РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
06 августа 2026 года Дивногорский городской суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи
Мальченко А.А., при секретаре
Климосенко О.А., с участием прокурора
Лабаевой Н.В., истца
Кондрашина Д.Ю., представителя ответчика
Скубей Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Дивногорска в интересах Кондрашина Дмитрия Юрьевича к индивидуальному предпринимателю Закшевскому Андрею Викторовичу об установлении факта трудовых отношений, несчастного случая на производстве, возложении обязанности предоставить документы и отчетность, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
Установил:
Прокурор г. Дивногорска обратился в суд с иском (с учетом уточнений) к ИП Закшевскому А.В. об установлении факта трудовых отношений, несчастного случая на производстве, возложении обязанности предоставить документы и отчетность, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.
Требования мотивированы тем, что прокуратурой г. Дивногорска была проведена проверка по обращению Кондрашина Д.Ю., в ходе которой выявлены нарушения требований трудового законодательства, допущенные ИП Закшевским А.В. Так, установлено, что до августа 2025 года ИП Закшевский А.В. осуществлял производственную деятельность в сфере переработки древесины в пункте приемки и отгрузки древесины на земельном участке по адресу: <адрес>. С 11.03.2024 года Кондрашин Д.Ю. был фактически допущен к работе представителем работодателя ИП Закшевского А.В. – Гальяновым И.В. и с указанного времени приступил к выполнению трудовых обязанностей в должности разнорабочего, с выполнением обязанностей кочегара. Заработная плата была согласована сторонами в размере 100 000 рублей в месяц, а также условие о проживании Кондрашина Д.Ю. на территории работодателя в специально оборудованном общежитии. В период с 11.03.2024 года по 07.02.2025 года Кондрашин Д.Ю. проживал на территории ответчика, выполнял указания Гальянова И.В., отчитывался о выполненной работе, составлял рабочие табели о выполненной работе, расписывался в журналах инструктажа, а также приобретал за свой счет необходимые для производственного процесса материалы, с последующей компенсацией этих затрат Гальяновым И.В. При этом, в ходе проверки от ответчика получена информация о том, что отношения между ним и Кондрашиным Д.Ю. носили исключительно гражданско-правовой характер. Между тем, указанные отношения носили длящийся характер, представитель работодателя Гальянов И.В. выплачивал Кондрашину заработную плату, давал указания, контролировал исполнение, Кондрашин подчинялся правилам внутреннего распорядка, в связи с чем сложившиеся отношения должны быть признаны трудовыми. 07.02.2025 года Кондрашин Д.Ю., исполняя трудовые обязанности кочегара, находясь на крыше котельной и загружая уголь, поскользнулся, упал с высоты и получил телесные повреждения в виде оскольчатого перелома левой пяточной кости со смещением костных фрагментов. В период с 07.02.2025 года по 17.10.2025 года проходил лечение, в том числе проведена операция, были открыты листки нетрудоспособности. Вместе с тем, больничный лист Кондрашину не оформлялся в связи с отсутствием оформленных трудовых отношений.
Прокурор просит установить факт трудовых отношений между Кондрашиным Д.Ю. и ИП Закшевским А.В. в период с 11 марта 2024 года по 17 октября 2025 года, с внесением соответствующих записей в трудовую книжку Кондрашина Д.Ю., установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего 07 февраля 2025 года с Кондрашиным Д.Ю. в ходе выполнения трудовых обязанностей у ИП Закшевского А.В., обязать ИП Закшевского А.В. предоставить в Отделение фонда пенсионного и социального страхования по Красноярскому краю документы, необходимые для назначения обеспечения по страхованию Кондрашина Д.Ю., в соответствии с требованиями Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», обязать ИП Закшевского А.В. предоставить в Отделение фонда пенсионного и социального страхования по Красноярскому краю и Управление Федеральной налоговой службы России по Красноярскому краю отчетность в связи с установлением факта трудовых отношений за период с 11 марта 2024 года по 17 октября 2025 года, взыскать с ИП Закшевского А.В. недополученную заработную плат в размере 190 000 рублей, компенсацию морального вреда 450 000 рублей, а также расходы, понесенные Кондрашиным Д.Ю. в связи с получением расчета пособия по временной нетрудоспособности в размере 5 000 рублей.
Прокурор г. Дивногорска Лабаева Н.В. в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям, просила их удовлетворить. Также пояснила, что денежные средства в размере 300 000 рублей, полученные Кондрашиным Д.Ю. по договору от 26.10.2024 года учтены ими в счет компенсации части морального вреда за полученную травму.
Лицо, в чьих интересах заявлен иск, Кондрашин Д.Ю. в судебном заседании требования иска поддержал в полном объеме по изложенным основаниям, дополнительно пояснил, что ввиду полученной травмы не может нормально ходить, а соответственно устроиться на работу, ответчик не хотел заключать официальный трудовой договор, поскольку не хотел платить налоги и отчисления. Заработная плата зависела от объема выполненной работы и составляла 312 рублей в час, он работал 6 дней в неделю с 9 до 18 часов, работа за кочегара оплачивалась в размере 1500 рублей.
Ответчик ИП Закшевский А.В. судебное заседание не явился, был надлежащим образом уведомлен о дате, времени и месте рассмотрения дела, направил в суд своего представителя.
Представитель ответчика Скубей Е.В. в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве на иск, имеющемся в материалах дела. Также пояснила, что отношения между сторонами носили гражданско-правовой характер, поскольку Кондрашин выполнял разовую работу от разных заказчиков, за что получал вознаграждение. От заключения официального трудового договора Кондрашин отказывался в связи с наличием долгов и обязательств, а Гальянов И.В. не являлся лицом, уполномоченным на прием сотрудников. Полученная травма не имеет отношения к Закшевскому и не может быть признана производственной.
Представители третьих лиц Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г. Москве и Московской области, Управления Федеральной налоговой службы по Красноярскому краю, ООО УК «БЫТСЕРВИС"», третьи лица Гальянов И.В., Кравцов Е.А., Меркулова С.Н., Кравцов М.А., Тиньков В.Е., в судебное заседание не явились, были надлежащим образом уведомлены о дате, времени и месте рассмотрения дела.
Согласно отзыву ОСФР по г. Москве и Московской области извещение о несчастном случае, произошедшем с Кондрашиным Д.Ю., и материалы расследования данного случая в отделение не поступали, какой-либо информацией о взаимоотношениях последнего и ответчика фонд не располагает. Правоотношения, связанные с начислением и выплатой пособий по случаю временной нетрудоспособности, регулируются федеральным законом № 255-ФЗ от 29.12.2006 года, на основании которого и с учетом выписанных на имя Кондрашина Д.Ю. электронных листков нетрудоспособности отделение фонда произвело назначение и осуществило выплату пособия по временной нетрудоспособности, выплачиваемое за счет средств бюджета СФР.
Третье лицо Гальянов И.В., участвуя ранее в судебном заседание пояснил, что был официально трудоустроен у Закшевского начальником отдела снабжения. Кроме того, получал задания и выполнял работу от Меркуловой, Тинькова и Кравцова. Лично предлагал Кондрашину официальное трудоустройство, но тот отказался. Кондрашин выполнял разовые работы в качестве разнорабочего, иногда следил за котлом отопления. Работа оплачивалась по предоставленным ведомостям, исходя из расчета 312 рублей в час работы разнорабочего, 2500 рублей за 8 часов, кочегар – 1500 рублей в сутки. Как и где Кондрашин получил травму ему не известно, по просьбе последнего со ссылкой на боль в ноге, возил его в больницу. Денежные средства в размере 300 000 рублей были собраны всеми работниками и учредителями базы и переведены Кондрашину в качестве помощь, поскольку тот жаловался на тяжелое материальное положение.
В силу ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие третьих лиц.
Выслушав стороны, изучив представленные материалы, суд приходит к следующему.
Часть 1 статьи 37 Конституции РФ устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
В соответствии с частью четвертой статьи 11 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 ТК РФ).
Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ч. 2 ст. 15 ТК РФ).
В силу положений статьи 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Согласно пункту 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-О-О, статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников.
Статьей 56 ТК РФ закреплено, что трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
В статье 57 ТК РФ приведены требования к содержанию трудового договора.
Согласно части 1 статьи 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями (ст. 67 ТК РФ).
Из материалов дела следует, что Закшевский А.В. с 30.11.2016 года зарегистрирован в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей за ОГРН 316 246800159702, и основным видом деятельности «производство сборных деревянных строений» (ОКВЭД 16.23.2).
Также судом установлено, что Закшевскому А.В. на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером № площадью 6 120 кв.м. по адресу: <адрес>, где ответчик до августа 2025 года фактически осуществлял производственную деятельность в сфере переработки и отгрузки древесины.
11 марта 2024 года Кондрашин Д.Ю. фактически был допущен к работе у ИП Закшевского А.В. через его представителя – начальника отдела снабжения Гальянова И.В., с указанного времени приступил к выполнению трудовых обязанностей в должности разнорабочего, с выполнением обязанностей кочегара. Так, в обязанности Кондрашина Д.Ю. входило окаривание древесины, разгрузка-погрузка машин с древесиной и углем, погрузка угля в бункер, уборка мусора, чистка котлов и другие обязанности.
07 февраля 2025 года Кондрашин Д.Ю., находясь на территории производственного объекта, принадлежащего ИП Закшевскому А.В., и выполняя работу на крыше котельной по засыпке угля в бункер, поскользнулся, упал с крыши и получил травму ноги.
В этот же день в 12 часов 15минут Кондрашин Д.Ю. в порядке самообращения поступил в приемное отделение КГБУЗ «Дивногорская МБ», где с диагнозом «компрессионный оскольчатый перелом левой пяточной кости со смещением костных фрагментов» был направлен к травматологу поликлиники для получения амбулаторного лечения. Открыт листок нетрудоспособности. 25 февраля 2025 года Кондрашин Д.Ю. направлен на оперативное лечение в КМКБ № 7. 03 марта 2025 года Кондрашину Д.Ю. проведена операция, после чего был направлен на амбулаторное лечение по месту жительства. Листок нетрудоспособности закрыт 17 октября 2025 года.
Данные обстоятельства подтверждаются информаций из КГБУЗ «Дивногорская МБ», КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница №7», сторонами не оспариваются.
Разрешая заявленные прокурором требования об установлении факта трудовых отношений между Кондрашиным Д.Ю. и ИП Закшевским А.В., а также установлении факта несчастного случая на производстве, произошедшего с Кондрашиным Д.Ю. 07 февраля 2025 года в ходе выполнения трудовых обязанностей, и принимая решение об их удовлетворении, суд руководствуется следующим.
Как разъяснено в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.05.2009 № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве.
Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ. Из приведенных в этих статьях определений понятий «трудовые отношения» и «трудовой договор» не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы.
Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 ТК РФ, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.
Часть третья статьи 19.1 ТК РФ содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
В силу части четвертой статьи 19.1 ТК РФ, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.
К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абз. 3, 4 п. 17 постановления Пленума от 29.05.2018 № 15).
В пункте 18 вышеназванного постановления содержатся разъяснения о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.
Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения.
Из приведенного правового регулирования, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов, но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.
Как указывалось выше Кондрашин Д.Ю. фактически приступил к исполнению трудовых обязанностей разнорабочего с выполнением обязанностей кочегара 11 марта 2024 года. В этот же день им сделана запись в ведомости и табеле, перечислены выполненные работы и рассчитана сумма заработной платы.
Из представленных прокурором доказательств следует, что Кондрашин Д.Ю. проживал на территории ИП Закшевского А.В., был обеспечен инструментом, предоставленным работодателем, работал определенную продолжительность рабочего времени (шестидневная рабочая неделя) с предоставлением одного выходного дня, ему производился расчет за выполненную работу, в том числе путем перевода на банковскую карту сожительницы Кичигиной М.С., ответственным за проведение работ был назначен работник ответчика – начальник отдела снабжения Гальянов И.В..
Перед допуском к работе с Кондрашиным Д.Ю. был произведен инструктаж по охране труда (02.02.2024), а в последствии инструктаж по пожарной безопасности (август 2024). Согласно журналу регистрации проведения вводного инструктажа по охране труда он был проведен Кравцовым М.А. При этом, из приказа о дисциплинарном взыскании № 3 от 25.04.2024 (т. 2 л.д. 60) усматривается что он принят ИП Закшевским А.В. в отношении начальника производства Кравцова М.А. Таким образом, инструктаж Кондрашину Д.Ю. был проведен представителем ответчика, наделенного последним соответствующими полномочиями.
В соответствии с представленной перепиской между Кондрашиным Д.Ю. и Гальяновым И.В. усматривается, что Кондрашин ежедневно отчитывался последнему о проделанной работе (письменно и с приложением фотографий), получал иные поручения, которые выполнял, за что получал расчет на основании представленных ведомостей и табеля.
Из объяснений Гальянова И.В., Киселева А.А., Кичигиной М.С., Забродина А.В., полученных в рамках прокурорской проверки также следует, что Кондрашин Д.Ю. фактически осуществлял трудовую деятельность на территории ИП Закшевского А.В., выполнял работы, порученные ему Гальяновым И.В., как начальником отдела снабжения, и действуя от имени ответчика.
Разрешая спор с учетом установленных по делу обстоятельств, оценив представленные доказательства в совокупности, руководствуясь подлежащими применению нормами трудового законодательства, суд приходит к выводу о том, что между сторонами было достигнуто соглашение о выполнении работ на территории производственного объекта, принадлежащего ИП Закшевскому А.В., Кондрашин Д.Ю. был допущен к выполнению работы в должности разнорабочего с выполнением обязанностей кочегара с ведома и по поручению ответчика, в период с 11 марта 2024 года по 07 февраля 2025 года он выполнял работу в интересах, под контролем и управлением работодателя (его представителя), ему выплачивалась заработная плата за выполненную работу, что свидетельствует о наличии между сторонами трудовых отношений.
Доводы стороны ответчика о том, что Кондрашиным Д.Ю. выполнялись работы в рамках гражданско-правовых отношений с разными заказчиками – арендаторами, осуществляющими деятельность на земельном участке ответчика, а также в рамках договора подряда от 26.10.2024 года, отклоняется как несостоятельный и противоречащий исследованным материалам дела, исходя из следующих обстоятельств.
Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
Из содержания норм Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре подряда следует, что договор подряда заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик, сохраняя положение самостоятельного хозяйствующего субъекта и исполняя условия по договору на свой риск, обязан сдать, а заказчик принять и оплатить. Целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. Получение подрядчиком определенного передаваемого (т.е. материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров.
От договора подряда трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга или выполненная работа с целью получения результата в материальной форме. По договору подряда исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору подряда работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.
В судебном заседании Кондрашин Д.Ю. утверждал о том, что договор подряда подписан им по просьбе Гальянова И.В. после получения травмы, во избежание возможных проблем у Закшевского А.В. Денежные средства, указанные в договоре в качестве окончательной стоимости работ в размере 300 000 рублей, были перечислены Гальяновым И.В. и учтены в качестве компенсации морального вреда. В объяснении прокурору Гальянов И.В. о договоре подряда не сообщает, а участвуя в судебном заседании 04.02.2026 года, дает пояснения о том, что 300 000 рублей были собраны работниками и учредителями в качестве помощи Кондрашину Д.Ю. после получения им травмы.
С учетом изложенного, проанализировав условия договора подряда от 26 октября 2024 года, суд приходит к выводу, что представленный стороной ответчика договор не может служить как относимое и допустимое доказательство, поскольку он заключен на определенное выполнение работ (окаривание бревен, уборка территории), тогда как фактически Кондрашин Д.Ю. выполнял различную работу (окаривание бревен, разгрузка-погрузка материалов, привоз инструмента, работа на кране, уборка мусора, сортировка длинномера, иная работа), а также выполнял функции кочегара (уборка котельной, погрузка угля, чистка котла) то есть, по существу, выполнение трудовой функции в определенном работодателем месте в соответствии с согласованными условиями (работа разнорабочего с исполнением обязанностей кочегара), проживанием на территории работодателя, подчинение правилам внутреннего трудового распорядка, режиму рабочего времени.
Разрешая требование о признании несчастного случая на производстве и возложении обязанности на ответчика предоставить документы и отчетность для его оформления, суд исходит из следующего.
В соответствии со статьей 214 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 ТК РФ).
Исходя из положений ст. 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. ст. 227, 229.2 ТК РФ, разъяснений, содержащихся в п. 9 постановления Пленума ВС РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях», для квалификации несчастного случая как связанного с производством необходимо установить, что событие, в результате которого наступил такой случай, произошло в рабочее время и в связи с выполнением действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, либо совершаемых в его интересах.
По информации, представленной ответчиком прокурору, травма была получена Кондрашиным Д.Ю. не в связи с трудовыми обязанностями, а по собственной неосторожности, о чем имеется расписка, написанная Кондрашиным Д.Ю., в которой тот указывает об отсутствие претензий, а также что травма получена им 02 февраля 2025 года.
Указанный довод ответчика отклоняется судом как несостоятельный.
Так, факт, что несчастный случай произошел с Кондрашиным Д.Ю. 07.02.2025, во время исполнения трудовых обязанностей, в результате которого он получил оскольчатый перелом левой пяточной кости подтверждается осмотром хирурга от 07.02.2025, согласно которому травма была получена 07.02.2025 в результате падения с лестницы, записью в ведомости за указанную дату, фото которой было направлено Гальянову И.В., перепиской в ходе которой последний интересуется состоянием здоровья Кондрашина Д.Ю., не высказывает возражений относительно указания в ведомости факта падения Кондрашина, а также интересуется о том, куда перевести заработную плату. Кроме того, в лечебное учреждение Кондрашин Д.Ю. был доставлен не медицинскими работниками, а Гальяновым И.В. и, как утверждает истец, последний настаивал не говорить о способе получения травмы, пообещав компенсировать все расходы на лечение, а также выплатить заработную плату за период нетрудоспособности.
Кроме того, из акта осмотра территории пункта приемки и отгрузки древесины на земельном участке по адресу: г. Дивногорск, Верхний проезд, 43 км а/д М-54 «Енисей», усматривается, что на территории имеется две котельные, загрузка углем одной из которых осуществляется через бункер, расположенный на крыше (т. 1 л.д. 34-40).
Доказательств того, что травма были получена Кондрашиным Д.Ю. в другом месте и при иных обстоятельствах, суду ответчиком не представлено.
Таким образом, суд приходит к выводу, об установлении факта трудовых отношений между Кондрашиным Д.Ю. и ИП Закшевским А.В. в период с 11 марта 2024 года, признании травмы, полученной Кондрашиным Д.Ю. 07 февраля 2025 года, несчастным случаем, связанным с выполнением трудовых обязанностей у ИП Закшевского А.В.
В силу ч. 1 ст.66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.
Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется) (ч.3 ст. 66 ТК РФ).
В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение (ст. 66 ТК РФ).
Поскольку в настоящее время ответчик хозяйственную деятельность на территории г. Дивногорска (Верхний проезд) не осуществляет, Кондрашиным Д.Ю. вопрос о восстановлении его на работе не ставится, с 07.02.2025 года по 17.10.2025 года он являлся нетрудоспособным в связи с получением производственной травмы, суд считает возникшие 11 марта 2024 года между сторонами трудовые отношения прекращенными с 17 октября 2025 года, в связи с чем полагает необходимым возложить на ответчика обязанность по внесению в трудовую книжку Кондрашина Д.Ю. записей о его приеме на работу с 11 марта 2024 года на должность разнорабочего с исполнением обязанностей кочегара и об увольнении с 17 октября 2025 года с данной должности по соглашению сторон, то есть по п. 1 ст. 77 ТК РФ.
Разрешая требования прокурора о взыскании с ИП Закшевского А.В. в пользу Кондрашина Д.Ю. недополученной заработной платы, суд исходит из следующего.
Согласно ст. 129 ТК РФ заработной платой является вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты и стимулирующие выплат).
Заработная плата работнику, согласно ст. 135 ТК РФ, устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
В силу ст. 150 ТК РФ, при выполнении работником со сдельной оплатой труда работ различной квалификации его труд оплачивается по расценкам выполняемой им работы.
Согласно расчету Кондрашина Д.Ю. и представленным им ведомостям, его заработная плата должна была составить: за март 2024 года – 76 709 руб., за апрель – 159 388 руб., за май – 134434 руб., за июнь – 175 179 руб., за июль – 94 661 руб., за август – 116 607 руб., за сентябрь – 90 480 руб., за октябрь – 68 492 руб., за ноябрь – 65 644 руб., за декабрь – 58 734 руб.; за январь 2025 год – 78 091 руб., за февраль – 12 560 руб.
Фактически Кондрашиным Д.Ю. получена заработная плата в размере 940 973 руб., из них наличными денежными средствами – 743 000 руб., безналичными способом, посредством перевода на банковскую карту – 197 973 руб.
При этом, согласно ведомостям и справкам по операциям, а также пояснениям Кондрашина Д.Ю. в судебном заседании, денежные средства перечислялись и передавались ему Гальяновым И.В., как представителем Закшевского А.В. ввиду того, что последний редко появлялся на территории производственного объекта, проживал в другом городе.
В судебном заседании Кондрашин Д.Ю. показал, что работал по шестидневной рабочей неделе, его работа оплачивалась исходя из расчета 312 рублей в час работы разнорабочего, плюс 1500 рублей в сутки за обязанности кочегара, что не оспаривалось и показаниями Гальянова И.В. в судебном заседании.
Вместе с тем, поскольку иных доказательств, позволяющих установить иной размер оплаты труда и количество отработанного времени ни истцом, ни ответчиком не представлен, а из расчетов Кондрашина Д.Ю. невозможно с достоверностью произвести расчет заработной платы, поскольку расчетные ведомости велись истцом, а заработная выдавалась без надлежащего оформления, суд принимает к расчету заработную плату Кондрашина Д.Ю. в размере 3 996 рублей в день (312 рублей * 8 часов + 1500 рублей) при шестидневной рабочей неделе.
Таким образом, с учетом отработанного Кондрашиным Д.Ю. времени (с 11.03.2024 по 07.02.2025), размер заработной платы должен составлять за 2024 год – 995 004 рублей, за 2025 год – 103 896 рублей, а всего 1 098 900 рублей из расчета:
месяц/год заработная плата в день, руб.
кол-во рабочих дней в месяце заработная плата в месяц, руб.
март 2024 г.
3 996
18
71 928,00 апрель 2024 г.
3 996
26
103 896,00 май 2024 г.
3 996
25
99 900,00 июнь 2024 г.
3 996
24
95 904,00 июль 2024 г.
3 996
27
107 892,00 август 2024 г.
3 996
27
107 892,00 сентябрь 2024 г.
3 996
25
99 900,00 октябрь 2024 г.
3 996
27
107 892,00 ноябрь 2024 г.
3 996
25
99 900,00 декабрь 2024 г.
3 996
25
99 900,00 январь 2025 г.
3 996
20
79 920,00 февраль 2025 г.
3 996
6
23 976,00
С учетом того, что фактически Кондрашину Д.Ю. была выплачена заработная плата в размере 940 973 рублей, размер задолженности по заработной плате составляет 157 927 рублей.
Поскольку судом установлено, что ответчиком не осуществлялось перечисления страховых взносов во внебюджетные фонды с доходов, полученных Кондрашиным Д.Ю., в указанный период с 11 марта 2024 года по 17 октября 2025 года, то суд с учетом положений Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федерального закона от 24.07.2009 № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования», Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», главы 34 НК РФ считает необходимым возложить на ответчика ИП Закшевского А.В. обязанность произвести отчисление страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование, а также предоставить отчетность в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю, а также в Управление Федеральной налоговой службы России по Красноярскому краю в отношении Кондрашина Д.Ю. в связи с установлением факта трудовых отношений за период времени с 11 марта 2024 года по 17 октября 2025 года.
В соответствии с положениями ст. ст. 5, 8, 9 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пунктом 12 постановления Пленума ВС РФ от 10.023.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, которым признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.
Согласно ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ, обеспечение по страхованию осуществляется, в том числе, в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (ст. 9 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ).
С учетом вышеизложенного, у Кондрашина Д.Ю. имеется право на выплату пособия по временной нетрудоспособности за период с 07.02.2025 года по 17.10.2025 года в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим 07.02.2025 в период исполнения трудовых обязанностей у ИП Закшевского А.В.
Отсутствие надлежащим образом оформленного больничного листа, равно как и листков нетрудоспособности за вышеуказанный период, не может служить основанием для лишения Кондрашина Д.Ю., как работника, права на выплату пособия, обусловлено недобросовестным поведением работодателя. Период временной нетрудоспособности Кондрашина Д.Ю. подтверждается выписками с приемов врачей-травматологов (т. 1 л.д. 156-168).
Кроме того, в письменно отзыве на иск представитель ОСФР по г. Москве и Московской области фактически соглашается с фактом наличия несчастного случая на производстве с участием Кондрашина Д.Ю., указывая о том, что на основании выписанных на имя Кондрашина Д.Ю. электронных листков нетрудоспособности отделением произвело назначение и осуществлена выплата пособия по временной нетрудоспособности, выплачиваемого за счет средств бюджета СФР.
Установив указанные обстоятельства в их совокупности, суд полагает необходимым возложить на ответчика ИП Закшевского А.В. обязанность предоставить в ОСФР по Красноярскому краю документы, необходимые для назначения обеспечения по страхованию Кондрашина Д.Ю. в соответствии с требованиями Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
Разрешая вопрос о взыскании компенсации морального вреда и определяя размер данной компенсации, суд исходит из следующего.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно пункту 15 причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
В силу разъяснений, содержащихся в п. 46 постановления Пленума ВС РФ, работник в силу ст. 237 ТК РФ, имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Согласно пп. 1, 2 ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации морального вреда, суд руководствуется имеющимися в деле доказательствами, учитывает конкретные обстоятельства дела, категорию спора, длительность нарушения прав работника, последствия полученной травмы в виде хромоты, отсутствии возможности трудоустройства на желаемую работу без ограничений, характер и тяжесть физических страданий истца, нравственные переживания.
Кроме того, суд учитывает, что ответчик выплатил Кондрашину Д.Ю. денежные средства в размере 300 000 рублей, которые истец расценил, как частичную компенсацию морального вреда, и полагает необходимым взыскать в пользу Кондрашина Д.Ю. компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
Данная денежная компенсация, будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику. Кроме того, по мнению суда, размер компенсации морального вреда в указанном размере согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
В свою очередь ответчик в судебном заседании заявил о применении последствий пропуска срока обращения истца в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
В соответствии с ч. 1 ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (ч.4 ст. 392 ТК РФ).
Как указано выше, Кондрашин Д.Ю. фактически работал у ответчика с 11.03.2024 года по 07.02.2025 года (дата получения травмы), после чего до 17.10.2025 года был нетрудоспособен, официально трудовые отношения ответчиком не оформлялись, приказ об увольнении не издавался, а соответственно и не вручался работнику.
С заявление о нарушении трудовых прав Кондрашин Д.Ю. обратился к прокурору г. Дивногорска 24 октября 2025 года (через 6 дней после закрытия листка нетрудоспособности), по факту обращения прокуратурой г. Дивногорска проведена проверка, подготовлено исковое заявление в порядке ст. 45 ГПК РФ, которое было направлено в суд 24 ноября 2025 года.
Следовательно, учитывая личность истца, его состояние здоровья, а также своевременное обращение к прокурору за защитой своих нарушенных трудовых прав, длительность проведения прокурорской проверки, суд приходит к выводу об отсутствии пропуска Кондрашиным Д.Ю. срока на обращение в суд.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что исковые требования прокурора г. Дивногорска в интересах Кондрашина Д.Ю. к ИП Закшевскому А.В. об установлении факта трудовых отношений, несчастного случая на производстве, возложении обязанности предоставить документы и отчетность, взыскании компенсации морального вреда, подлежат частичному удовлетворению.
В силу ст. 98 ГПК РФ, с ИП Закшевского А.В. в пользу Кондрашина Д.Ю. подлежат возмещению расходы, понесенные последним в связи с обращениям в суд и необходимостью предоставления расчета пособия по временной нетрудоспособности, в размере 5 000 рублей, подтвержденные кассовым чеком от 18 ноября 2025 года с указанием наименования услуги «Бухгалтерская консультация ИП Лебедева Е.Ю.»
Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 378 рублей, из расчета 3 000 рублей (неимущественное требование об установлении факта трудовых отношений) + 5 378 рублей (имущественное требование о взыскании недополученной заработной платы) + 3 000 рублей (взыскание компенсации морального вреда).
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
Решил:
Исковые требования прокурора г. Дивногорска в интересах Кондрашина Дмитрия Юрьевича к Закшевскому Андрею Викторовичу об установлении факта трудовых отношений, несчастного случая на производстве, возложении обязанности предоставить документы и отчетность, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов – удовлетворить.
Установить факт трудовых отношений между Кондрашиным Дмитрием Юрьевичем (<данные изъяты>) и индивидуальным предпринимателем Закшевским Андреем Викторовичем (<данные изъяты>) с 11 марта 2024 года по 17 октября 2025 года в должности разнорабочего с исполнением обязанностей кочегара.
Обязать индивидуального предпринимателя Закшевского Андрея Викторовича (<данные изъяты>) внести запись в трудовую книжку Кондрашина Дмитрия Юрьевича (<данные изъяты>) о трудовой деятельности в должности разнорабочего с исполнением обязанностей кочегара, о приеме на работу 11 марта 2024 года и об увольнении 17 октября 2018 года по соглашению сторон по п. 1 ст. 77 ТК РФ.
Установить факт несчастного случая на производстве, произошедшего 07 февраля 2025 года с Кондрашиным Дмитрием Юрьевичем (<данные изъяты>) в ходе выполнения трудовых обязанностей у индивидуального предпринимателя Закшевского Андрея Викторовича (<данные изъяты>).
Возложить на индивидуального предпринимателя Закшевского Андрея Викторовича (<данные изъяты>) обязанность произвести отчисление страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование за период работы Кондрашина Дмитрия Юрьевича (<данные изъяты>) с 11 марта 2024 года по 17 октября 2025 года и предоставить отчетность в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю, а также в Управление Федеральной налоговой службы России по Красноярскому краю в отношении Кондрашина Дмитрия Юрьевича (<данные изъяты>) в связи с установлением факта трудовых отношений за период времени с 11 марта 2024 года по 17 октября 2025 года.
Возложить на индивидуального предпринимателя Закшевского Андрея Викторовича (<данные изъяты>) обязанность предоставить в отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю документы, необходимые для назначения обеспечения по страхованию Кондрашина Дмитрия Юрьевича (<данные изъяты>) в соответствии с требованиями Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
Взыскать с индивидуального предпринимателя Закшевского Андрея Викторовича (<данные изъяты>) в пользу Кондрашина Дмитрия Юрьевича (<данные изъяты>) денежные средства:
157 927 (сто пятьдесят семь тысяч девятьсот двадцать семь) рублей – недополученная заработная плата;
200 000 (двести тысяч) рублей – компенсацию морального вреда;
5 000 (пять тысяч) рублей – судебные расходы.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Закшевского Андрея Викторовича (<данные изъяты>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 11 378 (одиннадцать тысяч триста семьдесят восемь) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течение 1 (одного) месяца со дня его принятия в окончательной форме, через Дивногорский городской суд.
Судья Мальченко А.А.
Мотивированное решение составлено 20 августа 2026 года.
Согласовано _______________________А.А. Мальченко