РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 сентября 2026 г. г. Северобайкальск
Северобайкальский городской суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Дроздовой Ю.А., при секретаре Черных В.М., Волковой С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Овсянниковой Е.А. к Публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» об обязании исполнить обязательство по договору,
УСТАНОВИЛ:
Овсянникова Е.А. обратилась с иском к ПАО «Россети Сибирь», мотивируя заявленные требования тем, что между ней и ответчиком 13.12.2021 г. заключен договор об осуществлении технологического присоединения, по условиям которого сетевая организация (ответчик) принимает на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя (истца) для электроснабжения малоэтажной застройки (индивидуальный жилой дом/садовый/дачный дом) по адресу: <адрес>, кадастровый номер земельного участка №. Однако до настоящего времени Ответчик не выполнил взятые на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств истца.
С учетом уточнения исковых требований просила обязать ПАО «Россети Сибирь» просила обязать ПАО «Россети Сибирь» осуществить технологическое присоединение к электрическим сетям малоэтажной жилой застройки (индивидуальный жилой дом/ садовый/дачный дом)» по адресу: <адрес> в соответствии с договором об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям №20.0300.7220.21 от 13.12.2021 г.; взыскать с ПАО «Россети Сибирь» денежную компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.
В судебном заседании истец Овсянникова Е.А. заявленные требования с учетом уточнений поддержала по доводам, изложенным в иске, просила исковые требования удовлетворить.
Представитель ответчика ПАО «Россети» в судебном заседании отсутствовал, уведомлен надлежаще, направил в суд возражение на исковое заявление, в котором просил применить срок исковой давности, в удовлетворении исковых требований отказать, указывая, что договор на осуществление технологического присоединения №20.0300.7220.21 от 13.12.2021 года утратил силу в связи с окончанием срока его действия (6 месяцев). Срок действия технических условий также истек 13.12.2023 г. Наличие действующих технических условий является обязательным условием осуществления технологического присоединения. По истечении срока действия технических условий выполнение мероприятий по технологическому присоединению не представляется возможным, поскольку технические условия содержат существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения, а обстоятельства и условия, ранее определявшие технические условия, могли измениться. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.
С учетом надлежащего извещения участников процесса, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося участника процесса.
Выслушав истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 26 марта 2003 г. №35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, в том числе объектов микрогенерации, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее также - технологическое присоединение), осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.
Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.
Технологическое присоединение осуществляется в сроки, определяемые в порядке, установленном Правительством Российской Федерации или уполномоченным им федеральным органом исполнительной власти.
Как указано в пункте 1 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. №861 (далее - Правила присоединения), они определяют порядок и особенности технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, в том числе объектов микрогенерации, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее - энергопринимающие устройства), к электрическим сетям, регламентируют процедуру присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям сетевой организации (далее - технологическое присоединение), определяют существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям (далее - договор), устанавливают требования к выдаче технических условий, в том числе индивидуальных, для присоединения к электрическим сетям (далее - технические условия), порядок проведения проверки выполнения заявителем и сетевой организацией технических условий, критерии наличия (отсутствия) технической возможности технологического присоединения и особенности технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей посредством перераспределения максимальной мощности между юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а также особенности отказа потребителей электрической энергии от максимальной мощности в пользу сетевой организации.
В соответствии с абзацем первым пункта 3 Правил присоединения в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им данных правил и наличии технической возможности технологического присоединения.
Из Правил присоединения следует, что на сетевую организацию возлагается не только обязанность по осуществлению собственно мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к электрическим сетям, но и целого ряда подготовительных мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, включая усиление существующей электрической сети в связи с присоединением новых мощностей (строительство новых линий электропередачи, подстанций, увеличение сечения проводов и кабелей, замена или увеличение мощности трансформаторов, расширение распределительных устройств, модернизация оборудования, реконструкция объектов электросетевого хозяйства, установка устройств регулирования напряжения для обеспечения надежности и качества электрической энергии).
Под сетевой организацией согласно пункту 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. №861 (далее - Правила недискриминационного доступа), понимаются организации, владеющие на праве собственности или на ином установленном федеральными законами основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по передаче электрической энергии и осуществляют в установленном порядке технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям, а также осуществляющие право заключения договоров об оказании услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих другим собственникам и иным законным владельцам и входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть.
В соответствии с пунктом 6 Правил присоединения технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации.
Согласно пункту 16 Правил присоединения договор технологического присоединения содержит следующие существенные условия, в том числе: перечень мероприятий по технологическому присоединению (определяется в технических условиях, являющихся неотъемлемой частью договора) и обязательства сторон по их выполнению (подпункт «а»); срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению (подпункт «б»); положение об ответственности сторон за несоблюдение установленных договором и настоящими Правилами сроков исполнения своих обязательств (подпункт «в»).
Исходя из изложенного, договор технологического присоединения представляет собой двусторонний возмездный консенсуальный взаимный договор, регулирование отношений по которому производится как специальным законодательством в сфере энергоснабжения, так и нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и договоре.
Как установлено судом и следует из материалов дела, земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, предоставлен Овсянниковой Е.А. на праве аренды сроком с 28.10.2021 г. по 27.10.2041 г. на основании договора аренды земельного участка государственная собственность на который не разграничена от 28.10.2021 г. №, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, копией договора, представленного администрацией МО СП «Холодное эвенкийское». На вышеуказанном земельном участке расположен жилой дом с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., также принадлежащий Овсянниковой Е.А.
На основании заявки Овсянниковой Е.А. 13.12.2021 г. между ПАО «Россети Сибири» и истцом был заключен договор №20.0300.7220.21 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, по условиям которого ПАО «Россети Сибири» приняло на себя обязательство по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств для электроснабжения малоэтажной жилой застройки (индивидуальный жилой дом/ садовый/ дачный дом) по адресу: <адрес>. Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня его заключения (п.6 договора).
Овсянниковой Е.А. выданы технические условия №8000480714, 10.12.2021 г. ею произведена оплата за технологическое присоединение в размере 550 руб.
В силу положений пункта 24 договор считается заключенным со дня оплаты заявителем счета на оплату технологического присоединения по договору. Следовательно, датой заключения договора является 13.12.2021 г. (следующий за датой оплаты рабочий день), датой выполнения сетевой организацией обязательств по договору – 13.06.2022 г.
Однако ответчиком обязательства по договору не исполнены, технологическое присоединение энергопринимающих устройств объекта истца не осуществлено.
В пункте 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.
Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен такой способ защиты права, как присуждение к исполнению обязанности в натуре.
В силу пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.
Заключая договор технологического присоединения, сетевая организация обладала сведениями, необходимыми для реализации обязанностей по данному договору, и самостоятельно согласовала технические условия.
Поскольку в предусмотренный договором №20.0300.7391.21 срок (до 13.06.2022 г.) и до настоящего времени обязательства по договору ответчиком не исполнены, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ПАО «Россети Сибири» обязанности осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств к электрическим сетям в соответствии с условиями указанного договора.
При рассмотрении дела ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности обращения в суд.
Обсудив доводы ответчика, суд приходит к следующему.
Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.
В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе, возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.
Таким образом, поскольку природа требований истца к ответчику в рамках настоящего спора не связана с качеством оказанных услуг, к рассматриваемым отношениям применяется общий срок исковой давности - три года.
Момент начала течения срока должен определяться исходя из существа спора.
Предметом настоящего спора является осуществление технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств согласно договору №20.0300.7220.21 от 13.12.2021 года и технических условий №8000480714 к нему, являющихся неотъемлемой частью данного договора.
Материалами дела установлено, что срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения указанного договора (п.6 договора).
Следовательно, по договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация приняла на себя обязательство по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения.
Договор технологического присоединения имеет особую правовую природу, срок действия такого договора зависит от срока действия технических условий.
Срок действия технических условий №8000480714 к договору №20.0300.7220.21 от 13.12.2021 года составляет 2 года, следовательно, срок действия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям истек 13.12.2023 г. (с учетом даты оплаты за технологическое присоединение).
Таким образом, трехлетний срок исковой давности начал течь с 14.12.2023 г. и истекает 14.12.2026 г., тогда как с настоящим иском истец обратился в суд 12.08.2026 года, то есть в пределах установленного ст.196 ГК РФ трехлетнего срока исковой давности.
В этой связи доводы ответчика о пропуске срока исковой давности обращения в суд за защитой нарушенного права также подлежат отклонению.
В силу положений статьи 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, суд в том же решении может указать, что, если ответчик не исполнит решение в течение установленного срока, истец вправе совершить эти действия за счет ответчика с взысканием с него необходимых расходов. В случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.
Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7), согласно пункту 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства. При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным. Разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения Гражданского кодекса Российской Федерации, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства.
В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 указано, что, удовлетворяя требование кредитора о понуждении к исполнению обязательства в натуре, суд обязан установить срок, в течение которого вынесенное решение должно быть исполнено (часть 2 статьи 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При установлении указанного срока суд учитывает возможности ответчика по его исполнению, степень затруднительности исполнения судебного акта, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Разрешая вопрос о предоставлении срока для исполнения решения суда, суд в соответствии с положениями ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая длительность неисполнения обязательств, полагает возможным установить срок в течение четырех месяцев со дня вступления решения в законную силу, указанный срок является разумным, позволяющим провести необходимые мероприятия по устранению выявленных нарушений закона.
Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, суд приходит к следующему.
В пункте 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (статья 46 Конституции Российской Федерации).
Способы защиты гражданских прав установлены статьей 12 ГК РФ. Среди данных способов поименован и такой, как компенсация морального вреда.
В соответствии со статьей 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса (пункт 1).
Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (пункт 2).
Согласно пункту 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как следует из материалов дела, требование истца о компенсации морального вреда основано на нарушении его прав в результате неправомерных действий ответчика по несоблюдению сроков исполнения договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 13.12.2021 г. №20.0300.7220.21.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 07.02.1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 г. №17 также разъяснено, что, если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.
С учетом положений ст. 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (ст. ст. 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (ст. 13), о возмещении вреда (ст. 14), о компенсации морального вреда (ст. 15), об альтернативной подсудности (п. 2 ст. 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (п. 3 ст. 17) в соответствии с п. 2 и п. 3 ст. 333.36 НК РФ.
Исходя из того, что на правоотношения, возникшие между сторонами по поводу технологического присоединения, регулируются специальным законом - Федеральным законом «Об электроэнергетике» и Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 г. №861, предусматривающими ответственность за несоблюдение установленных договором и поименованными выше Правилами сроков технологического присоединения только в виде права заявителя на расторжение договора в одностороннем порядке и специальной неустойки (подп. «в» п. 16 Правил), к ним применимы положения ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», согласно которой моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Таким образом, по смыслу Закона о защите прав потребителей сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность исполнителя услуги компенсировать моральный вред.
Данная правовая позиция изложена также в п. 2 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2018 г.
Согласно разъяснениям, закрепленным в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.
Принимая во внимание длительность нарушения права истца как потребителя по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, неисполнение обязательства по осуществлению фактического присоединения объектов заявителя к электрическим сетям более четырех лет, с учетом фактических обстоятельств дела, вызванных нравственными переживаниями ответчика по поводу длительного неприсоединения объектов заявителя к электрическим сетям, степени вины ответчика, принципа разумности и справедливости, суд, в соответствии с положениями статей 13, 15 Закона «О защите прав потребителей», приходит к выводу о необходимости взыскания с ПАО «Россети Сибирь» в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 8000 рублей. Такой размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является достаточным и соразмерным нравственным страданиям истца.
В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб. за каждое требование неимущественного характера, а всего 6000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Овсянниковой Е.А. к Публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» об обязании исполнить обязательство по договору удовлетворить частично.
Обязать Публичное акционерное общество «Россети Сибирь» (ИНН 2460069527, ОГРН 1052460054327) в течение четырех месяцев со дня вступления решения в законную силу осуществить технологическое присоединение к электрическим сетям малоэтажной жилой застройки (индивидуальный жилой дом/ садовый/дачный дом)» по адресу: <адрес> кадастровый номер земельного участка № в соответствии с договором об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям №20.0300.7220.21 от 13.12.2021 года.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Сибирь» (ИНН 2460069527, ОГРН 1052460054327) в пользу Овсянниковой Е.А. (<данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 8000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска – отказать.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Сибирь» (ИНН 2460069527, ОГРН 1052460054327) государственную пошлину в доход муниципального бюджета МО «город Северобайкальск» в сумме 6000 руб.
Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Северобайкальский городской суд Республики Бурятия.
Судья Ю.А. Дроздова
Решение принято в мотивированной форме 5 октября 2026 года.