РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Кронштадтский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Шумило М.С., при секретаре Пчелинцевой Е.А., с участием представителя истца адвоката Царькова Д.В., представителя ответчика Шибаловского Р.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Окунева Михаила Михайловича к Козыре Дмитрию Анатольевичу о взыскании задатка,
УСТАНОВИЛ:
Окунев М.М. обратился в суд с иском к Козыре Д.А. о взыскании задатка.
В обоснование заявленных требований истец указал, что 3 сентября 2024 года между ним и ответчиком заключено соглашение о задатке №1/2024, согласно которому истцом обеспечено задатком в размере 1 000 000 рублей намерение покупки квартиры по адресу: <адрес> принадлежащей ответчику на момент заключения соглашения на праве собственности; цена приобретаемой квартиры составила 7 000 000 рублей; при заключении основного договора купли-продажи сумма задатка подлежала зачёту в счёт покупной цены.
Кроме того, в указанном договоре стороны согласовали, что не позднее 15 сентября 2025 года между ними должен быть заключён основной договор купли-продажи квартиры по вышеуказанному адресу.
Однако, истцу, из текста извещения от 15 августа 2025 года, направленного ответчиком, стало известно, что после заключения соглашения о задатке от 3 сентября 2024 года и оплаты суммы задатка, квартира по вышеуказанному адресу стала принадлежать на праве общей долевой собственности также Козыра Т.С., Козыра Е.Д., Козыра А.Д., что уже само по себе стало являться нарушением условий соглашения о задатке.
Ответчик в своих рассуждениях стал указывать на недействительность соглашения о задатке, ссылаясь именно на изменение титульного состава владельца квартиры, и отсутствие согласия супруги на заключение соглашения о задатке, а также изменения экономических условий на рынке недвижимости.
Своим противоречивым поведением ответчик с одной стороны показывает готовность продать квартиру и признаёт действительность задатка, с другой – отрицает действительность заключённого соглашения о задатке. Гражданское право такое поведение квалифицирует как злоупотребление правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Кроме того, одним из свойств юридической функции задатка как способа обеспечения обязательств, является фиксирование договорённостей сторон, в том числе и цены как существенного условия договора купли-продажи, поэтому истец отклонил предложение изменить условия договора из-за одностороннего увеличения цены.
Несмотря на такие обстоятельства, истец сообщил о сохранении своего интереса купить квартиру по вышеуказанному адресу на ранее согласованных условиях до 15 сентября 2025 года для чего им совершены все необходимые приготовления.
Истец в ответе на извещение от 27 августа 2025 года предложил ответчику обеспечить получение согласия на сделку от других собственников, согласие уполномоченного органа в сфере опеки и попечительства на отчуждение квартиры, соблюсти другие необходимые формальности и явиться к нотариусу для совершения сделки.
Договор купли-продажи квартиры не был заключён в установленный срок, ответчик отказался от его заключения, вернув на расчётный счёт истца сумму в размере 1 000 000 рублей.
Вместе с тем, согласно пункту 4 статьи 380 Гражданского кодекса Российской Федерации, по соглашению сторон задатком можно обеспечить исполнение обязательства заключить основной договор на условиях, предусмотренных предварительным договором.
Если за неисполнение обязательства ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка (пункт 2 статьи 381 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Договор купли-продажи квартиры, для обеспечения заключения которого истец перечислил задаток, не был заключён по вине ответчика. Следовательно, ответчик должен вернуть задаток в двойном размере, то есть в размере 2 000 000 рублей.
Истец, в том же вышеприведённом ответе, в котором сообщил о готовности заключить договор купли-продажи квартиры, предложил ответчику вернуть двойную сумму задатка в размере 2 000 000 рублей в случае отказа ответчика, что и является по своей сути досудебной претензией.
Ответчик требование истца удовлетворил частично, не доплатив 1 000 000 рублей.
С даты наступления события, которое должно было наступить (15 сентября 2025 года – согласованная дата заключения основного договора) и невозврата задолженности на сумму не оплаты вплоть до её возврата начисляются проценты за пользование чужими денежными средствами в размере, определяемом в соответствии со статьёй 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении заявленных требований в полном объёме, Окунев М.М. просил взыскать с Козыры Д.А. сумму задатка в размере 1 000 0000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16 августа 2025 года по 15 декабря 2025 года в размере 59 958 рублей 90 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 25 569 рублей 59 копеек.
Стороны, надлежащим образом извещённые о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явились, доверили представлять свои интересы представителям.
Представитель истца – адвокат Царьков Д.В., действующий на основании доверенности и ордера, в суд явился, иск поддержал, настаивал на его удовлетворении в полном объёме.
Представитель ответчика – Шибаловский Р.В., действующий на основании доверенности, в суд явился, иск не признал, возражал против его удовлетворения, поддержал ранее представленные в материалы дела письменные возражения, в которых ответчик указал, что считает заявленные требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 27 ноября 2013 года Козыра Д.А. приобрёл по договору купли-продажи квартиру по адресу: <адрес>. Квартира по указанному адресу приобретена ответчиком в период его брака с Козыра Т.С. на средства целевого жилищного займа по программе накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих, кредитных средств, собственных денег. 3 сентября 2024 года между сторонами составлено соглашение о задатке, предметом которого является намерение ответчика заключить с истцом в период до 15 сентября 2024 года договор купли-продажи квартиры по вышеуказанному адресу. В счёт предстоящей сделки ответчик получил от истца денежные средства в размере 1 000 000 рублей. Ответчик произвёл все необходимые приготовления для осуществления своего намерения передать квартиру в собственность истца, в связи с чем, поскольку ипотечный кредит был не до конца выплачен кредитной организации, и за квартирой оставалось зарегистрированное обременение в виде ипотеки в силу закона, ответчик выплатил кредит и снял обременение в органах Росреестра.
Для законного проведения планируемой сделки с квартирой, в которой собственниками являются несовершеннолетние дети, 25 июля 2025 года было получено Постановление №77 местной администрации города Кронштадта о предварительном разрешении на проведение сделки. В дальнейшем выяснилось, что планируемая сделка купли-продажи квартиры в рамках предварительных условий не отвечает экономическим интересам ответчика, поскольку стоимость квартиры за период действия соглашения о задатке значительно выросла в цене на 1 500 000 рублей, что подтверждается отчётом о проведённой оценке. Ответчик сообщил истцу о существенном изменении обстоятельств, препятствующих заключению сделки на прежних условиях. Не достигнув понимания в необходимости урегулирования предварительных договорённостей, ответчик 30 августа 2025 года вернул истцу полученные денежные средства в полном размере. Таким образом, предварительная договорённость утратила силу, и обязательства, возникшие из соглашения о задатке, прекратились на основании пункта 6 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, переданная ответчику сумма является авансом, правовых оснований для взыскания с ответчика полученной им суммы в двойном размере по правилам пункта 2 статьи 381 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. Из содержания соглашения о задатке усматривается, что стоимость квартиры по основному договору устанавливается в размере 7 000 000 рублей. В силу пунктов 1.5, 1.6 соглашения покупатель уплачивает продавцу задаток в размере 1 000 000 рублей в счёт денежного обязательства покупателя уплатить продавцу 7 000 000 рублей по основному договору. Из данной формулировки не очевидно, какая часть суммы является окончательной стоимостью, в каком размере и каким способом будет уплачена основная сумма и входит ли выплаченный задаток в стоимость квартиры.
Также в спорном соглашении о задатке отсутствуют сведения о правоустанавливающих документах продавца на отчуждаемый объект недвижимости. Кроме того, на момент заключения соглашения о задатке ответчик являлся не единственным собственником указанной квартиры, и не было получено согласие на сделку от супруги ответчика. Заключённое сторонами соглашение о задатке при купле-продаже квартиры содержит только условия, позволяющие установить предмет основного договора купли-продажи, который стороны планировали заключить в будущем, и его стоимость, однако данное соглашение не содержит других существенных условий, таких как способ взаиморасчётов между сторонами, сроки и порядок полной оплаты приобретаемого недвижимого имущества, порядок передачи квартиры покупателю, в связи с чем, заключённое между сторонами соглашение подтверждает лишь факт передачи денежной суммы, которую, согласно пункту 3 статьи 380 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует рассматривать в качестве аванса, а не задатка. Поскольку сторонами соглашения о задатке не согласованы условия основного договора, а также не заключался ни предварительный, ни основной договор купли-продажи недвижимого имущества, то переданная по соглашению о задатке от 3 сентября 2024 года сумма является не задатком, а авансом, который подлежит возврату независимо от того, по чьей вине не был заключён основной договор. Аванс в отличие от задатка является видом платежа, который передаётся потенциальным покупателем продавцу в счёт предстоящей оплаты по договору. Аванс имеет исключительно платёжную функцию и не является способом обеспечения обязательств. В этой связи в ситуации, когда договор так и не будет заключён (исполнен), такой платёж (аванс) подлежит возврату покупателю. Возврат аванса не ставится в зависимость от того, по чьей вине сорвалась сделка. При таких обстоятельствах, с учётом того, что стороны не начали исполнять обязательства по договору купли-продажи недвижимого имущества, предварительная договорённость утратила силу, как и взаимный интерес к сделке, поэтому в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации обязательства, вытекающие из сделки купли-продажи недвижимого имущества, не возникли. Исходя из содержания статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, предметом предварительного договора является лишь обязательство сторон по заключению в будущем договора, а не обязательство по передаче имущества, выполнению работ или оказанию услуг.
Правовая позиция предварительных договорённостей с точки зрения их самостоятельного значения не предполагает возникновения обязательственных отношений имущественного характера, вытекающих из будущего договора. Задатком признаётся денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон, в счёт причитающихся с неё по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения. При этом, в случае сомнения в отношении того, является ли сумма, уплаченная в счёт причитающихся со стороны по договору платежей, задатком, эта сумма считается уплаченной в качестве аванса, если не доказано иное (статья 380 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, закон признаёт задатком денежную сумму, уплаченную в доказательство заключения договора, то есть договор задатка заключается вместе с основным договором, в соответствии с которым у продавца и покупателя возникают определённые договором обязанности, в связи с чем положения статьи 380 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть применены к обязательствам, вытекающим из предварительного договора. Поскольку исковые требования о взыскании задатка в размере 1 000 000 рублей являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению, то не имеется оснований и для удовлетворения акцессорного требования о взыскании процентов в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.
На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие истца и ответчика.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.
Из материалов дела следует, что 3 сентября 2024 года между Окуневым М.М. и Козырой Д.А. заключено соглашение о задатке №1/202, в соответствии с пунктом 1.1 которого оно составлено в обеспечение будущего обязательства покупателя заключить основной договор, задаток, передаваемый по настоящему соглашению, выплачивается в счёт денежного обязательства покупателя по основному договору. Настоящее соглашение свидетельствует о намерении сторон заключить договор в будущем.
В соответствии с пунктом 1.2 соглашения оно заключается в обеспечение купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>
Стороны договорились, что крайний срок заключения основного договора – 15 сентября 2025 года (пункт 1.3).
Покупатель уплачивает задаток до 15 сентября 2024 года (включительно) (пункт 1.4).
В соответствии с настоящим соглашением покупатель уплачивает продавцу задаток на сумму 1 000 000 рублей (пункт 1.5).
Согласно пункту 1.6 соглашения, задаток по настоящему соглашению уплачивается в счёт денежного обязательства покупателя уплатить продавцу 7 000 000 рублей по основному договору. Стороны договорились, что указанная сумма не изменится.
В соответствии с пунктом 1.7 соглашения в случае, если в момент заключения основного договора продавец изменяет указанную сумму в сторону увеличения, покупатель имеет право потребовать возврат задатка в двойном размере.
Покупатель передаёт продавцу сумму задатка посредством перечисления денежных средств на расчётный счёт продавца.
3 сентября 2024 года истец перевёл на счёт ответчика денежные средства в размере 1 000 000 рублей, что подтверждается соответствующей квитанцией №1-17-717-165-679, и не оспаривается Козырой Д.А.
Как указывалось ранее, обращаясь с настоящим иском, Окунев М.М. указал, что в установленный соглашением о задатке срок договор купли-продажи квартиры заключён сторонами не был, поскольку ответчик стал указывать на недействительность соглашения о задатке, ссылаясь на изменение титульного состава владельца квартиры, отсутствие согласия супруги на заключение соглашения о задатке, а также изменение экономических условий на рынке недвижимости. Истец сообщил о сохранении своего интереса купить квартиру по вышеуказанному адресу на ранее согласованных условиях до 15 сентября 2025 года, предложив ответчику обеспечить получение согласия на сделку от других собственников, согласие уполномоченного органа в сфере опеки и попечительства на отчуждение квартиры, соблюсти другие необходимые формальности и явиться к нотариусу для совершения сделки. Однако договор купли-продажи квартиры не был заключён в установленный срок, ответчик отказался от его заключения, вернув на расчётный счёт истца сумму в размере 1 000 000 рублей.
Возражая против удовлетворения заявленных требований, Козыра Д.А. указал на то, что планируемая сделка купли-продажи квартиры в рамках предварительных условий не отвечала его экономическим интересам, поскольку стоимость квартиры за период действия соглашения о задатке значительно выросла в цене – на 1 500 000 рублей, а также на то, что уплаченная истцом по соглашению о задатке сумма в размере 1 000 000 рублей является не задатком, а авансом, ввиду чего требования о её возврате в двойном размере не обосновано.
Разрешая по существу заявленные Окуневым М.М. требования, суд приходит к выводу об их удовлетворении по следующим основаниям.
Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.
В силу статьи 380 Гражданского кодекса Российской Федерации задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.
Соглашение о задатке независимо от суммы задатка должно быть совершено в письменной форме.
В случае сомнения в отношении того, является ли сумма, уплаченная в счет причитающихся со стороны по договору платежей, задатком, в частности вследствие несоблюдения правила, установленного пунктом 2 настоящей статьи, эта сумма считается уплаченной в качестве аванса, если не доказано иное.
Если иное не установлено законом, по соглашению сторон задатком может быть обеспечено исполнение обязательства по заключению основного договора на условиях, предусмотренных предварительным договором (статья 429).
В соответствии с положениями статьи 381 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения (статья 416) задаток должен быть возвращен.
Если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.
Сверх того, сторона, ответственная за неисполнение договора, обязана возместить другой стороне убытки с зачетом суммы задатка, если в договоре не предусмотрено иное.
Статьёй 431 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Анализируя условия представленного в материалы дела соглашения о задатке, вопреки доводам Козыры Д.А., у суда отсутствуют сомнения в том, что уплаченная Окуневым М.М. ответчику сумма в размере 1 000 000 рублей является задатком.
Заключённое сторонами соглашение о задатке содержит в себе намерение обеих сторон заключить договор купли-продажи определённой квартиры по оговорённой цене, что и является главной целью заключения такого соглашения.
Из материалов дела следует, что ответчик направил в адрес истца извещение от 15 августа 2025 года об изменении условий вышеуказанного соглашения о задатке от 3 сентября 2024 года, из содержания которого следует, что в связи с изменившимся имущественным статусом квартиры и произошедшими инфляционными процессами в экономической сфере условия данного соглашения о задатке подлежат изменению, поскольку члены семьи ответчика не давали обязательств о будущей продаже своих долей, а с момента заключения соглашения о задатке истекло 12 месяцев, в экономике страны произошли инфляционные процессы, которые напрямую затронули рынок жилой недвижимости, на данный момент рыночная стоимость квартиры составляет 8 580 000 рублей, что является значительным, и отчуждение квартиры на условиях цены соглашения о задатке утрачивает для ответчика всякий экономический смысл, поскольку нарушает баланс интересов покупателя и продавца, и сделка на прежних условиях о стоимости квартиры приведёт продавца к невыгодным последствиям в связи с утратой экономической выгоды. Принимая во внимание существенно изменившиеся обстоятельства в отношении договорённостей сторон, ответчик предложил истцу внести изменения в соглашение о задатке от 3 сентября 2024 года, в том числе изменив стоимость квартиры на 8 000 000 рублей. В случае несогласия покупателя приобрести квартиру за 8 000 000 рублей, ответчик предложил истцу расторгнуть отношения сторон о предстоящей сделке купли-продажи квартиры мирным путём, обязуясь незамедлительно перечислить на счёт истца полученный задаток в размере 1 000 000 рублей.
В своём ответе на указанное уведомление от 15 августа 2025 года истец сообщил о своём намерении заключить основной договор купли-продажи квартиры по вышеуказанному адресу на ранее согласованных условиях, предложив обеспечить получение согласия на сделку от других собственников, согласие уполномоченного органа в сфере опеки и попечительства на отчуждение квартиры. В случае отказа от заключения договора истец просил ответчика незамедлительно вернуть сумму задатка в двойном размере.
30 августа 2025 года Козыра Д.А. осуществил Окуневу М.М. возврат задатка по соглашению от 3 сентября 2024 года в размере 1 000 000 рублей, что подтверждается соответствующей квитанцией №1-113-088-262-760.
Вместе с тем, буквальное толкование слов и выражений направленного ответчиком в адрес истца уведомления от 15 августа 2025 года напрямую свидетельствует о том, что за не исполнение обязательства по заключению сторонами основного договора купли-продажи квартиры по вышеуказанному адресу на согласованных в соглашении о задатке условиях о цене приобретаемой квартиры ответственна сторона Козыры Д.А., следовательно, как сторона, получившая задаток, он обязан уплатить другой стороне – истцу двойную сумму задатка.
Заключая 3 сентября 2024 года с истцом соглашение о задатке с намерением заключить договор купли-продажи в срок не позднее 15 сентября 2025 года, то есть через год, Козыра Д.А. мог и должен был, проявив должные внимательность и осмотрительность, предусмотреть возможный рост цен на недвижимость. Повышение цен на недвижимое имущество не является обстоятельством непреодолимой силы, ввиду чего подлежат отклонению соответствующие доводы ответчика.
Руководствуясь вышеизложенными нормами права, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований, поскольку представленный договор задатка содержит все существенные условия договора, который стороны намерены в будущем заключить.
Возвращая уплаченные истцом при заключении соглашения от 3 сентября 2024 года денежные средства в размере 1 000 000 рублей, Козыра Д.А. самостоятельно признавал, что данные денежные средства являются именно задатком, что напрямую следует из указанного им самим в представленной квитанции основания для перечисления Окуневу М.М. денежных средств.
Более того, соглашение о задатке прямо предусматривает обязательство ответчика возвратить задаток в двойном размере в случае, если продавец изменяет указанную сумму в сторону увеличения (пункт 1.7 соглашения).
В связи с изложенным, суд считает возможным взыскать с Козыры Д.А. в пользу Окунева М.М. сумму задатка в размере 1 000 000 рублей, то есть за вычетом из подлежавшей возврату суммы задатка в двойном размере (2 000 000 рублей) возвращённой истцу суммы в 1 000 000 рублей.
Доводы представителя ответчика о том, что основанием для расторжения соглашения явилось затягивание истцом оформления основного договора купли-продажи, поскольку у истца отсутствовали денежные средства для приобретения объекта недвижимости, и из его поведения и фактических обстоятельств было очевидно, что он не намерен заключать договор в установленный соглашением срок, суд оценивает критически.
В материалах дела отсутствуют доказательства, которые бы свидетельствовали о недобросовестном поведении истца, нарушении им условий соглашения, отказ от намерения по заключения основного договора купли-продажи. Напротив, собранными по делу доказательствами подтверждается отказ ответчика от заключения договора на условиях изложенных в соглашении, в связи с увеличением стоимости жилого помещения.
В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 65 названного Постановления, по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работы).
Руководствуясь приведённой нормой права и разъяснениями, а также требованиями части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению требования Окунева М.М. о взыскании с Козыры Д.А. процентов за пользование денежными средствами за период с 16 августа 2025 года по 15 декабря 2025 года в размере 56 958 рублей 90 копеек.
Кроме того, на основании статей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат расходы последнего по уплате государственной пошлины в размере 25 569 рублей 59 копеек.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Окунева Михаила Михайловича удовлетворить.
Взыскать с Козыры Дмитрия Анатольевича, <№>, в пользу Окунева Михаила Михайловича, <№>, сумму в размере 1 000 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 56 958 рублей 90 копеек, расходы по уплате государственной пошлины а размере 25 569 рублей 59 копеек, а всего 1 082 528 (один миллион восемьдесят две тысячи пятьсот двадцать восемь) рублей 49 копеек.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья М.С. Шумило
Решение изготовлено в окончательной форме 03.08.2026