ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
4 августа 2026 года г. Красноярск
Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:
председательствующего судьи Манзыревой Е.А., при секретаре Батыревой Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Железнодорожного районного г. Красноярска в интересах Солдатова А. В. к Степаненко К. Г. о возмещении ущерба, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Железнодорожного района г. Красноярска обратился в суд в интересах Солдатова А.В. с иском к Степаненко К.Г. о возмещении ущерба, причиненного преступлением.
Требования мотивированы тем, что приговором Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 17.12.2025 Степаненко К.Г. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «Б», «В» ч. 2 ст. 158 УК РФ, а именно, что 30.07.2025 в период времени с 14 час. 30 мин. до 15 час. 00 мин. он совершил незаконное проникновение в гараж, расположенный по адресу: <адрес> похитил автомобильный аккумулятор, стоимостью 5 000 руб. и тиски, стоимостью 7 000 руб., принадлежавшие Солдатову А.В. Завладев похищенным имуществом, Степаненко К.Г. с места преступления скрылся, похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив Солдатову А.В. материальный ущерб на сумму 12 000 руб. Показаниями Солдатова А.В., данными в ходе судебного следствия, установлено, что Степаненко К.Г. возмещен ущерб Солдатову А.В. в размере 5 000 руб. Таким образом, в настоящий момент сумма невозмещенного материального ущерба составляет 7 000 руб. Кроме того, своими действиями Степаненко К.Г. причинил Солдатову А.В. нравственные страдания. На основании изложенного прокурор просит взыскать со Степаненко К.Г. в пользу Солдатова А.В. компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., компенсацию имущественного вреда в размере 7 000 руб.
В судебном заседании представитель процессуального истца – помощник прокурора Железнодорожного района г. Красноярска Заворотний А.С. заявленные требования поддержал, в полном объеме, по вышеуказанным основаниям.
Истец Солдатов А.В. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об уважительности причин неявки не сообщил, об отложении не просил.
Ответчик Степаненко К.Г. в судебное заседание также не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался своевременно и надлежащим образом по адресу регистрации его места жительства (<адрес>) путем направления почтовых уведомлений, которые возвращены в суд за истечением срока их хранения в отделении почтовой связи.
В соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ злоупотребление правом не допускается. Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.
Кроме того, по смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве иных процессуальных правах.
В этой связи полагая, что ответчик, не приняв мер к получению судебных извещений и явке в судебное заседание, определил для себя порядок защиты своих процессуальных прав, суд, с учетом приведенных выше норм права, а также в силу ст.ст. 167, 233 ГПК РФ, рассмотрел дело в отсутствие сторон, в порядке заочного производства.
Выслушав представителя процессуального истца, исследовав материалы дела и иные представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. При этом общее правило бремени доказывания действует, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Именно п. 2 ст. 1064 ГК РФ предусмотрено иное правило, согласно которому законом обязанность доказывания отсутствия вины возложена на ответчика.
В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, под которыми понимаются, в частности, расходы, которые это лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Статьей 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1).
Таким образом, для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда.
Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" следует, что, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абзац второй пункта 8).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 04.07.2017 N 1442-О, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а также нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений (статьи 10 и 118 Конституции Российской Федерации), вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановления от 21 декабря 2011 г. N 30-П и от 8 июня 2015 г. N 14-П; определения от 6 ноября 2014 г. N 2528-О, от 17 февраля 2015 г. N 271-О и др.) (пункт 2.2.).
Часть четвертая статьи 61 ГПК РФ предусматривает преюдициальное значение в гражданском деле приговора по уголовному делу, в том числе по уголовному делу, в котором гражданский иск не предъявлялся или не был разрешен (часть третья статьи 31 ГПК РФ), а также в котором он был оставлен без рассмотрения в соответствии с частью третьей статьи 250 или частью второй статьи 306 УПК РФ (гражданский иск может быть оставлен без рассмотрения при неявке гражданского истца или его представителя, а также при постановлении оправдательного приговора, вынесении постановления или определения о прекращении уголовного дела по определенным основаниям). В указанных случаях отсутствуют препятствия для предъявления гражданским истцом своих требований в порядке гражданского судопроизводства, которые рассматриваются с учетом общего преюдициального значения вступившего в законную силу приговора суда.
Таким образом, часть 4 ст. 61 ГПК РФ, по своему смыслу в системе действующего правового регулирования, не может служить основанием для переоценки того размера вреда, причиненного преступлением, который установлен вступившим в законную силу приговором в качестве компонента криминального деяния (для переоценки фактов, установленных вступившим в законную силу приговором суда и имеющих значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением); в любом случае вопрос о размере возмещения ущерба от преступления решается судом в порядке гражданского судопроизводства с соблюдением всех применимых конституционных и отраслевых принципов.
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как установлено судом и следует из материалов дела, вступившим в законную силу приговором Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 17.12.2025 Степаненко К.Г. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.
Приведенным приговором установлено, что в период времени с 14 часов 30 минут до 15 часов 00 минут 30.07.2025, Степаненко К.Г., действуя умышленно и осознанно, похитил из гаража, расположенного на территории <адрес>, принадлежащие Солдатову А.В. аккумулятор и тиски, причинив тем самым Солдатову А.В значительный материальный ущерб на общую сумму 12 000 рублей, который впоследствии был возмещен Степаненко К.Г. частично в сумме 5 000 рублей.
Тем самым вопрос виновности Степаненко К.Г. в совершении кражи и причинении Солдатову А.В. материального ущерба являлся предметом рассмотрения в рамках уголовного дела, тогда судом исследовались и оценивались в том числе подтверждающие стоимость похищенного имущества доказательства (как то показания обвиняемого, потерпевшего, справки о стоимости имущества), и с учетом установленной общей стоимости похищенного в размере 12 000 рублей и материального положения потерпевшего Солдатова А.В. действия подсудимого были квалифицированы по признаку причинения значительного ущерба гражданину.
То есть, в данном случае размер вреда, причиненного преступлением, был установлен в качестве компонента криминального деяния, а потому не требует повторного доказывания истцом и не может не приниматься во внимание судом, рассматривающим в порядке гражданского судопроизводства вопрос о последствиях этого деяния. Вступивший в законную силу приговор в отношении Степаненко К.Г. в полной мере отвечает требованиям относимого и допустимого письменного доказательства.
В свою очередь ответчик Степаненко К.Г., в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представил суду доказательств, опровергающих установленную приговором общую стоимость похищенного имущества, или доказательств, подтверждающих возмещение потерпевшему причиненного ущерба в полном объеме до или в период судебного разбирательства. Предусмотренных ст. 1083 ГК РФ оснований для уменьшения размера гражданской ответственности Степаненко К.Г. также не имеется.
При таких обстоятельствах, принимая во внимание установленный приговором суда факт частичного возмещения потерпевшему Солдатову А.В. ущерба в сумме 5 000 рублей, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца Солдатова А.В. ущерба, причиненного преступлением в размере 7 000 рублей (12 000 руб. – 5 000 руб.).
Разрешая исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно статье 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (пункт 3).
Из приведенных положений закона следует, что моральный вред может заключаться не только в физических страданиях, которые могут объективно выражаться в расстройстве или повреждении здоровья, но и в нравственных страданиях, которые могут не иметь внешнего проявления и могут не влечь повреждения или расстройства здоровья.
В случае нарушения противоправными действиями личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага наличие нравственных страданий предполагается и доказыванию не подлежит.
В постановлении от 26 октября 2021 года N 45-П Конституционный Суд Российской Федерации применительно к преступлениям против собственности указал, что любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации к числу основных прав и свобод человека и гражданина относится и право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2).
С учетом этого любое преступление против собственности (обладая - как и всякое преступление - наибольшей степенью общественной опасности по сравнению с гражданскими или административными правонарушениями, посягающими на имущественные права) не только существенно умаляет указанное конституционное право, но и фактически всегда посягает на достоинство личности.
В то же время - при определенных обстоятельствах - оно может причинять потерпевшему от преступления как физические, так и нравственные страдания (моральный вред).
Вместе с тем сам факт причинения потерпевшему от преступления против собственности физических или нравственных страданий не является во всех случаях безусловным и очевидным.
К тому же характер и степень такого рода страданий могут различаться в зависимости от вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершения самого деяния, а также от состояния физического и психического здоровья потерпевшего, уровня его материальной обеспеченности, качественных характеристик имущества, ставшего предметом преступления, его ценности и значимости для потерпевшего и т.д.
Таким образом, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права.
Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (часть первая статьи 151, статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации и часть 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.
Пунктом 17 указанного постановления предусмотрено, что факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.
В данном случае суд полагает установленным фактом, что вследствие незаконных действий ответчика истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по факту совершенного преступления, и, учитывая обстоятельства совершения преступления, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, его преклонный возраст, фактические обстоятельства дела, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей, в остальной части требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.
Положениями части 1 статьи 103 ГПК РФ определено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
С учетом изложенного, суд взыскивает с ответчика госпошлину в доход местного бюджета в соответствии с ч. 1 ст. 333.19 НК РФ в размере 7 000 рублей (4 000 руб. по требованиям имущественного характера + 3 000 руб. по требованиям о компенсации морального вреда).
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199, 233-237 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования прокурора Железнодорожного районного г. Красноярска в интересах Солдатова А. В. удовлетворить частично.
Взыскать со Степаненко К. Г., <данные изъяты> в пользу Солдатова А. В., <данные изъяты> ущерб, причиненный преступлением в размере 7 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей.
Взыскать со Степаненко К. Г., <данные изъяты> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 000 рублей.
Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение 7 дней со дня вручения ему копии этого решения.
Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.
Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Судья Е.А. Манзырева
Мотивированное решение изготовлено 1 сентября 2026 года.