АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
6 апреля 2026 года г.Барнаул
Железнодорожный районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:
председательствующего Андриенко Ю.А., при секретаре судебного заседания Размысловой Д.А., с участием:
прокурора Харькиной Е.В., осужденного Мохнина А.В., адвоката Завертайлова М.В., потерпевшего Потерпевший №1, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Завертайлова М.В. и осужденного Мохнина А.В., апелляционному представлению старшего помощника прокурора Железнодорожного района г.Барнаула Сербовой Е.Н. на приговор мирового судьи судебного участка №1 Железнодорожного района г.Барнаула от 27 ноября 2025 года, которым:
МОХНИН А.В., <данные изъяты> несудимый, осужден по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам на срок 60 часов, на основании ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ освобожден от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
С Мохнина А.В. взысканы в пользу потерпевшего Потерпевший №1 20 000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.
Разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств и распределении процессуальных издержек.
Изложив существо приговора и доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
приговором суда Мохнин А.В. признан виновным в угрозе убийством и причинением тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, имевшей место в период времени с 12 часов до 15 часов 1 июня 2023 года на парковке возле здания по адресу: г.Барнаул, ул.Аносова, д.1а.
Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.
В судебном заседании Мохнин А.В. вину в совершении инкриминируемого преступления не признал, указал, что в ходе конфликта он только высказал потерпевшему Потерпевший №1 свои замечания относительно создания им аварийной ситуации, а также правой рукой нанес один удар по его левой щеке, после чего, понимая, что дальнейший диалог не имеет смысла, ушел, при этом никаких угрожающих жизни действий по отношению к Потерпевший №1 он не предпринимал, у него не было намерений на высказывание потерпевшему угроз, оружия с собой у него также не имелось.
В апелляционной жалобе и дополнительной апелляционной жалобе адвокат Завертайлов М.В., не ставя вопрос о невиновности осужденного Мохнина А.В., полагает приговор подлежащим отмене с возвращением уголовного дела прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ. Указывает, что в нарушение положений ст.ст.246, 293, 294 УПК РФ на стадии последнего слова в зале судебного заседания отсутствовал государственный обвинитель. Полагает, что в ходе предварительного расследования дознаватель при проведении следственных действий, ознакомлении с материалами уголовного дела, не разъяснял Мохнину А.В. процессуальные права, предусмотренные ст.ст. 46, 47, 229 УПК РФ, поскольку из содержания протоколов следует, что права были разъяснены дознавателем в недействующей редакции УПК РФ, аналогичное нарушение было допущено и судом первой инстанции. Кроме того, по мнению автора жалобы, ознакомление с материалами дела проведено за пределами срока дознания в связи с нарушением установленного порядка его продления. Полагает, что без проведения судебной медицинской экспертизы невозможно принять итоговое решение по делу, поскольку из предъявленного обвинения следует, что Мохнин А.В. угрожал потерпевшему убийством и причинением тяжкого вреда здоровью, однако экспертным путем не проверено, к какой степени тяжести вреда здоровью относится телесное повреждение, причинением которого угрожал Мохнин А.В. Потерпевший №1 согласно материалам дела, кроме того, требуется проведение лингвистической экспертизы о смысле и содержании разговора между Мохниным А.В. и Потерпевший №1, наличии в разговоре угроз и смысловом содержании данных угроз, что необходимо для установления направленности умысла в высказанной Мохниным А.В. в адрес потерпевшего фразе. Указывает, что мировой судья исключил из объема предъявленного Мохнину А.В. обвинения угрозу причинением тяжкого вреда здоровью, поскольку в тексте приговора есть указание на то, что Мохнин А.В. высказал только угрозу убийством, при этом изменение обвинения мировым судьей никак не аргументировано и не обосновано. Обращает внимание на противоречия между показаниями свидетеля Свидетель №1 и результатами следственного эксперимента, чему суд первой инстанции не дал юридической оценки. Кроме того, указывает, что мировым судьей проигнорировано допущенное органом дознания нарушение права Мохнина А.В. на защиту, выразившееся в непредоставлении 5 суток для поиска адвоката в целях заключения с ним соглашения об оказании юридической помощи, что предусмотрено ч.ч. 2,3 ст.50 УПК РФ, и проведении следственных действий с участием адвоката по назначению. Отмечает, что судом не установлено наличие объективной и реальной возможности у Мохнина А.В. реализовать угрозу, которую он согласно предъявленному обвинению высказал в адрес потерпевшего, как и не установлено наличие реальных оснований у потерпевшего опасаться осуществления этой угрозы, что является обязательным элементом состава преступления, предусмотренного ст.119 УК РФ. Ссылается на недопустимость собранных по уголовному делу доказательств, поскольку процессуальные, в том числе следственные действия проведены при наличии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 09.02.2024, которое, по его мнению, не было отменено, поскольку в постановлении об отмене постановления указано на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от другой даты (09.02.2023). Также указывает на допущенное нарушение ч.3 ст.229 УПК РФ, в результате которого сторона защиты была лишена права заявить ходатайство о проведении предварительного слушания в течение 3 суток со дня получения обвиняемым копии обвинительного акта, отсутствие процессуального решения по соответствующей апелляционной жалобе на постановление мирового судьи судебного участка №5 Железнодорожного района г.Барнаула от 05.05.2025, а также игнорирование ходатайства стороны защиты о проведении предварительного слушания согласно постановлению мирового судьи судебного участка №1 Железнодорожного района г.Барнаула от 30.07.2025 о назначении судебного заседания. Обращает внимание на то, что суд до удаления в совещательную комнату для принятия решения по делу определил вид судебного решения, которое собирается принять, указав, что удаляется для вынесения постановления по делу. Кроме того, заявленные в письменном виде ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ были проигнорированы мировым судьей. Также указывает, что в ряд процессуальных документов были внесены изменения, которые не были заверены подписями участвующих в следственных действиях лиц, что влечет за собой признание данных документов недопустимыми доказательствами. Кроме того, согласно доводам жалобы, судом первой инстанции в приговоре необоснованно включены показания свидетелей стороны защиты в доказательства совершения Мохниным А.В. преступления, в то время как показания свидетелей защиты подтверждают его невиновность. Усматривает нарушение и в том, что мировой судья не рассмотрел по существу заявление защитника об исправлении описки, допущенной в приговоре. Ссылается на внесение недостоверных сведений в протокол судебного заседания о присутствии при выступлении Мохнина А.В. с последним словом государственного обвинителя, что действительности не соответствовало. На основании изложенного, просит снять уголовное дело с апелляционного рассмотрения, вернув его в суд первой инстанции для устранения нарушений, допущенных при подготовке дела к рассмотрению его судом апелляционной инстанции, обязав суд первой инстанции рассмотреть заявление об исправлении описки, после чего рассмотреть по существу поданные апелляционные жалобы, приговор мирового судьи отменить, уголовное дело возвратить прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.
Апелляционная жалоба осужденного Мохнина А.В. содержит аналогичные вышеприведенным доводы о допущенных нарушениях, дополнительно осужденный указывает на необходимость проведения потерпевшему психолого-психиатрической экспертизы с целью определения его способности понимать характер и значение совершенных с ним и инкриминируемых Мохнину А.В. действий.
В апелляционном представлении помощник прокурора Сербова Е.Н., не оспаривая правильность установленных судом фактических обстоятельств, выводы суда о виновности Мохнина А.В. и правильность квалификации его действий, ставит вопрос об изменении приговора в связи с тем, что при назначении наказания в описательно-мотивировочной части приговора мировым судьей необоснованно указано на учет наряду со смягчающими обстоятельствами отягчающего наказание обстоятельства, однако каких-либо отягчающих обстоятельств в ходе предварительного и судебного следствия по данному делу не установлено. Кроме того, во вводной части приговора отсутствует указание о наличии у Мохнина А.В. на иждивении несовершеннолетнего ребенка, в то время как данное обстоятельство учтено в качестве смягчающего в описательно-мотивировочной части приговора. Просит указать во вводной части приговора о наличии на иждивении у Мохнина А.В. несовершеннолетнего ребенка и исключить из описательно-мотивировочной части приговора при назначении наказания указание об учете отягчающего обстоятельства, не усматривая при этом оснований для смягчения назначенного наказания.
Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.
При рассмотрении уголовного дела судом соблюдены требования уголовно-процессуального закона, в том числе принципы состязательности сторон и презумпции невиновности. Как следует из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, суд в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ обеспечил равные возможности представить доказательства, как стороне обвинения, так и стороне защиты, а при постановлении приговора сопоставил доказательства между собой, оценил все представленные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу, как того требуют ст.ст. 87, 88 УПК РФ.
Содержание представленных сторонами доказательств в приговоре изложено, приговор в соответствии со ст.307 УПК РФ содержит развернутый анализ доказательств и мотивированные выводы суда о том, почему одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Каких-либо противоречий в своих выводах суд в приговоре не допустил.
Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, обоснованно признана судом достаточной для разрешения уголовного дела, установления виновности Мохнина А.В. в совершенном преступлении, так как приведенные в приговоре доказательства взаимосвязаны между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства содеянного.
Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении дела в суде были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств.
Судом дана убедительная оценка доводам стороны защиты, как о невиновности осужденного Мохнина А.В. и необходимости постановления в отношении него оправдательного приговора, так и доводам о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.
В соответствии с ч.1 ст.389.17 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных уголовно-процессуальным законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.
По мнению суда апелляционной инстанции, каких-либо нарушений норм УПК РФ, которые можно признать существенными по указанным выше признакам, судом первой инстанции не допущено.
В частности, как справедливо отмечено судом первой инстанции по поводу доводов осужденного и защитника о том, что на стадии предварительного расследования Мохнину А.В. неоднократно разъяснялись процессуальные права в иной редакции и объеме, данное обстоятельство не ухудшило процессуальное положение Мохнина А.В. Кроме того, суд апелляционной инстанции рассматривая аналогичные доводы, содержащиеся в жалобах осужденного и его защитника по поводу разъяснения процессуальных прав, также отмечает, что, как следует из материалов уголовного дела, и на стадии предварительного расследования, и судебного разбирательства, процессуальные права, предусмотренные ст.ст.46, 47, 229 УПК РФ и других норм уголовно-процессуального закона были разъяснены Мохнину А.В. в объемах, позволяющих полноценно использовать все предусмотренные уголовно-процессуальным законом гарантии, с учетом также осуществления защиты его прав и законных интересов и оказания юридической помощи независимым профессиональным советником по правовым вопросам, а именно адвокатом, который, по смыслу закона, а также согласно положениям «Стандарта осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве», принятого VIII Всероссийским съездом адвокатов 20.04.2017 (абз. 8), также консультирует подзащитного и разъясняет ему процессуальные права и обязанности, применяемые по делу нормы материального и процессуального права.
В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции также находит необоснованными и доводы апелляционных жалоб о нарушении на стадии предварительного расследования права Мохнина А.В. на защиту, поскольку все процессуальные действия с осужденным в ходе дознания были проведены с участием защитников, как следует из материалов уголовного дела, от назначенного ему 26.03.2025 защитника в порядке ст.50 УПК РФ Мохнин А.В. не отказывался, а заявленное им ходатайство о предоставлении времени для поиска и заключения соглашения с другим адвокатом было дознавателем удовлетворено. Соответственно, дальнейшие процессуальные действия проводились с осужденным уже при участии приглашенного им защитника по соглашению.
Доводу о том, что ознакомление обвиняемого и защитника с материалами дела проведено за пределами срока дознания, также дана надлежащая оценка судом первой инстанции. Как следует из материалов уголовного дела, срок дознания истекал и был продлен заместителем прокурора Железнодорожного района г.Барнаула Волковой Н.Е. 25.04.2025 на 5 суток, до 30.04.2025, а ознакомление с материалами дела окончено 28.04.2025, то есть в пределах срока дознания. Согласно ч.1 ст.223 УПК РФ, предварительное расследование в форме дознания производится в порядке, установленном главами 21, 22 и 24-29 уголовно-процессуального кодекса, с изъятиями, предусмотренными главой 32 УПК РФ. Соответственно, правовое регулирование срока дознания регламентируется во взаимосвязи положениями ст.223 и ст.162 УПК РФ, и в срок дознания включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным актом. Таким образом, уведомление об окончании следственных действий не является процессуальным действием, юридическим последствием которого выступает окончание срока дознания. В связи с этим, вопреки доводам апелляционных жалоб, у дознавателя не было необходимости возобновлять дознание при истечении его срока 25.04.2025, ходатайство о продлении срока дознания является законным, равно как и соответствующее решение прокурора, каких-либо нарушений процессуальных сроков в данном случае не допущено.
Помимо этого, суд первой инстанции, на основании исследования и оценки всех установленных по делу доказательств, пришел к верному выводу о том, что высказанные осужденным в адрес потерпевшего слова угроз и совершенные действия по подкреплению их реальности (демонстрация предмета, внешне похожего на пистолет, направление его в область жизненно-важных органов, нахождение от потерпевшего на близком расстоянии в этот момент) в совокупности носили характер угроз физической расправы и убийством, в связи с чем в указанных условиях потерпевший мог воспринять и воспринял действия и слова Мохнина А.В реально. При таких обстоятельствах, как верно отмечено судом первой инстанции, назначение по делу экспертных исследований не требовалось, в связи с чем соответствующие доводы апелляционных жалоб о неустановлении субъективной стороны деяния, наличия реальных оснований у потерпевшего Потерпевший №1 опасаться угрозы со стороны Мохнина А.В., а также о необходимости производства медицинской и лингвистической судебных экспертиз, суд апелляционной инстанции также находит необоснованными, равно как и доводы осужденного о необходимости производства психолого-психиатрической экспертизы в отношении потерпевшего Потерпевший №1 Судом дана надлежащая оценка показаниям потерпевшего, в том числе в части вышеуказанных обстоятельств, связанных с восприятием им действий Мохнина А.В., при этом, как следует из материалов уголовного дела, у суда не было оснований для постановки под сомнение способности потерпевшего правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания.
Несмотря на приводимый в апелляционных жалобах довод о ненадлежащей оценке доказательств, подтверждающих версию стороны защиты о невиновности Мохнина А.В., судом первой инстанции указанные доказательства проверены путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, что нашло отражение в описательно-мотивировочной части приговора.
Кроме того, вопреки доводам апелляционных жалоб, судом при постановлении приговора не принималось решение об изменении объема обвинения, исходя из содержания описательно-мотивировочной части приговора, действия Мохнина А.В. квалифицированы по ч.1 ст.119 УК РФ как угроза убийством и причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, при этом выводы суда о наличии в действиях осужденного указанного состава преступления надлежащим образом мотивированы, что нашло отражение в приговоре.
Помимо этого, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что указание в резолютивной части постановления прокурора об отмене постановления органа дознания об отказе в возбуждении уголовного дела неверной даты указанного постановления является явной и очевидной технической ошибкой, не влекущей, вопреки доводам апелляционных жалоб, незаконность возбуждения уголовного дела и проведенных по нему процессуальных действий и недопустимость собранных по делу доказательств. В связи с этим суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой указанных доводов судом первой инстанции.
Также, по мнению суда апелляционной инстанции, ссылки стороны защиты на нарушение своих прав посредством игнорирования ходатайств о возвращении уголовного дела прокурору, непроведения по делу предварительного слушания и ограничения возможности обжалования данного решения, также не свидетельствуют о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, не повлекли реального нарушения процессуальных прав стороны защиты, повлиявших на исход дела, поскольку стороне защиты в ходе судебного разбирательства была предоставлена возможность заявить все имеющиеся ходатайства, в том числе о возвращении уголовного дела прокурору, а также о недопустимости собранных в ходе дознания доказательств, и указанные ходатайства были разрешены судом как в ходе судебного заседания, так и при постановлении приговора.
В полной мере указанное касается и довода жалоб об отказе судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства о проведении выездного судебного заседания, поскольку, как следует из протокола судебного заседания, указанное ходатайство было рассмотрено в соответствии с положениями УПК РФ.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом принято обоснованное решение по заявлению защитника об исправлении описки в приговоре. Данное решение согласуется с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2011 №21 (ред. от 25.06.2024) «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора», согласно которым с учетом положений п.15 ст.397 УПК РФ суды вправе в порядке, предусмотренном ст.399 УПК РФ, то есть на стадии исполнения приговора, разрешить вопросы, которые не затрагивают существо приговора и не влекут ухудшение положения осужденного, в частности, об устранении ошибок, допущенных в приговоре при написании фамилии, имени, отчества или иных биографических данных осужденного, а также описок и арифметических ошибок, если они очевидны и исправление их не может вызвать сомнение. Поскольку на момент подачи указанного заявления приговор суда не вступил в законную силу, правовые основания для рассмотрения указанного заявления у суда первой инстанции отсутствовали. В этой связи требования апелляционных жалоб о необходимости снятия уголовного дела с апелляционного рассмотрения также являются необоснованными.
В то же время, поданное защитником замечание на протокол судебного заседания в части, касающейся отсутствия государственного обвинителя в судебном заседании 26.11.2025 при выступлении Мохнина А.В. с последним словом, было надлежащим образом рассмотрено судом первой инстанции и удостоверено, в связи с чем доводы апелляционных жалоб в данной части не находят своего подтверждения.
Вместе с тем, по мнению суда апелляционной инстанции, само по себе отсутствие государственного обвинителя при произнесении подсудимым последнего слова не является безусловным основанием для отмены приговора. Как следует из протокола судебного заседания, при произнесении последнего слова Мохнин А.В. каких-либо новых обстоятельств не привел, судебное следствие не возобновлялось, со стороны защиты заявлений о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, или о необходимости предъявить для исследования новые доказательства, не поступало. Соответственно, при таких обстоятельствах проведение судебного заседания в отсутствие государственного обвинителя не лишало или ограничивало Мохнина А.В. гарантированных ему Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законом прав.
Давая юридическую оценку другим приведенным в апелляционных жалобах доводам стороны защиты, в частности, о якобы имевшем место преждевременном определении вида судебного решения перед удалением суда в совещательную комнату, а также о внесении незаверенных изменений в отдельные протоколы следственных действий, суд апелляционной инстанции, с учетом определяющей роли критерия существенности того или иного юридического факта при принятии решения об отмене или изменения судебного решения, приходит к выводу о том, что указанные доводы также не свидетельствуют о наличии существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.
По смыслу закона, возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве.
В частности, в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.
При этом, в соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 №39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в ст.ст.220, 225, частях 1, 2 ст.226.7, а также других взаимосвязанных с ними нормах УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции каких-либо оснований для возвращения уголовного дела прокурору, в том числе связанных с нарушениями составления обвинительного акта, которые бы исключали возможность принятия судом решения по существу дела, установлено не было, в связи с чем основания для принятия решения о возвращении уголовного дела у суда первой инстанции отсутствовали. В силу установленных по делу обстоятельств, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.
Рассматривая довод апелляционного представления о необходимости указания во вводной части приговора о наличии на иждивении у Мохнина А.В. несовершеннолетнего ребенка, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что уголовно-процессуальных закон не содержит императивных положений на указание в вводной части приговора указанного обстоятельства, к тому же, правовое регулирование ч.1 ст.61 УК РФ предусматривает при учете смягчающих обстоятельств только малолетних детей. В этой связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии безусловных оснований для удовлетворения апелляционного представления в данной части. К тому же, как верно указано в апелляционном представлении, обстоятельство, связанное с наличием несовершеннолетнего ребенка, было учтено судом при определении смягчающих наказание осужденного обстоятельств.
Вместе с тем, о чем правильно отмечено в апелляционном представлении, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению указание на учет при назначении наказания отягчающего обстоятельства, поскольку, как следует из приговора и подтверждается материалами уголовного дела, каких-либо отягчающих наказание Мохнина А.В. обстоятельств не установлено.
Тем не менее, по мнению суда апелляционной инстанции, в своей совокупности доводы апелляционного представления не свидетельствуют о допущенных судом первой инстанции существенных нарушениях уголовно-процессуального закона и неправильном применении уголовного закона, которые повлекли вынесение несправедливого приговора вследствие его суровости.
При назначении осужденному наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, характеризующий материал, наличие смягчающих при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Личность осужденного изучена должным образом, что нашло соответствующее отражение в приговоре.
Судом обоснованно признаны и в полной мере учтены все имеющиеся на момент постановления приговора смягчающие наказание обстоятельства: неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, оказание им помощи, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка и оказание помощи совершеннолетнему ребенку, положительные характеристики.
Суд не нашел оснований для отнесения к смягчающим иных, кроме перечисленных в приговоре обстоятельств, с чем у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться.
Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности Мохнина А.В., суд пришел к верному выводу о назначении ему наказания в виде обязательных работ, а также, с учетом положений ч.1 ст.78 УК РФ, об освобождении от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, что регламентировано положениями ч.8 ст.302 УПК РФ.
Иных оснований для изменения приговора не установлено.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не выявлено.
Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
приговор мирового судьи судебного участка №1 Железнодорожного района г.Барнаула от 27 ноября 2025 года в отношении МОХНИНА А.В. изменить.
Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на учет при назначении наказания отягчающего наказание обстоятельства.
В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката – без удовлетворения, апелляционное представление – удовлетворить частично.
Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.
Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.
Председательствующий Ю.А. Андриенко