РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 сентября 2026 года с. Турунтаево
Прибайкальский районный суд Республики Бурятия в составе судьи Туравининой Ю.Ю., при секретаре Омутовой А.А., при участии истца Скубиева Е.И., представителя истца Ванзанова В.В., представителя ответчика Голубевой Ю.Ю., прокурора Федоровой М.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Скубиева Е. И. к АО «Кремний» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, установил:
обращаясь в суд с исковым заявлением, Скубиев Е.И. просит взыскать с АО «Кремний» компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 3 000 000 руб.
Исковые требования мотивированы следующим. Истец состоял с ответчиком в трудовых отношениях в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в ходе работы получил профессиональное заболевание: <данные изъяты> утрата трудоспособности составила 20%. Кроме того, в ходе работы во вредных условиях труда истец получил сопутствующие профессиональные заболевания: <данные изъяты> При оценке характера физических и нравственных страданий просит учесть следующие обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности истца: отсутствие со стороны истца грубой неосторожности; получение во время работы в АО «Кремний» 3 профессиональных заболеваний, которые в совокупности причинили существенный вред здоровью истца; степень утраты профессиональной трудоспособности (20%); возраст истца (на момент увольнения по состоянию здоровья истцу исполнилось <данные изъяты> лет); нахождение на иждивении несовершеннолетнего ребенка; необходимость ежедневного ухода и постоянного лечения; осознание своего беспомощного состояния и болезни. Истец испытал и продолжает испытывать нравственные страдания: сильный стресс, потрясение, обиду, унижение, нарушился привычный уклад его жизни, ограничен в движениях (постоянно болят руки), особый дискомфорт причиняет ухудшение слуха. Находясь постоянно дома, истец испытывает стеснение (от глухоты), ограничения в движениях (поднимать тяжести запрещено, резкие движения противопоказаны). Согласно программе реабилитации истец постоянно нуждается в целом перечне лекарств, шприцах, слуховом аппарате цифровом и ушных вкладышах. Здоровье истца серьезно подорвано, что подтверждается многочисленными обращениями за медицинской помощью. Кроме того, истец был уволен работодателем без предоставления другой должности с облегченными условиями труда, в связи с чем истец в настоящее время лишен источника дохода, трудоустроится же не может по причине медицинских ограничений связанных с профессиональными заболеваниями.
В судебном заседании истец Скубиев Е.И., его представитель Ванзанов В.В. доводы иска поддержали, просили исковые требования удовлетворить.
Представитель ответчика Громова Ю.Ю. в судебном заседании полагала заявленный размер компенсации морального вреда завышенным, не соответствующим степени утраты трудоспособности истца и обстоятельствам дела. Поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях.
В письменном возражении на исковое заявление представитель ответчика Громова Ю.Ю. полагала заявленный размер морального вреда завышенным, поскольку в его размер не могут включаться стоимость лекарственных средств, приобретаемых истцом, финансовая несостоятельность истца также не может определять размер подлежащей компенсации морального вреда. Доказательств того, что в связи с полученным профессиональным заболеванием истец не имеет возможности трудоустроится не представлено. Учитывая, что истцом получено только одно профессиональное заболевание, а не три, как указано в иске, степень утраты трудоспособности, принципов разумности и справедливости просит уменьшить размер компенсации морального вреда.
Участвующий в деле прокурор Федорова М.М. полагала исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости.
Выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).
Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст. 2 Трудового кодекса РФ, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование.
Кроме того, Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219).
Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Из положений ст. 22 Трудового кодекса РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в размере и условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.
В силу ст. 220 Трудового кодекса РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (ч. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч. 2).
Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Из разъяснений п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из материалов дела следует, что истец Скубиев Е.И. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с АО «Кремний», согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по соглашению сторон на основании п. 1 ч.1 ст. 77 ТК РФ.
Из медицинского заключения № ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологического исследования» следует, что в ходе обследования Скубиеву Е.И. установлен диагноз: <данные изъяты> Сопутствующий диагноз: <данные изъяты>
Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ Скубиеву Е.И. выставлен заключительный диагноз: <данные изъяты>. Профессия, повлекшая профессиональное заболевание: машинист буровой установки (СБШ-250 МН) 5 разряда. Стаж работы в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов: 24 года 2 месяца 17 дней. Профессиональное заболевание возникло при обстоятельства, условиях - длительного воздействия шума, превышающего ПДУ. Основные производственные процессы: управление самоходными буровыми установками в процессе забуривания и бурения скважин, передвижения и установки их в забое, бурение скважин; разметка расположения скважин в соответстви с паспортом буровзрывных работ; проверка заземления; подбор штанг, выявление и устранение неисправностей в работе бурильных механизмов и буровых установок; подъем и центровка мачты; сборка и разборка бурильного и ловильного инструментов; осуществление мер по предотвращению аварий и осложнений в скважине, перемещение бурового станка в процессе работы; регулирование ходовых механизмов; проверка заземления и включение в сеть силового кабеля; заправка бурового станка смазочными материалами и водой, смазка трущихся узлов; наблюдение за показателями средств измерений, прочность канатов, креплением двигателей, тормозными устройствами; опробирование ходовых механизмов; ведение установленной технической документации; профилактический осмотр и участие в ремонте бурового станка; выполнение стропальных и такелажных работ при ремонте бурового станка. Для снижения вредного воздействия пыли, шума, вибрации при работе используются средства индивидуальной защиты, в том числе: каска защитная; подшлемник под каску; перчатки антивибрационные; наушники противошумные (с креплением на каску) или вкладыши противошумные. Нарушения режима труда, наличие аварийных ситуаций, выход из строя защитных средств; несоблюдение санитарных правил, норм и гигиенических нормативов, правил техники безопасности не фиксировалось. Сверхурочные работы не применяются. Оценка вклада периодов работы работника во вредных и опасных условиях труда на предыдущих местах работы в возникновении профессионального заболевания не проводилась, в связи с отсутствием соответствующей Методики. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие шума, превышающего ПДУ. Наличие вины работника не установлено. В заключении комиссия на основании результатов расследования пришла к выводу, что установленное Скубиеву Е.И. заболевание является профессиональным и возникло в результате воздействия вредного производственного фактора: конструктивных недостатков машин и механизмов, несовершенства рабочих мест. При этом непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие уровней шума, превышающего ПДУ на рабочем месте машиниста буровой установки карьера филиала рудник «Черемшанский» АО «Кремний». Нарушений технологических регламентов производственного процесса, нарушений при эксплуатации технологического оборудования и используемого инструмента, лиц, допустивших нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил не установлено.
Органами медико-социальной экспертизы ДД.ММ.ГГГГ Скубиеву Е.И. установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 20% с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждаются справкой ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Бурятия».
Из изложенного следует, что Скубиев Е.И. осуществлял трудовую деятельность на рабочем месте машиниста буровой установки карьера филиала рудник «Черемшанский» АО «Кремний» в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, оказывающих неблагоприятное воздействие на его здоровье, в результате чего получил профессиональное заболевание профессиональная двустороння нейросенсорная тугоухость умеренной степени снижения слуха (утрата профессиональной трудоспособности – 20%), которое возникло по вине работодателя, в результате длительное воздействие шума, превышающего ПДУ.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда, причиненного истцу, с учетом длительного воздействия неблагоприятных производственных факторов (стаж работы в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов: 24 года 2 месяца 17 дней), установленной причинно-следственной связи между профессиональным заболеванием, полученным истцом, и воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения им своих трудовых обязанностей.
Кроме того, необходимо принять во внимание, что согласно медицинскому заключению № ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологического исследования» в динамике у истца отмечается прогрессирование НСТ до значительной степени снижения слуха.
Как следует из разъяснений п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п.28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).
Из доводов иска следует, что при оценке характера физических и нравственных страданий истец просит учесть следующие обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности истца: отсутствие со стороны истца грубой неосторожности; получение во время работы в АО «Кремний» 3 профессиональных заболеваний, которые в совокупности причинили существенный вред здоровью истца; степень утраты профессиональной трудоспособности (20%); возраст истца (на момент увольнения по состоянию здоровья истцу исполнилось <данные изъяты> лет); нахождение на иждивении несовершеннолетнего ребенка; необходимость ежедневного ухода и постоянного лечения; осознание своего беспомощного состояния и болезни. Истец испытал и продолжает испытывать нравственные страдания: сильный стресс, потрясение, обиду, унижение, нарушился привычный уклад его жизни, ограничен в движениях (постоянно болят руки), особый дискомфорт причиняет ухудшение слуха. Находясь постоянно дома, истец испытывает стеснение (от глухоты), ограничения в движениях (поднимать тяжести запрещено, резкие движения противопоказаны). Согласно программе реабилитации истец постоянно нуждается в целом перечне лекарств, шприцах, слуховом аппарате цифровом и ушных вкладышах. Здоровье истца серьезно подорвано, что подтверждается многочисленными обращениями за медицинской помощью. Кроме того, истец был уволен работодателем без предоставления другой должности с облегченными условиями труда, в связи с чем истец в настоящее время лишен источника дохода, трудоустроится же не может по причине медицинских ограничений связанных с профессиональными заболеваниями.
В ходе судебного заседания истец Скубиев Е.И. доводы искового заявления подержал, дополнив, что в связи с полученным профессиональным заболеванием не может вести прежний образ жизни, испытывает проблемы коммуникации как с близкими, так и окружающими, трудности в управлении транспортным средством.
Оценив представленные доказательства, как в совокупности, так и в отдельности, суд приходит к выводу, что истцу причинен моральный вред в виде физических и нравственных страданий, причиненных профессиональным заболеванием, что обусловлено длительным воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения истцом своих трудовых обязанностей, утратой истцом привычного образа жизни в результате полученного профессионального заболевания, снижением трудоспособности, необходимостью ежегодного лечения.
Принимая во внимание степень утраты истцом профессиональной трудоспособности, возможного прогрессирования НСТ до значительной степени снижения слуха, тяжесть и характер профессионального заболевания, его влияние на качество жизни истца, отсутствие его вины, учитывая степень вины работодателя, отсутствие умысла, принятие работодателем мер по организации производственного контроля за условиями труда на рабочих местах, обеспечение работников средствами индивидуальной защиты, отсутствие нарушений технологических регламентов производственного процесса, нарушений при эксплуатации технологического оборудования и используемого инструмента, из принципов разумности и справедливости, баланса интересов сторон, суд полагает взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
Доводы представителя ответчика о том, что при определении размера компенсации необходимо учитывать п.п. 5.1.15 коллективного договора, согласно которому при установлении работнику профессионального заболевания размер компенсации морального вреда определяется в размере 1000 руб. за каждый % утраты трудоспособности, а также ссылка на практику рассмотрения подобных дел <адрес>, суд отклоняет, поскольку как следует из разъяснений п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.
Как разъяснено в п. 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 при разрешении иска о компенсации морального вреда положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ) не подлежат применению.
При таких обстоятельствах, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Скубиева Е. И. удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Кремний» (ИНН 3821008439) в пользу Скубиева Е. И. (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 300000 рублей.
В остальной части иска отказать.
Взыскать с АО «Кремний» государственную пошлину в бюджет с. Турунтаево Прибайкальского района Республики Бурятия в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме через Прибайкальский районный суд Республики Бурятия.
Судья Ю.Ю. Туравинина
Мотивированное решение изготовлено 08 октября 2026 г.
Копия верна: