РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 августа 2026 года г. Барнаул
Индустриальный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Танской Е.А., при секретаре Фелькер О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ДЕП к КВП, садоводческому некоммерческому товариществу «Обь-3» о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ДЕП обратился в суд с иском к КВП о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда.
В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ ДЕП обратился к председателю СНТ - КВП с письменным заявлением о подключении электроэнергии в зимний период, в нарушение своих должностных обязанностей КВП отказался принять это заявление, допустил в адрес ДЕП грубые нецензурные оскорбления, что подтверждается постановлением мирового судьи судебного участка №7 Ленинского района г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ ***, согласно которому КВП привлечен к административной ответственности в соответствии с ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ.
В ходе производства по делу об административном правонарушении, согласно материалам делам, КВП распространил в отношении ДЕП заведомо ложные сведения, утверждая, что последний находился в состоянии опьянения, вел себя агрессивно и отсутствие с его стороны нецензурной лексики в адрес ДЕП
Указанные сведения были опровергнуты в ходе производства по делу об административном правонарушении прокуратурой Ленинского района г. Барнаула. В качестве доказательств была представлена видеозапись, подтверждающая, трезвое состояние ДЕП, отсутствие агрессивного поведения и подтверждение оскорбления в адрес ДЕП в нецензурной форме со стороны КВП
КВП, незаконно занимая должность председателя СНТ «Обь-3», умышлено прекратил подачу электроэнергии на садовый участок ДЕП в зимний период, что нарушило его законные права.
Противоправные действия КВП последовательно признаны незаконными следующими органами: прокуратурой <адрес>, которой вынесено предписание о прекращении незаконных действий по отключению электроэнергии (ДД.ММ.ГГГГ); мировым судьей <адрес>, которым вынесено постановление по ст. 19.1 КоАП РФ (самоуправство), подтверждающее незаконность действий КВП (ДД.ММ.ГГГГ); УФАС <адрес>, решение по ст. 9.21 КоАП РФ (нарушение порядка подключения к электрическим сетям), вынесенное в отношении СНТ «Обь-3» (ДД.ММ.ГГГГ); УФАС <адрес>, решение по ст. 9.21 КоАП РФ (нарушение порядка подключения к электрическим сетям), вынесенное в отношении КВП персонально (ДД.ММ.ГГГГ). Несмотря на указанные акты уполномоченных органов, КВП продолжил препятствовать подаче электроэнергии на участок ДЕП, чем проигнорировал требования закона.
ДД.ММ.ГГГГ на общем собрании членов СНТ, КВП незаконно занимающий должность председателя, устроил провокацию в адрес ДЕП, в ответ на законные требования, касающиеся деятельности СНТ, в ходе собрания КВП публично оговорил ДЕП, заявив, что ДЕП назвал его «нацистом» и «бандеровцем». Эти сведения не соответствуют деятельности, носят порочащий характер, опровергнуты ДЕП в судебном порядке посредством представления видео- доказательств. Кроме того, родственники КВП, не являющиеся членами СНТ, и не имеющие отношения к деятельности садоводства, допускали в отношении супруги ДЕП оскорбительные высказывания, предпринимали попытки незаконного исключения ее из членов СНТ; угрожали ДЕП и его семье физической расправой и порчей имущества.
ДД.ММ.ГГГГ ДЕП, являясь собственником земельного участка СНТ «Обь-3», обратился с заявлением о приеме в члены СНТ в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 29.07.2017 №217-ФЗ.
КВП незаконно отказал ДЕП в приёме в члены СНТ, нарушив ст. Федерального закона от 29.07.2017 №217-ФЗ, которая устанавливает право собственника земельного участка на вступление в члены СНТ; устав СНТ, регламентирующий порядок вступления новых членов.
Законным правам ДЕП причинен ущерб, выразившийся в лишении возможности участвовать в управлении СНТ, ограничении доступа к общим ресурсам и инфраструктуре СНТ; нарушение права на защиту своих интересов в рамках садоводческого товарищества.
Для восстановления нарушенных прав ДЕП обратился в прокуратуру. По результатам проверки, факт незаконного отказа подтвержден, КВП вынесено предписание об устранении нарушений, права ДЕП, как потенциального члена СНТ восстановлены.
Противоправные действия КВП причинили ДЕП нравственные страдания (чувство унижения, обиды, стресса); ущерб репутации в сообществе СНТ; необходимость отстаивать свои права в органах прокуратуры, нанесли моральный вред, ухудшили психологическое состояние и нарушили личные неимущественные права, принесли вред физическому состоянию, затраты времени и сил на защиту прав в прокуратуре, суде и УФАС.
На основании изложенного, просил признать сведения, распространённые ДЕП в адрес КВП, а именно: «нацист», «бандеровец», не соответствующими действительности, порочащими его честь и достоинство; возложить на КВП обязанность публично опровергнуть указанные сведения на ближайшем общем собрании членов СНТ; взыскать с КВП компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., почтовые расходы, расходы по оплате государственной пошлины.
Уточнив требования ДД.ММ.ГГГГ, просил возложить на КВП обязанность принести ему публичные извинения в зале судебного заседания за распространение ложных сведений, а в случае отказа – взыскать в его пользу с КВП компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. за распространение ложных сведений; взыскать с КВП компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. за оскорбление; взыскать КВП компенсацию морального вреда за незаконный отказ в подключении электроэнергии в размере 100 000 руб.; взыскать с КВП расходы на оплату почтовых расходов, государственной пошлины.
Уточнив требования в окончательном виде, предъявив их к КВП и СНТ «Обь-3», просит:
взыскать с КВП компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. за распространение порочащих сведений, не соответствующих действительности, выразившихся в высказывании в отношении ДЕП о причастности к уничтожению деревни Хатынь в 1943 году и поддержки гитлеровских захватчиков во время Великой отечественной войны;
взыскать с КВП компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. за оскорбление нецензурной бранью;
взыскать КВП и СНТ «Обь-3» в солидарном порядке компенсацию морального вреда за оскорбление в размере 150 000 руб.; взыскать с КВП компенсацию морального вреда за незаконный отказ в подключении электроэнергии в размере 100 000 руб.
Истец ДЕП в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал по доводам, изложенным в иске. В ходе судебного разбирательства указывал, что в судебном заседании при рассмотрении дела об административном правонарушении, когда он привлекался ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ по делу ***, КВП высказал в его адрес, что он был причастен к уничтожению деревни Хатынь в 1943 году и поддержки гитлеровских захватчиков во время Великой отечественной войны, от чего он испытал эмоциональный шок от того, что его обвиняют в таких вещах. У него дед ветеран ВОВ, он сам служил в армии (Ельцина охранял). Ответчик опорочил его перед всеми, то есть в присутствии мирового судьи и прокурора в общественном месте (в суде), что представило его в негативном и порочащем свете перед ними. Указанное безусловно причинило ему нравственные страдания. Кроме того, когда он приносил заявление в правление СНТ «Обь-3», ответчик ему отказал, оскорбил его нецензурной бранью, за что впоследствии тоже был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ. КВП, незаконно занимавший свою должность, отказал ему в обращении, тем самым нарушил его права на равное обращение к лицам, находящимся в одинаковых условиях. Из-за действий КВП он не смог находиться на своей даче зимой, так как ему отключили электричество, страдал из-за того, что другим членам СНТ подключили электричество, а ему нет. Когда КВП его оскорблял, то он действовал, как председатель СНТ «Обь-3». Сам он тоже привлекался к административной ответственности за оскорбление КВП моральный вред причинен как фактом его оскорбления нецензурной бранью, так и отказом ему в принятии и удовлетворении его заявления, что он расценивает как самостоятельные основания для взыскания компенсации морального вреда по каждому факту. В письменных пояснениях приводил аналогичные доводы.
Представитель истца ЧМЭ в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала по доводам, изложенным в иске. В ходе судебного разбирательства указывала, что КВП распространил порочащие сведения в отношении истца в общественном месте. У присутствующих в судебном заседании, лиц, сложилось негативное мнение об истце, вследствие чего ему был причинен моральный вред. Что касается требования по второму пункту просительной части уточненного иска, то рассмотрено дело об административном правонарушении, где мировым судьей установлено, что имело место оскорбление истца ответчиком нецензурной бранью, за что ответчику был назначен штраф. Начиная с 2023 года до настоящего времени, истец в обиде на ответчика, были задеты моральные чувства. Кроме того, ответчик, воспользовавшись своим положением, нарушил норму действующего законодательства и ограничил истца в его законном праве пользоваться электроэнергией, что также повлекло у истца нравственные страдания.
Представитель ответчика СНТ «Обь-3» либо его законный представитель в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, письменных возражений относительно заявленных требований не представил.
Ответчик КВП судебное заседание не явился, извещен надлежаще.
Представитель ответчика КВП - КЮА в судебном заседании исковые требования не признавал. В ходе судебного разбирательства указывал, что требования истца не обоснованы, противоречивы между собой. Размер заявленных требований, ничем не подтвержден, не обоснован. Не представлены доказательства причинения истцу действиями ответчика морального вреда. Полагает, что все действия совершены КВП, как должностным лицом, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. Оскорбления, имевшие место, высказаны в связи с осуществлением трудовой деятельности. Истец стал членом СНТ в апреле-мае 2025 года, но обсуждаемые события произошли раньше.
В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ) суд полагает возможным рассмотреть дело при указанной явке.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, исследовав материалы архивного гражданского дела ***, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.
В соответствии с положениями ст. 29 Конституции РФ в Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова; никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.
Осуществление указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и с положениями ч. 1 ст. 21 Конституции РФ, согласно которым достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления.
Из анализа данных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.
Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу ст. 10 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), не допускаются.
В силу требований п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.д. являются личными неимущественными правами, принадлежащими гражданину от рождения или в силу закона.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 6 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.
Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.
На основании п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
В силу ст. 195 ГПК РФ суд основывает свое решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, оценивая все доказательства, представленные суду в совокупности.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Установлено и подтверждается материалами дела, что постановлением мирового судьи судебного участка №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ДЕП признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ (дело ***).
При рассмотрении дела об административном правонарушении *** мировым судьей установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 12-00 час. ДЕП, находясь у помещения правления СНТ «Обь-3» по адресу: <адрес>, Гоньбинский тракт, 3, высказал в адрес КВП, оскорбительные слова, чем оскорбил последнего, унизив его честь и достоинство, совершив тем самым правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ.
Обращаясь в суд с настоящим иском, ДЕП указывает, что при рассмотрении вышеуказанного дела об административном правонарушении у мирового судьи, КВП в судебном заседании в присутствии мирового судьи и прокурора распространил в отношении него порочащие сведения, не соответствующие действительности, выразившиеся в отношении ДЕП об его «причастности к уничтожению деревни Хатынь в 1943 году и поддержки гитлеровских захватчиков во время Великой отечественной войны».
Из копий материалов дела *** об административном правонарушении, представленных в материалы настоящего дела, не следует, что при рассмотрении дела осуществлялось аудио- протоколирование (аудио- фиксация) хода разбирательства. Уведомление участников судебного разбирательства и мирового судьи о ведении таковой не зафиксировано.
Вместе с тем, в обоснование вышеуказанных доводов, истцом в материалы дела представлены две аудио- записи судебных заседаний по делу об административном правонарушении, из содержания которых явствуют обстоятельства рассмотрения данного дела, и содержание которых при рассмотрении настоящего дела не оспорено.
Из содержания представленных ДЕП аудио- записей судебных заседаний по делу об административном правонарушении, не следует, что КВП допустил в адрес ДЕП дословное высказывание о том, что последний «причастен к уничтожению деревни Хатынь в 1943 году и поддержки гитлеровских захватчиков во время Великой отечественной войны». КВП в ходе дачи пояснений мировому судье в качестве потерпевшего по делу, пояснял, что родился в СССР и потому не считает оскорбительными отсылки на место, где он родился. Ссылался на то, что бывал в Хатыни, не без прикрас знает, что там произошло, а потому слова, высказанные в его адрес ДЕП, были для него очень оскорбительны.
Таким образом, КВП в ходе свободных пояснений в ходе судебного разбирательства по делу об административном правонарушении приведена его позиция относительно отношения к случившемуся, сама по себе ссылка на обстоятельства, произошедшие в Хатыни, не свидетельствует о том, что ДЕП каким либо образом причастен к событиям там произошедшим. Суд полагает, что в силу длительных конфликтных отношений, сложившихся между ДЕП и КВП (что не оспаривалось сторонами, подтверждается наличием различных тяжб между ними по разным поводам), у последних в отношении друг друга складывается субъективное восприятие высказываемых ими суждений, проецирование их на себя лично.
Также суд отмечает, что само по себе высказывание оценочных суждений в ходе судебного разбирательства в присутствии должностных лиц (прокурора), мирового судьи, в полномочие которых входило участие при рассмотрении дела, не может считаться распространением, поскольку получаемые сведения были известны только этим лицам. Из материалов дела не следует, что при назначении наказания ДЕП мировой судья, приведенные ДЕП и КВП пояснения, учел как смягчающие или отягчающие вину обстоятельства.
Ввиду изложенного, суд, оценив представленные в материалы дела доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца по данному основанию, поскольку факта, который мог бы повлечь возникновение у истца права на ее взыскание, судом в ходе судебного разбирательства, не установлен.
Таким образом, факт высказывания КВП в адрес истца о том, что последний «причастен к уничтожению деревни Хатынь в 1943 году и поддержки гитлеровских захватчиков во время Великой отечественной войны», удовлетворению не подлежат.
Также истцом заявлено требование о компенсации морального вреда с КВП, привлеченного к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ, за совершение административного правонарушения в отношении ДЕП
Постановлением мирового судьи судебного участка №7 Ленинского района г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ КВП признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ (дело ***).
В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении установлено, что в период времени с 12 до 13 час. ДД.ММ.ГГГГ КВП, находясь на территории СНТ «Обь-3» по адресу: <адрес> высказал в адрес ДЕП оскорбление, выраженное в неприличной и иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, чем унизил его честь и достоинство, совершив своими действиями правонарушение.
Из пояснений, данных ДЕП при рассмотрении дела об административном правонарушении, следует, что в СНТ «Обь-3» у него с супругой находится дача по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ около 13 час. находился около здания правления СНТ «Обь-3». В этот момент председатель СНТ КВП также около здания правления, мыл свой автомобиль. Он обратился к нему с письменным заявлением, в котором просил оставить в его дачном доме электричество на зиму, протянул ему заявление, с просьбой его рассмотреть. КВП отказал в устной форме в подключении электричества, тогда он попросил предоставить ему в письменной форме причины отказа, на что КВП сказал, что он в отпуске и правление не работает. Он попросил его решить вопрос еще раз, в связи с тем, что на участке протекает труба. На что КВП ответил, что он к трубе не имеет никакого отношения. После чего КЕП вошел в сторожку, которая находилась около здания правления он проследовал за ним, чтобы решить вопрос с трубой. КВП зашел в сторожку, он подошел к сторожке и в этот момент КВП выходя из сторожки, находясь на пороге сторожки, стал его оскорблять грубой нецензурной бранью, чем унизил его честь и достоинство (л.д. 87).
Из пояснений, данных КВП при рассмотрении дела об административном правонарушении, следует, что он работает председателем СНТ «Обь-3» с 2009 года. ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 12 до 13 час. он находился около здания правления в данном СНТ по адресу: <адрес> мыл колеса своего автомобиля. В это время к нему подошел ДЕП и стал спрашивать, почему на зимний сезон отключается электричество. Он ответил, что сезон закончен. После чего, ДЕП стал говорить, что протекает труба, на что он ответил ему, что труба заварена, а свет отключен в связи с окончанием сезона. После, он не стал продолжать диалог и пошел в сторожку, расположенную около правления по тому же адресу, ДНА шел за ним с видеокамерой. Сначала он зашел в сторожку, потом вышел, ДЕП продолжал задавать вопросы об электричестве и трубе. В тот момент, он действительно выразился нецензурной бранью для связки слов, отвечая ДЕП После, выразился в адрес Д нецензурной бранью. При обозрении файлов, указанных ДЕП, подтверждает, что действительно сказал слова при указанных выше обстоятельствах.
Из акта осмотра, составленного помощником прокурора <адрес> ГДА следует, что ДД.ММ.ГГГГ осмотрено техническое устройство, представленное ДЕП, а именно видеокарта «Sony» HDR-CХ250Е. При осмотре открывается файл от ДД.ММ.ГГГГ, время указано 12-04 час. Видео длится 4:45 мин. ДЕП указал, что на видео КВП и данное видео снято непосредственно им (ДВП). На видео слышна нецензурная брань, высказанная КВП На втором видео, датированном ДД.ММ.ГГГГ, время указано 12-35 час. мужчина (со слов заявителя КВП), двигаясь от здания сторожки, высказывает нецензурную брань. ДЕП шел вслед за ним в этот момент снимал на видео.
Исходя из совокупности доказательств, представленных в материалы дела, суд приходит к выводу о доказанности факта оскорблений в адрес истца со стороны ответчика, унижающих его честь и достоинство, выраженных в нецензурной форме, и не соответствующих действительности.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из анализа указанных норм следует, что гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет для потерпевшего наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий.
Следовательно, по спорам о компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с причинением потерпевшему физических или нравственных страданий в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага. При этом установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что именно на ответчике лежит бремя доказывания правомерности его поведения и отсутствия вины.
Согласно п. 1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст.1101 ГК РФ).
Обращаясь в суд с требованием о взыскании с КВП компенсации морального вреда в размере 150 000 руб. за оскорбление нецензурной бранью, истец ссылается на то, что в результате незаконных действий КВП он испытал нравственные страдания (чувство унижения, обиды, стресса), ущерб репутации в сообществе СНТ, необходимость отстаивать свои права в органах прокуратуры, что ухудшило его психологическое состояние, нарушило его личные неимущественные права, принесли вред его физическому состоянию, затраты времени и сил на защиту прав.
То, что вышеуказанными противоправными действиями ответчика истцу был причинен моральный вред, подтверждения какими-то специальными средствами доказывания не требует, поскольку честь, достоинство личности, здоровье и личная неприкосновенность являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения (ст. 150 ГК РФ), а потому любое прямое посягательство на эти нематериальные блага уже негативно отражается на физическом и эмоциональном самочувствии потерпевшего, то есть причиняет ему моральный вред. В п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.
Определяя размер компенсации, учитывая, что таковой зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, с учетом фактических обстоятельств по делу, с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 6 000 руб.
Разрешая требование истца о взыскании с КВП, СНТ «Обь-3» компенсации морального вреда за незаконный отказ в подключении электроэнергии в размере 100 000 руб. суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований, поскольку действующим законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда в случае нарушения имущественных прав лица. Ввиду изложенного, оценка доказательств, представленных в материалы дела, в обоснование данного требования судом не производится.
На основании изложенного, заявленные требования подлежат удовлетворению в части.
Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 3 000 руб., на оплату услуг почтовой связи в размере 320,57 руб. (л.д. 31).
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ДЕП удовлетворить частично.
Взыскать с КВП (ИНН: *** в пользу ДЕП (ИНН: *** компенсацию морального вреда в размере 6 000 руб. 00 коп., расходы на оплату государственной пошлины в размере 3 000 руб. 00 коп., расходы на оплату услуг почтовой связи в размере 320 руб. 57 коп.
В остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Барнаула Алтайского края.
Судья Е.А. Танская
Мотивированное решение изготовлено 24.08.2026.