АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
27 августа 2026 года г. Улан-Удэ
Верховный суд Республики Бурятия в составе:
председательствующего судьи Матвеевской О.Н., при секретаре Базаровой Э.В., а также при участии прокурора Красноярова С.С., осужденной Ивановой Д.И., ее защитника - адвоката Бадмаева А.Д., представителя потерпевших – адвоката Нороевой А.А., рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы адвокат Бадмаева А.Д. в интересах осужденной Ивановой Д.И., апелляционную жалобу представителя потерпевших Нороевой А.А. на приговор Заиграевского районного суда Республики Бурятия от 29 июня 2026 года, которым
Иванова Дарима Ивановна, родившаяся ... в <...>, не судимый,
- осуждена по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 2 годам ограничения свободы с лишением, в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ, права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.
На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ Ивановой Д.И. установлены следующие ограничения: не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы территории муниципального образования «город Улан-Удэ», а также возложена обязанность являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства 1 раз в месяц.
В соответствии со ст. 81 УПК РФ разрешена судьба вещественных доказательств.
Выслушав осужденную Иванову Д.И. и ее защитника-адвоката Бадмаева А.Д., представителя потерпевших Нороевой А.А., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, мнение прокурора Красноярова С.С., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Приговором суда Иванова Д.И. признана виновной и осуждена за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью М.И.В. и Г.В.Х.
Преступление совершено 20 ноября 2024 года при изложенных в приговоре обстоятельствах.
В судебном заседании подсудимая Иванова Д.И. вину в совершении преступления не признала.
В апелляционной жалобе адвокат Бадмаев А.Д. в интересах осужденной Ивановой Д.И., выражая несогласие с приговором, указывает, что в основу приговора судом положены заключения эксперта № ... от 13.02.2026, которые выполнены на основании постановления следователя о назначении экспертизы от 13.10.2025. Впоследствии экспертом в адрес следователя, назначившего экспертизу, было направлено ходатайство о предоставлении дополнительных данных, необходимых для проведения экспертизы. Однако ответ на данное ходатайство был предоставлен начальником СО ОМВД России по <...> Б.И.С., в производстве которой дело не находилось. В суде защитой заявлялось ходатайство о признании вышеуказанной экспертизы недопустимой, в том числе по указанному основанию, однако судом была дана оценка, сводившаяся к тому, что в соответствии со ст. 39 УПК РФ руководитель следственного органа уполномочен осуществлять иные полномочия, предусмотренные УПК РФ.
Однако, по мнению стороны защиты, данное толкование указанной нормы права является излишне расширенным. В рамках уголовного дела начальник следственного органа действовал не как руководитель следственного органа, а фактически своим ответом заместил собой функции следователя, тогда как, в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ, только следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. Данное положение является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию.
На основании вышеуказанного ответа начальника СО экспертом было составлено заключение автотехнической экспертизы. Сторона защиты считает, что данное заключение нельзя признать допустимым доказательством на том основании, что при проведении экспертизы были предоставлены дополнительные данные, которые фактически не соответствовали действительности, а именно данные, касаемо скорости движения автомобиля «Тойота Харриер», расстояния между автомобилями на момент обнаружения опасности. При этом данные о скорости движения автомобиля «Тойота Харриер» были предоставлены начальником СО из неизвестных источников, поскольку на момент проведения экспертизы объективных данных о скорости движения автомобиля установлено не было, Иванова Д.И. в качестве подозреваемой допрошена не была, автомобили соответствующим образом осмотрены не были, а потому оснований полагать, что экспертиза проведена с использованием объективных данных, не имеется. Вместе с тем, Ивановой Д.И. вменяется именно нарушение п. 10.1 ПДД РФ, то есть скорости передвижения на автомобиле, необходимой для возможности постоянного контроля за автомобилем. Однако экспертным путем скорость автомобиля установлена не была, в ходе предварительного расследования и суда Иванова Д.И. указывала, что двигалась с меньшей скоростью, нежели указано в обвинительном заключении и последовавшем приговоре, а потому сторона защиты полагает, что предъявление обвинения ей в нарушении п. 10.1 ПДД РФ не является объективным и подтвержденным материалами уголовного дела, а потому, в силу положений ст. 14 УПК РФ, должно трактоваться в пользу Ивановой Д.И.
С целью устранения данных нарушений, а также по иным доводам стороной защиты заявлялось ходатайство о допросе начальника СО Б.И.С., инспектора ГИБДД Д.С.Ю. и эксперта Г.Т.А. При этом, по мнению защиты, в удовлетворении ходатайства о допросе начальника СО Б.И.С. было отказано немотивированно и незаконно, поскольку ее пояснения касаемо указанной ею в ответе эксперту скорости движения явились основанием для вывода эксперта касаемо нарушения Ивановой Д.И. скорости движения автомобиля, необходимой для возможности постоянного контроля за ним. Также мотивы отказа допроса инспектора Д.С.Ю. разнятся с доводами, заявленными стороной защиты, о наличии вопросов к инспектору касаемо процедуры оформления схемы ДТП, тогда как судом при разрешении ходатайства было указано о том, что сомнений не вызывают лишь данные, указанные в схеме осмотра места происшествия.
Кроме того, ходатайство стороны защиты о допросе эксперта Г.Т.А. было судом изначально удовлетворено судом в судебном заседании от 11.06.2026. Однако, впоследствии было отказано в вызове эксперта Г.Т.А. в связи с нахождением его в отпуске с выездом. Однако, уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрено повторное рассмотрение ранее удовлетворенного ходатайства, а потому сторона защиты считает, что отказ в вызове эксперта Г.Т.А. обусловлен исключительно невозможностью его своевременной явки в судебное заседание. В связи с этим судом были нарушены права Ивановой Д.И., поскольку сторона защиты была лишена возможности задать вопросы эксперту по поводу его заключения, принять его пояснения в качестве доводов в свою защиту в случае наличия таковых. По мнению защиты, пояснения эксперта в судебном заседании являлись критически необходимыми с целью установления истины по делу, а именно возможности установления скорости движения автомобилей, участвовавших в ДТП, мотивов, по которым эксперт пришел к выводам о нарушении Ивановой Д.И. конкретных пунктов ПДД РФ, а также о применении различных коэффициентов сцепления колес автомобилей с дорожным покрытием.
Впоследствии стороной защиты было заявлено ходатайство о признании заключений эксперта ..., 2/16 недопустимым доказательством и назначении судебной комплексной автотехнической и медицинской экспертизы, в удовлетворении которого судом было отказано постановлением от 26.06.2026. В обоснование отказа суд указал, что не установлено оснований считать, что начальник следственного отдела представила искаженную и неверную информацию, повлиявшую на выводы эксперта, а представление ею эксперту исходных данных не повлияло каким-либо образом на объективность и законность экспертизы. Однако с данными доводами, изложенными в постановлении суда, сторона защиты не согласна, доводы аналогичны ранее приведенным. Также предоставление искаженных сведений о скорости движения автомобиля напрямую влияют на выводы экспертизы, поскольку в предъявленном Ивановой Д.И. обвинении указано именно нарушение скорости движения автомобиля, необходимой для возможности постоянного контроля за ним.
Также в судебном заседании стороной защиты заявлялись доводы о наличии нарушений со стороны организации, обслуживающей дорожное покрытие на участке дороги, на котором произошло ДТП, а также о нарушении со стороны водителя и/или пассажиров автомобиля «Ссанг Йонг Истана» касаемо неиспользования ремней безопасности при движении на автомобиле категории «Д», что было установлено в судебном заседании. Данные положения закреплены в п. 5 и п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 09.12.2008 № 25. Однако судом при вынесении приговора не приведено мотивов, по которым доводы о неудовлетворительном состоянии дорожного покрытия были отклонены, то есть фактически не дано никакой правовой оценки ни в качестве оснований для признания Ивановой Д.И. невиновной, либо признания ее виновной, либо для признания или непризнания указанных обстоятельств смягчающим наказание. С доводами суда о том, что непристегнутые ремни безопасности не исключают виновности Ивановой Д.И. и не являются основанием для признания смягчающим обстоятельством, сторона защиты также не согласна, поскольку из материалов дела следует, что удар в результате ДТП произошел в переднюю часть автомобиля «Ссанг Йонг Истана», из чего можно сделать вывод о том, что повреждения, полученные потерпевшими, были причинены им в результате «выброса» их тел вперед, тогда как использование ими ремней безопасности при движении в автомобиле способно было предотвратить получение ими травм, указанных в заключениях судебно-медицинских экспертов.
Кроме того, судом в приговоре не было дано надлежащей оценки тому, что п. 9.1 ПДД РФ Ивановой Д.И. умышленно не нарушался, а явился следствием неконтролируемого заноса, произошедшего в результате неравномерного покрытия дорожного полотна. Факт наличия в месте ДТП гололеда зафиксирован сотрудниками ГИБДД, не оспаривался никем в судебном заседании.
С учетом всех обстоятельств дела, установленных в судебном заседании, сторона защиты полагает, что со стороны Ивановой Д.И. не имелось каких-либо нарушений ПДД РФ, повлекших за собой совершение рассматриваемого ДТП. Позиция защиты при этом согласуется с кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 19.08.2025 по делу № 77-2766/2025, согласно которому довод о том, что при наличии скользкости на дорожном покрытии водитель в любом случае должен быть внимательным, контролирующим дорожную ситуацию, и скорость движения не является безусловным основанием для признания подсудимого виновным в случае соблюдения им требований Правил дорожного движения РФ и отсутствия причинно-следственной связи между действиями водителя и наступившими последствиями в виде ДТП.
Исходя из изложенного, принимая во внимание тот факт, что органами следствия и судом достоверно не установлен факт нарушения требований знаков о скоростном ограничении либо скользкой дороги, но при этом установлен факт наличия скользкости дорожного покрытия в месте ДТП и отсутствия надлежащей обработки дорожного полотна соответствующими абразивными материалами, сторона защиты полагает, что ДТП произошло не ввиду нарушения Ивановой Д.И. каких-либо Правил дорожного движения РФ, а ввиду неконтролируемого заноса по причине несоответствия дорожного покрытия нормам ГОСТ Р50597-2017. Отмечает, что Иванова Д.И. управляла технически исправным автомобилем, будучи трезвой, не нарушая скоростной режим. Водитель, двигающийся по проезжей части с разрешенной скоростью, при отсутствии предупредительных знаков (постоянных или временных), не должен и не обязан предвидеть возможные несоответствия дорожного покрытия установленным государственным нормативам.
По этим основаниям сторона защиты полагает, что в отношении Ивановой Д.И., осужденной по ч. 1 ст. 264 УК РФ, было применено объективное предъявления обвинения, запрещенное уголовным законом (ч. 2 ст. 5 УК РФ).
Далее указывает, что Ивановой Д.И. судом назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.
Вместе с тем, санкцией статьи 264 УК РФ предусмотрено назначение наказания в виде ограничения свободы без дополнительного наказания. Возможность назначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью предусмотрена только при назначении таких видов наказаний, как принудительные работы или лишение свободы. Исходя из этого, сторона зашиты полагает, что дополнительное наказание Ивановой Д.И. назначено незаконно.
Просит приговор суда в отношении Ивановой Д.И. отменить, Иванову Д.И. оправдать.
В апелляционной жалобе представитель потерпевших М.И.В., Г.В.Х. - Нороева А.А., выражая несогласие с приговором, указывает, что в ходе судебного заседания, представителем потерпевших было заявлено ходатайство о возмещении судебных расходов за счет средств федерального бюджета в размере 100 000 руб., однако суд отказал в принятии заявления, указывая на то, что Администрация МО «<...>» не являются потерпевшими по уголовному делу и не имеют никакого отношения к делу. Однако, суд незаконно и необоснованно отказал в принятия заявления о возмещении ущерба, поскольку в ходе судебного заседания потерпевшая М.И.В. и Г.В.Х. пояснили, что в ходе предварительного расследования им была оказана квалифицированная юридическая помощь по их просьбе.
Просит приговор суда в части возмещения судебных расходов потерпевших изменить.
В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Ахулаева А.А. считает приговор законным, обоснованным и мотивированным, а апелляционные жалобы не подлежащими удовлетворению.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Виновность Ивановой Д.И. в совершении инкриминируемого ей деяния подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре надлежащая оценка.
Так, несмотря на отрицание Ивановой Д.И. своей вины в совершении преступления, доказательствами являются:
- показания осужденной Ивановой Д.И., данные ею в ходе предварительного следствия, из которых следует, что она ехала со скоростью не более 70 км/ч. Подъезжая к месту, где случилось ДТП, она видела предупреждающий дорожный знак «Опасный поворот» и запрещающий знак «Ограничение максимальной скорости 70», она продолжала ехать с той же скоростью, то есть 70 км/ч. Около 14 часов 30 минут при заезде в поворот (закругление дороги налево) ее начало заносить, она пыталась вырулить, при этом на тормоз и на газ она не нажимала, убрала ногу с педали, однако, машина ее не слушалась и она продолжала ехать в неуправляемом состоянии. Ее вынесло на полосу встречного движения, где она столкнулась с автомобилем Истана. Считает, что в данном дорожно-транспортном происшествии ее вины нет, так как дорога была покрыта гололедом, проезжая часть не была посыпана абразивом;
- показания потерпевшей М.И.В., из которых следует, что, не доезжая до железнодорожного переезда примерно 50 м., она увидела, как на них несется иномарка светло-серого цвета. Она поняла, что человек за рулем не справляется с управлением. Р.Р.Р., увидев двигающийся на них автомобиль, прижался к обочине. Произошел боковой удар, удар произошел на их полосе движения, машина врезалась в боковую часть их автобуса. Передние сиденья деформировались, их металлическая конструкция им срезала ноги, переднее сиденье ударило им по ногам. Ремнями безопасности они не были пристегнуты, возможно, водитель им об этом говорил, но они не придали этому значения;
- показания потерпевшей Г.В.Х., аналогичные показаниям потерпевшей М.И.В.;
- показания свидетеля Р.Р.Р., согласно которым в 14 часов 20 минут они отправились в сторону <...>. Перед отправлением он сказал пассажирам пристегнуть ремни безопасности. Дорога была очень скользкая, видимость была хорошая. Не доезжая 52-го км. трассы, за 100 м. от столба указателя километража, он увидел светлый автомобиль, который ехал быстро, заходящий в поворот со стороны <...>, его заднюю часть начало заносить. Тогда он начал сбавлять скорость и прижиматься к обочине. Когда встречный автомобиль вынесло на полосу встречного движения, то есть на его полосу движения, он принял резкое торможение. Столкновение произошло в его левую переднюю часть. По погодным условиям он ехал примерно 60 км/ч.;
- показания свидетеля Л.А.Ю., из которых следует, что когда они возвращались в <...> на микроавтобусе, он сидел спиной к водителю. Устав после семинара, прикрыл глаза, очнулся, когда водитель стал тормозить, был резкий звук, спустя 2-3 секунды произошел удар. Коллеги упали вперед, Н.Г.В. упала на него и ударилась о его ногу. Вторым участником ДТП была женщина на автомашине, она из машины не выходила. Дорожное покрытие было скользким. Столкновение произошло по правой полосе движения, по ходу движения автобуса. После ДТП их автомашина находилась на своей полосе движения, ближе к обочине;
- показания свидетеля Н.Г.В., согласно которым они после семинарских занятий возвращались в <...>. Не доезжая железнодорожного переезда, навстречу им выехала машина. Их водитель сбавил скорость и начал прижиматься к обочине. Она видела, как на них движется автомобиль, произошел удар;
- а также протоколы осмотра места происшествия; заключения судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации и механизме причинения телесных повреждений, обнаруженных у потерпевших; заключение автотехнической экспертизы, и иные доказательства, содержание которых подробно приведено в приговоре, и которым судом дана надлежащая оценка.
Суд правильно признал указанные доказательства допустимыми, а их совокупность достаточной для признания Ивановой Д.И. виновной в совершении инкриминируемого ей деяния, и положил их в основу приговора, при этом обоснованно указал, что приведенные выше доказательства, в том числе и заключение автотехнической экспертизы опровергают доводы осужденной и ее защитника об отсутствии вины Ивановой Д.И. в дорожно-транспортном происшествии.
Положенные в основу приговора доказательства были получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст. 87 и 88 УПК РФ проверены судом и оценены в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают, каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденной Ивановой Д.И. в совершении инкриминируемого ей преступления, не содержат.
Судебные экспертизы были проведены с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, при этом правильность выводов экспертных заключений и компетенция экспертов сомнений не вызывают. Оснований для назначения каких-либо дополнительных или повторных экспертиз судом не установлено, а потому доводы жалобы о необоснованном отказе суда первой инстанции в назначении судебной комплексной автотехнической и медицинской экспертиз несостоятельны.
Оснований сомневаться в выводах проведенной в ходе предварительного следствия судебной автотехнической экспертизы, а также для признания ее недопустимым доказательством, вопреки доводам защиты, не имеется. Данная экспертиза проведена компетентным экспертом и его выводы согласуются с другими доказательствами по делу. Доводы стороны защиты, приведенные в апелляционных жалобах, о представлении искаженной и неверной информации начальником следственного отдела о скорости движения автомобиля Ивановой Д.И., повлиявшей на выводы эксперта, не могут быть признаны обоснованными, поскольку ничем объективно не подтверждены.
Несмотря на то обстоятельство, что указанное уголовное дело не находилось в производстве начальника следственного отдела Б.И.С., которая давала ответ на ходатайство эксперта о предоставлении необходимых ему для производства экспертизы данных, суд первой инстанции верно указал, что в данном случае руководитель следственного органа действовал в пределах предоставленных ему уголовно-процессуальным законом полномочий. Кроме того, ранее руководителем следственного отдела Б.И.С. принимались решения об отмене постановлений о приостановлении предварительного следствия, в связи с чем с материалами уголовного дела она была знакома, а потому оснований полагать, что ею эксперту были предоставлены недостоверные данные, в том числе относительно скорости движения автомобиля осужденной, не имеется. Более того, осужденная Иванова Д.И. в ходе предварительного следствия показывала, что, подъезжая к месту, где случилось ДТП, она продолжала ехать с той же скоростью, то есть 70 км/час, и при заезде в поворот ее начало заносить. При таких обстоятельствах оснований полагать, что экспертом даны ответы на поставленные вопросы при предоставлении ему недостоверных данных, не имеется.
В связи с изложенным, указанное заключение эксперта обоснованно принято во внимание судом и положено в основу приговора наряду с другими доказательствами, поскольку оно было получено в соответствии с требованиями закона, является научно обоснованным и не содержит противоречий.
Доводы осужденной об отсутствии ее вины в совершенном ДТП были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными. Из материалов дела следует, что Иванова Д.И., следуя в условиях гололеда за рулем своего автомобиля, в достаточной степени не оценила сложные дорожные условия, не выбрала необходимый (безопасный) скоростной режим, который позволил бы ей обеспечивать возможность постоянного контроля за движением автомобиля. При осуществлении поворота продолжала ехать с той же скоростью – 70 км/час, что спровоцировало занос ее транспортного средства, выезд на встречную полосу и, как следствие, дорожно-транспортное происшествие, в результате которого двум потерпевшим был причинен тяжкий вред здоровью.
Доводы осужденной о том, что в ходе предварительного следствия она говорила следователю о снижении скорости, что не было занесено в протокол, судом расценивается как избранная линия защиты. Согласно протоколу, допрос Ивановой Д.И. производился в присутствии защитника, после разъяснения ей всех прав, в том числе ст. 51 Конституции РФ; с протоколом допроса они были ознакомлены и каких-либо замечаний не имели.
Вопреки доводам, изложенным в апелляционных жалобах, органами следствия при производстве предварительного расследования, а также судом при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было; дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.
В ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела, стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств. По всем заявленным ходатайствам, в том числе о назначении комплексной автотехнической и медицинской экспертизы, а также о вызове в судебное заседание эксперта Г.Т.А., выводы которого ясны и понятны и не требуют дополнительных разъяснений, и инспектора ГИБДД Д.С.Ю., составившего схему дорожно-транспортного происшествия, с которой осужденная была ознакомлена, не выразив после ознакомления с ней каких-либо замечаний, судом приняты обоснованные решения, которые надлежащим образом были мотивированы и не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.
Анализ положенных в основу приговора доказательств свидетельствует о том, что суд первой инстанции, верно установив фактические обстоятельства дела, правильно квалифицировал действия Ивановой Д.И. по ч. 1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.
Доводы защиты о том, что тяжкий вред здоровью потерпевшим мог быть причинен и в результате того, что они не были пристегнуты ремнями безопасности, также нельзя признать состоятельными, и являются лишь субъективным мнением защитника. Несмотря на то обстоятельство, что потерпевшие М.И.В. и Г.В.Х. не были пристегнуты ремнями безопасности, причиной дорожно-транспортного происшествия явилось именно преступное легкомыслие осужденной. Свидетель Р.Р.Р., имеющий большой водительский стаж, показывал, что в силу погодных условий он двигался со скоростью около 60 км/час. Увидев быстро ехавший автомобиль, заходящий в поворот и который начало заносить, он начал сбавлять скорость и прижиматься к обочине; когда же автомобиль вынесло на его полосу движения, он принял резкое торможение. Водитель же Иванова Д.И. должны была действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, вести транспортное средство со скоростью, учитывая дорожные и метеорологические условия, что ею было проигнорировано и именно данные обстоятельства явились причиной того, что ею был утрачен контроль над управлением транспортным средством с последующим выездом на встречную полосу движения.
При назначении наказания суд принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновной, условия ее жизни и жизни ее семьи, смягчающие наказание обстоятельства.
В качестве смягчающих наказание суд признал следующие обстоятельства: признание вины в ходе предварительного следствия, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче признательных показаний в части указания скорости движения ее автомобиля; принятие мер по заглаживанию вреда потерпевшим, выразившееся в том, что она навестила потерпевших в больнице и принесла им извинения; наличие на иждивении одного несовершеннолетнего и двоих малолетних детей, наличие престарелой матери, болезненное состояние здоровья ее, ее супруга, троих детей и ее матери.
Иных смягчающих обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, не установлено.
Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не имеется.
Суд правильно пришел к выводу, что достижение целей наказания возможно при назначении Ивановой Д.И. наказания, не связанного с лишением свободы, а именно в виде ограничения свободы, которое является справедливым, соответствующим характеру и степени общественной преступления, обстоятельствам ее совершения.
Оснований для прекращения уголовного дела, освобождения виновного от уголовной ответственности и от наказания суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.
Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и достаточных для применения правил ст. 64 УК РФ не имеется.
Вопреки доводам жалобы, суд обсудил возможность не назначать Ивановой Д.И. дополнительное наказание, не найдя для этого оснований, приведя в приговоре убедительные доводы. Данное наказание назначено судом первой инстанции в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ, предусматривающей назначение дополнительного наказания и в том случае, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.
При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы защитника суд апелляционной инстанции не находит.
Кроме того, нельзя признать состоятельными и доводы апелляционной жалобы представителя потерпевших о необоснованном отказе в принятии к рассмотрению заявления о возмещении процессуальных издержек.
В силу ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 настоящего Кодекса.
В соответствии со ст. 131 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.
Как следует из разъяснений, изложенных в п. 34 Постановления Пленум Верховного Суда РФ от ... ... «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» на основании ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ. Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.
Из представленных суду материалов следует, что соглашение об оказании юридических услуг заключено между адвокатом Нороевой А.А. и администрацией МО «<...>» на представление интересов потерпевших М.И.В. и Г.В.Х., которые сотрудниками администрации не являются. При этом администрация МО «<...>», водитель которой также пострадал в вышеуказанном дорожно-транспортном происшествии, а принадлежащий администрации автомобиль получил значительные повреждения, стороной по делу не является.
По смыслу же закона, подлежат возмещению понесенные именно потерпевшими расходы по оплате услуг представителя, в то время как ни Г.В.Х., ни М.И.В. такие расходы не понесли, а доказательств об обратном суду не представлено.
С учетом изложенного, суд первой инстанции принял обоснованное решение об отказе в принятии к рассмотрению заявления представителя потерпевших о возмещении процессуальных издержек.
Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора суда, не допущено, а потому апелляционные жалобы защитника, представителя потерпевших удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.9, 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор Заиграевского районного суда Республики Бурятия от 29 июня 2026 года в отношении Ивановой Даримы Ивановны оставить без изменения, апелляционные жалобы защитника Бадмаева А.Д., представителя потерпевших Нороевой А.А. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу.
В случае подачи кассационной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий ________________________________