АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
18 мая 2026 года ***
Судья Железнодорожного районного суда *** Рахманова М.М., при секретаре Мазиной С.К., с участием прокурора Дашковской М.Е., потерпевшего Филимонова Я., обвиняемого Саввы А.А., защитника – адвоката Иваненко О.В., рассмотрела в апелляционном порядке в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Иваненко О.В. в защиту обвиняемого Саввы А.А. на постановление мирового судьи 3-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** от **** о возвращении прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении:
Саввы А. А., **** года рождения, уроженца ***, гражданина РФ, зарегистрированного и проживающего по адресу: ***, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
На основании постановления мирового судьи 3-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** от **** уголовное дело в отношении Саввы А.А. возвращено прокурору в порядке п.п. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.
На постановление мирового судьи защитником – адвокатом Иваненко О.В. подана апелляционная жалоба. Защитник-адвокат Иваненко О.В. в своей жалобе указывает, что суд необоснованно принял за объективные данные – субъективное мнение потерпевшего, основанное на переоценке доказательств в выгодную для себя сторону. Мнение потерпевшего, не согласного с оценкой фактических обстоятельств, имеет субъективный характер. Суд необоснованно посчитал «фактическими обстоятельствами» мнение потерпевшего об «ударе», которого не существовало – доказательства этого приведены в протоколе осмотра видеозаписи и заключении судебно-медицинской экспертизы, при детальном просмотре видеозаписи конфликта не заинтересованными в исходе дела лицами (следователем, экспертами). Удар потерпевшего Филимонова, в результате падения о твердую поверхность (тротуарную плитку) – не является совместным причинением тяжкого вреда здоровью. По смыслу законодательства, участие в драке нескольких лиц (которое суд необоснованно расценил как групповое причинение вреда здоровью) само по себе не свидетельствует о совместном причинении тяжкого вреда здоровью. Вопреки выводам суда, в настоящем уголовном деле следственным органом приняты все необходимые процессуальные решения, в соответствии с объективно установленными фактическими обстоятельствами, в том числе, основанными на заключениях проведенных по делу судебных экспертиз.
Кроме того, из постановления суда от **** непонятно, почему суд сделал вывод об отсутствии или неполном отражении в обвинительном заключении ссылок на доказательства – заключения судебных экспертиз. В обвинительном заключении, как и в тексте постановления о привлечении в качестве обвиняемого Саввы А.А., органом расследования в соответствии с требованиями закона приведены ссылки на соответствующие заключения экспертов. В тексте обвинения действия Саввы А.А. отражены в соответствии с фактическими обстоятельствами. Фактические обстоятельства, изложенные в обвинении, не выходят за рамки предъявленного обвинения, и соответствуют предмету, и пределам судебного разбирательства, в соответствии со ст. 252 УПК РФ. Квалификация указана в соответствии с нормой, содержащейся в ч. 1 ст. 118 УК РФ. Квалифицирующий признак «совершение преступления группой лиц» отсутствует в данной норме права в силу особенностей конструкции самого состава неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью.
Судом необоснованно приняты ссылки стороны потерпевшего на групповую драку как основание для привлечения к уголовной ответственности по признаку «группы лиц» всех, кто в ней участвовал, что не соответствует принципу индивидуализации наказания, который предусматривает ответственность, соответствующую степени вины каждого участника.
Постановление о привлечении в качестве обвиняемого Саввы А.А. составлено в соответствии с требованиями ст. 171 УПК РФ. Обвинительное заключение по делу составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ. Фактические обстоятельства, изложенные в тексте обвинения Саввы А.А. по данному делу, и в обвинительном заключении, не свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий подсудимого, как более тяжкого преступления, влекущего ответственность по другой статье УК РФ, предусматривающей более строгое наказание.
Считает, что препятствия для рассмотрения дела судом, которые исключали бы возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора, отсутствовали при принятии обжалуемого решения.
Просит постановление мирового судьи 3-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** от **** в отношении Саввы А.А. отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение.
В возражениях представитель потерпевшего – адвокат Абдуллаева А.Т.к. просит постановление мирового судьи 3-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** от **** оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Иваненко О.В. – без удовлетворения.
В заседании суда апелляционной инстанции обвиняемый Савва А.А., его защитник-адвокат Иваненко О.В., прокурор Дашковская М.Е. поддержали доводы апелляционной жалобы; потерпевший Филимонов Я. полагал оставить постановление мирового судьи без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.
Выслушав мнения участников процесса, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения постановления суда не находит.
Статья 237 УПК РФ предусматривает порядок и основания возвращения уголовного дела прокурору по ходатайству стороны или по собственной инициативе суда для устранения препятствий его рассмотрения судом. Так, если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в пунктах 1 - 6 части 1 статьи 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.
В соответствии с п.п. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения; а также если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанного лица как более тяжкого преступления.
В силу ст. 7 УПК РФ постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Принципом уголовного судопроизводства является законность при производстве по уголовному делу, соблюдение норм материального и процессуального права.
Обвинительное заключение является процессуальным актом, завершающим предварительное следствие по уголовному делу и формулирующим на основе собранных доказательств обвинение в отношении конкретного лица. Обвинительное заключение по уголовному делу признается соответствующим требованиям закона, если оно составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, по результатам предварительного расследования, обеспечившего участникам процесса возможность реализовать свои процессуальные права.
По смыслу уголовно-процессуального закона, обвинительное заключение исключает возможность постановления приговора, если в ходе предварительного расследования допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.
При этом, суд рассматривает дело в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ лишь в рамках предъявленного обвинения, и не вправе в силу частей 1-3 ст. 15 УПК РФ его самостоятельно формулировать.
Данные положения закона мировым судьей в полной мере соблюдены.
Так, принимая решение о возвращении прокурору данного уголовного дела, суд первой инстанции исходил из следующего.
Согласно предъявленному обвинению, Савва А.А. обвиняется в причинении Филимонову Я. **** в период с 01 часа 39 минут по 01 час 43 минуты по неосторожности телесных повреждений потерпевшему, повлекших причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, а также повлекшее психическое расстройство, которое по своему характеру непосредственно создаёт угрозу для жизни человека, поэтому оценивается как тяжкий вред здоровью.
Из предъявленного обвинения также следует, что в тот же период времени, в том же месте знакомые Саввы А.А. - Христов В.И. и Бурцев В.Я. в ходе конфликта с потерпевшим и свидетелем Илюшкиным В.С. вступили с указанными лицами в драку, то есть наносили последним телесные повреждения.
Указанное следует из показаний потерпевшего Филимонова Я., свидетелей Илюшкина В.С., Балякиной А.П. об обстоятельствах конфликта, нанесения ударов потерпевшему, содержания видеозаписи с камеры видеонаблюдения, на которой зафиксировано развитие конфликта, нанесение неоднократных ударов потерпевшему и свидетелю Илюшкину В.С. четырьмя лицами в месте, где находятся несколько общественных заведений, работающих в ночное время, пешеходная зона, лавочки для отдыха, очевидцами чего являлись посторонние лица.
Однако в обвинительном заключении не приведены и не оценены конкретные действия иных трёх лиц, участвующих в одном месте и в одно время с Саввой А.А. в нанесении ударов потерпевшему, на предмет наличия у участников конфликта прямого либо косвенного умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Указано лишь, что между потерпевшим и свидетелем Илюшкиным В.С. имела место драка с Христовым В.И. и Саввой А.А., и не указано, что установленными лицами наносились неоднократные удары в одном месте и в одно время вместе с Саввой А.А. и иным лицом.
Кроме того, суд указал, что органом предварительного следствия необоснованно оставлены без оценки при составлении обвинительного заключения последовательные показания потерпевшего Филимонова Я. о том, что сознание он потерял не от удара о твёрдую поверхность при падении, а от целенаправленного сильного удара, от которого он неконтролируемо упал, при этом указанному падению придал ускорение иной участник драки (в светлой футболке), который в процессе падения нанёс ему рукой удар в лицо.
Указанные показания потерпевшего согласуются с содержанием видеозаписи с места происшествия, имеют существенное значение для правильного установления обстоятельств в соответствии со ст. 73 УПК РФ.
При этом в обвинительном заключении приведено доказательство – протокол осмотра видеозаписи, из которого следует, что указанное лицо (в светлой футболке) в ходе конфликта также применяло к потерпевшему физическое насилие, в том числе нанесло удар в голову, что также осталось без оценки органа следствия, однако, может влиять на правильность обстоятельств, указанных в предъявленном Савве А.А. обвинении.
Также суд обоснованно указал на то, что в обвинительном заключении в нарушение требований ст. 220 УПК РФ не приведено в полном объёме содержание заключения судебно-медицинской экспертизы, а именно приведены только выводы заключения в части наличия у потерпевшего телесных повреждений, полученных, по мнению органа предварительного следствия, от действий непосредственно Саввы А.А., иные повреждения, имеющиеся у потерпевшего, в обвинительном заключении не приведены, однако, исходя из заключения, установлены иные телесные повреждения, оцениваемые, как тяжкий вред здоровью, образование которых произошло от иных действий, в совершении которых Савва А.А. не обвиняется.
Органом предварительного следствия не дано оценки обстоятельствам, имеющим существенное значение для уголовного дела, собранным доказательствам при составлении обвинительного заключения:
показаниям свидетелей и потерпевшего о нанесении последнему интенсивных, множественных целенаправленных ударов, преимущественно в голову со стороны 4 лиц, в том числе Саввы А.А., при очевидности действий каждого из указанных лиц друг для друга, понимания и осознания того обстоятельства, что вследствие их совместных действий потерпевший неоднократно падал и ударялся различными частями головы о твёрдую поверхность (брусчатку), был дезориентирован, тяжело передвигался. Действия указанных лиц были прекращены одномоментно, когда потерпевший вследствие применённого к нему насилия упал и не смог встать, после чего Савва и иные три лица одновременно покинули место произошедшего, как и прибыли к нему.
Таким образом, из исследованных в судебном заседании доказательств суд первой инстанции пришел к выводу о наличии признаков совместного нанесения потерпевшему телесных повреждений, в результате чего им получены телесные повреждения, оцениваемые, как тяжкий вред здоровью; при этом данная совместность должна быть оценена на наличие в действиях данных лиц соучастия в форме группы лиц или группы лиц по предварительному сговору, что может квалифицировать инкриминируемое деяние, как более тяжкое.
Кроме того, суд обоснованно указал, что органом следствия не дано оценки показаниям потерпевшего Филимонова Я., свидетелей Балякиной А.П., Илюшкина В.С., согласующимся с содержанием видеозаписи с места происшествия, о том, что каждый из четырёх участников конфликта наносили удары потерпевшему, имели агрессивный настрой, заведомое намерение и желание без поводов вступить в конфликт с незнакомыми им лицами, грубо нарушая общественный порядок, допуская в ходе конфликта громкие высказывания, крики; непосредственно до начала взаимодействия с потерпевшим и свидетелем Илюшкиным двое из участников конфликта навязывали своё общение иным прохожим, вследствие чего те вынуждены были повысить голос для прекращения этих действия.
На видеозаписи зафиксировано, что один из четырёх лиц, наносивших удары потерпевшему, при приближении к последнему и свидетелю Илюшкину, не совершавшим действий, которые могли быть оценены как угрожающие либо противоправные по отношению к кому-либо, ударял своим кулаком о ладонь другой руки, демонстрируя свою готовность и намерение вступить в конфликт. После этого ещё два лица, среди которых был Савва А.А., практически сразу присоединились к конфликту, незамедлительно начав применение физического насилия. Конфликт с интенсивным нанесением ударов потерпевшему и свидетелю Илюшкину со стороны указанных знакомых между собой четырёх лиц был спровоцирован последними в общественном месте, в центре города, в месте нахождения значительного количества общественных заведений с ночным режимом работы, в пешеходной зоне, оборудованной лавочками для отдыха граждан; очевидцами данного конфликта являлись большое количество посторонних граждан.
Указанные сведения из видеозаписи не отражены в протоколе ее осмотра, что также имеет существенное значение и может влиять на правильность оценки содеянного Саввой А.А., ограничивает право на доступ к правосудию потерпевшего.
Таким образом, при составлении обвинительного заключения не получили оценки обстоятельства, подлежащие обязательному установлению в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в части возможных действий Саввы А.А. в составе группы лиц либо группы лиц по предварительному сговору, а также из хулиганских побуждений, в связи с совершением инкриминируемого деяния в общественном месте, в присутствии посторонних граждан, с грубым нарушением общественного порядка, одновременным причинением телесных повреждений, применения насилия Филимонову и Илюшкину несколькими знакомыми между собой лицами, в том числе, Саввой А.А.
При этом, оценивая действия Саввы А.А., органом следствия не дано оценки тому обстоятельству, что одновременно с иным лицом (согласно предъявленным обвинениям Савве А.А. и установленному лицу) при очевидности действий друг для друга причинён тяжкий вред здоровью потерпевшему каждым из указанных лиц.
Также органом следствия оставлено без оценки то обстоятельство, что для Саввы А.А. являлось очевидным неоднократное нанесение ударов потерпевшему несколькими лицами, от которых тот неоднократно падал на твёрдую поверхность, неоднократно ударяясь различными частями тела, в том числе, головой, при этом Савва А.А. не прекращал своего участия в совершении инкриминируемых ему действий, не покидая место происшествия совместно со знакомыми ему иными участниками конфликта, до момента, пока потерпевший не потерял сознание и не смог подняться вследствие применённого к нему насилия со стороны нескольких лиц.
При этом органом следствия необоснованно не дано оценки существенному обстоятельству о возможности юридической оценки действий Саввы при совершении инкриминируемого деяния как соисполнителя в составе группы лиц (группы лиц по предварительному сговору), каждый из которых явился причинителем вреда, оценённого как тяжкий, о возможном совершении действий являющимися участниками конфликта с косвенным умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью, в том числе вследствие получения телесных повреждений в результате падения и ударения о твёрдую поверхность, с учётом неоднократного нанесения ударов в голову потерпевшего разными лицами, от которых потерпевший неоднократно падал и ударялся головой о брусчатку.
Помимо этого, органом следствия не дана оценка содержанию видеозаписи с места происшествия, согласно которой потерпевшему наносились удары различными лицами со спины потерпевшего, когда он не мог контролировать действия этих лиц и защищаться, однако, это было очевидно для каждого из 4 ранее знакомых друг с другом лиц, которые прекратили свои действия (нанесение ударов) только после того, как потерпевший потерял сознание и не смог встать, то есть находился в состоянии, угрожающем для его жизни, после чего указанные лица совместно скрылись с места конфликта.
Указанные обстоятельства не следуют из протокола осмотра видеозаписи, однако, они имеют существенное значение для оценки действий Саввы А.А. и правильного установления фактических обстоятельств по делу; влияют на правильность выводов о наличии либо отсутствии предварительной договорённости на совершение обвиняемого деяния, на возможное установление обстоятельств совершения деяния в составе группы лиц (группы лиц по предварительному сговору), а также из хулиганских побуждений, сопряжённых непосредственно с хулиганством; указывают на возможно неверное определение процессуального статуса лиц, являющихся участниками уголовного судопроизводства, чьи права нарушены в связи с обстоятельствами предъявленного Савве А.А. обвинения.
Кроме того, обвинение, предъявленное Савве А.А., изложенное в обвинительном заключении, противоречиво и нарушает его право на защиту.
Так, из предъявленного Савве А.А. обвинения следует, что вследствие его действий потерпевшему, в том числе, причинён тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в виде психического расстройства, развившегося вследствие причинённого Саввой А.А. телесного повреждения (черепно-мозговой травмы).
Согласно обвинительному заключению по уголовному делу в отношении установленного лица, последнему предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 111 УК РФ, при этом этому лицу вменены те же самые последствия.
При этом из обвинительных заключений в отношении Саввы А.А. и установленного лица не следует, вследствие какой конкретно черепно-мозговой травмы развилось указанное расстройство, с учётом того, что согласно выводам судебно-медицинской экспертизы потерпевшему причинено вследствие нанесённых телесных повреждений две различные черепно-мозговые травмы.
Между тем, согласно обвинительным заключениям в отношении Саввы А.А. и установленного лица выводы заключения судебно-медицинской экспертизы органом следствия приведены не полно, фрагментарно (по делу в отношении установленного приведена закрытая черепно-мозговая травма условно **, по делу в отношении Саввы А.А. приведена закрытая черепно-мозговая травма условно **).
Орган предварительного следствия пришёл к противоречивому выводу о том, что общественно опасное последствие в виде психического расстройства у потерпевшего, оценённого как тяжкий вред здоровью, причинено вследствие действий разных лиц, в силу получения различных травм, при этом в обвинительных заключениях не конкретизировано, вследствие какой конкретно черепно-мозговой травмы развилось указанное негативное последствие для здоровья потерпевшего.
Таким образом, разным лицам, которые, по мнению следствия, не совершали действий совместно, в составе группы лиц, действовали с различными формами вины, инкриминировано причинение своими действиями идентичных общественно опасных последствий в виде психического расстройства у потерпевшего, развившегося вследствие действий каждого из указанных лиц.
Данное обстоятельство судом обоснованно расценено, как противоречивость и неконкретность обвинения, нарушение права Саввы А.А. на защиту.
Проанализировав разъяснения п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» ** от ****, положения ст. 196 УПК РФ, правовую позицию Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от **** **-П, суд обоснованно указал, что ч. 1 ст. 111 УК РФ предполагает квалификацию насильственного деяния, повлекшего психическое расстройство потерпевшего, как тяжкий вред здоровью на основании судебно-медицинской экспертизы в рамках уголовного судопроизводства.
Однако обвинительное заключение не содержит ссылок на заключение эксперта, которым было бы оценено данное повреждение, как соответствующий вред здоровью. В удовлетворении ходатайства потерпевшего о назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы на предмет определения тяжести вреда здоровью в данной части следователем отказано.
Несмотря на это в обвинительном заключении при описании инкриминируемого Савве А.А. деяния указано, что в результате его преступных действий по неосторожности в настоящее время потерпевший обнаруживает признаки психического расстройства, которое развилось после совершенных в отношении него обвиняемых действий, состоит в причинно-следственной связи с указанными действиями, так как развилось в результате причинённой ему **** черепно-мозговой травмы.
Кроме того, суд указал, что в обвинительном заключении указано, что развившееся у Филимонова Я. психическое расстройство согласно п. 5.1.8. Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждённого Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от **** **н, по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни человека, поэтому оценивается как тяжкий вред здоровью.
Вместе с тем, материалы дела не содержат сведений о том, на основании каких данных орган следствия пришёл к выводу, что психическое расстройство потерпевшего содержит все признаки, закреплённые в пункте п. 5.1.8. Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждённого Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от **** **н.
Обвинительное заключение не содержит ссылки на заключение соответствующей экспертизы, подтверждающее выводы органа следствия о причинении действиями Саввы А.А. тяжкого вреда здоровью в виде психического расстройства. Такое экспертное исследование, обязательное к проведению в силу ст. 196 УПК РФ и правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, в ходе предварительного следствия не назначено и не проведено, более того, следователем необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего в данной части, тем самым, ограничен доступ к правосудию указанному лицу.
С учётом изложенного, проведение в ходе предварительного следствия судебно-психиатрической экспертизы потерпевшего, установившей факт наличия у потерпевшего психического расстройства, состоящего в причинно-следственной связи с полученной черепно-мозговой травмой, является недостаточным и не может подменять и восполнять необходимую к проведению в данном случае судебно-медицинскую экспертизу на предмет определения тяжести вреда здоровью в связи с наличием диагностированного в ходе судебно-психиатрической экспертизы психического расстройства.
Данное нарушение суд обоснованно расценил как препятствующее принятию итогового решения по делу, поскольку без проведения такой судебно-медицинской экспертизы невозможно предъявление обоснованного обвинения без нарушения права на защиту лица, привлекаемого к уголовной ответственности, ограничения права на доступ к правосудию потерпевшего и составление обвинительного заключения.
Кроме того, суд указал, что согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы потерпевшего, выявленное у него психическое расстройство состоит в причинно-следственной связи с полученной черепно-мозговой травмой, однако, органом следствия не принято мер по осуществлению обязательных к проведению следственных действий, направленных на установление, является ли установленная причинно-следственная связь прямой, в целях определения тяжести вреда здоровью потерпевшего в данной части, а также не установлено, вследствие какой именно черепно-мозговой травмы развилось психическое расстройство.
При этом согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вследствие причинённых телесных повреждений потерпевшему причинено две различные черепно-мозговые травмы; мер на установление тяжести вреда здоровью в данной части с учётом сведений, приведённых в заключении судебно-психиатрической экспертизы, а также показаний потерпевшего о том, что вследствие причинённых травм, связанных с обвиняемым деянием, он утратил профессиональные навыки, страдает амнезией, запамятовал иностранные языки, будучи переводчиком, не принято.
Изложенное, в совокупности с фрагментарным, неполным изложением в обвинительном заключении заключения судебно-медицинской экспертизы, что не может быть объяснено краткостью изложения доказательства, свидетельствует о нарушении права Саввы А.А. на защиту при составлении обвинительного заключения, противоречивости предъявленного обвинения, нарушении прав потерпевшего на доступ к правосудию и справедливое судебное разбирательство.
Таким образом, суд обоснованно указал, что обвинительное заключение фактически не содержит описание доказательства, вступающего в противоречие с предъявленным Савве А.А. обвинением, может указывать на наличие оснований квалификации его действий по более тяжкому составу преступления, что нарушает положения требований ст. 220 УПК РФ, нарушает право потерпевшего на доступ к правосудию. Отсутствие в обвинительном заключении указанных сведений является существенным, фундаментально препятствует потерпевшей стороне реализовать свои права на доступ к правосудию, а для Саввы А.А. реализовать своё право на защиту, нарушает принцип состязательности рассмотрения дела.
Кроме этого, вопреки требованиям закона, обвинительное заключение содержит указание на протокол осмотра видеозаписи, в котором не указаны значимые обстоятельства, связанные с местом описываемых событий, являющимся общественным местом, в присутствии значительного числа очевидцев – посторонних лиц, наличие общественных заведений, пешеходной зоны и зоны отдыха для граждан, а также описание конкретных действий лиц, являющихся участниками конфликта, в частности, о совершении лицом, одетым в светлую футболку, действий, направленных на нанесение удара рукой в лицо в момент неконтролируемого падения потерпевшего на твёрдую поверхность вследствие ранее нанесённого удара иным участником конфликта. Также данный протокол не содержит указания на точную локализацию зафиксированных на видеозаписи ударов, наносимых потерпевшему различными лицами в голову.
Ссылаясь на п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации ** от ****, суд указал, что сведений о проведении иных экспертиз, за исключением исследованных, уголовное дело и обвинительное заключение не содержат.
Вместе с тем, в судебном заседании потерпевший последовательно указывал на то, что при осмотре видеозаписи, по его мнению, видно, как после удара, нанесённого ему установленным лицом со спины в челюсть, от которого он потерял сознание и падал на твёрдую поверхность, иной участник конфликта, ранее наносивший ему наряду с иными лицами телесные повреждения, также нанёс ему целенаправленный удар в лицо, придавший ускорение его телу, который мог повлиять на исход и тяжесть причинённых ему травм, влияет на юридическую оценку действий каждого из участников конфликта.
То, что данное обстоятельство не учтено органом следствия, повлияло на выводы судебно-медицинской экспертизы, не приведено в протоколе осмотра видеозаписи, а потому не учитывалось органом следствия при установлении значимых обстоятельств по делу.
Активные действия лица в светлой футболке, направленные на причинение телесного повреждения потерпевшему, видны из видеозаписи, однако, указанные обстоятельства не нашли отражения в протоколе осмотра видеозаписи.
Вместе с тем, факт совершения указанным лицом такого действия может иметь существенное значение для установления обстоятельств причинения телесных повреждений потерпевшему, подлежащих установлению в соответствии со ст. 73 УПК РФ, юридическую оценку содеянного, влияет на достоверность выводов судебно-медицинской экспертизы.
На основании чего следователь пришел к выводу, что данного удара, на который указывают потерпевший и свидетель, не было, из материалов дела не следует.
Судом обоснованно указано на то, что с учетом качества исследованной видеозаписи, показаний потерпевшего; сведений, учитываемых экспертом при проведении судебно-медицинской экспертизы (а именно без учёта удара, на который указывает потерпевший), в настоящем случае является обязательным проведение по делу видеотехнической экспертизы для определения указанных существенных, значимых обстоятельств для дела, устранения противоречий в доказательствах, определения точного количества ударов, нанесённых потерпевшему каждым из участников конфликта, а также их точной локализации.
Кроме того, суд обоснованно пришел к выводу о том, что с учётом результатов такого экспертного исследования, а также в целях определения возможности оценивать установленные по итогам судебно-медицинской экспертизы имеющиеся у потерпевшего две различные черепно-мозговые травмы, с учётом локализации телесных повреждений потерпевшему каждым из участников конфликта, как единую черепно-мозговую травму, по делу также требуется проведение дополнительной либо повторной судебно-медицинской экспертизы, что также является в настоящем случае обязательным.
Суд обоснованно указал, что в нарушение требований ст. 73 УПК РФ, данные экспертизы не проведены, при этом, их проведение требует значительного времени, отложений судебных заседаний, что противоречит интересам правосудия, и, для правильного установления обстоятельств дела, требовалось к проведению на предварительном следствии.
На основании изложенного, суд пришел к обоснованному выводу о том, что указанная совокупность допущенных органом предварительного следствия существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона при предъявлении Савве А.А. обвинения, составлении обвинительного заключения, указывает на необходимость возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, постановления итогового решения по делу, оценки действий Саввы А.А. на предмет возможной квалификации его действий как более тяжкое преступление, чем предъявлено в настоящее время.
Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, суд пришел к обоснованному выводу о том, что указанные недостатки обвинительного заключения нарушают право обвиняемого на защиту, право потерпевшего на доступ к правосудию, являются существенными, препятствующими рассмотрению уголовного дела по существу, исключающими возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, неустранимыми при судебном разбирательстве.
Исследовав материалы уголовного дела, оценив и проанализировав их, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, признает выводы суда первой инстанции о наличии вышеуказанных оснований для возвращения уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ мотивированными, не содержащими противоречий, основанными на материалах уголовного дела, нормах уголовного и уголовно-процессуального закона, а потому оснований не согласиться с ними, в том числе, по доводам апелляционной жалобы адвоката, не усматривается.
Так, формирование обвинения, определяющего в силу ст. 252 УПК РФ пределы судебного разбирательства, является исключительной прерогативой органов предварительного следствия, а отсутствие такового не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия, поскольку для исправления допущенных нарушений необходимо осуществление следственных и процессуальных действий.
Суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступлений, их способов, мотивов, целей и последствий, а от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации права обвиняемого на защиту.
По мнению суда апелляционной инстанции, указанные недостатки обвинительного заключения препятствуют определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ и ущемляют гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется, нарушают право на защиту от предъявленного обвинения, право потерпевшего на доступ к правосудию.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о том, что установленные нарушения исключают возможность рассмотрения уголовного дела по существу и постановления судом окончательного судебного решения по делу на основании составленного по делу обвинительного заключения.
Принимая данное решение, суд апелляционной инстанции также учитывает, что возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными уголовно-процессуальным законом, что даст возможность после устранения выявленного существенного процессуального нарушения вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия по нему окончательного решения.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих изменение либо отмену обжалуемого судебного решения, не установлено. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Иваненко О.В. суд апелляционной инстанции не усматривает.
Руководствуясь ст. 389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Постановление мирового судьи 3-го судебного участка Железнодорожного судебного района *** от **** о возвращении прокурору *** уголовного дела в отношении Саввы А. А. в порядке п.п. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Иваненко О.В. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ.
Председательствующий М.М. Рахманова