РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
08 июня 2026 г. г. Северобайкальск
Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Казаковой Е.Н., при секретаре Кушавиной И.А., с участием заместителя Северобайкальского межрайонного прокурора Жамбалова Б.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференцсвязи гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
Обращаясь в суд, ФИО2 просил взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения, проценты за пользование денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> руб., взыскивать проценты за пользование чужими денежными средствами до момента фактического исполнения обязательства ответчиком, взыскать с ответчика госпошлину за подачу искового заявления в размере <данные изъяты> руб.
Требования мотивированы тем, что он – истец в результате обмана и злоупотребления доверием перевел ФИО3 денежные средства в размере <данные изъяты> руб. без законных на то оснований.
Определением суда к участию в деле привлечены Управление Федеральной налоговой службы по Республике Бурятия, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Дальневосточному федеральному округу.
В судебном заседании истец ФИО2 иск поддержал, суду пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ г. с ним связался неизвестный ему человек, предложил инвестировать денежные средства в компанию. Он согласился и по предоставленному номеру телефона перевел денежные средства в размере <данные изъяты> руб. По данному факту было возбуждено уголовное дело, в рамках которого было установлено, что денежные средства были переведены ФИО3 Никаких правоотношений у него с ФИО3 не имелось. Намерений приобретать криптовалюту у него не было.
Представитель ФИО3 по доверенности ФИО7 иск не признал, суду показал, что ФИО3 был зарегистрирован на международной криптовалютной бирже <данные изъяты> на которой осуществлял покупку, а затем продажу <данные изъяты>
В случае продажи крипотовалюты, продавец не имеет возможности верифицировать покупателя. В данном случае, ФИО3 мог видеть только <данные изъяты>. Когда поступили денежные средства в размере <данные изъяты> руб., к нему поступил скриншот о переводе средств, после чего они ( ФИО3 и ФИО9 ) зашли в банк и убедились, что деньги поступили. Затем списали <данные изъяты>
Ответчик ФИО3 судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежаще, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Суд, с учетом позиции истца, представителя ответчика, заместителя прокурора, в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ определил о рассмотрении дела в его отсутствие.
Представители Управления Федеральной налоговой службы по Республике Бурятия, Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Дальневосточному федеральному округу в судебное заседание не явились. О времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежаще. Суд определил о рассмотрении дела в их отсутствие.
Допрошенный ранее ответчик ФИО3 иск не признал, указывая, что денежные средства в размере <данные изъяты> руб. он получил за продажу <данные изъяты> Продажа цифрового доллара осуществлялась на международной криптовалютной бирже с неизвестным ему человеком, т.е. с него списали <данные изъяты> в размере <данные изъяты>, а он взамен получил от неизвестного ему человека перевод на банковскую карту денежные средства за проданную цифровую валюту. При продаже цифровой валюты на платформе <данные изъяты> он не мог знать о том, кто являлся покупателем цифровой валюты. Поскольку на указанной платформе невозможен расчет по договорам купли-продажи в российских рублях, продажа и покупка осуществляется путем передачи номеров телефонов и других сведений между покупателем и продавцом для перевода денежных средств через российские банки. При поступлении денежных средств на банковский счет он сообщает об этом покупателю. Из запрошенных судом документов видно, что он со своего аккаунта с <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> осуществил продажу <данные изъяты> за <данные изъяты> руб. Ордер по операции №. Покупателем цифрового доллара являлся некто с <данные изъяты>. Когда он выставил цифровой доллар на продажу, некто с <данные изъяты> решил приобрести валюту. Из личной переписки видно, кто был покупателем и кто продавцом. В личной переписке он передал сообщение с номером телефона для перевода денежных средств. Через некоторое время денежные средства поступили на его счет, о чем он указал на бирже, после чего сделка совершилась. Считает себя добросовестным приобретателем денежных средств. ФИО2 он не знал и с ним никогда не созванивался.
Просил отказать в удовлетворении исковых требований.
Суд, изучив материалы дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению, считает требования ФИО2 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого Кодекса.
В соответствии со статьей 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку иное не установлено этим кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.
Согласно пункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).
Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.
Из положений пунктом 3 и 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В силу абз. 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 159 УК РФ по факту обнаружения признаков преступления. Было установлено, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ неустановленное следствием лицо, в неустановленном месте путем обмана похитило денежные средства ФИО2, причинив потерпевшему крупный ущерб в размере <данные изъяты> руб.
Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан потерпевшим.
Производство по делу было приостановлено за неустановлением лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности.
Также установлено, что ФИО2 перевел денежные средства ФИО3 в размере <данные изъяты> руб. ДД.ММ.ГГГГ по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ АО «Райффайзенбанк» по номеру телефона.
В рамках рассмотрения дела судом направлен запрос <данные изъяты> на адрес электронной почты <данные изъяты> из которого следует, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован на централизованной <данные изъяты>, расположенной в иностранном государстве, наименование <данные изъяты> ФИО3 <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> владелец <данные изъяты> осуществил операцию по продаже <данные изъяты> по цене <данные изъяты> руб. за один <данные изъяты>. Ордер по операции №. Покупателем цифрового доллара являлся некто с <данные изъяты>
Указанные сведения подтверждены лицевым счетом, предоставленным с <данные изъяты> Из лицевого счета по купле-продаже цифровой валюты следует, что покупателем цифровой валюты был владелец <данные изъяты>.
Также из сообщения <данные изъяты> следует, что ФИО2 не зарегистрирован на платформе криптовалютной биржи <данные изъяты>
Из положений пунктом 1 и 2 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
К купле-продаже ценных бумаг и валютных ценностей положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если законом не установлены специальные правила их купли-продажи.
Федеральный закон от 31.07.2020 N 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" регулирует отношения, возникающие при выпуске, учете и обращении цифровых финансовых активов, особенности деятельности оператора информационной системы, в которой осуществляется выпуск цифровых финансовых активов, и оператора обмена цифровых финансовых активов, а также отношения, возникающие при обороте цифровой валюты в Российской Федерации, включая ее майнинг.
Согласно части 3 статьи Федеральный закон от 31.07.2020 N 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.
Частью 3 статьи 14 Федеральный закон от 31.07.2020 N 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" под организацией обращения в Российской Федерации цифровой валюты понимается деятельность по оказанию услуг, направленных на обеспечение совершения гражданско-правовых сделок и (или) операций, влекущих за собой переход цифровой валюты от одного обладателя к другому, с использованием объектов российской информационной инфраструктуры.
Таким образом, совершение операций, влекущих за собой переход цифровой валюты от одного обладателя к другому, является гражданско-правовой сделкой.
Анализируя сведения, предоставленные <данные изъяты>, суд считает, что договор купли-продажи <данные изъяты> был заключен между ФИО3 и неким лицом, зарегистрированным на бирже <данные изъяты> с <данные изъяты>, указанные сведения подтверждаются ордером по операциям счета.
Указанная сделка была совершена на централизованной <данные изъяты>, которая не относится к объектам российской информационной инфраструктуры.
Согласно сообщению <данные изъяты> пользователь с <данные изъяты> является <данные изъяты>. Сведения о нем не могут быть предоставлены суду по запросу в виду отсутствия между странами заключенных международных договоров.
В судебном заседании истец ФИО2 показал, что никакие договоры с ФИО3 не заключал, денежные средства перечислял для инвестиции, находясь в заблуждении путем совершений действий, которые ему сообщал иное лицо.
Тогда как ФИО3 получил денежные средства, поступившие от ФИО2
Из указанного следует, что никаких правоотношений между истцом ФИО2 и ФИО3 не имелось и не имеется. Следовательно, перевод денежных средств на карту ответчика ФИО3 носил внедоговорной характер. ФИО2 не имел намерений заключать сделку с ответчиком и не является лицом, зарегистрированным и верифицированным на платформе биржи <данные изъяты>
Тем самым, суд не установил намерений у истца на приобретение криптовалюты – цифрового доллара, участия истца в сделках на бирже криптовалют и сведений о регистрации истца в соответствующей программе.
Судом также установлено, что ФИО3, получив от ФИО2 денежные средства, не установил, поступили ли денежные средства в счет оплаты цифровой валюты от покупателя цифровой валюты.
В судебном заседании ФИО3 показал, что с покупателем цифровой валюты велась переписка. Суду предоставлены сведения с платформы <данные изъяты> о том, что между сторонами сделки - <данные изъяты> велась переписка путем направления друг другу СМС сообщений.
Как следует из пояснений ФИО3 и предоставленных им сведений о переписке между ним и <данные изъяты>, как покупателем криптовалюты, покупатель попросил у ФИО3 номер телефона, ФИО3, предоставил <данные изъяты> свой личный номер телефона.
Передавая свой номер телефона покупателю криптовалюты, ФИО3 не поинтересовался о том, кому он передал номер телефона для перевода денежных средств, не убедился в личности покупателя и плательщика по представленному чеку по операции.
Из указанного следует, что ФИО3 мог убедиться в личности покупателя, также запросить его номер телефона и убедиться, что именно от покупателя с <данные изъяты> поступили денежные средства перед тем как указать на платформе сведения об оплате стоимости покупки.
ФИО3, используя платформу <данные изъяты> создав учетную запись, понимал, что личность покупателя могла быть идентифицирована, что позволило бы ему установить, что лицо, которое ему перевело денежные средства и лицо, которое сообщило о поступлении денежных средств, не совпадают.
Как следует из показаний ФИО3 и его ФИО1, при заключении сделок и расчетах используется валюта иностранных государств. При продаже криптовалюты за российский рубль все сделки осуществляются на счета продавца криптовалюты, указанного при регистрации на платформе. То есть расчет по сделкам осуществляется вне самой платформы, а между сторонами договора. Из указанного следует, что ФИО3 при продаже криптовалюты и при принятии мер для оплаты стоимости проданной криптовалюты, использовал не платформу <данные изъяты> следовательно, мог и должен быть идентифицировать лицо, которое приобретало у него <данные изъяты> и убедиться, что денежные средствами в размере <данные изъяты> руб. поступили от покупателя криптовалюты.
Между тем, со своей стороны ФИО3 не совершил действий по идентификации лица, с которым велась переписка и заключался договор.
Суд считает, что при получении денежных средств ФИО3 имел возможность проверить от кого поступили денежные средства, является ли данное лицо покупателем <данные изъяты>, зарегистрированное на платформе <данные изъяты> и запрашивающее встречные требования.
Тем самым, ФИО3 не убедился, что спорные денежные средства были переведены в рамках сделки по купле-продаже цифровой валюты.
Указанное в совокупности свидетельствует о недобросовестности ФИО3, как лица, совершающего сделку.
Таким образом, анализ исследованных доказательств позволяет суду сделать вывод, что участие в сделке по приобретению криптовалют подразумевает использование платформы <данные изъяты> создание учетных записей (регистрация) с одновременной идентификацией пользователей, что позволяло при должной степени осмотрительности ответчику установить, что лицо, которое ему сообщило о переводе денежных средств и лицо, которое данные денежные средства перечислило, не совпадают.
Ответчик в судебном заседании показал, что сделал запрос на <данные изъяты> однако ему был предоставлен ответ о невозможности предоставления сведений в виду истечения срока хранения информации, т.к. запрос поступил после <данные изъяты> дней после сделки.
Направление запроса ФИО3 подтвердил скриншотом переписки с <данные изъяты>.
Из указанного также следует, что на момент совершения сделки ФИО3 мог установить лицо, с которым заключает договор и убедиться в законности получения денежных средств.
Судом также принимается во внимание, что платформа <данные изъяты> зарегистрирована на территории иностранного государства, расчеты по сделкам осуществляются не в валюте Российской Федерации.
Соответственно, ФИО3, осуществляя часть сделки помимо платформы <данные изъяты> должен был действовать осмотрительно.
Доводы ФИО3 и его представителя о том, что ФИО3 как продавец криптовалюты не мог верифицировать продавца, суд признает не состоятельным, т.к. между ФИО3 и покупателем с <данные изъяты>, состоялась переписка путем направления друг другу СМС сообщений, что подтверждается материалами дела и не отрицается ответчиком и его представителем. Указанные обстоятельства позволяли ФИО3 идентифицировать личность покупателя.
Также судом установлено, что истец и ответчик ранее знакомы не были, в договорных отношениях не состояли, по этой причине оснований предоставлять ФИО2 денежные средства в дар ФИО3 не имелось, доказательств того, что истец перечислял денежные средства в счет исполнения обязательств перед ответчиком либо в целях благотворительности, ответчик не представил. Тем самым, оснований для применения положений ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется.
При таких обстоятельствах, суд считает, что требования истца о взыскании неосновательного обогащения подлежат удовлетворению.
Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Пунктом 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.
Согласно пункту 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.
В силу пункта 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 ("О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", в соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты, установленные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. В частности, таким моментом следует считать представление приобретателю банком выписки о проведенных по счету операциях или иной информации о движении средств по счету в порядке, предусмотренном банковскими правилами и договором банковского счета.
Само по себе получение информации о поступлении денежных средств в безналичной форме (путем зачисления средств на его банковский счет) без указания плательщика или назначения платежа не означает, что получатель узнал или должен был узнать о неосновательности их получения.
Согласно пункту 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.
Учитывая, что ответчик неправомерно удерживал денежные средства, с него подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами.
Так же суд считает, что в данной конкретной ситуации ФИО3 при должной осмотрительности должен был узнать о поступлении средств не от покупателя криптовалюты, соответственно, проценты за пользование денежными средствами подлежат взысканию за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (дата ограничена истцом в требованиях иска), всего на сумму <данные изъяты> руб.
Судом проверен расчет, выполненный истцом. Данный расчет является верным. Расчет выполнен с помощью программы «Калькулятор» справочно- правовой системы Консультант Плюс.
Также подлежат взысканию проценты, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения обязательств на сумму неисполненного обязательства основного долга.
Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
С учетом удовлетворения иска, с ответчика подлежат взысканию в пользу истца судебные издержки по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> руб.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить.
Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес>) в пользу ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес>):
неосновательное обогащение в размере <данные изъяты> руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> руб., судебные издержки в размере <данные изъяты> руб.
Взыскивать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес>) в пользу ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес>) проценты за пользование чужими денежными средствами с ДД.ММ.ГГГГ по день уплаты суммы основного долга в размере <данные изъяты> руб. в соответствии с ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.
Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Республики Бурятия в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Северобайкальский городской суд Республики Бурятия.
Окончательная форма решения принята ДД.ММ.ГГГГ
Председательствующий судья Е.Н. Казакова
УИД: №