РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ Р. Ф.
18 июня 2026 года <адрес>
Кировский районный суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи Карнышевой Ю.С.
при секретаре Ахремовой М.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Туралина И. И., Туралина В. И. к ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Туралин И.И., Туралин В.И. обратились в суд с иском к ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование иска истцы указывают, что ДД.ММ.ГГГГ умерла Туралина Л.В.; умершая Туралина Л.В. приходилась Туралину И.И. - супругой, Туралину В.И. – матерью.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Туралина Л.В. находилась на стационарном лечении в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в связи с закрытым внутрисуставным оскольчатым переломом обеих костей левой голени, ДД.ММ.ГГГГ Туралина Л.В. скончалась в данном медицинском учреждении.
По данному факту Первым отделом по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по НСО проводилась проверка, в рамках которой была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.
Согласно экспертному заключению при оказании медицинской помощи при пребывании Туралиной Л.В. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на стационарном лечении в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» выявлены следующие дефекты лечения: не выполнен показанный перевод пациента в травматологическое отделение стационара или в хирургическое отделение стационара, имеющее в своем составе травматолого-ортопедические койки, для оказания специализированной, в т.ч. высокотехнологичной, медицинской помощи; не рекомендовано и не проведено показанное хирургическое лечение «остеосинтез костей левой голени; не проведена показанная эластическая компрессия нижних конечностей, а также недостатки диагностики: не выполнено показанное обследование: осмотр врачом-травматологом-ортопедом не позднее 1 часа от момента поступления в стационар; компьютерная и/или магнитно-резонансная томография и/или ультразвуковое исследование левого коленного сустава; не выполнено показанное обследование: оценка состояния и степени тяжести заболевания по шкале СОФА не позднее 1 часа от момента установки диагноза; исследования уровня лактата в крови не позднее 1 часа от момента установления диагноза; исследование кислотно-основного состояния крови не позднее 1 часа от момента поступления в стационар; не менее двух заборов проб крови, взятых из вен разных верхних конечностей с интервалом 30 минут для бактериологического исследования крови на стерильность с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам не позднее 1 часа от момента поступления в стационар; не выполнено показанное обследование: эхокардиография; компьютерная томография органов грудной полости с внутривенным болюсным контрастированием.
Кроме того, экспертами выявлены недостатки оформления медицинской документации.
Указанные дефекты лечения способствовали прогрессированию клинического течения посттравматических осложнений, приведших к смерти Туралиной Л.В., что свидетельствует о наличии косвенной причинно-следственной связи между установленными дефектами лечения и смертью Туралиной Л.В.
ООО «СК «Ингосстрах-М» филиалом в <адрес> также проводилась мультидисциплинарная внеплановая целевая экспертиза качества медицинской помощи, согласно которой выявлены следующие нарушения: не представление медицинской документации, подтверждающей факт оказания застрахованному лицу медицинской помощи в медицинской организации без объективных причин в течение 5 рабочих дней после получения медицинской организацией соответствующего запроса от Федерального фонда обязательного медицинского страхования или территориального фонда медицинского страхования или страховой медицинской организации.
Вследствие не надлежаще оказанной услуги по оказанию медицинской помощи истцам, каждому в отдельности, был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, вызванных как самим фактом не надлежаще оказанной услуги, так и фактом утраты близкого родственника, для Туралина И.И. смерть супруги лишила эмоциональной поддержки, семейного тепла, совместных жизненных планов, вызвала длительный стресс, тревогу эмоциональную подавленность, нарушение привычного образа жизни, ухудшение состояния здоровья; для Туралина В.И. смерть матери негативно отразилась на эмоциональном состоянии, вызвала чувство горя, душевной пустоты, испытал психологическую травму, учитывая, что является инвалидом по зрению 1 группы.
Просят суд взыскать с ответчика в пользу каждого компенсацию морального вреда в размере - по 2000000 руб.
Истец Туралин И.И. в судебном заседании поддержал требования.
Истец Туралин В.И. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещен.
Представитель истцов в судебном заседании поддержал требования.
Представитель ответчика в судебном заседании требования не признал.
Представитель прокуратуры <адрес> в судебном заседании полагал, что заявленные требования подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости.
Иные лиц, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещены.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав обстоятельства и материалы дела, суд приходит к следующему.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья граждан являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
В силу п. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
В соответствии с п. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены гл. 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101).
Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» предусмотрено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (действующим на дату рассмотрения дела) предусмотрено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и ст. 151 ГК РФ.
Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
Пунктом 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).
Пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).
Таким образом, из изложенного выше следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.
Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.
Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда - лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ умерла Туралина Л.В.; умершая Туралина Л.В. приходилась Туралину И.И. - супругой, Туралину В.И. – матерью.
Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Туралина Л.В. находилась на стационарном лечении в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в связи с закрытым внутрисуставным оскольчатым переломом обеих костей левой голени, ДД.ММ.ГГГГ Туралина Л.В. скончалась в данном медицинском учреждении, что представитель ответчика не оспаривал в судебном заседании.
По вышеуказанному факту Первым отделом по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по НСО возбуждалось уголовное дело, в рамках которого была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, на разрешение которой были поставлены следующие вопросы:
- какова причина смерти Туралиной Л.В.?
- причинен ли действиями медицинских работников ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» вред здоровью Туралиной Л.В., если да, то какой степени тяжести?
- имеются ли дефекты оказания медицинской помощи Туралиной Л.В. сотрудниками ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ»? Если да, то имеется ли прямая причинно-следственная связь между выявленным (и) дефектом (ами) и причинением вреда здоровью/наступлением смерти Туралиной Л.В. (по отношению к каждому выявленному (ым) дефекту (ам) оказания медицинской помощи)? Если да, то в чем конкретно она выражается?»
Проведение экспертизе было поручено АНО «Центральное Бюро Судебных Экспертиз №».
По выводам экспертного заключения №-МЭ, составленного АНО «Центральное Бюро Судебных Экспертиз №:
1. Какова причина смерти Туралиной Л.В.?
По результатам судебно-медицинского исследования представленных материалов дела и медицинской документации, рентгенограмм костей левой голени и органов грудной клетки, а также гистологического архива трупа Туралиной Л.В., комиссия экспертов приходит к выводу, что смерть Туралиной Л.В. наступила от острой сердечно-легочной недостаточности, развившейся в результате тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) на фоне тромбоза вен обеих нижних конечностей, посттравматического остеомиелита левой большеберцовой кости и сепсиса, осложнивших течение закрытого внутрисуставного перелома проксимальной трети левой малоберцовой и большеберцовой костей со смещением костных отломков от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается представленными материалами дела и медицинской документацией, а также результатами судебно-медицинского исследования рентгенограмм костей левой голени, органов грудной клетки и гистологического архива трупа Туралиной Л.В.
2. Имеются ли дефекты оказания медицинской помощи Туралиной Л.В. сотрудниками ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ»? Если да, то имеется ли прямая причинно-следственная связь между выявленным (и) дефектом (ами) и причинением вреда здоровью/наступлением смерти Туралиной Л.В. (по отношению к каждому выявленному (ым) дефекту (ам) оказания медицинской помощи)? Если да, то в чем конкретно она выражается?
Во время оказания медицинской помощи Туралиной Л.В. в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлены следующие недостатки (в т.ч. дефекты):
Дефекты лечения:
- не выполнен показанный перевод пациента в травматологическое отделение стационара или в хирургическое отделение стационара, имеющее в своем составе травматолого-ортопедические койки, для оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи: поскольку во время оказания медицинской помощи Туралиной Л.В. в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в штатном расписании учреждения отсутствовал врач-травматолог-ортопед, а также отсутствовали травматологические койки, кроме того, развитие фликтен (ДД.ММ.ГГГГ) и некроза кожи подколенной ямки (ДД.ММ.ГГГГ) являлось показанием для госпитализации Туралиной Л.В. в травматолого-ортопедическое отделение (хирургическое отделение с травматолого-ортопедическими койками) для проведения специализированного лечения;
- не рекомендовано и не проведено показанное хирургическое лечение «остеосинтез костей левой голени»: согласно клиническим рекомендациям для лечения установленного у Туралиной Л.В. «закрытого внутрисуставного многооскольчатого перелома обеих костей левой голени со смещением» необходимо было выполнить операцию «остеосинтез костей левой голени», учитывая локализацию переломов (проксимальная треть большеберцовой и малоберцовой костей); наличие нестабильности (патологическая подвижность костей левой голени в области перелома); наличие смешения и диастаза костных отломков (по данным рентгенологических исследований), отсутствие по результатам обследования общих противопоказаний к оперативному лечению (соматическая патология в состоянии декомпенсации), отсутствие противопоказаний местного характера на момент поступления (тромбоз сосудов голени, флебит, сопутствующие обширные язвы голени, пиодермия, рожистое воспаление и иные инфекционные и трофические поражения мягких тканей), а также последующее формирование ложного сустава в области перелома костей левой голени по результатам судебно-медицинского исследования трупа.
Следует отметить, что развитие у Туралиной Л.В. фликтен от ДД.ММ.ГГГГ вследствие выраженного отека мягких тканей в зоне перелома и некроза кожи подколенной ямки (пролежня) от ДД.ММ.ГГГГ являлось противопоказанием для выполнения погружного остеосинтеза (пластиной, винтами), однако никак не препятствовало выполнению внеочагового остеосинтеза (аппарат внешней фиксации, например аппарат Илизарова);
- не проведена показанная эластическая компрессия нижних конечностей, что создало риски развития тромбозов вен нижних конечностей, ввиду наличия у Туралиной Л.В, при поступлении в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» заболевания «варикозное расширение вен нижних конечностей 2 cm., хроническая венозная недостаточность (ХВН) 2 ст.»;
2. Недостатки диагностики:
- не выполнено показанное обследование: осмотр врачом-травматологом- ортопедом не позднее 1 часа от момента поступления в стационар; компьютерная томография и/или магнитно-резонансная томография и/или ультразвуковое исследование левого коленного сустава (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), в связи с наличием закрытого внутрисуставного многооскольчатого перелома обеих костей левой голени со смещением костных отломков;
- не выполнено показанное обследование: оценка состояния и степени тяжести заболевания по шкале SOFA не позднее 1 часа от момента установления диагноза; исследование уровня лактата в крови не позднее 1 часа от момента установления диагноза; исследование кислотно-основного состояния крови (pH, РаС02, Ра02, BE, SB, ВВ, S02, НЬО) не позднее 1 часа от момента поступления в стационар; не менее двух заборов проб крови, взятых из вен разных верхних конечностей, с интервалом 30 минут для бактериологического исследования крови на стерильность с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам не позднее 1 часа от момента поступления в стационар (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ): по результатам консилиума от ДД.ММ.ГГГГ у Туралиной Л.В. заподозрен сепсис («септицемия»), в связи с чем, необходимо было выполнить указанное обследование;
- не выполнено показанное обследование: эхокардиография; компьютерная томография органов грудной полости с внутривенным болюсным контрастированием (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ): по результатам консилиума от ДД.ММ.ГГГГ у Туралиной Л.В. заподозрено развитие тромбоэмболии мелких ветвей легочной артерии, в связи с чем, необходимо было выполнить указанные обследования.
3. Недостатки оформления медицинской документации:
- в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № №, отсутствует протокол рентгенографии костей левой голени от ДД.ММ.ГГГГ;
- в медицинских картах пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № и № не заполнен раздел «клинический диагноз»;
- в выписном эпикризе из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях №, клинический диагноз сформулирован неполно: поскольку не указаны имевшиеся у Туралиной Л.В. заболевания: «Хроническая ишемия головного мозга (ХИГМ) 2 ст., сложного (сосудистого, вертеброгенного) генеза; Хронический бронхит, вне обострения. ДН 0. Гипертоническая болезнь 2 стадии, 3 степени. Риск 3. ХСН I, ФК I; Варикозное расширение вен нижних конечностей 2 ст., хроническая венозная недостаточность (ХВН) II ст.»;
- в посмертном эпикризе из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № клинический диагноз сформулирован неполно, поскольку не указано имевшееся у Туралиной Л.В заболевание «посттравматический остеомиелит левой большеберцовой кости».
Каких-либо иных недостатков (в т.ч. дефектов) оказания медицинской помощи Туралиной Л.В. в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не установлено.
Установленные в рамках экспертизы дефекты лечения (не выполнен показанный перевод пациента в травматологическое отделение стационара или в хирургическое отделение стационара, имеющее в своем составе травматолого-ортопедические койки, для оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи; не рекомендовано и не проведено показанное хирургическое лечение «остеосинтез костей левой голени»; не проведена показанная эластическая компрессия нижних конечностей) в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью Туралиной Л.В. (от острой сердечно-легочной недостаточности, развившейся в результате тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) на фоне тромбоза вен обеих нижних конечностей, посттравматического остеомиелита левой большеберцовой кости и сепсиса, осложнивших течение закрытого внутрисуставного перелома проксимальной трети левой малоберцовой и большеберцовой костей со смещением костных отломков от ДД.ММ.ГГГГ, в силу следующих причин:
- указанные дефекты сами по себе не причинили Туралиной Л.В. закрытый внутрисуставной перелом проксимальной трети левой малоберцовой и большеберцовой костей со смещением костных отломков и не являлись причиной развития посттравматических осложнений, приведших к смерти Туралиной Л.В., что подтверждается представленными материалами дела, медицинской документацией, судебно-медицинским исследованием представленных рентгенограмм и гистологического архива, а также характером посттравматических осложнений;
- развитие посттравматических осложнений, приведших к смерти Туралиной Л.В., было обусловлено возрастом, выраженностью сопутствующей патологии, характером травмы, гиподинамией, а также естественным прогрессированием клинического течения посттравматических осложнений, развившихся на фоне индивидуальных особенностей организма, включая сниженные репаративные свойства, выраженную воспалительную реакцию, гиперкоагуляцию и сниженные компенсаторные возможности;
- медицинская помощь в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была направлена на своевременное лечение развившихся у Туралиной Л.В. посттравматических осложнений, что подтверждается представленными материалами дела и медицинской документацией;
- отсутствие указанных дефектов не гарантировало бы благоприятный исход в виде предупреждения развития посттравматических осложнений, приведших к смертиТуралиной Л.В., с учетом возраста, выраженности сопутствующей патологии, характера травмы, гиподинамии, исходной тяжести посттравматических осложнений и индивидуальных особенностей организма Туралиной Л.В.
Вместе с тем, указанные дефекты лечения способствовали прогрессированию клинического течения посттравматических осложнений, приведших к смерти Туралиной Л.В., что свидетельствует о наличии косвенной причинно-следственной связи между установленными дефектами лечения и смертью Туралиной Л.В.
При этом высказаться более конкретно о степени влияния указанных дефектов, как каждого в отдельности, так и в совокупности, на вероятность развития указанных посттравматических осложнений, приведших к смерти Туралиной Л.В., не представляется возможным, по причине отсутствия соответствующих научных данных.
Установленные в рамках настоящей экспертизы недостатки диагностики (не выполнено показанное обследование: осмотр врачом-травматологом-ортопедом не позднее 1 часа от момента поступления в стационар; компьютерная томография и/или магнитно-резонансная томография и/или ультразвуковое исследование левого коленного сустава (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ); не выполнено показанное обследование: оценка состояния и степени тяжести заболевания по шкале SOFA не позднее 1 часа от момента установления диагноза; исследование уровня лактата в крови не позднее 1 часа от момента установления диагноза; исследование кислотно-основного состояния крови (pH РаС02, Ра02, BE, SB, ВВ, S02, ПЬО) не позднее 1 часа от момента поступления в стационар; не менее двух заборов проб крови, взятых из вен разных верхних конечностей, с интервалом 30 минут для бактериологического исследования крови на стерильность с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам не позднее 1 часа от момента поступления в стационар (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ); не выполнено показанное обследование: эхокардиография; компьютерная томография органов грудной полости с внутривенным болюсным контрастированием (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не оказали какого-либо влияния на состояние здоровья Туралиной Л.В. и не состоят в причинно-следственной связи с ее смертью (от острой сердечно-легочной недостаточности, развившейся в результате тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) на фоне тромбоза вен обеих нижних конечностей, посттравматического остеомиелита левой большеберцовой кости и сепсиса, осложнивших течение закрытого внутрисуставного перелома проксимальной трети левой малоберцовой и большеберцовой костей от ДД.ММ.ГГГГ, в силу следующих причин:
- указанные недостатки диагностики сами по себе не причинили Туралиной Л.В. закрытый внутрисуставной перелом проксимальной трети левой малоберцовой и большеберцовой костей со смещением костных отломков, не являлись причиной развития посттравматических осложнений, приведших к смерти Туралиной Л.В., и не способствовали прогрессированию их клинического течения, что подтверждается представленными материалами дела, медицинской документацией, судебно-медицинским исследованием представленных рентгенограмм и гистологического архива, а также характером посттравматических осложнений;
- медицинская помощь в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была направлена на своевременное лечение развившихся у Туралиной Л.В. посттравматическнх осложнений, что подтверждается представленными материалами дела и медицинской документацией.
Установленные в рамках экспертизы недостатки оформления медицинской документации (в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях №, отсутствует протокол рентгенографии костей левой голени от ДД.ММ.ГГГГ; в медицинских картах пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № и №, не заполнен раздел «клинический диагноз»; в выписном эпикризе из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях №, клинический диагноз сформулирован неполно; в посмертном эпикризе из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № клинический диагноз сформулирован неполно) в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не оказали какого-либо влияния на состояние здоровья Туралиной Л.В. и не состоят в причинно-следственной связи с ее смертью (от острой сердечно-легочной недостаточности, развившейся в результате тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) на фоне тромбоза вен обеих нижних конечностей, посттравматического остеомиелита левой большеберцовой кости и сепсиса, осложнивших течение закрытого внутрисуставного перелома проксимальной трети левой малоберцовой и большеберцовой костей от ДД.ММ.ГГГГ, в силу своего характера.
3. Причинен ли действиями медицинских работников ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» вред здоровью Туралиной Л.В., если да, то какой степени тяжести?
Смерть Туралиной Л.В. наступила oт острой сердечно-легочной недостаточности, развившейся в результате тромбоэмболии легочной артерии (ТОЛА) на фоне тромбоза вен обеих нижних конечностей, посттравматичевского остеомиелита левой большеберцовой кости и сепсиса, осложнивших течение закрытого внутрисуставного перелома проксимальной трети левой малоберцовой и большеберцовой костей от ДД.ММ.ГГГГ, не состоит в прямой причинно-следственной связи с установленными дефектами лечения (не выполнен показанный перевод пациента в травматологическое отделение стационара или в хирургическое отделение стационара, имеющее в своем составе травматолого-ортопедические койки, для оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи; не рекомендовано и не проведено показанное хирургическое лечение «остеосинтез гостей левой голени»; не проведена показанная эластическая компрессия нижних конечностей) в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обусловлена характером и тяжестью травмы и ее осложнений, возрастом, сопутствующей патологией и индивидуальными особенностями организма, в связи с чем, и в соответствии с п.24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от ДД.ММ.ГГГГ №н, не рассматривается, как причинение вреда здоровью.
Суд полагает, что оснований не доверять вышеуказанному экспертному заключению не имеется, таковое относимо к юридически значимым обстоятельствам по делу, мотивированно, не содержит противоречий, экспертиза проведена комиссией экспертов, которые предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, имеют соответствующую квалификацию, значительный стаж, с учетом изложенного таковое может быть положено в основу решения суда.
Ответчиком выводы вышеуказанного экспертного заключения не оспорены, согласно представленному письменному ходатайству, пояснениям представителя ответчика в рамках рассмотрения данного дела не желают ходатайствовать о проведении экспертизы, поскольку нецелесообразно, просил рассматривать по имеющимся доказательствам.
Доводы представителя ответчика о том, что ГБУЗ НСО «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» были неверно ориентированы относительно оказания медицинской помощи Туралиной Л.В., не могут быть приняты судом, поскольку какими-либо доказательствами данные обстоятельства не подтверждаются, из медицинской документации такового не усматривается, суд предлагал ответчику представить доказательства в данной части, таковые представлены не были.
Таким образом, судом установлено, что при оказании медицинской помощи Туралиной Л.В. в ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были допущены дефекты лечения, недостатки диагностики, кроме того, недостатки оформления медицинской документации, дефекты лечения находятся в косвенной причинно-следственной связи между установленными дефектами лечения и смертью Туралиной Л.В., недостатки диагностики/оформления медицинской документации не состоят в причинно-следственной связи со смертью, иного суду не представлено,
Судом установлено, что в результате некачественно оказанной медицинской услуги истцам, каждому в отдельности, был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, вызванных как самим фактом не надлежаще оказанной услуги, так и фактом утраты близкого родственника, для Туралина И.И. смерть супруги лишила эмоциональной поддержки, семейного тепла, совместных жизненных планов, вызвала длительный стресс, тревогу эмоциональную подавленность, нарушение привычного образа жизни, ухудшение состояния здоровья; для Туралина В.И. смерть матери негативно отразилась на эмоциональном состоянии, вызвала чувство горя, душевной пустоты, испытал психологическую травму, учитывая, что является инвалидом по зрению 1 группы.
Истец Туралин И.И. суду пояснил, что по ухудшению состояния здоровья в медицинские учреждения не обращался, поэтому в данной части доказательств не имеется.
Принимая совокупность вышеизложенного, степень физических и нравственных страданий истцов, а также принцип разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что следует взыскать с ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в пользу Туралина И.И., Туралина В.И., в пользу каждого в отдельности, компенсацию морального вреда в размере 400000 руб., в удовлетворении остальной части иска истцам следует отказать.
В соответствии со ст. 103 ГП РФ взыскать с ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в доход местного бюджета госпошлину в размере 3000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в пользу Туралина И. И., Туралина В. И., в пользу каждого в отдельности, компенсацию морального вреда в размере 400000 руб.
Взыскать с ГБУЗ НСО «Болотнинская ЦРБ» в доход местного бюджета госпошлину в размере 3000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Новосибирского областного суда, через Кировский районный суд <адрес>, в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.
Судья подпись Ю.С. Карнышева
Копия верна
Судья
Подлинник документа находится в деле № Кировского районного суда <адрес>, УИД 54RS0№-59
Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ