Приговор
Именем Российской Федерации
19 июня 2026 года г. Чита
Железнодорожный районный суд г. Читы в составе:
председательствующего Рабозель И.Н., при секретаре Селютиной К.Ф., с участием государственного обвинителя, ст. помощника прокурора Железнодорожного района г. Читы Горовенко Р.Ю., подсудимых М.К.А., Смирновского К.С., защитников – адвокатов Бурштейна А.М., Юдиной А.В., потерпевшего Д.И.Д., его представителя Завязкиной Е.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении М.К.А., ... года рождения, уроженца ..., ..., зарегистрированного по адресу: ..., временно проживающего по адресу: ..., ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,
Смирновского К.С., ... года рождения, уроженца ..., ..., зарегистрированного по адресу: ..., временно проживающего по адресу: ..., ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, установил:
М.К.А. и Смирновский К.С. совершил в январе 2026 года покушение на убийство, т.е. умышленное причинение смерти малознакомому Д.И.Д., ... года рождения, совершенное группой лиц, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этих лиц обстоятельствам.
Это преступление было совершено в ... при следующих обстоятельствах.
2 января 2026 года, в период с 01 часа 30 минут до 06 часов 20 минут, находясь квартире по месту жительства М.К.А. по адресу: ..., М.К.А. и Смирновский К.С. распивали спиртные напитки с ранее незнакомым Д.И.Д.
В процессе распития спиртного, между находящимися в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, М.К.А., Смирновским К.С. и Д.И.Д. произошла ссора, в ходе которой, на почве возникших личных неприязненных отношений, М.К.А. решил причинить смерть Д.И.Д.
Реализуя свой преступный умысел, в описанный временной период, М.К.А., будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находясь в указанной квартире, испытывая к Д.И.Д. личную неприязнь, действуя умышленно, нанес ему рукой в лицо один удар и вышел из кухни.
После чего Д.И.Д., взяв нож, проследовал вслед за К.М.А. в комнату, где спал Смирновский, куда следом прошла и соседка К.Т.Н., присутствовавшая в указанной квартире. Находясь в комнате, Д.И.Д., будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на почве личных неприязненных отношений за произошедший конфликт, размахивал ножом, без намерений его применения в отношении М.К.А. и Смирновского. После этого, К,Т.Н. отобрала нож у Д.И.Д., с которым вместе направились к выходу из комнаты.
В это время М.К.А., испытывая личную неприязнь к Д.И.Д., с целью совершения его убийства, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно – опасных последствий в виде смерти Д.И.Д., прекратившего на тот момент противоправные действия и не представлявшего для М.К.А. и Смирновского какой-либо опасности, взяв стеклянную бутылку, нанес ею один удар в голову Д.И.Д., после чего нанес ему множественные (не менее 3) удары руками в лицо и голову.
Смирновский К.С. в описанный период времени, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находясь в указанной квартире, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Д.И.Д., поддерживая действия М.К.А., направленные на избиение потерпевшего, также решил причинить ему смерть, присоединившись к совершению М.К.А. преступления.
Реализуя свой совместный преступный умысел, Смирновский К.С., действуя совместно и согласованно с М.К.А., группой лиц, с целью совершения убийства Д.И.Д., осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно – опасных последствий в виде смерти Д.И.Д. и желая их наступления, действуя умышленно, вооружился стеклянной бутылкой, которой нанес 1 удар в голову Д.И.Д., уронив его на пол, где также нанес ему руками множественные (не менее 2) удары в лицо.
Продолжая реализацию единого умысла на убийство Д.И.Д., М.К.А. и Смирновский К.С., действуя совместно и согласованно группой лиц, умышленно, поочередно каждый из них, нанесли ногами множественные (не менее 4) удары в туловище Д.И.Д.
М.К.А., вооружившись кухонным ножом, нанес им один удар в спину Д.И.Д.
Продолжая свои совместные преступные действия, направленные на причинение смерти Д.И.Д., М.К.А., действуя группой лиц, с силой руками схватил Д.И.Д. и выбросил его из квартиры на лестничную площадку 5-го этажа в подъезде указанного дома. Действуя совместно и согласованно группой лиц, М.К.А. и Смирновский К.С. поочередно каждый их них, нанесли множественные (не менее 7) удары ногами в туловище Д.И.Д., от чего тот упал вниз по лестничному пролету на лестничную площадку 4-го этажа, где М.К.А. и Смирновский продолжили нанесение ему ударов. Каждый из них нанес множественные (не менее 10) удары ногами в туловище и голову Д.И.Д. Далее Смирновский К.С., взяв веник, нанес им множественные (не менее 10) удары в туловище Д.И.Д., а М.К.А. нанес 1 удар ногой в лицо потерпевшему. После этого, М.К.А. схватил избитого Д.И.Д., забросил его в лифт, где оставил с полученными повреждениями, представляющими опасность для его жизни и здоровья, полагая, что эти действия достаточны и неизбежно повлекут наступление смерти потерпевшего. Очевидец случившегося К.Т.Н., обнаружив в лифте первого этажа указанного дома избитого, находящегося в бессознательном состоянии Д.И.Д., вызвала врачей скорой медицинской помощи, доставивших потерпевшего Д.И.Д. в больницу, где ему была оказана своевременная медицинская помощь, в связи с чем, М.К.А. и Смирновский не довели до конца свой совместный преступный умысел на причинение смерти Д.И.Д. по независящим от них обстоятельствам.
Своими умышленными, совместными преступными действиями М.К.А. и Смирновский К.С. причинили потерпевшему Д.И.Д. нижеописанные телесные повреждения, относящиеся к тяжкому вреду здоровью и средней тяжести вреду здоровью:
- проникающее колото – резаное ранение живота с повреждением поперечно – ободочной кишки (рана располагается в поясничной области слева на 5 см. ниже реберной дуги), осложнившееся развитием забрюшинной гематомой слева, гемоперитонеумом (наличия крови в брюшной полости), являющееся опасным для жизни человека, создавая непосредственную угрозу для жизни, квалифицируясь по этому признаку, как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью;
- тупую травму головы, сопровождавшуюся фрагментарным переломом верхней стенки левой глазницы со смещением отломков в полость черепа (малое крыло клиновидной кости), переломом костей носа со смещением отломков, ушибом мягких тканей лба слева, с распространением на левую теменную, височную, скуловую и окологлазничную области, являющуюся опасной для жизни человека, и поэтому признаку квалифицирующуюся как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью;
- тупую травму боковой поверхности грудной клетки справа, сопровождавшуюся переломом бокового отрезка 10, 11 ребра справа, переломом шейки 12 ребра справа со смещением отломков, малым правосторонним пневмотораксом (наличие в правой плевральной полости небольшого количества воздуха), повлекшую за собой длительное расстройство здоровья – временное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня) и поэтому признаку квалифицирующееся как повреждение, причинившие средней тяжести вред здоровью;
- тупую травму передней поверхности грудной клетки слева, сопровождавшуюся переломом хряща 9, 10 ребра слева со смещением отломков, левосторонним пневмотораксом (наличие в левой плевральной полости единичного пузырька воздуха), повлекшую за собой длительное расстройство здоровья – временное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня) и поэтому признаку квалифицирующиеся как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью;
- рану в лобной области слева – повреждение, повлекшее за собой кратковременное расстройство здоровья – временное расстройство здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно), квалифицируясь по этому признаку как повреждение, причинившее легкий вред здоровью.
Этими действиями М.К.А. и Смирновский К.С. совершили преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ - покушение на убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этих лиц обстоятельствам.
Подсудимый М.К.А. при даче показаний в суде, как и на следствии, не признавал свою вину в совершении инкриминируемого покушения на убийство ранее не знакомого Д.И.Д., причем группой лиц со Смирновским К.С., в силу отсутствия у них намерений и желания причинять потерпевшему не только его смерть, но и тяжкий вред здоровью. Описанные телесные повреждения у потерпевшего в виде тупой травмы головы с переломом стенки левой глазницы, перелома костей носа, относящиеся к тяжкому вреду здоровья, могли быть причинены Д.И.Д. в ходе его драки с ним и со Смирновским, когда они пресекали и защищались от неправомерных действий потерпевшего, спровоцировавшего конфликтную ситуацию у него в квартире. Д.И.Д., находясь в алкогольном опьянении, первый взял в руки кухонный нож, угрожая его применением, что вынудило его (М.К.А.), чтобы обезопасить себя, нанести ему один удар по голове пустой стеклянной бутылкой, что не могло повлечь причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Последнему было причинено им (М.К.А.) по неосторожности описанное телесное повреждение в виде проникающего колото- резаного ранения живота, квалифицируемого как тяжкий вред здоровью, когда в ходе конфликтной ситуации с Д.И.Д., тот кинулся на него с угрожающим видом, когда он (М.К.А.) держал в руке кухонный нож, которым машинально нанес удар в живот, не имея умысла на причинение ему смерти и тяжкого вреда здоровью. Тупая травма грудной клетки в виде перелома ребер, относящаяся к средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, могла образоваться от его падения на пол, с перемещением с лестничных площадок этажей, без совершения им таких умышленных действий.
М.К.А. указал в суде, что он и его знакомый Смирновский К.С., поочередно дрались с потерпевшим Д.И.Д., пресекая с его стороны общественно - опасное посягательство на их жизнь и здоровье, а не подвергали его совместному групповому избиению с нанесением инкриминируемых им ударов руками, ногами, двумя порожними стеклянными бутылками по голове, в целях причинения ему смерти, чего они не желали.
М.К.А. при даче судебных показаний пояснил, что поздно вечером (после 23 час.) 1 января 2026 года, когда они находились со своим знакомым Смирновским К.С. возле его дома по улице ..., д. ... в г. ..., то встретили соседку К.Т.Н., находящуюся в компании с ранее незнакомыми: мужчиной по имени Д.И.Д., позже установленным Д.И.Д. и Я.Н.А.. Когда последняя уехала домой на своей автомашине, то все эти лица, включая Д.И.Д., пришли в квартиру К.Т.Н., проживающей в кв. № ..., на первом этаже указанного дома, где стали распивать спиртное. Он (М.К.А.) выпивал пиво, а указанные лица- коньяк и вино. Спустя некоторое время, после 2 часов ночи 2 января 2026 года, все они, за исключением К.Т.Н., оставшейся укладывать спать своих детей, пошли к нему в гости в кв. № ..., на 5- ом этаже того же дома, где продолжили распивать спиртное, что происходило бесконфликтно до прихода к ним в квартиру К.Т.Н.. Когда пришла она, то Смирновский, в силу алкогольного опьянения, ушел спать в зал на диван. Спиртное они выпивали у него в кухне, где К.Т.Н. села к Д.И.Д. на колени, на что он (М.К.А.), зная ее мужа, сделал замечание Д.И.Д., что привело к конфликту с ним, в ходе которого тот проигнорировал его замечание, сообщив, чтобы он не лез не в свое дело, со взаимными оскорблениями в адрес друг друга. В процессе ссоры, он даже схватил рукой за лицо Д.И.Д., намереваясь выпроводить его из своей квартиры. Когда он пошел к балкону, то увидел, что следом за ним идет Д.И.Д., держа в руке кухонный нож, высказывая угрозы зарезать его, чего он сильно испугался. Следуя по прихожей, где находились пустые стеклянные бутылки, защищая себя от угрозы Д.И.Д., он схватил в руку одну стеклянную бутылку, которой нанес ему один удар по голове. Бутылка разбилась об голову Д.И.Д., который от удара не упал, не выронил кухонный нож, а продолжил наступать на него со словесными угрозами. Когда он пятился в сторону зала, где спал Смирновский, то запнулся и упал возле дивана, где пытался разбудить Смирновского, который проснулся и услышал угрозы со стороны Д.И.Д., высказанные им обоим зарезать их ножом. Вначале Д.И.Д. пнул своей ногой ему по лицу (М.К.А.), разбив до крови нос, а затем ударил ногой в грудь Смирновскому, что видела К.Т.Н., первоначально не вмешивавшаяся в конфликт. Он просил Д.И.Д. не резать его, сообщив, что у него есть маленький ребенок, но тот махал перед ним кухонным ножом, от которого он закрывался левой рукой, по которой Д.И.Д. ударил ножом, причинив три поверхностные раны на левом предплечье, которые он первоначально не заметил. Видя угрожающую обстановку, К.Т.Н. забрала у Д.И.Д. нож, понесла его в кухню, куда двинулся и Д.И.Д.. Придя в себя после случившегося, он (М.К.А.) решил окончательно выгнать из своей квартиры Д.И.Д., на которого был зол за угрозы убийством и порезы на руке, и догнав его в прихожей, схватив его сзади, пытался вытолкать из квартиры, что привело к драке, в ходе которой, они нанесли друг другу по несколько ударов кулаками по лицу. Смирновский пытался их разнять, и тоже стал драться с Д.И.Д., нанеся ему один удар по голове стеклянной бутылкой, которая разбилась об голову Д.И.Д., но тот не упал от удара, хотя немного успокоился. В описанный момент, К.Т.Н. уже не было в квартире и она не видела происходящее. Желая, чтобы Д.И.Д. так же испытал такое же состояние от угрозы демонстрации ножа, что он совершал перед ним и Смирновским, он (М.К.А.), не сообщая о своих намерениях Смирновскому, взял в кухне тот же кухонный нож, желая припугнуть им Д.И.Д., подошел к нему, сообщив: «Тебе приятно, когда перед тобой стоят с ножом ?». Нож он держал в руке, не направляя его на Д.И.Д., который, в силу алкогольного опьянения, стал вести себя агрессивно, двинулся на него, и он машинально нанес ему один удар ножом в область живота, предположив, что не причинил ранение, т.к. Д.И.Д. не отреагировал на удар. О том, что таким ударом он причинил ему проникающее ранее живота, повлекшее тяжкий вред здоровью, чего не желал, он узнал лишь в полиции. После удара ножом, что не видела ни К.Т.Н., ни Смирновский, он сразу отбросил нож и стал выталкивать Д.И.Д. из своей квартиры на лестничную площадку 5-го этажа, где тот упал на пол, где он мог пнуть его ногой по телу, а вышедший из квартиры Смирновский, не участвовавший в выдворении потерпевшего из квартиры, пнул ногой по телу и ударил его несколько раз по телу веником. После этого он не помнит, как Д.И.Д. оказался на лестничной площадке 4-го этажа, где он (М.К.А.) действительно нанес ему один удар ногой в область лица, а затем затащил его в лифт, отправив Д.И.Д. на 1-й этаж, где находилась квартира соседки К.Т.Н.. В тот момент, Д.И.Д. был живой, находился в сознании, и он был уверен, что он не умрет от повреждений, чего он не желал и не допускал. Когда они шумели на лестничных площадках, соседи делали им замечания, в том числе соседка Ч.С.С., проживающая на 5-ом этаже, выходившая на площадку, где он извинился перед ней за случившееся, и показал ножевые раны на руке, причиненные Д.И.Д.. После этого, он поднялся в свою квартиру, где сообщил Смирновскому, что мог попасть ножом Д.И.Д., поэтому, с целью проверить его состояние здоровья и оказать ему помощь, не желая его смерти, они вдвоем спустились на 1-й этаж к лифту, где не обнаружили потерпевшего, предположив, что он находится в квартире К.Т.Н.. Последняя, не пустив их в свою квартиру, стала высказывать им угрозы посадить в тюрьму за избиение Д.И.Д.. После этого, они со Смирновским ушли в его квартиру, где он позвонил в полицию, сообщив о том, что его (М.К.А.) порезали ножом, что сделал Д.И.Д., который спровоцировал описанную ситуацию, в ходе которой, он сам совершил на них общественно-опасное посягательство, от которого они защищались вышеизложенным способом, не имея намерений и умысла на причинение ему смерти.
Подсудимый Смирновский К.С. в ходе судебного разбирательства, как и на следствии, не признал свою вину в совершении инкриминируемого преступления по ч. 3 ст. 30, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в покушении на убийство потерпевшего Д.И.Д., которого в описанной конфликтной обстановке он и М.К.А. не хотели убивать, не имея совместного умысла на причинение ему описанных телесных повреждений, которые могли повлечь смерть потерпевшего. Лично он (Смирновский) нанес ему лишь один удар пустой стеклянной бутылкой по голове, и несколько ударов руками, ногами и веником по телу, которые не могли причинить не только тяжкий вред здоровью Д.И.Д., но и его смерть, чего он не желал. Данные удары он нанес потерпевшему в ходе драки с ним, а не в процессе умышленного его избиения, направленного на причинение ему смерти, не имея на это умысла. При этом он не действовал в группе с М.К.А., с которым не договаривался о нанесении Д.И.Д. совместных ударов, в том числе с применением каждым из них стеклянных бутылок, с ударами по голове потерпевшему, и о нанесении ему М.К.А. удара ножом в живот, чего он (Смирновский) не видел. Он не причинял с целью причинения смерти потерпевшему описанные телесные повреждения, в виде тупой травмы головы, проникающего колото - резаного ранения живота, квалифицированные, как тяжкий вред здоровью.
Подсудимый Смирновский при даче показаний в суде, не желая свидетельствовать против себя, воспользовался ст. 51 Конституции РФ, подтвердил свои следственные показания, включая проверку показаний на месте, очную ставку со свидетелем - очевидцем К.Т.Н., оглашенные и исследованные в судебном заседании (т. 2 л. д. 37-42; 63-71, 77-81, 98-100, 160-162).
В ходе следственного допроса 2 января 2026 года (л.д 58-61 т.1) по уголовному делу, первоначально возбужденному в отношении М.К.А., свидетель Смирновский пояснил, что видел, как М.К.А. нанес ножом с черной рукоятью удар в живот потерпевшему, сообщая, что сам ударил его бутылкой из-под пива по голове, показал, что они одновременно, совместно с М.К.А., наносили удары ногами по телу и голове Д.И.Д..
При даче судебных показаний Смирновский пояснил, что поздно вечером 1 января 2026 года, он со своим знакомым М.К.А. первоначально распивали спиртное в квартире его соседки К.Т.Н., где с ними находился Д.И.Д., фамилию которого, он узнал позднее. После этого они втроем, в ночь на 2 января 2026 года, включая Д.И.Д., поднялись в квартиру М.К.А., расположенную на 5-ом этаже, где продолжили распивать спиртное, куда впоследствии пришла и К.Т.Н.. Все происходило бесконфликтно. После ее прихода, он ушел спать в зал. Он проснулся от шума, когда увидел, что Д.И.Д., держа кухонный нож в руке, машет и угрожает им перед сидящим на полу возле дивана М.К.А., под носом у которого была кровь. Тот просил Д.И,Д., чтобы он не трогал его, т.к. у него маленький ребенок. Он сам испугался Д.И.Д., который, будучи пьяным, запретил ему вставать с дивана, высказывая угрозы зарезать ножом, ударил ему ногой в грудь. Он помнит, что вроде бы, зашедшая в зал К.Т.Н. забрала нож у Д.И.Д., который затем переместился в прихожую, где у них с М.К.А. произошла драка, со взаимными ударами кулаками друг другу, в чем он вначале не участвовал. Он попытался разнять дерущихся, но Д.И.Д. стал проявлять к нему агрессию, поэтому он дважды ударил его ладонью по лицу, чтобы сбить агрессию. Чтобы успокоить Д.И.Д., он поднял с пола в коридоре пустую стеклянную бутылку, нанес ему один удар по голове этой бутылкой, которая разбилась. Д.И.Д. от удара не падал на пол. Он не видел, чтобы М.К.А. ударял бутылкой по голове потерпевшего и наносил ему удар ножом. М.К.А. вытолкал Д.И.Д. из квартиры на лестничную площадку 5-го этажа, где они стали драться. Потерпевшей лежал на площадке. Желая разнять дерущихся, он вначале ударил 2-3 раза ногой без обуви, по телу Д.И.Д., а затем нанес ему 2- 3 удара взятым из квартиры веником по его телу, что не могло повлечь телесные повреждения. После этого он зашел в квартиру, а выйдя вторично на лестничную площадку, увидел, что М.К.А. и Д.И.Д. находятся на площадке 4-го этажа, куда он тоже спускался, но не наносил ударов лежащему на полу Д.И.Д., который был живой. Он не видел, как М.К.А. затаскивал в лифт потерпевшего. Вернувшийся в квартиру М.К.А. сообщил ему, что возможно, он ударил Д.И.Д. ножом, чего он сам (Смирновский) не видел и не понял, в какой момент он мог применить нож. Сам М.К.А. не сообщал ему, когда он мог ударить ножом Д.И.Д., которого они пошли искать, чтобы оказать помощь, спустились на 1-й этаж, где не было потерпевшего, догадавшись, что он может находиться в квартире К.Т.Н., проживающей на первом этаже. Та стала кричать им из окна своей квартиры, что посадит их в тюрьму за избиение и ножевое ранение Д.И.Д.. После этого, он и М.К.А. ушли к нему домой, откуда их забрала полиция.
Из существа вышеприведенных показаний М.К.А. следует, что отрицая свою вину в совершении инкриминируемого преступления, он и сторона защиты сделали акцент на то, что описанным способом, он защищался от общественно - опасного посягательства на свою жизнь и здоровье со стороны потерпевшего Д.И.Д., что вынудило его, в том числе, наносить ему удар бутылкой по голове, с последующим причинением по неосторожности ножевого ранения и т.д., что исключает, по их мнению, уголовную ответственность за совершение инкриминируемых М.К.А. действий, не направленных на причинение смерти потерпевшему.
Из существа вышеприведенных показаний Смирновского следует, что не признавая свою вину в совершении инкриминируемого преступления - покушение на убийство Д.И.Д., совершенного группой лиц с М.К.А., отрицая наличие умысла на причинение смерти потерпевшему, он акцентировал на том, что нанесенные им удары (1 удар стеклянной бутылкой по голове, 2 удара ладонью по лицу, 2 удара ногами по ногам, 2-3 удара веником по телу) в ходе драки, спровоцированной самим потерпевшим Д.И.Д., не могли повлечь причинение описанных телесных повреждений, квалифицированных как причинившие тяжкий вред здоровью и могли привести к смерти потерпевшего, чего он не желал.
Анализ собранных по делу доказательств, с исследованием характера действий и поведения М.К.А., Смирновского, а так же потерпевшего Д.И.Д., как участников вышеописанного конфликта, его обстоятельств, дают суду основания считать, что в момент нанесения потерпевшему ударов обоими подсудимыми указанным способом, приведшим к описанным телесным повреждениям, включая тяжкий вред здоровью, сам потерпевший не представлял какой- либо реальной опасности для жизни и здоровья ни для М.К.А., ни для Смирновского, что исключает возникновение у них права на необходимую оборону.
При этом, Смирновский не считал, что он оборонялся от потерпевшего, указывая на нанесение ему ударов в ходе драки.
Вышеизложенное групповое преступление, направленное на причинение смерти потерпевшего, было совершено обоими подсудимыми на почве личных неприязненных отношений к потерпевшему Д.И.Д., возникновение которых было обусловлено, в том числе, и его противоправным поведением, предшествующим преступлению, что признается обстоятельством, смягчающим наказание обоим виновным, которые не являлись обороняющимися лицами от преступного посягательства, которого не было со стороны потерпевшего.
По смыслу ч. 1 ст. 37 УК РФ, в деянии обороняющегося, причинившего вред посягающему на него лицу, отсутствует состав преступления, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
При этом, сама по себе оценка поведения потерпевшего, не может свидетельствовать о правомерности поведения и действий виновных при применении ими совместного насилия к потерпевшему.
Виновность обоих подсудимых в совершении описанного преступления, несмотря на отрицание ими своей вины, что признается их способом защиты, подтверждается: следственными показаниями самих М.К.А. и Смирновского, протоколами проверки показаний на месте, показаниями потерпевшего Д.И.Д., свидетеля - очевидца К.Т.Н., свидетелей Н.Е.А., К.О.Ш., письменными доказательствами, включая: заключение судебно-медицинской эксперты о характере, локализации телесных повреждений у потерпевшего, судебные показания медицинского эксперта Ю.А.С., данные протокола осмотра места происшествия и другими доказательствами.
Потерпевший Д.И.Д. пояснил в суде, подтвердив свои показания на следствии (л.д. 32-37, 159-162 т. 1), что вечером, после 21 часа 1 января 2026 года, по звонку своей коллеги Я.Н.А., он приехал в указанную квартиру в гости к ранее знакомой К.Т.Н., с которой поддерживает только дружеские отношения, зная, что она замужем, как и Я.Н.А.. С ними они втроем распивали спиртное в квартире, откуда Я.Н.А. уехала. Он помнит, что в квартиру пришли ранее незнакомые М.К.А. и Смирновский, фамилии которых узнал позднее. Они продолжили распивать спиртное, отчего он сильно опьянел и не помнит дальнейших событий, в том числе, как оказался в квартире М.К.А.. Запамятование событий, он связывает и с последствиями нанесенных ему ударов по голове, о чем он позднее узнал от К.Т.Н., присутствовавшей при его избиении. В себя он пришел только в Краевой больнице, после проведенной операции по разрыву кишки. Врачи сообщили, что у него было ножевое ранение в левом боку живота. На лице, голове, руках у него были синяки. В стационаре он находился со 2 по ..., с последующим проведением ... второй операции. В настоящее время у него удовлетворительное состояние здоровья, с физическими ограничениями по работе. К.Т.Н. рассказала ему, что М.К.А. проявил к нему агрессию, поэтому он (Д.И.Д.) схватил со стола нож и пошел за ним, но она отобрала у него нож. После этого М.К.А. и его друг, начали его избивать в квартире, разбивали бутылки об его голову, пинали ногами, закинули в лифт, откуда она его вытащила в тяжелом состоянии, вызвав врачей скорой помощи, которые доставили его в больницу. Впоследствии, М.К.А. извинился перед ним за содеянное, частично выплатил денежную компенсацию в сумме 500 тыс. рублей, с его исковыми требованиями за моральный вред в сумме 1 млн. рублей к обоим подсудимым. О том, что К.Т.Н. садилась к нему на колени, как повод его избиения, она не говорила ему, и сам он, несмотря на запамятование всех событий случившегося, таковое исключает.
Заключением судебно-психиатрической экспертизы № ... (т. 3 л.д.33-41) установлено, что в течение жизни, в исследуемый период, и в настоящее время, Д.И.Д. ...
Согласно карты вызова скорой мед. помощи от 2 января 2026 (л.д. 83 т.1), зафиксировано прибытие врачей в 06.28 мин. в кв. № ... по улице ..., д. ... в г. ... (кв. К.Т.Н.), где обнаружен Д.И.Д. с рвано- ушибленной раной височной области слева, колото- резаным ранением грудной клетки слева, с отражением информации о том, что несколько минут назад, в подъезде дома избили неизвестные, ударили ножом.
Свидетель Я.Н.А. пояснила в суде, что вечером 1 января 2026 года вместе со своей дочкой находились в гостях в квартире у своей подруги К.Т.Н., с которой распивали спиртное. Впоследствии позвали по телефону их общего знакомого Д.И.Д., который приехал к ним в гости, привез подарки детям. Втроем они также распивали спиртное. Д.И.Д. вел себя адекватно. После 23 часов она поехала домой на своей автомашине, встретив возле дома К.Т.Н. ее соседа М.К.А. Костю и ранее незнакомого ей парня по имени К. (Смирновский). На следующее утро, 2 января 2026 года, в 5-6 часов ей позвонила К.Т.Н., сообщив, что М.К.А. сильно избил Д.И.Д. и нанес ему ножевое ранение, и она вызвала скорую помощь. По телефону она даже слышала стоны Д.И.Д.. Потом она пояснила, что его увезли в больницу. К.Т.Н. рассказала ей, что все, включая Д.И.Д., вначале распивали спиртное в ее квартире, а затем - в квартире М.К.А., где тот устроил ссору с Д.И.Д., ударил его кулаком. После этого, Д.И.Д. взял в руку нож, угрожал им этим парням, которые испугались угроз. Когда она отобрала нож у Д.И.Д., то М.К.А. и Смирновский, напали на него и сильно избили, каждый из них нанес удары бутылками по голове, разбив их об его голову. Они пинали его ногами, вытолкали на лестничную площадку, а затем закинули в лифт в бессознательном состоянии, откуда К.Т.Н. затащила его к себе в квартиру, вызвав врачей. Спустя несколько дней, от соседки указанного дома по улице ..., д. ... которая видела избиение Д.И.Д., наблюдая это через дверной глазок своей квартиры, расположенной на 4-ом этаже, она получила видеозапись, выдав ее впоследствии полиции (л.д. 227-230 т. 1). Сама она также просмотрела эту видеозапись, где видно, что М.К.А. пнул ногой в лицо Д.И.Д., затащил его в лифт. Д.И.Д. не шевелится. Видно, что М.К.А. вытирал об его одежду какой- то предмет, похожий на нож. После выписки из больницы, она разговаривала с Д.И.Д., который не помнил произошедших событий, о которых знает со слов К.Т.Н., находившейся при его избиении обоими подсудимыми.
Согласно протокола осмотра предметов от 25.02.2026 г. (л.д. 8-15 т. 2) оптического диска с 2 видеозаписями от 2 января 2026 года, отраженных в фотографическом изображении, с признанием СД- диска вещественным доказательством (т. 2 л.д. 16), зафиксирован М.К.А., находящийся на лестничной площадке 4-го этажа дома, где на полу лежит на животе потерпевший Д.И.Д. М.К.А. наносит ему один удар ногой в область лица. Д.И.Д. закрывается руками. М.К.А. вытаскивает из своего правого кармана брюк блестящий предмет, похожий на нож, который вытирает об одежду Д.И.Д.. М.К.А. бросает данный предмет, хватает руками за рубашку Д.И.Д. тащит к лифту и закидывает его в лифт. Д.И.Д. не шевелится, не двигается, не подает признаков жизни, лежит без сознания.
Свидетель К.Т.Н. пояснила в судебном заседании, подтвердив свои следственные показания (т. 1 л.д. 191-197), включая показания на очных ставках с обоими подсудимыми, что вечером 1 января 2026 года у нее в гостях была подруга Я.Н.А., с которой они пригласили общего знакомого Д.И.Д., приехавшего к ним в указанную квартиру, где они втроем распили спиртное, отмечая праздник. После уезда домой Я.Н.А., к ней пришел сосед М.К.А., проживающий на 5-ом этаже, и его знакомый Смирновский К.С., которые познакомились с Д.И.Д., распивая с ним коньяк. Втроем мужчины выпили бутылку коньяка. Ночью, после 2 часов 2 января 2026 года, эти мужчины ушли в квартиру М.К.А., куда она пришла спустя некоторое время, чтобы отправить домой на такси Д.И.Д.. Когда она пришла, то М.К.А. сидел в кухне с Д.И.Д., а Смирновский уже спал в зале. Мужчины распивали пиво и обстановка вначале была бесконфликтной. Она так же находилась с ними в кухне, стояла, не садилась на колени к Д.И.Д.. Она находилась около дверей в кухне, будучи слегка выпившей после употребления вина, и все помнит. Спиртное с ними она не распивала, и около 5 часов утра вызвала такси для Д.И.Д.. М.К.А. неожиданно подскочил к Д.И.Д. с оскорблениями, замахнувшись, ударил его по лицу кулаком правой руки и сразу пошел из кухни. Д.И.Д. вскочив со стула, схватил с раковины нож с черной ручкой и пошел за М.К.А., который ушел в комнату, где спал Смирновский. Когда Д.И.Д. шел с ножом за М.К.А., тот ему ударов бутылкой не наносил. Она пошла следом за ними, переживая за всех мужчин, которые все были пьяные. Она увидела, что в комнате М.К.А. сидел на полу около дивана, на котором находился проснувшийся Смирновский. Д.И.Д. держал и помахивал ножом перед ними, обращаясь к ним, чтобы они не трогали его. Угроз убить или зарезать он не высказывал. Когда Д.И.Д. махал ножом, он специально не причинял ранений М.К.А., находясь от него на расстоянии - не менее пол-метра. Лезвием ножа Д.И.Д. не задевал парней, включая М.К.А., находясь от него на приличном расстоянии. Она не видела, чтобы Д.И.Д. кому – либо наносил удары ножом, а так же ногами. Он не пинал ногами ни сидящего на диване Смирновского К.С., ни сидящего на полу М,К.А., который, кричал, возможно от испуга: «не трогай, у меня маленькая дочь». Чтобы никто не пострадал, т.к. она переживала за всех, она попросила Д.И.Д. отдать ей нож, что тот и сделал. Когда она забрала нож у Д.И.Д., то он пошел за ней. Нож она отнесла в кухню, положив его за кастрюлю. Когда возвращалась, увидела, что в прихожей возле входной двери, М.К.А. ударил пустой бутылкой из-под пива по голове Д.И.Д., отчего бутылка разбилась на осколки. После этого, почти сразу, Смирновский ударил другой пустой бутылкой по голове Д.И.Д.. Бутылка так же разбилась об его голову и Д.И.Д. сразу упал на пол. Удары бутылками были нанесены почти одновременно, с двух сторон. Д.И.Д. упал на пол от второго удара бутылкой по голове, и больше с пола не поднимался, т.к. М.К.А. и Смирновский сразу стали пинать его там же в прихожей квартиры, наносили удары ногами по всему телу. Каждый из них ударил ногами не менее 2– 3 раз. Она видела, что у Смирновского не было обуви. Д.И.Д. закрывался от ударов ногами, просил не бить его. Он не дрался с ними, а закрывался руками, лежал на животе, на полу скрюченный. После этого, М.К.А. вытащил Д.И.Д. из квартиры в подъезд, на лестничную площадку 5-го этажа, где вмести со Смирновским нанесли Д.И.Д. еще по несколько ударов ногами по телу. Первым удары наносил М.К.А.. Впоследствии, М.К.А. и Смирновский ударами ног по туловищу, допинали Д.И.Д. с площадки 5-го этажа до лестничного пролета, где столкнули ногами вниз по лестнице до межэтажной площадки между 5 и 4 этажами, куда они спустились следом. Когда они сбросили Д.И.Д. по лестнице, то боясь за его жизнь, что они убьют его, она кричала им, чтобы они не били Д.И.Д.. Дальнейшее его избиение она не видела, но слышала, как он кричал от боли. Переживая за Д.И.Д., она побежала по лестнице на первый этаж, встретив в подъезде вначале поднимающего на 5-й этаж Смирновского, а затем - М.К.А.. На шум и крики вышли соседи с 5 и 6 этажей. В подъезде она не нашла Д.И.Д., понимая, что после такого избиения, он не может встать самостоятельно. Когда она спустилась по лестнице на 4-й этаж, то видела на полу нож с бело- розовой ручкой со следами крови и прутья от веника, как солома. На первом этаже Д.И.Д. она не нашла, и когда нажала кнопку лифта, который приехал с 4-го этажа, она обнаружила в нем Д.И.Д.. Он лежал на полу лифта. На нем была порвана рубашка, не было обуви. Д.И.Д. был без сознания, с закрытыми глазами, не шевелился, на голове была кровь, рана в боку, откуда бежала кровь. В таком бессознательном состоянии, она волоком затащила Д.И.Д. в свою квартиру на первом этаже, и вызвала врачей скорой помощи. Когда они приехали, то Д.И.Д. так же находился в бессознательном состоянии, эпизодически приходя в себя, он кричал, бредил. До приезда врачей скорой помощи, к ней стучались в квартиру М.К.А. и Смирновский, которым, не пустив в квартиру, сказала через окно, что ФИО9 находится без сознания, и что вы натворили. После этого они ушли, не дожидаясь приезда врачей, не интересуясь их вызовом. Сразу она не посещала в больнице Д.И.Д., т.к. он находился в реанимации. После его выписки из больницы, она все ему рассказала о случившемся, т.к. он ничего не помнил. После случившегося, она смотрела видеозапись, показанную ей Я.Н.А., получившей эту запись от жильца указанного дома, проживавшего на 4-ом этаже. В ходе просмотра этой видеозаписи она сама увидела, как М.К.А. закидывал избитого Д.И.Д. в лифт на 4-ом этаже, не нажимая кнопку его отправки. Видно, как он наносил удар ногой в лицо Д.И.Д.. У самого М.К.А. не было видно каких-либо порезов или кровоподтеков.
Помимо этого, свидетель К.Т.Н. пояснила в суде, что она лично не видела в какой момент, где, и кто причинил ножевое ранение Д.И.Д., высказав предположение о нанесении ему удара ножом не в прихожей квартиры М.К.А., и не на 5-ом этаже, где она видела происходящее, включая действия М.К.А., а на лестничной площадке 4-го этажа, где она видела другой нож со следами крови. При этом она не исключила того, что М.К.А. мог зайти в кухню и взять нож, которым он причинил ножевое ранение Д.И.Д..
Согласно телефонного сообщения в дежурную часть ОП «...» (л.д. 8 т.1) поступил звонок 2 января 2026 г. в 06 часов 20 мин. от гр. К.Т.Н., о нахождении в 3-ем подъезде дома № ... по ул. ... в ..., мужчина с ножевым ранением в животе, сбоку (Д.И.Д.).
Из содержания этих свидетельских показаний К.Т.Н., не имеющей оснований для оговора обоих подсудимых, следует, что данный свидетель, являвшийся очевидцем описанных событий, изложил не только динамику начала и развития конфликтной ситуации между потерпевшим Д.И.Д. и М.К.А., спровоцировавшим этот конфликт с потерпевшим, с последующими неправомерными действиями обоих подсудимых, вследствие личных неприязненных отношений к нему, по интенсивному избиению потерпевшего в целях причинения его смерти, но и достоверно изложил неправомерное поведение самого потерпевшего (махал ножом перед указанными лицами), что явилось поводом к совершению в отношении него вышеизложенного преступления, в котором Смирновский и М.К.А. не являлись обороняющимися лицами. На тот момент у Д.И.Д. не было ножа, что видели указанные лица, сознающие отсутствие для них какой- либо опасности со стороны потерпевшего, на которого они сами совершили преступное посягательство, желая причинить ему смерть.
По смыслу ст. 37 УК РФ, не признается находящимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое спровоцировало потерпевшего, чтобы использовать его ответные действия, как повод для совершения в отношении него противоправного деяния.
Действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягающему причинен после того, как посягательство было прекращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось обороняющимся лицом. В этом случае, обороняющийся подлежит ответственности на общих основаниях.
Согласно вышеприведенным судебным показаниям свидетеля К.Т.Н., с их аналогом на предварительном расследовании, установлено, что после изъятия ею ножа у Д.И.Д., не имевшего намерений на его применение в отношении М.К.А. и Смирновского, он сразу подвергся физическому воздействию обоих этих лиц, действовавших не только совместно и согласованно, но и одновременно, в целях достижения единого преступного результата, убийства потерпевшего, не доведенного до конца по обстоятельствам, не зависящим от них.
После нанесения М.К.А. удара стеклянной бутылкой по голове Д.И.Д., с разбитием бутылки, что происходило в присутствии Смирновского, тот сразу нанес потерпевшему аналогичный удар в голову другой стеклянной бутылкой, так же разбитой об голову Д.И.Д., который упал на пол от вторичного удара по голове. После этого, эти же лица, действуя одновременно, в группе, нанесли лежащему в квартире на полу потерпевшему, по несколько ударов кулаками по лицу (каждый не менее 2), а затем по несколько ударов ногами по его туловищу (каждый не менее 4).
В процессе совместного нанесения Смирновским и М.К.А. описанных ударов кулаками и ногами по телу Д.И.Д., М.К.А. нанес ему в квартире один удар в спину ножом, которым он специально для этого вооружился.
Следствием этого удара ножом явилось проникающее колото – резаное ранение живота с повреждением поперечно – ободочной кишки, осложнившееся развитием забрюшинной гематомой слева, гемоперитонеумом, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, согласно заключению судебно- медицинской экспертизы № ... от 24.02.2026 г. (т. 3 л.д.6-9).
И после ножевого ранения Д.И.Д., умышленно причиненного М.К.С., он же, совместно со Смирновским, видевшим нанесение этого удара ножом, так же вдвоем, группой лиц продолжили совместно избивать потерпевшего, нанося множественные удары по телу Д.И,Д. в целях причинения ему смерти.
М.К.А. и Смирновский, помимо описанных действий, вдвоем совместно нанесли потерпевшему, при нахождении его на лестничной площадке 5-го этажа, куда его выкинул из квартиры М.К.А., множественные удары ногами по туловищу (не менее 7), а так же множественные удары (не менее 10) по туловищу и в голову Д.И.Д., который после этого был ими совместно скинут по лестнице с 5-го на 4-й этаж.
Следствием этих множественных ударов, совместно нанесенных М.К.А. и Смирновским по телу Д.И.Д. явились причиненные ему телесные повреждения: тупая травма головы, сопровождавшаяся фрагментарным переломом верхней стенки левой глазницы со смещением отломков в полость черепа, переломом костей носа со смещением отломков, ушибом мягких тканей лба слева, с распространением на левую теменную, височную, скуловую и окологлазничную области, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью; а так же тупая травма боковой поверхности грудной клетки справа, сопровождавшаяся переломом бокового отрезка 10, 11 ребра справа, переломом шейки 12 ребра справа со смещением отломков, малым правосторонним пневмотораксом, и тупая травма передней поверхности грудной клетки слева, сопровождавшаяся переломом хряща 9, 10 ребра слева со смещением отломков, левосторонним пневмотораксом, квалифицирующиеся как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью, и рана в лобной области слева, квалифицирующаяся как повреждение, причинившее легкий вред здоровью (выводы заключения судебно- медицинской экспертизы № ... от 24.02.2026 г.) (т. 3 л.д. 6-9).
Содержание вышеприведенных показаний свидетеля- очевидца К.Т.Н. о совершении обоими подсудимыми согласованных и одновременных действий по нанесению ударов Д.И.Д. после изъятия у него ножа данным свидетелем, как свидетельство об отсутствии с его стороны какой- либо опасности для М.К.А. и Смирновского, которые после этого нанесли потерпевшему удары кулаками, ногами, двумя стеклянными бутылками, умышленно применили нож, продолжили совместное избиение потерпевшего и после ножевого ранения, находится в соответствии с первичными показаниям М.К.А. от 02.01.2026 г., допрошенного в присутствии адвоката (л.д. 51-56 т.1).
В ходе этого следственного допроса, где М.К.А., высказав иную причину конфликта с ранее незнакомым Д.И.Д., которого он схватил рукой за лицо (челюсть), показал, что, когда К.Т.Н. забрала нож у Д.И.Д., выведя того в коридор квартиры, то « он испытал неприязненное отношение к нему, и стал предъявлять претензии, что он угрожал ножом. После этого произошла драка и он нанес Д.И.Д. 1 удар кулаком по лицу. В коридор вышел Смирновский, который разбил о голову Д.И.Д. стеклянную бутылку, отчего бутылка разбилась. Д.И.Д. пошатнулся, но не упал. Он (М.К.А.) проследовал в кухню и схватил кухонный нож с черной рукоятью, и снова подошел к Д.И.Д., держа нож в правой руке, сказал последнему: «ты меня хотел зарезать, теперь я хочу тебя!». Изначально, он хотел его припугнуть. Д.И.Д. начал кричать, пошел на него, высказывая нецензурную брань, тогда он решил причинить ему телесное повреждение, и резким движением, нанес тому удар ножом в область живота. К.Т.Н. и Смирновский стояли в тот момент в коридоре. Д.И.Д. немного согнулся, упал на пол. Потом он хотел вывести его из квартиры, но к нему подошел Смирновский и они начали одновременно наносить удары ногами по телу и голове Д.И.Д., который в том момент сильно кричал и не мог встать.. Потом они вывели его на лестничную площадку, он затащил Д.И.Д. в лифт.. он был в сознании, но не мог встать.. Он нанес Д.И.Д. один удар ножом, но избивали они того совместно со Смирновским. Когда он спускал Д.И.Д. по лифту вниз, понимал, что может наступить его смерть, но изначально, помогать не хотел, т.к. делал это из неприязненных отношений к нему».
Согласно протокола явки с повинной от 02.01.2026 г. (л.д. 49 т.1) М.К.А. пояснил, что распивал спиртные напитки со Смирновским К.С. и Д.И.Д.. Возник конфликт с Д.И.Д., я нанес Д.И.Д. удар ножом в область живота.
При проверке показаний на месте, отраженной в протоколе от 03.01.2026 г. (л.д. 62-69 т.1) М.К.А. показал, что на фоне возникших неприязненных отношений, используя кухонный нож, держа в правой руке, резким движением нанес один удар в область живота потерпевшего Д.И.Д. Когда потерпевший упал на пол, он вместе со Смирновским К.С. начали наносить удары ногами по телу и голове потерпевшего, которого руками бросил в лифт.
Из существа этих следственных действий М.К.А. следует, что он сам указывает не только на умышленный характер своих действий по нанесению удара ножом в живот Д.ИД., но и описывает последовавшие за этим совместные и одновременные действия, совершенные им в группе со Смирновским, накануне разбившим об голову потерпевшего и стеклянную бутылку, множественных ударов ногами по телу и голове потерпевшему, от которых он не мог встать, с пониманием того, что от причиненных ему повреждений, может наступить его смерть.
Суд считает, что при даче этих показаний, М.К.А. достоверно сообщил об обстоятельствах умышленного нанесения им удара ножом в живот потерпевшему и о совершения им, в группе со Смирновским противоправных действий, направленных на причинение смерти Д.И.Д., с множественными ударами кулаками, ногами по телу, включая голову, потерпевшему, хотя и умолчал о нанесении им самим удара стеклянной бутылкой по голове потерпевшего, который он нанес первым, с последующим вторичным ударом бутылкой по голове Смирновским.
В то же время, при этом следственном допросе М.К.А. пояснил, что когда К.Т.Н. забрала у Д.И.Д. нож, то Д.И.Д. никакой опасности для него не представлял.
Умолчав о нанесении им первым удара бутылкой по голове потерпевшему, М.К.А. впоследствии выдвинул несостоятельную версию при даче показаний следователю 11 февраля 2026 года, при проверке показаний на месте 24.02.2026 (л.д. 231-250 т.1), на очных ставках с К.Т.Н. (т. 1 л.д. 216-221, т. 2 л.д. 142-149) о том, что он ударил в прихожей Д.И.Д. стеклянной бутылкой по голове, разбив об голову бутылку, защищаясь от него, когда тот шел за ним в прихожей, держа нож в руке.
Согласно стабильным следственно-судебным показаниям свидетеля - очевидца К.Т.Н. установлено, что она сразу, с первого следственного допроса (л.д. 191-1197 т. 1), подтвердив это на очных ставках с обоими подсудимыми, утверждала, что после конфликтной ситуации на кухне между М.К.А. и Д.И.Д., что происходило в ее присутствии, М.К.А. проследовал в зал к спящему Смирновскому, куда действительно двинулся с ножом в руке Д.И.Д., а следом- она. При следовании через прихожую квартиры, М.К.А. не наносил удара бутылкой по голове Д.И.Д., который проследовал в зал, где уже находились М.К.А. и проснувшийся Смирновский. Последнему, М.К.А. так же не сообщал, что он ударил в указанный момент бутылкой по голове Д.И.Д..
Согласно этим показаниям К.Т.Н., именно после изъятия ею ножа у Д.И.Д., тот пошел назад в прихожую, где подвергся вышеописанному физическому насилию со стороны М.К.А. и Смирновского, включая последовательное нанесение ими по одному удару бутылками по голове Д.И.Д.. Об его голову были разбиты две стеклянные бутылки. Первым удар бутылкой по голове нанес М.К.А., разбив свою бутылку, а второй - нанес по голове Смирновский. Именно после второго удара, Д.И.Д. упал на пол и не вставал, т.к. подвергся дальнейшему избиению этими двумя лицам.
В ходе очной ставки со Смирновским (л.д. 77-81 т.1) свидетель К.Т.Н. так же пояснила, что М.К.А., находясь в прихожей со Смирновским, поочередно нанесли удар стеклянной бутылкой по голове Д.И.Д., который, от второго удара Смирновского, упал на пол, после чего они вдвоем стали наносить ему удары ногами и руками по разным частям тела.
Сам М.К.А. при даче первичных показаний следователю (л.д. 62-69 т. 1) пояснил, что в кухне у него произошел небольшой словесный конфликт с Д.И.Д. (к нему села на колени К.Т.Н.), в ходе которого, они оскорбляли друг друга. Потом он подошел к Д.И.Д., схватив его рукой за лицо, и сказал успокоиться. Потом он пошел в комнату к Смирновскому, в этот момент он услышал, что позади него идет Д.И.Д., то увидел в руках у него кухонный нож, тот сказал ему «Я тебя зарежу». Угрозу он воспринял реально.., затем он начал будить Смирновского.
При даче этих показаний, он не сообщал, что ударял бутылкой по голове Д.И.Д., следовавшему за ним с ним с ножом, и вышеописанная ситуация исключала возможность нанесения Д.И.Д. удара бутылкой М.К.А., при наличии у того в руке ножа, с принятием М.К.А. мер, чтобы разбудить Смирновского.
По мнению суда, именно для обоснования своего несостоятельного нахождения в состоянии необходимой обороны, наличия на него ( М.К.А.) общественно- опасного посягательства со стороны потерпевшего, чего не было в действительности, несмотря наличие ножа у Д.И.Д., не имевшего намерений на применение ножа в отношении М.К.А., тот недостоверно указал на нанесение им удара бутылкой по голове Д.И.Д. в момент наличия у него ножа.
Дачей этих несостоятельных показаний, М.К.А. стремился поставить под сомнение обоснованность обвинения в совершении согласованных, одновременных и непосредственных действий М.К.А. и Смирновского, действовавших группой лиц, по применению физического насилия к потерпевшему Д.И.Д., в целях причинения ему смерти, включая последовательное нанесение каждым из этих лиц ударов стеклянной бутылкой по жизненно- важному органу человека - голове.
После первичного удара М.К.А. бутылкой по голове потерпевшего, о голову которого была разбита бутылка, был нанесен Смирновским вторичный удар другой бутылкой по голове потерпевшего, который от этого удара упал на пол. Следствием этих двух последовательных ударов, умышленно нанесенных обоими подсудимыми, потерпевшему Д.И.Д. была причинена тупая травма головы с указанными переломами, относящаяся к тяжкому вреду здоровью человека, в силу опасности для жизни.
После нанесения потерпевшему описанных ударов ногами, руками, двумя стеклянными бутылками, что совершали Смирновский и М.К.А. в целях причинения смерти Д.И.Д., подсудимый М.К.А. с той же целью, умышленно причинил ему ножевое ранение, ударив ножом в живот, в чем он полностью признавал свою вину при даче первичных показаний, в чем его изобличал и Смирновский.
До возбуждения в отношении него уголовного дела, Смирновский при даче свидетельских показаний 02.01.2026 г. (л.д. 58-61 т.1) пояснял, что когда К.Т.Н. забрала нож у Д.И.Д., уведя того в коридор, где он впоследствии видел, что Д.И.Д. и М.К.А. стояли друг напротив друга, у последнего был в руке нож с черной рукоятью и М.К.А. нанес удар ножом в живот Д.И.Д., которому они впоследствии начали одновременно наносить удары ногами по телу и голове.. Здесь же, Смирновский признал нанесение им самим двух ударов ладонью в скулу потерпевшему и один удар пустой стеклянной бутылкой в область затылка. В ходе последующих показаний в качестве обвиняемого, Смирновский подтвердил совершение им описанных действий в отношении Д.И.Д..
Согласно данных протокола осмотра места происшествия с фототаблицами от 02.01.2026 г. (л.д. 9-19 т.1) осмотрена квартира № ... по ул. ... в г. ..., расположенная на пятом этаже многоквартирного дома, как место совершения описанного преступления. На кухонном гарнитуре обнаружен нож с рукоятью черного цвета, общей длиной 333 мм, длиной клинка 205 мм, толщиной клинка 1.5 мм. Нож изъят, признан вещественным доказательством после осмотра (т. 2 л.д. 101-105, 106). В коридоре квартиры обнаружены осколки стекла от бутылок.
Заключением судебной медицинской экспертизы № ... (т. 2 л.д. 234-238), на указанном ноже наличие крови не установлено.
Согласно протокола предъявления предмета для опознания от 01.03.2026 г. (т. 2 л.д. 43-47) М.К.А. опознал указанный нож, как предмет, которым он нанес 2 января 2026 года ножевое ранение потерпевшему Д.И.Д.. Учитывая вышеописанное, выводы заключения ситуационной судебной медицинской экспертизы № ... от 24.02.2026 г. (л.д. 49- 58 т.3) об исключении возможности образования у Д.И.Д. колото-резанного ранения брюшной полости с повреждением толстой кишки, в результате «самонатыкания» на предмет, обладающий характеристиками колюще-режущего предмета, включая нож, фигурирующий в данном уголовном деле, суд признает недостоверными судебные и следственные показания М.К.А. о том, что он машинально, по неосторожности, нанес удар ножом в живот потерпевшему Д.И.Д..
Характеристики вышеуказанных предметов и орудия преступления, способ их применения: две стеклянные бутылки, кухонный нож, выбранные М.К.А. и Смирновским, последовательно применяемые каждым из них в жизненно-важные органы человека, а так же нанесение ими множественных, совместных и одновременных ударов кулаками, ногами по телу потерпевшего, включая голову, повлекших вышеописанные повреждения, включая тяжкий вред здоровью (тупая травма головы с переломами, проникающее- колото резаное ранение живота), средний вред здоровью (тупые травмы передней и боковой поверхности грудной клетки с переломами нескольких ребер) свидетельствуют о том, что М.К.А. и Смирновский, действующие группой лиц, осознавали последствия своих действий в виде смерти потерпевшего Д.И.Д. и желали этого, что не было достигнуто по обстоятельствам, не зависящим от них.
Изложенные действия М.К.А. и Смирновского носили согласованный характер, дополняли друг друга, были объединены единым умыслом, направленным на убийство потерпевшего, с выполнением каждым из них объективной стороны инкриминируемого преступления, что подтверждается помимо вышеизложенных доказательств, показаниями свидетелей - соседей.
Свидетель Н.Е.А., проживающая в квартире на 4-ом этаже указанного дома, пояснила в суде, подтвердив свои следственные показания (л.д. 206-210 т. 1), что утром, около 5 часов, 2 января 2026 г. она проснулась от шума около двери ее квартиры. Через дверной глазок своей квартиры, увидела лежащего под своими дверями, на лестничной площадке, незнакомого мужчину. Около него находился сосед М.К.А. и мужчина полного телосложения, указанный ею в суде как Смирновский. Они нанесли по несколько ударов ногами по телу и лицу этому мужчине, который стонал и кричал от боли. В процессе ударов, они высказывали мужчине слова.. «Ты на кого». После этого, парни куда- то отлучались, и вернувшись на площадку, снова наносили ему удары ногами по телу, что происходило в пределах 10 минут. Боясь за жизнь потерпевшего, она позвонила в полицию, где сообщили о поступлении уже такого вызова. После звонка, подойдя вновь к дверному глазку квартиры, увидела, что на лестничной площадке так же лежит тот же мужчина, которому один М.К.А, наносит удары ногами в область груди или лица. Она видела, как М.К.А. достал из кармана брюк предмет похожий на нож, вытерев его об одежду мужчины, который не двигался. После этого, М.К.А., схватил мужчину за рубашку, закинул его в лифт. После приезда полиции, она видела на площадке 4-го этажа прутья от веника, но ножа не было. В подъезде дома она также видела соседку с первого этажа - К.Т.Н.
Свидетель К.О.Ш., проживающая на 4-ом этаже в указанном доме, пояснила в ходе следствия (л.д. 198-203 т.1), что утром, около 4-5 часов 2 января 2026 г., она проснулась шума, как драки, происходящего на 5-ом этаже. Вначале она ничего не увидела через дверной глазок, но слышала, что какой-то мужчина кричал: «хватит не бейте!». Двое других мужчин говорили: «закрой свой рот». Она услышала, что кто-то скатился с лестницы на лестничную площадку 4-го этажа. Через дверной глазок своей квартиры она увидела, что на лестничной площадке 4-го этажа лежит мужчина, который скатился по лестнице с 5-го этажа. Этот мужчина, лежащий на животе, страшно кричал от боли. Она видела, как с 5-го этажа спустились сосед М.К.А. и какой-то мужчина полного телосложения, которого она видела первый раз. Они подошли к мужчине и сказали, чтобы он закрыл свой рот. Мужчина полного телосложения перевернул руками лежащего мужчину на спину, и они вдвоем стали наносить ему удары ногами в область живота, по лицу, каждый нанес около 5 ударов. Потом они поднялись наверх, а этот мужчина продолжал лежать и кричать от боли. Потом М.К.А. со вторым неизвестным мужчиной, вернулись к лежащему на полу мужчине, и вновь стали наносить ему удары ногами по телу, в область живота. Потом они опять ушли, и через какое-то время вернулись, мужчина полного телосложения стал наносить веником удары по телу лежащему мужчине, нанес удары веником около 10 раз и веник разлетелся. А М.К.А. бил его по телу ногами около 3-5 раз. Мужчина сильно кричал от боли, был в сознании. После мужчина полного телосложения поднялся на 5-й этаж. М.К.А. остался около лежащего мужчины и с силой ударил его один раз ногой в лицо. Потом М.К.А. достал из кармана предмет, похожий на нож, вытер о его одежду, схватив мужчину за рубашку, приподняв, закинул его в лифт. Когда М.К.А. наносил мужчине последний удар ногой, то мужчина уже не кричал и не двигался. На лестничной площадке 4-го этажа и на лифте была кровь, а ножа не было.
Из свидетельства данных лиц следует, что М.К.А. и Смирновский подвергали избиению потерпевшего Д.И.Д. не только на площадке 5-го этажа, но и на лестничной площадке 4-го этажа, куда спустили через два лестничных проема посредством нанесения ударов ногами по телу потерпевшего, который слетел от этих ударов кубарем вниз, согласно показаниям К.Т.Н., уличившей в этом обоих подсудимых, не сообщивших обстоятельств, при которых Д.И.Д. оказался на площадке 4-го этажа.
Из описанного следует, что оба подсудимых, подвергали избиению потерпевшего в несколько подходов, видя его состояние здоровья, крики от боли, в том числе и после нанесения двух ударов двумя бутылками по голове, ножевого ранения в живот, с множественными ударами ногами по телу, по голове, на площадках двух этажей, что они совершали целенаправленно, в целях причинения ему смерти.
М.К.А. впоследствии признал, что наносил удар ногой в область лица потерпевшему на 4-ом этаже, где закинул его в лифт. Последний не мог встать в указанный момент, т.к. был сильно избит, имея описанные телесные повреждения, опасные для жизни человека.
Заключением судебно- медицинской экспертизы № ... от 24.02.2026 г. (т. 3 л.д.6-9) установлено наличие у Д.И.Д. нижеперечисленных телесных повреждений:
- проникающее колото-резаное ранение живота с повреждением поперечно-ободочной кишки, осложнившееся развитием забрюшинной гематомой слева, гемоперитонеумом, которое могло образоваться в результате воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, является опасным для жизни человека, и квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью;
- тупая травма головы, сопровождавшаяся фрагментарным переломом верхней стенки левой глазницы со смещением отломков в полость черепа (малое крыло клиновидной кости), переломом костей носа со смещением отломков, ушибом мягких тканей лба слева, с распространением на левую теменную, височную, скуловую и окологлазничную области. Эти телесные повреждения могли образоваться одномоментно, в связи с чем раздельной квалификации по степени тяжести причиненного вреда здоровью не подлежат, в результате воздействия тупого предмета (предметов), детальные свойства контактных поверхностей которого, в повреждениях не отобразились, являются опасными для жизни человека, и квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью;
- тупая травма боковой поверхности грудной клетки справа, сопровождавшаяся переломом бокового отрезка 10, 11 ребра справа, переломом шейки 12 ребра справа со смещением отломков, малым правосторонним пневмотораксом (наличие в правой плевральной полости небольшого количества воздуха) и тупая травма передней поверхности грудной клетки слева, сопровождавшаяся переломом хряща 9, 10 ребра слева со смещением отломков, левосторонним пневмотораксом. Данные телесные повреждения могли образоваться одномоментно, в связи с чем раздельной квалификации по степени тяжести причиненного вреда здоровью не подлежат, в результате воздействия тупого предмета (предметов), детальные свойства контактных поверхностей которого, в повреждениях не отобразились, повлекли за собой длительное расстройство здоровья - временное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня) и по этому признаку, квалифицируются как повреждения, причинившие вред здоровью средней тяжести;
- рана в лобной области слева, ввиду отсутствия подробного морфологического описания повреждения, исключает возможность высказаться о механизме ее образования. Рана, влечет за собой кратковременное расстройство здоровья - временное расстройство здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно), квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью.
Данные заключения экспертов, отвечают требованиям УПК РФ, их выводы мотивированы, не противоречивы, находятся в объективном соответствии с исследованными в судебном заседании доказательствами.
Судебно- медицинский эксперт Ю.А.С., подтвердив в судебном заседании выводы указанной экспертизы, пояснила, что имеющаяся тупая травма головы у Д.И.Д., могла образоваться в результате не менее 1 травматического воздействия (удара), нанесенного в область лица (головы) тупым твердым предметом, каковым мог быть кулак руки, нога или иной тупой твердый предмет, в том числе и стеклянная бутылка. Тупая травма боковой поверхности грудной клетки справа, сопровождавшаяся переломом бокового отрезка 10, 11 ребра справа, переломом шейки 12 ребра справа со смещением отломков, малым правосторонним пневмотораксом, а так же тупая травма передней поверхности грудной клетки слева, сопровождавшейся переломом хряща 9, 10 ребра слева со смещением отломков, левосторонним пневмотораксом могли образоваться от не менее 1 травматического воздействия (удара), нанесенного в область груди тупым твердым предметом, каковым мог быть кулак руки, нога или иной тупой твердый предмет.
Исследование развития вышеописанной ситуации и анализ действий М.К.А. и Смирновского и находившегося в указанной квартире потерпевшего Д.И.Д., их прежние взаимоотношения, в том числе и в описанное время, дают суду основания для вывода о совершении обоими подсудимыми умышленных действий, направленных против жизни и здоровья потерпевшего, с намерениями лишить его жизни, т.е. совершить его убийство, чего они оба желали и предвидели, испытывая к нему личную неприязнь в ходе спровоцированной ссоры, что не привело к желаемому ими обоими результату, по независящим от них обстоятельствам.
М.К.А. и Смирновский, действуя группой лиц, совместно и одновременно подвергли потерпевшего Д.И.Д. интенсивному избиению, с нанесением множественных ударов руками, ногами по разным частям тела (лицо, туловище, живот), с целенаправленными ударами двумя стеклянными бутылками по голове потерпевшего, сознавая последствия таких ударов, что было совершено каждым из них последовательно друг за другом, усиливая травматическое воздействие от этих ударов, с последующим нанесением М.К.А. одного удара в живот потерпевшего ножом, обладающим колюще- режущими свойствами и значительной обладающей силой.
Следствием этих ударов, нанесенных обоими подсудимыми в область жизненно- важных органов Д.И.Д., ему были причинены телесные повреждения, относящиеся к тяжкому вреду здоровью и средней тяжести вреду здоровью в силу повреждения у него нескольких органов.
Тупая травма головы, сопровождавшаяся фрагментарным переломом верхней стенки левой глазницы со смещением отломков в полость черепа, переломом костей носа со смещением отломков, ушибом мягких тканей лба слева и проникающее колото-резаное ранение живота с повреждением поперечно-ободочной кишки, осложнившееся развитием забрюшинной гематомой слева, гемоперитонеумом, относятся к тяжкому вреду здоровью, в силу опасности для жизни человека.
Тупая травма боковой поверхности грудной клетки справа, сопровождавшаяся переломом бокового отрезка 10, 11 ребра справа, переломом шейки 12 ребра, малым правосторонним пневмотораксом и тупая травма передней поверхности грудной клетки слева, сопровождавшаяся переломом хряща 9, 10 ребра слева, левосторонним пневмотораксом, относятся к повреждениям, причинившие вред здоровью средней тяжести.
Суд считает, что посредством умышленного нанесения описанных ударов в область жизненно-важных органов Д.И.Д., подвергнутого интенсивному избиению группой из двух указанных лиц, тем самым, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления тяжких последствий для жизни потерпевшего и желая их наступления, они стремились реализовать единый преступный умысел на совершение умышленного причинения смерти потерпевшего, что не наступило по независящим от них обстоятельствам. При этом, со стороны потерпевшего не было никакой опасности для жизни и здоровья обоих виновных.
Факт того, что проникающее колото – резаное ранение живота, относящееся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью, была причинена Д.И.Д. посредством применения ножа М.К.А., не влияет на квалификацию содеянного обоими подсудимыми, включая Смирновского, так как действия этих лиц были направлены на причинение смерти потерпевшему, в том числе и посредством применения ножа одним из исполнителей описанного преступления, совершенного группой лиц.
Убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем не обязательно, чтобы повреждения, влекущие смерть, были причинены каждым из них. Убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему, с той же целью присоединилось другое лицо, каковым в описанной обстановке являлся Смирновский.
При анализе показаний М.К.А. о нахождении его в вышеописанной конфликтной ситуации с потерпевшим Д.И.Д., и, якобы, вынужденным причинить ему описанные телесные повреждения при защите от его неправомерных действий на свою жизнь и здоровье со стороны Д.И.Д., который при нахождении в зале, нанес им удары ногами, угрожал ему и Смирновскому применением кухонного ножа, которым не только размахивал перед ними, но и умышленно причинил М.К.А. три раны на левом предплечье, суд считает, что в данной ситуации потерпевший не совершал на указанных лиц общественно- опасного посягательства, что исключало необходимость совершать виновными описанные преступные действия, не являющиеся необходимой обороной.
В ходе судебного разбирательства установлено, что потерпевший Д.И.Д., в описанный момент, не только не представлял реальной опасности для жизни и здоровья Смирновского и М.К.А., но и не наносил им обоим удары ногами (М.К.А. - в нос, Смирновскому - в грудь) и не причинял М.К.А. умышленно ранения на руке ножом, до его изъятия очевидцем К.Т.Н..
Об этом всегда поясняла на следствии и в суде свидетель К.Т.Н., а так же при даче первичных показаний на следствии М.К.А. (л.д. 51-56 т.1) и Смирновский (л.д. т. 2 л.д. 37-42). Последний пояснял, что при нахождении в зале, где он первоначально спал, Д.И.Д. махал перед ними ножом, не сообщая о его порезах на руке М.К.А., который так же вначале не говорил о ранах на руке.
Картой вызова скорой медицинской помощи от 2 января 2026 года (л.д. 84 т.1) и заключением эксперта № ... от 20.02.2026 г. (л.д. 23-24 т.3) установлено наличие у М.К.А. поверхностной резаной раны внутренней поверхности левого предплечья.
Согласно выводов мед. эксперта, ввиду прошедшего времени и утраты морфологических признаков повреждений ввиду заживления, не представляется возможным определить характер и механизм образования этих ран. Давность их образования может соответствовать не менее 1-6 месяцев, с возможностью их причинения в результате воздействия острого предмета, относясь к повреждениям, не причинившим вреда здоровью, т.к. не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности. Цветные фотографии (представлены М.К.А. при следственном допросе 11.02.2026 г. ( л.л.171-176 т.1) с изображением от нижней трети плеча до нижней трети предплечья, не обладают свойствами источника информации, и не могут быть объектом исследования при проведении судебно-медицинской экспертизы в отношении живого лица с целью установления характера повреждений.
Свидетель Ч.С.С., проживающая в кв. № ... на 5- ом этаже указанного дома, пояснила в суде, что в описанное время, утром после 5 часов 2 января 2026 года, когда она проснулась от криков на лестничной площадке, сделав замечания, сообщив о вызове полиции, то к ней на площадку 5-го этажа понялся с 4-го этажа сосед М.К.А.. Он попросил прощения за шум и сообщил, что мужчина, которого они избили на площадке, нанес ему ножом раны на руке. Она видела у него на левой руке какие-то повреждения. Вместе с ним поднялся с 4-го этажа и Смирновский, узнанный ею в суде. Парни находились в алкогольном опьянении. Процесс избиения мужчины она не видела, но слышала его стоны с 4-го этажа. Когда она разговаривала с М.К.А., то из его квартиры вышла соседка К.Т.Н., проживающая на 1-ом этаже, сообщив ей, что она тоже делала парням замечание, чтобы они не избивали мужчину.
При даче указанных показаний следователю 11 февраля 2026 года, М.К.А. пояснял, «.. что когда Д.И.Д. стал махать ножом в сторону лица по направлению сверху вниз, он понимал, что он в какой-то момент может попасть по нему ножом, поэтому закрыл правой рукой нос, а левой рукой закрывался от него подняв левое предплечье. И Д.И.Д. нанес ему ножом поверхностные раны, около 3 раз, повреждения были линейные, он сначала даже не почувствовал боли. Он думал, что Д.И.Д. замахивается на него с ножом и не попадает, потом понял, что произошло. В настоящий момент у него имеется 3 шрама на левом предплечье…».
Из вышеописанного следует, что потерпевший Д.И.Д., действовал в этой ситуации без намерений по умышленному применению находившегося у него кухонного ножа, которым он причинил по неосторожности раны на руке М.К.А., размахивал ножом перед ним и Смирновским в присутствии К.Т.Н.. В силу этого ни он, ни очевидец К.Т.Н., ни проснувшийся Смирновский не видели момента причинения ран на руке М.К.А., который и сам не сразу обнаружил у себя эти раны. Однако, когда у Д.И.Д. в указанный момент был изъят нож К.Т.Н., которая унесла этот нож в кухню, куда проследовал и сам Д.И.Д., то он сразу подвергся совместному и одновременному избиению со стороны Смирновского и М.К.А., в целях причинения ему смерти, действовавших на почве личной неприязни к потерпевшему за изложенный инцидент.
Об отсутствии в описанный момент (после изъятия ножа у потерпевшего) опасности для их жизни и здоровья со стороны Д.И.Д., всегда пояснял на следствии М.К.А., указывая, что когда К.Т.Н. забрала у Д.И.Д. нож, то Д.И.Д. никакой опасности для него не представлял. К.Т.Н. быстрее ушла на кухню, а Д.И.Д. остался в прихожей. Он пошел в сторону коридора с целью выгнать его из квартиры, так как уже был озлоблен на него, что он высказывал в его адрес угрозы убийством и махал в его сторону ножом. Смирновский пояснял, что в описанный момент М.К.А. стал драться с Д.И.Д. после случившегося, и чтобы успокоить последнего, он (Смирновский) ударил его стеклянной бутылкой по голове.
Все вышеизложенные действия М.К.А. и Смирновского, действовавших группой лиц при нанесении потерпевшему телесных повреждений, носили умышленный и целенаправленный характер, были совершены из личной неприязни к потерпевшему вследствие противоправного поведения с его стороны.
В этот момент, они не находились в состоянии необходимой обороны, поскольку в момент причинения Д.И.Д. описанных телесных повреждений, представляющих опасность для его жизни, чего они и желали потерпевшему, он сам реальной угрозы для них не представлял. У него был изъят нож, и сам Д.И.Д. уходил с места конфликта от М.К.А. и Смирновского, у которых не было каких-либо оснований реально опасаться за свою жизнь и здоровье со стороны Д.И.Д., не совершавшего на них общественно- опасного посягательства. Виновные никогда не сообщали, что они боялись потерпевшего после изъятия у него ножа.
Не свидетельствуют об обратном, их показания о ложных намерениях защитить себя описанным способом, о которых они стали заявлять суду и органам следствия в целях уклониться за совершение особо тяжкого преступления.
Из существа их показаний, напротив, следует, что разозлившись на потерпевшего, они подвергли его нанесению множественных ударов ногами и руками, двумя бутылками, кухонным ножом, нанеся удары в жизненно важные области тела в целях причинения смерти потерпевшему, что не наступило по независящим от них обстоятельствам.
Поведение потерпевшего, махавшего ножом перед подсудимыми, с неосторожным причинением ран на руке М.К.А., суд признает противоправным, в качестве смягчающего наказание обстоятельства, так как оно явилось поводом для совершения описанного преступления.
В указанный момент, оба виновных не находились не только в состоянии необходимой обороны, но и в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), каковым не является возникшее у них по отношению к потерпевшему чувство неприязни.
Кроме того, в момент совершения описанных действий, М.К.А. и Смирновский находились в состоянии алкогольного опьянения, что повлекло изменение у них течения эмоциональных процессов и реакций, генерализации агрессивного смысла ситуации, снижение ими самоконтроля во время совершения преступления ввиду описанного поведения потерпевшего, результатом чего, стали умышленные противоправные действия, совершенные виновными, действовавшими группой лиц, по умышленному причинению смерти потерпевшему.
Описанные действия обоих подсудимых на причинение смерти Д.И.Д., носили умышленный и целенаправленный характер, с учетом способа нанесения ему телесных повреждений, приискания и использования орудий преступления (2 стеклянные бутылки, кухонный нож), интенсивность, локализация и сила множественных нанесенных ударов ногами и руками, в том числе в область расположения жизненно важных органов, голову, с тупой травмой головы, с переломами левой глазницы, со смещением отломков в полость черепа, переломом костей носа со смещением отломков, ушибом мягких тканей лба, с распространением на теменные, височные, скуловые и окологлазничные области, причинение, в том числе ножевого ранения, повлекшего тяжкий вред здоровью, продолжение преступных действий и после того, когда потерпевший находился в бессознательном состоянии, все это свидетельствует о наличии у М.К.А. и Смирновского прямого умысла на лишение жизни потерпевшего, что не наступило по независящим от них обстоятельствам.
На основе вышеприведенных доказательств, учитывая характер применения М.К.А. и Смирновским вышеописанного физического насилия к потерпевшему Д.И.Д., количество и локализацию причиненных ему в жизненно - важные органы человека описанных телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, и средней тяжести вред здоровью, они реализовывали единый преступный умысел на совершение умышленного причинения смерти потерпевшего, не доведенного до конца по независящим от них обстоятельствам.
Потерпевший Д.И.Д., водворенный подсудимыми в лифт с описанными телесными повреждениями, представляющими опасность для его жизни и здоровья, был обнаружен его знакомой К.Т.Н., являвшейся очевидцем описанных действий, с последующим его извлечением ею из лифта, вызовом врачей и своевременно – оказанной медицинской помощью, не наступила смерть потерпевшего, в связи с чем, М.К.А. и Смирновский не довели до конца свой совместный и преступный умысел на причинение смерти Д.И.Д. по независящим от них обстоятельствам.
М.К.А. и Смирновский К.С. совершили преступление, предусмотренное ч 3 ст. 30, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, покушение на убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, потерпевшему Д.И.Д., совершенное группой лиц, при этом, данное преступление было доведено до конца, по независящим от них обстоятельствам.
Следственно-судебные показания М.К.А. и Смирновского об их намерениях оказать медицинскую помощь Д.И.Д. после совершения ими вышеописанных действий по преступному посягательству на его жизнь, покушению на убийство, суд расценивает, как не влияющие на правовую оценку их описанных преступных действий, которые уже были ими совершенны и выполнены, составляя объективную стороны этого преступления.
С учетом вышеизложенного, суд признает несостоятельными все вышеизложенные доводы и утверждения подсудимых М.К.А. и Смирновского об отсутствии в их действиях состава вышеописанного преступления.
Согласно ч. 1, ч. 3 ст. 60 УК РФ, признавая каждого из подсудимых виновными в совершении описанного преступления, суд назначает им индивидуальное наказание, в пределах санкции совершенного преступления, определяя такой вид наказания, который будет обеспечивать достижение целей наказания, учитывая при этом характер и степень общественной опасности преступления, данные, характеризующие личность каждого из подсудимых, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание виновных, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.
Более строгий вид наказания из числа, предусмотренных за совершенные преступления, назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение указанных целей наказания.
М.К.А. в возрасте ... лет, будучи не судимым, совершил особо тяжкое преступление, что свидетельствует о повышенной общественной опасности, как совершенного преступления, так и личности виновного.
Он проживает по указанному адресу с супругой, находящейся в состоянии беременности, и малолетним ребенком, работает без договора в сфере ....
С места жительства, с отдела полиции подсудимый М.К.А. характеризуется положительно.
Согласно п.п. «г», «з», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание М.К.А. обстоятельствами, суд признает: наличие малолетнего ребенка, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, а так же написание явки с повинной в части применения ножа при совершении описанного преступления.
В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, смягчающими наказание обстоятельствами в отношении М.К.А. суд признает: раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, частичную добровольную компенсацию морального вреда потерпевшему в размере 500 000 рублей, беременность супруги, состояние здоровья виновного.
Смирновский К.С. в возрасте ... лет, будучи не судимым, совершил особо тяжкое преступление, что свидетельствует о повышенной общественной опасности, как совершенного преступления, так и личности виновного.
Он проживает по указанному адресу с сожительницей и малолетним ребенком-инвалидом, работает без договора ....
С места жительства, с отдела полиции подсудимый Смирновский К.С. характеризуется положительно.
Согласно п.п. «г», «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание Смирновскому К.С. обстоятельствами, суд признает: наличие малолетнего ребенка, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.
В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, смягчающими наказание обстоятельствами в отношении Смирновского К.С. суд признает: принесение извинений потерпевшему, состояние здоровья виновного и его ребенка-инвалида.
В соответствии с ч.1.1 ст. 63 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, совершенного М.К.А. и Смирновским К.С., обстоятельства его совершения, суд признает отягчающим их наказание обстоятельством: совершение этого преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.
Суд исходит из того, что М.К.А. и Смирновский К.С. совершили преступление, будучи в алкогольном опьянении, что указано в фабуле обвинения, в которое они привели себя сами путем употребления спиртного, что сняло внутренний контроль за их поведением, вызвав агрессию к малознакомому потерпевшему, что привело к совершению покушения на его убийство.
В силу наличия обстоятельства, отягчающего наказание виновным, суд не находит правовых оснований для изменения категории совершенного ими преступления на менее тяжкую категорию на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ, п. 6.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, что так же исключает возможность назначения наказания с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного М.К.А. и Смирновским К.С. преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений, данные о личности виновных, и в целях восстановления социальной справедливости, суд приходит к выводу, что исправление и перевоспитание каждого из подсудимых может быть достигнуто только в условиях изоляции от общества, путем назначения каждому из них наказания в виде лишения свободы, с реальным отбытием этого наказания.
Суд полагает, что менее строгий вид наказания, не сможет обеспечить выполнение целей наказания и исправления подсудимых, без наличия оснований назначать им наказание с применением ст. 73 УК РФ.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивом совершенного преступления, поведением подсудимых во время и после совершения преступления, иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и дающих основание для применения правил ст. 64 УК РФ при назначении наказания, суд не усматривает.
При этом суд назначает каждому из виновных и дополнительное наказание в виде ограничения свободы, являющееся обязательным к назначению, предусмотренное санкцией совершенного преступления, с целью осуществления контроля за их поведением в обществе, после освобождения из мест лишения свободы.
Ограничение свободы, назначенное осужденным в качестве дополнительного наказания, подлежит самостоятельному исполнению, после отбытия ими лишения свободы.
В силу совершения неоконченного преступления, наказание каждому из подсудимых назначается с учетом ч. 3 ст. 66 УК РФ, о сроке и размере наказания, не превышающем трех четвертей максимального срока, за совершенное преступление
В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывание наказания в виде лишения свободы, назначается М.К.А. и Смирновскому К.С., осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, в исправительной колонии строгого режима.
С учетом п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть осужденным М.К.А. и Смирновскому К.С. в срок лишения свободы время их содержания под стражей с 19 июня 2026 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Разрешая исковое заявление потерпевшего Д.И.Д. о взыскании в солидарном порядке с М.К.А. и Смирновского К.С. денежной компенсации за моральный вред в сумме 1 000 000 рублей в связи с нравственными и физическими страданиями, суд, руководствуясь ст. 151 ГК РФ, частично удовлетворяет данный иск.
По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда. Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда, иные заслуживающие внимание обстоятельства.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда, привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага, и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения, и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания, либо сгладить их остроту.
Суд находит установленным факт причинения потерпевшему Д.И.Д. нравственных страданий вследствие совершения обоими подсудимыми покушения на его убийство.
Учитывая степень этих нравственных страданий, причиненных потерпевшему, принимая во внимание установленный факт противоправного поведения потерпевшего, степень вины подсудимых, их трудоспособный возраст, материальное положение, а так же учитывая требования разумности и справедливости, суд взыскивает с виновных в солидарном порядке в пользу Д.И.Д. компенсацию морального вреда в сумме 800 000 рублей, с учетом частичного возмещения М.К.А. морального вреда в сумме 500 000 рублей.
Помимо это, суд удовлетворяет исковые требования потерпевшего Д.И.Д. о взыскании с подсудимых М.К.А. и Смирновского К.С. солидарно затрат на лечение в сумме 15 451 рубль, подтвержденных документально.
Разрешая исковые требования потерпевшего Д.И.Д., предъявленные к подсудимым М.К.А. и Смирновскому К.С. о взыскании судебных расходов об оплате услуг представителя ФИО21 в сумме 50 000 рублей, суд оставляет иск потерпевшего в данной части без рассмотрения, поскольку, исходя из ч. 3 ст. 42 УПК РФ, расходы на представителя не относятся к предмету гражданского иска, разрешаются в соответствии с положениями ст. 131 УПК РФ о процессуальных издержках с вынесением соответствующего постановления.
Вещественные доказательства, указанные в справке к обвинительному заключению, после вступления приговора в законную силу, разрешить в соответствии со ст. 81-82 УПК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 296-300 УПК, ст.307-310 УПК РФ, приговорил:
Признать М.К.А. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет, с ограничением свободы сроком на 1 год с установлением нижеперечисленных ограничений, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
На основании ст. 53 УК РФ установить осужденному М.К.А. ограничения:
- не изменять места жительства или пребывания без уведомления и согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы;
- не выезжать в течение установленного срока за пределы территории соответствующего муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
Возложить на осужденного М.К.А. обязанность: являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.
Ограничение свободы, назначенное осужденному М.К.А. в качестве дополнительного наказания, подлежит самостоятельному исполнению, после отбытия им лишения свободы.
Срок к отбытию наказания в виде лишения свободы, осужденному М.К.А. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть осужденному М.К.А. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с 19 июня 2026 года до дня вступления приговора суда в законную силу, исходя из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Меру пресечения осужденному М.К.А. в виде запрета определенных действий отменить, избрав ему меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, а после - отменить
Осужденного М.К.А. взять под стражу в зале суда немедленно.
Признать Смирновского К,С. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет, с ограничением свободы сроком на 1 год с установлением нижеперечисленных ограничений, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
На основании ст. 53 УК РФ установить осужденному Смирновскому К.С. ограничения:
- не изменять места жительства или пребывания без уведомления и согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы;
- не выезжать в течение установленного срока за пределы территории соответствующего муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
Возложить на осужденного Смирновского К.С. обязанность: являться один раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.
Ограничение свободы, назначенное осужденному Смирновскому К.С. в качестве дополнительного наказания, подлежит самостоятельному исполнению, после отбытия им лишения свободы.
Срок к отбытию наказания в виде лишения свободы, осужденному Смирновскому К.А. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть осужденному Смирновскому К.С. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с 19 июня 2026 года до дня вступления приговора суда в законную силу, исходя из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Меру пресечения осужденному Смирновскому К.С. в виде запрета определенных действий отменить, избрав ему меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, а после - отменить
Осужденного Смирновского К.С. взять под стражу в зале суда немедленно.
Удовлетворить частично исковое заявление потерпевшего Д.И.Д. о взыскании с М.К.А. и Смирновского К.С. солидарно компенсации морального вреда, в виде денежной компенсации.
На основании ст. 151 ГК РФ, взыскать с осужденных М.К.А. и Смирновского К.С. солидарно в пользу потерпевшего Д.И.Д. компенсацию морального вреда в сумме 300 000 (триста тысяч) рублей и денежные затраты, связанные с расходами на лечение в сумме 15 451 (пятнадцать тысяч четыреста пятьдесят один) рубль.
Исковые требования потерпевшего Д.И.Д. о взыскании судебных расходов об оплате услуг представителя Завязкиной Е.Ю. в сумме 50 000 рублей, оставить без рассмотрения.
Вещественные доказательства, после вступления приговора в законную силу:
- нож, как орудие преступления, мужскую рубашку черного цвета, принадлежащую потерпевшему Д.И.Д. – уничтожить;
- три следа пальцев рук, оптический CD диск с 2 видеозаписями от 02.01.2026 года – хранить при уголовном деле.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд в течение 15 суток со дня его вынесения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, путем подачи апелляционной жалобы или представления через Железнодорожный районный суд г. Читы.
В случае обжалования приговора сторонами, осужденные вправе ходатайствовать о своем личном участии в суде апелляционной инстанции, о чем необходимо направить в суд в тот же срок письменное ходатайство.
Осужденные вправе пользоваться в суде апелляции помощью защитника по назначению либо по соглашению, вправе отказаться от помощи защитника.
В течение 3 суток со дня провозглашения приговора, осужденные вправе обратиться с заявлением об ознакомлении с протоколом и аудиозаписью судебного заседания, а ознакомившись с ними, в течение 3 суток подать на них замечания и вправе дополнительно ознакомиться с материалами уголовного дела.
Председательствующий по делу: судья И.Н. Рабозель
Постановлением Забайкальского краевого суда от 16.09.2026 года производство в суде апелляционной инстанции по рассмотрению уголовного дела в отношении М.К.А. приостановлено.
Апелляционным определением Забайкальского краевого суда от 28 сентября 2026 года приговор Железнодорожного районного суда г. Читы от 19 июня 2026 года в отношении Смирновского К.С. в части не разрешения вопроса о последующем взыскании процессуальных издержек, связанных с расходами потерпевшим Д.И.Д. на представителя с осужденного в доход государства, передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке ст. ст. 397, 399 УПК РФ.
Указание суда об оставлении без рассмотрения исковых требований потерпевшего Д.И.Д. о взыскании судебных расходов об оплате услуг представителя Завязкиной Е.Ю. подлежат исключению из приговора.
Этот же приговор в части разрешения гражданского иска потерпевшего Д.И.Д. о взыскании морального вреда солидарно изменен. Определен вместо солидарного долевой порядок взыскания компенсации морального вреда, взыскать в пользу Д.И.Д. со Смирновского К.С. – 300 000 рублей.