АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
25 марта 2026 года г. Новосибирск
Железнодорожный районный суд г. Новосибирска в составе председательствующего судьи Смолиной А.А.
при секретаре судебного заседания Чернизове С.В.
с участием помощника прокурора Железнодорожного района г. Новосибирска Крутиловой А.Е., потерпевшего Потерпевший №1 и его представителя - адвоката Изюменко С.А., представившего удостоверение и ордер, осуждённого Рауфова Н.А. и его защитника - адвоката Асанова В.А., представившего удостоверение и ордер, рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осуждённого Рауфова Н.А. на приговор мирового судьи 4-го судебного участка Железнодорожного судебного района г. Новосибирска от 29 декабря 2025 года в отношении
Рауфова Н. А., * осуждённого по п.«в» ч.2 ст.115 УК РФ к 8 месяцам ограничения свободы с установлением ему, на основании ч.1 ст.53 УК РФ, ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, и на выезд за пределы территории муниципального образования - г. Новосибирска, а также с возложением на него обязанности являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации в установленные дни,
УСТАНОВИЛ:
Приговором мирового судьи 4-го судебного участка Железнодорожного судебного района г.Новосибирска от 29 декабря 2025 года Рауфов Н.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.115 УК РФ, за которое ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на срок 8 месяцев с установлением вышеперечисленных ограничений и возложением на него соответствующей обязанности.
Указанным приговором Рауфов Н.А. осуждён за умышленное причинение лёгкого вреда здоровью Потерпевший №1, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Преступление совершено Рауфовым Н.А. на территории Железнодорожного района г. Новосибирска при обстоятельствах, изложенных в приговоре мирового судьи, которым установлено, что **** около 19 часов 30 минут Рауфов Н.А., находясь ***, в ходе конфликта с Потерпевший №1, пришедшим в указанную квартиру и потребовавшим от осуждённого прекратить ремонтные работы, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, умышленно нанёс потерпевшему скользящий удар ножом по правой голени, тем самым причинив ему, согласно заключению эксперта ** от ****, рану правой голени, повлекшую вред здоровью продолжительностью до трёх недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно) и оценивающуюся как лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на основании п.8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194н и действовавших на момент причинения травмы.
Одновременно судом разрешён вопрос о судьбе вещественного доказательства по делу.
В судебном заседании вину в содеянном по предъявленному обвинению Рауфов Н.А. не признал.
На указанный приговор мирового судьи осуждённым Рауфовым Н.А. подана апелляционная жалоба, в которой он просит отменить обжалуемое судебное решение, ссылаясь на его незаконность, необоснованность выводов суда первой инстанции о его виновности в совершении инкриминируемого преступления, которые не соответствуют исследованным доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам дела, а также на необходимость вынесения в отношении него оправдательного приговора.
В обоснование доводов жалобы Райфовым Н.А. указано на неустранимые противоречия в показаниях потерпевшего Потерпевший №1, которые в части наличия или отсутствия со стороны последнего угрозы жизни и здоровью Рауфова Н.А., а соответственно, права осуждённого на самооборону, показаниями допрошенных свидетелей * А.Ю., * Л.П. и * В.А. не подтверждены, поскольку очевидцами события преступления конкретные лица не являлись.
При этом версия стороны защиты относительно обстоятельств появления Потерпевший №1 в квартире Рауфова Н.А., его противоправного поведения в отношении последнего и получения им ножевого ранения из-за собственной неосторожности в судебном разбирательстве ничем не опровергнута, сомнения в виновности осуждённого в установленном порядке не устранены и в нарушение ч.3 ст.14 УПК РФ не истолкованы судом в его пользу.
Кроме того, мировой судья не дал оценки факту незаконного проникновения потерпевшего в чужое жилище, равно как и не принял во внимание положения ст.37 УК РФ в их взаимосвязи с разъяснениями п.п.3 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 №19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», которые признают допустимой в условиях отсутствия превышения пределов необходимой обороны защиту от посягательства в случае совершения лицом действий, не сопряжённых с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, если последние могут быть предотвращены или пресечены путём причинения посягающему вреда; при этом появление Потерпевший №1 в квартире Рауфова Н.А. было неожиданным для последнего, считавшего входную дверь запертой, он находился в маленьком помещении ванной комнаты с плохим освещением и не мог объективно оценить истинный характер намерений потерпевшего.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу потерпевший Потерпевший №1 выразил согласие с приговором мирового судьи в отношении Рауфова Н.А., указав, что решение суда является законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения ввиду несостоятельности доводов осуждённого о нахождении того (Рауфова) в состоянии испуга из-за его (Потерпевший №1) прихода к нему в квартиру и порезе последнего ножом при его развороте от случайного движения ноги.
В свою очередь его (Потерпевший №1) появление в конкретном жилом помещении, где производились шумные ремонтные работы, а входная дверь была открыта, носило вынужденный характер и расцениваться как неправомерное, не может.
В связи с предшествовавшими в тот день эпизодами взаимодействия с Рауфовым Н.А. без высказывания в его адрес словесных угроз и применения к нему физической силы с его (Потерпевший №1) стороны, оснований опасаться за свои жизнь и здоровье, используя с целью самообороны нож, у осуждённого не имелось, а также в условиях достаточного освещения и свободного доступа в коридоре и ванной комнате, где они оба находились, была возможность хорошо рассмотреть происходящее и в случае возникновения опасности беспрепятственно покинуть данное помещение.
Помимо этого, характер и глубина раны в области его (Потерпевший №1) правой голени свидетельствуют о её образовании в результате последовательного и целенаправленного воздействия ножом.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Крутилова А.Е. законность, обоснованность и справедливость обжалуемого судебного решения не оспаривала, оснований для его изменения либо отмены по доводам осуждённого не усматривала, обращая внимание на то, что обвинительный приговор в отношении Рауфова Н.А. постановлен мировым судьёй с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, основан на правильном применении норм материального права, как при квалификации действий осуждённого, так и при назначении ему наказания.
По мнению государственного обвинителя, все обстоятельства совершённого преступления и вина конкретного лица в содеянном достоверно установлены судом первой инстанции путём анализа и сопоставления показаний допрошенных участников процесса и письменных материалов дела, которые непосредственно исследованы в судебном заседании, должным образом оценены и подробно приведены в описательно-мотивировочной части приговора.
Вопреки утверждению Рауфова Н.А., мировой судья указал в принятом решении мотивы, по которым пояснения потерпевшего Потерпевший №1 о получении им ножевого ранения вследствие умышленных действий осуждённого признаны достоверными, а противоречащая этому версия стороны защиты - не соответствующей действительности.
К тому же при отсутствии в действиях потерпевшего признаков посягательства, представлявшего реальную опасность для жизни и здоровья Рауфова Н.А. либо дававшего ему основания полагать наличие подобной угрозы, появление Потерпевший №1 в квартире осуждённого, о чём из-за сильного шума тот не мог сообщить последнему, не входя в жилое помещение и получив на это его разрешение другим способом, не было для Рауфова Н.А. неожиданным, исходя из его предшествующего общения с потерпевшим и незапертой входной двери; в условиях, когда осуждённый сначала увидел Потерпевший №1 в ванной комнате и только затем переместился, чтобы взять нож, которым нанёс потерпевшему удар в область правой голени, пока тот располагался к нему спиной, наклонившись для отключения перфоратора от электросети, в ходе чего данный прибор в сторону Рауфова Н.А. не направлял и применить в отношении него не угрожал.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции осуждённый Рауфов Н.А. и его защитник Асанов В.А. доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объёме и просили её удовлетворить по изложенным в ней основаниям.
Потерпевший Потерпевший №1 и его представитель Изюменко С.А. возражали против удовлетворения жалобы осуждённого и полагали необходимым приговор мирового судьи оставить без изменения, поддержав письменные возражения потерпевшего полностью.
Участвующая в судебном заседании помощник прокурора Крутилова А.Е. считала, что приговор мирового судьи в отношении Рауфова Н.А. является законным и обоснованным, однако при отсутствии оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы, просила указанное судебное решение изменить, признав в качестве смягчающих наказание обстоятельств противоправное поведение потерпевшего и активное способствование виновного в раскрытии преступления посредством дачи им письменных объяснений на стадии досудебного производства.
Суд апелляционной инстанции, выслушав мнения участников процесса, изучив обжалуемое судебное решение и доводы апелляционной жалобы, а также исследовав материалы уголовного дела, приходит к следующему.
Выводы мирового судьи о виновности Рауфова Н.А. в умышленном причинении лёгкого вреда здоровью Потерпевший №1 основаны на достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и получивших в приговоре надлежащую правовую оценку.
С доводами стороны защиты об отсутствии в действиях осуждённого состава инкриминируемого преступления, которые проверены судом апелляционной инстанции, согласиться нельзя, поскольку они противоречат установленным фактическим обстоятельствам дела, опровергаются содержанием положенных в основу приговора доказательств, а также разъяснениями эксперта, полученными в рамках его допроса на стадии апелляционного производства в порядке ч.ч.6 и 6.1 ст.389.13 УПК РФ.
Несмотря на занятую Рауфовым Н.А. позицию отрицания своей вины в нанесении им ножевого ранения Потерпевший №1, конкретные обстоятельства содеянного нашли своё подтверждение в показаниях потерпевшего, который в ходе судебного разбирательства чётко и подробно пояснил о том, как после общения с осуждённым в присутствии сотрудников полиции из-за проведения последним в своей квартире в выходной день шумных ремонтных работ, мешавших его ребёнку спать, через некоторое время в связи с возобновившимся шумом он постучал в дверь квартиры Рауфова Н.А., обнаружив её открытой, затем, не дождавшись реакции на звонок, прошёл внутрь до ванной комнаты, где осуждённый работал с перфоратором в руках, заметив его, обернулся и прекратил сверлить; когда между ними состоялся разговор и Рауфов Н.А. отошёл от перфоратора, он наклонился, чтобы отключить инструмент от сети, после чего почувствовал касание какого-то предмета его ноги, обернулся и увидел порез в районе своей икроножной мышцы, а также осуждённого, стоящего в ванной и держащего направленный в его сторону нож; поэтому он сразу покинул квартиру Рауфова Н.А., а вернувшись к себе домой, попросил супругу вызвать «скорую помощь» и полицию.
Данные пояснения потерпевшего в целом согласуются с показаниями свидетеля * А.Э., подтвердившей при допросе в суде первой инстанции неоднократные попытки её супруга Потерпевший №1 договориться с их соседом Рауфовым Н.А. о прекращении в его квартире шумных ремонтных работ, в том числе с участием сотрудников полиции, один из которых после личной беседы с осуждённым пообещал им, что тот будет соблюдать тишину; а когда этого не произошло, её супруг снова спустился к соседу и через некоторое время вернулся домой с порезом на ноге, в результате чего она вызвала «скорую помощь» и полицию.
О конфликтной ситуации между Рауфовым Н.А. и Потерпевший №1 в связи с проведением в квартире осуждённого шумных ремонтных работ, в результате которой потерпевший получил ранение ножом в правую голень, также пояснили допрошенные на дознании свидетели * Л.П. и * В.А., которым об обстоятельствах, предшествовавших событию преступления и последовавших непосредственно за этим, стало известно при осуществлении каждым из них своей профессиональной деятельности, а именно: * Л.П. - в процессе нахождения её на рабочем месте консьержа многоквартирного жилого дома по месту проживания участников конфликта, которые в тот день обращались к свидетелю для выяснения номеров квартир друг друга, после чего к одному из них (Рауфову) дважды приезжали сотрудники полиции, а к другому (Потерпевший №1) - «скорая помощь»; * В.А. - в ходе выезда его с напарником на место происшествия сначала по заявке дежурного отдела полиции о жалобе на шум от ремонтных работ в квартире осуждённого, где, помимо последнего, находились потерпевший с супругой и свидетелем проведена беседа с Рауфовым Н.А., который пообещал ему больше не шуметь, а затем - по прибытии полицейских повторно на тот же адрес в связи с ножевым ранением Потерпевший №1 в ногу, когда в квартире осуждённого, на этаже и в лифте были обнаружены нож и следы крови, после чего Рауфова Н.А. доставили в отдел полиции для дальнейшего разбирательства.
Факты и обстоятельства, аналогичные изложенным в показаниях вышеназванных участников процесса, содержатся в заявлении потерпевшего о преступлении и сообщении из медучреждения о наличии у него резаной раны правой голени, которую, по словам Потерпевший №1, ему нанёс сосед; протоколах следственных действий, в ходе которых в квартире осуждённого был изъят, впоследствии осмотрен и признан вещественным доказательством по делу металлический нож, принадлежащий Рауфову Н.А.; заключениях судебно-криминалистической и судебно-медицинской экспертиз о способе изготовления, особенностях и назначении изъятого с места происшествия ножа, а также относительно характера и локализации, срока и способа образования, степени тяжести телесного повреждения, обнаруженного у потерпевшего и повлекшего лёгкий вред его здоровью, оценка которого, с учётом письменной информации экспертного учреждения и разъяснений эксперта Боголюбовой Э.А. в судебном заседании о состоятельности указанных выводов как на момент проведения исследования, так и после вступления в силу Приказа Минздрава РФ от 08.04.2025 №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», в настоящее время не изменилась.
Каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре осуждённого или намеренном искажении описываемых событий со стороны конкретных лиц, чьи показания в соответствующей части последовательны и категоричны, взаимно дополняют друг друга и не противоречат вышеперечисленным письменным материалами дела, мировым судьёй не установлено.
Таких оснований для оговора Рауфова Н.А. и вывода о ложности показаний Потерпевший №1, * А.Э., * Л.П. и * В.А. не усматривает и суд апелляционной инстанции.
Существенных противоречий в показаниях потерпевшего и свидетелей, влияющих на правильность выводов мирового судьи о юридически значимых обстоятельствах дела и причастности к совершению преступления осуждённого, не имеется.
То, что ни один из допрошенных свидетелей не являлся очевидцем ножевого ранения потерпевшего, само по себе не исключает возможности использования судом их показаний в качестве доказательств по настоящему уголовному делу, равно как и не дискредитирует сообщённые ими сведения относительно событий, предшествовавших совершению преступления либо наблюдаемых каждым из них лично спустя непродолжительное время после содеянного, о которых аналогичным образом поясняли Рауфов Н.А. и Потерпевший №1
Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции всесторонне и полно установлены обстоятельства, при которых осуждённый совершил преступление, подлежащие доказыванию в силу ст.73 УПК РФ, включая и то, что конкретное телесное повреждение было причинено потерпевшему Потерпевший №1 в результате умышленных действий Рауфова Н.А., описанных в приговоре.
Версия стороны защиты о получении потерпевшим травмы при иных, а не установленных судом обстоятельствах со ссылкой на то, Потерпевший №1 сам порезался о приставленный к его ноге нож, являлась предметом рассмотрения мирового судьи и была заслуженно отвергнута как не нашедшая своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.
Хотя в результате проведения судебно-медицинской экспертизы достоверно определить механизм образования у потерпевшего раны правой голени не представилось возможным; тогда как эксперт Боголюбова Э.А., допрошенная в судебном заседании суда апелляционной инстанции с целью разъяснения и дополнения ранее данного ею заключения в порядке ст.282 УПК РФ, не исключила возможность получения указанного повреждения в положении пострадавшего стоя на ногах, когда острый предмет (нож) был зафиксирован на уровне его голени в момент движения последней, в том числе её вращения вокруг своей оси, при перемещении нижней конечности относительно предмета воздействия в горизонтальной плоскости; из содержания приведённых в приговоре показаний участников конфликта не следует, что такие действия в момент причинения ножевого ранения Потерпевший №1 фактически совершал.
Оснований сомневаться в правдивости и убедительности пояснений потерпевшего о том, что перед ощущением касания его ноги он, наклонившись к удлинителю для отключения перфоратора от сети, нижней конечностью не двигал, а соответственно, порезаться голенью об остриё либо лезвие неподвижного ножа в описанной экспертом ситуации не мог, суд апелляционной инстанции не находит.
В то время как показания Рауфова Н.А. в данной части непоследовательны и противоречивы, поскольку при допросе у мирового судьи осуждённый утверждал о том, что, когда он поднёс нож к ноге Потерпевший №1 на расстояние примерно 1 см, последний, стоя к нему спиной и заметив в его руке нож, дёрнулся и получил порез; однако в суде апелляционной инстанции описывал действия потерпевшего иначе, сначала указав в своей апелляционной жалобе, как тот повернулся и неловким движением задел приставленный к его ноге нож; затем в выступлении пояснив о том, что Потерпевший №1 случайно наткнулся на нож, не видя его и попятившись назад; после чего в прениях уточнил свою версию событий, согласно которой потерпевший развернулся и сделал движение в сторону ножа, зафиксированного на расстоянии около 5-10 см от его ноги.
С критической оценкой в приговоре показаний осуждённого, которая дана мировым судьёй по своему внутреннему убеждению, в соответствии с правилами ст.ст.17, 88 УПК РФ, нельзя не согласиться.
По смыслу закона, никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, поэтому вопрос о наличии события преступления и виновности в нём конкретного лица разрешается судом исходя из объективно установленных по делу фактов, с учётом совокупности всех представленных доказательств, а не в зависимости от мнения того или иного участника процесса.
В связи с этим суд первой инстанции обоснованно признал наиболее достоверными и соответствующими действительности показания потерпевшего Потерпевший №1, которые согласуются между собой и с результатами экспертного исследования, а также не противоречат фактическим обстоятельствам дела и разъяснениям эксперта, не исключившего возможность образования раны правой голени при условии доступности данной области для воздействия на неё острым предметом (ножом) в момент нахождения пострадавшего спиной к причинителю травмы в положении стоя, когда последний находился в положении сидя, а сам предмет воздействия (остриё или лезвие ножа) был подвижным относительно задней поверхности нижней конечности.
К изменению Рауфовым Н.А. своих показаний на стадии апелляционного производства в части обстоятельств получения потерпевшим ножевого ранения суд апелляционной инстанции относится критически, а его версию событий преступления полагает надуманной и не заслуживающей доверия, расценивая позицию осуждённого как избранный им способ защиты, обусловленный стремлением уменьшить степень своей вины и избежать уголовной ответственности за содеянное.
Одновременно мировым судьёй не выявлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что Рауфов Н.А. действовал в состоянии необходимой обороны либо превышения её пределов, так как в момент причинения им травмы Потерпевший №1 и непосредственно перед этим потерпевший не совершал посягательств, сопряжённых с применением к осуждённому физической силы, нанесением ему ударов или действий, создававших реальную угрозу для его жизни и здоровья, с чем также соглашается суд апелляционной инстанции.
Аналогичным образом в данном конкретном случае не возникло ситуации, фактически угрожающей жизни и здоровью Рауфова Н.А., равно как и оснований у него для вывода о том, что имеет место реальная угроза такого посягательства, в связи с появлением Потерпевший №1 в квартире осуждённого без его согласия, которое сопровождалось требованиями прекратить шумные ремонтные работы и действиями по выключению рабочего инструмента (строительного перфоратора), что не было сопряжено с нападением и могло быть предотвращено либо пресечено без причинения вреда здоровью потерпевшего, учитывая сложившуюся между ними конфликтную ситуацию, предшествующее поведение обоих участников конфликта и их попытки урегулировать конфликт ранее при посредничестве сотрудников полиции без применения насилия.
Несмотря на то, что проникновение Потерпевший №1 в жилище Рауфова Н.А. против воли собственника, его дальнейшие требования в адрес осуждённого и действия в отношении принадлежащего ему имущества вне зависимости от установленных мотивов заслуживают внимания с точки зрения противоправности поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, оценка которому судом первой инстанции не дана, а фактическое обстоятельство, относящееся к предмету доказывания, при описании преступного деяния, признанного доказанным, в нарушение требований ст.307 УПК РФ, в приговоре отсутствует, последнее само по себе не влечёт возникновение у Рауфова Н.А. права на самооборону с применением колюще-режущего предмета (ножа) и нанесение им ранения Потерпевший №1 в качестве оправданной меры защиты, обусловленной необходимостью предотвращения или пресечения общественно опасного посягательства.
Доводы стороны защиты об обратном со ссылкой на достаточность для вывода о наличии в действиях осуждённого признаков необходимой обороны исключительно факта незаконного проникновения потерпевшего в конкретное жилое помещение основаны на ошибочном толковании действующего законодательства о необходимой обороне и потому не могут быть признаны состоятельными.
Как усматривается из обжалуемого судебного решения, мировой судья в полной мере учёл предписания, изложенные в вышеназванном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 №19, придя к мотивированному выводу о том, что исходя из установленных фактических обстоятельств дела, включая время, обстановку и способ появления Потерпевший №1 в квартире Рауфова Н.А., предшествовавшие этому события, а также эмоциональное состояние и поведение конкретных лиц, такие действия потерпевшего к неожиданному и внезапному посягательству, не позволявшему в данной ситуации осуждённому объективно оценить его степень и характер опасности, отнести нельзя.
Помимо этого, обстоятельства, препятствовавшие Рауфову Н.А. в случае агрессивного поведения Потерпевший №1, его опасений за свои жизнь и здоровье, а равно сохранность принадлежащего ему имущества немедленно покинуть помещение ванной комнаты и вызвать сотрудников полиции, вместо того чтобы оставаться наедине с потерпевшим, который в этот момент на осуждённого не нападал, насилие к нему не применял и рядом с собой его не удерживал, отсутствовали; в связи с чем оснований находиться в состоянии страха, испуга либо замешательства у Рауфова Н.А. не было, а напротив, имелась реальная возможность воздействовать на Потерпевший №1 ненасильственными методами, в частности, путём обращения с заявлением о привлечении его к ответственности в правоохранительные органы, тем самым избрав правомерные способы защиты своих нарушенных прав и законных интересов.
Вопреки позиции потерпевшего об отсутствии с его стороны посягательства на неприкосновенность жилища осуждённого, которую суд апелляционной инстанции полагает несостоятельной, равно как и аналогичную ссылку в приговоре мирового судьи, факт нахождения Потерпевший №1 в квартире Рауфова Н.А. без законных на то оснований с целью воспрепятствования производству ремонтных работ в разрешённое законом время, о чём нарушителю было доподлинно известно, даже при отсутствии процессуального решения компетентного органа позволяет признать наличие в действиях потерпевшего элементов противоправного поведения в рамках настоящего уголовного дела, что пределам судебного разбирательства, установленным ст.252 УПК РФ, не противоречит и право заинтересованного лица на доступ к правосудию никоим образом не ограничивает.
За исключением обстоятельств, связанных с противоправностью поведения потерпевшего Потерпевший №1, явившегося поводом для совершения Рауфовым Н.А. преступления, с выводами мирового судьи о форме вины, направленности умысла и конкретных действиях осуждённого, которые в приговоре надлежащим образом мотивированы, нельзя не согласиться.
При этом суд первой инстанции привёл убедительные мотивы, по которым он принял во внимание одни доказательства и отверг другие, что отвечает положениям ст.307 УПК РФ, а каких-либо неустранимых сомнений в виновности Рауфова Н.А., требующих истолкования в его пользу в силу ч.3 ст.14 УПК РФ, при разрешении уголовного дела по существу и проверке обжалуемого судебного решения в апелляционном порядке не возникло.
Тщательно проанализировав и оценив каждое доказательство с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности, мировой судья правильно установил фактические обстоятельства дела, обоснованно признал совокупность представленных доказательств достаточной для постановления в отношении Рауфова Н.А. обвинительного приговора и верно квалифицировал его действия по п.«в» ч.2 ст.115 УК РФ как умышленное причинение лёгкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Однако, наряду с этим, суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из перечня доказательств, приведённых в описательно-мотивировочной части приговора, показания инспектора мобильного взвода * ** «Железнодорожный» Управления МВД России по г.Новосибирску * В.А., допрошенного в качестве свидетеля на стадии дознания, о том, что осуждённый показал ему нож, которым порезал потерпевшего.
По смыслу закона, с учётом правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда РФ от 06.02.2004 №44-О, сотрудник полиции может быть допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах производства следственных и иных процессуальных действий по уголовному делу только при решении вопроса о допустимости конкретного доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний других допрошенных лиц и сведений, о которых ему стало известно из их бесед (опросов) либо во время допроса подозреваемого (обвиняемого), что не может быть использовано прямо или опосредованно в качестве доказательства виновности подсудимого в инкриминируемом преступлении.
При таком положении суд не вправе допрашивать должностное лицо, осуществлявшее оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, равно как и восстанавливать сообщённые им сведения вопреки требованиям п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ, в силу которых показания, ранее полученные у подсудимого в отсутствие защитника и не подтверждённые им в судебном разбирательстве, относятся к недопустимым доказательствам, не имеющим юридической силы и не подлежащим любому использованию судом в процессе доказывания по уголовному делу.
Между тем признание недопустимыми и исключение из перечня доказательств показаний свидетеля * В.А. лишь в определённой части не опровергает вывода мирового судьи о доказанности вины Рауфова Н.А. в содеянном при наличии достаточной совокупности иных собранных по делу доказательств, допустимость которых сомнений не вызывает.
Одновременно суд апелляционной инстанции считает возможным внести изменения в описательно-мотивировочную часть приговора, уточнив дату окончания судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего Потерпевший №1, которая, согласно заключению эксперта **, соответствует 12 мая 2025 года (л.д.29-30), однако неверно указана мировым судьёй как «24.04.2025», что является очевидной технической ошибкой, не влияющей на законность и обоснованность обжалуемого судебного решения.
Мера наказания Рауфову Н.А. определена мировым судьёй исходя из характера и степени общественной опасности совершённого преступления, которое направлено против здоровья человека, конкретных сведений, характеризующих личность осуждённого, включая привлечение его к уголовной ответственности впервые и удовлетворительную характеристику по месту жительства, а также отсутствия обстоятельств, отягчающих ответственность за содеянное.
Выводы суда первой инстанции о назначении Рауфову Н.А. наказания в виде ограничения свободы достаточно мотивированы и являются правильными.
Вместе с тем из содержания обжалуемого судебного решения видно, что мировой судья наряду с отсутствием отягчающих обстоятельств по настоящему уголовному делу не установил обстоятельств, смягчающих вину осуждённого, тем самым, допустив противоречие в описательно-мотивировочной части приговора, где имеется ссылка на определение Рауфову Н.А. соответствующей меры наказания с учётом положений ст.61 УК РФ, а равно при наличии смягчающих и отсутствии отягчающих обстоятельств.
Принимая во внимание фактические обстоятельства совершённого преступления и мотивы содеянного, в том числе установленные в ходе рассмотрения апелляционной жалобы; все известные данные о личности виновного и его посткриминальном поведении, приведённые в приговоре и зафиксированные в исследованных материалах досудебного производства; а также нормы ч.2 ст.61 УК РФ, в соответствии с которыми при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих обстоятельства, не предусмотренные ч.1 ст.61 УК РФ; суд апелляционной инстанции находит возможным устранить нарушения, допущенные мировым судьёй в связи с неправильным применением уголовного закона, признав обстоятельствами, смягчающими наказание Рауфова Н.А., совершение им преступления небольшой тяжести впервые, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, активное способствование осуждённым раскрытию и расследованию преступления.
В свою очередь противоправное поведение Потерпевший №1, который непосредственно перед нанесением ему Рауфовым Н.А. ножевого ранения находился в квартире осуждённого без его согласия, тем самым нарушая конституционное право последнего на неприкосновенность жилища, высказывал необоснованные требования прекратить ремонтные работы и совершал действия, препятствующие использованию чужого имущества (строительного перфоратора), обострило сложившуюся между ними ранее конфликтную ситуацию, а равно способствовало возникновению у виновного эмоционального напряжения и дискомфорта, чувства неприязни и агрессии, спровоцировав совершение им преступления в отношении потерпевшего.
Кроме того, в материалах уголовного дела имеется объяснение Рауфова Н.А. от 02.03.2025, оформленное оперуполномоченным сотрудником сразу после доставления его в отдел полиции и разъяснения ему положений ст.51 Конституции РФ (л.д.17-19), которому оценка при назначении наказания осуждённому судом первой инстанции не дана.
Исходя из руководящих разъяснений, содержащихся в п.30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, если лицо о совершённом с его участием преступлении либо о своей роли содеянном представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.
По смыслу закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления состоит в добровольных и активных действиях виновного, направленных на сотрудничество с правоохранительными органами, и может выражаться в том, что он предоставляет сотрудникам полиции информацию об обстоятельствах совершения преступления, ранее им не известную и относящуюся к предмету доказывания по уголовному делу, а также даёт полные и правдивые показания, способствующие расследованию дела.
При этом в объяснении Рауфова Н.А., исследованном в судебном заседании суда апелляционной инстанции, до возбуждения в отношении него настоящего уголовного дела осуждённый не только добровольно сообщил о конфликтной ситуации между ним и Потерпевший №1 и своей причастности к нанесению телесного повреждения потерпевшему, состоящего в прямой причинно-следственной связи с наступлением конкретного вреда здоровью, но и указал способ причинения им травмы, использованный в качестве орудия предмет и область его применения, которые органами дознания вменены в сообщённом им варианте, учитывая, что очевидцев события преступления не было; равно как и содействовал правоохранительным органам в производстве первоначальных следственных действий с его участием, обеспечив беспрепятственный доступ в жилое помещение по месту содеянного и самостоятельно показав сотруднику полиции * В.А. использованный им нож; что позволило изобличить и привлечь к уголовной ответственности виновное лицо, своевременно окончить предварительное расследование и установить юридически значимые обстоятельства дела для последующего выполнения судом требований ст.73 УПК РФ.
При наличии в действиях Рауфова Н.А. обстоятельств, подлежащих обязательному учёту в качестве смягчающих, которые предусмотрены п.п.«з» и «и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд апелляционной инстанции, руководствуясь принципами справедливости и гуманизма, смягчает назначенное осуждённому наказание без применения в отношении него правил ч.1 ст.62 УК РФ ввиду определения ему мировым судьёй менее строгого вида наказания, указанного в санкции ч.2 ст.115 УК РФ.
Помимо этого, при разрешении вопроса о судьбе вещественного доказательства по настоящему уголовному делу мировым судьёй не были учтены следующие обстоятельства и выполнены требования уголовно-процессуального закона.
Как следует из резолютивной части приговора, суд первой инстанции постановил после вступления судебного решения в законную силу нож, переданный на хранение в отдел полиции №2 «Железнодорожный» Управления МВД России по г.Новосибирску, возвратить осуждённому Рауфову Н.А.
Однако, вопреки положениям п.12 ч.1 ст.299 и п.5 ст.307 УПК РФ, мотивов в обоснование принятого решения о судьбе указанного вещественного доказательства, кроме ссылки на руководство мировым судьёй требованиями ст.ст.81 и 82 УПК РФ, приговор не содержит.
При этом суд первой инстанции не принял во внимание нормы п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ, согласно которым среди вещественных доказательств по рассмотренному уголовному делу орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, при отсутствии оснований для их конфискации либо передачи в соответствующие учреждения подлежат уничтожению.
К тому же ходатайств о возвращении конкретного предмета законному владельцу с обоснованием нецелесообразности его уничтожения, в частности, ввиду высокой стоимости, культурной ценности или особой значимости для осуждённого ножа, признанного орудием преступления, стороной защиты не заявлялось.
Что касается просьбы Рауфова Н.А. вернуть изъятый у него нож, высказанной в судебном заседании суда апелляционной инстанции, то она обусловлена исключительно фактом принадлежности осуждённому данного имущества, которое в качестве вещественного доказательства обеспечило выявление обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, но после завершения производства по настоящему делу в связи с утратой своего процессуального качества подлежит уничтожению с целью удержания самого Рауфова Н.А. и других лиц от его противоправного использования в дальнейшем.
Допущенное мировым судьёй нарушение уголовно-процессуального закона не является существенным и подлежит устранению судом апелляционной инстанции путём изменения обжалуемого приговора в соответствующей части.
Таким образом, за исключением вносимых изменений, постановленный в отношении Рауфова Н.А. приговор соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, является законным, обоснованным и справедливым.
Данное уголовное дело органами дознания расследовано, а мировым судьёй - рассмотрено с соблюдением конституционных принципов состязательности и равноправия сторон, всестороннее, полно и объективно.
Существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на исход рассмотрения настоящего дела, а равно влекущих отмену обжалуемого судебного решения, не допущено.
На основании вышеизложенного, руководствуясь п.9 ч.1 ст.389.20, ст.ст.389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор мирового судьи 4-го судебного участка Железнодорожного судебного района г. Новосибирска от 29 декабря 2025 года в отношении РАУФОВА НИКИТЫ АЛЕКСАНДРОВИЧА изменить.
Исключить из перечня доказательств, приведённых в описательно-мотивировочной части приговора, показания свидетеля * В.А. о том, что Рауфов Н.А. порезал потерпевшего Потерпевший №1 ножом, обнаруженным в квартире осуждённого.
Уточнить описательно-мотивировочную часть приговора в части указания даты окончания судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего Потерпевший №1 - 12 мая 2025 года.
Признать обстоятельствами, смягчающими наказание Рауфова Н.А., активное способствование им раскрытию и расследованию преступления; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; совершение преступления небольшой тяжести впервые.
Смягчить назначенное Рауфову Н.А. наказание в виде ограничения свободы до 6 (шесть) месяцев.
Исключить из резолютивной части приговора ссылку на возвращение осуждённому Рауфову Н.А. вещественного доказательства - ножа, находящегося в камере хранения отдела полиции №2 «Железнодорожный» Управления МВД России по г. Новосибирску на основании квитанции ** от ****, уничтожив данный нож после вступления приговора в законную силу.
В остальной части указанный приговор мирового судьи в отношении Рауфова Н.А. оставить без изменения, апелляционную жалобу осуждённого - без удовлетворения.
Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы, принесения кассационного представления через мирового судью 4-го судебного участка Железнодорожного судебного района г. Новосибирска в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу в соответствии с правилами главы 47.1 УПК РФ.
Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чём ему следует указать в своей кассационной жалобе на состоявшиеся по делу судебные решения либо в возражениях на жалобу, представление, поданные или принесённые другими участниками процесса.
Председательствующий А.А. Смолина
Мотивированное решение суда апелляционной инстанции вынесено 27 марта 2026 года.