РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
01 октября 2026 года Советский районный суд г. Томска в составе:
председательствующего судьи Куц Е.В., при секретаре Борозна А.В., с участием представителя ответчика ФИО3ФИО4., действующего на основании доверенности от 12.01.2026, без права передоверия, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Первая свободная платформа легальной музыки» о взыскании компенсации морального вреда, убытков за некачественное оказание услуг цифровой дистрибуции, удержанных на балансе личного кабинета денежных средств, штрафа, возложении обязанности перечислить все начисленные роялти, признании одностороннего расторжения лицензионного договора неправомерным и совершенным в нарушении принципа добросовестности, установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Первая свободная платформа легальной музыки» (далее - ООО «Первая свободная платформа легальной музыки») о взыскании компенсации морального вреда, убытков за некачественное оказание услуг цифровой дистрибуции, удержанных на балансе личного кабинета денежных средств, штрафа, возложении обязанности перечислить все начисленные роялти, признании одностороннего расторжения лицензионного договора неправомерным и совершенным в нарушении принципа добросовестности.
В обоснование заявленных исковых требований указано, что истец является независимым музыкальным артистом и автором, создающим музыкальные произведения под творческим псевдонимом ФИО5, единственным автором и законным правообладателем личного музыкального каталога, включающего более 30 релизов, созданных за период с 2014 по 2026 года в рамках реализации конституционного права на свободу индивидуального некоммерческого творчества. 26.05.2025 между истцом и ответчиком заключен лицензионный договор №, а 27.05.2025 - дистрибьюторский договор № по условиям которого ответчик принял на себя обязательство по предоставлению истцу цифровых услуг, а именно: осуществление цифровой дистрибуции творческого контента истца на популярной стриминговые площадки (Яндекс Музыка, VK Музыка, Звук, Spotify, Apple Music и иные), обеспечению технически корректного отображения метаданных, а также по выплате авторского вознаграждения. Настоящий договор был заключен истцом как физическим лицом исключительно для личных творческих нужд, не связанных с ведением коммерческой или иной предпринимательской деятельности. В период с мая 2025 года по июнь 2026 года ответчик допустил систематические технические нарушения принятых на себя обязательств по качественному оказанию услуг. Ответчик систематически искажал техническую информацию (метаданные дат релизов), не исполнял обязательства по отзыву контента (альбом "..."), предоставлял неверную информацию потребителю, оказывал ненадлежащее качество технической поддержки потребителей. ДД.ММ.ГГГГ ответчик отправил в адрес истца ответ на претензию и уведомление об одностороннем расторжении договора, отозвал запланированный к выходу релиз, однако договор в личном кабинете имеет статус "действующий". В личном кабинете истца числятся принадлежащие ему денежные средства (авторское вознаграждение) 139,89 рублей, однако ответчик установил лимит на вывод денежных средств в размере 1 290 рублей, что превышает остаток на балансе. Обращаясь с настоящим иском в суд, ссылаясь на положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей", истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей; убытки за ненадлежащее качество оказания услуг цифровой дистрибуции в размере 50 000 рублей; удержанные на балансе личного кабинета денежные средства в размере 139,89 рублей; возложить на ответчика обязанность перечислить истцу все начисленные роялти за период действия договора и предоставить полную итоговую отчетность о начислениях, в течение 10 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу предоставить истцу полную цифровую выгрузку метаданных его каталога (коды ISRC, UPC/EAN, исходные аудиофайлы и обложки) по всем загруженным релизам; признать одностороннее расторжении договора со стороны ответчика от ДД.ММ.ГГГГ неправомерным и совершенным в нарушение принципа добросовестности, в том числе с применением эстоппеля; взыскать с ответчика в пользу истца штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом, за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя.
Истец в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.
Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, поддержал доводы, изложенные в отзыв на исковое заявление.
На основании ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.
Заслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В силу ст. 3 ГПК РФ, ст. 11, 12 ГК РФ в суде осуществляется защита нарушенных или оспоренных гражданских прав способами, предусмотренными ст. 12 ГК РФ и другими законами.
Согласно ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно ч. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В абз.3 ч. 1 ст. 160 ГК РФ указано, что двусторонние договоры могут совершаться способами, установленными ч. 2 и 3 ст. 434 ГК РФ.
Частью 2 ст. 434 ГК РФ о форме договора, прямо указывает на возможность заключения договора в письменной путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными, а ч. 3 ст. 434 ГК РФ указывает на то, что письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор (заявление клиента) принято в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 438 ГК РФ.
Правоотношения, вытекающие из лицензионного договора, регулируются положениями главы 4 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно части 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату.
В соответствии со ст. 1286 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона - автор или иной правообладатель (лицензиар) предоставляет либо обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования этого произведения в установленных договором пределах.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 26.05.2025 между ФИО1 (лицензиар) и ООО «Первая свободная платформа легальной музыки» (лицензиат) заключен лицензионный договор №, по условиям которого лицензиар предоставляет лицензиату право использовать контент (в том числе в коммерческих целях), а лицензиат обязуется уплатить лицензиару вознаграждение.
Поскольку отсутствует законодательная регламентация дистрибьюторского договора, стороны в силу принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ) определяют его содержание по своему усмотрению и с учетом ограничений, предусмотренных нормами публичного законодательства о внешнеторговой деятельности, о конкуренции, о налогообложении и иными.
27.05.2025 между ФИО1 (правообладатель) и ООО «Первая свободная платформа легальной музыки» (дистрибьютор) заключен дистрибьюторский договор №, согласно которому правообладатель предоставляет дистрибьютору исключительную лицензию использовать Фонограммы (исключительная звуковая запись исполнения или иных звуков либо их отображений) следующем образом: распространять любыми средствам, включая распространение через мобильные сети и интернет.
Настоящий спор возник из лицензионного договора № и дистрибьюторского договора №, заключенных между ФИО1 и ООО «Первая свободная платформа легальной музыки».
Согласно преамбуле Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
В данном случае истец посредством ответчика реализовал свои музыкальные произведения третьим лицам за согласованное сторонами в лицензионном и дистрибьюторском договорах вознаграждение, осуществляя тем самым предпринимательскую деятельность по систематическому извлечению прибыли от реализации принадлежащего ему имущественного права на музыкальные произведения.
Таким образом, истец не может являться потребителем по смыслу Закона РФ от 07.02.1992 "О защите прав потребителей".
Отношения, вытекающие из лицензионного договора, не являются потребительскими, а положения названного Закона на спорные отношения не распространяются, поскольку предмет договора предоставлялся истцу для целей извлечения прибыли, а не для личных, бытовых нужд.
При таких данных суд приходит к выводу, что положения Закона Российской Федерации о защите прав потребителей не распространяются на правоотношения сторон, поскольку никаких услуг (работ) для личных бытовых нужд ответчик истцу не оказывал. Учитывая, что спорные правоотношения сторон не регулируются нормами ФЗ "О защите прав потребителей" иск подлежит рассмотрению без учета указанных норм.
Обращаясь с иском в суд, истец указывает, что ответчиком договорные обязательства исполнялись ненадлежащим образом. Ответчик систематически искажал техническую информацию (метаданные дат релизов), не исполнял обязательства по отзыву контента (альбом "..."), предоставлял неверную информацию потребителю, оказывал ненадлежащее качество технической поддержки потребителей.
15.06.2026 истец обратился к ответчику с претензией, содержащей требование исправить даты релизов на всех стриминговых площадках и предоставить скриншоты-подтверждения для каждой площадки отдельно, а также подтвердить факт направления прямых обращений и предоставить копии этих обращений.
19.06.2026 ответчик отправил ответ на претензию, с отказом в удовлетворении требований и об одностороннем расторжении договора.
Исследовав совокупность представленных доказательств на основании статьи 67 ГПК РФ, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований.
Рассматривая требование о взыскании с ответчика убытков за ненадлежащее качество оказания услуг цифровой дистрибуции в размере 50 000 рублей суд приходит к следубщему.
В силу ч.1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). (ч.2).
Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы. (ч.3).
Как указано в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 7 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).
Заявляя требования о взыскании с ответчика убытков, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представил суду доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.
При таких данных требования о взыскании с ответчика убытков за ненадлежащее качество оказания услуг цифровой дистрибуции в размере 50 000 рублей не подлежат удовлетворению.
Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика удержанных на балансе личного кабинета денежных средств истца в размере 139,89 рублей.
Согласно п.3.2 дистрибьюторского договора № от 27.05.2025 вывод начисленного правообладателю (физическому лицу) вознаграждения осуществляется им самостоятельно в безналичном порядке, с использованием функций и инструментов, реализованных в личном кабинете правообладателя в Сервисе «YOGA», при условии наличия в нем статуса «активно для вывода». Вывод начисленного Правообладателю (юридическому лицу) вознаграждения осуществляется в безналичном порядке по его запросу, направленному в адрес Дистрибьютора (п.3.3).
Таким образом, поскольку у истца имеется доступ к личному кабинету правообладателя в Сервисе «YOGA», и при наличии доступных для вывода денежных средств истец не лишен возможности самостоятельно вывести денежные средства, доказательств обратного суду не представлено. При таких данных суд приходит к выводу, что права истца по самостоятельному выводу денежных средств ответчиком не нарушено.
Истцом также заявлено требование об обязании ответчика перечислить истцу все начисленные роялти за период действия договора и предоставить полную итоговую отчетность о начислениях, в течение 10 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу предоставить истцу полную цифровую выгрузку метаданных его каталога (коды ISRC, UPC/EAN, исходные аудиофайлы и обложки) по всем загруженным релизам.
В соответствии с ч. 5 ст. 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.
Согласно п.2 лицензионного договора № от 26.05.2025 лицензиату предоставлено право использовать контент следующим способом: публично исполнение произведения; право синхронизации: использование контента в аудиовизуальных произведениях, в личных (некоммерческих) целях, для публичного показа (исполнения), доведение до всеобщего сведения, в том числе в сети Интернет, для распространения в социальных сетях (в том числе, но не исключительно, YouTube, Facebook, Instagram, TikTok, Vk.com и т.д.), иных целях прямо не запрещенных договором.
Лицензиар имеет право на вознаграждение только в случае передачи права на использование контента конечному пользователю. Ставки вознаграждения лицензиара: 0,05 руб. за каждое публичное исполнение (показ) контента пользователем сервисов YOGA, БУБУКА в одном месте в пределах территорий ежемесячно. Вознаграждение покрывает все права предоставленные по договору (п.4).
В соответствии с п.3.1 дистрибьюторского договора №№ от 27.05.2025 дистрибьютор уплачивает правообладателю вознаграждение за использование Фонограмм способами, указанными в п. 1.1. Договора, в размере 80% от суммы денежных средств, полученных дистрибьютором от соответствующего использования.
Согласно п.3.2 договора, вывод начисленного правообладателю (физическому лицу) вознаграждения осуществляется им самостоятельно в безналичном порядке, с использованием функций и инструментов, реализованных в личном кабинете правообладателя в Сервисе «YOGA», при условии наличия в нем статуса «активно для вывода». Вывод начисленного Правообладателю (юридическому лицу) вознаграждения осуществляется в безналичном порядке по его запросу, направленному в адрес Дистрибьютора (п.3.3).
Между тем доказательств передачи права на использование контента конечному пользователю в рамках лицензионного договора № от 26.05.2025, а также использования Фонограмм в рамках дистрибьюторского договора № от 27.05.2025, что явилось бы основанием для оплаты, истцом суду не представлено. Кроме того, как указано выше, у истца имеется доступ к личному кабинету правообладателя в Сервисе «YOGA», и при наличии доступных для вывода денежных средств истец не лишен возможности самостоятельно вывести денежные средства.
Пунктами 5.1, 5.2 лицензионного договора № от 26.05.2025предусмотрено, что отчеты об использовании контента формируются автоматически с помощью технических средств лицензиата. В отчетах указывается информация об использовании контента. Отчетность доступна в личном кабинете и сервисах «YOGA», «Бубука». Лицензиат предоставляет лицензиару доступ к личному кабинету. Лицензиар самостоятельно знакомится с отчетностью.
Согласно п. 3.5 дистрибьюторского договора № от ДД.ММ.ГГГГ финансовая отчетность дистрибьютера об использовании фонограмм автоматически формируется и размещается в личном кабинете правообладателя в сервисе «YOGA».
Таким образом, поскольку у истца имеется доступ к личному кабинету правообладателя в Сервисе «YOGA», истец не лишен возможности ознакомиться с итоговой отчетностью о начислениях, доказательств обратного суду не представлено. При таких данных суд приходит к выводу, что право истца по получению отчетности о начислениях ответчиком не нарушено.
В свою очередь, обязанность полной цифровой выгрузки метаданных каталога (коды ISRC, UPC/EAN, исходные аудиофайлы и обложки) по всем загруженным релизам, условиями лицензионного договора № от 26.05.2025, дистрибьюторского договора № от 27.05.2025, не предусмотрена.
Учитывая изложенное, указанные требования не подлежат удовлетворению.
Также истцом заявлено требование о признании одностороннего расторжения договора со стороны ответчика от 19.06.2026 неправомерным и совершенным в нарушение принципа добросовестности, в том числе с применением эстоппеля.
В силу ч.1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной либо в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором (ч.2 ст. 450 ГК РФ).
Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.
Пунктом 1.3 лицензионного договора № от 26.05.2025 предусмотрено, что срок действия договора – 1 календарный год. Договор автоматически пролонгируется на следующий календарный год, если ни одна из сторон не уведомит другую сторону об отказе от договора за 30 дней до окончания срока действия договора.
Пунктом 1.3 дистрибьюторского договора № от 27.05.2025 предусмотрено, что срок действия договора – 1 календарный год. Договор автоматически пролонгируется на следующий календарный год, если ни одна из сторон не уведомит другую сторону об отказе от договора за 60 календарных дней до окончания срока действия договора.
По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Принцип эстоппель вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, установленного пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса.
В общем виде эстоппель (estoppel) можно определить как правовой механизм, направленный на обеспечение последовательного поведения участников правоотношений.
При этом при применении эстоппеля важно учитывать, что само по себе противоречивое поведение стороны не является упречным (противоправным или недобросовестным). Недобросовестным признается только такое противоречивое поведение стороны, которое подрывает разумное доверие другой стороны и влечет явную несправедливость.
Главная задача принципа эстоппель заключается в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.
Недобросовестным является поведение одной из сторон, противоречащее ее предшествующим действиям и заявлениям, на которые разумно положилась другая сторона и вследствие противоречивого поведения понесла ущерб. В частности, недобросовестным является непоследовательное поведение лица в ситуации, когда оно, обладая каким-либо субъективным правом, своими предшествующими действиями создает для другой стороны разумное ожидание, что оно этим субъективным правом воспользоваться не планирует, а впоследствии совершает действия по осуществлению этого права, вопреки предшествующему поведению.
В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Как указывает истец в исковом заявлении 19.06.2026 ответчик направил ему уведомление о расторжении договора, однако доказательств указанного суду не представлено.
Учитывая изложенное и при таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для признания действий ответчика недобросовестными и применения принципа эстоппеля.
Также истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно ст. 15 Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером, владельцем агрегатора) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства, подтверждающих нарушение ответчиком прав истца как потребителя, а также наличия виновных действий ответчика, причинения истцу морального вреда, наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и нравственными страданиями истца, если таковые были причинены, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда.
Также нет оснований для взыскания штрафа на основании ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей", неустойки, поскольку положения Закона РФ на данные правоотношения не распространяются.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Первая свободная платформа легальной музыки» о взыскании компенсации морального вреда в размере 150000 рублей, убытков за некачественное оказание услуг цифровой дистрибуции в размере 50000 рублей, взыскании удержанных на балансе личного кабинета денежных средств в размере 139 рублей 89 копеек, об обязании перечислить все начисленные роялти за период действия договора, предоставить полную итоговую отчетность о начислениях, в течние 10 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу предоставить истцу полную цифовую выгрузку метаданных его каталога (коды ISRC, UPC/EAN, исходные аудиофайлы и обложки) по всем загруженным релизам, признании одностороннего расторжения договора со стороны ответчика от 19.06.2026 неправомерным и совершенным в нарушении принципа добросовестности, взыскании штрафа, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Советский районный суд города Томска в течении месяца со дня составления мотивированного решения.
Судья /подпись/
Мотивированное решение составлено 15.10.2026.
Оригинал находится в материалах гражданского дела № 2-3662/2026 в Советском районном суде г. Томска.