Мировой судья Чемерис Л.В. Дело № 11-106/2026
УИД 22MS0131-01-2025-003639-46
АПЕЛЛЯЦИОННОЕОПРЕДЕЛЕНИЕ
19 июня 2026 года город Барнаул
Индустриальный районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Морозовой Т.С., при секретаре Ковальчук М.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца ФИО1 на решение мирового судьи судебного участка №3 Индустриального района г.Барнаула от 10 марта 2025 года по делу по иску ФИО1 к ПАО Банк ВТБ о защите прав потребителей,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился к мировому судье с исковым заявлением к Банку ВТБ (ПАО) о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 12 058 руб. 35 коп. за период с 17.12.2024 по 09.04.2025, компенсацией морального вреда в размере 20 000 руб., штрафа за несоблюдение требований потребителя в добровольном порядке.
В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что 06.10.2022 между ним и Банком ВТБ (ПАО) заключен договор комплексного обслуживания, дистанционного банковского обслуживания, обслуживания банковского счета, согласно которому Банком ВТБ (ПАО) ему открыт счет ***. 13.12.2024 указанный счет был заблокирован ответчиком и приостановлены все расходные операции по нему. По состоянию на 16.12.2024 на счете находились денежные средства в размере 183913 руб. 13 коп. 16.12.2024 истец обратился в Банк о предоставлении информации о причинах блокировки счета. 19.12.2024 истцом предоставлены запрошенные ответчиком документы – копии договоров, актов выполнения работ и пояснения к ним. Ответа не последовало и 14.01.2025 истец вновь обратился к ответчику с письменной претензией, на которую также не последовало ответа. 21.01.2025 повторно подана письменная претензия, на которую 27.01.2025 получен ответ о необходимости предоставить дополнительные документы о целевом расходовании денежных средств, сведения об уплате налога на профессиональный доход, справку о состоянии расчетов (доходов) за 2024 год, документы об образовании, расширенные выписки по счетам, открытым в сторонних кредитных организациях.
29.01.2025 истцом представлены указанные документы, кроме выписки из «ТБанка», которая была направлена 04.02.2025, однако, ответа не поступило.
07.02.2025 истец вновь отправил претензию ответчику с требованием по разблокировке счета, но ответа не последовало, как и на обращения о разблокировке счета от 25.03.2025 и 29.03.2025.
09.04.2025 истец вновь обратился в Банк с требованием о разблокировке счета, на что ему ответили отказом, однако, ранее ему при визите в Банк сотрудник предложил перевести денежные средства на счет стороннего банка по его заявлению, что он и сделал. 09.04.2025 денежные средства переведены на счет стороннего банка, без разблокировки счета и доступа в личный кабинет.
Полагая, что ответчик неправомерно удерживал денежные средства истца в период с 16.12.2024 по 09.04.2025, нарушив его права как потребителя, истец обратился в суд с настоящим иском.
Решением мирового судьи судебного участка № 3 Индустриального района г. Барнаула от 10.03.2026 исковые требования ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о защите прав потребителя оставлены без удовлетворения в полном объеме.
Не согласившись с постановленным решением мирового судьи, истцом ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой аппелянт просит решение мирового судьи судебного участка № 3 Индустриального района г. Барнаула от 10.03.2026 отменить полностью, принять по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требований в полном объеме.
В обоснование апелляционной жалобы указано, что на счет поступило 06.12.2024 350 000 (по договору) снято 329 000 на личные нужды 08.12.2024 10 000 руб. (аренда гаража) не снималась. Спустя почти неделю банк ограничил доступ к ДБО 13.12.2024. При этом в суде ответчик обосновывал блокировку «сомнительностью» суммы 165 000 руб., которая поступила лишь 16.12.2024. Блокировка доступа «авансом», до наступления события, якобы вызвавшего подозрение, является незаконным произволом. На 13.12.2024 в действиях истца не было ничего, кроме получения оплаты по договору и снятия средств на личные нужды. Сумма 329 000 руб. не превышает порог обязательного контроля и не является подозрительной сама по себе. Банк требовал отчет именно по последней поступившей сумме (165 000 руб.), полностью игнорируя тот факт, что на момент ее зачисления доступ к информации о счете уже был им ограничен. На момент блокировки у банка не было законных оснований для подозрений, а последующие зачисления были использованы ответчиком для «ретроспективного» оправдания своего произвола. В суде ответчик утверждал, что счет истца закрыт. Однако в материалах дела в графе «дата закрытия счета» стоит прочерк. Прошло более полугода с момента заявления истца и вывода денег 09.04.2025, и никакой ошибкой это не является, как утверждал ответчик, банк грубо нарушил сроки закрытия счета. Истребование сведений о личном потреблении физического лица (самозанятого) при наличии подтвержденного легального источника дохода является избыточным и нарушает ст. 845 Гражданского кодекса Российской Федерации. В ответе от 14.01.2025 банк лишь «вскольз» упомянул, что ограничений на бумажные распоряжения не вводилось. При этом банк не разъяснил, что это реальный способ получения средств. Отключение ДБО в современных условиях – фактическое лишение возможности пользоваться счетом. У банка не имелось законных оснований ограничивать доступ к ДБО. Ограничение ДБО при отсутствии официального отказа в операции является незаконным препятствием. Банк не разъяснил порядок подачи бумажных поручений в первом же уведомлении от 27.01.2025. Банк ввел истца в заблуждение, указав техническую причину блокировки – подтверждение номера телефона. Оплата от трех разных лиц в одну дату и с одного счета объясняется наличием у них единого бенефициара и бухгалтерии, что является законной практикой. Банк не вправе ставить это в вину исполнителю (самозанятому). Банк заблокировал доступ к ЛК 13.12.2024, а деньги пришли 16.12.2024. Истец физически не мог увидеть точную сумму дохода для формирования чека. При вынесении решения 10.03.2026 суд не имел возможности ознакомиться с ответом Банка России ***. В данном ответе Банк России подтвердил, что ответчик не пояснил истцу результаты рассмотрения документов и не проинформировал, какие сведения еще необходимы.
В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы, а также дополнительно пояснил, что ответчик обманул, что счет был закрыт, счет не был закрыт. После снятия денег банк должен был закрыть счет, но этого не последовало. У истца отсутствовал доступ по счету. Отключение дистанционного обслуживания не давало поступать деньгам. Банк России ответил, что в действиях ответчика имеются нарушения. Ответчик не проинформировал истца относительно возможности распоряжения денежными средствами. Истец подтвердил легальность финансовых операций.
Представитель ответчика Потапов К.Д. в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, а также дополнительно пояснил, что у банка возникли обоснованные сомнения, было принято решение о приостановлении операций. Истец не оспаривал действия банка как незаконные, исковые требования от истца о незаконности не поступали. Истец мог осуществить распоряжение средствами по письменному заявлению. Счет не был заблокирован, только отключили выход с телефона в банк – дистанционное обслуживание, т.е. заблокировали онлайн-банк – дистанционное обслуживание.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.
Выслушав истца, представителя ответчика, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, согласно ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда, исходя из следующих обстоятельств.
В ходе рассмотрения дела мировым судьей установлено, между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) заключен договор комплексного банковского обслуживания, неотъемлемой частью которого являются Правила комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО).
Согласно п. 4.10 Правил комплексного банковского обслуживания, Банк вправе запрашивать документы и информацию, необходимые в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма.
В соответствии с п. 4.12 Правил, Банк вправе приостанавливать проведение операций по счетам и предоставление других услуг в рамках технологий дистанционного доступа к счету, в случае непредоставления клиентом запрошенных Банком документов и информации, а также в качестве меры в соответствии с нормативными требованиями и рекомендациями Банка России в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.
Банк не несет гражданско-правовую ответственность за действия по выполнению требований законодательства в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, в части реализации мер по замораживанию (блокированию) денежных средств или иного имущества, приостановлении операций, отказов от выполнения операций (п. 4.13 Правил).
13.12.2024 истец обнаружил ограничение дистанционного доступа к личному кабинету и невозможность осуществления дистанционных операций по счету.
16.12.2024 истец обратился в Банк о причинах ограничения дистанционного доступа и 19.12.2024 представил ответчику копии договоров, актов выполненных работ и пояснения к ним.
14.01.2025 истец обратился с письменной претензией в Банк (CR-14475420) об отсутствии ответа на поданные им документы 19.12.2024, на которую 27.01.2025 истцу дан ответ (***) о недостаточности представленных документов для снятия ограничений, с разъяснением отсутствия ограничений на прием распоряжений на бумажном носителе, а также предложением представить дополнительные документы и сведения, обосновывающие осуществляемые по счету операции, а также характеризующие его как благонадежного клиента: 1) сведения и документы, подтверждающие целевое направление расходования денежных средств, в т.ч. снятых наличными; 2) подтверждение уплаты налога на профессиональный доход (чеки); 3) справка о состоянии расчетов (доходов) за 2024 год; 4) документы (дипломы, сертификаты), подтверждающие квалификацию для выполнения электромонтажных работ; 5) расширенные выписки по счетам, открытым в сторонних кредитных организациях за период с 01.01.2024 по текущую дату (в т.ч. в табличном виде).
21.01.2025 истцом подана повторная претензия Банку (***), на которую Банком дан ответ от 27.01.2025 (***) с перечислением перечня сведений и документов, необходимых для представления Банку.
29.01.2025, согласно электронному письму истца, в адрес Банка направлены документы об образовании, расширенные выписки по счетам в сторонних банках, договоры, акты выполненных работ, пояснения работодателя, ведомости.
04.02.2025 истцом дополнительно направлена Банку выписка из лицевого счета.
07.02.2025 истец обратился на адрес электронной почты Банка, 08.02.2025 зарегистрировано обращение истца CR-14629179 о причинах отсутствия дистанционного доступа, при том, что истцом представлены все запрошенные Банком документы 27.01.2025. Ответ о результатах рассмотрения направлен истцу СМС сообщением со ссылкой на размещение ответа в ВТБ Онлайн (т.2, л.д. 21).
25.03.2025 истцом вновь подано обращение в Банк (***) о предоставлении дистанционного доступа к счету. Ответ о результатах рассмотрения направлен истцу СМС сообщением со ссылкой на размещение ответа в ВТБ Онлайн о необходимости обратиться в ближайший офис банка с паспортом (т1, л.д. 26, т2., л.д. 21-22).
09.04.2025 по заявлению ФИО1 от 23.05.2025 денежные средства со счета переведены на его счет в стороннем банке (реквизиты счета представлены ФИО1 09.04.2025, о чем последний пояснил при рассмотрении гражданского дела).
По результатам анализа движений денежных средств банком, что следует из пояснений представителя ответчика и выписки по счету, было выявлено осуществление операций по зачислению денежных средств: в размере 50 000 руб. 02.12.2024 – внесение денежных средств через АТМ, в размере 350 000 руб. 06.12.2024 за услуги по договору подряда с последующим снятием в наличной форме через банкомат суммы в размере 329 000 в этот же день, переводов денежных средств 16.12.2024 от ИП ФИО6 в размере 50 000 руб., ИП ФИО7 в размере 50 000 руб. и ООО «Промкомпанент» в размере 65 000 руб. в качестве оплаты по самозанятому за монтажные работы по счету 31 от 12.12.2024 (по всем указанным платежам от 16.12.2024).
В целях предотвращения вовлечения банка в совершение сомнительных клиентских операций, в соответствии с пунктом 4.12 "Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), ФИО1 был ограничен дистанционный доступ к счетам (в том числе посредством банковских карт), а также запрошены пояснения и подтверждающие документы в отношении проводимых операций, при этом ограничений на зачисление денежных средств на счета, либо на прием распоряжений на бумажном носителе, оформленных надлежащим образом, не вводилось.
Как усматривается из представленных писем Банка в адрес клиента, также не отрицалось истцом при рассмотрении дела, что у него были истребованы документы и сведения, требуемые в соответствии с законодательством Российской Федерации в области противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, а также в целях подтверждения операций, проводимых по счетам клиента. Однако, представленные в Банк документы, как пояснил представитель ответчика при рассмотрении дела, явились недостаточным основанием для снятия ограничений, а представленные документы вызвали сомнения в их достоверности. Все три контрагента – ИП ФИО6, ИП ФИО7, ООО «ПРОМКОМПАНЕНТ» оплачивают за монтажные работы по одному счету 31 от одной даты – 12.12.2024. Подтверждения об уплате налога на профессиональный доход (чеки) ФИО1 не представлены.
Кроме того, в отношении контрагента клиента ФИО1 ООО «ПРОМКОМПАНЕНТ», перевод от которого получен ФИО1 16.12.2024 в размере 50 000 руб., Банку ВТБ (ПАО) поступила информация от Банка России о присвоении средней степени (уровня) риска совершения подозрительных операций на основании критериев, определенных в порядке, предусмотренном ст. 9.1 Федерального закона от 10.07.2002 №86-ФЗ.
Операции истца по счету были признаны подозрительными, сведения о подозрительных операциях направлены в Росфинмониторинг.
В рамках усиления контроля за операциями клиента, в целях предотвращения вовлечения Банка в проведение операций, конечной целью которых может являться обналичивание денежных средств, Банк, в соответствии с пунктами 4.10 и 4.12 Правил комплексного банковского обслуживания, ограничил клиенту дистанционный доступ к счету (в т.ч. посредством банковских карт).
Истец неоднократно обращался с жалобами на действия Банка в Центральный Банк Российской Федерации, при рассмотрении которых нарушений со стороны Банка ВТБ (ПАО) не выявлено (т.1, л.д. 51-52).
Кроме того, ФИО1 обратился с заявлением о защите прав потребителя к финансовому уполномоченному. Решением Службы финансового уполномоченного от 05.11.2025 рассмотрение обращения прекращено в связи с выявлением в процессе рассмотрения обращения обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 19 Закона №123-ФЗ (т.1, л.д. 35-48).
По обращению ФИО1 к ответчику с заявлением о восстановлении нарушенного права от 07.10.2025, истцу дан ответ от 14.10.2025 (т.1, л.д. 16-20).
Оставляя исковые требования ФИО1, без удовлетворения, суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 845, 849, 858 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 1, 2 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", ч. 9 ст. 9 Федерального Закона "О национальной платежной системе", Положением Центрального Банка Российской Федерации N 375-П от 2 марта 2012 г., разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в п. 13 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.10.2018.
Мировой судья исходил из того, что в рассматриваемом случае банк, приостановив дистанционное обслуживание клиента, исполнял возложенные на него публично-правовые обязанности. Действия банка соответствовали указанным требованиям Закона N115-ФЗ, банковскому законодательству, поскольку банк выявил признаки отнесения операций к сомнительным, нарушений действующего законодательства в действиях ответчика судом не установлено.
Мировой судья пришел к выводу, что нарушений требований действующего законодательства в сфере банковской деятельности при приостановлении дистанционного обслуживания счета истца со стороны ответчика не допущено, действия банка осуществлены в рамках представленных ему полномочий и направлены на соблюдение положений Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ. В связи с тем, что в действиях ответчика не установлено неправомерного удержания денежных средств ответчика, суд, не усмотрел оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании процентов за пользование денежными средствами ответчика по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку в ходе рассмотрения дела не нашел своего подтверждения факт нарушения прав истца как потребителя, то отсутствуют основания для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда, штрафа.
В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.
Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.
Дистанционное банковское обслуживание и банковская карта в понимании закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" являются электронными средствами платежа.
Согласно части 9 статьи 9 закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" использование клиентом электронного средства платежа может быть приостановлено или прекращено оператором по переводу денежных средств на основании полученного от клиента уведомления или по инициативе оператора по переводу денежных средств при нарушении клиентом порядка использования электронного средства платежа в соответствии с договором.
Порядок приостановления банковских операций в целях защиты прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения подробно регламентирован законом от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма".
Требования Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", устанавливающие особенности обслуживания клиентов, являются специальными по отношению к нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующим отношения в рамках договора банковского счета и возмездного оказания услуг.
Общие основания отнесения операций к числу подозрительных установлены пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", к ним относятся: запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных настоящим Федеральным законом; иные обстоятельства, дающие основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.
Более развернутый перечень признаков, указывающих на необычность сделки, предусмотрен приложением к Положению Центрального Банка Российской Федерации от 2 марта 2012 г. N 375-П "О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (действующее на момент возникновения спорных правоотношений).
Согласно пункту 5.2 Положения N 375-П кредитная организация вправе дополнять перечень признаков, указывающих на необычный характер сделки, по своему усмотрению. Решение о квалификации (неквалификации) операции клиента в качестве подозрительной операции кредитная организация принимает самостоятельно на основании имеющейся в ее распоряжении информации и документов, характеризующих статус и деятельность клиента, осуществляющего операцию, а также его представителя и (или) выгодоприобретателя, бенефициарного владельца (при их наличии).
При реализации правил внутреннего контроля в случае, если операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется банком в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в пункте 2 статьи 7 Закона N 115-ФЗ и, соответственно, являющихся основаниями для документального фиксирования информации, банк вправе запросить у клиента предоставления не только документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, но и документов по всем связанным с ней операциям, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций.
Согласно Письму Банка России от 26 декабря 2005 г. N 161-Т "Об усилении работы по предотвращению сомнительных операций кредитных организаций" к сомнительным операциям, совершаемым кредитными организациями по поручению клиентов, могут быть отнесены операции по систематическому снятию клиентами кредитных организаций (юридическими лицами или индивидуальными предпринимателями) со своих банковских счетов (депозитов) крупных сумм наличных денежных средств; регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от третьих лиц (за исключением кредитов) на банковские счета (депозиты, вклады) физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме либо с их последующим переводом на банковские счета (депозиты, вклады) третьих лиц в течение нескольких дней; осуществление иных операций, которые не имеют очевидного экономического смысла (носят запутанный или необычный характер), либо не соответствуют характеру (основному виду) деятельности клиента или его возможностям по совершению операций в декларируемых объемах, либо обладают признаками фиктивных сделок и др.
Центральным Банком Российской Федерации также утверждены "Методические рекомендации о повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов - физических лиц" от 6 сентября 2021 г. N 16-МР.
Таким образом, по смыслу вышеназванных норм законов и подзаконных актов, если при реализации правил внутреннего контроля банка операция, проводимая по банковскому счету клиента, независимо от ее суммы квалифицируется в качестве сомнительной операции, банк помимо запроса у клиента представления документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, но и документов по всем связанным с ней операциям, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций, в том числе документов, подтверждающих источники поступления денежных средств на счет клиента, также вправе ограничить предоставление клиенту банковских услуг.
При этом действующее законодательство предоставляет кредитной организации право самостоятельно с соблюдением требований внутренних нормативных актов, относить сделки клиентов банка к сомнительным, влекущим применение внутренних организационных мер, позволяющих банку защищать свои интересы в части соблюдения законности деятельности данной организации, действующей на основании лицензии.
В Перечень предупредительных мероприятий, направленных на минимизацию риска легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма, входит в том числе, ограничение предоставления Клиенту банковских продуктов/услуг (блокирование банковских карт, ограничение выдачи денежных средств в наличной форме); приостановление дистанционного банковского обслуживания клиента (п. 13 "Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17.10.2018)).
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом мирового судьи об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, оспариваемые действия банка не являлись произвольными, они проистекали из проведенных сомнительных операций по счету.
При этом суд отмечает, что ограничение операций не должно быть обязательно связано с нарушением истцом закона, для применения ограничительных мер достаточно обоснованных подозрений в этом.
Кроме того, учитывая специфику данных правоотношений, широкий предел усмотрения банка при применении ограничительных мер, оснований для удовлетворения иска у суда не имелось.
Также следует отметить, что банком было наложено ограничение именно на проведение операций по счетам истца в рамках технологии дистанционного доступа к счету, что не ограничило право истца на подачу распоряжений на бумажном носителе, о чем банк неоднократно уведомлял истца.
Согласно пункта 1 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется выполнять распоряжения клиента, в том числе о выдаче соответствующих сумм со счета.
Исходя из имеющихся в материалах дела документов, решений об отказе в выполнении распоряжений о совершении операций не принималось, банком был ограничен порядок доступа к дистанционному банковскому обслуживанию, то есть ограничен дистанционный способ использования ДБО. Сведения о блокировке счета, о блокировке операций по выдаче наличных денежных средств со счета не содержится. Следовательно, истец мог востребовать принадлежащие ему денежные средства, находящиеся у него на счете. Сведения о том, что ответчик отказал истцу в выдаче денежных средств, находящихся на счете, не имеется.
Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что ограничение права клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете или приостановление операций по счету, не допускается в силу статьи 858 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат отклонению, поскольку в пункте 1 указанной статьи установлено, что такое ограничение не допускается, если иное не предусмотрено законом или договором, в данном случае возможность ограничения дистанционного банковского обслуживания предусмотрена и законом и договором, право истца на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете путем направления распоряжения путем оформления платежного поручения на бумажном носителе, а не дистанционным способом не было ограничено. Противоречие применению Положения N 375-П в данном случае отсутствует. Доказательств того, что истец был лишен возможности распоряжения находящимися на его счете денежными средствами, истцом не представлено.
Вопреки доводам истца, в соответствии с содержанием норм материального права указанных нормативно-правовых актов, одним из оснований отнесения операций к числу подозрительных является наличие иных обстоятельств, дающих основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, что, в силу своего расширительного толкования, является оценочным и определяется по внутреннему убеждению уполномоченного сотрудника.
Кроме того, на банк не возлагается обязанность по доказыванию наличия оснований, согласно которым он в лице своих сотрудников отнес указанную операцию к числу "подозрительных", в связи с чем, данный довод апелляционной жалобы судья не относит к числу нарушений, влекущих отмену решения суда.
Довод о том, что права истца нарушает требование банка о предоставлении документов и информации не основано на законе, поскольку истец обязан был это делать на основании п. 14 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма".
Кроме того, истец не вправе требовать предоставления от банка информации о причинах введенных ограничений в отношении него (блокировки дистанционных доступов) на основании ст. 4 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", поскольку в указанной норме права речь идет о предоставлении причин отказов в совершении операций, которых в отношении истца сделано не было.
С учетом требований Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" и положений статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, исковые требования не подлежали удовлетворению.
Требования о взыскании компенсации морального вреда, штрафа обоснованно оставлены судом без удовлетворения, поскольку являются производными от основного требования, в удовлетворении которого судом отказано.
При изложенных обстоятельствах суд полагает, что оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы не имеется, решение суда соответствует собранным по делу доказательствам и требованиям закона.
Таким образом, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит, так как ее доводы сводятся лишь к несогласию с правовой оценкой установленных по делу обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены вынесенного по делу судебного постановления.
Суд принимает во внимание, что выводы суда мотивированы, подтверждаются имеющимися в деле доказательствами, и оснований для признания их незаконными нет.
Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом исследования при рассмотрении дела в суде первой инстанции, и по мотивам, приведенным в судебном решении, правильно признаны необоснованными.
Доказательствам, собранным по делу в установленном законом порядке, дана оценка судом первой инстанции, оснований не согласиться с которой не имеется. Доводы апелляционной жалобы направлены на иную оценку собранных по делу доказательств. Положенные в обоснование выводов суда доказательства являются допустимыми и получили надлежащую правовую оценку.
Нарушений норм материального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
решение мирового судьи судебного участка №3 Индустриального района г.Барнаула от 10 марта 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 - без удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения, кассационные жалоба, представление могут быть поданы через суд первой инстанции в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления.
Судья Т.С. Морозова
Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме составлено 02 июля 2026 г.