ПОСТАНОВЛЕНИЕ
03 июня 2026 года г. Мирный
Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе: председательствующего судьи Кириллина В.А., с участием:
государственного обвинителя – прокурора г. Мирного Республики Саха (Якутия) Буцяка М.И., защитника - адвоката Иванова А.С. (удостоверение №, ордер № от 15 апреля 2026 года), подсудимого "Г", при секретаре судебного заседания Сергеевой Е.О., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении
"Г", <данные изъяты>, ранее не судимого, с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Органом следствия "Г" обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, а именно в мошенничестве, то есть приобретении права на чужое имущество путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, совершенном в крупном размере, при обстоятельствах, подробно изложенных в обвинительном заключении.
В ходе судебного заседания защитником Ивановым А.С. заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку не установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию, и содержатся противоречия, неустранимые в ходе судебного разбирательства.
Подсудимый "Г" согласен на возврат дела прокурору в связи с наличием нарушений, неустранимых в ходе судебного заседания.
Государственный обвинитель Буцяк М.И. не согласен с возвратом дела прокурору, поскольку существенных нарушений, которые не могут быть устранены в ходе судебного следствия, при составлении обвинительного заключения не допущено, обвинительное заключение составлено в соответствии с нормами УПК РФ, все необходимые обстоятельства дела для рассмотрения уголовного дела судом в обвинительном заключении указаны.
Суд, заслушав мнения сторон, изучив материалы уголовного дела, приходит к следующему выводу.
В п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ установлено, что при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления).
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.
В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.
Из разъяснений, указанных в п.п. 2 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», следует, что под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения, изложенные в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7, а также других взаимосвязанных с ними нормах Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.
Обвинительное заключение, как итоговый процессуальный документ предварительного следствия, должно быть законным, обоснованным и мотивированным, по своему содержанию – полным и объективным.
Между тем, указанные требования органом следствия не выполнены.
Так, подсудимому "Г" вменяется приобретение путем обмана права на чужое имущество – нежилое здание кузницы участка технологического транспорта.
При описании преступных действий в обвинительном заключении указано, что "Г" обратился в ГУП Республики Саха (Якутия) «Республиканский центр технического учета и технической инвентаризации» для подготовки технического плана объекта капитального строительства – гаража № и при этом «сознательно сообщил Свидетель №12 заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения об объекте недвижимости и техническом плане от 01 апреля 2020 года, о том, что вышеуказанное здание построено им в 2001 году, после чего, на основании данных документов Свидетель №12 внесла указанные сведения в декларацию об объекте недвижимости и технический план от 01 апреля 2020 года».
При этом обвинение в данной части является противоречивым, непонятно каким образом "Г" на момент обращения к кадастровому инженеру мог сообщить последней «сведения об объекте недвижимости и техническом плане от 01 апреля 2020 года». Из показаний свидетеля Свидетель №12 следует, что она изготовила технический план на основании договора аренды земельного участка и данных, предоставленных со слов "Г"
Далее в обвинительном заключении указано, что "Г" обратился в ГАУ «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг в республике Саха (Якутия)», где «сознательно представил специалисту центра "О" заявление о регистрации права собственности, на здание кузницы, принадлежащее Потерпевший №1, с присвоением данному зданию кузницы наименования «Гараж» №» и технический план, содержащий заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения о годе постройки здания кузницы».
Также орган следствия в обвинительном заключении указывает, что «Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республики Саха (Якутия) 24 сентября 2020 года произведена регистрация права собственности "Г" на нежилое здание кузницы участка технологического транспорта (УТТ), 1963 года постройки, принадлежащее Потерпевший №1, с присвоением наименования «Гараж» №», 2001 года постройки и кадастрового номера №».
Вместе с тем, в ходе судебного заседания при изучении реестрового дела № установлено, что "Г" обратился с заявлением о регистрации права собственности на нежилое здание – строение «Гараж» №, а не «здание кузницы» (том 3 л.д. 47-49), а специалист Управления Росреестра по Республике Саха (Якутия) внес соответствующую запись в единый государственный реестр недвижимости о государственной регистрации права собственности "Г" на нежилое здание (гараж), а не «здание кузницы участка технологического транспорта».
Далее в обвинительном заключении указано о принятии Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республики Саха (Якутия) решения о приостановлении государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав по заявлению "Г", в связи с разночтением в кадастровом номере земельного участка между техническим планом от 01 апреля 2020 года и приложенными документами. В следующем абзаце указано, что "Г" 22 сентября 2020 года «сознательно представил специалисту центра Свидетель №13 заявление о регистрации права собственности, на здание кузницы, принадлежащее Потерпевший №1, с присвоением зданию кузницы наименования «Гараж» №» и технический план от 01 апреля 2020 года, содержащий заведомо ложные сведения, не соответствующие действительности о годе постройки здания кузницы».
Однако, из изученных в ходе судебного заседания доказательств, в частности, из реестрового дела № следует, что 22 сентября 2020 года "Г" предоставил специалисту Свидетель №13 не «заявление о регистрации права собственности, на здание кузницы» и «технический план от 01 апреля 2020 года», а заявление о представлении дополнительных документов и технический план от 11 сентября 2020 года (том 3 л.д. 71-84).
Следовательно, в предъявленном обвинении не нашло отражения происхождение технического плана от 11 сентября 2020 года, а указанная дата технического плана как «01 апреля 2020 года» не может являться технической ошибкой, устранимой в ходе рассмотрения дела судом.
Кроме того, орган следствия указывает в обвинительном заключении, что «в период времени с 01 января 2015 по 23 марта 2020 года "Г" достоверно зная о том, что на земельном участке находится здание кузницы, принадлежащее Потерпевший №1, на основании договора цессии дебиторской задолженности от 16 марта 2023 (с 22 июля 2013 до 16 марта 2023 года "Д"з., по договору цессии от 22 июля 2013), из корыстных побуждений путем обмана решил незаконно приобрести право на данное имущество».
Вместе с тем, как следует из самого обвинения, так и из исследованных судом доказательств, Потерпевший №1 приобрел право требования по договору цессии лишь 16 марта 2023 года. Орган следствия, указывая в обвинительном заключении об осведомленности "Г" в период времени с 01 января 2015 по 23 марта 2020 года о владельце здания кузницы – Потерпевший №1, не учел указанное обстоятельство.
Выявленные при описании преступного деяния недостатки невозможно восполнить в ходе рассмотрения дела судом, поскольку это бы расширило объективную сторону инкриминированного "Г" преступления и нарушило бы его право на защиту.
Общие формулировки, указанные следователем в обвинительном заключении, по мнению суда, являются не конкретизированными и свидетельствуют о составлении обвинительного заключения с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства.
Вышеприведенные существенные несоответствия по делу требованиям уголовно-процессуального закона создают неопределенность в сформулированном органами следствия обвинении, нарушают право подсудимого "Г" на защиту, являются не устранимыми в ходе судебного разбирательства, исключающими возможность принятия судом законного и обоснованного решения по существу дела и фактически не позволяют суду реализовать возложенную на него функцию осуществления правосудия.
При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты заслуживают внимания, и суд считает необходимым возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Одновременно суд в соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ принимает решение о мере пресечения в отношении "Г" и не находит каких-либо оснований для изменения либо отмены ранее избранной ему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а потому суд полагает необходимым её сохранить.
Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 237, ч. 2 ст. 256 УПК РФ, суд
ПОСТАНОВИЛ:
Ходатайство защитника Иванова А.С. о возврате уголовного дела прокурору – удовлетворить.
Уголовное дело в отношении "Г", обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ – возвратить прокурору г. Мирного Республики Саха (Якутия) для устранения препятствий его рассмотрения судом.
Обязать прокурора г. Мирного Республики Саха (Якутия) обеспечить устранение допущенных нарушений.
Меру пресечения подсудимого "Г" в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения.
Настоящее постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Саха (Якутия) через Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в течение 15 суток со дня его вынесения.
Судья В.А. Кириллин