АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
16 июня 2026 года г. Улан-Удэ
Верховный Суд Республики Бурятия в составе:
председательствующего судьи Поповой А.О., судей Цыденовой Е.В., Чернега А.С., при секретаре Ерахаевой В.В., с участием прокурора Амбаевой И.Д., защитника – адвоката Брянского С.И., рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Брянского С.И. в интересах осужденного Кустова С.Г. на приговор Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 14 апреля 2025 г., которым
Кустов С.Г., родившийся ... в <...>, не судимый, осужден по ч.3 ст.30 – ч.1 ст.105 УК РФ к лишению свободы на срок 06 лет 06 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
В отношении Кустова С.Г. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, впоследствии постановлено отменить. Кустов С.Г. взят под стражу в зале суда.
Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Зачтено в срок отбывания наказания время содержания его под стражей с 14 апреля 2025 г. до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, исходя из положений п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.
Разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств, процессуальных издержках.
Заслушав доклад судьи Цыденовой Е.В., выслушав адвоката Брянского С.И., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Амбаевой И.Д., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Приговором суда Кустов С.Г. признан виновным в покушении на убийство КО
Преступление совершено 08 сентября 2024 года около 16 часов 30 минут, в квартире № ... дома № ... по ул. <...> г. Улан-Удэ, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В судебном заседании осужденный Кустов С.Г. вину признал частично. Показал, что умысла на убийство КО не имел, не понимает в связи с чем нанес удары ножами потерпевшей.
В апелляционной жалобе адвокат Брянский С.И. в интересах осужденного Кустова С.Г. считает приговор суда необоснованным и незаконным в части квалификации действий Кустова.
Указывает, что суд квалифицируя действия Кустова по ч.3 ст.30 - ч.1 ст.105 УК РФ, как покушение на убийство, не установил субъективную сторону состава преступления, а именно, умысел Кустова на убийство потерпевшей КО
Так, суд в своем решении указал, что смерть КО не наступила из-за оказанной своевременной помощи потерпевшей, однако, этот вывод является ничем не подтвержденным субъективным мнением суда. Смерть из-за неоказания своевременной помощи пострадавшему наступает только, если лицу причинены тяжкие телесные повреждения. В данном же случае, у КО, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, обнаружены легкие телесные повреждения, а, оказывали ей помощь от пониженного артериального давления, которое понизилось, как оказалось, из-за медицинского препарата снижающего давление. Потерпевшая в суде пояснила, что выпила таблетку перед приездом скорой помощи для понижения давления.
По мнению суда, доказательствами покушения на убийство Кустовым являются показания КО, которая не знает зачем он махал ножом и порезал ее, так как, ссора была незначительной. В то же время, потерпевшая пояснила, что увидев на ней кровь, Кустов С.Г. оказывал ей помощь по остановке кровотечения. Сам же Кустов вину в покушении на убийство КО не признал и пояснил, что убивать ее он не хотел. В суде было установлено, что возможность убить у него была, но он этого не сделал, поскольку повода для убийства не было. Тот факт, что сама потерпевшая предотвратила его действия, не соответствует действительности, так как Кустов С.Г. сам прекратил свои действия.
Согласно действующего постановления Пленума Верховного суда РФ от 27 января 1999 года, покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).
В этом же постановлении указано, что по каждому такому делу должна быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания. В данном же случае не выяснена ни цель, ни мотивы для причинения смерти КО его подзащитным Кустовым С.Г. Незначительный повод в виде ссоры, не может служить основанием для убийства.
В связи с неправильным применением уголовного закона, просит Кустова С.Г. по ч.3 ст.30 - ч.1 ст.105 УК РФ оправдать, в связи с тем, что в его действиях содержится состав преступления предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ, уголовное дело прекратить за примирением сторон.
В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель Банзатова К.С. просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, а приговор суда без изменения.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на нее, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
В соответствии с ч.2 ст.297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.
Согласно ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна, кроме прочего, содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.
Виновность осужденного Кустова С.Г. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 – ч.1 ст.105 УК РФ, подтверждается совокупностью проверенных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, а именно:
- оглашенными в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показаниями Кустова С.Г. о том, что 08.09.2024 он находился дома у своей подруги, в ходе распития спиртного они с ней поругались и он ушел домой. Вернулся он домой около 15 часов 30 минут 08.09.2024. После ссоры с подругой он находился в возбужденном гневном состоянии и когда пришел домой, то еще не мог успокоиться. В это время супруга его брата КО начала ему говорить что-то наподобие идти спать, успокоиться. Его это рассердило еще больше. И когда КО вышла на балкон, он прошел на кухню, где взял в обе руки кухонные ножи и прошел на балкон к КО. Она стояла к нему спиной, и он сразу же нанес ей один удар ножом, находившимся в правой руке. КО обернулась, и тогда он замахнулся на нее обоими руками с ножами, при этом высказывая слова угрозы убийством, а именно: «Убью тебя!». Он попал КО в область челюсти одним ножом, а вторым в область грудной клетки. КО хотела схватить табуретку, но в этот момент он также размахивал ножами и порезал ей палец на левой руке. Из ран у КО пошла кровь, и он как будто сразу пришел в себя, успокоился. Он помог КО остановить кровотечение, она вызвала скорую помощь и ее увезли в больницу. Повреждения, указанные в заключении эксперта №2646-24 от 13.09.2024 он нанес КО 08.09.2024 держа в руках кухонные ножи, удары он наносил наотмашь, не целился двумя руками, как помнит удары ножами приходились в жизненно важные органы, шею, грудь, кроме того удары ножами были нанесены по рукам и плечам КО так как она закрывалась от ударов, все полученные повреждения, указанные в экспертизе, были нанесены им. Как наносил удары, точно уже не помнит. (л.д.102-105, 107-109, 111-114, 119-121);
Оглашенные показания Кустов С.Г. подтвердил в полном объеме.
- показаниями потерпевшей КО в суде о том, что 08.09.2024 Кустов С.Г. пришел домой в состоянии алкогольного опьянения, время было около 15 часов, был злой. В тот момент ее муж был на вахте. В этот момент она ему сказала идти спать, учитывая его состояние опьянения, а сама вышла на балкон. В один момент почувствовала боль в области лопатки, повернувшись, увидела Кустова С.Г., который стоял перед ней, держа в обеих руках ножи и размахивая ими в ее сторону. Она растерялась, пыталась отобрать ножи у него, защищаясь таким образом, но порезалась о них. Потом взяла табурет, который стоял на балконе, и защищалась уже им. Сама она была в целом трезвая, выпила около стакана пива. Моменты нанесения ударов точно не помнит из-за волнения. При нанесении ударов ножами, Кустов С.Г. выкрикивал «Убью!». Она ему кричала, чтобы он успокоился, вытолкнула его с балкона и пальцами рук закрыла дверь, поскольку изнутри нет ручки, и таким образом ее удерживала. Однако Кустов С.Г. не пытался открыть дверь на балкон и проникнуть к ней. Находясь на балконе, чувствовала, как бежит кровь со стороны челюсти и груди. В какой-то момент, находясь на балконе, она позвонила дочери Д., которой 16 лет, чтобы она для нее вызвала скорую медицинскую помощь. Кустов С.Г. не знает номера телефона ее дочери и не мог в тот момент ей позвонить. Ее начало шатать, кружилась голова, ухудшилось состояние здоровья, поэтому она вышла из балкона, убедившись, что Кустов успокоился. Кустов при этом сидел на кресле. Выйдя из балкона, она села на кровать. Кустов принес ей полотенце, чтобы она приложила его к ранам, попросил прощение. В этот момент, каких – либо противоправных действий по отношению к ней Кустов С.Г. больше не предпринимал. На тот момент Кустов знал, что уже вызвана скорая медицинская помощь. Ей продолжало становиться плохо. Примерно через 20-30 минут прибыли сотрудники полиции, бригада скорой помощи, которая оказала ей медицинскую помощь, наложили повязки, и она с ними уехала в больницу, где ей наложили швы. У нее имелись раны на пальцах, груди и челюсти. В этот же день она вернулась домой, но Кустова не видела. В момент, когда Кустов С.Г. наносил ей удары ножами и выкрикнул «Убью!» она опасалась за свою жизнь и здоровье, так как была напугана. Из-за стрессовой ситуации не может детально вспомнить моменты нанесения ей ударов. Помнит, что когда оборонялась, сама ударилась рукой;
- оглашенными в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаниями потерпевшей КО о том, что 08.09.2024 около 15 часов 30 минут домой пришел Кустов С.Г. в состоянии алкогольного опьянения, до этого в течение нескольких дней он также употреблял спиртные напитки. С.Г. был сердитый на что-то, она не знает. Она сказала ему идти ложиться спать в своей комнате. Конфликта при этом между ними никакого не было. С.Г. ушел к себе в комнату, а она вышла на балкон поговорить по телефону с дочерями. Находясь на балконе дома около 16 часов 08.09.2024 она вдруг почувствовала резкую боль в районе лопатки, повернувшись она увидела, что сзади нее стоит С.Г. и в руках у него было два наших кухонных ножа. С.Г. замахнулся на нее и сказал: «Убью тебя!», она не успела защититься и удары ножами ей пришлись в область челюсти и грудной клетки. Попытавшись обороняться, она схватила табурет, который стоял на балконе, но в этот момент Кустов начал размахивать ножами и порезал ее средний палец на левой руке. В этой перепалке, при своей защите, она ударялась об различные предметы на балконе и поэтому у нее образовались различные ссадины по телу. Она говорила С.Г. успокоиться. Сама она очень сильно была напугана, она никогда не видела С.Г. в таком состоянии, поэтому все его слова и действия она восприняла как реальную угрозу для своей жизни, учитывая, что С.Г. замахивался на нее ножами и при этом еще и наносил удары. Ей было очень страшно. Она как могла защищалась от него, так как помочь ей было некому, пространство на балконе совсем нет и убежать от него она не могла, так как он преградил выход. У нее из ран пошла кровь, С.Г. успокоился, и начал помогать ей, пытался остановить кровотечение. Она позвонила в скорую помощь. Когда приехала скорая помощь, ей оказали медицинскую помощь и ее увезли в приемный покой, где наложили швы на раны и отпустили домой, госпитализации не требовалось. От раны на левой кисти у нее в последствии образовался обширный кровоподтек на левой кисти. (л.д.80-82, 84-85, 86-88);
Оглашенные показания потерпевшая подтвердила, удары пришлись в область груди и челюсти, действительно защищалась табуретом от нападения Кустова, потом укрылась на балконе, а когда ей стало плохо, вышла из него, убедившись, что тот успокоился.
- показаниями свидетеля З. в суде о том, что она выезжала на адрес в сторону п. Восточный для оказания медицинской помощи КО, вызвана их бригада, поскольку было очень низкое давление у потерпевшей. По приезду потерпевшая сидела на диване. Осмотрев ее, обнаружила в области шеи, груди повреждения линейной формы, предположительно от острого предмета. Потерпевшая сказала, что получила повреждения в ходе ссоры с родственником. Повреждения были не глубокие, но учитывая, что давление было слишком низкое, необходимо было ее доставить в стационар, поскольку это является риск-показатель для состояния здоровья. Также в квартире находился подсудимый, который стоял с сотрудниками полиции. До ее приезда уже приезжала бригада скорой медицинской помощи, и они первые ей оказали помощь – наложили шину и повязки, а вызвали неотложную помощь, поскольку у потерпевшей снижалось давление. Как таковую медицинскую помощь она уже не оказывала, так как показатели уже были в норме. Только провела терапию и сделала кардиограмму. На тот момент потерпевшая в критическом состоянии не находилась, сама спустилась до кареты неотложной помощи;
- оглашенными в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля З. о том, что 08.09.2024 с 08 часов утра до 20 часов она заступила на дежурство, совместно с медицинской сестрой-анастезистом П., водителем и санитаром на служебном автомобиле. В ходе несения дежурства 08.09.2024 в 17 часов 40 минут им от дежурного поступило сообщение о выезде по адресу: ул. <...>, повод: ножевое ранение. После, чего они бригадой проследовали на вызов. По приезду на адрес находилась скорая помощь, где был один сотрудник, кроме того по адресу были, женщина и мужчина. Женщина, установленная КО, при осмотре которой обнаружены ножевые ранения, грудной клетки, области грудины, правой лопаточной области, в нижней челюсти, множественные поверхностные ран кистей и предплечья. КО находилась в сознании, сидела на диване, от женщины исходил запах алкоголя, что соответствовало алкогольному опьянению. Со слов КО раны (повреждения) получила от родственника мужчины, который порезал ножом, в ходе ссоры. Более ничего она не пояснила. КО была госпитализирована в БСМП. Первая скорая помощь, вызвала их бригаду для оказания помощи совместно, так как давление у КО было низкое (л.д.92-95).
Оглашенные показания свидетель З. подтвердила, объяснив противоречия давностью события.
- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями эксперта ПЛ из которых следует, что согласно заключению эксперта №2646-24 от 13.09.2024, ссадины и кровоподтеки соответствуют 2-4 суткам на момент осмотра КО в БЮРО СМЭ 11.09.2024. Учитывая, что на момент осмотра КО 11.09.2024, раны были обработаны в медицинском учреждения и учитывая, в связи с этим о механизме и давности высказаться не представляется возможным, но изучив 2 карты вызова скорой-медицинской помощи от 08.09.2024, где указан диагноз: колото-резанная рана грудной клетки, нижней челюсти слева, поверхностная рана левого предплечья и кисти, может сделать вывод о том, что данные повреждения, указанные в выводах от 13.09.2024 №2646-24, могли быть получены КО 08.09.2024 от воздействия колюще-режущего предмета. У КО при осмотре в БЮРО СМЭ 11.09.2024 обнаружены 5 ран (локализация которых указана в описательной части экспертизы №2646-24 от 13.09.2024). У КО обнаружены 10 ссадин на верхних конечностях (руках), учитывая характер ссадин (линейной формы) можно сделать вывод, что они могли быть причинены в результате скольжения острых концов колющих или колюще-режущих предметов. Кровоподтек, обнаруженный вокруг раны на грудной поверхности справа спереди, мог образоваться от натекания крови, мог образоваться в результате воздействия тупого твердого предмета или при ударе о таковой (л.д.53-56).
- заключением эксперта №2646-24 от 13.09.2024 о характере, количестве, локализации, тяжести телесных повреждений КО (л.д.49-50);
Кроме этого, вина Кустова С.Г. подтверждается протоколами следственных действий, проведенных по делу, заключением экспертов и другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Содержание и анализ, которых подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно.
Выводы суда о доказанности вины осужденного в совершенном преступлении являются верными, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и основаны на совокупности исследованных доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре. Все доказательства являются относимыми, допустимыми, им дана надлежащая оценка.
Доказательства, исследованные в суде в порядке ст.ст. 276, 281, 285 УПК РФ, получены с соблюдением требований УПК РФ.
Все проведенные по делу экспертизы проведены уполномоченными и компетентными экспертами, выводы которых являются полными и непротиворечивыми и отвечают требованиям ст.204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные.
У суда не было оснований не доверять оглашенным и данным в суде показаниям потерпевшей КО, свидетеля З., оглашенным показаниям эксперта ПЛ, поскольку их показания согласуются между собой и подтверждаются доказательствами, имеющимися в материалах дела и изложенными в приговоре. Каких-либо существенных противоречий во взятых в основу приговора показаниях, влияющих на доказанность вины и оценку содеянного не имеется. Оснований не доверять их показаниям у суда первой инстанции не имелось, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Оснований для оговора потерпевшей, свидетелями осужденного не установлено. Незначительные противоречия в показаниях потерпевшей, свидетеля являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, были устранены в ходе судебного разбирательства и не свидетельствуют о невиновности осужденного в совершении преступления.
Суд обоснованно принял в основу обвинительного приговора показания Кустова С.Г. данные им в ходе предварительного следствия и в суде, в части не противоречащей фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, а именно (о времени, месте и способе нанесения им умышленных множественных ударов потерпевшей ножами, причинении ей вреда в результате возникшей личной неприязни, не оспаривая количество ударов и локализацию повреждений, указанных в заключении эксперта. Влияние состояния опьянения, вызванного употреблением алкоголя на поведение Кустова С.Г. при совершении преступления). Протоколы допросов Кустова С.Г. соответствует требованиям норм УПК РФ, следственные действия проведены следователем с участием профессионального защитника, подписи которого, а также подписи самого Кустова имеются в данных протоколах допросов. Замечаний на протоколы допросов Кустов и его защитник не подавали.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора по данному делу не допущено. Обвинительное заключение соответствует положениям ст.220 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного Кустову С.Г. обвинения, место и время совершения инкриминированного деяния, способ, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу установлены и нашли свое отражение в приговоре, в котором содержится описание преступного деяния, с указанием времени, места, способа его совершения, формы вины, мотива и цели преступления. Эти обстоятельства подтверждены исследованными по делу доказательствами, которые являются допустимыми.
Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с нормами процессуального права. Оснований полагать, что судебное разбирательство велось предвзято и односторонне, не установлено.
Суд обоснованно отнесся критически к доводам осужденного об отсутствии умысла на убийство КО, а также о том, что он не осознавал происходящее в момент инкриминируемого деяния, как данные с целью избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку они опровергаются доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия.
Вопреки доводам жалобы, с учетом приведенных в приговоре доказательств, суд правильно установил, что характер действий Кустова С.Г. в момент совершения преступления, выбранный им для этого способ, его последующие действия в отношении потерпевшей: завладение двумя ножами, целенаправленное следование к балкону, где находилась потерпевшая, внезапное нанесение удара со спины ножом в область лопатки потерпевшей, количество и локализация причинённых повреждений, выбор орудия преступления – двух ножей из металла длиной лезвия 11 и 19 см, обладающих значительными поражающими свойствами, последующее интенсивное нанесение множества ударов ножами в область жизненно важных органов потерпевшей – грудную клетку, шею, тяжесть причиненного вреда, процесс нанесения ударов сопровождался высказыванием угрозы убийством, игнорирование активного сопротивления потерпевшей, направленного на свою защиту и ее правомерного требования о прекращении его противоправных действий, свидетельствуют о том, что осужденный действовал с умыслом, направленным на лишение жизни потерпевшей, о чем мотивированно указано в приговоре и с чем соглашается судебная коллегия. Наличие у потерпевшей телесных повреждений, расценивающихся как легкий вред здоровью, не опровергает выводы суда о наличии у осужденного прямого умысла на убийство потерпевшей, учитывая конкретные и целенаправленные действия осужденного, характер и способ, количество и локализацию телесных повреждений, орудие преступления. О том, что потерпевшая угрозу убийством воспринимала реально, она пояснила в суде.
Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины Кустова С.Г. в совершении инкриминируемого деяния и верно квалифицировал его действия по ч.3 ст.30 – ч.1 ст.105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение убийства, т.е. умышленного причинения смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.
Вопреки доводам жалобы, на основании совокупности исследованных в суде доказательств достоверно установлено, что Кустов С.Г. имел прямой умысел на убийство КО, но по независящим от него обстоятельствам, преступление не было доведено до конца, поэтому оснований для переквалификации действий Кустова С.Г. не имеется. Как справедливо отметил в приговоре суд, смертельный исход КО не наступил по не зависящим от Кустова С.Г. обстоятельствам ввиду активного сопротивления потерпевшей, направленного на свою защиту, укрытия на балконе от Кустова С.Г. и последующего своевременного оказания ей своевременной квалифицированной медицинской помощи бригадой скорой помощи, прибывшей по вызову, инициированного самой потерпевшей. Как установлено в судебном заседании квалифицированная медицинская помощь выразилась в проведенной терапии – остановке кровотечения, восстановления пониженного артериального давления, которое по показаниям медицинского работника, являлся риск-показателем для состояния здоровья потерпевшей. Наличие ран левого лучезапястного сустава, ладонной поверхности ногтевой фаланги 3-го пальца левой кисти, а также ссадины правого плеча и предплечья, правого и левого лучезапястного сустава, левого плеча и предплечья, на ладонной поверхности в проекции ногтевой фаланги 2-пальца левой кисти потерпевшей и ее пояснения о причинах их образования, свидетельствует об активной обороне КО от противоправных действий Кустова С.Г.
Обстоятельств, указывающих на то, что Кустов С.Г., в момент совершения преступления, действовал в состоянии необходимой обороны, судом верно не установлено, поскольку анализ исследованных доказательств позволяет суду сделать вывод об отсутствии фактического преступного посягательства со стороны потерпевшей на жизнь и здоровье Кустова.
Кроме того, обстоятельств, указывающих на то, что преступление совершено осужденным в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), либо в ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение, судом верно не установлено, поскольку анализ его действий, которые носили умышленный, целенаправленный и последовательный характер давали суду достаточные данные полагать, что Кустов в момент инкриминируемого преступления и в судебном заседании находится во вменяемом состоянии, сомнений в психическом статусе осужденного не имелось, данный вывод суда основан, в том числе на его поведении в суде.
Таким образом, оснований считать, что действия Кустовым совершены в состоянии аффекта, в условиях необходимой обороны не установлено, о чем мотивированно указано в приговоре.
Дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, все ходатайства стороны защиты разрешены в установленном законом порядке.
В ходе судебного разбирательства исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами. Все заявленные ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.
Все доводы осужденного и его адвоката об отсутствии умысла на убийство потерпевшей, являлись предметом проверки в суде первой инстанции, однако не нашли своего подтверждения и обоснованно отвергнуты судом с приведением в приговоре мотивов такого решения.
При назначении наказания судом в соответствии с требованиями закона учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающее обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни семьи, требования разумности и справедливости, предупреждение совершения новых преступлений.
В качестве смягчающих наказание обстоятельств на основании ст. 61 УК РФ судом учтены: частичное признание вины, раскаяние в содеянном; оказание иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, выразившееся в передаче полотенца для его прижатия к ранам; принесение извинения перед потерпевшей; мнение потерпевшей по мере наказания, просившей о снисхождении; неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого.
Суд обоснованно не признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Выводы суда в указанной части надлежаще мотивированы, сомнений в правильности не вызывают.
С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, личности виновного суд правомерно признал обстоятельством, отягчающим наказание, совершение Кустовым преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ч.1.1. ст.63 УК РФ), поскольку это состояние оказало влияние на поведение осужденного, способствовало формированию преступного умысла, снижению внутреннего контроля за своим поведением и критики к собственным действиям.
Вывод суда о том, что именно состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, в которое осужденный сам себя привел, ослабило его внутренний контроль и спровоцировало противоправное поведение и, как следствие, о необходимости учета указанного обстоятельства в качестве отягчающего наказание мотивирован, как то и требует ч.1.1 ст.63 УК РФ.
Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения Кустова от уголовной ответственности и наказания, назначения более мягкого наказания, суд не установил, с чем соглашается судебная коллегия.
Поскольку преступление Кустовым С.Г. не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам, при назначении наказания суд руководствовался положениями ч.3 ст.66 УК РФ.
Суд обсуждал вопрос о возможности применения при назначении наказания положений ст.ст.64, 73 УК РФ, изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, однако таких оснований обоснованно не усмотрел, справедливо посчитал, что исправление осужденного Кустова С.Г. возможно только в условиях изоляции от общества, без назначения дополнительного наказания.
Суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч.1 ст.62 УК РФ, с чем соглашается судебная коллегия.
Оснований для смягчения назначенного наказания не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, имевшие место на момент постановления приговора, учтены судом в полной мере при решении вопроса о виде и размере назначаемого наказания, которое не превышает установленного законом предела, соразмерно содеянному, соответствует личности осужденного и является справедливым, отвечает требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ.
Суд верно определил вид исправительного учреждения в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ – исправительную колонию строгого режима.
Судом верно разрешены вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, зачете времени содержания под стражей в срок лишения свободы, судьбе вещественных доказательств и процессуальных издержках.
Нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, влекущих изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.
При таких обстоятельствах у судебной коллегии отсутствуют основания для изменения приговора в отношении Кустова С.Г. по доводам апелляционной жалобы адвоката.
Вместе с тем обвинительный приговор в отношении него подлежит отмене с прекращением производства по делу, поскольку в соответствии со ст. 389.21 УПК РФ, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст. 24, 25, 27 и 28 УПК РФ.
В силу п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ смерть обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего, является основанием для прекращения уголовного дела.
Так, адвокат Брянский С.И. в интересах осужденного Кустова С.Г. обратился с апелляционной жалобой на приговор суда в предусмотренные законном сроки апелляционного обжалования. До вступления приговора в законную силу, осужденный заключил контракт с Министерством Обороны Российской Федерации.
Постановлением Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 30.04.2025 производство по уголовному делу в отношении Кустова С.Г. приостановлено в связи с заключением им контракта с Министерством обороны РФ о прохождении военной службы в Вооруженных Силах РФ.
Постановлением Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 22.05.2026 производство по уголовному делу в отношении Кустова С.Г. возобновлено.
27.05.2026 уголовное дело в отношении Кустова С.Г. поступило в Верховный суд Республики Бурятия на апелляционное рассмотрение.
Согласно свидетельству о смерти II-АЖ №... от 28.04.2026, выданного Улан-Удэнским городским отделом Управления ЗАГС Республики Бурятия, осужденный Кустов С.Г., ... года рождения, умер 18.07.2025 года, то есть до вступления приговора в законную силу.
Поскольку в ходе рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции не было установлено данных, свидетельствующих о необоснованности выводов суда о причастности умершего Кустова С.Г. к совершению инкриминированного ему преступления или об ошибочности его правовой оценки как преступления, судебная коллегия не находит оснований для принятия решения о реабилитации Кустова С.Г. Вместе с тем, по смыслу вышеприведенных положений закона, судебная коллегия не вправе оставить без изменения обвинительный приговор, постановленный в отношении лица, которое скончалось после провозглашения такого приговора. В связи с этим постановленный в отношении Кустова С.Г. обвинительный приговор подлежит отмене, а уголовное дело в отношении него – прекращению в связи с его смертью.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.9, 389.13, 389.20, 389.21, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ОПРЕДЕЛИЛ:
Приговор Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 14 апреля 2025 г. в отношении Кустова С.Г. отменить.
Уголовное дело в отношении Кустова С.Г. прекратить в связи с его смертью на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ.
Апелляционную жалобу адвоката Брянского С.И. оставить без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Представитель осужденного вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий судья
Судьи