РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
6 октября 2026 года город Барнаул
Ленинский районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Яньшиной Н.В., при секретаре Трофимовой А.С., с участием прокурора Сахновой О.В., истца Каргиной О.А., представителя истца Некрасова А.А., ответчика Каргина Д.В., представителя ответчика Загнетиной О.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Каргиной О.А. к Каргину Д.В. о лишении права на получение денежных средств и иных выплат и мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего - участника специальной военной операции,
УСТАНОВИЛ:
Каргина О.А. обратилась в суд с требованиями о признании Каргина Д.В. недостойным наследником и лишении ответчика выплат и мер социальной поддержки, предоставляемых в связи с гибелью сына в период прохождения военной службы.
В обоснование заявленных требований указано, что Каргина О.А. состояла в браке с ответчиком до 09.12.2008 года, от данного брака 06.10.2004 года родился сын Н.. После расторжения брака ответчик с сыном не проживал, не принимал участие в воспитании сына, не проявлял заботу о его здоровье, не оказывал ему моральную, физическую и духовную поддержку, не принимал меры для создания сыну условий, необходимых для развития, материальную помощь на содержание ребенка не предоставлял, отказался участвовать в оплате образовательных услуг при обучении Н. в КГБПОУ «Волчихинский политехнический колледж». Алименты на содержание ребенка выплачивались ответчиком в незначительном размере по 3500 рублей в месяц, что было существенно меньше прожиточного минимума для ребенка в Алтайском крае и не хватало для удовлетворения потребностей ребенка. Подарки ребенку Каргин Д.В. не дарил. С 2015 года Н. отказывался ездить к отцу в гости из-за злоупотребления Каргиным Д.В. алкоголем. Фактически ответчик самоустранился от выполнения родительских обязанностей, отказался предоставить сведения для оформления анкеты при поступлении на военную службу. Также ответчик не участвовал в организации похорон сына.
Определением суда от 6 октября 2026 года производство по делу в части требований о признании Каргина Д.В. недостойным наследником прекращено в связи с отказом истца от иска.
В судебном заседании Каргина О.А. настаивала на удовлетворении заявленных требований по изложенным основаниям.
Представитель истца Некрасов А.А. указал, что представленные ответчиком доказательства приобретения вещей и осуществления переводов на содержание ребенка являются недопустимыми доказательствами, полагая, что данные расходы понесены ответчиком для обеспечения детей, родившихся от второго брака.
Ответчик Каргин Д.В. в суде исковые требования не признал и пояснил, что после расторжения брака с истцом продолжал участвовать в воспитании ребенка, до взыскания алиментов добровольно оказывал материальную помощь на его содержание, приобретал сыну вещи. В период до 2018 года Н. постоянно приезжал к нему в гости, выражал желание жить и учиться в Барнауле. После того, как Каргина О.А. узнала о планах ребенка проживать с отцом, она стала создавать препятствия их общению, настаивать сына против отца. Однако после поступления Н. в техникум общение с ним возобновилось, по просьбе сына он регулярно переводил денежные средства на его карту.
Письменные возражения ответчика на исковое заявление приобщены к материалам дела (л.д.67-72). В них указано, что после расторжения брака Н. стал проживать с матерью в ///, которое расположено на расстоянии 209 км от Барнаула. В период каникул ребенок регулярно приезжал в гости к отцу, проживал в его семье. Помимо уплаты алиментов ответчиком оказывалась дополнительная помощь на содержание и развитие сына, приобретение для него одежды и обуви, осуществлялись переводы денежных средств ребенку и после достижениям им 18 лет.
Представитель ответчика Загнетина О.С. указала об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.
Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Письменный отзыв АО «СОГАЗ» приобщен к материалам дела.
Суд, руководствуясь 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Выслушав стороны, свидетелей, прокурора, полагавшего, что имеются основания для удовлетворения требований Каргиной О.А., исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Положения Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации", Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей", постановления Правительства Алтайского края от 16 февраля 2023 года №43 «О предоставлении материальной помощи отдельным категориям граждан, принимающим (принимавшим) участие в специальной военной операции, и членам их семей» предусматривают, что в случае гибели военнослужащего в период прохождения военной службы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, родители военнослужащего как члены семьи погибшего имеют право в равных долях на получение соответствующих выплат и иных мер социальной поддержки, предусмотренных указанными выше нормативными актами (далее - меры социальной поддержки).
Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.
Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").
Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).
Исходя из положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся и военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.
В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования военнослужащих и приравненных к ним лиц, среди них гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.
В случае смерти (гибели) застрахованного лица выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются в том числе родители (усыновители) застрахованного лица (абзац третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).
Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" (далее - Федеральный закон от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.
В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.
Согласно пункту 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы.
В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 25 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации").
К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", единовременная выплата в соответствии с Указом Президента РФ от 05.03.2022 N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей", материальная помощь в соответствии с постановлением Правительства Алтайского края от 16.02.2023 N 43 (ред. от 22.01.2026) "О предоставлении материальной помощи отдельным категориям граждан, принимающим (принимавшим) участие в специальной военной операции, и членам их семей".
При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.
Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П) следует, что цель названных выплат - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.
Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).
Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (пункт 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).
Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).
Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов, являются больными хроническим алкоголизмом или наркоманией.
Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статья 69, статья 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44).
Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абзац первый пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44).
Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.
Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.
Из приведенных положений семейного законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ей членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.
Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.
Как следует из материалов дела, К.Н.Д. родился +++ в браке Каргина Д.В. и Каргиной О.А. (л.д.17), который был прекращен 09 декабря 2008 года.
Из пояснений сторон следует, что после расторжения брака Каргин Д.В. остался проживать в Барнауле, а Каргина О.А. вместе с малолетним сыном переехали в /// края.
Судебным приказом мирового судьи судебного участка /// от 10 ноября 2008 года с Каргина Д.В. в пользу Каргиной О.А. взысканы алименты на содержание ребенка в размере ? всех видов заработка и (или) иных доходов.
Решением мирового судьи судебного участка /// от 26 февраля 2013 года размер алиментов, взыскиваемых с Каргина Д.В. на содержание сына Никиты, уменьшен до 1/6 части всех видов заработка и (или) иного дохода.
Пояснениями сторон, а также справкой-характеристикой участкового уполномоченного подтверждается факт проживания К.Н.Д. с матерью и отчимом.
В характеристике из МБОУ «Романовская СОШ» указано, что ученик К.Н.Д. воспитывался матерью и отчимом, воспитанием сына всегда занималась мать, родной отец учебой Н. не интересовался.
В характеристике МБУ ДО «СШ «Олимп» /// указано об участии отчима в воспитании К.Н.Д., отсутствии биологического отца на соревнованиях и тренировках.
Согласно справке комитета по образованию /// Каргин Д.В. с заявлениями в органы опеки и попечительства не обращался.
+++ К.Н.Д. погиб в зоне проведения специальной военной операции при исполнении обязанностей военной службы (л.д.16,19).
Расходы на выполнение услуг по захоронению произведены Каргиной О.А., что подтверждается актом приемки услуг, квитанцией.
По сведениям Военного комиссариата Алтайского края К.Н.Д. заявление о назначении выгодоприобретателей не оставлял, единовременные выплаты оформлены на Каргину О.А.
Факт участия ответчика в воспитании сына после расторжении брака подтверждается свидетельскими показаниями.
Свидетель М.Е.А. (брат Каргиной О.А.) пояснил, что Н. к биологическому отцу не тянулся, называл отцом отчима, после достижения 14-летнего возраста отвергал попытки отца помириться и восстановить отношения, после переезда в г. Барнаул проживал 3 месяца в арендованной квартире, отказываясь обращаться за помощью к отцу. Причиной негативного отношения к отцу стало употребление последним алкоголя в присутствии ребенка, отказ предоставить паспортные данные при трудоустройстве в ФСБ. Также указал, что после ухода племянника на СВО Каргин Д.В. пытался узнать номер войсковой части, где служил Н..
Свидетель К.Ю.В. (сожитель Каргиной О.А.) суду пояснил, что занимался воспитанием Н. с пятилетнего возраста, возил его на спортивные занятия, приучал к физическому труду. Ответчик дважды в 2012 г. и 2015 г. приезжал, чтобы взять в гости сына, звонил ему, общение прекратилось по инициативе Н., которому не понравилось, что во время проживания в семье отца тот выпивал пиво.
Свидетель И.Ю.С. в судебном заседании дала объяснения о том, что с 2021 года общалась с К.Н.Д. и знает, что тот не хотел общаться с биологическим отцом, заблокировал его номер телефона.
Свидетель Ч.С.В. суду пояснила, что воспитанием Н. занимались его мать и отчим, ответчик поддерживал отношения с сыном до десятилетнего возраста, забирал его в гости 2 раза. Н. не хотел общаться с ответчиком, так как у него сложились доверительные отношения с отчимом, а Каргин Д.В. находился в присутствии сына в нетрезвом виде, оскорблял бывшую супругу в присутствии сына.
Из показаний свидетеля Ш.А.П. следует, что в период каникул ответчик забирал сына Н. в гости, в период проживания постоянно находился с сыном и детьми от второго брака, между ответчиком и детьми были теплые детско-родительские отношения.
Свидетель К.Ж.В. (супруга Каргина Д.В.) пояснила, что каждый отпуск и в периоды каникул ответчик забирал сына Н. к себе или ездил в Романово, чтобы встретиться с ребенком. Когда Н. приезжал к отцу, тот старался организовать сыну интересный досуг, познакомить с родственниками. После достижения ребенком 14 лет общение прекратилось по инициативе Н. в связи с запретом матери, при этом Каргин Д.В. продолжал интересоваться жизнью сына через знакомых. В 2022 году Каргин Д.В. через преподавателей колледжа узнал телефон сына, их общение возобновилось. Также указала, что Каргин Д.В. помимо алиментов приобретал для Н. вещи, игрушки, переводил денежные средства на карту Каргиной О.А. для приобретения ребенку подарков, оплачивал сыну услуги телефонной связи.
Свидетель Т.В.В. (двоюродный брат Каргиной О.А.) суду пояснил, что после расторжения брака ответчик ежегодно на каникулах брал к себе сына Н. до достижения ребенком 14 летнего возраста. После того, как Каргин Д.В. предложил бывшей супруге забрать сына в семью, она стала препятствовать ему в общении с ребенком. Н. переживал из-за отсутствия возможности общаться с отцом.
Представленные ответчиком фотографии с изображением К.Н.Д. (л.д.149-160) подтверждают, что в период проживания у отца ребенок общался с членами его семьи, посещал места досуга (парк, зоопарк, детские площадки).
Изложенные доказательства, по мнению суда, опровергают доводы истца об уклонении Каргина Д.В. от участия в воспитании ребенка. Свидетели со стороны истца подтвердили, что общение ответчика со старшим сыном было прервано вопреки желанию Каргина Д.В., который пытался наладить отношения.
Доводы представителя истца о том, что Каргин Д.В. не реализовал право на общение с ребенком путем обращения в органы опеки или суд, судом отклоняются, поскольку общение ответчика с сыном было прервано в период подросткового возраста ребенка, когда отсутствие желания ребенка общаться с родителем не может быть преодолено путем вынесения судебного или иного акта.
В подтверждение факта участия в содержании сына Каргиным Д.В. представлены платежные документы: квитанции и чеки, из которых следует, что в период с 2009 по 2012 г.г. Каргин Д.В. регулярно осуществлял переводы денежных средств в пользу бывшей супруги, приобретал одежду и обувь для ребенка.
Доводы представителя истца о том, что данные доказательства не подтверждают приобретение вещей для старшего сына, судом отклоняются, поскольку в период до декабря 2012 г. у Каргина Д.В. иных детей не имелось.
Материалами исполнительного производства и справками о размерах удержаний подтверждается, что должник Каргин Д.В. в период совершения исполнительных действий был официально трудоустроен, выплачивал алименты в установленных судебными актами размерах, имеющаяся задолженность в незначительном размере погашалась должником.
Согласно справкам о размере удержаний по исполнительному производству (л.д.116-125) Каргиным Д.В. производилась уплата алиментов на содержание сына Н. в установленном размере. При этом в период 2014-2018 г.г. размер выплачиваемых ответчиком алиментов превышал прожиточный минимум на ребенка в Алтайском крае.
Обращение Каргиной О.А. по поводу бездействия судебного пристава было рассмотрено (л.д.113-114) начальником ОСП, доводы взыскателя не нашли своего подтверждения.
С учетом представленных доказательств суд приходит к выводу, что доказательства, подтверждающие, что Каргин Д.В. уклонялся от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка суду не представлены. Напротив, свидетели со стороны истца и со стороны ответчика пояснили, что по достижении четырнадцатилетнего возраста общение Каргина Д.В. с сыном временно было прекращено по инициативе ребенка.
Каких-либо противоправных действий в отношении сына ответчик не совершал, до достижения совершеннолетия ребенка продолжал выплачивать алименты в установленном решением суда размере, после достижения сыном совершеннолетнего возраста осуществлял переводы на его карту, что подтверждается справкой о переводах денежных средств период с 06.10.2023 по 17.09.2024.
Доводы стороны истца об уклонении Каргина Д.В. в несении расходов по захоронению сына правового значения для рассмотрения дела не имеют.
Принимая во внимание, что предусмотренных законом оснований для лишения ответчика мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего судом не установлено, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных Каргиной О.А. исковых требований.
Поскольку в удовлетворении исковых требований судо отказано, оснований для возмещения ответчиком расходов Каргиной О.А. по уплате госпошлины не имеется.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые Каргиной О.А. (СНИЛС ...) о лишении Каргина Д.В. (...) права на получение денежных средств и иных выплат и мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего - участника специальной военной операции оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Барнаула.
Судья Н.В. Яньшина
Дата составления мотивированного решения 20 октября 2026 года.