РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
22 июля 2026 г. г. Новосибирск
Кировский районный суд города Новосибирска всоставе:
председательствующего судьи Усольцева Е.Ю.
с участием представителя истца Мамонова Т.Т., ответчика Алешина А.А., третьего лица Ботенковой Д.А., прокурора Сидневой Ю.Н., при секретаре Токареве А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Третьяковой Е. А., действующей в интересах Шульгиной И. П., к Алешину А. АлексА.у, Равшанову Ф. У., Равшанову А. У. о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Третьякова Е.А. обратилось с иском в суд в интересах своей несовершеннолетней дочери Шульгиной И. П., в котором просит взыскать с ИП Алешина А.А. компенсацию морального вреда в размере № руб., проценты за пользование чужими денежными средствами по правилам п. 1 ст. 395 ГК РФ, начисляемые на остаток задолженности, взысканной решением, начиная с даты вступления решения в законную силу по день его фактического исполнения, расходы на оплату госпошлины в размере № руб., почтовые расходы в размере № руб.
В обоснование своих требований истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ в № минут водитель Равшанов А. У., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, управлял автомобилем такси марки <данные изъяты> регистрационный знак №, в условиях светлого времени суток, сухого асфальтового покрытия, двигался по проезжей части, где в районе дома № по ул. <адрес> допустил столкновение с автомобилем марки <данные изъяты> регистрационный знак №, под управление водителя Ботенковой Д. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который двигался по проезжей части ул. <адрес> впереди в попутном направлении и остановился на запрещающий сигнал светофора.
Водитель Равшанов А.У. при управлении автомобилем постоянно отвлекался на телефон, вследствие чего не заметил остановившийся впереди автомобиль <данные изъяты> и на полном ходу без применения торможения столкнулся с ним.
В результате вышеназванного дорожно-транспортного происшествия несовершеннолетней Шульгиной И.П. были причинены телесные повреждения, которые оцениваются как тяжкий вред здоровью. Она находилась на заднем сиденье в такси под управлением Равшанова А.У., возвращалась домой с выпускного вечера.
На место ДТП незамедлительно приехали экстренные оперативные службы. По факту случившегося было возбужденно уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, в отношении Равшанова А.У.
Согласно административному материалу причиной ДТП являлось нарушение водителем Равшановым А.У. п. 1.3. 1.5, 10.1. ПДД РФ.
Воспользовавшись промедлением следственных органов, Равшанов А.У. покинул территорию России, уехал на Родину.
Несовершеннолетняя Шульгина И.П. получила тяжелейшую черепно-мозговую травму, несколько дней врачи в отделении реанимации боролись за её жизнь, была подключена к аппарату ИВЛ.
Истец Третьякова Е.А. и ее несовершеннолетняя дочь Шульгина И.П. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещены, истец обеспечила явку своего представителя Мамонова Т.Т.
Ответчики Равшанов Ф.У., Равшанов А.У., третьи лица Шульгин П.В, Видьманова К.С., АО «АлфаСтрахование» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещены, о причинах соей неявки суду не сообщили.
Суд, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ответчиков и третьих лиц.
Представитель истца Мамонов Т.Т. в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске, просил их полностью удовлетворить, дополнительно пояснив, что изначально истец и ее дочь пытались вызвать такси через агрегатор, но у них не получилось, поэтому Шульгина И.П. села в первый попавшийся автомобиль-такси. Из-за полученных травм после окончания № класса она не смогла продолжить обучение в колледже. Кроме того, Алешин А.А. не проявил должной осмотрительности, а именно не зарегистрировал и не застраховал транспортное средство, а договор между ним и Равшановым Ф.У. является мнимой сделкой, поскольку заключен с целью уйти Алешиным А.А. от ответственности.
Третье лицо Ботенкова Д.А. исковые требования поддержала, пояснив, что после аварии она и Равшанов А.У. вышли из своих автомобилей, в этот момент из машины вышла Шульгина И.П. с огромной раной на лбу, из которой бил фонтан крови, она держалась за машину и выла от боли. Ботенкова Д.А. отвлеклась на то, чтобы вызвать скорую, так как Равшанов А.У. отказался это делать, и когда она повернулась, то Шульгина И.П. уже лежала на земле. Проезжающий мимо водитель оказал ей помощь, после чего приехала скорая и ее погрузили в машину. Через какое-то время приехал брат Равшанова А.У. Затем все они поехали в ГАИ на <адрес>. В ГАИ Равшанов А.У. на вопрос о том, откуда у него машина, сказал, что машину он взял у друга и что у них один аккаунт в приложении такси на несколько человек. Через какое-то время пришел Алешин А.А. По мнению третьего лица, Алешин А.А. и Равшанов Ф.У. не были знакомы до этого момента. Никто из них не сообщал, что принадлежащий Алешину А.А. автомобиль ранее был передан Равшанову Ф.У. в аренду.
Ответчик Алешин А.А. с исковыми требованиями не согласился, пояснив, что принадлежащий ему автомобиль «<данные изъяты>», регистрационный знак №, в момент ДТП находился на основании договору аренды без экипажа в пользовании у Равшанова Ф.У., поэтому ответственность за причинение вреда здоровью Шульгиной И.П. должны нести арендатор и непосредственный причинитель вреда.
Исследовав обстоятельства и материалы дела, заслушав стороны, третье лицо Ботенкову Д.А. и прокурора, который полагал возможным частично удовлетворить исковые требования, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в № минут у дома № по ул. <адрес> в <адрес> произошло ДТП между автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, принадлежащим Алешину А.А., под управлением Равшанова А. У. и автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, принадлежащим Ботенковой Д.А. и под ее управлением /л.д. 17/.
Согласно письменным объяснениям Равшакова А.У., ДД.ММ.ГГГГ в № он двигался по ул. <адрес> со скоростью № км/ч, со световыми приборами, перестраивался из правого ряда в левый, в автомобиле был пассажир. Не увидел транспортное средство, произошло ДТП с участием «<данные изъяты>», г/н №, который стоял на зеленый светофор. В результате ДТП пострадал пассажир. Вину признал /л.д. 202/.
Согласно письменным объяснениям Ботенковой Д.А., ДД.ММ.ГГГГ в № она двигалась по ул. <адрес> в сторону центра, время нахождения за рулем № минут, была пристегнута ремнем безопасности, световые приборы включены, автомобиль находился во втором ряду, скорость 0, стояла перед светофором (знак стоп) на желтый сигнал светофора. Произошло ДТП с участием «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № у остановки «Разъезд Иня». Она остановилась на желтый сигнал светофора и примерно через № секунды в ее автомобиль въехал «<данные изъяты>» /л.д. 203/.
Согласно заключению врача судебно-медицинского эксперта ГБУЗ НСО «НОКБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ, у гр. Шульгиной И.П. имелись повреждения: <данные изъяты> возможно ДД.ММ.ГГГГ, (что подтверждается данными медицинского документа), в результате дорожно-транспортного происшествия. Данные телесные повреждения, согласно п. 5.1.1.2, п. 5.1.1.3 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни человека, поэтому оцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни /л.д. 27-33/.
ДД.ММ.ГГГГ в отношении Равшанова А.У. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, согласно которому причиной ДТП, в результате которого несовершеннолетней Шульгиной И.П. причинен тяжкий вред здоровью, явилось нарушение Равшановым А.У. п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ /л.д. 22/.
ДД.ММ.ГГГГ по данному уголовному делу потерпевшей признана несовершеннолетняя Шульгина И.П., а в качестве ее законного представителя к участию в деле допущена Третьякова Е.А. /л.д. 23-25, 26/
ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие по уголовному делу приостановлено, в связи с тем, что обвиняемый Равшанов А.У. скрылся от следствия. Однако в ходе предварительного следствия было установлено, что Равшанов А.У., управляя автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, в условиях светлого времени суток, сухого асфальтового покрытия двигался по проезжей части ул. <адрес> со стороны <адрес> в направлении к <адрес> и в районе дома № по ул. <адрес> совершил столкновение с автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № под управление водителя Ботенковой Д.А., который двигался по проезжей части ул. <адрес> впереди в попутном направлении и остановился на запрещающий сигнал светофора, в результате чего пассажиру автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № Шульгиной И.П. причинен тяжкий вред здоровью, а причиной ДТП явилось нарушение Равшановым А.У. п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ /л.д. 52/.
Собственником автомобиля «<данные изъяты> года изготовления, VIN №, номер двигателя №, номер кузова №, государственный регистрационный знак № является Алешин А.А., что подтверждается представленным в судебном заседании договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между Алешиным А.А. и Видьмановой К.С., который одновременно является актом приема-передачи вышеуказанного транспортного средства /л.д. 60/.
Из письма АО «СОГАЗ» следует, что на дату ДТП гражданская ответственность владельца автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № застрахована не была /л.д. 34-35/, т.е. Алешиным А.А. не исполнена обязанность, предусмотренная п. 1 ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» /л.д. 34-35/.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2).
Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи (п. 3).
В статье 1 Закона об ОСАГО определено, что владельцами транспортных средств являются собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства (абз. 4).
По смыслу приведенных норм права, обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, возложена на лицо, владеющее этим источником повышенной опасности на праве собственности или на ином законном основании. При этом не является владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Факт передачи собственником, иным законным владельцем транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, не является безусловным основанием для вывода о переходе права владения в установленном законом порядке.
При возникновении спора о том, кто являлся законным владельцем транспортного средства в момент причинения вреда, обязанность доказать факт перехода владения должна быть возложена на собственника этого транспортного средства.
Согласно статье 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.
Статьей 648 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 Кодекса.
По смыслу статей 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором. Приведенное законодательное регулирование носит императивный характер.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении субъекта ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью третьих лиц арендованным транспортным средством (его механизмами, устройствами, оборудованием), переданным во владение и пользование по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем, необходимо учитывать, что ответственность за вред несет арендодатель, который вправе в порядке регресса возместить за счет арендатора суммы, выплаченные третьим лицам, если докажет, что вред возник по вине арендатора (статьи 632 и 640 ГК РФ). Если же транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (статьи 642 и 648 ГК РФ).
Таким образом, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.
Ответчик Алешин А.А. в подтверждение обоснованности своих возражений на исковые требования представил договор аренды транспортного средства без экипажа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ним (арендодателем) и Равшановым Ф.У. (арендатором), согласно которому арендодатель предоставляет арендатору за плату транспортное средство «<данные изъяты> года изготовления, номер двигателя №, номер кузова №, коричневого цвета, без оказания услуг по управлению им, его технической эксплуатации и обслуживанию /л.д. 61-62/. Согласно акут приема-передачи в этот же день автомобиль был передан Равшанову Ф.У. /л.д. 63/. Кроме того, представлены акты приема-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, по которым Равашанов Ф.У. внес арендные платежи на общую сумму № руб. /л.д. 64, 65, 66,67, 68/. Других доказательств действительности сделки аренды указанного автомобиля и ее реального исполнения суду не представлено.
Вместе с тем из Выписки из ЕГРИП следует, что основным видом деятельности Алешина А.А. как индивидуального предпринимателя является деятельность легкового такси и арендованных легковых автомобилей с водителем /л.д. 18-21/, от которой ответчик получает доход /л.д. 165-166,167-168/.
Из реестра ФГИС Такси следует, что Алешин А.А. имеет разрешение на осуществление деятельности такси с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом в данном реестре на Алешине А.А. числятся № автомобилей, в том числе <данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, с датой его привязки к перевозчику – Алешину А.А. во ФГИС Такси – ДД.ММ.ГГГГ, который по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ не исключен из реестра /л.д. 83-85/.
Из объяснений третьего лица Ботенковой Д.А. – непосредственного участника ДТП, в результате которого Шульгина И.П. получила травмы, водитель транспортного средства <данные изъяты>» Равашанов А.У. (виновника ДТП), находясь в помещении ГАИ на <адрес>, на вопрос о том, откуда у него машина, сообщил, что машину он взял у друга и что у них один аккаунт в приложении такси на несколько человек. Через какое-то время пришел Алешин А.А. и, по мнению третьего лица, Алешин А.А. и Равшанов Ф.У. не были знакомы до этого момента. При этом никто из вышеперечисленных лиц не сообщал о том, что принадлежащий Алешину А.А. автомобиль ранее был передан Равшанову Ф.У. в аренду.
Несмотря на то, что по условиям договора аренды транспортного средства без экипажа № от ДД.ММ.ГГГГ арендатор обязан следить за его техническим состоянием, оформить полис ОСАГО, производить за свой счет текущий мелкий ремонт, нести все расходы по его содержанию (п. 2.2.6, 2.2.9), Равшанов Ф.У., принимавший участие в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ и в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, доказательства исполнения им вышеперечисленных обязанностей не представил.
Кроме того, в ходе рассмотрения дела в ГУ МВД России по <адрес> были запрошены административные материалы по факту привлечения к административной ответственности водителя транспортного средства «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № за нарушения ПДД, зафиксированные в ДД.ММ.ГГГГ посредством автоматизированных средств фиксации. На фотографии, приложенной к постановлению № от ДД.ММ.ГГГГ, видно, что за рулем находится мужчина, однако, его внешность не соответствует внешности ответчиков Равшанова Ф.У. и Равшанова А.У., что установлено, в том числе, на основании объяснений Ботенковой Д.А., которая в день ДТП видела в непосредственной от себя близости и Равшанова Ф.У., и его брата Равшанова А.У.
Нормами статьи 622 ГК РФ определено, что при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.
Согласно п. 5.1 договора срок его действия составляет с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, однако, в материалах дела отсутствует соглашение о досрочном расторжении договора аренды и документальное подтверждение возврата арендатором автомобиля арендодателю, в то время, как судом установлено, что после ДД.ММ.ГГГГ автомобиль находился у Алешина А.А. /л.д. 204/.
Кроме того, несмотря на то, что принадлежащему Алешину А.А. автомобилю «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № в результате ДТП ДД.ММ.ГГГГ причинены многочисленные повреждения /л.д. 206-27/, отсутствует какое-либо подтверждение предъявления Алешиным А.А. требований к Равшанова Ф.У. об устранении повреждений автомобиля или возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП,
Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).
Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 83 его Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, например, составить акт о передаче имущества, при этом сохранив контроль за ним передающей стороны.
Таким образом, норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ применяется и в том случае, когда действительная воля сторон, совершивших формальные действия, предписанные законом, не направлена на фактическое исполнение сделки.
По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, формальное исполнение для вида условий сделки ее сторонами не может являться препятствием для квалификации судом такой сделки как мнимой. Возражения ответчика о том, что требования истца основаны на мнимой сделке, могут быть сделаны в любой форме и подлежат оценке судом независимо от предъявления встречного иска, как одно из значимых обстоятельств по иску о взыскании платежей по данной сделке.
С учетом установленных по делу фактических обстоятельств суд приходит к выводу, что договор аренды транспортного средства без экипажа № от ДД.ММ.ГГГГ между Алешиным А.А. и Равшановым Ф.У. совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Об этом свидетельствует отсутствие соглашения о досрочном расторжении договора и акта о возврате транспортного средства арендатором арендодателю при условии, что с ДД.ММ.ГГГГ автомобиль фактически находится у Алешина А.А., а также не предъявление Алешиным А.А. на протяжении длительного периода времени (более года) требований Равшанову Ф.У. о возмещении ущерба, причиненного в результате повреждения автомобиля в ДТП. Таким образом, договор аренды транспортного средства без экипажа № от ДД.ММ.ГГГГ между Алешиным А.А. и Равшановым Ф.У. является ничтожным по признаку мнимости.
Доказательств возникновения у Шульгиной И.П. вреда здоровью вследствие непреодолимой силы или умысла самой потерпевшей, либо, что источник повышенной опасности выбыл из обладания Алешина А.А. в результате противоправных действий других лиц в ходе рассмотрения дела не представлено. При этом доводы ответчика о том, что Шульгина И.П. виновата в том, что в результате ДТП, получила столь серьезные повреждения, поскольку, находясь на заднем пассажирском сиденье автомобиля, не была пристегнута ремнем безопасности, судом не принимаются во внимание, так данное обстоятельство стало возможным вследствие нарушения Равшановым А.У. требований пункта 2.1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, обязывающего водителя при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, быть пристегнутым и не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями безопасности.
Принимая во внимание, что в силу вышеприведенных норм права компенсация морального вреда, причиненного повреждением здоровья осуществляется владельцем источника повышенной опасности независимо от вины, оценив вышеприведенные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, а также учитывая отсутствие со стороны ответчика доказательств наличия обстоятельств, освобождающих его от ответственности, суд приходит к выводу о причинении вреда здоровью Шульгиной И.П. в результате воздействия источника повышенной опасности и наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о взыскании с Алешина А.А. компенсации морального вреда. При этом исковые требования к Равашнову Ф.У. и Равшанову А.У. удовлетворению не подлежат.
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно пункту 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.)
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Материалами дел установлено, что Алешин А.А. является индивидуальным предпринимателем, имеет постоянный доход: в ДД.ММ.ГГГГ – № руб. (среднемесячный доход – № руб.); в ДД.ММ.ГГГГ – № руб. (среднемесячный доход – № руб.). По данным учета ГАИ на его имя зарегистрировано два транспортных средства: <данные изъяты> года выпуска; <данные изъяты> года выпуска. Согласно выписки из ЕГРН, объектов недвижимости на праве собственности у Алешина А.А. не имеется.
В судебном заседании Алешин А.А. просил при определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда учесть наличие на его иждивении троих несовершеннолетних детей. Однако данный факт документально не подтвержден, кроме того, ответчик пояснил, что в свидетельствах о рождении детей записи о нем как об отце отсутствуют. При таких обстоятельствах суд не может признать достоверными сообщенные Алешиным А.А. сведения о наличии на его иждивении детей.
Как следует из экспертного заключения ГБУЗ НСО «НОКБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ, в результате ДТП ДД.ММ.ГГГГ несовершеннолетней Шульгиной И.П. причинен тяжкий вред здоровью. Оценив указанное экспертное заключение на предмет относимости, достоверности и допустимости, в том числе, приняв во внимание, что ответчик Алешин А.А. после разъяснения ему положений ст. 79 ГПК РФ отказался ходатайствовать о проведении судебной экспертизы с целью подтверждения обоснованности его доводов, направленных на оспаривание выводов эксперта, суд не находит оснований сомневаться выводах, изложенных в экспертном заключении ГБУЗ НСО «НОКБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ, а потому оно принимается судом в качестве допустимого доказательства по делу. При этом возражения Алешина А.А. относительно наличия причинно-следственной связи между произошедшим ДД.ММ.ГГГГ ДТП с участием Шульгиной И.П. и установленными у нее экспертом телесными повреждениями суд расценивает как голословные, поскольку они противоречат всей совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании. По мнению суда, такие возражения заявлены ответчиком с целью ухода от гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный здоровью Шульгиной И.П.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, как это предусмотрено ст. 1101 ГК РФ, фактические обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью, характер и степень физических и нравственных страданий несовершеннолетней Шульгиной И.П., тяжесть перенесенных ей и продолжающихся физических страданий, вызванных причинением вреда здоровью, последствия перенесенной травмы, индивидуальные особенности потерпевшей, ее возраст, поведение Алешина А.А. после произошедшего ДТП и до настоящего времени, а также его имущественное положение и считает необходимым определить ко взысканию компенсацию морального вреда в сумме № рублей.
Учитывая, что размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств и установленных обстоятельств конкретного дела, данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.
Данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также требованиями разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
Оснований для установления иного размера компенсации морального вреда суд не усматривает.
На основании пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательств (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе РФ) (пункт 37).
В силу пункта 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.
К размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются (пункт 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п. 57 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.
За пользование чужими денежными средствами вследствие неисполнения решения суда, возлагающего на должника обязанность по исполнению денежного обязательства, подлежат уплате проценты на сумму этих средств, поскольку неисполнение обязательства, предусмотренного судебным решением, выраженного в денежной форме, влечет невозможность использования взыскателем присужденных в его пользу денежных средств и, как следствие, несение им финансовых потерь.
Таким образом, в случае неисполнения ответчиком судебного решения, которым была взыскана компенсация морального вреда, с целью возмещения вызванных действиями должника финансовых потерь взыскатель вправе использовать меры судебной защиты путем обращения с иском о взыскании с должника в соответствии со статьей 395 Кодекса процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму неисполненного обязательства (неустойки).
Иное не обеспечивает истцу компенсации потерь вследствие неправомерного удержания чужих денежных средств ответчиком, и в свою очередь должник, обязанный уплатить денежные средства, необоснованно извлекает выгоду от неисполнения обязательства, что очевидно входит в противоречие с основными задачами судебной защиты.
С учетом вышеприведенных законоположений и разъяснений Верховного суда РФ, исковое требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам п. 1 ст. 395 ГК РФ на присужденную в пользу истца сумму компенсации морального вреда, начиная с даты вступления решения в законную силу по день его фактического исполнения, является законным и подлежит удовлетворению.
Согласно материалам дела, истцом при подаче искового заявления в суд уплачена государственная пошлина в размере № руб. /л.д. 11/, которая относится к судебным издержкам, а потому в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ подлежит возмещению за счет средств ответчика.
Почтовые расходы в сумме 650 руб. /л.д. 7, 8/, произведенные истцом по делу, также относятся к судебным издержкам, а потому подлежат взысканию с ответчика.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования к Алешину А. АлексА.у удовлетворить частично.
Взыскать с Алешина А. АлексА.а в пользу Третьяковой Е. А., действующей в интересах Шульгиной И. П., компенсацию морального вреда в сумме № руб., судебные издержки в размере № руб., проценты за пользование чужими денежными согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ, начисляемые на остаток долга подлежащей взысканию компенсации морального вреда в сумме № руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, с даты вступления в законную силу решения суда по день фактического его исполнения.
Исковые требования в остальной части к Алешину А. АлексА.у оставить без удовлетворения.
Исковые требования к Равшанову Ф. У., Равшанову А. У. оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Кировский районный суд г. Новосибирска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья /подпись/ Е. Ю. Усольцев
Мотивированное решение изготовлено 05 августа 2026 г.
Подлинник решения хранится в гражданском деле № 2-1784/2026 Кировского районного суда г. Новосибирска (УИД 54RS0005-01-2026-000647-98). По состоянию на 05 августа 2026 г. решение в законную силу не вступило.
«Копия верна» Судья –