ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
29 июля 2026 года г. Ачинск
Ачинский городской суд Красноярского края в составе: председательствующего судьи Занько А.Т., при секретаре Антоновой А.Е., с участием государственного обвинителя – помощника Ачинского городского прокурора Сватковой А.А., подсудимого Станиславского А.М., его защитника – адвоката Зыряновой Т.В., удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:
Станиславского А. М., <данные изъяты> ранее судимого:
- 04.07.2012 приговором Ачинского городского суда Красноярского края по ч. 3 ст. 162 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, в последующем с частичным сложением на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ с наказанием, назначенным приговором мирового судьи судебного участка №2 в г. Ачинске Красноярского края от 20.09.2012 (судимость по которому в настоящее время погашена, в соответствии со ст. 86 УК РФ), к 6 годам 1 месяцу лишения свободы, освобожденного 03.08.2018 по отбытии срока;
- 05.04.2019 приговором Ачинского городского суда Красноярского края по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, к 4 годам лишения свободы, освобожденного 17.11.2022 по отбытии срока,
- 27.11.2024 приговором Ачинского городского суда Красноярского края по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, к 6 месяцам лишения свободы, на основании положений, предусмотренных ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, с заменой наказания в виде лишения свободы принудительными работами на срок 6 (шесть) месяцев, с удержанием из заработной платы осужденного 5 % (пяти процентов) в доход государства,
- 18.02.2025 приговором мирового судьи судебного участка № 134 в г. Ачинске и Ачинском районе Красноярского края по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, к 9 месяцам лишения свободы, на основании положений, предусмотренных ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, с заменой наказания в виде лишения свободы принудительными работами на срок 9 месяцев, с удержанием из заработной платы осужденного 5 % (пяти процентов) в доход государства, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказания по приговору Ачинского городского суда Красноярского края от 27.11.2024, к 1 году принудительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 5 % (пяти процентов) в доход государства, освободившегося 20.02.2026, по отбытии срока наказания, содержащегося под стражей по уголовному делу с 09.03.2026 по настоящее время, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Станиславский А.М. умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Преступление Станиславским А.М. совершено в г. Ачинске Красноярского края, при следующих обстоятельствах:
09 марта 2026 г. в период времени с 13 час. 00 мин. до 14 час. 59 мин., более точное время не установлено, между <данные изъяты> Д.В. и Станиславским А.М., находящимися в алкогольном опьянении, в помещении стр. <данные изъяты> г. Ачинска Красноярского края, возник конфликт, в ходе которого, <данные изъяты> Д.В. ножом причинил Станиславскому А.М. телесное повреждение в виде раны на голове, в связи с чем, у Станиславского А.М. вследствие противоправного поведения <данные изъяты> Д.В. внезапно возник преступный умысел, направленный на причинение тяжких телесных повреждений <данные изъяты> Д.В., с применением предмета, используемого в качестве оружия.
В указанные выше время и месте, действуя незамедлительно, Станиславский А.М., реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение <данные изъяты> Д.В. тяжкого вреда здоровью, с применением предмета, используемого в качестве оружия, выхватил из правой руки <данные изъяты> Д.В. кухонный нож, после чего удерживая указанный кухонный нож в своей правой руке, умышленно, осознавая, что совершает действия, опасные для жизни и здоровья, предвидя возможность причинения тяжкого вреда здоровью и желая этого, применяя кухонный нож, как предмет, используемый в качестве оружия, действуя целенаправленно, нанес <данные изъяты> Д.В. два удара лезвием кухонного ножа в область живота последнего, чем причинил <данные изъяты> Д.В. физическую боль и телесные повреждения в виде:
проникающей колото-резаной раны на передней брюшной стенке в правой подвздошной области по среднеключичной линии, с ранением париетальной брюшины и восходящей ободочной кишки, которая согласно п. 5.1.1.16 Приказа МЗ РФ № 172-Н от 08.04.2025 отнесена к критерию вреда здоровью опасному для жизни человека, создающему непосредственно угрозу для жизни, и по указанному признаку, согласно «Правил (порядка) определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», согласно заключения эксперта № 253 от 02.04.2026 квалифицируется как ТЯЖКИЙ вред здоровью;
непроникающей колото-резаной раны на правой боковой стенке живота по среднеподмышечной линии на уровне 10-11 межреберий, сопровождающейся кратковременным расстройством здоровья на срок не более 21 дня, которая согласно п. 5.3.1 Приказа МЗ РФ № 172-Н от 08.04.2025 отнесена к критериям, характеризующим квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровья, и по указанному признаку, согласно «Правил (порядка) определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», согласно заключения эксперта №253 от 02.04.2026, квалифицируется как ЛЁГКИЙ вред здоровью.
Таким образом, между преступными действиями Станиславского А.М. и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью <данные изъяты> Д.В., имеется прямая причинно-следственная связь.
В судебном заседании подсудимый Станиславский А.М. виновным себя в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ фактически не признал, поскольку соглашаясь с тем, что именно он ножом причинил <данные изъяты> Д.В. телесные повреждения, пояснил суду, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего у него не имелось, он оборонялся от действий потерпевшего, который первым напал на него и причинил ножом телесное повреждение, представлял для него угрозу.
При допросе в судебном заседании подсудимый Станиславский А.М. пояснил, что 9 марта 2026 г. ему позвонила знакомая О.А. , в связи с чем, он приехал на базу по адресу: <адрес>, где О.А. находилась с <данные изъяты>, который ему ранее также был знаком, все втроём впоследствии находились в помещении сторожки. Там с <данные изъяты> и О.А. он выпил стопку водки, <данные изъяты> с О.А. уже находились в состоянии опьянения. О.А. начала жаловаться <данные изъяты> о том, что он (Станиславский) ранее когда проживал с О.А. , последнюю «гонял» (бил). Он (Станиславский) не стал спорить и отрицать этого. О.А. и <данные изъяты> стали предъявлять ему претензии, после чего О.А. стала наносить ему удары руками и ногами, после <данные изъяты> также стал его бить. В какой то момент он увидел у <данные изъяты> в руках нож, которым последний стал размахивать перед ним (Станиславским), а после стал наносить им удары по голове, и лезвием и рукоятью. Он начал защищаться, отталкивать <данные изъяты> руками, отступал назад, запнулся и упал.
Он испугался за свою жизнь, кроме того, О.А. кричала <данные изъяты>, что его (Станиславкого) «нельзя отпускать, нужно лишить жизни». <данные изъяты> продолжал наносить ему удары ножом по голове, оцарапал голову, были порезы головы и шеи. В какой – то момент он (Станиславский) встал, поднялся с пола, <данные изъяты> говорил О.А. , чтобы она держала дверь и не выпускала его со сторожки. О.А. встала у двери. В этот момент он (Станиславский), не может объяснить каким образом, но он выхватил из рук <данные изъяты> нож, последний при этом замахнулся на него кулаком руки, и в этот момент он нанес <данные изъяты> один удар ножом в область живота, отчего <данные изъяты> схватился за живот и упал на пол. Куда именно пришелся удар, не может сказать, не помнит, все произошло быстро. Он хотел вызвать скорую помощь, но во время драки <данные изъяты> выбил у него из рук телефон. После нанесения удара <данные изъяты>, О.А. отошла от двери, а он (Станиславский) забрал свои вещи, открыл дверь и вышел из сторожки, затем вызвал такси и уехал домой, уехал с ножом, зачем его взял, пояснить не может, не понимал в тот момент, что происходит. После он переоделся, поехал к другу, где его и задержали сотрудники полиции. Алкоголя употребил всего 50 гр., пьяным не был. Он опасался за свою жизнь, оборонялся от <данные изъяты>, поскольку последний вместе с О.А. удерживали его в сторожке, он не имел возможности выйти. Он ранее знал <данные изъяты> как агрессивного, вспыльчивого, конфликтного. Признаёт, что удар <данные изъяты> ножом в область живота нанес именно он, но в целях защиты, оборонялся от <данные изъяты>, поэтому не согласен с квалификацией его действий по ст. 111 УК РФ, причинять тяжкий вред <данные изъяты> не желал. Допускает, что он возможно нанёс два удара ножом <данные изъяты> в область живота, поскольку при изложенных выше обстоятельствах подробностей всех событий не помнит, находился в стрессовом состоянии и в испуге. Не согласен с показаниями потерпевшего <данные изъяты> и свидетеля О.А. , считает, что они не соответствуют действительности, указанные лица его оговаривают.
В судебном заседании, по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с положениями, предусмотренными п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, были оглашены показания подсудимого Станиславского А.М., данные им в ходе предварительного следствия, первоначально при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что у него есть знакомая – О.А. , на протяжении 1 года между ними дружеские отношения. ДД.ММ.ГГГГ около 13 час. 00 мин., он позвонил О.А. , и уточнил где она. О.А. ответила, что находится совместно с ранее ему знакомым <данные изъяты> Д. по адресу: <адрес>, стр. 61Г. С <данные изъяты> он познакомился около 4 дней назад, по месту проживания в Центре социальной адаптации. О.А. пригласила и его (Станиславского), как понял <данные изъяты> был не против. Когда пришел по адресу, то стало известно, что в данном помещении <данные изъяты> работает сторожем. Когда пришел, то О.А. и <данные изъяты> уже распивали спиртные напитки, он к ним присоединился, выпил одну стопку водки. Пробыв примерно 30 мин., <данные изъяты> стал предъявлять ему (Станиславскому) предъявлять, что он ранее причинял физическую боль О.А. , чего он не стал отрицать, и сказал, что уже извинился перед ней. <данные изъяты> сидел за столом, он стоял у окна, в какой то момент <данные изъяты> встал, в правой руке у него увидел нож (с красной рукоятью и белым лезвием), <данные изъяты> стал подходить к нему на близкое расстояние, размахивал ножом перед его лицом, а после стал причинять ему ножевые ранения по голове, нанёс не более 5 ударов лезвием ножа по голове, а именно по затылку, от чего он испытывал физическую боль, он отмахивался от <данные изъяты>, который в момент нанесения ему ударов угрожал физической расправой. В какой-то момент, <данные изъяты> прекратил причинять по его голове ножевые ранения, но все равно махал ножом перед ним, после чего, он (Станиславский) выхватил из руки нож у <данные изъяты>, и нож оказался у него в правой руке. После чего, <данные изъяты> стал ему говорить, что он «отбывал наказание за убийство», на что он ответил, что ему (Станиславскому) «не слабо», и удерживая нож также в правой руке, направляя лезвие ножа в сторону <данные изъяты>, он опасаясь за свою жизнь, с силой нанес один удар в область живота <данные изъяты> справа. После чего, он испугавшись последствий, т.к. совершил преступление, вместе с ножом покинул помещение. Момент, когда он нанёс ножевое ранение <данные изъяты>, видела О.А. , она всегда была рядом с начала их конфликта, до того как он нанёс <данные изъяты> ножевое ранение. После чего, он сразу же поехал домой, где переоделся, т.к. его куртка была в крови, а также по данному адресу оставил нож. После чего, переодевшись, он отправился к своему другу, по <адрес>, где и был задержан сотрудниками полиции.
После задержания, он совместно с сотрудниками полиции проследовал до адреса своего проживания, где был произведен осмотр его комнаты, где была изъята куртка и нож. Таким образом, именно он нанёс ножевое ранение <данные изъяты>, опасаясь за свою жизнь. У него (Станиславского) имеются телесные повреждения на голове в области затылка и теменной области, а также ссадина не шее, полученные в результате действий <данные изъяты> Д., в совершенном преступлении раскаивается (т. 1, л.д. 146-150, 158-161).
Из показаний, данных подсудимым Станиславским А.М. в ходе предварительного следствия, при дополнительном допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ, следует, что при указанных выше обстоятельствах, <данные изъяты> Д. первым стал с ним конфликтовать, вёл себя дерзко, оскорблял его. В один момент <данные изъяты> схватил нож в правую руку, и стал им перед ним (Станиславским) махать, перед лицом и над головой в разные направления, когда махал ножом, то порезал ему кожу головы в районе теменной области, он закрывал голову руками, в промежутках пытался оттолкнуть <данные изъяты>. От действий последнего было страшно. Тогда, он выхватил своей правой рукой нож из руки <данные изъяты> и стал удерживать его в своей правой руке. В этот момент <данные изъяты> стал ему говорить, что он ранее отбывал наказание за убийство, продолжал вести себя вызывающе, что то ему кричал, возможно «брал его на слабо», он конкретно формулировку его слов не помнит, но тот действительно провоцировал его на эмоции. Рядом всё время находилась О.А. , которая может подтвердить, что <данные изъяты> его «выводил». Однако, конфликт происходил только между ними, О.А. не участвовала в нём. Ему (Станиславскому) стало страшно от действий <данные изъяты>, понимал, что в дальнейшем от последнего можно ожидать чего угодно, поскольку знал, что тот действительно отбывал наказание за убийство. Он подумал, что <данные изъяты> просто не выпустит его с этой сторожки, если он выбросит нож, и тогда, удерживая в правой руке обычным хватом, держа нож клинком вперед, он нанёс два удара в живот <данные изъяты>, куда именно он не всматривался, возможно куда то в районе пупа. В момент удара ножом <данные изъяты> находился спереди от него, они толкались немного перед этим. Не держит зла на <данные изъяты> относительно порезов на голове, которые ему причинил <данные изъяты>, поскольку он в большей степени перед ним виноват, поэтому претензий к нему не имеет. Однако, конфликт первым затеял именно <данные изъяты>, и желает чтобы это учитывалось судом. Говорит правду и полно рассказал об обстоятельствах. Вину в содеянном признаёт полностью, искренне раскаивается (т. 1, л.д. 162-164).
Из показаний, данных подсудимым Станиславским А.М. в ходе предварительного следствия, при допросе в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ, следует, что с обвинением, предъявленным по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ не согласен полностью, поскольку противоправные действия <данные изъяты> по отношению к нему были первоначальными, т.к. в его руках был нож, которым он ему наносил удары по голове и шее. Он, опасаясь за свою жизнь, выхватил из руки <данные изъяты> нож и нанёс ему удар. Умысла на умышленное причинение телесных повреждений <данные изъяты>, у него не было. Он считает, что его действия относятся к необходимой обороне, поскольку действия <данные изъяты> по отношению к нему носили опасный характер и выражались в насилии опасном для жизни (т. 1, л.д. 173-176).
В ходе проверки показаний на месте, Станиславский А.М., в присутствии защитника, продемонстрировал на месте (в помещении по адресу: <адрес>, стр. 61г), где и при каких обстоятельствах <данные изъяты> Д. стал размахивать перед ним ножом, нанес ему повреждения в виде порезов на голове, а также продемонстрировал и пояснил, что в какой – то момент он (Станиславский) выхватил нож из рук <данные изъяты> и стал удерживать данный нож в своей правой руке. Затем <данные изъяты> стал ему громко кричать, «выводить его на эмоции», провоцировать дальше конфликт, <данные изъяты> стал говорить, что ранее был судим по ст. 105 УК РФ, после чего, он (Станиславский), испугавшись действий <данные изъяты>, удерживая нож в правой руке, нанёс <данные изъяты> 2 удара ножом в область живота (т. 1, л.д. 165-168).
Оглашенные в судебном заседании показания, подсудимый Станиславский А.М. подтвердил частично, пояснил, что не читал протоколы допроса, расписался в них, доверился следователю. Оглашенные показания не полные, многие моменты не отражены, но о них подсудимый пояснял следователю, давал подробные показания, почему следователь не отразил их, не знает. Между ним и <данные изъяты> не было разговора об осуждении последнего по ст. 105 УК РФ, последний «на слабо» его не брал.
Исследовав в судебном заседании показания подсудимого Станиславского А.М., показания потерпевшего и свидетелей, протоколы следственных действий, заключения судебных экспертиз и иные материалы уголовного дела, суд пришёл к выводу о виновности подсудимого Станиславского А.М. в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.
Виновность подсудимого Станиславского А.М., именно в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, подтверждается совокупностью следующих, исследованных судом доказательств:
Показаниями потерпевшего <данные изъяты> Д.В., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что обстоятельств причинения ему телесных повреждений, драки со Станиславским, он не помнит, пришёл в сознание только в больнице. ДД.ММ.ГГГГ, он вместе со своей знакомой О.А. находился в Центре социальной адаптации по <адрес> предложил ей распить спиртное в сторожке, где работает сторожем, в стр. 61 «Г» по <адрес>, на что О.А. согласилась. На тот момент он уже был в состоянии опьянения, пил пиво, при этом у него с собой был спирт объемом 1,5 л. Около 13 час. они сидели с О.А. за столом в сторожке и употребляли спирт. Помнит, что сидели они сначала вдвоём, а затем к ним присоединился Станиславский, который ранее ему был знаком. Затем произошёл какой то конфликт, и после этого помнит момент как он уже оказался в больнице, сам конфликт у него в голове как «в тумане», в больнице обнаружил 2 ранения на своём животе. Ознакомившись с протоколом допроса обвиняемого Станиславского и свидетеля О.А. , может пояснить, что он согласен с их показаниями, он действительно мог быть провокатором, мог царапать и бить рукояткой ножа по голове Станиславского, поскольку под действием алкоголя может «нести всякую чушь», обидеть человека словом, поэтому не исключает, что конфликт между ним и Станиславским мог начаться с него (<данные изъяты>). Он вспомнил момент, что действительно брал нож в руки, чтобы припугнуть Станиславского, но не более этого. Этот кухонный нож их «рабочий», не Станиславского. Отметил, что если бы он хотел причинить какие-то серьезные повреждения Станиславскому, то не царапал бы ему по голове ножом, а нанес бы ему удар сразу «как следует». Он хотел напугать Станиславского, но не собирался причинять ему какой-либо серьезный физический вред. Кроме того, после того, как Станиславский забрал у него нож, он бы мог его выбросить, либо как то причинить ему вред без применения ножа, либо вызвать полицию, но он с этим ножом пошёл на него (<данные изъяты>) и причинил ему 2 удара в живот. Поэтому считает, что Станиславский не оборонялся от него (<данные изъяты>), раз успел выхватить у него нож. Он бы мог этот нож выбросить, но не стал же этого делать и ударил им его 2 раза. Т.к. немного есть его (<данные изъяты>) вина, он первым начал конфликт, то претензий он к Станиславскому не имеет, не желает, что бы он отбывал наказание, простил его (т. 1, л.д. 99-105)
Показаниями свидетеля О.А. , данными ею в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что проживает в реабилитационном Центре адаптации, в <адрес>. В данном центре с ней проживал <данные изъяты> Д., с которым они познакомились и стали общаться, поддерживали приятельские отношения. ДД.ММ.ГГГГ около 12 час., находясь в Центре <данные изъяты> предложил пойти к нему на работу, и они проследовали до адреса: <адрес>, стр. 61 «г», <данные изъяты> сказал, что работает там сторожем. По пути следования купили бутылку водки, изначально стали распивать вдвоём. В ходе распития ей позвонил ранее знакомый Станиславский, знакомы около 9 мес., с ним приятельские отношения. Она предложила Станиславскому приехать, <данные изъяты> тоже с ним знаком, и был не против. Перед тем как приехал Станиславский, она <данные изъяты> рассказала, что ранее у нее были конфликты со Станиславским, он её избивал, но претензий не имеет, прошло много времени. Ранее она проживала у Станиславского, но близких отношений между ними не было. Когда приехал Станиславский, они стали втроём употреблять спиртное, изначально было всё нормально, конфликтов не было. В ходе распития, <данные изъяты> стал предъявлять Станиславскому, за то что последний причинял ей физическую боль, что Станиславский признал. В это время Станиславский находился у окна, расположенного у входа в помещение.
После этих слов <данные изъяты> разозлился, встал из-за стола, около которого они сидели, он взял в руки нож, который находился на столе (с красной рукояткой с белым лезвием). Когда в руках у <данные изъяты> находился нож, то <данные изъяты> подошел к Станиславскому на близкое расстояние, удерживая нож в руке стал махать ножом перед лицом Станиславского, после чего <данные изъяты> стал причинять Станиславскому телесные повреждения, а именно ножом нанес несколько ударов по его голове, какое именно количество ударов он ему нанес, она не считала, в этот момент Станиславский пытался защититься, а именно руками пытался оттолкнуть <данные изъяты>, а также закрывал голову руками, она все время находилась на расстоянии от них, в метрах в двух, но уже была около входа в данное помещение. <данные изъяты> наносил Станиславскому удары по голове возможно не только лезвием, а ещё и рукоятью ножа, помнит, что тот крутил ножом у головы Станиславского. Она не «лезла» к ним, т.к. думала, что мужчины сами разберутся. В ходе этого, она обратила внимание, что Станиславский забрал нож у <данные изъяты>, но как именно он это сделал, она не рассмотрела, после чего, она услышала, что <данные изъяты> сказал Станиславскому фразу «Я по 105-й сидел», после чего, когда <данные изъяты> сказал данную фразу, Станиславский сказал <данные изъяты> «да мне не слабо» и после этой фразы, Станиславский удерживая нож в руке (в какой именно не обратила внимания), направил нож лезвием в сторону <данные изъяты>, и нанес ему 1 удар в область живота, возможно она могла не заметить, как Станиславский нанес 2 удара ножом в живот <данные изъяты>, т.к. это было всё очень быстро, но при ней <данные изъяты> никто более ножом не бил. После чего, <данные изъяты>, стал руками держаться за живот и отошел от Станиславского. В это время, Станиславский, удерживая нож в руке, сразу же покинул помещение, куда именно побежал не видела, нож Станиславский забрал с собой, и больше он не возвращался. После чего, она подошла к <данные изъяты>, он поднял свою кофту, и она увидела у него много крови, которая капала на бетонный пол. Она стала понимать, что рана глубокая, испугалась за здоровье <данные изъяты>, позвонила в скорую помощь, а также сообщила в полицию. После приехала скорая помощь, полиция, <данные изъяты> госпитализировали в больницу, а она проехала с сотрудниками полиции, сказала, где мог находиться Станиславский, проехали по адресу, Станиславский был задержан. Таким образом, Станиславский нанес <данные изъяты> умышленно ножевое ранение, потому что он не мог <данные изъяты> случайно причинить ножевое ранение, он специально это сделал, как она поняла, <данные изъяты> «взял на слабо» Станиславского и тот нанес ему ножевое ранение. Поводов и оснований оговаривать Станиславского у нее нет, готова подтвердить показания на очной ставке со Станиславским. <данные изъяты> не был физически больше Станиславского, поэтому у последнего не было оснований наносить удар ножом <данные изъяты>, поскольку отобрав нож у <данные изъяты> последний угрозы для Станиславского не представлял. Сама она «за нож не бралась», кроме них троих в сторожке никого более не было (т. 1, л.д. 121-124, 125-126).
Кроме показаний потерпевшего и свидетеля, в судебном заседании исследованы иные доказательства, подтверждающие виновность подсудимого Станиславского А.М. в совершении указанного выше преступления:
- протокол осмотра места происшествия (с фототаблицей), согласно которому, осмотрено помещение сторожки, по адресу: <адрес>. стр. 61 «г», где Станиславским А.М. были причинены телесные повреждения <данные изъяты> Д.В., в ходе которого установлена обстановка на месте происшествия, в помещении обнаружены и изъяты: следы пальцев рук, следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, сделан смыв вещества на марлевый тампон (т. 1, л.д. 17-25);
- протокол осмотра предметов, согласно которому, осмотрены: следы пальцев рук на 3 отрезках липкой ленты, упакованные в бумажный конверт, марлевый тампон со следами вещества бурого цвета, упакованный в бумажный конверт (т. 1, л.д. 64-65);
- постановлением следователя, указанные выше предметы, осмотренные следователем, признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (т. 1, л.д. 66);
- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, след ногтевой фаланги пальца руки, изъятый при осмотре места происшествия, в помещении по адресу <адрес>. стр. 61 «г», с поверхности бутылки, оставлен средним пальцем левой руки обвиняемого Станиславского А.М. (т. 1, л.д.30-32);
- протокол осмотра места происшествия (с фототаблицей), согласно которому, осмотрена квартира по адресу: <адрес>, микр. 3, <адрес>, место проживания Станиславского А.М., в ходе которого были обнаружены и изъяты: нож с рукоятью красного цвета и лезвием белого цвета, куртка красно-белого цвета, принадлежащая Станиславскому А.М., на которой обнаружены следы вещества бурого цвета (т. 1, л.д. 52-57);
- протокол осмотра предметов, согласно которому, осмотрен нож, упакованный в бумажный конверт, изъятый при осмотре места происшествия, в <адрес>. 27 3-го микр. в <адрес> (т. 1, л.д. 64-65);
- протокол осмотра предметов, согласно которому, осмотрена куртка красно-белого цвета, принадлежащая обвиняемому Станиславскому А.М., на поверхности которой имеются следы вещества бурого цвета (т. 1, л.д. 58-61);
- постановления следователя, согласно которым, указанные выше предметы, осмотренные следователем, признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу (т. 1, л.д. 62, 66);
- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, на клинке ножа, представленного на экспертизу, обнаружена кровь человека, которая произошла от потерпевшего <данные изъяты> Д.В., а на рукояти ножа обнаружена кровь человека, которая произошла от Станиславского А.М. (т. 1, л.д. 74-85);
- заключение судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой, у <данные изъяты> Д.В. при обращении за медицинской помощью, имелись:
проникающая колото-резаная рана на передней брюшной стенке в правой подвздошной области по среднеключичной линии с ходом раневого канала спереди назад, справа налево, с ранением париетальной брюшины и восходящей ободочной кишки; непроникающая колото-резаная рана на правой боковой стенке живота по среднеподмышечной линии на уровне 10-11 межреберий с ходом раневого канала спереди назад, справа налево, которая согласно п. 5.ДД.ММ.ГГГГ Приказа МЗРФ №-Н от ДД.ММ.ГГГГ отнесена к критерию вреда здоровью опасному для жизни человека, создающему непосредственно угрозу для жизни. Указанный признак, согласно «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируется как ТЯЖКИЙ вред здоровью;
непроникающая колото-резаная на правой среднеподмышечной линии на уровне 10-11 межреберий, с ходом раневого канала спереди назад, справа налево, сопровождалась кратковременным расстройством здоровья на срок не более 21 дня, что согласно п. 5.3.1 Приказа МЗ РФ №-Н от ДД.ММ.ГГГГ отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровья. Указанный признак, согласно правилам «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируется как ЛЁГКИЙ вред здоровью.
Могли возникнуть от двух воздействий предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, возможно в срок как указано в медицинских документах ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 118-119);
- заключение судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой у Станиславского A.M. при обращении за медицинской помощью, имелась ушибленная рана головы, а на момент проведения данной экспертизы у него имелся рубец в затылочной области головы, явившийся следствием заживления раны указанной локализации. Морфологические особенности рубца указывают на заживления раны первичным натяжением. Учитывая, что заживление раны первичным натяжением проходит за 6-14 дней (М.И. , 1990 Хирургические болезни), можно считать, что повреждение вызвало временную нетрудоспособность продолжительностью до 21 дня, что согласно п. 5.3.1 Приказа МЗ РФ №-H от ДД.ММ.ГГГГ, отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровья. По данному признаку, согласно правилам «Порядка определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», данная рана квалифицируется как ЛЁГКИЙ вред здоровью. Причинена при однократном воздействии твердым тупым предметом (предметами), возможно в срок, указанный в постановлении ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д.182-183).
Представленные сторонами доказательства, суд считает относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а в совокупности достаточными для вывода о виновности подсудимого Станиславского A.M.
Виновность Станиславского A.M. в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью <данные изъяты> Д.В., помимо показаний подсудимого подтверждается показаниями потерпевшего <данные изъяты> Д.В. и свидетеля О.А. , протоколами осмотра места происшествия и предметов, заключениями судебных экспертиз и другими материалами уголовного дела.
Показания потерпевшего <данные изъяты> Д.В. об обстоятельствах имевших место в период совершения в отношении него преступления, показания свидетеля О.А. , являвшейся очевидцем преступления, по мнению суда в целом не содержат каких-либо противоречий, способных оказать существенное влияние на выводы суда, они не опровергают и не противоречат иным доказательствам, соответствуют данным о мотивах совершенного подсудимым деяния, вследствие конфликта с потерпевшим, а так же причинения потерпевшим <данные изъяты> Д.В. в ходе указанного конфликта телесного повреждения Станиславскому А.М.
Суд не соглашается с доводами подсудимого о том, что показания потерпевшего <данные изъяты> Д.В. и свидетеля О.А. являются недостоверными, не соответствуют действительности, в связи с чем по мнению подсудимого не могут быть приняты судом в качестве доказательств его виновности в совершении преступления.
Напротив, по мнению суда показания потерпевшего <данные изъяты> Д.В., свидетеля О.А. являются последовательными и непротиворечивыми, согласуются между собой, в том числе их показания согласуются в основной части и с показаниями самого подсудимого Станиславского А.М., данными им в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании.
Каких – либо оснований для исключения показаний указанных лиц из числа доказательств, по доводам подсудимого Станиславского А.М., не имеется.
Допросы потерпевшего <данные изъяты> Д.В., свидетеля О.А. произведены в стадии предварительного следствия с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснениям допрашиваемым лицам их процессуальных прав и обязанностей, с предупреждением о возможном использовании данных ими показаний в качестве доказательств по уголовному делу, а также с предупреждением в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.
При установленных обстоятельствах, приведенные подсудимым Станиславским А.М. сведения о личности потерпевшего и свидетеля, данные о привлечении их ранее к уголовной ответственности, о их дружеских взаимоотношениях, сами по себе также не свидетельствуют о недостоверности показаний, допрошенных лиц, не являются основанием для признания их недостоверными, недопустимыми, для исключения их из числа доказательств по уголовному делу.
При этом, каких-либо оснований для оговора подсудимого Станиславского А.М. потерпевшим <данные изъяты> Д.В., свидетелем О.А. в ходе судебного разбирательства не установлено, материалы уголовного дела таких сведений не содержат.
Приведенные подсудимым Станиславским А.М. в судебном заседании доводы о том, что потерпевший и свидетель дают недостоверные показания, пытаясь избежать уголовной ответственности за совершенные ими совместные противоправные действия в отношении подсудимого, которого они якобы намеревались лишить жизни, суд считает несостоятельными и надуманными, неподтвержденными какими-либо фактическими данными.
Доводы подсудимого Станиславского А.М. в указанной части, о том, что свидетель О.А. ДД.ММ.ГГГГ причиняла телесные повреждения подсудимому наряду с потерпевшим <данные изъяты> Д.В., а также препятствовала ему покинуть помещение, вследствие чего она якобы даёт недостоверные показания, пытаясь сама избежать уголовной ответственности, суд считает также несостоятельными, противоречащими обстоятельствам установленным судом.
При этом суд учитывает, что показания подсудимого Станиславского А.М. в указанной выше части непоследовательны и противоречивы.
Так, будучи неоднократно допрошенным в ходе предварительного следствия, Станиславский А.М. не сообщал сведений о том, что свидетель О.А. принимала участие в конфликте, наряду с <данные изъяты> Д.В. наносила ему удары и причиняла телесные повреждения, препятствовала его выходу из помещения. Напротив, Станиславский А.М. при допросе следователем сообщал, что конфликт происходил только между ним и <данные изъяты> Д.В.
Об участии в конфликте свидетеля О.А. , о недостоверности её показаний подсудимый Станиславский А.М. заявил только в ходе судебного разбирательства, при этом каких-либо обоснованных пояснений о причинах изменения показаний, подсудимый привести не смог.
Как следует из протоколов допросов Станиславского А.М. в стадии предварительного следствия, допросы произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением прав и обязанностей подозреваемого и обвиняемого, предупреждением о возможном использовании показаний в качестве доказательств по уголовному делу, показания Станиславским А.М. давались в присутствии квалифицированного защитника – адвоката, что объективно исключает возможность оказания какого-либо воздействия на допрашиваемого подозреваемого (обвиняемого).
Каких-либо предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для признания показаний Станиславского А.М., данных им в ходе предварительного следствия недопустимыми, для исключения их из числа доказательств, не имеется.
Заявляя в судебном заседании о несостоятельности, неполноте и недостоверности собственных показаний, зафиксированных в протоколах допроса подозреваемого и обвиняемого, подсудимым Станиславским А.М. не приведено каких-либо обоснованных объяснений тому, что им не было сделано каких-либо замечаний, дополнений на показания, содержащиеся в протоколах допроса.
Учитывая вышеизложенное, суд критически относится к данным Станиславским А.М. в судебном заседании показаниям, пояснениям как о недостоверности показаний потерпевшего <данные изъяты> Д.В. и свидетеля О.А. , об оговоре его указанными лицами, так и о недостоверности и неполноте его собственных показаний, данных в ходе предварительного следствия, считая указанные доводы подсудимого надуманными, избранным им способом защиты от предъявленного обвинения в совершении тяжкого преступления.
Проанализировав совокупность исследованных доказательств, суд приходит к выводу о том, что виновность подсудимого Станиславского A.M. в совершении указанного выше преступления, нашла свое полное подтверждение представленными стороной обвинения доказательствами.
Учитывая установленные в судебном заседании обстоятельства, характер взаимоотношений потерпевшего и подсудимого Станиславского A.M., конкретные обстоятельства, предшествующие причинению потерпевшему телесных повреждений, суд считает установленным, что тяжкий вред здоровью потерпевшему <данные изъяты> Д.В., с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинен подсудимым Станиславским A.M. при обстоятельствах, изложенных в предъявленном ему органом предварительного следствия обвинении, умышленно, вследствие возникшего конфликта, а так же причинения потерпевшим <данные изъяты> Д.В. в ходе указанного конфликта телесного повреждения Станиславскому А.М., и возникших на этой почве у подсудимого личных неприязненных отношений к потерпевшему.
Квалификация действий Станиславского A.M. по п. «з» ч 2. ст. 111 УК РФ, органом предварительного следствия дана верно, поскольку действия его носили умышленный характер, а каких-либо данных о причинении подсудимым потерпевшему телесных повреждений по неосторожности, в состоянии необходимой обороны, в том числе при превышении её пределов, по уголовному делу не имеется.
Об умысле Станиславского A.M. на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему <данные изъяты> Д.В. свидетельствует характер действий подсудимого, локализация и способ причинения повреждения, орудие преступления (нож), которым он, применяя, как предмет, используемый в качестве оружия, осознавая, что совершает действия, опасные для жизни и здоровья потерпевшего, умышленно нанес <данные изъяты> Д.В. два удара в область живота, т.е. в область расположения жизненно важных органов человека, чем причинил <данные изъяты> Д.В. физическую боль и телесные повреждения в виде: проникающей колото-резаной раны на передней брюшной стенке в правой подвздошной области по среднеключичной линии, с ранением париетальной брюшины и восходящей ободочной кишки, квалифицирующейся как тяжкий вред здоровью, а также непроникающей колото-резаной раны на правой боковой стенке живота по среднеподмышечной линии на уровне 10-11 межреберий, квалифицирующейся как легкий вред здоровью.
Вопреки доводам стороны защиты, суд не может согласиться с тем, что подсудимый Станиславский А.М. причинил потерпевшему телесное повреждение, тяжкий вред здоровью в состоянии необходимой обороны, в т.ч. и при превышении её пределов.
Так, согласно положений, предусмотренных ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
По смыслу уголовного закона, общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов); применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).
При этом, в силу правовой позиции ВС РФ, изложенной в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 №19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.
В судебном заседании установлено, что 09.03.2026 инициатором конфликта действительно являлся потерпевший <данные изъяты> Д.В., он первым стал совершать противоправные действия в отношении подсудимого Станиславского А.М., размахивал перед ним ножом, последним наносил удары по голове подсудимого, причинив ему телесное повреждение, влекущее легкий вред здоровью.
Вместе с этим, в ходе указанного конфликта подсудимый Станиславский А.М. выхватил нож из руки потерпевшего <данные изъяты> Д.В., и удерживал в своей руке.
Как следует из показаний подсудимого Станиславского А.М., данных им в ходе предварительного следствия, которые судом по изложенным выше основаниям принимаются как достоверные, при этом, согласующихся и с последовательными показаниями свидетеля О.А. , после того как Станиславский А.М. выхватил из руки нож у <данные изъяты>, последний стал говорить Станиславскому А.М., что он (<данные изъяты>) «отбывал наказание за убийство», на что Станиславский А.М. ответил, что ему (Станиславскому) «не слабо», и удерживая нож в правой руке, направляя лезвие ножа в сторону <данные изъяты>, нанес два удара в область живота <данные изъяты> Д.В. справа.
В это время, потерпевший <данные изъяты> Д.В. каких-либо иных предметов в руках не держал, нож себе вернуть не пытался, на Станиславского А.М. не нападал, ударов ему не наносил, телесных повреждений иным способом не причинял.
Станиславский А.М., завладев ножом от <данные изъяты> Д.В. не отошел, выйти из помещения не пытался.
Указанные обстоятельства объективно свидетельствуют о том, что во время нанесения Станиславским А.М. ударов ножом <данные изъяты> Д.В., посягательство последнего в отношении Станиславского А.М. было предотвращено, пресечено и окончилось, и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что с учётом обстановки на месте совершения преступления осознавалось Станиславским А.М.
С учётом установленных в судебном заседании обстоятельств, изложенных выше данных, суд считает установленным, что тяжкий вред здоровью причинен подсудимым Станиславским А.М. потерпевшему <данные изъяты> Д.В. умышленно, в ходе ссоры, вследствие противоправного поведения потерпевшего, при этом, нанесение подсудимым двух ударов ножом потерпевшему совершено не в состоянии необходимой обороны и соответственно без превышения пределов таковой, поскольку было совершено подсудимым уже в отсутствие какого – либо посягательства со стороны потерпевшего, у которого подсудимый забрал нож, и который после этого каких – либо противоправных действий в отношении подсудимого или иных лиц уже не совершал, опасности для подсудимого не представлял.
При установленных обстоятельствах, доводы подсудимого Станиславского А.М.
о том, что удары ножом потерпевшему были нанесены не умышленно, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью <данные изъяты> Д.В. он не имел, находился в состоянии необходимой обороны, суд находит несостоятельными, не соответствующими фактическим данным и обстоятельствам, установленных судом.
Соответствующие пояснения подсудимого Станиславского А.М., данные в ходе судебного разбирательства, что даже после завладения ножом, отобрав нож у <данные изъяты> и удерживая его в своей руке он опасался за свою жизнь, покинуть помещение не мог, поскольку выход преграждала О.А. также высказавшая в отношении него угрозу применения насилия опасного для жизни, суд оценивает как несостоятельные, не указывающие на нахождение подсудимого в момент нанесения ударов ножом в состоянии необходимой обороны, и направленные на осуществление своего права на защиту от предъявленного обвинения в совершении тяжкого преступления, даны они в подсудимым в целях достижения наиболее благоприятного для него исхода уголовного дела.
Таким образом, каких-либо оснований для оправдания подсудимого Станиславского А.М. вследствие нахождения его в состоянии необходимой обороны, для квалификации действий подсудимого Станиславского А.М., как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, как совершенных при превышении пределов необходимой обороны, а также по другим составам преступлений, в том числе, предусматривающих ответственность за причинение вреда здоровью иной тяжести, в судебном заседании не установлено.
Вместе с этим, принимая во внимание установленные в судебном заседании обстоятельства, характер взаимоотношений потерпевшего и подсудимого Станиславского A.M., конкретные обстоятельства, предшествующие причинению потерпевшему телесных повреждений, суд считает установленным, что тяжкий вред здоровью потерпевшему <данные изъяты> Д.В. с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинен подсудимым Станиславским А.М. при обстоятельствах, изложенных в предъявленном ему органом предварительного следствия обвинении, при этом, поводом к совершению подсудимым преступления явилась противоправность поведения самого потерпевшего <данные изъяты> Д.В., который в ходе распития спиртных напитков стал инициатором конфликта, стал размахивать ножом перед Станиславским А.М., а после стал наносить ему удары по голове. Именно указанные выше противоправные действия потерпевшего и явились поводом к совершению Станиславским А.М. преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, указанное обстоятельство подлежит учёту в качестве смягчающего наказание подсудимого, в силу п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.
При установленных судом обстоятельствах, действия Станиславского А.М., суд квалифицирует по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Обсуждая вопрос о виде и мере наказания, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности, совершенного преступления, которое уголовным законом отнесено к категории тяжких преступлений.
Суд учитывает данные о личности виновного лица, из которых следует, что Станиславский А.М. по месту жительства в Центре социальной адаптации участковым уполномоченным полиции характеризуется в целом удовлетворительно, состоял на учете в МО МВД России «Ачинский», как лицо в отношении которого установлен административный надзор, к административной ответственности за нарушение общественного порядка не привлекался, на учетах в специализированных медицинских учреждениях не состоит, но имеет заболевание, в зарегистрированном браке не состоит, несовершеннолетних детей и других иждивенцев не имеет.
Учитывая то, что материалы уголовного дела не содержат и в судебном заседании не установлено обстоятельств, позволяющих усомниться во вменяемости подсудимого, суд считает Станиславского А.М. вменяемым, подлежащим уголовной ответственности на общих условиях, установленных ст. 19 УК РФ.
При определении вида и меры наказания, суд учитывает данные о социальном положении подсудимого Станиславского А.М., его семейном и имущественном положении, отсутствии иждивенцев, возрасте и состоянии здоровья подсудимого, а также близких ему лиц.
Обстоятельствами, смягчающими наказание Станиславского А.М., в соответствии с положениями, предусмотренными ст. 61 УК РФ, суд учитывает: противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, активное способствование расследованию преступления (в связи с дачей в ходе предварительного следствия подробных показаний об обстоятельствах дела, участием в проверке показаний на месте (т. 1, л.д. 165-168), в осмотре места происшествия, при котором указано о местонахождении ножа и куртки, которые были изъяты (т. 1, л.д. 52-57); частичное признание вины и раскаяние в содеянном, а также состояние здоровья виновного.
С явкой с повинной подсудимый Станиславский А.М. в правоохранительные органы не обращался, письменных объяснений до возбуждения уголовного дела не давал.
Учитывая изложенные обстоятельства, конкретные обстоятельства преступления, совершенного в условиях очевидности, в силу закона не имеется оснований для признания Станиславскому А.М. в качестве смягчающего наказание обстоятельства как «активного способствования «раскрытию» преступления», поскольку активных действий, направленных на способствование именно «раскрытию» преступления, подсудимым не производилось.
Предусмотренных уголовным законом оснований для учёта иных обстоятельств, в качестве смягчающих наказание Станиславского А.М., не имеется.
Обстоятельством, отягчающим наказание Станиславского А.М., в соответствии с ч. 1 ст. 63 УК РФ, суд учитывает рецидив преступлений, который в соответствии с п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ, является особо опасным.
При разрешении вопроса о признании отягчающим наказание Станиславского А.М., обстоятельством состояния алкогольного опьянения, в порядке ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд учитывает совокупность всех данных о личности подсудимого, который не состоит на учете в наркологическом диспансере, однако, совершению Станиславским А.М. настоящего преступления предшествовало употребление алкоголя.
Вместе с тем, суд с учетом всех данных о личности подсудимого Станиславского А.М., характера и степени общественной опасности, конкретных обстоятельств совершенного им преступления, и принимая во внимание то, что само по себе совершение преступления подсудимым после потребления спиртных напитков, состояние алкогольного опьянения не может влечь безусловное признание такового отягчающим наказание обстоятельством, а при установленных по уголовному делу обстоятельствах, объективных данных о том, что именно состояние алкогольного опьянения, при наличии противоправности поведения самого потерпевшего снизило способность подсудимого к самоконтролю, тем самым объективно оказало влияние на его поведение и способствовало совершению им преступления не установлено, суд пришёл к однозначному выводу об отсутствии достаточных оснований для признания обстоятельством, отягчающим наказание Станиславского А.М. в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ – совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.
Обстоятельств для назначения наказания Станиславскому А.М. с применением положений, предусмотренных ст. 64 УК РФ, судом не установлено, поскольку суд не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время или после совершения преступления.
Других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом также не установлено.
С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, судом не установлено оснований для изменения Станиславскому А.М. категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.
Согласно положениям ст. 43 УК РФ, наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица. Наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.
Согласно ст. 60 УК РФ, лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, и с учетом положений Общей части настоящего Кодекса. Более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. При этом, при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи.
По смыслу требований уголовного закона, суд, с учётом всех обстоятельств дела, обеспечивает строго индивидуальный подход к назначению наказания, имея в виду, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в ст. ст. 2 и 43 УК РФ. Согласно статье 6 УК РФ, справедливость наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
Характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду, прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред. Степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого, от вида умысла. Обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание (ст.61,63УК РФ) и относящиеся к совершенному преступлению, также учитываются при определении степени общественной опасности преступления.
К сведениям о личности, которые подлежат учету при назначении наказания, относятся характеризующие виновного сведения, которыми располагает суд при вынесении приговора. К таковым могут, в частности, относиться данные о семейном и имущественном положении совершившего преступление лица, состоянии его здоровья, поведении в быту, наличии у него на иждивении несовершеннолетних детей, иных нетрудоспособных лиц (супруги, родителей, других близких родственников).
С учетом данных о личности подсудимого Станиславского А.М., конкретных обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, наличия совокупности обстоятельств смягчающих наказание и обстоятельства отягчающего наказание, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, а также в целях социальной справедливости, руководствуясь принципами индивидуализации и назначения виновному лицу справедливого наказания, суд считает необходимым назначить Станиславскому А.М. наказание за совершенное преступление в виде реального лишения свободы, считая невозможным исправление подсудимого Станиславского А.М. без изоляции от общества, без реального отбывания, назначенного наказания, полагая, что с учётом установленных в судебном заседании обстоятельств, положений уголовного закона, условное осуждение в отношении Станиславского А.М. не применимо и не обеспечит достижение целей уголовного наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ, а именно восстановление социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, в связи с чем, каких-либо оснований для применения положений, предусмотренных ст. 73 УК РФ об условном осуждении, не имеется.
При этом, с учетом личности подсудимого Станиславского А.М., наличия смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.
Предусмотренных уголовным законом оснований для применения к Станиславскому А.М., более мягкого наказания, суд не находит.
При назначении Станиславскому А.М. наказания, суд учитывает требования, предусмотренные: ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, а также ч. 2 ст. 68 УК РФ, согласно которым срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части Уголовного Кодекса. Оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, с учетом сведений о характере совершенного преступления и данных о личности подсудимого Станиславского А.М., суд не усматривает.
При назначении вида исправительного учреждения Станиславскому А.М., учитывая совершение подсудимым преступления, при особо опасном рецидиве преступлений (п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ), суд руководствуется положениями п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, и назначает Станиславскому А.М. отбывание лишения свободы в исправительной колонии особого режима.
Принимая во внимание, что Станиславскому А.М. определено к отбыванию наказание в виде реального лишения свободы, в исправительной колонии особого режима, избранную меру пресечения в отношении Станиславского А.М., в виде заключения под стражу для обеспечения исполнения приговора, суд полагает необходимым оставить прежней, до вступления приговора суда в законную силу.
В соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 72 УК РФ, срок наказания Станиславскому А.М. надлежит исчислять с даты вступления приговора в законную силу, а время содержания Станиславского А.М. под стражей, с даты задержания, т.е. с 09.03.2026 до дня вступления приговора в законную силу, подлежит зачёту в срок лишения свободы, из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.
Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.
При разрешении вопроса о судьбе вещественных доказательств, суд, с учётом требований ст. ст. 81-82 УПК РФ, считает необходимым: куртку красно-белого цвета (т. 1, л.д. 62), принадлежащую Станиславскому А.М., хранящуюся в КХО МО МВД России «Ачинский» (т. 1, л.д. 62) – вернуть Станиславскому А.М. по принадлежности; следы рук на 3 отрезках липкой ленты, марлевый тампон со следами вещества бурого цвета, нож, упакованные в бумажный конверт, хранящиеся в КХО МО МВД России «Ачинский» (т. 1, л.д. 66) – уничтожить.
При решении вопроса о взыскании процессуальных издержек – средств по оплате услуг адвоката Зыряновой Т.В., за участие в судебных заседаниях: 29.05.2026, 16.06.2026, 02.07.2026, 28.07.2026, в сумме 2 791 рубл. 50 коп. за один день участия в судебном заседании, а в общей сумме 11 166 рубл. 00 коп., суд учитывает, что Станиславский А.М. отказ от защитника не заявлял, и учитывая данные об имущественном положении подсудимого, являющегося трудоспособным лицом, не имеющего иждивенцев, в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. ст. 131-132 УПК РФ, суд полагает необходимым процессуальные издержки взыскать с подсудимого в доход Федерального бюджета РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ,
ПРИГОВОРИЛ:
Станиславского А. М. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.
Меру пресечения Станиславскому А. М. – по настоящему уголовному делу, до вступления приговора в законную силу – заключение под стражу – оставить без изменения, с содержанием его под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Красноярскому краю.
Срок наказания Станиславскому А. М. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Время содержания Станиславского А. М. под стражей по настоящему уголовному делу, с 09.03.2026 до дня вступления настоящего приговора в законную силу, на основании ч. 3.2 статьи 72 УК РФ (в ред. ФЗ от 3 июля 2018 г. №186-ФЗ) зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.
Взыскать со Станиславского А. М. в доход Федерального бюджета РФ процессуальные издержки – расходы по оплате труда адвоката за участие в судебном заседании в размере 11 166 (одиннадцати тысяч ста шестидесяти шести) рублей 00 копеек.
Вещественные доказательства:
- куртку красно-белого цвета (т. 1, л.д. 62), принадлежащую Станиславскому А.М., хранящуюся в КХО МО МВД России «Ачинский» (т. 1, л.д. 62) – вернуть Станиславскому А.М. по принадлежности;
- следы рук на 3 отрезках липкой ленты, марлевый тампон со следами вещества бурого цвета, нож, упакованные в бумажный конверт, хранящиеся в КХО МО МВД России «Ачинский» (т. 1, л.д. 66) – уничтожить.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда, путем подачи жалобы через Ачинский городской суд, в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, путем подачи жалобы через Ачинский городской суд.
В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции с подачей такого ходатайства в течение 15 суток со дня провозглашения приговора либо получения им копий апелляционных жалоб или представления, затрагивающих его интересы.
В случае принятия решения о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, осужденный вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. О своем праве на участие защитника в суде апелляционной инстанции или о рассмотрении дела без защитника осужденному необходимо сообщить в суд, постановивший приговор, в письменном виде и в срок, установленный для подачи возражений применительно к статье 389.7 УПК РФ.
Председательствующий судья А.Т. Занько