Они рисовали ему схемы, и он никогда не говорил, что забыл. Когда приезжала следователь из г. Улан-Удэ, задавала вопросы о том, слышал ли К. фамилию, имя Селиверстова, сын ответил, что сам знает. Показания он давал следователю сам, отвечал. Все происходило в её присутствии. За руль пьяным сын никогда в жизни не садился, за руль чужого автомобиля никогда бы не сел. О том, что они поехали куда-то, она не знала. 06 числа они с супругой должны были идти на день рождение к дяде, но получилось, что они поссорились, в тот момент она была в положении, К. обиделся и ушел. 07 числа находился у дяди, видимо, там ночевал. О том, что К. поехал с Селиверстовым она узнала, только когда произошла авария. По мере наказания, она с К. разговаривала, он сказал, что ему все равно, как суд решит, так и будет. Исковых требований у них к Селиверстову нет. К. считает, что её сын вменяемый, все говорит осознано. Об обстоятельствах ДТП при К. они вообще старались не говорить, т.к. в первый раз, когда он ещё не разговаривал, сестра спросила, помнит ли он ДТП? Его затрясло. После она второй раз спросила: «К., ты помнишь?», он пожал плечами, что помнит. К. спросила: «Ты был за рулем этой машины?», - К. помотал головой, удивился: «Мама, ты чего?». В последнее время (с 12 числа) К. часто говорит об аварии, и говорит, что ему просто обидно.

После просмотра фотографий в т.2 л.д. 19-21 показала, что узнала сына по одежде: по трико, которое есть до сих пор, по зеленым носкам. Куртка, футболка были разрезаны, когда его привезли в больницу. Потом из больницы им отдали эти вещи- куртку, футболку, майку, которые К. сожгла;

- показаниями свидетеля А. в суде о том, что потерпевший К. является её родным братом, последний раз она встречалась с ним за неделю до ДТП. В день ДТП находилась в г. Улан-Удэ. Возвращаясь домой, она пыталась позвонить своему брату, однако не смогла связаться с ним. Позже стало известно, что он попал в серьезное ДТП. Последствием происшествия стали тяжелые травмы головного мозга, приведшие к длительной коме продолжительностью более 20 дней. Период восстановления проходил сложно, сопровождался амнезией и нарушением речи. Изначально брат реагировал на задаваемые вопросы только мимическими движениями глаз, используя жесты: показывал пальцами трёх человек. Позднее речь начала восстанавливаться, но оставался дефицит памяти, что создало сложность в определении точных обстоятельств происшествия. Как оказался К. в машине она не знает, т.к. спрашивала его, но он отказался отвечать. В ходе беседы с братом, К. вспомнил, что давал свою банковскую карту, называл водителя транспортного средства, причастного к аварии, произнося его кличку «ФИО71». После она выяснила, что это Селиверстов. Через полгода Селиверстов написал ей, спросил как К., потом один раз они с ним созванивались, он хотел встретиться с братом, на тот момент она запретила, ей не понятна была цель этой встречи. Обстоятельства ДТП не обсуждали. Она спрашивала, как К. с ним оказался, он ответил, что К. сам ей все расскажет.

Она на тему кто был за рулем, кто был третьим с К., старалась не разговаривать, т.к. он начинает нервничать. Обстоятельства ДТП он не помнил. Допрос брата проходил в её присутствие один раз. Все, что написано, он рассказал. За три года брата допрашивали два раза, он вспомнил про карту, по обстоятельствам ДТП не говорил. Они изучают буквы, он их сегодня изучает, а завтра не помнит. У него какая-то определенная память, не знает с чем это связано. Прозвище «ФИО71» брат сказал при первом допросе, потом он стал часто называть его кличку.

Фотографии в т.2 л.д. 19-21 ею предоставлялись следователю; после ДТП ей очень много чего писали и отправляли по Вайберу или Ватсапу, фотографии она сохранила себе на компьютер. Сейчас не может вспомнить, кто именно отправлял, т.к. в марте 2025 г. телефон похитили и очистили до заводских настроек. Предыдущий следователь сказал, что на подушке безопасности кровь брата и также его кровь на асфальте; А. вспомнила про фото, где он свисал с двери; нашла эти фотографии и приобщила к делу - распечатала на фото бумаге. На фото кто изображён её брат, опознала его по футболке, штанам, к этому фото было много других фотографий этой же машины. В другие ДТП К. не попадал. Направляла ли фотографии следователю в электронном виде, не помнит;

- показаниями свидетеля ШН в суде о том, что с подсудимым в близких родственных отношениях не состоит, К. приходится ей племянником. 06.06.2022 у её мужа был день рождения. В доме по адресу: ул. <...> г. Гусиноозерск (старый дом) находились гости, в том числе К. и другие лица. 7 июня с утра продолжалось распитие спиртного, после чего К. уехал. Точное время отъезда указать затруднилась, пояснив, что это было ближе к вечеру, примерно в 22–23 часа, солнце ещё не село, дождя не помнит. К. был сильно пьяный, еле держался на ногах, его посадили в автомобиль «Нива» к АМ, который повёз его домой. Координация у К. была нарушена, в таком состоянии он не мог бы управлять автомобилем. Всего каждый выпил по 1 бутылке водки 0,5 литра, ещё пили пиво всего 6 бутылок по 1,5 литра. Впоследствии ей стало известно, что попали в аварию, К. помещён в реанимации. О том, что за рулём автомобиля находился «этот парень» (в судебном заседании указала на подсудимого Селиверстова А.И.), ей стало известно со слов других лиц, знает его по прозвищу «ФИО71». Что у Селиверстова прозвище «ФИО71» знает со слов Ш.. Также впоследствии слышала разговор своего супруга с дедом Ч. - БИ, который сказал, что Ч. тоже был в момент аварии, но боится, т.к его запугали;

- показаниями свидетеля Б. в суде о том, что с подсудимым знаком в связи со служебной деятельностью. ДТП произошло примерно в июне 2022 г., точную дату не помнит. Заступил в ночное дежурство с инспектором СА, в ночное время, около 22:00-23:00 часов, получили сообщение о ДТП. Совместно с коллегой прибыл на место ДТП, расположенное на 87 километре автодороги Улан-Удэ-Кяхта. По прибытии на месте стояла черная машина «Toyota Camry», вторая машина «Subaru» красного цвета. У «Toyota Camry» была полная деформация кузова, стояла в кювете по правой стороне обочины по направлению в сторону г. Улан-Удэ. Вторая машина находилась на левой обочине, его задняя часть была повреждена. В салоне автомобиля «Toyota Camry» находился потерпевший К., без сознания, верхняя часть туловища (грудь) свисала наружу с водительской стороны, а ноги оставались на пассажирской сиденье. Внутри салона, на подушках безопасности с пассажирской стороны была везде кровь. Селиверстов находился снаружи. Из машины «Subaru» вышел водитель БС, сообщивший лишь о резком ощущении удара сзади, показал место столкновения. Пострадавшего вытаскивали из машины вместе с сотрудниками скорой помощи. С машины «Toyota Camry» двоих увезли на скорую помощь, в связи с этим освидетельствование не проводилось. Б. составил схему ДТП, приезжала следственно - оперативная группа, производили осмотр. Участников ДТП должны были направить на освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. Кроме схемы ДТП, брали объяснение у второго водителя. Также было срабатывание подушек безопасности с водительской и пассажирской сторон в машине «Toyota Camry». Имелись ли в салоне автомобиля «Toyota Camry» признаки нахождения алкогольных напитков не помнит. К. был без сознания. Б. не обратил внимание, исходил ли от потерпевшего и Селиверстова запах алкоголя изо рта. Кто входил в состав следственно-оперативной группы не помнит. В ходе освидетельствования было установлено наличие признаков опьянения у потерпевшего. Сначала не могли точно установить, кто управлял «Toyota Camry», однако вскоре выяснилось, что потерпевший не имел водительских прав, а подсудимый ранее был лишен их. Врачи скорой помощи диагностировали тяжкий вред здоровью потерпевшего, характеризовавшееся отсутствием сознания и наличием сильного кровотечения. Это обстоятельство послужило основанием для вызова следственно-оперативной группы, которая провела дальнейшую работу по делу, следователь проводила экспертизы. С места происшествия изымали оплетку руля, подушки безопасности. Осмотр транспортного средства проводился в его присутствии. Для составления схемы ДТП использовалась рулетка. Длину тормозного пути не помнит. «Toyota Camry» находилась на своей полосе движения, другой автомобиль - на противоположной стороне дороги. Конкретные повреждения автомобиля «Toyota Camry» описаны в протоколе осмотра, а не в схеме ДТП. Не помнит, принимал ли участие в осмотре места происшествия. Помимо собственных записей, не помнит, подписывал ли он другие документы. Кто именно оказал медицинскую помощь пострадавшим, также не помнит.

Направление движения автомобилей было определено со слов другого участника аварии водителя БС, который был вместе с супругой. Автомобиль марки «Toyota Camry» был расположен передом в направлении города Гусиноозёрска, капот автомобиля смотрел в обратную сторону ввиду опрокидывания. Элементы кузова автомобиля оказались разбросанными вокруг места происшествия, а деформация распространялась по всей поверхности кузова. Стёкла автомобиля частично были повреждены, однако точное положение повреждений не помнит. Подсудимый, находящийся в сознании и способный передвигаться самостоятельно, ожидал сотрудников полиции возле своего автомобиля. Пассажир находился в тяжёлом состоянии, значительная часть тела высовывалась наружу из водительского окна автомобиля (грудь и живот), при этом ноги пассажира оставались на пассажирском кресле передней части салона. Водительская дверь автомобиля была закрытой, состояние остальных дверей не помнит. Лобовое стекло автомобиля оказалось разбито, верхняя часть тела пассажира оказалась снаружи. Запах алкоголя ощущался от К., у которого также имелись следы значительных кровотечений на лице и теле.

Согласно данным базы ГИБДД, Селиверстов ранее получил водительские права, но был лишён права управлять автомобилем.

Личность обоих пострадавших и виновников происшествия определялась различными способами, включая участие родственников и доступ к мобильному телефону, однако точные обстоятельства установления личности конкретного случая не помнит. Замеры и фиксации следов происшествия происходили путём различных действий, в т.ч. с помощью рулетки; что в это время делал его напарник он, не помнит. Крыша автомобиля была смята. Цвета салона автомобиля не помнит. Никого из пассажиров на задних местах автомобиля обнаружено не было.

При обозрении схемы ДТП свидетель Б. подтвердил, что схему составил собственноручно. Дата, все отражённые в протоколе сведения соответствуют действительности. Место столкновения было установлено со слов второго водителя-участника ДТП и по осколкам автомобиля, которые отмечены на схеме черточками. Потерпевший был найден в салоне автомобиля без обуви, частично висящим из окна. Кроссовки потерпевшего находились рядом с транспортным средством. Первоначально на месте происшествия третье лицо не было выявлено, однако впоследствии поступила информация о наличии еще одного участника. Фамилия и личные данные третьего лица неизвестны, так как это должен был установить следователь. На самом месте ДТП третьи лица отсутствовали. Потерпевшего К. вытаскивали из машины Б. и его напарник в присутствии медиков. Была накладка, использовалась ли она при извлечении потерпевшего из транспортного средства, не помнит;

- показаниями свидетеля СА в суде о том, что Селиверстова знает по роду службы, выписывал штрафы за то, что при проверке документов у него с собой не было водительского удостоверения. Селиверстова А.И. проверяли по базе, привлекался по линии ГИБДД. Потерпевшего К. не помнит. В начале июня 2022 г. в ходе несения службы с напарником Б. заступили в ночное дежурство на авто патруле; из дежурной части поступило телефонное сообщение о том, что около Загустайского дацана произошло ДТП с участием двух автомобилей. Они с напарником из с. Тохой выехали по вышеуказанному сообщению, минут через 10 по приезду увидели автомобиль «Toyota Camry» и «Subaru Impreza» красного цвета. Если смотреть по направлению г. Улан-Удэ со стороны Гусиноозерска «Subaru Impreza» стояла по направлению в г. Гусиноозерск, задняя левая часть была полностью деформирована, не было колеса. «Toyota Camry» находилась справа, кузов был полностью деформирован после опрокидывания. Водитель «Subaru Impreza» при ДТП не пострадал, от медицинской помощи отказался - был мужчина европейской внешности с супругой. С его слов они установили, что «Subaru Impreza» двигалась со стороны Гусиноозерска в сторону Улан-Удэ, почувствовали удар сзади, т.е. сзади двигался автомобиль «Toyota Camry». В салоне на левой водительской двери автомашины «Toyota Camry» висел на животе мужчина, ноги его находились где скоростной рычаг и на пассажирском сиденье. Он дышал, ждали скорую помощь, она как раз подъезжала. Рядом на обочине в нескольких метрах от машины лежал ещё один мужчина. Ни одному из пострадавших не пытались оказать первую помощь, ждали скорую помощь, опасались сделать что-то неправильно. Приехала скорая, помогал на носилках загрузить человека в бессознательном состоянии из «Toyota Camry» в скорую помощь, увезли в хирургическое отделение. Приезжало две машины скорой помощи. В какой очерёдности они приезжали, какого пострадавшего сначала забрали не помнит. Напарник составил схему места ДТП, снимали замеры служебной рулеткой. Позже выяснили их личности: Селиверстов А.И., второго не помнит. Также на ДТП выезжала следственно-оперативная группа, следователь составляла осмотр места происшествия, присутствовал эксперт. В машине «Toyota Camry» сработали подушки безопасности. Были изъяты скоростной рычаг, подушки безопасности. В салоне был запах алкоголя и от того, кто лежал, тоже чувствовался запах.

На схеме ДТП в т.1 л.д.123 крестиком в кружке указано место столкновения транспортных средств, рядом чёрточки - это осколки габаритов или стекла. Второй участник ДТП присутствовал при составлении схемы ДТП, у него выясняли место столкновения. Было тёмное время суток, каким было дорожное покрытие (мокрое или сухое), наличие неровностей, выбоин, колдобин на асфальте не помнит. Каким образом на месте ДТП определили, что Селиверстов являлся водителем транспортного средства «Toyota Camry», не помнит, т.к. с 2022 г. прошло много времени;

- показаниями свидетеля ДВ в суде о том, что выезжала на осмотр места происшествия в составе следственно-оперативной группы. Составляла протокол осмотра места происшествия лично. Участниками были эксперт Х. и инспектор ДПС СА. Замечаний к протоколу не поступало. Избирала меру пресечения Селиверстову А.И. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Конкретную дату вспомнить не смогла. В тот день она дежурила. От дежурной части ей стало известно о необходимости выезда на ДТП, а именно, что нужно выехать на осмотр, произошло ДТП, сотрудники ГИБДД уже выехали. На ДТП они выезжают только когда дежурят, где есть тяжкие последствия. На чем выезжали, она не помнит. По прибытии увидела две машины в кюветах «Subaru» (слева) и «Toyota Camry» (справа подальше). Двоих пострадавших к моменту её приезда уже увезла скорая помощь. На месте находилась супружеская пара с другой машины, не помнит, опрашивала ли она их. Визуально определить, кто был за рулем, на момент осмотра было невозможно, т.к. в машинах никого не было. Схему осмотра места ДТП составляли сотрудники ГИБДД, кто именно не помнит. С места происшествия изъято: подушки безопасности (эксперт их срезал полностью), оплетка руля, ручка рычага переключения скоростей, на подушке безопасности были видны пятна темно-бурового цвета, похожие на кровь. Личность пострадавших была установлена из больницы, там предоставили справку, что доставлены Селиверстов и К.. В салоне «Toyota Camry» были найдены документы: паспорт на имя Селиверстова А.И. и постановление мирового судьи о привлечении Селиверстова к ответственности по ст. 6.9 КоАП РФ. Проведена генетическая экспертиза следов на водительской подушке безопасности – подтверждено наличие биоматериала Селиверстова А.И.;

- дополнительными показаниями свидетеля ДВ в суде о том, что на место дорожно-транспортного происшествия выезжала. По прибытии составляла протокол осмотра места происшествия и схему ДТП, при этом точное место столкновения определяла, исходя из собственного восприятия обстановки, однако пояснить, на основании каких конкретных объективных данных сделан вывод о месте столкновения, затруднилась. Количество транспортных средств, характер расположения отдельных фрагментов и иные детали обстановки помнит не в полном объёме. По прибытии автомобиль БС находился на проезжей части, автомобиль «Toyota Camry» в кювете. Замеры производились измерительной рулеткой, однако в протоколе сведения об используемом техническом средстве не отражены. Скорость движения автомобиля Селиверстова достоверно в ходе предварительного следствия установлена не была. В материалах дела фигурировали данные о скорости не менее 80 км/ч и не более 110 км/ч, полученные со слов БС Автотехническая экспертиза не проводилась. При допросе потерпевшего К. выезжала к нему домой, поскольку он находился на амбулаторном лечении. Перед допросом К. были представлены медицинские документы. По её оценке, в момент допроса К. находился в удовлетворительном состоянии, понимал характер задаваемых вопросов, отвечал последовательно, ответы формулировал самостоятельно. Протокол допроса составлен со слов К. и им подписан; замечаний к его содержанию не заявлялось. Признаков неадекватного поведения К. не было. Законный представитель К. в формирование ответов не вмешивалась. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о невозможности К. давать показания либо о давлении на него, ею не было установлено. Рапорт о выезде на место происшествия составлялся по окончании выезда; информация о ДТП была получена от дежурного. Продолжительность пребывания на месте происшествия точно не помнит. Обстоятельства возврата автомобиля БС владельцу ей неизвестны;

- показаниями свидетеля Г. в суде о том, что работает <...>. Подсудимый Селиверстов и потерпевший К. ему не знакомы. Выезжал на место ДТП на служебном автомобиле «Газель Некст» вместе с дежурным фельдшером МЮ. Вызов поступил на трассу перед с. Тохой на трассе «Улан-Удэ-Кяхта-граница с Монголией». По прибытии на место происшествия, сотрудников ГИБДД он там еще не видел. По указанию фельдшера он помог погрузить одного пострадавшего на носилки. Пострадавший находился в бессознательном состоянии. Он загрузил его в автомобиль скорой помощи и доставил в хирургическое отделение. Г. не помнит марку разбитого автомобиля, не видел следов крови или телесных повреждений, так как не присматривался. Запаха алкоголя от пострадавшего он не ощущал. Также он не видел, кто именно находился за рулем автомобиля в момент аварии. Всего он забирал с места ДТП только одного пострадавшего. О других пострадавших или о том, были ли другие машины скорой помощи, ему точно не известно, но он выезжал один. До места ДТП они приехали минут за 5, может больше;

- показаниями свидетеля МЮ в суде о том, что является <...>, обстоятельства помнит плохо, т.к. ДТП было три года назад. В мае (точную дату не помнит), в темное время суток она в составе бригады скорой медицинской помощи совместно с водителем Г. выезжала по вызову на место дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на федеральной трассе в районе «Загустайского дацана» на выезде по направлению в г. Улан-Удэ. По прибытии на место она увидела большое скопление людей. Посторонние лица поднесли к служебному автомобилю пострадавшего на носилках, который находился в бессознательном состоянии. Совместно с водителем скорой и очевидцами пострадавший был погружен в салон автомобиля скорой помощи. Она произвела осмотр потерпевшего, оценила тяжесть его состояния, измерила параметры жизнедеятельности. Пострадавший был без сознания, у него были рвано-ушибленные раны на голове, вероятно, следы крови, от него исходил запах алкоголя, однако гемодинамические показатели (давление) были стабильны. В салоне автомобиля ему была оказана необходимая помощь: наложен воротник Шанца, произведена фиксация на щите. На месте ДТП находился еще один пострадавший, который был в сознании и его состояние оценивалось как средней или легкой степени тяжести. Поскольку салон автомобиля скорой помощи имеет малые габариты и не позволяет качественно оказывать помощь двум пациентам одновременно, а первый пострадавший находился в тяжелом состоянии и требовал срочной эвакуации, было принято решение незамедлительно госпитализировать его в Гусиноозерскую ЦРБ. Для второго пострадавшего была вызвана вторая бригада скорой помощи. Пострадавший был доставлен в приемный покой стационара и передан врачам. Извлекался ли пострадавший из поврежденного автомобиля под её контролем - она не помнит;

- показаниями свидетеля ЖН в суде о том, что подсудимый Селиверстов А.И. является её соседом. В день происшествия в темное время суток она вместе со своим супругом ЖА на автомобиле «Toyota Camry» возвращались из с. Ягодное. Напротив весового контроля увидели автомобиль марки «Subaru», находящийся в кювете (с правой стороны по ходу движения в сторону г. Гусиноозерска). Было видно, что произошло ДТП, рядом находились девушка и молодой человек, которые вызвали скорую. С другой стороны дороги они увидели второй автомобиль «Toyota Camry», побежали в ту сторону. Капот был открыт, муж скинул клеммы аккумулятора, т.к. машина дымилась. Она близко не подходила, видела силуэт мужчины на водительском месте, который находился в сидячем положении с левой водительской стороны, голова была прислонена к боковому стеклу водительской двери, хрипел, у него имелась кровь. Боковое стекло было полностью закрыто, без повреждений, лобовое стекло было повреждено. В каком положении находились ноги того мужчины, ЖН не видела, т.к. находилась на расстоянии 3х метров. Двери автомашины они не открывали, самостоятельно помощь данному мужчине они оказывать не стали, опасаясь навредить, т.к. сотрудник сказал, что вытаскивать сами не имеют права, т.к. могут навредить. Далее она услышала громкие крики на расстоянии примерно 50–100 метров позади от задней части автомобиля. Подойдя на звук, они обнаружили своего соседа – Селиверстова А.И., который находился на земле, был в сознании, громко кричал от боли. Видимых телесных повреждений она у него не заметила, запаха алкоголя от него не чувствовала. На вопрос о случившемся Селиверстов А.И. пояснил, что «пролетел по железным штырям» (отбойникам), и просил вызвать скорую помощь. Супруг ЖН снял свою куртку и укрыл Селиверстова А.И. Она осуществила повторный звонок в скорую помощь. До приезда медиков на место прибыл экипаж ГИБДД. По прибытии в машину скорой помощи первым госпитализировали мужчину, находившегося в салоне автомобиля. Вторая машина скорой помощи увезла Селиверстова А.И. В момент их прибытия и до приезда служб, кроме Селиверстова А.И. и мужчины в салоне, иных лиц возле разбитого автомобиля не было;

- показаниями свидетеля ЖА в суде о том, что с подсудимым знаком, они являются соседями. Обстоятельства ДТП он напрямую не видел. В день происшествия он с супругой ЖН ехал на такси со стороны с. Тохой и, проезжая мимо поста ДПС (весового контроля), увидел автомобиль «Subaru» с правым рулём, красного цвета, стоявший со стороны дацана. У автомобиля отсутствовали колёса с левой стороны, машина была развернута в сторону г. Гусиноозерск. С правой стороны относительно направления движения в сторону г. Улан-Удэ находился автомобиль «Toyota Camry», который был ближе к весовому контролю по направлению к г. Улан-Удэ. Характер повреждений «Toyota Camry» он подробно не помнит, повреждений было много, стекла отсутствовали, двери были закрыты. ЖН подошёл к этому автомобилю, поскольку увидел дым из-под капота, и снял клеммы с аккумулятора, чтобы предотвратить возможное возгорание. В ней находился мужчина, свисавший со стороны водительской двери: задняя часть туловища находилась на водительском сиденье, половина тела снаружи. Точное положение тела, на каком боку, где находились ноги, не запомнил, поскольку было темно. Пострадавший хрипел, был без сознания, из головы шла кровь. Он понял, что у него черепно-мозговая травма именно на основании кровотечения из головы. Более в автомобиле никого не было. В 100-150 метрах от автомашины «Toyota Camry» на земле лежал Селиверстов А.И. без сознания. Они привели его в чувства, ЖН дал ему свою куртку согреться, положил её под голову. Внешних телесных повреждений, крови у Селиверстова не было. Потом подъехали сотрудники ГИБДД. Сам ЖН второго пострадавшего из автомобиля не извлекал, поскольку прибывший сотрудник ГИБДД (СА) запретил трогать потерпевшего, пояснив, что можно причинить дополнительный вред. Минут через 10–20 после прибытия сотрудников ГИБДД прибыла скорая медицинская помощь, на которой увезли пострадавшего. О точном расположение тела пострадавшего, количество крови, наличие крови на лице, точное время прибытия служб, кто именно вызывал скорую помощь и сотрудников ГИБДД, кто извлекал пострадавших, кто фотографировал место ДТП, погодные условия (дождливая или нет), состояние дорожного покрытия не помнит;

- показаниями свидетеля ХК в суде о том, что Cеливерстова знает по прозвищу «ФИО71». 06.06.2022 в вечернее время она совместно с сожителем БС двигалась на праворульном автомобиле «Subaru Impreza» по направлению из г. Гусиноозерск. За рулём находился её сожитель. Скорость движения составляла около 80 км/ч, дорожное покрытие было влажным после дождя, участок дороги с подъёмом. В какой-то момент произошёл удар, после чего автомобиль занесло и выбросило в кювет. От столкновения со вторым транспортным средством она первоначально не поняла и осознала это лишь после того, как увидела другой автомобиль. После остановки автомобиля они самостоятельно не подходили ко второй автомашине, она находилась в 500-600 метрах от них. Они предполагали, что там люди, т.к. слышали крики одного человека. Она осуществила звонок в экстренные службы, сообщив о произошедшем ДТП в районе дацана, недалеко от весового контроля, при этом пояснила, что им медицинская помощь не требуется, однако у второго автомобиля, по её предположению, имеются пострадавшие. Подъехала девушка с мужем, спросили: нужна ли помощь? Потом поехали ко второй автомашине. Примерно через 2–3 минуты на место прибыли сотрудники ГИБДД со стороны с. Тохой, затем бригада скорой медицинской помощи. Вторую скорую она не помнит. Всё это время они с мужем простояли около своей автомашины, в течение около 1,5-2 часов. ХК находилась на переднем пассажирском сиденье слева. В результате удара с левой стороны зажало её дверь, вырвало заднее левое колесо, выбило стёкла заднее и боковое слева, повредило фары – удар пришёлся в левую заднюю сторону. Осколки ХК не видела, т.к. было темно; дорога была ровная. Сожитель показывал место, где произошло столкновение - в месте отворота на дацан, их протащило около 800 метров. Встречных автомашин в тот момент не было. Перед ударом света фар приближающегося автомобиля сзади не было. На место ДТП приезжал друг Селиверстова, паниковал, в присутствии ДПС говорил, что в машине «ФИО71». Их автомобиль с места ДТП эвакуировали;

- показаниями свидетеля БС в суде о том, что в вечернее время суток он ехал с супругой ХК на своей машине «Subaru Impreza» тёмного цвета с автоматической коробкой передач, с включенным светом фар, которые были исправны, двигался по федеральной трассе «Улан-Удэ-Кяхта-граница с Монголией» со стороны г. Гусиноозерск в направлении дома. Скорость движения ориентировочно составляла 80-90 км/ч, точные показания спидометра он не запомнил. Какая была погода, было ли дорожное покрытие сухим, не помнит. Участок дороги был прямой, с небольшим подъемом, выбоин, помех на дороге не было; освещение отсутствовало, ограждений и световых столбов на месте происшествия не имелось. В районе Загустайского дацана почувствовал удар в заднюю левую часть машины. После удара машину протащило боком около 10-20 метров, после чего они остановились на обочине встречной полосы. Заднее левое колесо было оторвано и сломано, бампер задний и заднее крыло были сломаны. Ко второй автомашине он не подходил, т.к. был в шоке, смотрел за супругой, которую он вытаскивал из автомашины, видимых телесных повреждений у неё не было. Кто являлся вторым водителем, пояснить не может. Свет фар сзади приближающегося автомобиля не видел. Сотрудники ДПС прибыли на место, в его присутствии производили осмотр, составляли схему ДТП, что-то оформляли, замеряли. Сам он в составлении схемы участия не принимал, однако подтвердил, что подпись в схеме имеется и фотография транспортного средства соответствует действительности. В протоколе осмотра места происшествия отражены повреждения его автомобиля, включая повреждение заднего левого колеса. БС был освидетельствован на состояние алкогольного опьянения, показания прибора были нулевые. После ДТП автомобиль был эвакуирован и помещён на специализированную стоянку. Позднее по вызову следователя он прибыл в отдел, где был допрошен и получил документы, разрешающие забрать автомобиль. Экспертизу автомобиля он не инициировал и сведений о её проведении не имеет. Впоследствии автомобиль был им продан. Вопрос о взыскании ущерба либо установлении виновного лица им не разрешался, претензий он не предъявлял. Ранее в ДТП не участвовал. В органы ГАИ для выяснения виновности лица не обращался, сведений о количестве пострадавших и характере их повреждений не имеет. С водителем второго транспортного средства он не общался;

- показаниями эксперта БВ, который в судебном заседании подтвердил выводы заключений № 116-23 в отношении потерпевшего К., № 115-23 в отношении Селиверстова А.И., № 173-23 в отношении Ч., имеющихся в материалах дела (т.1 л.д. 176-180, 193-196, 207-209). Эксперт пояснил, что данные экспертизы проводились по медицинским документам (историям болезни) уже после окончания лечения и выписки пострадавших из стационара. Личный осмотр подэкспертных не проводился, что является допустимой практикой в таких случаях. Вопрос: «Кто находился за рулем?» - не входит в компетенцию судебно-медицинского эксперта. Это задача следствия или комплексной автотехнической экспертизы. Характер травм у водителя и у пассажира, сидящего спереди (сбоку), может быть идентичным. На основании только медицинских данных о телесных повреждениях невозможно достоверно разграничить, кто именно управлял автомобилем, а кто был пассажиром. О степени опьянения и способности к действиям в отношении К., особое внимание было уделено состоянию потерпевшего К. в момент ДТП. Согласно документам, у К. было диагностировано «тяжелое отравление алкоголем, возможна смерть». Концентрация алкоголя (от 3,1 до 5,00 промилле) по общепринятой шкале считается тяжелой степенью, способной привести к летальному исходу. Некоторые люди при такой степени опьянения могут ходить и совершать действия, это зависит от человека, его конституции. На вопрос, мог ли К. физически управлять транспортным средством с такой степенью опьянения, ответить затрудняется, т.к. это выходит за пределы его компетенции и зависит от индивидуальных особенностей организма. Теоретически неправильно оказанная медицинская помощь может ухудшить состояние, но в данном случае отделить одни травмы от других невозможно. Первую помощь оказывала бригада скорой помощи. При черепно-мозговой травме, которая была у К. необходим покой;

- показаниями свидетеля Ш, в суде о том, что знакома с потерпевшим К., т.к. является его лечащим врачом-неврологом. К. состоит на учете в связи с полученной 3 года назад в результате ДТП тяжелой черепно-мозговой травмы. У К. установлена инвалидность (бессрочно). Вследствие травмы и оперативного вмешательства наблюдаются умеренные когнитивные нарушения: снижение памяти, утомляемость, раздражительность. Два года назад состояние больного было хуже, сейчас контактен, но есть элементы моторной афазии, ему трудно сформулировать свои мысли, строит фразы из 3-4 слов, делает паузы, чтобы подумать, построить фразу. К. в психиатрической помощи не нуждается, его воспоминания (о детстве или событиях, которые повлекли травму) реальны. Он адекватен, но неврологически ослаблен. В течение последнего года идет процесс восстановления событий. Память возвращается постепенно. Сразу когда К. вышел из комы, он ничего не помнил, сейчас начал вспоминать детали.

Ш, подтвердила данное ранее заключение о том, что К. не может принимать участие в судебном заседании, поскольку судебный процесс вызывает у него повышенную нервную возбудимость, повышается давление, происходит спастика мышц, грубый парез. Это может спровоцировать гипертонический криз или приступ эпилепсии, т.е. невозможно предвидеть, как мозг себя поведет. Допрашивать потерпевшего в суде нежелательно. Если будет выездное заседание в домашней обстановке допросить потерпевшего возможно только в присутствии медиков, скорой или ее. По факту ДТП она беседовала с К. об обстоятельствах получения травмы в острый период лечения 1,5–2 года назад. К. рассказал ей, что попал в ДТП, в момент аварии он находился на пассажирском сиденье. Причину этого он объяснил тем, что был пьян, поэтому за руль не садился;

- показаниями специалиста Д. в суде о том, что знаком с потерпевшим К., так как тот приходил к нему на консультацию для оформления документов на МСЭ (медико-социальную экспертизу) 1-2 года назад. К. состоит на учете у невролога с диагнозом «<...>». К. приходил в сопровождении супруги. У него наблюдалась <...> (плохо говорил, с трудом формулировал мысли), но в суть вопросов вникал. Черепно-мозговая травма сама по себе не является безусловным основанием для признания человека недееспособным. Оценку способности лица совершать юридически значимые действия (например, выдавать доверенность у нотариуса) дает нотариус, и только при сомнениях запрашивает справку от психиатра. По вопросу: может ли потерпевший давать последовательные показания и помнить детали ДТП? - специалист пояснил, что у больных с посттравматическими нарушениями процесс воспоминания происходит индивидуально (могут забыть, потом вспомнить частично или полностью). Подтверждает возможность существования «навеянных воспоминаний». Если у человека есть потеря памяти (амнезия) в результате травмы, пробелы могут заполняться рассказами родственников или друзей, и у пациента складывается ложное впечатление, что это его собственные воспоминания. Установить достоверность воспоминаний (отличить реальные от навеянных) в рамках судебно-психиатрической экспертизы сложно (шансы 50/50), это решается комиссионно в составе психолога и двух психиатров. Подтвердил обоснованность заключения врача-невролога о том, что К. не может участвовать в суде. Когнитивные нарушения вызывают сильное волнение, что опасно для здоровья пациента. Такое заключение невролог имеет право давать единолично, без создания врачебной комиссии. Обнаруженную у К. концентрацию алкоголя в крови 3,11 г/л (промилле). Данный показатель оценивается как «ближе к тяжелой степени опьянения». Теоретически при тяжелой степени опьянения человек не должен быть способен совершать активные действия. Все зависит от индивидуальной переносимости (алкогольного анамнеза). Если человек употребляет алкоголь редко, то 3,11 промилле это состояние, близкое к коме. Если же имеется бытовое злоупотребление алкоголем раз в неделю в больших дозах, человек может передвигаться и совершать действия даже при таких высоких цифрах. Поскольку он не собирал алкогольный анамнез у К., затрудняется ответить, мог ли К. управлять автомобилем в таком состоянии, но отметил, что теоретически при тяжелой степени это невозможно;

- договором купли-продажи автомобиля от 05.06.2022, согласно которому АА продал БС автомобиль «Subaru Impreza» государственный регистрационный знак ..., 1998 года выпуска (т. 1 л.д. 133);

- протоколом осмотра транспортного средства, согласно которому в период с 23:50 часов 07.06.2022 до 00:20 часов 08.06.2022 ИДПС Б. на месте дорожно- транспортного происшествия осмотрено транспортное средство - автомобиль марки «Subaru Impreza», в ходе которого установлены внешние повреждения: задний бампер, задняя левая дверь, заднее левое крыло, отсутствует заднее левое колесо, задний левый габарит (т. 1 л.д.124-125);

- протоколом осмотра транспортного средства, согласно которому в период с 00:30 часов до 00:55 часов 08.06.2022 ИДПС СА на месте дорожно- транспортного происшествия осмотрено транспортное средство - автомобиль марки «Toyota Camry» г/н ... РУС, в ходе которого установлены внешние повреждения: деформация кузова полностью, сломаны боковые зеркала, бампера передний и задний сломаны, капот, двери деформированы, лобовое стекло разбито, передняя часть полностью деформирована, задняя часть полностью деформирована, подушки безопасности сработаны, передние боковые стекла разбиты, осветительные приборы все разбиты (т. 1 л.д.126-127);

- карточкой операции с водительским удостоверением на имя Селиверстова А.И., ... г.р., с указанием наличия ряда административных правонарушений (т. 1 л.д. 140-142);

- карточкой учета транспортного средства «Toyota Camry» государственный регистрационный знак ... - владелец К. (т. 1 л.д. 143);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 08.09.2022, с фототаблицей, согласно которому заместителем начальника СО Цыриторовым Д.Б. на территории ООО «Данак» по адресу: г. Гусиноозерск ул. Пушкина д. 19 а, осмотрен автомобиль марки «Subaru Impreza» с г/н ..., изъятый 08.06.2022 (т. 1 л.д.144-149);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 12.05.2023, с фототаблицей, согласно которому в г. Гусиноозерск Селенгинского района РБ следователем Дашицыреновым Ч.Ч. осмотрены: государственный регистрационный знак ...; мужские кроссовки текстильные 42 размера темно-синего цвета; два экземпляра постановления Мирового судьи от 28.04.2022 в отношении Селиверстова А.И., ... г.р. о привлечении к административной ответственности по ст. 6.9.1 КоАП РФ; свидетельство о регистрации транспортного средства серия ...; государственный регистрационный знак ..., «Toyota Camry», собственник К. (т. 1 л.д.153-155);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 27.06.2024, с фототаблицей, согласно которому следователем Жамбаловым А.Г. на территории ООО «Данак» по адресу: г. Гусиноозерск ул. Пушкина д. 19 а, осмотрен автомобиль марки «Toyota Camry» г/н ..., изъятый 08.06.2022 (т. 1 л.д.158-164);

- заключением эксперта № 116-23 от 30.03.2023, согласно которому на теле К. при доставлении в медицинское учреждение имелись телесные повреждения: 1) Сочетанная политравма. ЗЧМТ. УГМ тяжелой степени. Контузионно-геморрагические очаги ушиба в височных долях. Субдуральная гематома теменно-височной области слева. Дислокация срединных структур вправо (до 13 мм). Травматическое субарахноидальное кровоизлияние. Закрытая травма грудной клетки. Закрытые переломы 3,4,5,6,7 ребер справа без смещения отломков. Ушибы правового легкого с формированием множественных пневматоцеле. Минимальное скопление жидкости в плевральной полости справа (гемоторакс). Закрытая травма брюшной полости, разрыв печени с формированием подкапсульной гематомы. Рвано-ушибленная рана теменной области слева. Данные телесные повреждения причинены твердым, тупым предметом или при ударе о таковой. Количество повреждений - 14 и более. Повреждения: Сочетанная политравма. ЗЧМТ, УГМ тяжелой степени. Контузионно-геморрагические очаги ушиба в височных долях. Субдуральная гематома теменно-височной области слева. Дислокация срединных структур вправо (до 13 мм). Травматическое субарахноидальное кровоизлияние. Закрытая травма грудной клетки. Закрытые переломы 3,4,5,6,7 ребер справа без смещения отломков. Ушибы правового легкого с формированием множественных пневматоцеле. Минимальное скопление жидкости в плевральной полости справа (гемоторакс). Закрытая травма брюшной полости, разрыв печени с формированием подкапсульной гематомы. Рвано-ушибленная рана теменной области слева - по своей тяжести, т.к. имеют единый механизм образования, расценивается как причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. 2) Не исключено, что эти повреждения могли образоваться в срок при обстоятельствах, указанных в настоящем постановлении. 3) Пострадавший в момент доставления в медучреждение находился в состоянии алкогольного опьянения. При химико-токсикологическом исследовании крови от 07.06.22 г. на имя К. обнаружен этанол 3,11 г/л. что означает тяжелое отравление, возможно смерть. 4). Высказаться на вопрос: обнаруженные повреждения у К. характерны для водителя транспортного средства или пассажира, о расположении К. в салоне автомобиля (водительское место, переднее или заднее пассажирское место) в момент причинения повреждений – не представляется возможным (т.1 л.д. 176-180);

- заключением эксперта № 115-23 от 30.03.2023, согласно которому на теле Селиверстова А.И. при доставлении в медицинское учреждение имелись телесные повреждения: 1) Сочетанная политравма. Закрытая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозга средней степени. Минимальное субарахноидальное кровоизлияние в правой гемисфере. Церебро-астенический, цефалгический синдром. Закрытая травма грудной клетки. Переломы 2,3,4,5,6,7,8,9,10 ребер справа со смещением отломков. Переломы 3,7,8 ребер слева без смещения отломков. Ушибы обоих легких с формированием пневматоцеле. Пневмогемоторакс справа. Краевой пневмоторакс слева. Минимальный гемоторакс слева. Травматический шок 1ст. Данные телесные повреждения причинены твердым, тупым предметом или при ударе о таковой. Количество повреждений - 14 и более. Повреждения: Сочетанная политравма. Закрытая черепно-мозговая травма. Ушиб головного мозга средней степени. Минимальное субарахноидальное кровоизлияние в правой гемисфере. Церебро-астенический, цефалгический синдром. Закрытая травма грудной клетки. Переломы 2,3,4,5,6,7,8,9,10 ребер справа со смещением отломков. Переломы 3,7,8 ребер слева без смещения отломков. Ушибы обоих легких с формированием пневматоцеле. Пневмогемоторакс справа. Краевой пневмоторакс слева. Минимальный гемоторакс слева. Травматический шок 1ст. - по своей тяжести, т.к. имеют единый механизм образования, расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. 2) Не исключено, что эти повреждения могли образоваться в срок при обстоятельствах, указанных в настоящем постановлении. 3) Пострадавший в момент доставления в медучреждение находился в состоянии алкогольного опьянения. При химико-токсикологическом исследовании крови от 07.06.22 на имя Селиверстова А.И. обнаружен этанол 2,5 г/л, что соответствует сильной степени опьянения (т.1 л.д.193-196);

- заключением эксперта № 173-23 от 04.05.2023, согласно которому на теле гр. Ч. при доставлении в медицинское учреждение имелись тесные повреждения: 1) Закрытая травма позвоночника. Компрессионный перелом тела 1,2 позвонка II ст., без стеноза позвоночного канала. Данное телесное повреждение - причинено твердым, тупым предметом или при ударе о таковой. Количество повреждений - 1. Повреждение: Закрытая травма позвоночника. Компрессионный перелом тела 1,2 звонка II ст., без стеноза позвоночного канала - по своей тяжести расценивается к причинившее средней тяжести вред здоровью человека, вызвавшее длительное расстройство здоровья свыше 21 дня (более 21 дня). Не исключено, что это повреждение могло образоваться в срок и при обстоятельствах, указанных в настоящем постановлении. Находился ли пострадавший в момент доставления в медучреждение в состоянии алкогольного опьянения - в медицинской карте не указано. Высказаться на вопрос: Обнаруженные повреждения у Ч. характерны для водителя транспортного средства или пассажира? Можно ли высказаться о расположении Ч. в салоне автомобиля (водительское место, переднее пассажирское место, заднее пассажирское место) в момент причинения повреждений? Не представляется возможным (т. 1 л.д. 207-209);

- заключением эксперта № 3/183 от 21.07.2023, согласно которому: 1) генетические профили Селиверстова А.И.. ... г.р., К.. ... г.р., установлены и представлены в таблице № 2 настоящего заключения. 2) На представленном фрагменте марли, пропитанным веществом бурого цвета (в постановлении «смыв с земли с водительской стороны»), обнаружена кровь (объект № 1), которая произошла от К.. Происхождение данной крови (объект № 1) от Селиверстова А.И., исключается. 3) На подушке безопасности, упакованной в полимерный пакет желтого цвета с биркой «... с пассажирской стороны...», обнаружена кровь (объект № 3), которая произошла от К.. Происхождение данной крови (объект № 3) от Селиверстова А.И., исключается (т. 1 л.д.227-236);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 10.10.2025, с фототаблицей, в ходе которого осмотрен: 1). Пакет, при вскрытии которого обнаружен фрагмент марли белого цвета, пропитанный веществом бурого цвета; 2) Полимерный пакет белого цвета, при вскрытии которого обнаружена ручка АКПП, выполненная из материала похожего на кожу черного цвета, полимерного материала бежевого и металлического цветов; 3) Полимерный пакет желтого цвета, при вскрытии которого обнаружена подушка безопасности из ткани белого цвета округлой формы диаметром около 68.0 см. Центральная часть подушки прошита нитями зеленого цвета в форме круга. Визуальным смотром на поверхности подушки обнаружены: пятно бурого цвета неправильной формы размером 0,2*0,3 см, пятна коричневого цвета неправильной формы размерами от 0,3 до 0,4 см.; 4) Полимерный пакет фиолетового цвета, при вскрытии которого обнаружена подушка безопасности из ткани белого цвета трапециевидной формы во фронтальной части размером: ширина в верхней части 36,5 см: ширина в нижней части 25,5 см; высота 68,5 см. Визуальным смотром на поверхности подушки обнаружены: пятно коричневого цвета неправильной формы размером 0,5*0,9 см.; 5) Пакет из бумаги белого цвета, внутри которого находится ватная палочка с образцом буккального эпителия; 6) Конверт из бумаги белого цвета, внутри которого находится ватная палочка с образцом буккального эпителия (т. 1 л.д.242-247);

- исследованной амбулаторной картой К.;

- письмом Бурятского ЦГМС – филиала ФГБУ «Забайкальское УГМС» о том, что 07.06.2022 за период с 21:00 часов до 23:00 часов наблюдалась пасмурная с осадками погода, соответственно, ухудшение метеорологической дальности видимости при осадках до 16 км.; время захода солнца в 21:03 часов, с 21:04 до 21:51 часов - период гражданских сумерек;

- информационным письмом ОМВД РФ по Селенгинскому району о том, что Селиверстов А.И. является активным участником криминальной среды <...> района, где известен как «ФИО71»;

Все экспертизы по делу, выводы которых положены в основу обвинительного приговора, проведены надлежащими лицами, полно, объективно, на основании соответствующих постановлений следователя, в рамках возбужденного уголовного дела, содержат ответы на все поставленные вопросы, имеющиеся выводы не противоречивы друг другу, а также материалам дела, сомнений и неясностей выводы не содержат, заключения как процессуальные документы, составлены в соответствие с действующим законодательством, подписаны экспертами, предварительно предупрежденными об уголовной ответственности.

У суда не было оснований не доверять оглашенным и данным в суде показаниям потерпевшего К., данным в суде показаниям законного представителя потерпевшего КИ, свидетелей А., ШН, Б., СА, ДВ, БЭ, Г., МЮ, ЖН, ЖА, ХК, БС, Ш,, данными в суде показаниями эксперта БВ, специалиста Д., поскольку их показания согласуются между собой и подтверждаются доказательствами, имеющимися в материалах дела и изложенными в приговоре. Каких-либо существенных противоречий во взятых в основу приговора показаниях, влияющих на доказанность вины и оценку содеянного не имеется. Оснований не доверять их показаниям у суда первой инстанции не имелось, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Причин для оговора осужденного, опрошенными лицами, их заинтересованности в исходе дела, не установлено.

Доводы адвоката Насниковой Т.А. о недопустимости использования в качестве доказательств показаний законного представителя потерпевшего КИ, свидетеля А., в силу того, что они не были прямыми очевидцами совершения преступления, показаний свидетелей ДВ, Б., СА, МЮ, Г., являющихся сотрудниками полиции и скорой медицинской помощи, которые выезжали на место дорожно-транспортного происшествия и фиксировали постфактум произошедшее дорожно-транспортное происшествие, не основаны на законе, поскольку в соответствии со ст.56 УПК РФ свидетелями по уголовному делу являются любые лица, которым могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, независимо от того, являются они очевидцами совершения преступления или нет.

Вопреки доводам жалобы, потерпевший К., законный представитель потерпевшего КИ, свидетель А.,, перед началом их допроса были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и каких-либо данных об их заинтересованности в исходе данного дела у суда не имеется, они дали показания по тем событиям по делу, участниками которых они непосредственно являлись, их показания являются последовательными, логичными, согласуются между собой и не противоречат фактическим обстоятельствам дела. Суд обоснованно признал взятые в основу приговора показания потерпевшего, законного представителя потерпевшего и свидетеля достоверными.

При этом, вывод суда об отсутствии оснований для проведения в отношении потерпевшего К. амбулаторной комиссионной психолого-психиатрической экспертизы, судом первой инстанции мотивирован, оснований не согласится с ним у суда апелляционной инстанции не имеется.

Взятые в основу приговора в качестве доказательства виновности осужденного, показания законного представителя потерпевшего КИ, свидетеля А., допустимость которых обжалуется стороной защиты в апелляционной жалобе, были надлежащим образом исследованы и проверены судом, в том числе путем сопоставления с другими доказательствами. Установив их относимость и допустимость относительно предмета доказывания по уголовному делу, суд первой инстанции обоснованно взял данные показания в основу приговора.

Суд обоснованно отнесся критически к показаниям свидетеля Ч. об управлении транспортным средством потерпевшим, как данные с целью смягчения участи Селиверстова.

Доводы стороны защиты о том, что Селиверстов А.И. не управлял транспортным средством во время дорожно-транспортного происшествия и находился на пассажирском сидении автомобиля, проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными.

Так, из последовательных показаний потерпевшего К. в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства следует, что К. прямо указал на подсудимого, как на лицо, который находился за управлением автомобиля «Toyota Сamry» в момент дорожно-транспортного происшествия, известного ему по прозвищу «ФИО71». В данной части показания К. согласуются со свидетельскими показаниями А., ШН, БЭ, подтвердившими принадлежность данного прозвища Селиверстову А.И., информационным письмом ОМВД РФ по Селенгинскому району о том, что Селиверстов А.И. является активным участником криминальной среды <...> района, где известен как «ФИО71»; свидетельским показаниями К., А. о том, что потерпевший в состоянии опьянения не садился за управление транспортными средствами; показаниями потерпевшего К., свидетеля ШН, результатами химико-токсикологического исследования крови потерпевшего о состоянии сильного алкогольного опьянения последнего.

Кроме того, как установлено судом показания К., уверенно указавшего на Селиверстова А.И., как на лицо, управлявшее транспортным средством, объективно согласуются с заключением эксперта №3/183 от 21.07.2023 (т.1 л.д. 227-236) о том, что на подушке безопасности с пассажирской стороны обнаружена кровь, которая произошла от К.; с заключением судебно-медицинской экспертизы о наличии у потерпевшего рвано-ушибленной раны теменной области слева с кровотечением, фотографией К. (т.2 л.д.21), на которой изображено горизонтальное положение потерпевшего туловищем свисающее через оконный проём передней водительской двери, ногами на переднем пассажирском сиденье.

С учетом исследованных доказательств, суд первой инстанции обоснованно признал надуманными доводы Селиверстова А.И. о том, что К. сел за управление транспортным средством, а подсудимый пересел на переднее пассажирское сиденье.

Доводы жалобы о недостоверном изложении показаний свидетеля ШН в части того, что о беседе деда Ч. - БИ о событиях ДТП сообщала не свидетель ШН, а представитель потерпевшего К. не влияют на законность, обоснованность и справедливость приговора.

То обстоятельство, что по делу не проведена комплексная автотехническая экспертиза, не свидетельствует о нарушении закона и не влияет на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводы суда о виновности Селиверстова А.И., поскольку по делу собрано достаточно доказательств, на основании которых суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденного. Суд в приговоре в полной мере мотивировал свои выводы об отсутствии оснований для проведения комплексной автотехнической экспертизы. Оснований не согласиться с выводом суда, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Допустимость доказательств, была проверена судом надлежащим образом, вопреки доводам жалобы, предусмотренных ст.75 УПК РФ оснований для признания недопустимыми каких-либо взятых в обоснование приговора доказательств, в том числе и указанных в жалобе, не установлено.

Вопреки доводам жалобы, суд нашел установленным, что нарушение осужденным абзац 1 п.2.1.1., абзац 1 п. 2.7., п. 1.3., а также п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, имело место, в частности, судом установлено, что нарушение Селиверстовым А.И. п. 10.1 ПДД РФ состоит в прямой причинно-следственной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия и наступившими последствиями, поскольку данный пункт предписывает водителю: учитывать дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Доводы стороны защиты о том, что Селиверстов А.И. управляя автомобилем, не нарушал скоростного режима являются несостоятельными, поскольку располагая технической возможностью избежать столкновения с автомобилем «Subaru Impreza», не принял своевременно мер к снижению скорости вплоть до полной остановки своего транспортного средства, продолжил движение в избранном им направлении с прежней скоростью и совершил столкновение с транспортным средством под управлением БС При этом нарушение Селиверстовым А.И., в том числе п.10.1 ПДД РФ явилось причиной дорожно-транспортного происшествия и причинения по неосторожности потерпевшему К. тяжкого вреда здоровью.

Вина Селиверстова А.И. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ при установленных судом обстоятельствах полностью подтверждена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, надлежащим образом оцененных судом и приведённых в приговоре, в том числе его показаниями, данными в судебном заседании; показаниями свидетелей ГИ, ЕН (сотрудников ДПС) об обстоятельствах задержания Селиверстова А.И. за управлением транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения; показаниями свидетеля ГТ (ст. инспектора ОГИБДД) пояснившей, что допускается фиксация процедуры освидетельствования на личный сотовый телефон сотрудника, т.к. использование нагрудной камеры «Дозор» может быть ограничено объёмом памяти и ёмкостью аккумулятора; письменными доказательствами: протоколом об отстранении Селиверстова А.И. от управления транспортным средством от 23.02.2024; актом медицинского освидетельствования с показателем 0,65 мг/л.; протоколом задержания транспортного средства; протоколом осмотра предметов 06.05.2025 г., согласно которому осмотрен лазерный диск с 2 файлами с видеозаписями, на которых зафиксирована процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения Селиверстова А.И. и момент задержания транспортного средства.

Также вина осужденного в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.264, ч.1 ст.264.1 УК РФ подтверждается иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Оснований для оговора Селиверстова А.И. свидетелями ГИ, ЕН, ГТ, а также каких-либо данных, свидетельствующих об умышленном искажении ими фактических обстоятельств, судом правильно не установлено, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Допустимость изложенных в приговоре доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку они получены с соблюдением требований закона. Все доказательства, собранные по делу, надлежащим образом проверены судом, обоснованно признаны допустимыми, а в своей совокупности – достаточными для признания осужденного виновным в совершении преступлений. Данная судом исследованным доказательствам оценка соответствует требованиям ст.88 УПК РФ.

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений на стадии досудебного производства по уголовному делу норм уголовно-процессуального закона, неполноты предварительного следствия и стеснения прав осужденного, материалы уголовного дела, не содержат.

Данных, свидетельствующих об искажении формы и содержания доказательств, об искажении сведений, изложенных в протоколах следственных и процессуальных действий, судом обоснованно не установлено, также как не установлено каких-либо оснований, свидетельствующих об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов, об их необъективности и предвзятости в соответствии с требованиями ст.61 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам жалобы, оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имеется.

Доводы жалобы о том, что во время судебного следствия не было рассмотрено и разрешено ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору, не могут повлечь отмену приговора.

Как следует из протокола судебного заседания, адвокат Насникова Т.А. во время судебного следствия, а именно 04.02.2026 заявила ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, которое было вынесено на обсуждение участвующих лиц с предоставлением им возможности привести свои доводы.

Между тем, в ходатайстве адвоката содержались доводы, которым могла быть дана оценка при вынесении итогового судебного решения по делу, в связи с чем, суд отложил рассмотрение данного ходатайства.

При постановлении приговора суд оценил доводы, изложенные адвокатом в ходатайстве, признал их несостоятельными и не усмотрел оснований для возвращения уголовного дела прокурору, с чем у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться.

Вручение адвокату Насниковой Т.А. копии приговора суда с нарушением установленного ст.312 УПК РФ 5-тидневного срока, о чем указывает адвокат в апелляционной жалобе, не свидетельствует о существенном нарушении закона и не является основанием для безусловной отмены судебного решения, так как адвокат Насникова Т.А. реализовала свое право апелляционного обжалования.

Доводы жалоб о том, что дело рассмотрено с обвинительным уклоном, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, основанными на неверном понимании уголовного и уголовно-процессуального законов. Уголовное дело судом рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, необоснованных отказов стороне защиты в истребовании и исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не имеется.

Сторона защиты не была ограничена в представлении доказательств, а решения об отказе в удовлетворении ходатайств, принятые в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а также собственная оценка судом доказательств стороны защиты не свидетельствуют о нарушении принципа состязательности.

Предусмотренные законом процессуальные права осужденного, в том числе и его право на защиту, на всех стадиях уголовного процесса были реально обеспечены.

Исследовав и оценив доказательства в совокупности, суд установил все имеющие значение для дела фактические обстоятельства и пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Селиверстова А.И. в совершении инкриминируемых преступлений.

Действия Селиверстова А.И. судом правильно квалифицированы:

- по п. «а» ч.2 ст. 264 УК РФ – как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, совершённое лицом, находящимся в состоянии опьянения;

- по ч.1 ст. 264.1 УК РФ – как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Выводы суда о юридической квалификации действий осужденного в приговоре мотивированы, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, соответствуют положениям уголовного закона, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Суд на законных основаниях, с учетом личности Селиверстова, оценивая его поведение в судебном заседании, учитывая отсутствие сведений об оказании ранее психиатрической помощи, об отставании либо задержке в психическом развитии, отсутствие странностей в поступках и высказываниях Селиверстова, которые могли бы указывать на наличие психического расстройства, признал осужденного вменяемым, подлежащим уголовной ответственности, достаточно мотивировав в приговоре свои выводы в этой части. Сомнений во вменяемости Селиверстова, его способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы, у органа следствия, суда первой инстанции не возникло. Не имеется таких сомнений и у суда апелляционной инстанции.

При назначении наказания суд учел наличие смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, характер и степень общественной опасности совершенных деяний, личность виновного, в том числе влияние назначенного наказания на исправление осуждённого, условия его жизни и его близких родственников, требования разумности и справедливости.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному, согласно ст.61 УК РФ, суд признал: неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого и совместно проживающего с ним близкого родственника, наличие малолетнего ребёнка, положительные характеристики со стороны соседей, близкого родственника и сотрудников детского сада.

Кроме того, по п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд признал: принесение извинений перед потерпевшим; по ч.1 ст.264.1 УК РФ - полное признание подсудимым своей вины в совершении данного преступления, раскаяние в содеянном.

При этом принесение извинений судом обоснованно не расценено как действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему, поскольку материальные затраты, моральный вред в ходе уголовного судопроизводства по делу Селиверстовым А.И. в какой-либо части возмещены не были.

Все обстоятельства, указанные судом в соответствии с требованиями уголовного закона при назначении наказания Селиверстову А.И., учтены судом и прямо указаны в приговоре.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых были известны суду, но оставлены им без внимания, равно как и формального подхода суда к оценке перечисленных в приговоре обстоятельств не установлено.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Оснований для прекращения уголовного дела по п. «а» ч.2 ст.264 УК РФ, в том числе с применением меры уголовно-правового воздействия в виде судебного штрафа, освобождения Селиверстова А.И. от уголовной ответственности либо наказания, суд не установил, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Суд обсуждал вопрос о возможности назначения наказания с учетом положений ст.64 УК РФ, изменении категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, применения положений ст.73 УК РФ об условном осуждении за преступление, предусмотренное п. «а» ч.2 ст. 264 УК РФ, однако таких оснований обоснованно не усмотрел и верно, с учетом данных о личности виновного, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, пришел к выводу о назначении Селиверстову А.И. наказания за преступление, предусмотренное п. «а» ч.2 ст. 264 УК РФ, в виде лишения свободы, а за преступление, предусмотренное ч.1 ст. 264.1 УК РФ в виде обязательных работ с дополнительным наказанием по обоим преступлениям в виде лишения права заниматься деятельность, связанной с управлением транспортными средствами, надлежащим образом мотивировав свои выводы.

Оснований для применения ст.53.1, ч.1 ст.62, ч.1 ст.82 УК РФ судом не установлено, выводы суда в этой части надлежащим образом мотивированы и являются правильными.

Назначенное Селиверстову А.И. наказание соответствует положениям ст.60 УК РФ, принципу справедливости, предусмотренному ст.6 УК РФ, а также целям уголовного наказания, установленным ч.2 ст.43 УК РФ, соразмерно содеянному, соответствует общественной опасности совершенных им преступлений и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, отвечает задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению.

Согласно ч.2 ст.15 УК РФ преступление, предусмотренное ч.1 ст.264.1 УК РФ, относится к преступлениям небольшой тяжести.

В соответствии с п.3 ч. 1 ст.24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению вследствие истечения сроков давности уголовного преследования.

Согласно п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года.

В соответствии с ч.2 ст.78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.

Согласно приговору преступление, предусмотренное ч.1 ст.264.1 УК РФ, совершено Селиверстовым А.И. 23.02.2024. Срок давности привлечения его к уголовной ответственности, предусмотренный положениями п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, составляет 2 года и истек до вступления приговора в законную силу - 16 июня 2026 года.

Обстоятельств, перечисленных в ч.3 ст.78 УК РФ, которые влекут приостановление течения сроков давности в отношении Селиверстова А.И., по данному уголовному делу не установлено.

Поскольку истечение сроков давности по данному уголовному делу наступило после провозглашения приговора суда, но до его вступления в законную силу, Селиверстов А.И. подлежит освобождению от наказания, назначенного ему приговором Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 12 февраля 2026 за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ.

Согласно ч.8 ст.302 УПК РФ при установлении факта истечения срока давности в ходе судебного разбирательства суд постановляет по делу обвинительный приговор с освобождением осужденного от назначенного ему наказания. По смыслу закона такое же решение принимается и в том случае, если срок давности истекает после постановления приговора, но до его вступления в законную силу.

В связи с вышеизложенным, подлежит исключению указание о назначении Селиверстову наказания по правилам ч.2 ст.69 УК РФ, п.«г» ч.1 ст.71 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, решение суда о конфискации транспортного средства – автомобиля марки «Toyota Camry» государственный регистрационный знак ..., принадлежащего осужденному Селиверстову А.И., принято в полном соответствии с п.«д» ч.1 ст.104.1 УК РФ, так как осужденный использовал данное транспортное средство при совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ. При этом освобождение Селиверстова А.И. от отбывания назначенного наказания по нереабилитирующему основанию не препятствует конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора указанного принадлежащего осужденному автомобиля.

Кроме того, согласно п.12 ч.1 ст.299 УПК РФ при постановлении приговора суд должен разрешить вопрос о том, как поступить с вещественными доказательствами.

В соответствии с п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ и п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискации подлежат орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому.

По смыслу п.1 ч.1 ст.81 УПК РФ под орудиями преступления понимаются предметы, непосредственно использованные в процессе совершения преступления в целях достижения преступного результата, при условии, что их использование имело непосредственное отношение к исполнению действий, образующих объективную сторону состава преступления.

В соответствии с ч.4.1 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда о том, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности (экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации.

Таким образом, с учетом изложенного выше и по смыслу ст.104.1 УК РФ, а также разъяснений, изложенных в п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", - для целей применения п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ транспортное средство не может быть признано орудием, оборудованием или иным средством совершения преступления, предусмотренного ст.264 УК РФ.

Как следует из приговора, суд признал Селиверстова А.И. виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ, и принял решение о конфискации автомобиля «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ..., признанного по делу вещественным доказательством, и его обращении в собственность государства на основании п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ.

Свои выводы в данной части суд мотивировал тем, что указанный автомобиль принадлежит Селиверстову А.И. и использовался им при совершении преступления.

При этом судом не учтено, что Селиверстов А.И. совершил преступление по неосторожности, а также то, что по смыслу главы 15.1 УК РФ для целей применения п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ автомобиль по данному делу не мог быть признан орудием, оборудованием или иным средством совершения преступления.

В связи с чем, оснований для конфискации автомобиля в соответствии с главой 15.1 УК РФ не имелось.

При таких обстоятельствах, решение суда в части, касающейся конфискации автомобиля «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ..., 2006 года выпуска, идентификационный номер (VIN) ..., нельзя признать законными, а потому в этой части подлежит отмене, транспортное средство, подлежит возвращению по принадлежности.

В соответствии с п.29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре» во всех случаях резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении. В резолютивной части обвинительного приговора должны быть приведены решения суда по каждому из вопросов, указанных в ст. ст. 308, 309 УПК РФ, разрешаемых судом по данному делу.

В соответствии с ч.7 ст.302 УПК РФ, постанавливая обвинительный приговор с назначением наказания, подлежащего отбыванию осужденным, суд должен точно определить вид наказания, его размер и начало исчисления срока отбывания.

В соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ в случае назначения лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, принудительным работам, лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов наказаний, но при этом его срок исчисляется с момента их отбытия.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым уточнить резолютивную часть приговора указанием о том, что срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, подлежит исчислению с момента отбытия Селиверстовым А.И. основного наказания в виде лишения свободы.

Суд верно определил вид исправительного учреждения в соответствии с п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ – исправительную колонию общего режима, с указанием мотивов принятого решения.

Судом верно разрешены вопросы о мере пресечения, исчислении срока основного наказания, зачете времени содержания под стражей в срок лишения свободы, о судьбе остальных вещественных доказательств по делу.

Иных существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 12 февраля 2026 г. в отношении Селиверстова А.И. изменить.

В порядке п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ освободить Селиверстова А.И. от наказания, назначенного по ч.1 ст.264.1 УК РФ, в виде 300 часов обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Исключить из приговора суда указание о назначении Селиверстову А.И. наказания по правилам ч.2 ст.69 УК РФ, п.«г» ч.1 ст.71 УК РФ.

Считать Селиверстова А.И. осужденным по п.«а» ч.2 ст.264 УК РФ (по преступлению от 07.06.2022) к 4 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

В резолютивной части приговора указать об исчислении срока дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, с момента отбытия Селиверстовым А.И. основного наказания в виде лишения свободы.

Отменить решение суда о конфискации автомобиля марки «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ..., 2006 года выпуска, идентификационный номер (VIN) ....

Автомобиль марки «Toyota Camry» с государственным регистрационным знаком ... RUS, 2006 года выпуска, идентификационный номер (VIN) ... – вернуть Селиверстову А.И.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Насниковой Т.А., апелляционное представление государственного обвинителя Орлова А.Г. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.В. Цыденова