РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
25 августа 2026 года г. Улан-Удэ
Советский районный суд г. Улан-Удэ в составе председательствующего судьи Цыденовой В.Г., при секретаре Халтуриной Ю.М., прокуроре Леонтьеве Л.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Дармаевой Е.Н. об установлении юридического факта воспитания ФИО1 и признании права на получение выплат в связи с гибелью военнослужащего,
УСТАНОВИЛ:
Обращаясь в суд, истец Дармаева Е.Н. просит об установлении юридического факта воспитания ФИО1 и признании права на получение выплат в связи с гибелью военнослужащего.
В обоснование заявленных требований указала, что является матерью Свидетель №3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибший ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ - ее внук и сын дочери Свидетель №3 ДД.ММ.ГГГГ дочь умерла, после смерти ФИО6 остался без материнского попечения. Постановлением Администрации Советского района г. ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ ... истец была назначена попечителем несовершеннолетнего ФИО1 и с указанного времени до совершеннолетия фактически осуществляла его воспитание, содержание и обеспечивала заботу. Полагает, что для правильной оценки обстоятельств по делу необходимо учитывать не только формальный отрезок времени до 18-летия погибшего, поскольку истец с самого рождения ФИО6, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ занималась воспитанием и заботой о ребенке, а не только с момента назначения ее опекуном. Дочь ФИО10 фактически ребенка не воспитывала, утраивала свою личную жизнь, училась, оставив сына ей. Данные обстоятельства подтверждает фотографиями, справкой со школы, справкой медицинского учреждения, свидетельскими показаниями.
Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены командир войсковой части 72162, ФКУ «78 Финансово-экономическая служба» Министерства обороны Российской Федерации, Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Бурятия, Администрация Советского района г. Улан-Удэ, ФИО2 (сын погибшего) в лице законного представителя ФИО3 (мать ребенка погибшего), Министерство социальной защиты населения РБ, РГУ «Центр социальной поддержки населения», Орган опеки и попечительства Администрации Советского района г. Улан-Удэ.
В судебном заседании истец Дармаева Е.Н., ее представитель согласно прав по устной доверенности ФИО21,требования поддержали в полном объеме, суду пояснили, что фактически истец с рождения занималась воспитанием и содержанием ребенка. Мать ФИО6 с 1998 года проходила обучение в ..., завершила его в 1999 г., в 2005 году поступила в Восточно-Сибирский государственный технологический университет и обучалась до 2007 г. В связи с чем, все заботы о внуке легли на бабушку, которая обеспечивала ему проживание, питание, приобретение вещей, воспитание и бытовое обеспечение. ФИО6 называл истца мамой. Одной пенсии Дармаевой Е.Н. не хватало на содержание ребенка, поэтому она занималась подработками. Все семейные торжества и события проходили с бабушкой, о чем свидетельствуют представленные в дело фотографии.
Представитель органа опеки и попечительства Администрации Советского района г. Улан-УдэЭрдыниева Е.В. оставила вопрос по требованиям на усмотрение суда, пояснила, что имеются сведения об оформлении опеки истцом над ФИО1 на возмездной основе. Истец приобретала одежду, вещи, продукты питания и другое, представляла в орган опеки отчет для возмещения расходов.
Представитель АО «СОГАЗ» Панькин А.С. направил в адрес суда отзыв на исковое заявление, просил отказать в удовлетворении требований, указав, что денежные средства в связи с гибелью ФИО1 выплачены сыну погибшего ФИО13 в лице представителя ФИО3 в полном объеме.
Представитель ОСФР по РБ Ивашинникова Н.Л. исковые требования просила оставить без удовлетворения, указав, что под фактическими воспитателями следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств. При отсутствии у несовершеннолетнего материальной поддержки от других лиц или других источников, то есть доходы и имущество фактического воспитателя должны являться единственным источником средств существования будущего военнослужащего и действия по воспитанию и содержанию должны быть совершены указанными лицами в течение не менее 5 лет.
Представителем Министерства обороны РФ Ивановым Л.М. принесены возражения по иску, просили в удовлетворении требований отказать, поскольку в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), которые получают денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств.
Представитель военного комиссариата Железнодорожного и Советского районов г. Улан-Удэ РБ Васильева Ю.Н. просила отказать в удовлетворении требований в полном объеме, указала, что в материалы дела не представлены сведения, подтверждающие доводы истца, а именно осуществления фактического воспитания и содержания Дармаевой Е.Н. ФИО1 Заявитель была назначена опекуном, когда погибшему исполнилось 15 лет.
Иные участвующие в деле лица не явились, уведомлены надлежаще, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке. Дело рассмотрено судом по правилам ст. 167 ГПК РФ в отсутствие не явившихся участников судебного разбирательства.
Выслушав участников судебного разбирательства, допросив свидетелей, заключение прокурора, полагавшего об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска, исследовав материалы гражданского дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.
Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты "в", "м"), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. N 17-П, от 20 октября 2010 г. N 18-П, от 17 мая 2011 г. N 8-П, от 19 мая 2014 г. N 15-П, от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).
В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации") и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 и 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", а также единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, установленная система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.
Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).
Положениями пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации" определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - его супруга (супруг), родители (усыновители) застрахованного лица, дедушка и (или) бабушка при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей, отчим и (или) мачеха при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет, его несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях, подопечные застрахованного лица, а также лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели). Названной нормой установлено, что признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом этого пункта).
Согласно пункту 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 названной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считается лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 этой статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.
Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей" установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.
Подпунктом "а" пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 предусмотрено, что в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом "б" настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат". При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.
Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная денежная выплата, единовременное пособие, ежемесячная денежная компенсация, а также устанавливаемые органами государственной власти субъектов Российской Федерации меры дополнительной социальной помощи членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции.
Система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, в том числе обусловленных утратой членами семьи погибшего (умершего) военнослужащего возможности получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. Правом на получение мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации для членов семьи погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы военнослужащих, наделены, в частности, лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, а в случае возникновения спора о праве этого лица на меры социальной поддержки, предусмотренные для членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, такой иск подлежит рассмотрению в порядке искового производства.
В соответствии с пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся лица, осуществлявшие фактическое воспитание и содержание несовершеннолетних детей, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов).
В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" разъяснено, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.
В определенных жизненных ситуациях как родственниками несовершеннолетнего ребенка, так и лицами, не состоящими с ребенком в родстве, не назначенными в установленном законом порядке его опекунами (попечителями), могло осуществляться фактическое воспитание и содержание этого ребенка. В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребенка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счет собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания.
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на вышеназванные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, фактическим воспитателем может быть признано лицо, которое воспитывало и содержало ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, то есть юридическое значение имеет наличие совокупности обстоятельств, одновременно наличие факта воспитания и факта содержания ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.
Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ в г. ФИО4 у Свидетель №3, в графе отец – прочерк, о чем представлена в дело копия свидетельства о рождении, запись акта о рождении ... Отдела ФИО4 ... г. ФИО4.
Мать Свидетель №3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерла, о чем составлена запись акта о смерти ... Специализированного отдела по государственной регистрации смерти г. Улан-Удэ Управления ЗАГС республики Бурятия.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 погиб при исполнении обязанностей военной службы по контракту в ходе "данные изъяты" что подтверждается представленными в дело справкой о смерти, а также справкой об обстоятельствах наступления страхового случая от ДД.ММ.ГГГГ
Основанием для обращения в суд истец указывает на необходимость в получении выплат по случаю гибели военнослужащего и льгот, предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации.
В подтверждение заявленных доводов истец в материалы дела представила характеристику на ФИО1 из МАОУ «СОШ ... г. Улан-Удэ», из которой следует, что обучался с 2005 по 2014 гг. с 1 по 9 класс. ФИО6 воспитывался в неполной семье, мать умерла в 2013 г., опеку оформила бабушка, которая занималась воспитанием и содержанием сына, посещала родительские собрания. Также суду представлена копия зачетной книжки и диплома умершей ФИО10 о том, что в период в 2005 году обучалась в Восточно-Сибирском государственном технологическом университете, а также в Тункинском профессионально – техническом училище ... по специальности ... в 1999 году.
По сведениям отдела по вопросам миграции отдела полиции ... УМВД России по г. Улан-Удэ, а также Управления информатизации и информационных ресурсов Администрации г. Улан-Удэ ФИО1 (с ДД.ММ.ГГГГ по дату смерти) и Дармаева Е.Н. (с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время) зарегистрированы по адресу: г. ФИО4, ...4.
Из справки ГБУЗ «Городская поликлиника ...» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 наблюдался на 32 педиатрическом участке с рождения до ДД.ММ.ГГГГ, на прием по заболеваниям и с профилактической целью обращался в сопровождении бабушки – Дармаевой Е.Н.
Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей Свидетель №9 (классный руководитель ФИО1), Свидетель №5 (соседка истца), Свидетель №6 (дочь истца), ФИО17 (друг ФИО1), Свидетель №8 (приятельница истца), Свидетель №7 (подруга ФИО1), суду пояснили, что ФИО1 с рождения воспитывала и содержала истец, они проживали в одной квартире по ... г. ФИО4, мать - ФИО10 ребенком не занималась, родительские собрания не посещала.
Оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей у суда не имеется.
Вместе с тем, постановлением Администрации Советского района г. Улан-Удэ от ДД.ММ.ГГГГ ... «Об установлении попечительства над несовершеннолетним ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.», Дармаева Е.Н. назначена попечителем несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., возложены обязанности ежегодно, в срок до 1 февраля, представлять в орган опеки и попечительства отчет в письменной форме за предыдущий год о хранении, об использовании имущества подопечного и об ФИО4 имуществом подопечного с приложением документов (копий товарных чеков, квитанций об уплате налогов, страховых сумм и других платежных документов).
Суду представлены отчеты Дармаевой Е.Н. от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ
Министерством социальной защиты населения РБ ДД.ММ.ГГГГ направлена в адрес суда информация о выплатах денежных средств истцу Дармаевой Е.Н. на подопечного ФИО1 за период с января 2014 г. по декабрь 2015 г.
Судом исследованы три тетради, представленные органом опеки Эрдыниевой Е.В., с чеками и квитанциями о расходах опекуна. Из пояснений представителя органа опеки и попечительства следует, что данные тетради приобщались ежегодно к отчету опекуна.
Также органом опеки представлены постановление комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав г. Улан-Удэ по Советскому району от ДД.ММ.ГГГГ о постановке на учет ФИО10 на профилактический учет в связи с извещением из ГБУЗ РНД о постановке на учет с диагнозом «Пагубное употребление алкоголя»; сведения о профилактической работе с погибшим.
По сведениям ИЦ МВД по РБ в отношении ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ арестован по приговору мирового судьи судебного участка № 2 Советского района г. ФИО4 РБ по ч. 1 ст. 158 УК РФ, ДД.ММ.ГГГГ прибыл для отбывания наказания в ИК-1 ..., освобожден по отбытию наказания ДД.ММ.ГГГГ
Анализируя представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований.
Федеральным законом от 24 апреля 2008 г. N 49-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "Об опеке и попечительстве" статья 145 Семейного кодекса Российской Федерации дополнена пунктом 6, в соответствии с которым устройство ребенка под опеку или попечительство допускается в соответствии с Федеральным законом "Об опеке и попечительстве" по договору об осуществлении опеки или попечительства, в том числе по договору о приемной семье, либо в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, по договору о патронатной семье (патронате, патронатном воспитании), а также дополнена пунктом 7, предусматривающим, что при устройстве ребенка под опеку или попечительство по договору об осуществлении опеки или попечительства требуется принятие акта органа опеки и попечительства о назначении опекуна или попечителя, исполняющего свои обязанности возмездно.
Дети, находящиеся под опекой (попечительством), имеют право на воспитание в семье опекуна (попечителя), заботу со стороны опекуна (попечителя), совместное с ним проживание, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 36 Гражданского кодекса Российской Федерации; обеспечение им условий для содержания, воспитания, образования, всестороннего развития и уважение их человеческого достоинства; причитающиеся им алименты, пенсии, пособия и другие социальные выплаты (абзацы первый - четвертый пункта 1 статьи 148 Семейного кодекса Российской Федерации).
Обязанности по опеке и попечительству в отношении ребенка, находящегося под опекой (попечительством), исполняются опекуном (попечителем) безвозмездно. На содержание ребенка опекуну (попечителю) ежемесячно выплачиваются денежные средства в порядке и размере, установленных Правительством Российской Федерации (пункт 5 статьи 150 Семейного кодекса Российской Федерации).
Из приведенных норм права в их системной взаимосвязи следует, что подопечные, опекуны (попечители) имеют право на предусмотренные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации меры социальной поддержки, направленные на материальное обеспечение и содержание детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе в виде выплат опекунам (попечителям) денежных средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря, ежемесячных денежных выплат (пособия) на содержание подопечных детей, установленные законами субъекта Российской Федерации, и др. Для указанной категории детей законом предусмотрено полное государственное обеспечение (предоставление детям, оставшимся без попечения родителей, на время пребывания в семье опекуна, попечителя бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости).
В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 56 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов" разъяснено, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.
В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребенка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счет собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания.
Таким образом, опекуны (попечители) законом не отнесены к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания.
В связи с чем, разрешая требования Дармаевой Е.Н. о признании фактическим воспитателем военнослужащего, суд руководствуясь приведенными нормами права, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку истец осуществляла родительские обязанности в отношении ребенка согласно распоряжению органа опеки и попечительства, получала меры социальной поддержки в виде ежемесячного пособия на ребенка, ежемесячного вознаграждения за свой труд, ежемесячных компенсационных выплат на ребенка, что исключает отнесение заявителя к фактическим воспитателям.
Вопреки доводам иска, несение приемным родителем дополнительных расходов на содержание приемного ребенка за счет собственных денежных средств на существо правоотношений, сложившихся между Дармаевой Е.Н. и ФИО1 не влияет. В настоящем случае правовое значение имеет полное обеспечение ребенка всем необходимым за счет собственных средств опекуна, при отсутствии материальной поддержки со стороны федеральных и региональных органов власти, вместе с тем, данный факт в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела своего подтверждения не нашел.
Дармаева Е.Н., являясь в период с 2013 года до совершеннолетия опекуном ФИО1, приняла на себя обязательства по оказанию услуги по воспитанию ребенка за вознаграждение, т.е. выполняла оплачиваемую работу, следовательно, не может быть отнесенак лицам, фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего.
Руководствуясь приведенным правовым регулированием, суд оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, показания свидетелей, приходит к выводу, что факт воспитания и содержания истцом Дармаевой Е.Н. в течение не менее 5 лет до совершеннолетия ФИО18 не нашел свое подтверждение в суде.
Также суд полагает необходимым отметить следующее.
В силу жизненных обстоятельств, о которых указывали истец и свидетели, в периоды обучения и по причине отсутствия своего жилья, ФИО6 воспитывался у бабушки, при этом достоверных доказательств отсутствия родственных связей с матерью в дело не представлено. Сведений о том, что погибший военнослужащий не получил должного воспитания от своей матери не имеется, объективных данных того, что мать военнослужащего при жизни не содержала сына, не занималась его воспитанием, стороной истца суду не представлено. Более того, согласно ответам на запросы суда, Свидетель №3 работала, что подтверждается сведениями, представленными с ОСФР по РБ, а также УФНС по РБ.
Доводы, что погибший поддерживал тесную связь с бабушкой, считал ее мамой, не принимаются во внимание, поскольку не порождают право истца на признание ее воспитателем военнослужащего.
Также суд учитывает, что мать к ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей не привлекалась, не ограничивалась в родительских правах, не лишалась родительских прав. Участие истца в воспитании ФИО1 как внука основано на принципах родства, а не ввиду замены ему живого родителя.
Юридическое значение для рассмотрения спора имеет наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о наличии факта воспитания и факта содержания ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, в связи с чем, ссылки на воспитание погибшего в более ранние годы и требования истца об установлении периода воспитания с рождения, поскольку этот период более полно отражает объем заботы и участия истца в жизни ребенка, не могут служить основанием для удовлетворения требований.
Доводы, что истец содержала ребенка за счет собственных средств, не свидетельствуют о выполнении обязанностей фактического воспитателя в смысле, придаваемом данному понятию законодательством о статусе военнослужащих.
Кроме того, признание фактическим воспитателем требует, помимо прочего, доказывания факта материального содержания воспитанника до его совершеннолетия, однако такие доказательства Дармаевой Е.Н. суду представлены не были.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Дармаевой Е.Н. об установлении юридического факта воспитания ФИО1 и признании права на получение выплат в связи с гибелью военнослужащего, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Советский районный суд г. Улан-Удэ.
Судья В.Г. Цыденова